Старая измена. Сын мужа

— Сколько, Валя?

— Пятёрка, — протянула она руку и получила своё. — Спасибо. Ну, в общем, всё просто. Мне позвонила женщина со скрытого номера и предложила подработку. Кратко объяснила, что говорить, как себя вести, пообещала за дельце десятку… А так как вечер у меня был свободный, то почему бы и не подзаработать? Не под клиентом же стонать? — хохотнула дама древнейшей профессии.

Инка фыркнула, Эдик негромко рассмеялся, а моя Катя сморщила нос на последней фразе. Я выдохнул, когда увидел, что она расслабилась и даже опустила руки. Одну проблему решил.

— А как повесила трубку, на карту упала десятка, а в мессенджер — твоя фотка с адресом, — Валя кивнула на меня.

— Женщина, говоришь…

— Да. Она не представилась. Грубая такая, сказала: не моего ума дело. Голос низкий, слегка с хрипотцой… явно курит, — заключила Валя, снова почёсывая декольте.

— Это мало что нам даёт, — вставил Назаров, я согласно кивнул.

Катя подошла ко мне и встала рядом, беря за руку. А то, что она сказала дальше, меня поразило:

— Если эта женщина тебе снова позвонит, скажи, что всё сделала идеально. Жена была неутешна.

— Хм… Зачем?

— Не знаю, но уверена, что она этого хотела. Пусть порадуется.

— Ваше дело. Так что насчёт такси?

Я сходил в беседку за мобильным и вызвал машину, после проводил за ворота Валентину и попросил её больше так не делать, иначе наживёт на свою задницу шикарные неприятности. Женщина молча кивнула и подкурила тонкую сигарету, оставаясь на месте, когда я вошёл во двор, закрывая ворота на замок.

— Вот это я понимаю, посидели! — Назаров поднял вверх початую бутылку пенного и громко заржал. — Уже проститутки сами приходят!

— Угомонись, вон Кате совсем не до шуток.

Инна пихнула мужа в бок, на что тот зашёлся приступом кашля, подавившись пивом.

— Всё нормально, ребят.

— Правда? — я вплотную подошёл к ней и притянул к себе. — Ты мне веришь?

Мне было важно услышать, что жена по-прежнему моя и она мне верит. Верит в меня и в нас. А значит, вместе мы — сила. Мы всё пройдём и будем счастливы…

— В это верю, — горько улыбнулась Катя. Чёрт, придётся дальше продолжать бороться за нас.

Глава 11

Саша

Бесцельно слоняясь по дому деда и бабки, очень жалел, что меня сейчас нет рядом с отцом и его семьёй. Особенно остро хотелось видеть лицо его жёнушки. Этой Кати точно не понравится маленькая подлая шалость матери. В один момент даже хотел позвонить отцу. Но что я ему скажу? Соскучился? Бред.

Дом предков отца был небольшой, одноэтажный. Такой, в стиле колхозных времён, но из жёлтого кирпича, со всеми удобствами и благами цивилизации в виде спутникового телевидения и интернета. Три большие комнаты, одну из которых бабушка уже мне подготовила. И если честно, мне у них больше нравилось. Душевно как-то…

Как только отец привёз меня, бабушка Ира или просто «ба» встретила тёплыми объятиями и сразу повела на кухню. Дед ушёл с отцом говорить. Вернулся слегка хмурый, с опаской поглядывая в мою сторону. Что отец ему наговорил, было очень интересно. А пока я решил прикинуться лапушкой и ждать возвращения в отчий дом, который скоро станет моим по праву.

После разговора с матерью настроение, как обычно, испортилось. Она снова пихала своё «я» впереди планеты и могла сорвать наш так хорошо обдуманный план. Ещё в раннем детстве понял, что моя мать ещё та стерва по натуре. И это качество она не скрывала даже передо мной. А как мать сама по себе была хреновой. Всё гонялась за толстыми кошельками, раздвигая ноги налево и направо. Это я выяснил после детдома. Не маленький уже был, многое понимал.

Родители матери удачно для неё умерли, ещё когда мне было пять лет. Плохо уже их помню, но точно знал: любили меня. Они всячески пытались на путь истинный поставить дочь, меня частенько у неё надолго забирали. А когда их не стало, мать продала их квартиру, подхватила меня под грудки и понеслась покорять большие города один за другим. Почти шесть лет мы скитались по съёмным квартирам. Сколько школ я поменял! И сколько драк прошёл… А потом она привезла меня туда, где, по её словам, за мной будут хорошо смотреть и учить.

— Саш, мне надо ненадолго уехать. А ты побудешь здесь. Это место что-то вроде детского лагеря… — нагло врала мне в глаза у входа в большое двухэтажное здание, а рядом с нами стояла женщина неопределённого возраста и нетерпеливо постукивала ногой. — Всё будет хорошо. Не переживай, ты здесь побудешь недолго.

И я, блин, верил. Слушал её и кивал. Ведь за наши одиннадцать лет она ни разу меня не бросила! Да, сладко с ней не было, ласки и материнского тепла не получал. Но она заботилась обо мне, как могла.

— Хорошо. Только обещай, что ты обязательно скоро вернёшься, — а у самого сердце не на месте. Не нравится мне эта тётка и это место. Дети из окон на нас смотрят грустными глазами.

— Конечно обещаю!

— Так, всё! У меня времени нет ваши сопли тут слушать. Прощайтесь! — не выдержала тётка и взяла меня за руку.

— Саш, веди себя хорошо, мне пора.

— Мам… — выдернул руку и кинулся на шею той, которая, не моргнув глазом, уже хотела уходить. — Не надо. Давай я с тобой? Я не буду мешать, клянусь.

Моя попытка заставить мать передумать провалилась. Даже набежавшие слёзы не помогли, а их я редко показывал, всегда терпел.

— Нет, Саш. Ты уже большой и должен понимать, что с тобой я пока не могу. Перестань ныть и иди. Всё будет хорошо.

Вот это «всё будет хорошо» я запомнил. И ни хрена оно не было хорошо! Уже в первый вечер детки мне устроили тёплый приём. Били так, что искры из глаз летели. Синяки были по всему телу, но не на лице. Продуманные твари! Но и я не отставал. Уже тогда, в одиннадцать лет, я был выше и сильнее моих одногодок, мне всегда больше моих лет давали. Сейчас и подавно. Теперь, когда я познакомился со своим родителем, понимаю, в кого я такой рослый. Гены, блин!

И именно там, в детском доме «Заря», я вырос. Запретил себе раз и навсегда плакать даже в мыслях. Нашёл парочку если и не друзей, то отличных приятелей. Читал много книг, с учёбой был на ты. Но всё равно меня били, и я бил. И так по кругу, пока в один прекрасный день, почти через год, не явилась она. Меня отвели к заведующей, той самой, которая с силой в первый мой день завела меня в общую комнату и над ухом зашипела: «гадёныш, только посмей мне тут устраивать сцены, пожалеешь». Теперь же эта тварь мило улыбалась, пила свой крепкий кофе и жевала дорогущие конфеты, о которых нам, детям, можно было только мечтать. Мать сидела ко мне спиной и даже не повернулась на моё «мама». Занята, блин, телефон важнее.

С тех пор я многое для себя понял и решил. Мать мне не мать, а жить с ней я точно не стану. Вырасту и пошлю на хер. Вот только подождать ещё надо. Она сейчас открыто использует меня, не догадываясь, что я тоже могу в такое играть. Пусть потешится за мой счёт. И да, я не скрывал и не стану, что презираю её.

— Сань, ты чего один в саду?

Так глубоко ушёл в свои мысли, не услышал, как подошёл Севастьянов-старший. Дед присел рядом на лавочку, нагнулся вперёд и сцепил руки в замок.

— Хорошо тут у вас, дедушка Миша.

— Давай просто: деда. Привык уже, внуки так зовут. А «дедушка Миша» слух режет.

— Ладно.

— Там бабуля пирог свой фирменный испекла, нас зовёт.

Так всё просто. Толком меня не знают, а заботой окружили. Почему? Ну почему она раньше не рассказала? И не было бы скитаний и ужасного года в детдоме.

— Спасибо…

— За что, Сань?

— За то, что приняли, — пожал плечами и первый встал с лавки, дед за мной.

— Раз ты наш внук, то не могли по-другому.

Я резко остановился. Дурная мысль ударила в голову. Сам ей не поверил. Но задать вопрос просто обязан больше для себя.

— А если… если не ваш? Ведь бывает же такое?

Дед цокнул языком, кивнул, одной рукой приобнял за плечи и повёл к дому.

— Бывает. Я прагматик, как и твой отец. Не могу сходу поверить словам, — он покосился на меня, а я натянул маску безразличия, которую хорошо отработал в трудный год жизни, не выдав себя, как меня это зацепило, — но я верю своей жене. Она весь мозг мне скушала чайной ложкой, что нутром чувствует: ты наш.

— Не знаю, что на это сказать…

— Правду. Всегда говори правду, и жизнь будет лучше.

— Я запомню. Спасибо, деда.

Пирог был просто пальчики оближешь. Дед был со мной полностью согласен, а бабушка млела от наших похвал. Мы втроем сидели на просторной кухне и больше болтали старики. Я жевал и с удовольствием слушал. А когда чай был допит и съеден пирог, мы перешли в гостиную. Дед включил футбол, бабушка взяла свой кроссворд, а мне ничего не оставалось, как уйти с головой в свой мобильный. Но это было недолго.

— Не любишь футбол, Сань?

— Не-а. Наши играть не умеют, остальные команды не интересуют.

— Тогда какой вид спорта нравится? — не унимался дед в перерыве на рекламу.

— Хоккей, ММА, иногда бокс, — пожал плечами.

— Владик тоже любил хоккей, — вставила бабушка.

— Кто это?

Дед встал на мой вопрос, снял со стены фотографию и подсел ко мне на диван. На фото были мой отец и очень на него похожий второй мужчина.

— Твой дядя Влад. Это он, — дед ткнул пальцев во второго на фотографии.

— Они близнецы?

— Нет, — улыбнулась бабушка Ира, — просто сильно похожи. У них с твоим отцом разница в два года. Влад младший… был.

— Был? А где он сейчас?

Дед грустно вздохнул и повесил фотографию в рамке обратно на стену. Ответила мне бабушка:

— Погиб. Три года назад на спасении… Он работал в МЧС.

— Ого, круто… Ой, круто в смысле, где работал. А как погиб? — мне стало до жути интересно.

— Смерч выпал в горах… Под Туапсе это было. А их часть как раз проходила по обмену опытом в тех местах. Командиром звена был. Красивый, умный, статный, — бабушка говорила отрывистыми предложениями, а я видел, как ей до сих пор больно. — Вот и направили их в горный посёлок…

— Аул, Ир, — поправил её дед.

— Да. Горная река смыла этот аул. Поток такой был, что дома как спички плыли, ну и люди вместе с ними. Влад и ещё несколько из его звена спасли многих, а сами не смогли… Их посмертно наградили, а нам даже тела не вернули… Не нашли, — бабушка тыльной стороной руки вытерла одинокую слезу.

— Да, твой дядя был героем, — заключил дед, а я снова посмотрел на фотографию, с которой улыбались отец и его брат, стоя в обнимку.

— Прикольно. Жаль, конечно, что не узнаю его…

— Не будем о грустном. Как насчёт того, чтобы завтра со мной сходить на рыбалку? — дед заговорщически подмигнул.

— Миша, я тебя умоляю! Какая рыбалка? Ты уже два года свои снасти не доставал из сарая.

— Вот как раз и повод достать. Ну так что? Саня, пойдём?

— С удовольствием. Правда, я не умею.

— Ха! Так я научу! Твой отец под моим руководством ой как хорошо рыбачил! — дед выпятил грудь вперёд.

Если честно, то я ждал тот момент, когда старики начнут выспрашивать про мою жизнь, и даже придумал небольшой рассказ без подробностей. Но, видимо, не сегодня. Выдохнул и спокойно пошёл