Я развелась с драконом. Теперь его невест выбираю я

— Не всё происходило точно так, как я видела.

— Но смысл совпадал.

Лиара провела пальцем по краю портрета.

Она не чувствовала себя особенной.

Скорее наоборот.

Если бы кто-нибудь спросил её, хочет ли она получить способность заглядывать в самые неприятные моменты чужих отношений, она бы выбрала умение никогда не путать даты оплаты счетов.

— Никому не говори, — сказала она.

Мира рассмеялась.

— Уже поздно.

Лиара подняла голову.

— Что значит поздно?

— Эмма рассказала своей тётушке.

— Откуда ты знаешь?

— Тётушка приходила после обеда.

— И?

— Я сказала, что тебя нет.

— Я сидела в соседней комнате.

— Поэтому и получилось особенно убедительно.

Лиара закрыла лицо ладонью.

— Мира.

— Что?

— Ты понимаешь, что будет, если по городу пойдёт слух, будто я вижу будущее?

— Очередь?

— Толпа безумцев.

— Платёжеспособных?

— Это не улучшает ситуацию.

Мира задумалась.

— Немного улучшает.

В дверь постучали.

Обе женщины повернули головы.

— Если это тётушка, — прошептала Лиара, — я выпрыгну в окно.

— Первый этаж.

— Тем лучше.

Стук повторился.

Не требовательно.

Просто очень уверенно.

Мира приоткрыла дверь и сразу выпрямилась.

Лиара увидела сначала тёмно-синий плащ, затем серебряную цепь должности.

Мужчина лет пятидесяти вошёл в приёмную, снял перчатки и оглядел помещение с тем выражением, с каким придворные обычно осматривали место, которое не было построено специально для их визита.

На груди блестел знак королевского посланника.

Лиара медленно поднялась.

— Госпожа Вейн?

— Да.

— Эрвин Дал, канцелярия Его Величества.

Он чуть склонил голову.

Лиара ответила таким же поклоном.

— Мы уже закрыты.

Мира за её спиной очень тихо закашлялась.

Посланник, к его чести, не удивился.

— Боюсь, моё дело не терпит записи на другой день.

— Обычно именно так говорят люди, которые хотят попасть без записи.

В уголках его губ мелькнуло что-то похожее на улыбку.

— Мне рекомендовали вас как женщину, которая предпочитает прямой разговор.

— Иногда рекомендации преувеличивают мои достоинства.

— В данном случае, надеюсь, нет.

Он достал из внутреннего кармана сложенный документ.

Королевская печать.

Вторая за день.

Лиара посмотрела на неё без всякой радости.

— Если это касается налогов…

— Нет.

— Вывески?

— Тоже нет.

— Тогда я начинаю беспокоиться.

Посланник положил документ на стол.

— Короне требуются ваши профессиональные услуги.

Мира перестала притворяться, что занимается чашками.

Лиара не прикоснулась к бумаге.

— Король решил жениться?

Эрвин Дал позволил себе улыбнуться уже откровенно.

— Его Величество счастлив в браке.

— Тогда кто?

— Речь идёт не о поиске кандидата с нуля. Кандидатки уже определены.

Что-то внутри Лиары медленно напряглось.

Она вспомнила письмо в нижнем ящике.

Шесть женщин.

Девять дней.

Нет.

Слишком нелепо.

Даже для королевского двора.

— Сколько? — спросила она.

Посланник посмотрел ей прямо в глаза.

— Шесть.

Мира за спиной издала странный звук и тут же превратила его в кашель.

Лиара не обернулась.

— И зачем вам брачное бюро, если вы уже нашли шесть подходящих женщин?

— Потому что двору требуется не ещё один список достоинств каждой кандидатки.

— А что?

— Человек, способный заметить то, чего не замечают семьи, советники и сам жених.

Лиара почти рассмеялась.

— Вы переоцениваете мои возможности.

— Возможно.

— А возможно, поверили сплетням.

— Королевский двор редко игнорирует полезные сплетни.

Вот теперь ей стало не смешно.

— Господин Дал, если вы пришли из-за того, что произошло сегодня с одной из моих клиенток…

— Я не уполномочен обсуждать источники информации.

— Какая удобная должность.

— Иногда.

Он подтолкнул документ ближе.

— Вам предлагается официально принять участие в выборе супруги для главы одного из великих домов.

Лиара посмотрела на печать.

Она уже знала.

Разум давно сложил числа, сроки и слова в единственный возможный ответ.

Но какая-то упрямая часть её всё ещё ждала, что сейчас прозвучит другое имя.

Любое.

— Для кого? — спросила она.

Эрвин Дал выдержал короткую паузу, вероятно считая её обычной придворной вежливостью.

Для Лиары эта пауза растянулась на восемь месяцев.

На закрывающуюся дверь.

На фамилию, от которой она отказалась.

На дом, который покинула.

На маленькую вывеску над собственным входом.

На всё, что она собирала заново после того, как однажды мужчина, которого она любила, решил, что лучше знает, какой должна быть их жизнь.

— Для лорда Рейнара Ардена, — произнёс посланник.

Лиара посмотрела на него.

Потом на документ.

А затем очень спокойно спросила:

— Вы хотите, чтобы я выбрала жену своему бывшему мужу?

— Именно так.

За её спиной Мира уронила чашку.

Глава 2. Шесть невест для бывшего мужа

Чашка Миры ударилась о край подноса, отскочила на пол и раскололась на три почти равные части.

Лиара посмотрела на осколки, потом на королевского посланника и подумала, что с точки зрения здравого смысла чашка отреагировала на предложение двора куда правильнее, чем она сама.

— Нет, — сказала она.

Эрвин Дал даже не моргнул.

— Госпожа Вейн, возможно, вы захотите сначала ознакомиться с условиями.

— Не захочу.

— Вознаграждение весьма значительное.

— Тогда найдите человека, которому оно покажется достаточным.

Мира присела, чтобы собрать осколки, но делала это так медленно, что было совершенно ясно: она не собирается пропустить ни слова.

Королевский посланник слегка повернул голову в её сторону.

— Возможно, нам следует поговорить наедине.

— Возможно, вам следует уйти, — ответила Лиара. — Тогда мы обе сможем спокойно закончить рабочий день.

— Я тоже могу уйти, — великодушно предложила Мира.

— Ты собираешь чашку уже третий раз с одного и того же места.

— Она очень сложная.

Лиара посмотрела на неё.

Мира вздохнула, подхватила осколки и исчезла за дверью кухни. Дверь оставила открытой.

Эрвин Дал проводил её взглядом.

— Преданная помощница.

— Удивительно преданная всему, что её совершенно не касается.

— Тогда я постараюсь говорить достаточно громко.

Из кухни немедленно донеслось:

— Благодарю.

Лиара закрыла глаза.

Всего на мгновение.

Когда она снова посмотрела на посланника, тот уже перестал улыбаться.

Это немного изменило его лицо. Исчезла вежливая придворная мягкость, за которой скрывался человек, привыкший приносить новости тем, кто не имеет возможности выставить его за дверь.

Только возможность у Лиары была.

Дом принадлежал ей.

Стол принадлежал ей.

Даже дверь, которую она могла сейчас открыть перед представителем короны, принадлежала ей — точнее, пока принадлежала хозяину здания, но каждый месяц Лиара исправно платила за право считать её своей.

После дома Арденов это имело значение.

— Господин Дал, — сказала она спокойнее, — я не стану выбирать новую супругу человеку, с которым сама была в браке. Даже если корона решила, что в этом есть какая-то особенная ирония.

— Корона не занимается иронией.

— Очень жаль. Иногда ей бы не помешало.

— Госпожа Вейн…

— Мой ответ не изменится.

Эрвин положил ладонь на документ.

— Тогда позвольте мне хотя бы объяснить, почему мы обратились именно к вам. После этого вы сможете отказать ещё раз, если сочтёте нужным.

Лиара хотела повторить, что объяснять нечего.

Но в его голосе появилось что-то, чего раньше не было.

Не давление.

Осторожность.

Она заметила это и сразу разозлилась на себя за любопытство.

Любопытство вообще было крайне ненадёжным качеством. Именно оно заставляло людей открывать незнакомые двери, читать чужие письма и соглашаться дослушать королевских посланников, хотя разум уже предоставил прекрасную возможность закончить разговор.

— Три минуты, — сказала она.

— Мне потребуется немного больше.

— Тогда говорите быстрее.

Эрвин сел напротив неё без приглашения, но сделал это настолько естественно, что Лиара решила не тратить возмущение на мелочи.

— Вам известно, что лорд Арден занимает не только положение главы дома.

— К сожалению, мне известно о лорде Ардене многое.

— В том числе его значение для северных земель?

— Да.

Рейнар отвечал за несколько пограничных областей, два крупных торговых пути и договоры с тремя древними домами, которые соглашались друг с другом примерно так же охотно, как кошки с водой. Лиара когда-то знала каждый из этих договоров, потому что супруге главы дома полагалось улыбаться за столом людям, которые утром могли требовать друг у друга новые пошлины, а вечером поднимать бокалы за вечную дружбу.

— После расторжения вашего брака, — продолжил Эрвин, — положение дома Арденов стало менее устойчивым.

Лиара тихо рассмеялась.

— Простите. Возможно, вы неудачно выбрали формулировку.

— Что именно вас позабавило?

— Восемь месяцев назад мне объясняли, что расторжение брака необходимо ради устойчивости дома Арденов. Теперь оказывается, что именно оно сделало дом менее устойчивым. Получается почти поучительная история.

Эрвин выдержал её взгляд.

— Я не присутствовал при ваших разговорах с лордом Арденом.

— Вам повезло.

— И не собираюсь обсуждать причины вашего развода.

— Тогда мы наконец нашли тему, по которой полностью согласны.

Он слегка кивнул.

— Сейчас ситуация изменилась. Несколько домов, прежде связанных с Арденами общей системой договорённостей, начали требовать нового брачного союза. Королевский совет поддержал идею отбора кандидаток как наиболее мирный способ избежать прямого предпочтения одной семье.

— «Отбора», — повторила Лиара. — Звучит так, словно речь идёт о породистых лошадях.

— Я бы не советовал вам использовать эту формулировку при кандидатках.

— Спасибо. Я запишу.

— Шесть женщин уже прибыли или прибудут в столицу завтра. Каждая представляет дом, влияние которого нельзя игнорировать.

— И одна из них станет женой Рейнара. Я поняла ещё из письма.

— Возможно.

Лиара нахмурилась.

— Что значит «возможно»?

Эрвин немного помолчал.

— Три недели назад королевская служба получила сведения, согласно которым один из заинтересованных домов использует предстоящий брак не для укрепления союза, а для его разрушения.

На этот раз Лиара не нашла подходящей шутки.

— Каким образом?

— Если бы мы знали точно, я бы не сидел сейчас в вашем брачном бюро.

— Вы всё равно могли бы здесь сидеть. Например, если бы решили жениться.

— Моя жена была бы крайне удивлена.

— Тогда действительно не стоит.

Уголок его рта дрогнул, но взгляд остался серьёзным.

— Мы не знаем, какая из шести семей связана с угрозой. Не знаем даже, понимает ли сама кандидатка, какую роль должна сыграть.

— Вы хотите сказать, что одна из женщин может быть ни при чём.

— Да.

— И всё равно отправляете её на брачный отбор.

— Именно поэтому нам нужен человек, который будет смотреть не только на происхождение и политические преимущества.

Лиара откинулась на спинку кресла.

— У короны есть следователи.

— Есть.

— Советники.

— Разумеется.

— Люди, которые всю жизнь занимаются дворцовыми интригами.

— И именно поэтому они видят дворцовую интригу там, где иногда достаточно посмотреть на человеческое поведение.

Лиара медленно провела пальцем по краю стола.

Теперь она понимала, почему Эрвин не ушёл после первого отказа.

Она ему была нужна не потому, что открыла брачное бюро.

И даже не потому, что когда-то была женой Рейнара.

— Вы пришли из-за моего дара.

Эрвин ничего не сказал.

Этого оказалось достаточно.

Лиара почувствовала раздражение.

— Несколько часов назад о нём знали четыре человека.

— Официально корона не знает ни о каком даре.

— Какая успокаивающая формулировка.

— Я пришёл к владелице брачного бюро, которая необычно точно оценивает характер будущих супругов.

— Если никто не знает о даре, почему именно сегодня вы оказались у моей двери?

— Вопрос, на который я не могу ответить.

— Не можете или не хотите?

— В данном случае разницы почти нет.

Лиара встала и подошла к окну.

Улица Фонарей уже погружалась в вечер. Торговцы напротив закрывали ставни, мальчишка у булочной складывал пустые корзины, а на углу пожилая женщина спорила с хозяином фруктовой лавки из-за двух медяков.

Обычная жизнь.

Ещё утром Лиара переживала из-за неоплаченного ремонта крыши.

Теперь корона предлагала ей вернуться туда, откуда она восемь месяцев выстраивала дорогу в противоположную сторону.

И назвать это работой.

— Я всё равно отказываюсь.

За спиной послышалось движение.

— Даже зная, что речь может идти о серьёзном конфликте?

— У короны достаточно людей, чтобы предотвратить конфликт.

— Не этот.

Она обернулась.

Эрвин поднялся.

— Один из домов, чьё имя прозвучит при прямом расследовании, воспримет это как обвинение. В лучшем случае несколько соглашений будут разорваны. В худшем — северные земли разделятся на два лагеря ещё до того, как мы поймём, кто именно этого добивался.

— А я должна выяснить правду под видом выбора невесты.

— Вы должны наблюдать.

— И пользоваться тем, о чём корона официально ничего не знает.

— Если сочтёте необходимым.

— Очень удобно.

— Политика редко бывает удобной для тех, кто оказывается внутри неё.

Лиара невесело улыбнулась.

— Вот это я как раз знаю.

Он понял намёк.

По его лицу это почти не отразилось, но ответил он мягче:

— Поэтому ваше положение будет особым.

— Моё положение уже было особым. Мне не понравилось.

— На этот раз правила определите вы.

Лиара посмотрела на него внимательнее.

— Простите?

— Король понимает, что у вас есть причины не желать участия. Если вы согласитесь, условия вашей работы могут быть закреплены отдельным указом.

Из кухни больше не доносилось ни звука.

Даже Мира, похоже, поняла, что разговор перестал быть забавным.

— Почему Рейнар согласился? — спросила Лиара.

— Я не говорил, что согласился.

Она невольно усмехнулась.

Вот это было уже больше похоже на него.

— Значит, он тоже отказывается.

— Лорд Арден выразил своё отношение к решению совета в выражениях, которые я не стану повторять в присутствии дам.

— Теперь мне почти интересно.

— Но приказ короля он исполнит.

Конечно.

Долг.

Дом.

Корона.

Рейнар мог спорить сколько угодно, но если считал что-то своей обязанностью, то шёл до конца, даже когда эта дорога проходила через людей.

Лиара отвела взгляд.

— Он знает, что вы пришли ко мне?

— Нет.

Она снова посмотрела на Эрвина.

— Вы хотите сказать, что предлагаете мне выбирать ему жену, а сам жених пока даже не знает, кто будет руководить этим безумием?

— Именно.

На этот раз Лиара всё-таки рассмеялась.

Смех оказался слишком искренним, чтобы его остановить.

— Простите, — сказала она, когда смогла говорить. — Просто впервые за сегодняшний день я увидела в этой ситуации что-то действительно хорошее.

— Боюсь спросить что.

— Его лицо.

Из кухни послышался приглушённый смешок.

Эрвин вздохнул.

— Значит, я могу сообщить, что вы согласны?

Лиара перестала улыбаться.

— Нет.

— Но вы рассматриваете предложение.

— Я рассматриваю, насколько сильно вы все потеряли рассудок.

Он снова подтолкнул к ней документ.

— Оставлю его до утра.

— Я не обещаю изменить решение.

— Мне достаточно того, что вы его обдумаете.

— А если я утром всё ещё скажу нет?

— Тогда короне придётся искать другой путь.

Он надел перчатки.

Лиара почему-то ожидала ещё одного аргумента, попытки надавить на чувство долга или хотя бы напоминания о возможной опасности.

Ничего не последовало.

Эрвин лишь поклонился.

— Доброй ночи, госпожа Вейн.

— Сомневаюсь, но благодарю.

У двери он остановился.

— И ещё одно.

— Да?

— Если вы согласитесь, не пытайтесь сделать из этого обычный брачный отбор. Именно обычный отбор нам сейчас меньше всего нужен.

Лиара посмотрела на королевскую печать.

— В этом можете не сомневаться.

Когда дверь закрылась, Мира появилась из кухни так быстро, будто всё это время стояла, прижавшись к стене.

— Я не подслушивала.

— Разумеется.

— Дверь была открыта.

— Тоже случайно.

— Совершенно.

Лиара подняла документ.

— И что ты думаешь?

Мира посмотрела на неё с подозрением.

— Ты спрашиваешь моё мнение?

— Наслаждайся. Такое бывает редко.

— Я думаю, ты согласишься.

— Тогда наслаждение окончено.

— Потому что если откажешься, следующие две недели будешь представлять, что происходит во дворце без тебя, кто эти женщины и какая из них собирается разрушить половину королевства.

— Я не настолько любопытна.

Мира молча посмотрела на неё.

— Хорошо. Иногда настолько.

— К тому же это Рейнар.

— Именно поэтому я должна отказаться.

— Именно поэтому ты не сможешь забыть об этом через пять минут.

Лиара положила документ обратно.

— Ты предлагаешь мне добровольно вернуться во дворец и обсуждать достоинства женщин, одна из которых станет супругой человека, с которым я сама когда-то собиралась прожить жизнь?

Мира задумалась.

— Когда ты формулируешь так, звучит ужасно.

— Благодарю.

— Но если добавить «и спасти королевство от политического конфликта», становится немного лучше.

— Не настолько.

Мира присела на край стола.

— Тогда не делай это ради королевства.

— А ради чего?

— Ради себя.

Лиара нахмурилась.

— Объясни.

— Восемь месяцев ты строишь жизнь, которая не зависит от Рейнара. Получается неплохо. А теперь он снова появился, даже не появившись, и ты уже хочешь закрыть дверь только потому, что за ней может быть он.

— Я не боюсь Рейнара.

— Я не сказала, что боишься.

— Но подумала.

— Я подумала, что иногда человеку очень легко назвать бегство хорошими границами.

Лиара смотрела на неё несколько секунд.

— Напомни, зачем я тебя наняла?

— Потому что никто другой не согласился работать за эти деньги.

— Точно.

Мира улыбнулась.

— Ты можешь отказать. И если действительно этого хочешь, я первая выставлю королевского посланника за дверь, когда он вернётся. Но откажись потому, что тебе не нужна эта работа. Не потому, что Рейнар Арден всё ещё способен решить, куда тебе можно идти.

Эта мысль Лиаре не понравилась.

Именно поэтому она осталась с ней до глубокой ночи.

Утром Эрвин Дал получил ответ раньше, чем успел прислать нового курьера.

Лиара сама явилась в королевскую канцелярию.

Не во дворец.

Пока что это казалось важным различием.

Эрвин встретил её в небольшом кабинете с двумя окнами и таким количеством бумаг, что Лиара впервые увидела человека, чьё рабочее место выглядело опаснее её собственного.

— Я полагал, вы пришлёте письменный ответ.

— Письменно легче неправильно понять интонацию.

— Значит, вы согласны?

— Нет.

Он замер.

— Вы пришли лично, чтобы снова отказаться?

— Я пришла назвать условия, при которых соглашусь.

Эрвин медленно сел.

— Слушаю.

Лиара осталась стоять.

Она сформулировала всё ночью.

Несколько раз.

Первые варианты получались слишком эмоциональными.

Последние — слишком похожими на договор, который составлял бы сам Рейнар.

В итоге осталось только действительно важное.

— Первое. Лорд Арден не вмешивается в мою работу. Он не выбирает испытания, не отменяет встречи, не требует исключить понравившуюся или не понравившуюся ему кандидатуру до того, как я закончу оценку.

— Он жених.

— Именно поэтому у него будет слишком много причин вмешиваться.

— Вы собираетесь полностью лишить его права голоса?

— Нет. Я собираюсь лишить его права управлять моей работой. Жениться или не жениться он решит сам.

Эрвин кивнул.

— Дальше.

— Второе. Все выводы, которые я передаю короне, принадлежат мне. Совет не переписывает их, не заставляет меня называть удобную кандидатуру лучшей и не использует моё имя для решения, которое я не принимала.

— Вы хотите последнее слово?

— Нет. Я хочу, чтобы мои слова оставались моими. Последнее слово пусть берёт тот, кто потом будет отвечать за последствия.

На лице Эрвина появилось едва заметное одобрение.

— Разумно.

— И третье. При дворе я не бывшая госпожа Арден.

Он чуть нахмурился.

— Разумеется, ваш брак расторгнут официально.

— Я не о фамилии. Я не собираюсь возвращаться туда в качестве женщины, которую можно посадить в удобное кресло, представить как бывшую супругу лорда Ардена и ожидать, что она будет благодарна уже за приглашение. Мой статус должен быть закреплён официально. Я работаю от собственного имени. Я не подчиняюсь дому Арденов. Не представляю его интересы. Мне предоставляется право проводить встречи без присутствия членов семей кандидаток и прекращать разговор, если считаю давление недопустимым.

Эрвин постучал пальцем по столу.

— Последний пункт будет сложно провести через совет.

— Тогда ищите другую сваху.

— Вы упорно называете себя свахой, хотя, насколько я понимаю, ваша работа гораздо шире.

— Это потому, что слово «сваха» раздражает придворных.

— Начинаю понимать вашу деловую стратегию.

— Тогда добавьте четвёртый пункт.

— Было три.

— Теперь четыре. Никто не называет меня «ваша бывшая светлость».

Он впервые за разговор улыбнулся.

— Это я могу обещать даже без указа.

Через час условия были записаны.

Через два — одобрены королевским секретарём.

К полудню Лиара получила документ с печатью, согласно которому госпожа Лиара Вейн назначалась независимым советником короны по вопросам брачного отбора лорда Рейнара Ардена.

Формулировка выглядела так торжественно, что Мира, прочитав её, сказала:

— Тебе нужно купить более серьёзный жакет.

— Мне нужно купить новую крышу.

— С таким жалованьем теперь можно и крышу, и жакет.

— Ты уже распоряжаешься моими деньгами?

— Кто-то должен. Ты собираешься потратить их на бумагу для записей.

Она была права, поэтому Лиара предпочла промолчать.

Встреча с кандидатками назначалась на следующий день.

Встреча с Рейнаром — на сегодняшний вечер.

Вот это уже не нравилось ей значительно больше.

— Может быть, отправим ему письмо? — предложила Мира, когда они возвращались в «Дом выбора».

— С чем?

— С сообщением, что ты заболела характером и не можешь прийти.

— Он знает, что это хроническое.

— Тем более поверит.

Лиара улыбнулась, но ненадолго.

Восемь месяцев.

Она видела Рейнара только один раз после развода — издалека, на королевском празднике, куда пришла с подругой и откуда ушла раньше, чем он успел подойти.

Тогда ей показалось, что поступила разумно.

Сегодня разумность предстояло проверить.

Дом Арденов не изменился.

Это оказалось почти оскорбительно.

Те же высокие тёмные ворота.

Тот же герб — серебряный дракон над горной вершиной.

Те же каменные львы по обе стороны лестницы, хотя Лиара всегда считала странным украшать драконий дом львами.

Когда-то она спрашивала Рейнара, почему их не заменят.

Он ответил, что львы стоят здесь двести лет.

На замечание, что двести лет нелепости не делают её традицией, Рейнар засмеялся и обещал поднять вопрос перед советом дома.

Разумеется, не поднял.

Лиара посмотрела на львов и неожиданно поняла, что рада этому.

Хоть что-то осталось глупым и знакомым.

Эрвин Дал встретил её в вестибюле.

— Вы вовремя.

— Я восемь месяцев училась жить без людей, которые считают опоздание признаком высокого положения.

— Полезный навык.

— Советую двору.

Он провёл её не в парадную гостиную и не в бывшие личные комнаты.

За это Лиара была благодарна.

Переговорный кабинет находился в западном крыле. Она бывала там десятки раз, обычно во время официальных встреч, когда её присутствие требовалось лишь затем, чтобы дом Арденов выглядел семейным и надёжным.