Чун Цзы. Книга 1

– Девочка, почтенный Чунхуа пообещал принять тебя в ученики, – с улыбкой напомнил Му Юй. – Не стоит ли тебе поспешить и признать его своим наставником?

Почтенный Чунхуа! Когда дети узнали личность незнакомца, шум в зале стал еще громче.

Ло Иньфань, бессмертный страж школы Наньхуа с пика Пурпурного бамбука из дворца Чунхуа. Третий ученик Небесного владыки. Глава Юй Ду был первым по статусу, Минь Юньчжун – по порядку поколений. Однако по популярности и репутации в школе Наньхуа, да и во всем бессмертном мире, Ло Иньфаню не было равных. Будучи бессмертным стражем, он получил мандат от Небесного владыки на право решающего голоса и стал Главой Союза Бессмертных. Его магические умения превышали способности любого из совершенствующихся. Во время великой битвы между демонами и бессмертными он возглавил учеников, охранял Монумент Шести миров у Небесных ворот и несколько раз отбивал яростные атаки демонов, а год назад нанес серьезный ущерб их повелителю Вань Цзе. После Небесного владыки Наньхуа Ло Иньфань был самым известным бессмертным в мире.

Все знали: почтенный Чунхуа никогда не берет учеников.

Последователи школы Наньхуа перешептывались между собой, спрашивая друг друга, не ослышались ли они. Никто не мог поверить своим ушам. Но богоподобный человек перед ними не мог быть никем иным, как бессмертным стражем. И только что он действительно произнес те слова.

Маленькая девочка по-прежнему не могла сдвинуться с места. Этот небожитель в белых одеждах, лучший из всех людей на этой земле, и правда предложил ей стать своей ученицей?!

Молодой бог не спеша ступил в зал. Длинный подол его белых одежд струился по полу, словно проточная вода или снежная поземка.

Он остановился перед девочкой и спросил ее бесстрастным, но очень красивым голосом:

– Ты хочешь стать моей ученицей?

Великое отчаяние превратилось в невероятный восторг. Маленькая девочка была счастлива, словно во сне. Она не понимала, что ей делать, не могла даже говорить. Все, что ей оставалось, – просто кивнуть головой.

– Иньфань! – осуждающе прогремел суровый голос.

Малышка вздрогнула и со страхом посмотрела на Минь Юньчжуна. Может ли этот бог в белых одеждах передумать под давлением почтенных наставников и тоже отказаться от нее?

– Я приму ее как свою ученицу. – Ло Иньфань посмотрел на главу Юй Ду.

Между братьями по наставнику существовало молчаливое взаимопонимание, и Юй Ду сразу понял, что выражал взгляд Иньфаня.

– Уважаемый наставник Минь, демоны в последнее время набирают силу. Этой девочке некуда идти, потому будет лучше, если она останется в школе Наньхуа. Так мы оградим ее от необдуманных действий и ее поступки не лягут грузом вины на школу Наньхуа. К тому же у брата Иньфаня тоже должны быть ученики.

Врожденный темный дух – это всегда большой риск. Меньшее, что можно сделать, – не позволить демонам его заполучить.

Минь Юньчжун кивнул и больше не возражал.

– Иньфань слишком занят, не лучше ли ей стать ученицей главы? – после паузы предложил он. Но маленькая девочка не выглядела довольной этим предложением.

– Почтенный Чунхуа сказал, что сам возьмет меня в ученики, – пробурчала она.

Лицо Минь Юньчжуна помрачнело, он собирался взорваться, но Юй Ду поспешил его остановить.

– Однажды я поклялся, что приму только девять учеников, – с улыбкой произнес он. – Кэ-эр уже стал девятым. Взять еще одного – значит нарушить клятву. Иньфань согласился принять девочку, будет правильно позволить ей отправиться на пик Пурпурного бамбука. На других вершинах слишком многолюдно, там она не получит должного внимания, а пик Пурпурного бамбука обычно пуст, и, если что-то случится, Иньфань заметит это первым.

Слова Юй Ду имели смысл, и, хотя Минь Юньчжун считал их разумными, он не хотел потерять лицо, поэтому хмуро фыркнул и вышел из зала, бросив по пути:

– Пусть это останется на усмотрение главы.

Как только он встал, Вэнь Линчжи поспешила последовать за ним. Она намеренно замедлила шаг, чтобы получше рассмотреть невероятного Ло Иньфаня, затем перевела взгляд на Цинь Кэ и под конец прожгла глазами маленькую девочку. В ее взгляде читались зависть, ревность и злость.

– В таком случае считай меня своим наставником, – сказал Ло Иньфань, глядя куда-то сквозь ученицу.

Цинь Кэ, стоящий поблизости, выразительно посмотрел на маленькую девочку, подавая знак. До нее наконец дошло, что бог в белых одеждах имел в виду: она опустилась на колени и трижды поклонилась, как сделали другие ученики.

– Ученица кланяется наставнику, – раздался в зале ее звонкий голос.

Ло Иньфань кивнул.

– Как тебя зовут?

Маленькая девочка замялась и покраснела.

– У меня… у меня нет имени.

Мужчина нахмурил брови. Увидев это, девочка еще больше стушевалась и стала говорить совсем тихо:

– Мои родители умерли, когда я была еще совсем маленькой. Они не успели дать мне имя. Помню только фамилию – Чун. Все весело называли меня Чунцзы.

– Чунцзы?[15] Букашка?

Дети громко рассмеялись. Даже Цинь Кэ не сдержался и отвернулся, пряча улыбку.

Такая худая и маленькая, действительно похожа на букашку.

Девочка покраснела от смущения и бросила тревожный взгляд на наставника.

– Чун Цзы. Чун – фамилия, Цзы – «пурпурный». – Ло Иньфаню эта ситуация смешной не показалась. Он произнес имя девочки вслух, придавая тому же звучанию иное значение, и сказал: – Дворец Чунхуа, пик Пурпурного бамбука…[16] Хм… думаю, нам было предназначено встретиться. С этого момента используй иероглиф «Чун» из слова «Чунхуа» как свою фамилию, а иероглиф «Цзы» из слова «Цзычжу», что значит «пурпурный бамбук», – как свое имя. Что ты на это скажешь?

Ее имя не кажется наставнику смешным? Маленькая девочка была вне себя от радости.

– Хорошо! Буду зваться Чун Цзы!

Учитель дал ей имя, и следовало поблагодарить его за это, а не прыгать от восторга. Ученики посмеивались в кулак, а Цинь Кэ громко цокнул языком, бросив на девочку взгляд, полный осуждения за то, что она не знает простейших правил.

Но откуда Чун Цзы могла их знать? Она огляделась и в недоумении моргнула своими большими глазами.

На ее счастье, у Ло Иньфаня прежде никогда не было учеников, поэтому он тоже не придал этому никакого значения.

Мужчина посмотрел на малышку у своих ног и произнес простое наставление:

– Мое имя Ло Иньфань, также я известен под именем почтенный Чунхуа. Теперь ты моя ученица, поэтому должна строго соблюдать правила школы Наньхуа, ставить ее интересы превыше всего, защищать простых людей и во всем повиноваться.

Чун Цзы только что получила имя. Она была так рада, что не раздумывая воскликнула:

– Чун Цзы будет всегда слушаться наставника и никогда его не рассердит. Если в будущем я сделаю что-то не так, учитель может побить меня.

Все снова рассмеялись. Хоть эти слова были по-детски наивными, они прозвучали искренне и мило.

Ло Иньфань не улыбнулся и не показал иных признаков удовлетворения. Лишь кивнул и сказал:

– Поднимайся и следуй за мной на пик Пурпурного бамбука.

Чун Цзы выпрямилась.

– Поздравляю, брат, отныне будь внимательнее, – сказал Юй Ду, пряча в словах скрытый смысл.

– Я забираю ее, – кивнул Ло Иньфань.

С тех пор как девочка вошла в зал Шести соответствий, прошло около двух больших часов. Сейчас, когда она вышла на улицу, ей показалось, что мир стал больше. Тысячи учеников по-прежнему стояли снаружи, торжественно и величественно. Узнав новость, что почтенный Чунхуа принял ученика, все желали увидеть, кому именно так повезло. Поэтому, когда бессмертный страж и маленькая девочка вышли из зала, все взгляды были направлены на них. Кто-то смотрел с завистью, кто-то с ревностью…

Чун Цзы была немного напугана и жалась поближе к учителю.

Ло Иньфань сделал несколько шагов и вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за рукав. Опустив взгляд, он увидел, что это была его новая ученица. Ее большие глаза смотрели растерянно, а худенькие ручки крепко сжимали ткань рукава.

Приметив, что учитель нахмурился, Чун Цзы поспешно отдернула руки, продолжая испуганно на него смотреть.

Ло Иньфань был очень спокойным человеком и на самом деле нахмурился не потому, что был недоволен, – просто он не привык к таким поступкам. Увидев страх в глазах девочки, он сам протянул ей руку.

Чун Цзы ошеломленно застыла и лишь через какое-то время поняла, что наставник имеет в виду. Она была невероятно удивлена и счастлива. Покраснев, она тщательно вытерла ладонь об одежду, а после осторожно взяла учителя за руку.

Его руки были и не горячими, и не холодными. Нежными, как сам этот человек.

Под любопытными взглядами он шел в белых струящихся по земле одеждах, держа за руку худенькую малышку, медленно ступая по каменной лестнице в направлении пика Пурпурного бамбука…

Спустя годы Чун Цзы часто вспоминала эту сцену. Она врезалась в память и была такой ясной, словно все произошло вчера. Даже в следующих жизнях она не забудет эту картину. Жаль, что она уже не та маленькая девочка.

Гора Наньхуа имеет двенадцать больших и малых пиков. На главной вершине, которая так и называется Наньхуа, прежде жил Небесный владыка. Сейчас это резиденция главы Юй Ду. По четырем сторонам от главной вершины есть четыре пика поменьше: пик Касающийся облаков – резиденция бессмертного надзирателя Минь Юньчжуна, пик Небесного провидения – обиталище почтенного Тяньцзи Син Сюаня, пик Пурпурного бамбука, где живет бессмертный страж, почтенный Чунхуа, Ло Иньфань, и пик Нефритового рассвета, на котором прежде совершенствовался глава Юй Ду, сейчас он пустует. На остальных семи вершинах поменьше жили ученики школы Наньхуа.

Пик Пурпурного бамбука был совершенно не похож на величественную вершину Наньхуа.

В нем не было той невероятной красоты и изящества, зато имелось свое неповторимое очарование. Склоны горы были сплошь покрыты пурпурным бамбуком, стволы которого росли в абсолютном беспорядке. Бамбуковый лес окутывал благовещий туман, так что даже земли под ногами видно не было.

Пурпурный бамбук тянулся к небу, наполовину скрывая прекрасный дворец на вершине пика.

Рядом с дворцом протекал прозрачный ручей шириной около трех чи. Поток был глубоким, а над его поверхностью поднималась легкая дымка. В воде плавали рыбки. Над ручьем был перекинут каменный мост, такой низкий, что почти касался воды.

Прямо от укутанной в облака земли к дворцу поднималась каменная лестница.

Вокруг дворца протянулась старинная галерея с колонами, а сам он был абсолютно пуст.

Какая огромная дверь! Конечно, в таком месте мог проживать только богоподобный наставник. Чун Цзы была счастлива.

– Это дворец Чунхуа, – спокойно произнес Ло Иньфань. – Резиденция твоего учителя. Каждый день я работаю здесь. Пока можешь разместиться в третьей комнате слева.

Произнося эти слова, он отпустил ее руку.

Чун Цзы с неохотой опустила ладонь, но ощущение счастья ее не покинуло. Она привыкла вести жизнь маленькой попрошайки, каждую ночь засыпая под чужой крышей. Теперь у нее наконец-то есть своя комната и почтенный наставник!

– Учитель, нас здесь только двое?

– Да.

– Учитель! Учитель! – закричала Чун Цзы и побежала за наставником, который уже поднимался по лестнице.

Ло Иньфань развернулся и вопросительно посмотрел на нее.

– Учитель, вы не хотите есть? – осторожно спросила Чун Цзы. – Уже темнеет, могу ли я где-нибудь покушать?

Ло Иньфань любил тишину. Сотни лет он жил один на пике Пурпурного бамбука, никому не позволяя тревожить свой покой. Только сейчас, когда у него вдруг появилась ученица, он вспомнил, что смертным нужна пища.

Он задумался, вынул свиток и отдал его Чун Цзы.

– Ученикам бессмертных не нужна еда. В этом свитке записаны дыхательные упражнения, пойди и попрактикуй их.

– Но я хочу есть, – тихо сказала девочка.

– Если сделаешь так, как написано в свитке, больше не будешь голодной, – терпеливо объяснил Ло Иньфань.

Неужели бессмертные действительно ничего не едят? Чун Цзы поспешно приняла свиток и порывисто раскрыла его.

– Я… я не умею читать.

Мужчина на мгновение задумался, взял свиток, что-то произнес, после чего пергамент ярко засиял, и вернул его Чун Цзы.

– Теперь сможешь прочесть. Приложи старание и хорошенько все изучи.

Словно по волшебству, тонкий свиток превратился в толстую книгу. Чун Цзы приняла увесистый фолиант и охнула от удивления. В следующий миг она удивилась еще больше – ее старая, изношенная одежда вдруг исчезла, превратившись в белоснежное одеяние. Легкое и мягкое, будто сшитое специально для нее.

Никогда у маленькой девочки не было такой красивой одежды. Наставник сделал ей подарок? Чун Цзы была в восторге.

Когда она подняла взгляд, учитель уже скрылся за дверями зала.

Девочке так много надо было у него спросить, поэтому она тут же побежала следом. Вход в главный зал был прямо перед ней, так близко, что рукой подать, но, как бы быстро она ни бежала, дверь не приближалась. Ло Иньфань привык жить один и обычно устанавливал у входа в зал невидимый барьер, чтобы никто не смог его потревожить. Это была привычка, выработанная с годами. Но Чун Цзы, ничего не знавшая о магии, естественно, не могла понять, что происходит.

Чун Цзы сникла, бросив попытки зайти в зал. Прижав к груди толстую книгу, она направилась в третью комнату. Другие бессмертные отказались ее принимать, может быть, и наставник недоволен ее глупостью? Если она хочет заслужить его расположение, надо хорошенько изучить магию. Только как это сделать, если не умеешь читать?

Комната была небольшой, но в ней стояли кровать, стол и стулья, а для Чун Цзы это уже было роскошью. Она взволнованно трогала каждый предмет, чувствуя, что сегодня самый счастливый день в ее жизни.

Когда девочка открыла книгу, то увидела, что в ней нет иероглифов, зато есть маленькие рисунки человечков, расположенные в ряд. На каждом человечке были изображены линии с указанием направления. Чун Цзы долго и внимательно вглядывалась в рисунки и неожиданно для себя действительно стала что-то понимать. Сердце подпрыгнуло от восторга. Это наставник сделал для нее? Оказывается, на свете есть такие увлекательные книги!

Если она выучит все, что здесь написано, уже никогда не будет нищенствовать, станет похожей на богоподобного наставника, будет использовать магию, чтобы спасать людей, и никогда не даст других в обиду!

Чун Цзы преисполнилась надежд и с усердием начала изучение.

Однако у Ло Иньфаня никогда до этого не было учеников, и сейчас он явно переоценил способности десятилетнего ребенка. Мужчина считал, что если поменяет иероглифы на рисунки, то смысл книги сразу станет ясен. Откуда он мог знать, что для обычного человека дыхательная практика бессмертных невероятно сложна для понимания. Потоки ци не поддавались маленькой девочке, и чем дольше та старалась, тем голоднее становилась. Чун Цзы очень устала, ее лицо покраснело и покрылось капельками пота.

В своей жизни девочка часто голодала, поэтому очень боялась этого чувства. Чун Цзы начала паниковать и в конце концов выбежала из комнаты.

В главном зале по-прежнему горел свет, хотя стояла уже поздняя ночь. Ло Иньфань все еще находился внутри.

Весь день Чун Цзы ничего не ела и сейчас была очень голодна!

Девочка, скрючившись, сидела на ступеньках дворца, отчаянно пытаясь облегчить чувство голода. Она была всего лишь ребенком, и ее сила воля была не безгранична. Вскоре Чун Цзы почувствовала панику, которую было невозможно унять. Ее ноги и руки затряслись, и в следующий миг она резко встала и отправилась изучать комнаты дворца Чунхуа.

В одной из них вся мебель была простой и аккуратной: стулья, зеркало, высокий стол, на котором лежали книги, а также кисть, тушь и тушечница. За ширмой располагалась заправленная кровать. Похоже, это была спальня Ло Иньфаня.

Чун Цзы обыскала все комнаты, но в итоге, расстроенная, снова вышла на улицу.

В огромном дворце Чунхуа не было ничего съестного.

Уставившись в одну точку, Чун Цзы шаг за шагом спускалась по каменной лестнице…

Вода в ручье перед дворцом была очень холодной. Маленькая фигурка лежала на каменном мосту, не отрываясь глядя в воду. В больших глазах читались голод и выдержка хищника. Чун Цзы поджидала добычу подобно зверьку.

Ло Иньфань стоял на лестнице, чуть нахмурив брови. Только что он почувствовал сильный темный дух, поспешил выйти из зала и стал свидетелем этой сцены.

У девочки очень мощный темный дух, неужели это правда еще один Ни Лунь?

Ло Иньфань тихо спустился вниз.

Как только он ступил на последнюю ступеньку, Чун Цзы сглотнула слюну и резко опустила руку в воду.

Во все стороны полетели брызги.

Девочка тут же вытащила руку, сжимая в ней рыбу.

Обычные люди вряд ли смогли бы так просто поймать рыбу голыми руками. Вероятно, рыба была оглушена темным духом, исходящим от ребенка, поэтому не смогла уплыть.

Руки девочки дрожали. Она посмотрела на добычу и облизнулась.

Рыба отчаянно извивалась.

Маленькая девочка вдруг о чем-то задумалась, в ее больших глазах появилось сомнение.

Ладошка неожиданно разжалась, и рыба с плеском упала в воду. Подняв облако брызг, она мгновенно исчезла.

Темная энергия, сконцентрированная в воздухе, вдруг исчезла, а девочка обессиленно легла на мост, кусая губы. Она выглядела потерянной.

Этот ребенок совершенно не был похож на обычных детей, упитанных и счастливых.

Она с рождения была слишком худой. Настолько худой, что вызывала жалость. Белые одежды придавали ее маленькому телу легкость и некую невесомость. Сейчас она лежала на мосту, словно перышко, которое может сдуть налетевший порыв ветра.

Ло Иньфань стоял чуть в стороне, наблюдая за ней. Складка на его лбу начала постепенно разглаживаться.

Чун Цзы была очень расстроена, отпустив рыбу.

Каждый раз, когда она сердилась, мелкие животные в страхе разбегались. Чун Цзы и сама не знала, отчего так происходит. Неужели это и есть тот самый «темный дух», о котором говорили почтенные наставники? Если вспомнить, она и правда причиняла вред другим существам: например, ловила и жарила кур вместе с другими маленькими нищими, а иногда и вовсе ела сырыми, чтобы не умереть от голода.

Почтенные наставники посчитали, что ее темный дух очень силен и она может причинить этим вред, потому отказались принять в школу Наньхуа. Теперь, когда она поймала рыбу, чтобы наесться, прогонит ли ее учитель, если узнает? Чун Цзы преодолела тысячи ли, чтобы попасть в школу Наньхуа, с трудом стала ученицей школы Бессмертного меча, и все ради того, чтобы в будущем стать такой же, как богоподобный учитель, и спасать людей. Разве может она рассердить наставника только потому, что очень голодна?

Чун Цзы изо всех сил старалась больше не смотреть на воду. К счастью, рыбки уже уплыли, поэтому, даже если бы она очень захотела, ей уже не удалось бы никого поймать.

Но она по-прежнему была сильно голодна. Почему, даже когда она стала ученицей бессмертного, приходится страдать от голода?

Чун Цзы, конечно, знала много способов, как ослабить голод: к примеру, можно выпить много воды. Но вода в ручье была такой холодной, что от нее наверняка живот разболится еще сильнее.

После долгих раздумий Чун Цзы все же решилась и дрожащими руками зачерпнула горсть воды.

– Эта вода непригодна для питья, – раздался голос, который невозможно забыть, если услышал его однажды.

Чун Цзы вздрогнула и поспешно поднялась на ноги.

– Учитель.

Ло Иньфань просто стоял и молча смотрел на девочку.

Наставник все видел? Чун Цзы тут же бухнулась на колени.

– Я не причинила ей вреда, просто была голодна.

Увидев ее смущение и страх, Ло Иньфань едва слышно вздохнул. Десятилетнему ребенку трудно контролировать темный дух и не убивать животных, когда очень хочется есть. Не следует упрекать за это.

Он наклонился.

– Ты все правильно сделала.

Наставник правда похвалил ее? Чун Цзы думала, что ее будут ругать, но, услышав слова учителя, была ошеломлена.

Прекрасный мужчина с длинными черными волосами в белоснежных одеждах помог ей подняться. В его взгляде было утешение – как и во взгляде того человека, которого она встретила несколько лет назад. И тот и другой были подобны богам среди людей.

– Учитель, вы сказали, что я… сделала все правильно?

– Да.

Детям больше всего на свете нравится, когда их хвалят, и Чун Цзы не была исключением. Ее большие глаза тут же засияли, а сердце заколотилось от восторга. Наставник одарил похвалой, и она тут же забыла о голоде.

В тот же миг перед учителем и ученицей появились две каменные скамейки.

Ло Иньфань усадил девочку и сказал:

– С этого дня всегда поступай так. Даже если очень голодна, никогда не причиняй никому вред. Запомнишь?

Чун Цзы энергично кивнула.

– Запомню.

Ло Иньфань был человеком широких взглядов, у него не было больших предубеждений относительно врожденного темного духа девочки. Теперь, когда лично увидел, что его маленькая ученица такая послушная, он был действительно рад за нее.

– Принцип дыхательных упражнений заключается в поглощении духовной энергии неба и земли. Используя ее, можно продлить свою жизнь. Ты чувствуешь голод, потому что не освоила дыхательную технику. Почему не изучила книгу, которую я тебе дал?

Чун Цзы смутилась.

– Пыталась, но я слишком глупа, чтобы понять написанное.

Ло Иньфань вдруг осознал свою ошибку. Верно, как маленький ребенок мог сам понять принцип дыхательной техники? Сразу видно, что Ло Иньфань никогда не брал себе учеников и ему не хватает опыта.

Конечно, он посчитал, что ответственность лежит на нем.

– Это мое упущение как наставника. Ты только начинаешь учиться, вполне естественно что-то не понимать. Я покажу тебе. Постарайся вспомнить, что было нарисовано в книге, и попробуй повторить.

Чун Цзы послушно кивнула и закрыла глаза.

Ло Иньфань взял девочку за руки и медленно начал передавать свою ци.

Чун Цзы почувствовала, как нежный поток проходит через ее руки, дальше циркулируя по ста каналам[17] тела. Это движение было упорядоченным и уютным. Заледеневшие от воды и голода руки быстро стали теплыми.

Когда-то давно Ло Иньфаню потребовалось два дня, чтобы поглотить энергию неба и земли[18], – это был лучший результат среди совершенствующихся. Кто бы мог подумать, что его ученица выучит все за одно мгновение. Он просто хотел поделиться с ней своей ци, чтобы избавить от чувства голода и дать почувствовать принцип дыхательной техники. Однако оказалось, что в этом хрупком теле уже течет подобная энергия. Очень слабая, прерывистая, но все же ци.

Сердце Ло Иньфаня сжалось.

Никакого сомнения, это действительно энергия неба и земли.

– Учитель, у меня тоже есть такая ци, но она непослушная. Носится туда-сюда и не поддается мне, – вдруг сказала Чун Цзы.

Она только начала обучение, но уже способна усваивать энергию неба и земли. Невероятный талант. Если девочка сейчас полностью сосредоточится на обучении, в будущем добьется великих успехов. Ло Иньфань был потрясен и впервые в жизни почувствовал сожаление.

Только кто рискнет и возьмет ответственность за рожденную с темным духом?

Ло Иньфань продолжал помогать ученице контролировать энергию.

– Ци подобна воде. Если на пути препятствие, она найдет множество других путей, но будет течь беспорядочно. Нужно позволить ей идти по естественному руслу, направляя и контролируя, тогда она сразу же станет послушной. Этот принцип называется «отступить, чтобы перейти в наступление».

Могучий поток ци очень скоро слился со слабым потоком и в конце концов перетек в даньтянь[19].

Ло Иньфань отпустил руки ученицы.

– Ты поняла?

Та открыла глаза и прислушалась к своим чувствам.

– Я правда больше не голодна!

Мужчина кивнул.

– С этого момента практикуйся так же. Сейчас уже поздно, тебе нужно вернуться в свою комнату и отдохнуть. Я приду завтра вечером, чтобы проверить, как идет твое обучение.

Это значит, что она не увидит наставника до следующего вечера? Чун Цзы была опечалена, но послушно встала и пошла в комнату.

Девочка рождена с темным духом, но у нее чистое сердце. Она как белый лист бумаги, на котором можно написать что угодно, надо только быть осторожным и направлять в нужную сторону, защищая от дурного. Не факт, что она встанет на демонический путь. Неужели так необходимо следовать воле уважаемых наставников и отказать в обучении магии?

Испытывая муки совести, Ло Иньфань позвал девочку по имени:

– Чун-эр[20].