Теория тринадцатого стула или краткое описание фрагментов учения параксенотропов

Так принято, в том числе и потому, чтобы не портить настроение ближнему своему, да и вообще, пустить вектор социального и экзистенциального взаимодействия по строго определенному руслу, подальше, так сказать, от первой бытийной правды.

Человек в течении своей жизни привыкает использовать ложь, и в своих личных проблемах он делает это таким же образом - создает некую легенду, которая позволяет ему убить двух зайцев: не уменьшая своего внутреннего жизненного пространства, принять ту самую травмирующую ситуацию, но в несколько искаженном виде. И для этого даже далеко не всегда надо полностью перевирать все произошедшее. Достаточно лишь немного изменить внутренний вектор: добавить благородных намерений, заявить самому себе, что «ныне ты не таков» или преподнести все это, как некий «жизненный урок». Хотя, на самом деле, почти никогда ни на каких жизненных уроках мы ничему не учимся.

Но пока вернемся-ка мы к нашим баранам…

Интенциально-волевая неопределенность

Свобода выбора, открытая нам в рамках второй бытийной правды, проявляет себя, как определенный любопытный феномен. Феномен, который можно назвать интенциально-волевой неопределенностью.

Штука эта достаточно специфична именно для того уровня, на котором мы с вами находимся, и представляет собой способность совершать некий выбор в действиях не автоматически (как того требуют, например, инстинкты), но и не следуя беспрекословно тем или иным законам, принципам или учениям (как в виде категорического императива, так и в виде советов, установок и рекомендаций).

Интенциально-волевая неопределенность дает возможность совершать некий более или менее осознанный выбор просто так. Просто так – это значит в труднопредсказуемом для стороннего наблюдателя виде, но, в то же время и не случайным образом, то есть, имея некую подразумеваемую причину для всего этого выбора, причину небанальную и, можно даже так сказать, не сводимую ко всему набору внешних и внутренних факторов.

Если взять аналогию из сферы точных наук, можно было бы сказать, что к некой достаточно сложной формуле, описывающей жизнь того или иного индивидуума, этот самый индивидуум каждый раз при совершении некоего осознанного выбора добавляет какой-то член – некую величину, выбираемую произвольно, но в то же время, не чисто случайным образом. Соответственно, то, что из этого всего получится, не знает никто: ни сам индивидуум, ни его родственники, ни даже сам Всемогущий и Всезнающий Господь Бог. А это кое-что, да значит.

Возьмем, к примеру, крестики-нолики

Вот возьмем, к примеру, крестики-нолики. Хотя нет… Бог с ними, этими крестиками-ноликами. Возьмем другую игру, более отражающую суть происходящего. Камень-ножницы-бумага…

С одной стороны, эта игра чисто случайна. Да и она была бы таковой, если бы в неё играли два генератора случайных чисел. Но, когда в нее играют два человека разумных, происходит кое-что интересное.

Тот факт, что человек разумный никак не может забыть свой разум и выбрать один из вариантов чисто случайно, он подсознательно придумывает себе некую стратегию… Причем, совершенно случайную стратегию… Например, вчера я себе штопал носки, поэтому выберу «ножницы»… Ну или что-то в этом роде…

А умудренный игрок, который данную особенность понимает, еще и пытается предугадать стратегию своего соперника. Ведь она в любом случае есть… Вопрос только в том, какова она.

Если взять игру посложнее, например, шахматы, стратегий там целая уйма, и многие из них подробно описаны в учебниках. Вопрос только в том какую выбрать… И почему ты выберешь именно ее? Может быть потому, что ты посчитал ее выигрышной… А может быть ты во что бы то ни стало хочешь попробовать вживую именное эту…

А может быть ты и выиграть-то не хочешь… Поддаешься… Но так, чтобы это выглядело, как будто ты изо всех старался… Ну, скажем, играешь ты с падишахом, ну и конечно, огорчать его в твои планы совершенно не входит…

И тут уже речь идет о мета-стратегии – некоторой глубинной модели принятия решений, согласно которой и выбирается в тот или иной момент игры (или жизни) определенная стратегия.

И именно в таком ракурсе и должна мыслиться интенциально-волевая неопределенность – не в том плане, как ты, скажем, решил урвать сегодня денег, а скорее в том, что ты именно решил их именно сегодня именно урвать.

И здесь уже начинает прослеживаться та цепочка, которая и привела тебя именно в эту ситуацию, именно в этот момент времени и пространства. Причиной твоего такого решения может быть, как недостаток денежных средств (причиной которого является, например, бездумная их трата вчера), так и намерение их потратить на что-то важное для тебя завтра, а здесь уже встают другие вопросы… На что ты собираешься их потратить и зачем…

И этот круговорот принятия решений бесконечен… Он происходит в огромной многомерной модельной ситуации под названием «жизнь». Что ты выберешь именно сейчас: займешь у друга, попытаешься обыграть коллегу в карты, пойдешь в ломбард сдавать бабушкино ожерелье или будешь ждать, когда прилетит что-нибудь само.

А ведь есть простые мета-стратегии… Например, делай, что хочешь… Знать бы только, что ты хочешь. И даже, если ты это знаешь, пусть даже на все сто, Закон Великого равновесия не даст тебе расслабиться… Ведь за каждым хотением есть много всего, напрямую с ним не связанного, но влияющего на процесс принятия решения, а именно: отношение ко всему этому, да и место этого желания в твоей личной субъективной системе ценностей… Хочу, мол, напиться, но знаю, что это плохо, да и жена не одобрямс…

Так что расслабляться еще рано…

Для чего все это надо

Всякий более или менее образованный человек знает, что такое второе начало термодинамики. Говоря простыми словами, это означает, что при контакте горячего и холодного горячее остывает, а холодное нагревается, в результате чего и то, и другое становится «средним». Если посмотреть на эту проблему обобщенно, можно ввести величину, отражающую степень такой равномерной «усредненности», хотя на самом деле физики уже такую величину ввели и даже название ей придумали – энтропия.

Так вот, говоря уж совсем умными словами, можно перефразировать второе начало термодинамики следующим образом: энтропия любой замкнутой системы никогда не уменьшается. Следовательно, вся наша Вселенная обречена - рано или поздно весь этот колоссальный пузырь исчерпает запасы заложенной в него изначальной движущей силы и превратится в нечто статичное и безжизненное. А это было бы очень невесело, поскольку в этом случае ни о каком возмещении потерь, понесенных Дао-Абсолютом речи быть не может. Что, собственно говоря, абсолютно противоречит рабочей гипотезе космогонии.

Но, есть в этом всем одна лазеечка. Если система наша не будет замкнутой, энтропия будет уменьшаться. А раз пузырь Бытия отделен от окружающего его Небытия прочными непроницаемыми барьерами, выход может быть только один: любой носитель разума имеет в себе внутреннюю связь кое с чем, что и привносит во Вселенную нечто новое. Ведь, по правде говоря, внутренний объем этого самого разума так же безграничен, как и внешний, а то и еще более…

Таким образом, на этапе Ав-Софа функция и задача всякого сознательного параксенотропа выглядит следующим образом: по мере сил и возможностей проявлять интенциально-волевую неопределенность в любой доступной в рамках существующего контекста форме, дабы вносить в существующий пузырь Вселенной нечто новое, как посильный вклад в общее дело борьбы с неубывающей энтропией.

Как относится к жизненным урокам

А вот бесконтрольный рост количества фомы в нашей жизни, на самом деле, ни к чему хорошему не приводит, хотя и без нее тоже нельзя.

Без фомы любой более-менее серьезный цап-царап может оказаться опасным для жизни. Он может вывести индивида достаточно близко к дозволенным границам существования, и тогда любой более или менее серьезный стресс может оказаться смертельным. Другой вариант – критическое уменьшение внутреннего жизненного пространства, и тогда человек легко может стать мертвым заживо, а в таких условиях стать мертвым вообще – лишь вопрос небольшого количества времени.

Фома в некотором смысле спасает от всего этого, но какой ценой… Если фомы становится достаточно много, мы либо получаем внутренний разлом, осознавая всю лживость происходящего, и постоянно теряем через него свои жизненные силы, либо ничего этого не осознаем, а неосознанная фома так же, как и неосознанные впечатления, имеет свойство накапливаться, и это опять же приводит нас к проблеме схлопывания внутреннего жизненного пространства. Но, если, например, в случае с неосознанными впечатлениями мы можем время от времени слегка почистить свой отстойник, хорошо отдохнув, выспавшись, сменив род деятельности либо занявшись переосознаванием целенаправленно, то с фомой из этого ничего не выйдет, ибо в этом случае наружу снова будут пробиваться цап-царапы.

С точки зрения, сложившейся среди параксенотропов, оптимальным способом работы с цап-царапами является так называемый Третий путь, состоящий в том. чтобы не отказываясь от своих цап-царапов, и не пряча их под толстым слоем фомы, принимать их как есть, не притягивая за уши рациональных обоснований, но, в то же время, не считая их чем-то постыдным или ущербным.

Здесь важно понять, что всякий цап-царап является элементом кармы и происходит из ситуаций, которые не были в свое время проработаны, жизненных уроков, которые не были усвоены, опыта, который не был надлежащим образом осознан.

Подход параксенотропов в этом отношении состоит в том, чтобы превратить свое внутреннее жизненное пространство даже не столько в поле битвы, сколько в поле экспериментов, то есть попытаться (хотя это слово, наверное, не совсем подходит к данному случаю) понять, что же за всем этим стоит, а также, применяя ту или иную тактику (как в экзистенциальном смысле, так и в социально-бытовом), наблюдать, что же из всего этого получается.

В экзистенциальном смысле важно понимание роли того или иного цап-царапа в кармической карте бытия – по мере этого понимания он даже может исчерпать себя, превратившись в некое подобие затянувшегося шрама.

Тактика в социально-бытовом смысле также важна, ибо сама структура бытия такова, что всякий живой кровоточащий цап-царап индуцирует соответствующие ситуации и, если, скажем, сама жизнь подкидывает индивидууму нечто такое, что может зацепить за живое, его задачей является принятие этой навязанной ему игры, но с тем расчетом, чтобы вывести ее на новый уровень. Дабы ситуация пошла не по накатанному, а как-то иначе. И пусть внешне это может привести к аналогичному результату («О боже, мы опять теряем деньги»), но внутреннее осознавание самой ситуации должно быть иным. И это осознавание иной раз вытягивает все происходящее в целом и меняет его коренным образом.

Самый большой цап-царап

Есть правда еще один нюанс. Все эти детские засохшие сопли-какашки, позорные поражения, эпичные провалы, невысказанные слова, непротянутые руки, недоделанные дела, предательства разной степени непростительности (в том числе и самого себя, заметьте) это, конечно, все достаточно сильно влияет и на объем внутреннего жизненного пространства, и на способность делать осознанный выбор, но…

Самой главной проблемой является не это…

Самым большим цап-царапом, который может быть у человека, является осознание собственной смертности. Да-да, та самая первая бытийная правда, только в свернутом, обложенном со всех сторон фомой виде.

Это, можно даже сказать, в некотором смысле «первородный грех». Осознание это в проявленном виде способно убить всякий смысл отдельно взятой жизни, оно лишает носителя разума опоры. Какой смысл что-то вообще в этой жизни делать, если все это на самом деле тебе не принадлежит и может быть отнято в любой момент времени. Если любое более-менее целевое планирование всегда натыкается на необходимость делать в самом важном месте приписку мелким шрифтом: «если буду к этому моменту времени жив».

А смысл? Какой в этом всем личный смысл? Его невозможно приложить к конечному существованию. Остается лишь смысл привнесенный, смысл навязанный, смысл, найденный где-то извне…

Представляете, какое с этим увязано количество фомы: все религиозные воззрения, теории пассионарности и прочие спекуляции на личностно-ценностные темы обретаются там. Такие пессимистичные философские течения, как, скажем, экзистенциализм, наоборот, пытается поднять эту проблему на поверхность, но…

Для надлежащего исполнения своих функций, то есть проявления интенциально-волевой неопределенности в рамках пространственно-временного континуума человеку всего этого не надо. Да, конечно, в камерах смертников, а также на больших и малых войнах встречаются далеко небанальные дискурсы, дающие толчок определенному развитию событий в рамках уменьшения вселенской энтропии, но это все должно быть очень и очень дозированно.

В общем и целом, средний человек обязательно должен быть уверен в некотором своем ближайшем будущем, хотя бы в завтрашнем дне. И все эти банальные установки типа надежды «лежать в гробу из дуба, выросшего из желудя… и т.д. и т.п.» очень даже неплохо с этим справляются.

Проблема только в том, что это все занимает охренительную часть внутреннего жизненного пространства и приводит к тому, что мы, практически, ни хрена не можем сделать из того, что могли бы.

Мало того, это и закрывает для нашего внутреннего взора кое-что, что является самым важным.

Та самая связь

А самое важно, что у нас есть, это как раза эта самая внутренняя связь кое с чем, если можно так выразиться. В некотором смысле, ибо самого главного вообще не существует, если следовать Закону Великого равновесия.

Что же она такое, эта связь? С одной стороны – это связь, а с другой – никакая и не связь. С одной стороны – она открывает нам бесконечное многообразия внутреннего. С другой стороны, границы между Бытием и Небытием нерушимы, иначе аннигиляция и… В общем, миллиарды лет эволюции насмарку.

Как и все подобные неразрешимые проблемы бытия, эта решается параксенотропами методом подбора подходящей рабочей гипотезы. То есть принятием на веру определенной установки, которая соответствует заявленным требованиям. В данном случае, эта рабочая гипотеза задала развитие рабочей гипотезе космогонии и получила название «осколок-Бога-внутри».

Суть ее состоит в том, что при создании мира, как такового, энное количество субстанции Дао-Абсолюта в рамках тех самых изначальных потерь попало в пузырь Бытия и, расколовшись на огромное количество микроскопических осколков, стало неотъемлемой частью всякого более-менее проявленного сознания.

Наличие этого осколка внутри того или иного сознательного индивидуума является Вторым Даром Изначального Людям. Первым Даром Изначального Людям является, как бы это странно ни звучало, смерть.

Несмотря на то, что и первое, и второе называются Дарами, на самом деле никакими Дарами они не является, ибо и первое, и второе суть печальная необходимость.

Первое (конечность всякого отдельно взятого бытия) – необходимость, печальная для самих носителей интенциально-волевой неопределенности, обеспечивает сменяемость элементов трогоавтоэгократического процесса и своевременное избавление от непроизводительных отходов. По-другому на данном этапе нельзя, ибо процесс сам себя исчерпает.

Второе же (божественность всякого более-менее сознательного бытия) печально тем, что является потенциальной опасностью не только для Мироздания, но и для Небытия вообще, ибо каждая частичка Абсолюта в силу своей Природы имеет тенденцию стать Абсолютом и, если это вдруг произойдет, ситуация с созданием всего Мироздания может повториться и тогда, сами понимаете, ничего хорошего произойти не может, ибо общий энергетический баланс, вместо того, чтобы выравниваться, станет еще более отрицательным, что резко ухудшить ситуацию с глобальной устойчивостью.

Именно поэтому все это и закрыто от нашего внутреннего взора, и, если можно так сказать, «Второй дар изначального людям неотделим от Первого».

Без всего этого, к сожалению, обойтись нельзя, ибо Божественные задачи возможно решать только Божественными средствами.

Дабы утолить страсть частички Абсолюта к воплощению в своей целостной завершенности, ей дается способность к Творению на соответствующем ей микроскопическом уровне, которая и является Интенциально-волевой неопределенностью в ее наиболее обобщенной форме.

Можно было бы сказать, что сия способность является Третьим Даром Изначального Людям, но параксенотропы, воодушевившиеся Второй бытийной правдой, обычно называют ее Усовершенствованной бытийной партк-долг-обязанностью. Да, да, именно той самой, которая по выкладкам Геворга Ованесовича, представляет собой «сознательные труды и добровольные страдания», но по сути, если выражаться простым языком, является необходимостью совершать в определенных точках времени и пространства «осознанный выбор действием».

Учитывая все вышесказанное, данный феномен среди параксенотропов получил название Духа Игры.

Дух Игры

Особенностью Духа Игры, как такового, является его двоякая Природа. С одной стороны, это – осколок Божественного, с другой стороны – связь с Абсолютом.

Как осколок Божественного, Дух Игры, словно голограмма, содержит всю информацию о Божественном вообще, и, чисто теоретически, дает возможность познания всего чего угодно, не выходя из сортира. Но это лишь гипотетически. Ибо осознание своей Божественности в полной мере чревато сами знаете, чем, поэтому и каждый шаг в отношении Познания самого себя дается с неимоверными сложностями.

Как связь с Абсолютом, Дух Игры бесконечно дистанцирован, так как непосредственный контакт с Абсолютом по всем законами Бытия, это карачун без вариантов. Происходит некое подобие эффекта квантовых близнецов в виде резонанса с этим самым Абсолютом, и соответственно, либо возможности проводить в этот мир вибрации Абсолюта, либо наоборот… Как говаривал Карлос Сесарович, сделать свое Намерение Намерением Орла. Причем в этом отношении, Дух Игры действует как черный ящик: из чего-то получается нечто, а как все это происходит, собственно, по фигу…

Что и является основой для осознания Третьей бытийной Правды.

Третья Бытийная Правда

Третья бытийная правда состоит в том, что Абсолют непознаваем абсолютно, Истина непознаваема воистину, а «Дао кэ Дао – фэй чан Дао».

Основной вывод, который делает параксенотроп в этом отношении: ну и хрен с ним…

Что, собственно, и определяет вектор его дальнейшего развития.

Многослойность реальности

Одним из проявлений осознания Третьей бытийной правды является понимание того, что объективной реальности, как таковой, «вообще» не существует. Существуют лишь опосредованные варианты реальностей, собранные на определенном уровне осознания. То есть тот мир, который мы наблюдаем и осязаем, есть лишь отдельная, хорошо структурированная реальность, определяемая той системой координат, в которой мы, можно так сказать, воспитаны.

Не зря дядя Ваня со своей точкой сборки Карлосу Сесаровичу все мозги прожужжал. Да, есть такая особенность сознательного существования… Если хорошенько дать по кумполу, то и вся окружающая тебя реальность воспринимается несколько по-иному.

Вот только точка сборки, как феномен обобщенного взгляда на мир, есть тоже порождения определенного положение точки сборки, то бишь определенный концепт в рамках определенной системы координат, получившей в народе название «магического описания мира по Кастанеде» и, поэтому, хоть и ставится иногда во главу угла, но все же претендентом на глобальную истину быть не может.

Да, тот материальный мир, который мы с вами наблюдаем, есть мир почти бесконечного разнообразия форм, подчиняющийся определенным сложным законам. Так, что для реализации некоторого простого желания, например, полетать, приходится создавать такую махину, как пассажирский авиалайнер, с сотней тысяч всевозможных деталек внутри, поломка любой из которых может привести сами знаете к чему.

Да что авиалайнер… Когда у отдельно взятого индивидуума что-то там в боку покалывает, для того, чтобы разобраться с этим, приходится целый консилиум созывать. Из многоопытных специалистов, заметьте… И то ничего определенного сказать они, как правило, не могут, разве что после всеобъемлющего обследования и многочасового листания медицинских справочников…

Но вот если приподняться чуть-чуть над этой разнообразной, но все-таки постылой реальностью, можно понять, что каждый объект в этом мире, включая и твои же собственные, мил человек, внутренние органы, имеет свое собственное осознание. Простое, правда, заточенное лишь под выполнение определенных функций, но вполне работоспособное.

И вот на этом уровне ту же медицину понять становится намного проще. И если что-то у тебя где-то болит, это значит, что определенный орган твой, уважаемый хомо сапиенс, не совсем согласен с тем образом жизни, который ты ведешь, и таким вот незатейливым образом объявляет тебе «итальянскую забастовку» да так, что уйму времени (это вместо того, чтобы заниматься интенциально-волевой неопределенностью) ты проводишь в тишине и уединении, изучая (не по воле своей, правда) состав освежителя воздуха.

И это даже не китайская медицина со своими меридианами, тут, как говорится свой коленкор. Ты, в общем-то, не обязан разбираться во всех этих митохондриях и изомеразах. Это, как вертикаль власти – вызвал министра на ковер, сказал «наведите порядок в сельском хозяйстве», вот он пусть и работает, в силу своих сил и компетенции.

Главное, найти общий язык.

А для этого, как уже было сказано, немножко приподняться надо.

Нелокальность

Ну а если приподняться еще повыше, можно обнаружить, что в этом странном мире все едино. То есть каждый из существующих феноменов, он как бы занимает собой весь мир, но только на определенной волне, поэтому, если хочешь до него достучаться, не обязательно совершать путешествие за тридевять земель, но вот войти с ним в резонанс, это, как раз-таки наоборот, очень даже обязательно.

Именно так происходят астральные путешествия, скажем, к системе Бетельгейзе. Это же до хрена световых лет. И если ты там и появился, пусть даже в «астрале», то лишь потому, что какая-то твоя часть там уже есть, вот только не настроена она была на нужную частоту.

И даже, если запустить туда космический корабль, который через много поколений астронавтов туда все-таки доберется, то ни хрена они там не обнаружат, исключительно потому, что в этом деле именно нахождение на нужной частоте более важно, чем пространственная близость к необходимой точке.

Но астральные путешествия – это, можно так сказать, попса… Замануха для незрелых сущностей. Интересно? Да. Но, в целом, это лишь красивое развлечение для уставшего от повседневщины мозга. Какое-то разнообразие. Да и опасно, в общем. Карлос Сесарович не даст соврать. Ведь оттуда можно и не вернуться. Или возвращаться так долго, что само возвращение неминуемо потеряет смысл – тебя за это время здесь уже не только похоронят, но и забудут.

Все, что нужно знать пока об этом уровне, так это незыблемую истину о том, что все в этом мире взаимосвязано. Все…

Да, и иногда оттуда можно принести кое-какие знания, но любое знание, не нашедшее у тебя внутри резонанса и не пришедшее, таким образом, изнутри, как твое внутреннее понимание того знания, что дали тебе извне, оно, увы, бесполезно, ибо не дает внутреннего объема и увеличения степеней свободы, а лишь навязывает тебе определенную модель поведения, подчиняя тому, что тебе это знание дало.

Поэтому и отправляться в такие путешествия за знанием надо уже подготовленным, когда у тебя сформировано уже некое подобие внутренней структуры понимания происходящего. А для этого нам нужна своя собственная субъективная бытийная совесть. Очень нужна…

Попытки воссоздания субъективной бытийной совести

Обрушившаяся на сознание пустота третьей бытийной правды лишает смысла все происходящее. Оторвавшись от обывательщины, человек разумный словно оказывается в вакууме: цели превращаются в вешки, и жизнь как бы низводится до того, чтобы просто ее поддерживать. Такой, понимаете ли, философский подход… Жив, мол, и слава Богу.

С этой пустотой нормально жить, конечно же, не представляется возможным и начинается процесс… Либо ты опускаешься в своих ценностях до той же обывательщины, либо вынужден принять для себя нечто в качестве своей высшей Субъективной правды.