В кругу огня

— Магистр Библиотекарь, — представил его сир Никколлос. — Я привёл ребят. Они были в лесу во время взрыва. Утверждают, что гоблины полезли из болот сразу после разрушения храма.

Магистр с любопытством посмотрел на Эльхарда и Ешу поверх очков.

— Вы правда это видели? — спросил он. Ребята закивали. — Что ж, проходите. Расскажете всё в подробностях.

Он провёл их в кабинет — огромный зал, сужающийся к окну. Вдоль стен высились стеллажи, забитые книгами и свитками. В центре висела картина — бушующее море и корабль в борьбе со стихией. Перед камином стоял широкий диван, на который опустился сир Никколлос. Эльхард и Еша сели в глубокие кожаные кресла напротив стола. Магистр обогнул стол, зацепив при этом большую стеклянную ёмкость с мутной серовато-бурой жидкостью, и сел, достав перо и пергамент.

— Света маловато, — пробормотал он и зажёг пару свечей в металлических подсвечниках.

Пламя отразилось в круглых линзах его очков, и в кабинете стало светлее. В тот же миг Еша громко вскрикнула, вскочила с кресла и кинулась к сиру Никколлосу: в стеклянной ёмкости, покачиваясь в мутной жиже, плавала голова гоблина с приоткрытыми глазами.

Могучий паладин поднялся, заслоняя девочку, но, приглядевшись, расслабился.

— Магистр, вы всё-таки приказали доставить вам эту мерзость из-под завалов храма? — хмыкнул он. — И как вы собираетесь использовать останки? Ритуал по призванию духа? — он коротко рассмеялся.

— Это улика, сир Никколлос, — спокойно ответил Магистр, убирая ёмкость со стола. — И она требует тщательного изучения. Откуда взялось тёмное существо в светлом храме? Как оно прошло через весь город незамеченным? И какими силами обладало, чтобы разметать такое монументальное строение?

Он перевёл взгляд на ребят.

— Но сейчас не об этом. Рассказывайте. Что вы видели в лесу?

Эльхард и Еша по очереди начали рассказ. Когда речь зашла о сполохах, разлетевшихся в стороны от взорвавшегося храма, и о четырёх огненных столбах, превратившихся в стену пламени, Магистр резко встал, подошёл к окну и вгляделся вдаль, где в серых сумерках алело яркое зарево.

— Так вот что это за свечение на горизонте… — пробормотал он, возвращаясь за стол.

Когда рассказ был окончен, Магистр ещё немного помолчал, пробегая глазами по своим записям, а потом спросил:

— Сир Никколлос, я правильно помню, что аура нашего храма распространялась и на прилежащие земли?

— Да, примерно в радиусе ста километров.

— Угу. — Магистр продолжил писать, потом оторвал от листа половину, разделил её ещё на две части и подошёл к картине с бушующим морем. Отодвинув полотно, он открыл взгляду небольшой грузовой лифт.

— Приказы командирам следопытов и на кухню, — пояснил он, заметив взгляд Эльхарда. Положив записки в кабину, он перевёл рычаг, и она с тихим жужжанием ушла вниз.

— Итак, — Магистр вернулся к столу, — с нападением гоблинов проясняется. Вместе с уничтожением храма развеялась и аура. Гоблины выбрались из пещер и подземелий на поверхность.

— Но аура для них не смертельна, — заметил сир Никколлос. — Она вызывает лишь подавленность и смятение. Почему же мы раньше их не видели?

— Потому что они полуразумны, мнительны, суеверны и мало организованы. Разве хочется соваться на территорию, где тебе плохо, да ещё и ходят слухи, что это убивает? Но вот тут, — Магистр поднял палец, — мы задаёмся другим вопросом: кто их организовал, сплотил и дал общую цель? Кто заставил их забыть о распрях и двинуться на город единой волной? Это не простое нападение. За этим кто-то стоит.

— Поутру патрульные отряды выступят на зачистку улиц, — сказал сир Никколлос. — Постараемся взять пленного — может, что и удастся выведать.

— Да. И четыре боевые группы следопытов выдвинутся к пламенной стене — по одной в каждом направлении. Надо разведать, что это за огонь, можно ли его потушить или преодолеть. Или мы отрезаны от остального мира. — Магистр посмотрел на Эльхарда. — Ты в составе западной группы. Заодно покажешь место, где вы видели гоблинов, и осмотрите там всё.

В этот момент снова звякнул колокольчик. Магистр открыл раму лифта — на подносе стояли две глубокие дымящиеся тарелки, большой ломоть хлеба, графин со стаканами, а чуть в стороне лежала толстая старая книга в кожаном переплёте.

Аромат жаркого поплыл по кабинету. Только теперь ребята вспомнили, что с утра у них во рту не было ни крошки.

— Берите, — кивнул Магистр, забирая книгу. — Вы наверняка голодны.

Эльхард первым кинулся к подносу. Отломив кусок хлеба, он прямо стоя принялся уплетать жаркое. Еша же осталась в кресле. Она сидела, глядя в пол, и нервно теребила край своего зелёного плаща.

— Извините, Магистр Библиотекарь, — её голос прозвучал тихо, но твёрдо. — А можно мне тоже поступить на службу в следопыты?

Магистр поднял глаза от книги. Эльхард замер с ложкой в руке и обернулся. Еша, почувствовав на себе взгляды, выпрямилась и сжала кулаки.

— Сейчас, во время осады, гильдия следопытов временно перешла под командование городской стражи, то есть сира Никколлоса, — ответил Магистр. — Но, мне кажется, ты ещё слишком мала для рекрута.

— Я уже неплохо ориентируюсь в лесу и прилично стреляю из лука, — выпалила Еша. Она запустила руку в походную сумку и вытащила тушку подстреленного зайца.

— А что, ты не хочешь возвращаться к родным?

Еша опустила взгляд.

— Её мать — подавальщица в трактире, — смущённо проговорил паладин. — И, как мне показалось, не самая… ответственная личность.

— Вот оно что. — Магистр откинулся в кресле и, помедлив, улыбнулся. — Сир Никколлос, у следопытов свои кельи. Но давайте сделаем так. С завтрашнего дня ты, Еша, заступаешь на должность младшего библиотечного посыльного. Мелкие поручения — принеси-подай, ничего сложного и не часто. Основную службу будешь нести с лучниками на стене. Завтра же получишь плащ следопыта. Комнату выделим недалеко от казарм. А с мамой твоей, думаю, сир Никколлос договорится. Тем более что она будет получать половину твоего месячного жалования. Но я настоятельно рекомендую тебе в будущем поговорить с ней и объясниться.

— Спасибо, — выдохнула Еша. Эльхард, стоявший в стороне, молча кивнул, и в его взгляде читалась гордость.

Магистр вновь улыбнулся и поднялся, беря ёмкость с головой гоблина.

— Сегодня можете разместиться здесь. Я всё равно до утра буду занят в лаборатории. А тушку, подстреленную нашей чудо-охотницей, отнесите на кухню — по моей личной лестнице, семь пролётов вниз. Повара найдут ей лучшее применение.

С этими словами он удалился.

Эльхард и Еша, взяв поднос, вместе с паладином спустились вниз. Выход с тайной лестницы оказался в глухом тупике цокольного этажа, где за углом, источая ароматные запахи, располагалась кухня. Необъятный низкорослый повар в застиранном белом фартуке принял у них дичь и, буркнув что-то одобрительное, скрылся за дверью кладовой.

Сир Никколлос отворил им потайной проход обратно и, пожелав спокойной ночи, удалился по делам. Ребята вновь поднялись в кабинет.

— Да, ну и денёк, — сказал Эльхард, оглядывая опустевшую комнату. — Ты давай ложись на диван, а я тут, у камина.

Он стянул плащ и расстелил его на полу.

— Здорово ты придумала — обратиться к самому Магистру. И они… следопытом пока рано, но посыльным взяли. Ещё и жалование обещали.

Он обернулся, но Еша уже крепко спала, свернувшись калачиком на диване. Эльхард улыбнулся, убрал её длинные волосы с лица, поднял свой плащ и аккуратно укрыл её.

Сам же лёг на пол у камина, глядя в угасающее пламя. Завтра он снова выйдет в лес — но не охотиться, а разведывать. И кто знает, что ждёт их за огненной стеной. С этой мыслью он закрыл глаза.

Глава 4. Разведка

На рассвете в кабинет Магистра вошёл сир Никколлос. Паладин, как всегда, был в блестящем расположении духа и такой же сверкающей кирасе — казалось, ничто на свете не способно омрачить его настроения.

— Подъём, молодёжь. Пора.

Эльхард и Еша спустились в казармы. Эльхард сразу отлучился в кузню за своими клинками — двумя длинными кинжалами, которые наконец-то были готовы. Он проверил заточку, ощупал рукояти и остался доволен. Оружие вернулось на пояс.

Еше выдали тёмно-зелёный плащ с капюшоном — стандартную одежду следопытов. Правда, пришлось поискать размер, и тот, что нашли, волочился по полу. Девочке тут же вручили иголку с ниткой, чтобы обметать плащ до нужной длины. Выдали и полный колчан стрел, но лук она оставила свой — тот самый, что Эльхард купил ей после удачной охоты. В меру гибкий, прочный, пристрелянный. С ним она не хотела расставаться ни при каких обстоятельствах.

Её прикрепили к отряду лучников, заступающих на стену. Даже не успев попрощаться, она отправилась на пост. Эльхард, вернувшись из кузни, искал её глазами.

— Ну всё, я готов. Где Еша? — спросил он у сира Никколлоса, всё ещё оглядываясь.

— Не расторопный ты, парень, — пробасил паладин, кладя ему руку на плечо, отчего Эльхард даже присел. — Она со своим отрядом уже на стене. Кто она тебе, что ты так о ней печёшься? Мать её, вроде, говорила, что ты для неё никто.

— Долгая история, — ответил Эльхард, всё ещё надеясь заметить девочку в толпе. — С Айей я познакомился несколько лет назад. Она работала в трактире. Я часто туда захаживал — веселье, угар. Ну и закрутилось. С Ешой тогда и познакомился. Она смышлёная, находчивая, охоту полюбила. Мы вместе охотились, я её потихоньку обучать стал. Она схватывает на лету, глаза горят — вижу, интересно ей. А за собой замечать стал: чем веселее вечером, тем хуже с утра на охоте. Начал сокращать эти праздники. Потом с Айей разладилось. Она гулять начала, меня во всём обвинять. Я плюнул и ушёл. А с Ешой сдружились, так и общаемся.

— Хох, дела, — протянул паладин. — Ладно, пойдём. Сбор отрядов на площади.

Они миновали казармы, прошли через двор и вышли к баррикадам. Эльхард бегом присоединился к своей группе. Сир Никколлос вышел вперёд, и при виде паладина следопыты построились — четыре группы по пять человек.

— Значит так, братцы, — прокашлявшись, начал он. — Стража только приступила к зачистке города. Улицы ещё кишат гоблинами, так что будьте бдительны с самого начала. Но у вас другая задача. Все видели зарево на горизонте, что окружает город? Есть предположение, что мы в огненном кольце. Четыре группы — по четырём направлениям. Цель: разведать всё, что можно, об этом пламени. Природу, происхождение, можно ли его затушить, устранить или преодолеть. По пути если встретите отряды гоблинов — на усмотрение командиров: либо уничтожайте, либо обходите. Координаты всех стычек обязательны. И ещё: западная группа — Эльхард видел место вылазки гоблинов. Если там безопасно, разведайте и его. Ну что ж, братцы, в путь, и да помогут вам све… — паладин запнулся и, помрачнев, закончил тише: — Да помогут вам боги.

Отряды двинулись в дорогу. Эльхарду вдруг показалось, что он услышал своё имя за спиной. Он обернулся, взглянул на библиотеку, на стену — но лучи восходящего солнца били прямо в глаза, и он никого не увидел. Он отвернулся и присоединился к своей группе.

Западный отряд пошёл по улице, тянущейся прямо от главного входа. Той самой улице, по которой вчера вечером они с Ешей убегали от монстров. Тела гоблинов до сих пор валялись на мостовой — никто не позаботился их убрать. Проходя мимо арки, Эльхард заметил: прибитый к стене гоблин так и висел, стрела в его глазнице не позволила телу осесть на землю. Даже следопыты из отряда обратили на это внимание, удивляясь, кому удалось так «украсить» подворотню. Эльхард промолчал.

Миновав улицу, вышли к заливу. Командир отряда — коренастый мужчина с выгоревшим на солнце шрамом через левую бровь, по имени Эрик — решил переплыть залив на лодках: делать круг до моста слишком долго, а на водной глади не стоило опасаться внезапного нападения. Залив был тих и спокоен. В утренней дымке, стелющейся над водой, две лодки быстро пересекли залив и причалили к противоположному берегу. Тут уже начинался лес.

Рассредоточившись, двинулись к указанному Эльхардом месту и к полудню были на месте.

Отряд осторожно приблизился к водоёму — то ли озерцу, то ли болотцу. Двое следопытов отправились осматривать периметр, остальные направились прямо к воде. Следов пребывания монстров здесь хватало: повсюду надломленные деревья, с которых отрывали толстые сучья для дубин. На земле у воды — подсохшие следы грязи и ила, вытоптанная растительность. Любопытно: часть следов уходила в лес, часть — в сторону города.

Вернувшиеся разведчики доложили: в округе ни намёка на гоблинов. Командир Эрик решил сделать привал.

— Сейчас осмотрим болото и двинемся дальше, — сказал он. — Правда, кому-то придётся нырнуть.

Бросили жребий. Идти выпало жилистому следопыту средних лет — Киту. Пока он раздевался, Эрик приготовил верёвку, остальные заняли наблюдательные позиции.

Эльхард нашёл высокое дерево в нескольких метрах от воды и взобрался на ветку на высоте двух человеческих ростов. Отсюда открывался отличный обзор на болотце и прилегающий лес. Прислонившись спиной к стволу, он достал из сумки лепёшку с ломтями копчёного мяса и принялся есть, наблюдая за происходящим.

Лес был тих — только птичий щебет и шелест ветра. Слова, доносившиеся снизу, легко долетали до него.

Кит опоясался верёвкой и осторожно вошёл в воду. Эрик перекинул свободный конец вокруг дерева и потихоньку стравливал, держа в полупровисшем состоянии. У самого берега вода доходила Киту до середины бедра, дальше становилось всё глубже. Вот он зашёл по пояс, потом по грудь, а потом в один миг ушёл под воду с головой.

Эрик резко натянул верёвку. Секунду спустя голова Кита показалась над водой.

— Всё нормально, командир, — отплёвываясь, прокряхтел он. — Тут обрыв. Ослабь верёвку, буду нырять. Похоже, там какой-то лаз.

Натяжение ослабло, верёвка легла на землю. Кит сделал несколько глубоких вдохов и нырнул. Эрик напряжённо следил, как под воду уходит моток. Эльхарду даже показалось, что командир задержал дыхание вместе с Китом.

Эльхард покончил с едой, вытер руки о штаны и стал пристально наблюдать.

Прошло три минуты. Моток размотался, какое-то время был в натяжении, а потом резко упал. Эрик принялся быстро вытягивать верёвку. Вскоре показался Кит. Он выскочил из воды и рухнул на траву, часто хватая ртом воздух.

— Там пещера, — выдавил он, едва отдышавшись. — И, похоже, меня заметили.

Он мгновенно вскочил, впрыгнул в штаны и сапоги, выхватил два длинных кривых кинжала. Эрик тоже обнажил клинки, глядя на воду.

— Гоблины? Много? — спросил он.

— Не меньше дюжины. И что-то ещё. Что-то большое.

Вода в озерце забурлила, и на берег полезли гоблины. С горящими красными глазами, они выскакивали из глубины и с голыми руками бросались на следопытов.

Эрик и Кит, ловко орудуя клинками в обеих руках, отразили первую волну. Трое гоблинов, посечённых на куски, уже лежали на траве, хрипя и булькая кровью. Но из воды вылезали всё новые и новые. Монстры обступали пятящихся следопытов, стараясь окружить. Прыткие и проворные, они то и дело совершали быстрые выпады, вовремя отскакивая от смертоносных лезвий.

Эльхард спрыгнул с дерева. Приземлившись, перекатился через плечо, гася инерцию, и на ходу выхватил кинжалы. Ближайший гоблин обернулся на шум — и тут же оба лезвия вонзились ему в подбородок. Тварь захрипела, тёмная кровь брызнула изо рта, и Эльхард, выдернув клинки, отскочил назад.

От общей массы монстров отделились трое и двинулись на него. Эльхард уклонился от череды ударов, пригнулся и, резко крутанувшись, полоснул кинжалами по ногам. Один гоблин зазевался и рухнул с отсечёнными до колен лодыжками. Эльхард выпрямился и бросился на второго. Он колол, резал, рубил — но ловкий монстр уворачивался. В очередном выпаде Эльхард промахнулся, разрубив лишь воздух, и тут же получил удар в спину. Что-то тёплое и склизкое брызнуло по шее, и его опрокинуло на землю.

Эльхард перекатился, встал на одно колено и увидел: гоблин со смешком передавал второму что-то похожее на дубину, с которой стекала густая красная жижа. Когда Эльхард понял, что монстры используют вместо дубин, его замутило. Съеденный бутерброд подступил к горлу. Он глубоко вздохнул, подавив тошноту, и крепко сжал рукояти.

Гоблины ринулись в атаку — но один вдруг рухнул ничком со стрелой в шее. Вернувшиеся следопыты с двух сторон обстреливали толпу из луков.

Эльхард рванулся вперёд, полоснул кинжалом снизу вверх. Оставшийся гоблин отпрянул, но Эльхард не остановился: инерция развернула его тело, и два лезвия сверху вниз рассекли зелёную плоть на спине монстра.

Он обернулся к командиру и увидел, что стрелы товарищей внесли сумятицу в толпу гоблинов, и Кит с Эриком быстро вырезают замешкавшихся. Эльхард двинулся к ним — и тут земля содрогнулась.

Он упал на колени. Уцелевшие гоблины злобно заулюлюкали. Толчок повторился — мощнее, глубже. Вода в озерце начала стремительно убывать, а потом земля у берега вздыбилась, треснула, и ошмётки полетели в стороны. Из-под земли вынырнуло нечто — толстенное, метров пяти ростом, покрытое бурой шкурой, с крошечными глазками и пастью, полной обломанных зубов. Огр.

Он стоял по пояс в разломе и, огромной ручищей схватив Кита, с лёгкостью поднял его ко рту и откусил голову.

Стрелы одна за другой вонзались в шкуру великана, но не причиняли ему видимого беспокойства — только злили. Эрик с неимоверным проворством уклонялся от огромной лапищи, оставляя на ней глубокие кровоточащие раны, но и они лишь распаляли ярость огра.

Эльхард собрал все силы и бросился вперёд. Разбежавшись, он оттолкнулся и взмыл в воздух, занеся кинжалы над головой. Лезвия по рукоять вошли в грудь твари. Огр взревел.

— Нет! Не вступать в ближний бой! Это огр! Отступайте, бегите! — раздался крик Эрика.

Но Эльхард уже висел на груди огра, удерживаясь лишь за рукояти. Огромная лапища сжала его, и он почувствовал, как хрустят рёбра. Перед глазами всё поплыло. Сверху он видел, как командир Эрик проскользнул вплотную к огру и резкими сильными ударами несколько раз вонзил клинки в его пузо.

Огр взревел снова. Взмахнул рукой, разжал пальцы — и Эльхард полетел. А потом огромный кулак опустился вниз, раздавив, расплющив командира, который в последний миг прикрывал своего следопыта.

Эльхард видел это, пока летел, отброшенный в небо, словно щепка.

Падение смягчили кроны деревьев и густой ягель, но удар всё равно оказался страшным. С трудом поднявшись на ноги, Эльхард всё ещё видел перед глазами гибель Эрика. «Он погиб из-за меня. Он закрыл меня собой».

— Беги! — звучал в ушах приказ.

И Эльхард побежал.

Он бежал, не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицу, оставляя глубокие царапины. Ноги спотыкались о корни и камни. Он падал, вновь поднимался и бежал дальше, прочь от монстров. Мышцы горели, в груди кололо при каждом вдохе, но он не останавливался. Лес слился в зелёную полосу, время потеряло счёт.

Прорвавшись сквозь кустарник, он оказался на краю обрыва. Не успев затормозить, оступился и кубарем полетел вниз по крутому склону. Тело переворачивалось, ударялось о камни и корни, пока наконец с громким чавканьем не упало на дно.

Эльхард попытался встать, но руки и ноги ушли в вязкую жижу. Холодная грязь плотно обхватила его, оставив над поверхностью лишь голову. Он попробовал опереться на ноги — жижа засосала их глубже. Попытался нажать руками — те тоже ушли вглубь. Уровень воды поднялся до подбородка.

Он постарался распределить вес, медленно шевелил конечностями, пытаясь создать полость и высвободиться, но вязкая жижа держала мёртвой хваткой. Вот она коснулась плотно сомкнутых губ. Запах сырой земли и гнили заполнил ноздри. Эльхард втянул в себя как можно больше воздуха и задержал дыхание.

Грязь сомкнулась над головой. Он чувствовал, как погружается глубже. Лёгкие жгло, тело сотрясалось в конвульсиях, отчаянно пытаясь исторгнуть инородное, но жижа проникала всё глубже. Боль стала невыносимой — а потом начала стихать.

Спазмы ослабли. Сознание погасло. И наступила тишина.

Глава 5. Первый день на службе

Еша заступила на стену ещё затемно. Когда перед зданием библиотеки выстроились четыре отряда следопытов, ей с высоты было отлично видно и слышно, как сир Никколлос произнёс напутственную речь. При виде паладина она невольно выпрямилась сама.

Когда отряды начали расходиться, она запрыгнула на парапет и выкрикнула имя Эльхарда. Ей показалось, что он услышал — обернулся, приложил ладонь ко лбу, вглядываясь в стену. Но солнце как раз поднялось над крышами и било ему прямо в глаза. Он никого не увидел. Постоял мгновение, повернулся и бегом догнал свой отряд.

— Брат? — раздался голос за спиной. Один из лучников её отряда, долговязый парень по прозвищу Длинный, подошёл и облокотился на парапет.

— Друг, — ответила Еша, опустив плечи.

— Не расстраивайся. Солнце прямо в глаза — он тебя просто не увидел.

— Мы даже толком не попрощались. Всё так быстро завертелось с утра.

Из караулки выглянул ещё один лучник и хриплым голосом окликнул Длинного:

— Длинный, ты идёшь? Я как раз собирался рассказывать, какую кралю подцепил позавчера перед нападением, и какие у этой цыпы хоромы и мясистые цацки…

— Иду, Червь! — отозвался Длинный и повернулся к Еше. — Слушай, подежуришь первый часик? Тут ничего сложного: наблюдай за территорией и в случае чего подозрительного зови нас.

Еша кивнула. Лучник улыбнулся и скрылся в караулке.

Она окинула взглядом свой участок. В утренних лучах город казался безопасным — даже выбитые окна и перевёрнутые телеги не нарушали этого обманчивого покоя.

Усевшись на парапет, Еша достала иголку с ниткой и принялась подшивать плащ до нужной длины, попутно наблюдая за улицами. За время, проведённое с Эльхардом в лесах, она отлично научилась замечать любое, даже самое слабое движение краем глаза.

Через час из караулки вышли трое. Длинный спросил:

— Ну как? Всё тихо?

— Тихо, — ответила Еша, убирая нитку и примеряя плащ, который теперь был ей в самую пору.

— Можешь пока передохнуть, мы подежурим.

— Я не устала и вполне могу ещё покараулить, — гордо ответила она. Сбылось то, чего она так хотела. Она теперь следопыт. И пусть пока кадет — всё равно её жизнь переменится к лучшему.

— Хочешь быть полезной? — хрипло вмешался Червь. — Сбегай на кухню, найдёшь белобрысую женщину, её зовут Оля. Передай: «Сегодня после дежурства Червь собирается к ней заглянуть, и чтобы у него хватило сил, ему просто необходим паёк и фляжечка волшебной микстуры, да покрепче».

Еша сдвинула брови.

— И нечего на меня так смотреть, — осклабился Червь. — Ты же у нас библиотечный посыльный, так что всё в рамках твоих прямых обязанностей. — Он обернулся к товарищам. — Во, видели? Так же глянула, как та позавчера из моего рассказа. И чем я не нравлюсь мелкоте? Ума не приложу. — Он снова повернулся к Еше. — Ты ещё здесь? Давай, в темпе вальса.