Аэлиона:7 огней судьбы

Мужчина дошёл до её папки, развернул клапан и попробовал вытащить вложенную тетрадь.

-Тесьму сначала ослабьте, -сказала Лили. -Вот здесь.

Он послушался, вынул тетрадь и посмотрел на крепление.

-Сама придумала?

-Я видела похожую обложку, только без отделений. Хотела, чтобы можно было листы отдельно складывать и не прошивать каждый раз.

-Правый край будет цепляться.

Лили наклонилась. Мужчина показал, где клапан заходит слишком далеко, и она сразу поняла, о чём он говорит.

-Его можно подрезать, я оставила больше, чтобы не высыпалось.

-Лучше сгиб чуть дальше сделать. Подрезать всегда успеешь.

Она потянулась за карандашом, чтобы отметить место, но мужчина уже отступил, пропуская наставника.

-Я потом ещё посмотрю, -сказал он и перешёл к следующей работе.

Лили кивнула, едва удержавшись от улыбки. Ей хотелось немедленно рассказать Илии про сгиб, однако наставник остановился рядом и негромко попросил:

-Отойди со мной на минуту.

Они переместились к полке, откуда было видно весь стол. Лили всё ещё держала карандаш.

-Что-то не так?

Наставник посмотрел на посетителей, потом на её работу.

-Папку оставим. Я сам её покажу, если будут спрашивать.

-Я могу объяснить, я приготовилась.

-Знаю. Только карточку с именем пока убери.

Лили не сразу поняла, что он имеет в виду.

-Переписать?

-Нет. Пусть стоит среди общих образцов.

Она посмотрела на длинный стол. Возле каждой работы лежало имя, даже у маленькой тетради, которую один из учеников доделывал сегодня утром.

-Почему?

Наставник понизил голос ещё сильнее:

-Меня уже спрашивали о кузнице. Сегодня придут люди, которые слышали разные разговоры. Я не хочу, чтобы весь показ закончился спором.

-А при чём тут моя папка?

-Ни при чём. Работа хорошая, поэтому я и предлагаю её оставить.

Лили сжала карандаш.

-И сказать, что её сделали вы?

-Я такого не говорил.

-А если спросят, кто сделал?

Он помолчал, и она впервые увидела, что готового ответа у него нет. До этой минуты он, кажется, рассчитывал, что она просто согласится.

-Скажу, что одна из учениц. Позже, когда всё успокоится, покажешь сама.

-Когда позже?

-Лили, я сейчас не могу это обсуждать.

Он уже повернулся к столу, но она сделала шаг следом.

-Тогда пусть моё имя останется.

Несколько человек рядом обернулись. Наставник остановился, и Лили почувствовала, как начинает гореть лицо. Она не собиралась говорить громко, хотела только успеть договорить, пока он не ушёл.

-Не будем устраивать сцену, -произнёс он.

Илия подняла голову от своей тетради.

-Что случилось?

-Мы решаем, как расположить работы.

-Мне сказали убрать имя, -ответила Лили. -Только моё.

Она сразу пожалела, что голос дрогнул. Теперь хотелось говорить как можно спокойнее, но от этого каждое слово давалось ещё труднее.

-Из-за разговоров о кузнице? -спросила Илия.

-Из-за того, что разговор уже начался, как видите.

Наставник протянул руку к карточке. Лили машинально положила на неё ладонь.

-Я пришла туда, когда Брана уже вытащили.

-А утром? -спросила женщина у края стола. -Утром тебя там тоже не было?

Лили посмотрела на неё. Она не знала эту женщину и не понимала, почему должна сейчас перед ней отвечать.

-Утром была. Сломанное крепление принесла.

-Вот и получается, что была.

-До аварии. А потом пришла после. Меня там не было, когда пол провалился.

-Она после занятий со мной шла, -сказала Илия. -Мы вместе вышли. К кузнице она направилась потом.

Женщина пожала плечами.

-Я ничего не утверждаю, только спрашиваю.

Наставник поднял руку, останавливая разговор.

-Достаточно. Именно этого я и хотел избежать.

Он посмотрел на Лили.

-Ты же знаешь, как люди относятся к твоей фамилии. Нужно было проявить немного терпения.

Лили опустила взгляд на свою ладонь. Из-под пальцев выглядывал край карточки, на котором осталось видно только имя.

-Я четыре вечера это делала, -сказала она. -И до этого училась, как остальные. Вы ведь видели.

-Никто не спорит.

-Тогда почему я должна отойти?

Она ждала ответа, хотя уже боялась его услышать. За плечом кто-то передвинул стул, возле двери негромко заговорили двое посетителей, и Лили вдруг почувствовала, что сейчас всё продолжится без неё: работу поставят ровнее, карточку уберут, а мужчина, который обещал вернуться, будет спрашивать про крепление у наставника.

Он даже не узнает, что она осталась стоять рядом.

Лили открыла рот, собираясь ещё раз сказать, что папку сделала она, но произнесла совсем другие слова:

-Тирсэль Фаринус.

Илия перестала смотреть на наставника.

Лили заметила, как изменилось её лицо, и сначала решила, что сказала что-то ужасное. Потом обернулся мужчина у соседнего стола, следом -женщина, которая спрашивала про кузницу.

Все смотрели к двери.

Там стояла Лили.

Та же одежда, выбившаяся возле виска прядь, тёмный след клея на рукаве. Она стояла чуть боком, не опуская глаз, и казалась совершенно спокойной.

Лили возле стола смотрела на неё и не могла сделать вдох.

Увидеть себя целиком, среди чужих людей, оказалось совсем не похоже на отражение. Девушка у двери не повернулась вместе с ней, не повторила движения её руки, только продолжала стоять.

-Это что ещё? -спросил наставник.

Лили отступила и задела край стола. По голове прошла резкая боль, будто кто-то сильно стянул волосы у затылка, и она вцепилась в обложку своей папки.

-Я не…

Мужчина возле двери протянул руку к плечу второй девушки. Его пальцы прошли сквозь рукав, и он резко отдёрнул их.

Кто-то ахнул. Стул опрокинулся, когда женщина попятилась от двери.

Лили хотела, чтобы всё исчезло. Она зажмурилась, но в голове оставалось странное напряжение, и ей казалось, что стоит отпустить край стола -она сама окажется там, у выхода.

-Лили.

Илия была совсем рядом.

-Посмотри на меня.

Она открыла глаза. У второй девушки расплывались пальцы, край лица на мгновение исчез, пропуская сквозь себя дверной косяк. Потом изображение дрогнуло целиком и пропало.

За ним оказалась стена.

Лили всё ещё держалась за папку. В комнате никто не двигался, только упавший стул лежал между дверью и ближайшей скамьёй.

-Это ты подготовила? -спросил наставник.

-Нет.

-Я попросил тебя убрать карточку, и ты решила устроить представление?

Она посмотрела на него, не сразу поняв слова.

-Я не знала, что это появится.

-Как удобно, -произнесла женщина у двери.

Мужчина, который разглядывал папку, обернулся к ней.

-Девушке нехорошо, вы не видите?

Он поднял стул и придвинул его ближе, но Лили покачала головой. Сесть здесь означало остаться, а она больше не могла выдерживать, как на неё смотрят.

Наставник потянулся к работе.

-Давай пока отложим и спокойно…

-Не надо.

Лили подтянула папку к себе. Один из листков выскользнул, Илия успела поймать его и вложила обратно.

-Я заберу.

-Мы ещё не закончили разговор.

Лили сняла ладонь с карточки, взяла её за край и спрятала под тесьму внутри обложки. Потом закрыла папку, прижала к груди и пошла к выходу.

Возле двери она остановилась. Ещё мгновение назад там стояло её собственное лицо, и теперь было страшно подойти к этому месту, но остаться было ещё страшнее.

Лили переступила через порог, спустилась по лестнице и вышла на улицу.

Никто её не остановил.

Илия догнала её у поворота с оставленной сумкой. Лили обернулась, увидела знакомые книги, торчавшие сверху, и только тогда поняла, что ушла без вещей.

-Держи.

Она попыталась надеть сумку, не выпуская папку, запуталась в ремне и вдруг рассердилась так сильно, что глаза сразу наполнились слезами.

-Давай понесу, -предложила Илия.

Лили позволила ей забрать сумку и отвернулась к стене.

-Я собиралась показать отделения.

Илия молчала.

-Просто показать, как туда всё складывать. Он спросил про тесьму, ему было интересно. Я даже про неправильный сгиб не расстроилась, потому что он объяснил, как лучше сделать.

Она провела запястьем под глазами, стараясь не намочить обложку.

-А теперь они будут рассказывать, что я пришла их пугать.

Илия посмотрела на дверь, из которой они вышли.

-Я сказала наставнику, что видела всё с самого начала.

-Он поверил?

-Пока я говорила, он просил освободить проход. Я ещё поговорю с ним.

Лили кивнула, не поднимая головы.

Некоторое время они стояли у стены. По улице проходили люди, и всякий раз, когда кто-нибудь задерживал на ней взгляд, Лили хотелось оглянуться, проверить, не стоит ли позади ещё одна она.

-Ты раньше так делала? -тихо спросила Илия.

-Нет.

-А слова откуда?

Лили посмотрела на неё.

-Вы слышали?

-Я рядом стояла.

Она попыталась вспомнить, что произошло раньше: появилась девушка или возникло ощущение, что она уже знает, как произнести незнакомые слова. В памяти всё было слишком близко, голоса, край карточки, рука наставника.

-Я их не учила, -сказала Лили. -Они сами… Я не знаю.

Илия поправила ремень её сумки на плече.

-Куда тебя проводить?

Лили посмотрела в сторону площади.

-К Дрену. Только он сейчас у соседей работает, под навесом. В кузницу ещё нельзя.

-Пойдём.

Дрен сидел возле вынесенного верстака и объяснял соседскому подмастерью, как разложить детали доспеха. Сам он держал руки на коленях, поверх свежих повязок, и только иногда показывал пальцем, что нужно взять.

Увидев Лили, он выпрямился.

-Что случилось?

Она хотела ответить, но вместо этого посмотрела на дверь кузницы. Надпись, которую она оставила четыре дня назад, немного стёрлась с краю. Первое слово ещё читалось.

Дрен попросил подмастерье пока заняться другим, затем указал на свободное место у верстака.

-Положи, уронишь.

Лили опустила папку. Илия поставила рядом сумку и отошла за водой, спросив, где здесь можно взять чистую чашку.

-Я сделала человека, -сказала Лили.

Дрен поднял на неё глаза.

-Какого человека?

-Себя. Возле двери стояла ещё одна я. На неё все смотрели, а я не могла убрать.

Он некоторое время молчал, потом спросил:

-Кто-нибудь пострадал?

-Нет. Стул уронили, только… Нет, никто.

Дрен немного опустил плечи.

-Расскажи с начала.

Лили рассказала про показ, карточку, про наставника, который хотел оставить её работу среди общих образцов. Она старалась говорить по порядку, но всё время возвращалась к одному и тому же: папка ему понравилась, он сам сказал, что сделано хорошо, а потом попросил убрать имя.

Дрен не торопил её.

Когда Лили добралась до слов, которые произнесла у стола, он наклонился ближе.

-Ты их раньше знала?

-Нет. Илия тоже спросила.

-Скажи ещё раз.

Лили сразу отступила от верстака.

-А если опять появится?

Дрен замер, потом кивнул.

-Тогда не говори.

Илия вернулась с водой и поставила чашку возле Лили. Та взяла её обеими руками, сделала маленький глоток и только после этого спросила:

-У вас тоже были слова?

-Были. Другие.

-И вы их не знали?

Дрен покачал головой.

Лили посмотрела на его перевязанные руки. До этой минуты случившееся казалось чем-то, после чего уже невозможно вернуться на занятия или просто пройти по улице, не думая о том, что люди могли услышать. Теперь рядом сидел человек, который тоже однажды произнёс незнакомые слова и не сумел остановить то, что началось.

Он тоже не знал, что делать дальше.

От этого не стало спокойно, но ей впервые за последний час захотелось сесть.

Дрен подвинул к ней табурет ногой, затем посмотрел на папку.

-Это хотела показать?

Лили кивнула.

-Открой.

Она поставила чашку, отвязала тесьму и разложила работу на верстаке. Из-под клапана выскользнула карточка с именем. Лили поймала её, немного помедлила и положила рядом, буквами вверх.

Илия устроила принесённые книги под навесом и подошла с другой стороны.

-Тут для отдельных записей, -начала Лили, показывая первое отделение. -Чтобы не терялись, пока я ещё не решила, в какую тетрадь их переписать.

Дрен присмотрелся к сгибам.

-На размеры креплений хватит?

-Если лист сложить, хватит.

-Покажи, как.

Лили взяла чистый лист и положила перед собой. Карандаш ещё немного дрожал в пальцах, когда она собралась отметить нужную ширину, потом остановилась.

-Может, сначала запишем ваши слова? И мои. Только произносить не будем.

Дрен посмотрел на лист, затем на Илию, которая всё ещё стояла рядом.

-Запишем, -сказал он. -Я думал, это случилось только со мной.

Глава 13

-Пока не сжимайте, -сказал Орис.

Дрен остановился, оставив пальцы полусогнутыми над столом.

-Мне понять нужно, смогу ли молот держать.

-Сегодня не сможете.

-А завтра?

Орис поднял глаза. Кузнец смотрел на него без раздражения, но так внимательно, словно от ответа зависело гораздо больше, чем состояние ладони.

-Вы её опять разодрали, -сказал Орис. -Что вчера делали?

-Верстак передвинул.

Лили, сидевшая возле двери, посмотрела на Дрена. Тот заметил и добавил:

-За один край взялся.

-Этого хватило.

Орис придвинул руку к свету. Ссадины на пальцах уже подсохли, а поперёк ладони кожа снова разошлась. Март убрал старую повязку и положил рядом чистую ткань, заранее отмерив кусок.

После похорон Орис принимал понемногу, по одному или два человека в день. Первое утро он просидел за пустым столом и так и не позволил Марту открыть дверь, хотя сам накануне попросил позвать посетителя. На следующий день получилось.

Теперь он хотя бы знал, куда положить руки, когда перед ним садился человек и просил помочь.

-Можно немного облегчить, -сказал он Дрену. -Только это не значит, что сразу можно работать.

Кузнец кивнул.

Орис коснулся кожи возле ссадины. Под пальцами разлилось тепло, затем над ладонью проступил тёмный сгусток, маленький, неровный. Дрен перестал шевелиться, наблюдая, как тот вытягивается к чужому запястью.

Когда холод дошёл до локтя, Орис убрал руку.

Несколько мгновений никто не говорил. Он смотрел на приготовленную повязку и ждал, пока перестанет сводить пальцы.

-Другую сегодня не будем, -сказал Март.

-Я и не просил, -ответил Дрен. -Ему самому плохо.

Орис хотел привычно сказать, что всё проходит, но кузнец уже отодвинул вторую руку со стола.

Лили поднялась, поправила съехавшую с плеча сумку и достала папку. В отличие от Дрена, она всё это время почти не смотрела на лечение. Её взгляд возвращался к двери, стоило кому-нибудь пройти по коридору.

-Мы ещё спросить хотели, -сказала она. -Если можно.

Март положил перед Орисом чашку.

-Про руки?

-Нет. Про то, что с нами случилось.

Лили раскрыла папку и вынула лист. На нём были две короткие строчки, рядом с каждой стояло имя. Дреновы слова она написала крупнее, потом зачеркнула одну букву и исправила сверху.

Орис прочитал сначала верхнюю строку, затем нижнюю.

-Кто вам это дал?

Лили крепче взялась за край папки.

-Никто.

-Вы где-нибудь слышали эти слова раньше?

-Нет, -ответил Дрен. -Я сказал их, когда Брана придавило. Потом земля поднялась.

Орис снова посмотрел на лист.

Лили шагнула ближе.

-Вам они знакомы?

-Эти -нет.

Он провёл пальцем рядом со строчкой, не касаясь чернил.

-Когда вы их произносили… Вы уже знали, как сказать? Ещё до того, как услышали собственный голос?

Дрен медленно поднял голову.

Лили перестала держать папку перед собой.

-Да, -сказала она. -Именно так.

Март закрыл дверь, хотя в коридоре больше никто не ждал.

Орис некоторое время смотрел на чашку. Ему казалось, что стоит начать, и придётся рассказать всё: про ночь, про часы, про то, как он обрадовался, когда Васелиса села. Люди напротив ничего этого не видели, и он не знал, останутся ли они слушать, когда поймут.

-У меня умерла сестра, -сказал он.

Дрен опустил глаза.

-Я слышал. Прости.

Орис кивнул и замолчал. Март закончил перевязывать Дрену ладонь и остался рядом со столом.

-Я пытался ей помочь. Уже после. Долго пытался, а потом появились слова, которых я не знал.

Лили осторожно положила лист на стол.

-И получилось?

Она спросила почти шёпотом и сразу отвела взгляд, будто пожалела о вопросе.

Орис сжал чашку обеими руками.

-Она открыла глаза. Я думал, получилось.

За дверью кто-то прошёл вниз по лестнице, тяжело ступая на каждую ступеньку. Орис дождался, пока шаги стихнут.

-Только это я её держал. Когда мне хотелось, чтобы она повернула голову, она поворачивала. Сама меня не узнавала.

Лили больше не спрашивала.

-Я чувствовал, что от неё осталось совсем мало, -продолжил он. -Не знаю, как объяснить. Тело было передо мной, а её почти не было. Потом я отпустил.

Он посмотрел на Марта, и тот немного придвинул к нему стул, прежде чем сесть.

Дрен развернул на столе ладонь, осторожно, чтобы не задеть сырую кожу.

-Мы не просим показывать, -сказал он.

Орис только теперь заметил, что всё это время сидел, подавшись вперёд, словно собирался встать и пойти в соседнюю комнату. Он откинулся на спинку.

-Я не стал бы.

-И не надо.

Лили потянулась к своему листу, потом остановилась.

-Я тоже не смогла остановить сразу, -сказала она. -Там стояла ещё одна я. Все на неё смотрели, а я даже не понимала, куда мне самой отойти.

Орис поднял глаза.

-Когда это было?

-Позавчера. На занятиях.

Она рассказала коротко, пропуская имена и почти весь спор. Только возле карточки с фамилией задержалась и несколько раз поправила тесьму на папке, пока подбирала слова.

-Она исчезла, когда я уже думала, что останется навсегда, -закончила Лили. -И я не знаю, это я сделала или просто так получилось.

Март посмотрел на Ориса.

-Здесь человек приходил. Два дня назад, пока тебя не было. Эно Варкас.

-Из замка? -спросил Дрен.

-Да. Узнавал, не обращались ли к нам люди, у которых родные вдруг перестали узнавать кого-нибудь из семьи. Сказал, дело связано с необычной силой, но подробностей мне не объяснил. Оставил, где его найти.

Орис перевёл взгляд на две строчки.

-Думаешь, у него тоже?

-Я думаю, можно спросить.

Март выждал немного, затем добавил:

-О Васелисе я ему не говорил. И не скажу без тебя.

Орис долго водил большим пальцем по тёплому боку чашки. Потом придвинул к себе чистый край листа и взял перо.

Под двумя чужими именами появилось третье.

Эно пришёл на следующий день, когда Март уже убирал со стола после последнего посетителя. Постучал, дождался разрешения и остановился у двери, держа под мышкой несколько сложенных листов.

Лили сразу посмотрела на его руки.

Она не собиралась этого делать, но заметила, что Дрен тоже следит за ними. Эно перевёл взгляд с одного на другого и медленно положил записи на свободный стул.

-Март сказал, вы хотели поговорить.

-Вы тоже произнесли слова, которых раньше не знали? -спросила Лили.

Эно не ответил сразу.

-Да.

Она выдохнула и открыла папку.

Он прочитал три строчки, задержался возле имени Ориса, но ничего не спросил. Взял предложенное перо и дописал свою.

«Сар Вириус Каланте».

Лили некоторое время смотрела на четыре имени. Ещё позавчера она боялась, что всё придётся объяснять одной, а теперь на столе лежал лист, для которого уже начинало не хватать места.

-Что у вас произошло? -спросил Дрен.

Эно сел.

-Я вмешался, когда трое молодых людей издевались над человеком в переулке. Хотел, чтобы они оказались на его месте.

-И оказались?

-У него появились одежда и деньги. У них всё это исчезло. Потом выяснилось, что одного не узнают дома. Отец смотрит на него и видит чужого.

Лили подняла голову.

-Совсем?

-Совсем. Сейчас хотя бы согласился с ним разговаривать, но не вспомнил.

Дрен немного отодвинул свой стул.

Эно заметил это и опустил ладони на колени.

-Вы знали, что так будет? -спросил кузнец.

-Нет. Я думал о том, как их остановить. И ещё хотел, чтобы им самим стало страшно. Дальше этого не думал.

В комнате сделалось тихо.

Лили посмотрела на написанное им имя, затем на лицо. Он не пытался улыбнуться или сказать, что всё закончилось хорошо, и от этого слушать было одновременно легче и страшнее.

-Вернуть получилось? -спросил Орис.

Эно покачал головой.

-Пока нет. Я занимаюсь этим каждый день, но не хочу обещать им то, чего ещё не умею.

-Тогда почему вы пришли к нам?

-Потому что до вчерашнего дня я не знал никого, с кем случилось похожее.

Он посмотрел на лист.

-Я надеялся, кто-то из вас понимает больше.

Лили неожиданно усмехнулась. Смех вышел коротким и совсем не весёлым.

-А мы ждали вас.

Эно поднял на неё глаза, потом тоже чуть улыбнулся.

-Значит, начинать придётся отсюда.

Он развернул свои записи. Из первого сгиба выпал ещё один лист, следом второй, и Лили успела прижать их папкой, пока они не съехали со стола.

Там были зачёркнутые вопросы, описания дыма, имена людей, с которыми он говорил. Возле нескольких строк стояли одни и те же слова: «не получилось».

Дрен наклонился ближе.

-Ты всё это проверял?

-Часть только собирался. Не всё стоит пробовать.

-Вот с этим согласен.

Орис взял один лист за угол.

-Я после той ночи ничего не вызывал. И пока не собираюсь.

-Хорошо, -ответил Эно.

Он сказал это сразу, без вопроса, и Орис положил лист обратно.

За домом был небольшой пустырь с остатками старых грядок. Март отвёл их подальше от стены и показал место, где под землёй не было погреба.

Дрен попросил остальных отойти.

-Если опять начнётся, я не знаю, как быстро смогу остановить.

Лили осталась возле Марта. Ей хотелось попросить кузнеца передумать, но он сам предложил попробовать, ещё в комнате, и объяснил просто: завтра возле него снова будут люди. Он хотя бы хотел узнать, сможет ли что-нибудь сделать без обвала и чужого крика.

Дрен встал перед сухим комком земли. Некоторое время смотрел на него, затем произнёс слова.

Ничего не произошло.

Эно потянулся было к листу, но Дрен поднял палец, прося подождать.

У его ботинка осыпалась тонкая корка. Земля медленно вспучилась, приподняв сухой стебель, и остановилась на высоте двух пальцев.

Лили невольно шагнула ближе.

-Видите?

-Вижу, -ответил Дрен.

Он смотрел на маленький бугор так, будто тот мог в любую минуту вырасти ему до груди. Потом отступил, осторожно перенёс вес на другую ногу и выдохнул.

Земля осталась на месте.

-В кузнице было совсем не так, -сказал он. -Я тогда и подумать не успел.

-А сейчас что изменилось? -спросил Эно.

Дрен посмотрел на него.

-Сейчас мне Бран под ноги не кричит.

Эно опустил перо.

-Прости. Я не это имел в виду.

-Знаю.

Кузнец провёл рукавом по лбу. День был прохладный, но возле висков у него выступил пот.

Орис подошёл на несколько шагов.

-На сегодня хватит.

Дрен кивнул так быстро, что Лили поняла: он сам ждал, когда можно будет остановиться.

Она посмотрела на свободное место возле старого колышка.

-Я тоже хочу один раз.

Дрен повернулся к ней.

-Не обязательно.

-Мне страшно, что она опять появится, когда я не жду. Я хотя бы хочу посмотреть, что будет, если попробовать самой.

Лили передала папку Марту, встала чуть в стороне и попросила ничего пока не спрашивать.

Слова она помнила. Это было неприятнее всего: на показе многое перепуталось, лица и голоса накладывались друг на друга, а эти два слова остались совершенно ясными.

-Тирсэль Фаринус.

У колышка дрогнул воздух. На мгновение проступило плечо в знакомом рукаве, затем часть лица, слишком бледная, с расплывшимся краем.

Лили услышала, как Эно переступил с ноги на ногу. Посмотрела на него, потом на Ориса, почувствовала сразу все взгляды и забыла, что пыталась представить.

Лицо исчезло раньше рукава.

Она прижала пальцы к виску.

-Всё, -сказала Лили. -Больше не хочу.

Март сразу вернул ей папку.

-Ты сама убрала? -спросил Эно.

-Я не знаю.

Он уже держал перо над бумагой.

-Так и запишите, -добавила она.

Эно посмотрел на неё и кивнул.

Пока Дрен осторожно сбивал носком поднявшийся бугор, они записали, что видели. Лили попросила не писать, будто умеет вызывать двойника: сегодня целого человека не получилось. Дрен велел убрать слово «управление», потому что, по его словам, землю он поднял, а обратно пришлось ровнять ботинком.