Шиш. Попаданец к Дмитрию Донскому. Том - 2

Сергей Свой

Шиш. Попаданец к Дмитрию Донскому. Том - 2

Глава 1

Ужинать Артём действительно пошёл почти бегом. Не потому, что Борис его уж очень сильно тащил, а потому, что после целого дня работы внизу, да ещё после всех этих разговоров с «Призраком», есть хотелось зверски.

Хафиз уже успел выставить на стол нехитрую, но вполне приличную еду. Сергей сидел с кружкой в руке и что-то рассказывал, а увидев Артёма, только рукой махнул:

— Давай, садись. Пока горячее.

— Я иду, иду.

Борис плюхнулся рядом.

— Всё. Теперь можно и поговорить.

— А до этого что мешало?

— Ты кислый ходил. Аппетит портил.

— Сам сказал — жрать хочешь.

— Вот именно. Поэтому и следил, чтобы ты мне ужин не испортил.

Артём усмехнулся и принялся за еду.

Несколько минут все действительно молчали. После целого дня разговоров иногда гораздо приятнее просто жевать и ни о чём не думать.

Потом Сергей спросил:

— Ну что, когда князя везём?

— Вот ты сразу с козырей, — ответил Артём.

— А чего тянуть?

— Пока не знаю.

— Почему?

— Потому что сначала надо понять, сколько времени потребуется на все эти ваши замечательные разрешения.

Борис фыркнул.

— Разрешения будут.

— Ты это уже говорил.

— И сейчас говорю. Будут.

— А самолёт?

— Будет и самолёт.

— А если не будет?

— Тогда будет другой.

Сергей покачал головой.

— Мне нравится твой подход.

— А что? — пожал плечами Борис. — Когда человек начинает думать, что у него ничего не получится, он обычно сам себе всё портит. А если сразу считать, что получится, то остаётся только решить, каким именно образом.

— Философ, — хмыкнул Артём.

— Оперативник.

— Какая разница?

— Большая.

Борис доел, отставил тарелку и потёр подбородок.

— Кстати, я тут ещё одну вещь подумал.

— Ну?

— Ты же понимаешь, что князя просто возить по Москве нельзя?

— Почему?

— Потому что он через пять минут перестанет смотреть в окно и начнёт задавать вопросы.

— И что?

— А то, что водитель лимузина через десять минут будет думать, что его наняли не князя возить, а проводить экзамен по истории.

Сергей рассмеялся.

— А если он действительно начнёт спрашивать?

— Вот поэтому я и говорю, что надо всё продумать.

Артём положил ложку.

— Ну хорошо. Что ты предлагаешь?

Борис тут же оживился.

— Сначала квартира. Нормальная. Не гостиница.

— Почему?

— Потому что в гостинице куча людей. Кто-то убирает, кто-то приносит еду, кто-то что-то чинит. Нам это совершенно не нужно.

— Согласен.

— Потом телевизор.

— Это само собой.

— Интернет.

Артём поморщился.

— Вот тут осторожнее.

— Почему?

— Представляешь, что будет, если он узнает, что можно найти сведения практически обо всём?

— Не всё.

— Но достаточно.

— Ну и пусть.

— А если он начнёт читать про себя?

За столом повисла короткая пауза.

Сергей медленно поднял голову.

— Вот это действительно интересно.

— Что?

— А что он найдёт?

— Ну, про себя — много чего.

— И что скажет?

— Не знаю.

Борис ухмыльнулся.

— Представляю его лицо, когда он увидит: «Дмитрий Донской — великий князь московский, полководец...» А потом ещё пятьдесят страниц про себя.

— А если что-нибудь ему не понравится?

— Тогда скажем, что интернет врёт.

— А если понравится?

— Тогда скажем, что интернет иногда говорит правду.

Сергей засмеялся.

— А если он спросит, почему про него пишут люди, которые жили через шестьсот лет после него?

— Вот тут уже ты отвечай, — сказал Борис Артёму, который махнув рукой, пошел спать.Проснувшись и «приняв водные процедуры», Артём уселся в курилке с кружкой утреннего кофе и, ожидая завтрак, который уже колдовал Хафиз, принялся прокручивать в голове вчерашний день.

Посмеялись, конечно, потрепались, немного стравили «пар» последних напряжённых дней — и это было неплохо. Даже очень. А вот дальше начинались вопросы.

Как всё это воплотить в реальность?

Ну не всё, конечно.

Допустим, по музеям князя водить, наверное, вообще не стоит. Вопросов будет масса, а ответить на некоторые из них будет просто невозможно. И ведь мало того, что сам Дмитрий начнёт спрашивать. Ещё ведь придётся думать, что отвечать людям вокруг, если князь вдруг задаст какой-нибудь неудобный вопрос вслух.

Нет уж. Музеи пока отпадают.

А вот прокатить его по Москве — это вполне.

Причём так, как они вчера с Борисом и прикидывали.

Не гостиница, где за ними будут постоянно ходить какие-нибудь горничные, администраторы и прочий народ. Лучше снять нормальную квартиру в какой-нибудь современной высотке. А если Борис действительно сможет провернуть вариант с покупкой — вообще замечательно.

И желательно повыше.

Чтобы вся Москва была видна как на ладони.

Вот это Дмитрия, пожалуй, впечатлит сильнее любого музея.

Он ведь привык видеть город совершенно другим. Деревянным, низким, с редкими каменными зданиями, церквями, стенами и бесконечными крышами, над которыми дымят печные трубы.

А тут выйдет на балкон или просто подойдёт к окну...

И увидит Москву, уходящую до самого горизонта.

Дома этажей по тридцать-сорок, а то и больше. Дороги, забитые машинами. Светящиеся окна. Река. Мосты. И всё это ночью.

Нет, ночью лучше не надо.

Хотя...

А почему, собственно, не надо?!

Наоборот.

Ночью город должен его просто прибить.

Артём усмехнулся.

Вот это будет зрелище.

А потом пусть привыкает к квартире.

Интернет — обязательно.

Телевизор — само собой.

Холодильник, микроволновка, чайник, нормальная кухня.

Душ.

Причём такой, чтобы из стены вода била со всех сторон.

Как там это называется?

Душ Шарко?

Нет, вроде не совсем.

Ну и хрен с ним. Покажут — разберётся.

Биде.

Ванна.

Унитаз, который умеет больше, чем некоторые люди.

Артём сам хмыкнул своим мыслям.

И всё это, конечно, желательно от «Ксюши».

Вот уж кто способен объяснить князю, что такое современная сантехника, так это она.

Только представить себе лицо Дмитрия, когда ему предложат воспользоваться биде...

Артём тихо рассмеялся.

Нет. Такое надо видеть.

Причём самому.

Он сделал глоток кофе и снова задумался.

Самое главное — не перегрузить его.

Не тащить сразу в торговый центр, на телевышку, в театр, на Красную площадь, потом в метро, потом ещё куда-нибудь. Пусть сначала просто посидит, посмотрит в окно, привыкнет.

А потом уже можно будет показывать остальное.

И, пожалуй, самое интересное оставить напоследок.

Компьютер.

Интернет.

Вот тут начнётся самое весёлое.

Артём представил, как Дмитрий впервые увидит поисковик и поймёт, что в этой маленькой коробке можно найти сведения практически обо всём.

И тут же поймал себя на мысли:

«Только бы он не решил проверить самого себя».

Потому что тогда экскурсия закончится очень быстро.

— Княже, а вот тут про тебя написано...

Артём поморщился.

— Нет. Так нельзя.

Хафиз, появившийся в дверях курилки, с удивлением посмотрел на него.

— С кем ты там разговариваешь?

— Да сам с собой.

— Тогда кофе не допивай. Завтрак готов.

— Уже иду.

Артём допил остатки кофе и поднялся.

Ну да.

Сначала завтрак.

А потом — Борис.

Пусть начинает готовить свою «экскурсионную программу».

Плотно позавтракав и ещё раз устроившись с кружкой кофе в курилке, Артём дождался, пока друзья, зная, что он их ждёт для серьёзного разговора, тоже присоединятся к нему.

— Так, парни, потрепались, пошутили — и будет. Серёж, на сколько тут примерно работы осталось?

Сергей, оглядев оставшийся груз и что-то беззвучно пробормотав себе под нос, выдал:

— Если такими темпами, как и раньше, думаю, дня за три, ну от силы — четыре, управимся.

— Отлично! Тогда я, — продолжил выкладывать свой план Артём, — сегодня еду к князю и сообщу, что, наверное, через неделю — я, разумеется, ещё оставлю «ефрейторский зазор» — нас с ним тут, на этой стороне, будет ожидать транспорт для поездки в Москву и, как получится, то и много дальше.

А сам, проинструктировав остающихся тут людей для перемещения остатка груза, ну ещё и Антона сюда верну, на всякий случай, - с Борисом рвану в Москву.

Связываемся по дороге с ребе и везу его, на его самолёте, в то место, где должен, как мне сообщил «Призрак», лежать Ковчег Завета. После того как он вытащит на солнечный свет этот свой пресловутый Ковчег, пусть решает все вопросы с нашей экскурсией — я, Борис Петрович и князь.

Ну и деньжат пусть подкинет на мой банковский счёт. Сегодня этот ребе жив, а завтра — нет. Как и любой из нас. А валюта, желательно в большом количестве, пригодится всегда. Мало ли что...

— Ну, — Борис вынес резюме, — вроде бы ты начинаешь реально соображать! А то я уж решил, что ты под какую-нибудь при перемещении молнию попал. Просто узнавать тебя перестал, — и заулыбался. — Всё, по работам! Давай, Артёмушка, с Богом! Чеши к своему князю и излагай всё это ему.

Артём, поговорив с товарищами, отправился вниз, на дно оврага, по натоптанной за эти дни тропинке. Там его уже ожидали люди князя для продолжения работ. И, по распоряжению самого князя, неподалёку находился прикреплённый к Артёму, так сказать, «ординарец» по имени Феодор, или, как его просто звал Артём, — Федька.

Распорядившись насчёт продолжения работ — «принять — отцепить — пустой прицеп обратно прицепить, дёрнуть за шнур, дать сигнал на подъём» — ну и... как уже наловчились, продолжайте, типа!

Десятник из дружинников важно кивнул головой, дескать, не переживай, Артемий, чай, не дурни, всё выполним как должно!

И Артём, забравшись на своего коня, двинул со своим порученцем к князю.

По дороге к шатру подъехали к месту, где руководил всем Антон. Артём поздоровался с ним, узнал, как дела, и, передав привет от остальных, вручил две большие жестянки: одну с чаем «Липтон», который нравился Антону больше всего, и вторую — с растворимым кофе «Бразеро». Ну и пачку рафинада.

Рассказав вкратце о его задачах на ближайшую неделю-другую, обнял его и рванул дальше, к князю.

Возле шатра, спешившись, стал ожидать, пока заскочивший туда «часовой» доложит о его прибытии.

— Заходи, Артемий, не стой там!

Раздался громовой голос князя, опередивший выскочившего часового.

Ну, Артёма не нужно было упрашивать.

— Здрав буде, княже, — поклонился почти официально, ибо увидел там, возле князя, ещё трёх человек. Два — его ближники, и третий — «Глава Гохрана», как прозвал этого «Кощея» из сокровищницы Артём.

— Здравствуй и ты! Проходи, вон лавка, усаживайся и поведай, о чём нужно знать нам. Ты не гляди на них, — усмехнулся Дмитрий, — я им обсказал всё. Куда и зачем отбуду.

Артём посмотрел на этих людей и кивнул им. Так же приветливо кивнули и Артёму.

Один «Кащей», Олексий то есть, был насупленно-строг, но, как заметил ещё в прошлый раз Артём, он таким был со всеми, кроме князя.

— Говори, — повторил Дмитрий Иванович, с нетерпением ожидая чего-то нового. Ведь не просто же так припёрся Артём, без вызова. Может, сказать чего-то хорошего хочет?

— Княже, там, — он кивнул головой в сторону того оврага, — осталось дня на четыре, самое большое — пять груза, что нужно опустить сюда. Я оставлю здесь того моего товарища, пушкаря Антона. Он всё знает и всему обучен из того, что нужно сделать. А сам отправлюсь туда, в «тот мир».

Присутствующие люди князя перекрестились, а князь пропустил этот жест, уже привычный к такому выражению, и с нетерпением слушал Артёма.

— Мне нужно там всё приготовить к твоему визиту. Ибо мир тот, как я тебе уже говорил, чудной, и ты не привык к тому, что можешь там увидеть. Так что попытаюсь хоть немного сгладить твоё первое впечатление от того, что там будет.

— Ладно! Но ты особо не переживай, Артемий. Я воин и князь, а не красна девица. Пугать меня трудно. Но ты дело своё знаешь, поэтому делай, что должно. Да старайся не мешкать. Буду ждать твоего возвращения тут, на этом месте.

Артём поклонился и, развернувшись, пошёл прочь из шатра.

Забравшись на своего коня, он с ординарцем двинул назад, в овраг.

Подъехав к месту разгрузки, он увидел, что работа там идёт как и при нём, ну разве иногда не слышна «абсцентная лексика» из мира, где он родился и жил. Не даром же там бытовало выражение: раньше — «ругаться, как портовый грузчик», а позже — применять «армейскую лексику», которую ему поневоле довелось в своё время изучить.

Ну, порядок — значит порядок.

Предупредив десятника, что к ним подъедет виденный уже ранее Антон и будет помогать, он пошёл наверх, в свой, бывший ему родным, мир.

Там, на краю оврага, хлопотали Хафиз с одним из Олегов, цепляя широкие листы металла, очевидно те, что Артём видел на складе Сергея.

Притормозив работу, Сергей, понявший, зачем тут объявился его друг, спрыгнул с крана на землю и уточнил:

— Всё? Поехал?

Артём кивнул головой, предупредил, что там, внизу, руководит его дядька и, если что, пусть пишет записки и, скотчем примотав лист с ручкой к крюку, пусть таким образом решают вопросы.

Сергей кивнул, крепко обнял друга и на ухо произнёс:

— Ни пуха вам и ни пера!

— К чёрту! — так же шёпотом ответил Артём и, пожав на прощанье руки Хафизу и Олегу, отправился к наблюдающему за этими действиями Борису, сидящему в курилке.

— Ну, привет ещё раз! Хлебнёшь на дорожку? — кивнул Борис на кофе.

— А давай, глоток не повредит!

И, взяв кружку, которую приготовил ему майор, замолк, как положено по традиции, — перед дорогой.

Допив, Артём вздохнул:

— Тронулись!

— Давай, с Богом! — поддержал Борис и пошёл к своему автомобилю.

Усевшись в майорскую «Антилопу-гну», они молча тряслись первые километры по раздолбанной грузовиками грунтовке, а когда выскочили на отсыпанный бутовым камнем грейдер, Борис нарушил молчанку.

— На той самой заправке остановимся, перекусим, заправлюсь, да и тебе, наверное, нужно начинать звонить кое-кому. Верно?

— Да, конечно. Так и нужно поступить. Дозвониться нужно в первую очередь до ребе.

Борис подтвердил правильность мыслей Артёма, кивнув головой.

— Я почему-то уверен, что он давно ждёт моего звонка.

— Мне тоже моя чуйка опера подсказывает, что даже на щелбан не стоит с тобой спорить об этом, — засмеялся Борис Петрович.

И они продолжили ехать молча до той пресловутой заправки.

Там они, как и собирались, — Борис подъехал к колонке, велел заправщику «под пробку», а сами отправились внутрь помещения.

Борис заказал кофе и стал ожидать цифры по оплате после «отстрела». Рассчитавшись, они вышли на улицу, и Артём пошёл со стаканчиками на площадку за здание. А Борис отправился пригнать туда машину.

Подъехав, Борис вылез и вопросительно посмотрел на друга.

Артём отрицательно покачал головой, дескать, ещё не звонил.

— Так чего ты телишься?! — не выдержал опер. — Давай сюда эту посуду и звони!

Он отобрал из рук Артёма стаканы и стал ждать его действий.

Артём вздохнул и, достав из барсетки, что повесил на плечо, до этого лежавший в «бардачке» УАЗа телефон с единственным номером в списках, сделал вызов.

Ребе взял трубку практически мгновенно.

— Здравствуй, мой друг! — произнёс этот «священнослужитель» в микрофон.

— Здравствуйте!

— Как ваше драгоценное здоровье? — спросил Артём.

— Это у меня-то драгоценное?! Но спасибо, что поинтересовался, друг мой, спасибо! Нормально, что ещё такой старый человек может сказать по этой теме своему уважаемому другу! А здоровье нужно беречь в первую очередь твоё! И не спорь, я много пожил и лучше тебя разбираюсь в делах этого мира. Что-то мне подсказывает, что ты хочешь сообщить мне новость, которая перевернёт все знания моего народа об этом грешном мире. Я прав?

— Вы абсолютно правы! — подтвердил Артём.

— То есть ты хочешь сказать, что знаешь, где находится ОН? — изменившимся голосом спросил ребе.

— Да, многоуважаемый, — сообщил старику то, что он ожидал услышать всю свою долгую жизнь, — я знаю, где лежит ОН.

— Ты сейчас, судя по всему, не очень далеко от Москвы? — спросил так и не пришедший в себя толком ребе.

— Да, часа через три-четыре я буду подъезжать к своему дому, если всё будет нормально.

— Не говори так, мальчик мой! У тебя теперь будет АБСОЛЮТНО всё нормально в этой жизни, раз ОН сообщил тебе, где ЭТО находится! Всё! Будь дома и жди меня. Мы же отправимся за НИМ, верно?

— Да, мы полетим с вами за ним.

— Примерно куда? — спросил ребе.

— Аравийский полуостров!

— О, Боже! Я знал, что ОН был всё время неподалёку! Всё, мальчик мой, жди меня, я вылетаю за тобой немедленно!

И он отключился.

Стоявший рядом с Артёмом Борис всё слышал и после разговора подтвердил ранее сказанное им же:

— Ты умница, Артёмка. Давай, допьём этот, увы, уже холодный кофе и поехали. Нельзя заставлять ждать тебя пожилого человека — вдруг он на ракете прилетит? Или ради такого дела на сверхзвуковом лайнере махнёт?

И Борис засмеялся.

Повод для улыбки, которую выдал и Артём, был: сейчас к ним, сломя голову, мчались решение их проблем с экскурсией князя в Россию и, без вариантов, сумасшедшие деньги, сумму которых даже представить себе было сложно.

Они больше нигде, до самого дома Артема, не останавливались. Доехав до въезда во двор, Борис остановился и, не загоняя машину внутрь, заглушил двигатель и предложил идти без «сирены и мигалок», а просто — как заходят два обычных мужчины во двор. Артем, пожав плечами, мол — «мне какая разница?» — вылез на улицу и, дождавшись, пока Борис закроет машину, пошел с ним к себе домой.

Они зашли в квартиру и отправились сразу на кухню. Артем открыл форточку на проветривание и, поставив вариться кофе, велел следить за ним Борису, а сам рванул в ванную. Душ принять перед встречей с очень важным человеком — это святое дело!

По-быстрому смыв с себя то, что можно было смыть за минут десять, он, выйдя на кухню, с удовольствием стал пить отличный напиток. Борис, прикончивший свою порцию намного раньше, отправился тоже в душ, по предложению Артема.

Буквально через минуту после того, как Борис Петрович вылез после водных процедур, Артему позвонил Лёва. Язвительности в голосе, когда он поздравлял Артема с «возвращением», на этот раз не было ни капли.

— Сто процентов они допетрили, что я «гуляю» по «временам и эпохам»! — прокомментировал он этот звонок, в ответ на вопросительный взгляд опера.

— Да и черт с ними! — махнул на это рукой Борис. — Я думаю, что они это сообразили еще после того, как ты им принес то кольцо Соломона.

— Да. Наверное, так и есть. Яков этот, ну который ребе, мне об этом дал понять тогда, при нашей встрече, — сказал Артем.

— Тебе в любом случае сейчас, когда он заявится сюда, нужно будет почти во всем признаваться. Основное скажешь, а нюансы более подробные — смотри сам, по ситуации, рассказывать или нет.

Артем молча кивнул головой, соглашаясь с выводами более опытного товарища.

— И еще — ты полетишь с нами туда, в Аравию эту? — спросил Артем.

— Если ты считаешь, что это возможно, — то конечно же! Ты что?! Пропустить такое событие? Да что — я! Тут высший сан любого «направления» церквей правую руку, как говорится, под топор положил бы — чтобы видеть такое действо, как «обнаружение этой библейской легенды»! Вот только возьмут ли меня с собой?

— Ха! А кто мне и чем может отказать в таком мероприятии?!

Артем ни секунды не сомневался в том, что на присутствие его друга никто и внимания не обратит из «команды ребе».

Итак, в ожидании прибытия ребе, ну Якова, то есть, они провели еще четыре часа. За это время Артем успел рассказать Борису Петровичу почти всё, что вспомнил о своем пребывании у князя Дмитрия Ивановича, которого после битвы на Куликовом поле с войском Мамая мы знаем как Дмитрия Донского. Отвечая на все уточняющие вопросы опытного оперативника угрозыска, он сам, даже не подозревая, вспоминал те детали «попаданства» и разговоров «там», которые он посчитал незначительными и отбрасывал в дальние углы памяти за, казалось бы, «ненадобностью». Аж сам удивлялся... Вот что значит попасть «в руки» опытного опера!

— На такое признание Артема, Борис, гордо расправив плечи, улыбнулся, дескать: «А то! А ты как думал?!»

И они еще раз «прогнали» по пунктам возможный план «экскурсии» князя в современную Россию.

Ну и... наконец, после звонка телефона, Артем увидел высветившуюся надпись на экране телефона — «Лёва». Переглянувшись с кивнувшим ему головой Борисом, он взял аппарат.

— Алло, Артем! Гости приехали, ожидаем тебя. Да, ты, наверное, сейчас с Борисом Петровичем пьешь, как всегда, кофе? Так вот, наш гость не возражает, если и он тоже подойдет вместе с тобой. Так что, давай, дружище, выдвигайтесь, ждем.

— Всё, — сообщил Борису по окончании разговора Артем. — Пойдёшь? Ты тоже приглашен, — улыбнулся Артем.

— От такой чести — грешно отказываться! — подтвердил Борис. — Айда, чего мурыжить пожилого человека.

И они, кивнув друг другу головами, пошли в прихожую обуваться.

Подойдя к дому Лёвы, Артем увидел стоявшего возле входа человека, который и в прошлый раз сопровождал ребе в его поездке сюда, к нему. Увидев Артёма и, разумеется, узнав его, он вежливо поздоровался и, очевидно, уже проинформированный, спросил у идущего рядом майора:

— Простите, вы будете Борис Петрович?

— Абсолютно верно, я и есть Борис Петрович! — улыбнулся Борис и так же поприветствовал этого человека.

— Пройдите, пожалуйста, вас ожидают!

И наши друзья пошли в открываемую для них дверь. Там их, естественно, уже ожидали. И, глядя на лицо Лёвы, — с нетерпением.

Первым, естественно, поздоровался ребе.

— Здравствуй, друг мой, здравствуй, Артем! — и, пожав правую руку, левой рукой он обнял Артема. — Не поверишь, но я ждал этой встречи с тобой, и именно по ЭТОМУ поводу! А вы, должно быть, Борис Петрович? — Обернулся он к стоявшему сбоку Борису. — Самый знаменитый, по словам Лёвы, полицейский оперативник этой части города? Рад с вами познакомиться! Зовите меня просто — Яков, без всяких приставок к этому имени. Так и короче, да и мне так больше нравится!

— Очень приятно! И меня тоже прошу звать просто по имени — Борис!

После этого они поздоровались с Лёвой и по знаку хозяина расселись на удобных мягких стульях. На правах старшего и наиболее важного в этой компании, спросив, разумеется, у всех разрешения, слово взял Яков. Чтоб начинал разговор ребе — никто не возражал.

— Итак, друг мой, — обратился ребе к Артему, — тебе удалось узнать, где хранится величайшая святыня нашего народа?

— Думаю, да. НЕКТО, периодически появляющийся передо мной и подсказывающий мне правильные поступки, а также дающий разрешение на оные, рассказал мне, где находится Ковчег Завета. Но для общего понимания я, с вашего разрешения, начну эту свою историю с начала. Вы не против такой «бред» выслушать?