скачать книгу бесплатно
Он, что тоже аккредитацию не сдал?!
Нет… Петрович о нем, как о санитаре говорил. Желает де Коромыслов в палате для ударников трудовые подвиги совершать. Конкурент он мой. Санитар как я, а не травматолог.
Совсем что-то я … Кто есть кто путаюсь. Не, такого врагу не пожелаешь!
Что-то со мной не того…
Так, если я понимаю это, ну, что – не того, значит – у меня всё нормально. Может, это временное какое-то расстройство? Психиатрию надо было лучше учить. Не одной хирургией заниматься.
Чтобы успокоиться и немного прийти в себя, я решил трудотерапию к себе применить. Откуда Коромыслов швабру брал я видел, а поэтому достал из чуланчика её близняшку и отворил дверь в палату для ударников.
Вожди на стенах палаты присутствовали. Причем, написанные с мастерством и вдохновенно. Владимир Ильич Ленин, Карл Маркс и Фридрих Энгельс. А ещё – календарь. На нём рабочий и колхозница куда-то в светлое будущее шли. Как-то сразу это понималось.
На календаре, год – нынешний, прожитые дни крестиками зачеркнуты. Похерены, если просто сказать. Х?ръ – это буква из старославянской азбуки, как наша «Х» пишется. Крестик.
Месяц на календаре – текущий, сегодняшний день пациенты палаты уже закрестили, а завтрашний – ещё чистенький. Не прожит он пока.
Немного я даже успокоился. Хоть во времени я не потерялся. Это уже радует, а с текущим происходящим – разберусь потихоньку. Не всё сразу.
– Здравствуйте, – я нейтрально поздоровался с жильцами палаты. Здравия им пожелал. В лечебном учреждении, это – самое актуальное приветствие.
Оба ударника мне синхронно ответили. Тоже здравия пожелали.
Я занялся полом, а они на коечки улеглись – не стали мне мешать.
– Сережа, может сходишь всё же? – раздалось с койки у окна.
– Куда? Зачем? – не совсем понял я о чем меня просят.
– Куда, куда… Туда. За этим самым.
Лежащий на кровати щелкнул себя по горлу пальцем.
Понятно… Выпить мужику желается.
– Не, не… Даже не просите, – отказался я.
– Вот, говорил я, что он и сегодня откажется! – вступил в разговор второй пациент палаты для ударников. – Правильно, Серега. Нечего тут дисциплину хулиганить и водку пьянствовать!
– Да, я – так. Шутейно… Проверочку Сереже устроил. – хихикнул обратившийся ко мне с просьбой.
– Ты, у себя в цеху народ проверяй. – покачал пальцем в воздухе мужчина, что занимал койку подальше от окна. – Проверяльщик нашелся… Скольким уже после твоих проверок плохо стало.
Лицо у говорившего покраснело, зол он был на лежавшего у окна.
– Остынь, остынь… Закипел самовар…
Говорящий это улыбнулся. Не весело, а как бы оправдываясь.
Я, как мыл пол, так и мыл.
Так, проверочки тут ещё какие-то устраивают… Провоцируют.
Палата была не велика и скоро я с мытьем закончил.
– Пойдем, Сергей, перекурим. – лежащий ближе к двери сел на кровати.
Я не отказался.
– Ты, Сергей, на Семена не обижайся. Проверочник он. Сам из-за этого мается. Скоро их ликвидируют. В заводской многотиражке писали уже, что это движение признано вредным и соответствующие оргвыводы делаются. Ошиблись товарищи с выдвинутой инициативой, отступили в сторону с верной дороги.
Проверочник… То, ударники, то – проверочники…
– Понял. Принял к сведению. Спасибо, что сказали.
Лишний раз поблагодарить кого-то – язык не переломится, без костей он, а человеку – приятно.
– Спасибо ещё раз. Пойду дальше пол мыть.
Так я до конца смены санитарской работой и занимался. В клинико-диагностическую лабораторию кровь и прочее носил, пациентов на каталке транспортировал, у сестер отделения на подхвате был.
Делал что скажут, а сам всё думал, что же такое произошло? Понимания текущих событий пока у меня не было.
Глава 6 На ночную смену
Я уже домой после смены собирался, как Петрович меня у самых дверей раздевалки остановил. Помахал мне рукой с середины коридора.
Ну, начальник зовёт, значит – надо подойти.
– Сережа, выручай.
Что-то плохо заведующий отделением выглядит. Бледный, пот на лбу бусинками, стоит и левую половину груди потирает. Морщится ещё при этом.
– Василиса приболела. Не возьмешь ночную смену?
Василиса, это – санитарка в операционной. Что с ней случилось? Весь день сегодня как молоденькая кобылица скакала, а тут – приболела.
– Я тебе в твой журнал достижений помощь при операциях запишу. Сколько операций ночью будет, столько и плюсиков получишь.
Журнал достижений? Что это такое? Сказал бы кто…
– Сам знаешь, плюсики эти дорогие. При поступлении в институт тебе помогут.
Петрович – хороший руководитель. Знает чаяния подчиненных, их цели и мечты. Когда что-то поручает или предлагает, всегда так дело повернёт, что это – ступенька или шажок именно к твоей цели, тебе самому это нужно и выгодно. Да, для отделения это хорошо, но и ты сам в накладе не останешься. Умеет он мотивировать. Причем, всё больше пряниками. Кнутом редко пользуется.
– Может и на ассистенцию возьму, крючки на операции подержишь… – продолжает искушать санитара завотделением. – Скоро к нам ординаторы придут и поассистировать целая очередь будет. Санитара и близко не подпустят…
Да, змей…
– Правда, запишу это как помощь при операции. Санитарам ассистировать неположено.
Расставил Петрович все точки где следует и на меня смотрит. Сам всё грудь потирает.
– Помогу, – я тут же согласился.
Когда руководство просит, лучше не отказываться.
– Вот и хорошо. Сейчас в приемник беги. Там девица с аппендицитом поступила. Побрей её и поднимай в операционную.
Ну, дорогу в приемник я хорошо знаю. С третьего курса там подрабатывал. Кстати – санитаром. После четвертого аккредитовался на среднего медработника и уже сестринские функции там выполнял. Все бригады со скорой знал, за руку с докторами и фельдшерами здоровался.
Дошел до приемника, а там Василиса. Живёхонька и здоровехонька. С молоденьким врачом кокетничает. Меня увидела – в лице изменилась.
Меня за руку в сторонку оттащила.
– Серёженька, ты, это, Петровичу меня не выдавай.
Ну, лиса…
– С тебя причитается, – Василисе ответил, а сам ещё вид недовольный сделал. Вот де, приходится из-за тебя ночную смену брать.
Тут молоденький доктор из приемника подошел и они куда-то упорхнули.
– Тёть Маш, кто тут поступает? – медсестре приемного отделения говорю, а сам уже вижу кто.
– Что, вместо профуры этой сегодня пашешь? – тётя Маша поимела ввиду Василису.
– Петрович попросил. – сам при этом девице на ширму указываю, жестом ещё даю понять, что ей за неё надо идти.
– Заходите, раздевайтесь там. Вас побрить надо.
Девица на меня как на идиота смотрит.
– Побрить?
– Побрить, побить… – киваю ей.
– Голову?
Тётя Маша сидит, чуть-чуть не смеется. Как зрелый помидор стала.
– Не голову. Там.
Я показал где.
После этого в приемнике два помидора стало.
– Женщина, а может Вы меня там побреете?
Нашла, кого просить… Сейчас, разбежалась тебя тётя Маша брить в интимных зонах…
– Девонька, ты чо? Тут, в больнице мужиков нет. Это не мужик, а санитар, – расставила всё по местам медсестра из приемника.
– Давай, Серёж, сам-сам быстренько. Где бритвы разовые знаешь. Розовенькую возьми.
– Может я сама? – сделала робкую попытку поступающая на операцию.
– Нельзя. Так ещё набреешь, что начальник его заругается. Отчикаешь половину своего богатства, а нам отвечай…
Тут тётя Маша очень похоже изобразила Петровича.
Через десять минут я уже вёз на каталке девицу в сторону операционной. Там брить-то было всего ничего. Дольше она раздевалась-переодевалась.
– Хорошие тут доктора? – под скрип колёсиков каталки был задан мне девицей вопрос.
– Хорошие, хорошие. Не сомневайтесь, – успокоил я её.
Глава 7
Стреляный
Я стоял и курил.
Который уже раз за сегодня.
Кто с медициной связан, прекрасно знают, что курить вредно, но… курят. Такое вот миниумопомешательство.
А, не дома ведь я…
Где-то в другом месте.
Больница – наша, а не совсем.
Доктора – частью как были, но много и новеньких. А последние, оказывается, здесь не один год уже работают. Я это осторожненько выяснил не привлекая лишнего внимания.
Завотделением прежний, но что-то со здоровьем у него не то. На нашем Петровиче воду возить было можно, а здешний Петрович… Эх, укатала работа мужика. Хирурги, что пашут день и ночь, до пятидесяти часто не доживают…
Коромыслов, которого травматологом я знал, тут – санитар. Полы мы вместе с ним моем.
Какие-то ударники, проверочники, журналы достижений у санитаров…
Чтобы в медицинский институт поступить – надо пятилетку в больничке отсанитарить. Кстати, это – правильно, но на мой взгляд – многовато. Пары лет бы хватило, чтобы понять, туда ли ты идти собираешься, твоё ли призвание медицина. Зато, в больнице санитаров – полный комплект. Нет проблем с младшим медицинским персоналом. И не бабульки эти места занимают, а молодежь не из последних.
Ещё и портреты вождей на стенах.
Курю и всё мыслю. По полочкам сегодняшний день раскладываю.
На небе звёздочки уже высыпали. Сполохов никаких нет, молнии не сверкают. Туман, через который на работу я шел – тоже не наблюдается…