Эра заката: Освобождённая

— Да чтоб её, эту канализацию! — ругалась Ксанарис, пиная лестницу, по которой они спустились с улицы.

— Подожди, разве это не странно? — тихо сказала Клара остановившись.

— Что тебе ещё нужно от меня? — раздражённо спросила Ксанарис не оборачиваясь.

— Канализация должна кудато вести все отходы, а мы прошли полный круг.— Мне кажется, я знаю, что это такое.

— Да? И что, мисс Отличница?

— Я сделаю вид, что ничего не слышала.- Клара фыркнула. Такой барьер использовал один из учеников Люмен, когда сражался с южными варварами. Изза боя в пустыне он назвал его «барьером миража».

— У этого человека не хватило фантазии придумать название пооригинальнее?

— Но он не должен работать так, как этот, — не обращая внимания на Ксанарис, продолжила Клара, проводя пальцем по стене. — Тот создавал иллюзию, запутывая и сбивая маршрут армий, а этот словно схлопнул пространство. Смотри.— Клара ткнула пальцем в стену и провела им вперёд. — Мы с тобой спустились вниз и пошли вперёд, но в какойто момент само пространство свернулось в бублик, — её палец сделал полукруг и вернулся в исходную точку.

— А! — подняв палец, произнесла Ксанарис. — И что? Ты думаешь, твой настенный рисунок чтото объяснит?

— Да послушай меня, Ксанарис. У нас есть шанс его развеять.

— Я и без тебя это знаю.- Ксанарис потёрла висок. Надо просто ударить по точке разлома, где эфир начал соприкасаться с материей.

— Всё верно, но здесь есть одно но.

— Ты меня уже бесишь: нельзя всё сразу сказать. Без твоего потока знаний.— Ксанарис закатила глаза.

— Ладно. Наши действия зависят от того, как он появился. Здесь может быть три варианта, — Клара подняла три пальца и стала по очереди загибать каждый. — Первое: это новый вид барьера, который никто не изучал, и мы не сможем разобраться в потоке эфира, раз ты ничего не чувствовала. Второе: это дело рук апостола какогонибудь языческого бога, который даровал ему огромную и специфическую силу над эфиром. Этот вариант тоже плох: есть вероятность, что нам, то есть тебе, не хватит сил разбить узел. И третий, единственный положительный: мы снова пройдём и внимательно всё осмотрим, найдём узел и прорвёмся за барьер.

— Почему я вообще доверилась этому старому лавочнику… — проворчала Ксанарис. — Ладно, будь что будет. — Делать нечего, пошли вперёд, но только один раз.

— Отлично! — с невероятным предвкушением в голосе воскликнула Клара и схватила факел со стены.

— А это тебе зачем? Давай я просто рядом зажгу светлячка, если тебе не хватает освещения.

— Дело не в освещении.— Клара поднесла факел ближе к лицу, изучая пламя. Этот факел горит от эфира в воздухе. Я думаю, направление огня изменится в том месте, где сломается пространство.

— Ну ладно, только держи его подальше от щита, а то при контакте с потоками воздуха ты вспыхнешь как сухая трава.

— Ладно, идём навстречу новым вектам! — с горящими глазами, воскликнула Клара и пошла вперёд, высоко поднял факел.

Ксанарис шла за Кларой. В груди у неё неприятно тянуло от сырости и напряжения.

Что это за вект? Кто это сделал?

Резкий крик Клары вырвал Ксанарис из раздумий.

— Что случилось? — спросила Ксанарис, готовясь отразить атаку неизвестного врага.

— Огонь… огонь начал светить в другую сторону. Я испугалась, что он сейчас коснётся меня, — приговаривала Клара, держась за грудь, факел дрожал в руке.

— Серьёзно? Покажи.

— Вот. — Клара начала водить факелом вперёд и назад.

Когда Клара шла вперёд, языки тусклого пламени светили назад, но как только она пересекала невидимую линию, огонь начинал светить вперёд, словно пытаясь обогнать её. У Ксанарис неприятно свело живот.

— Я не верю, — прошептала Ксанарис.

— Конечно, нет никого лучше меня, разбирающегося в праксеологии! — задрав нос, с гордостью ответила Клара.

— Но тут всё равно есть ещё одна проблема. — Ксанрис провела ладонью по лицу. — Мы нашли, где пространство ломается, но что теперь делать?

— Так, начни ходить на занятия — может, это будет полезно для тебя.— Клара ткнула факелом в её сторону.— Я же сказала: надо искать точку разлома. Ты же чувствуешь эфир, ищи, где начинаются его колебания.

— Ладно. — Ксанарис закрыла глаза и начала делать глубокие вдохи.

Она чувствовала, как вокруг неё танцуют частицы эфира, как он стремится к Кларе и стелется вдоль окружающего пространства, но больше ничего. Только ровное течение, влажная тяжесть воздуха, только неприятное ощущение, что чтото должно быть, но ускользает даже от её восприятия.

— Это очень странно. Видимо, твоя теория была ошибочна, — Ксанарис открыла глаза, но Клары уже не было напротив неё.

— Ты что делаешь?

— Решила ещё поискать сама, — ответила Клара, уткнувшись носом в стену, словно пытаясь по запаху найти чтото необычное. — Почему я ошиблась?

— Я не чувствую ничего странного, всё как обычно.

— Не может такого быть… Может, они както сумели замаскировать даже от драконов?

— Не смеши меня, такого не может быть.— Ксанарис покачала головой.

— Дай мне минуту. — Клара начала ходить из стороны в сторону. — О! Есть идея. — Она резко остановилась и повернулась к Ксанарис. — Что ты чувствовала в воде?

— Я же тебе уже сказала: ничего странного. Эфир течёт по поверхности воды вдоль этой непонятной жижи.

— Тогда это точно. — Клара ткнула в центр желоба, наполненного канализационными отходами. — Я думаю он на дне этого канала.

— Я туда не пойду! Это отвратительно!— Ксанарис отшатнулась и скривила лицо.

Клара, казалось, не слышала криков Ксанарис. Она начала шагать вперёд, тяжело переставляя ноги, вошедшие по колено в тёмную субстанцию. Жижа сомкнулась вокруг её сапог с влажным чавканьем, и от этого у Ксанарис свело горло.

— Клара… Ты больная, может, лучше пойдём к лекарю? — Ксанарис сделала шаг вперёд.

— НАШЛА! — закричала Клара, безумно засмеявшись.

— Что? Не может быть! — Ксанарис видела, как огонь на факеле крутился как юла, танцуя непонятный танец. — И что нам делать?

— Тебе!— Клара указала на неё пальцем, капли жижи летели с руки. — Сосредоточься на месте, где я стою, найди это место и ударь чемнибудь по этой точке, да посильнее.

Ксанарис снова закрыла глаза. Она стала продвигаться вглубь жидкости и в одной небольшой точке почувствовала чтото необычное. Там была странная пустота — будто из пространства вырвали кусок, и оно теперь отзывалось холодной дрожью.

— Нет, такого не может быть, — шепотом сказала Ксанарис.

— Что? Что ты сказала? Говори громче, я тебя не слышу изза шума потока!— клара наклонилась вперед, ладонь прижала к уху.

— Я впервые такое чувствовала.— Ксанарис открыла глаза, взгляд уперся в точку над водой.— Когда я проникала через эфир, в один момент он словно дрожал, а потом резко пропал, совсем… Но такого не может быть, правда?

— Дай я выйду к тебе. — Клара начала пробираться обратно на дорожку, где стояла Ксанарис. — Твой вект просто чтото с чемто. Я не только чистая, так даже запаха никакого нет.

— Клара, я серьёзно. Я никогда такого не чувствовала. Эфира просто нет, будто часть пространства вырвало.

— Видишь, я была права. Может, это изза искривления пространства.

— Ладно, может ты и права. Значит, мне надо просто ударить сильным вектом?

— Да, я думаю, должно получиться.

— Думаешь? — Ксанарис приподняла бровь. — Я считала, что ты нашла ответ.

— Это неизвестный вект. — Клара развела руками. — Надо быть благодарной, что мы в принципе нашли, как она работает.

Ксанарис вспомнила слова Феликса, что Клара сыграет решающую роль в их путешествии, и решила довериться старику.

Надеюсь, ты сказал её взять не чтобы посмеяться надо мной.

Ксанарис подняла руку, и на кончиках её пальцев стали формироваться алые языки пламени.

— СТОЙ! — закричала Клара и сделала шаг вперёд. — Ты хочешь убить нас?! Да ещё и половину города подорвать?

— О чём ты? Что может быть разрушительнее огня? — удивилась Ксанарис.

— Послушай меня. — Клара опустила голову. — Эх… Если мы, то есть когда мы выберемся отсюда, — обещай, что мы с тобой начнём заниматься.

— Что? Клара, ты какаято странная.— Ксанарис нахмурилась, пальцы всё еще светились алым.

— При разложении органических отходов образуются газы, которые легко воспламеняются.

— И? Это же хорошо, значит мы точно разнесём этот разлом.

— И не только его, а ещё пару районов города, если не всё вокруг. Как ты думаешь, почему тут эфирный огонь, а не обычный? Правильно, чтобы всё тут не взлетело на воздух! — Клара схватила Ксанарис за плечи и посмотрела ей прямо в глаза. — А ты знаешь, я мечтала полетать под небом, но в своём теле, а не в облике злого духа!

— И что ты предлагаешь? — попыталась вырваться Ксанарис.

— Твой воздушный вект работает отлично, даже с этой водой. Закрути его, словно сверло, и ударь по этому пространству. Даже если ты не сломаешь разлом, я думаю, ты его перегрузишь и он не выдержит.

— Хорошо. Я попробую.— Ксанарис выдохнула, плечи опустились.

Она сконцентрировалась, и тут же потоки воздуха начали отходить от её тела и стремиться к точке над водой. Воздух натянулся вокруг неё, как струна, и от напряжения у неё заболели виски. На лбу выступили капли пота, а пальцы подрагивали, пока она удерживала вект.Чёртова печать, если бы не она, всё было бы проще.На лбу у Ксанарис выступили капли пота, но это сработало. Небольшое воздушное сверло пробило поток канализационных отходов, разделив его на два, и устремилось на дно желоба. Пространство вокруг задрожало, будто дикий зверь.

— Давай, ещё немного! — закричала Клара.

— Не кричи, ты мешаешь мне! — отозвалась Ксанарис.

Через пару секунд, словно раскат грома, раздался хлопок, настолько громкий, что девушки прижали к ушам руки. В вдалеке, будто эхо, донёсся голос Клары. Только когда она открыла глаза, Ксанарис поняла, что Клара пыталась докричаться до неё. Пусть и без звука, но Ксанарис поняла: им удалось сломать разлом. Клара ходила вперёд и назад, а огонь на факеле в её руках светил как и должен был.

Получилось?!

Но радоваться было некогда. Издалека, в полумраке канализации, на них смотрело несколько пар яркоалых глаз.

Глава 10

— Клара, медленно встань за мной, — прошептала Ксанарис.

Собственный голос показался ей слишком громким в вязкой тишине. Клара замерла. Воздух вокруг будто натянулся тонкой плёнкой.

— Что там такое? — спросила она, едва шевеля губами.

Ксанарис подняла ладонь, призывая её замолчать. Она вслушивалась в эфир, не двигаясь с места. По спине медленно полз холод, пальцы сами собой сжались, будто тело уже готовилось к удару.

— Пока не знаю. Но что бы это ни было, оно к нам не приближается.

Клара осторожно шагнула назад. Плечи у неё поднялись, дыхание сбилось. Она прижала ладонь ко рту, пытаясь не издать ни звука, но через несколько секунд всё равно шумно втянула воздух.

— Я не могу понять, что там такое. — Она наклонилась ближе, стараясь говорить шёпотом. — Что ты чувствуешь?

Ксанарис закрыла глаза и попыталась уловить хоть малейшее движение эфира.

— Ничего. Эфир вокруг них дрожит так же, как в узле того барьера. Поэтому я не могу определить, сколько их там.

— А если это стражи? — Клара быстро покосилась в сторону темноты. — Они не понимают, что барьер сломан, и думают, что мы их не видим?

— Это может быть химера. Та тварь, которую я искала.

Клара медленно повернула голову к ней.

— Очень подходящее время рассказать мне об этом.

— Ты сама за мной пошла. — Ксанарис не сводила взгляда с темноты. — Я и сама толком не знаю, что это. Так что давай без глупых вопросов.

— Ну со мной дракон, так что бояться нечего.

Клара попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Она спрятала дрожащие руки за спину и тут же снова посмотрела туда, где шевелилась тьма.

Ксанарис видела это даже в полумраке. Клара старалась говорить уверенно, но тело её выдавало. Дыхание стало коротким и поверхностным, а сама она несколько раз быстро моргнула, словно надеялась прогнать страх.

— Надо придумать, как их выманить. У меня есть идея.

— Опять? — Ксанарис приподняла бровь. — У тебя идеи когда-нибудь заканчиваются?

Клара уже развернулась к ней, но, кажется, не услышала вопроса.

— Я думаю, мы можем запустить твоего светлячка ближе, чтобы рассмотреть их. Мне кажется, они реагируют на живых существ.

— А если ты ошибаешься?

Клара покосилась на ближайший поворот тоннеля и переставила ногу так, чтобы в любой момент можно было сорваться с места.

— Тогда… мы побежим.

Ксанарис едва заметно выдохнула.

Поверить?

Она перенесла вес на носки, готовясь к бегству, и посмотрела на светлячка, зависшего рядом. Тот подпрыгнул пару раз и разделился на два. Новые кружки света медленно поплыли в сторону неопознанных существ.

С каждым сантиметром света в груди Ксанарис нарастало вязкое ожидание. Казалось, ещё миг — и тьма сама дёрнется им навстречу.

— Ахахах! Я опять была права! — Клара подпрыгнула на месте.

— Тише!

Ксанарис резко развернулась и зажала ей рот ладонью. Клара возмущённо замычала, но в ту же секунду замерла.

Силуэты начали проступать в лучах векта.

Сначала Ксанарис показалось, что перед ними стоят большие пауки. Но когда две твари полностью попали в свет, она невольно отступила на несколько шагов.

Под человеческой кожей бугрились чужие, ломано сочленённые кости, будто тело пытались собрать из разных частей и бросили, не закончив работу. Позвоночник выгибался и разрастался, порождая четыре задние конечности, которые ломано сгибались, как у ящерицы. Две передние были перепончатыми и заканчивались мелкими дрожащими пальцами.

Хуже всего было лицо. Вернее, его почти не было. Только рот — чёрная мокрая впадина, растянутая до ушей и лопнувшая в уголках. Внутри вместо языка ворочалась пульсирующая мышечная масса. А зубы… Три ряда заходили друг на друга: кривые, мёртво-белые. Некоторые были молочными, почти детскими, другие — тонкими иглами длиной в палец.

Ксанарис свело живот. На миг стало трудно вдохнуть, будто грудь сдавило изнутри.

Рядом Клара коротко и судорожно втянула воздух. Её пальцы вцепились в рукав Ксанарис, но она всё же удержалась, чтобы не отступить.

— Как... такое может существовать? — выдохнула она.

Ксанарис убрала ладонь с её рта, но продолжала держать Клару за плечо.

— Я думала, что она одна.

Клара сглотнула. Её взгляд метнулся к химерам и обратно.

— Если их здесь две и они, похоже, стоят на страже, внутри могут быть другие.

Она говорила быстро, словно боялась не успеть закончить.

— Если это стражи, они, скорее всего, работают вместе. Одну ты убьёшь, а вторая либо поднимет тревогу, либо успеет уйти. Или ударит в ответ, пока ты занята. А если они связаны между собой… тогда нельзя дать им времени среагировать.

— Уходи отсюда. От тебя всё равно не будет пользы.

Ксанарис оттянула Клару за плечо и вышла вперёд, остановившись напротив границы света. Пальцы у неё были холодными и твёрдыми.

— Я никуда не пойду! — Клара дёрнула её за рукав. — Ксанарис, у меня идея!

— У тебя всегда есть идея. — Ксанарис бросила на неё короткий взгляд. — Дай угадаю: мне нужно победить их с первого удара, создав как можно меньше шума?

— Да… но не совсем.

Клара указала на светлячка, зависшего рядом с неподвижными химерами.

— Их надо убить одновременно.

Ксанарис нахмурилась и перевела взгляд с неё на химер.

— Значит, я смогу подготовить максимально тихий, но большой вект…

— Стой! — Клара дёрнула её за плечо и развернула к себе. — Это всё равно будет шумно. Запусти в одну воздушное лезвие по дуге. А когда оно почти коснётся химеры, выпусти в другую каменное копьё.

Ксанарис несколько секунд молчала, просчитывая расстояние.

— О!

Она хлопнула кулаком по ладони.

— А ты всё-таки полезна для той, кто не может создать даже простейший вект.

— Я предпочитаю «гениальна».

— Не наглей.

— Поздно.

Ксанарис едва заметно усмехнулась и снова повернулась к химерам.

— Позволь мне показать тебе искусство драконьего рода.

Она глубоко вдохнула и махнула ребром левой ладони. С руки сорвался почти невидимый поток воздуха, изогнувшийся полумесяцем. Лезвие медленно скользило к первой химере. Ксанарис подняла правую руку и сжала пальцы. Вокруг ладони заклубился эфир. Она чувствовала расстояние до цели, скорость воздушного лезвия и плотность камня под ногами.

Ещё немного.

Пальцы на поднятой руке свело от напряжения, но Ксанарис не позволила себе пошевелиться. Стоило потерять концентрацию — и удар сорвётся.

Клара следила за лезвием, затаив дыхание.

— Сейчас! — крикнула она.

В тот момент, когда воздушное лезвие отсекло подобие головы одной из химер, Ксанарис сжала кулак. Из кирпича под второй тварью вверх устремилось каменное копьё.

Но удар запоздал на долю секунды.

Копьё пробило химеру насквозь, однако та успела дёрнуться в сторону. Воздушное лезвие рассекло шею, но не отсекло голову полностью.

Раненая тварь издала высокий, почти детский крик.

— Чёрт!

Ксанарис резко развернула ладонь. Второе каменное копьё вырвалось из пола и пробило голову умирающей химеры.

Тварь обмякла. Из разорванной плоти на камень хлынула чёрная, блестящая субстанция.

Клара осторожно выглянула из-за плеча Ксанарис.

— Надеюсь, нас никто не услышал.

Она обошла кровоточащую жижу, стараясь не наступить в неё.

— Как ты узнала? — спросила Ксанарис.

Клара расплылась в наивной улыбке.

— Узнала что?

Ксанарис посмотрела на неё, не скрывая раздражения.

— Когда надо было выпускать копьё.

— Это легко. — Клара вытерла ладонь о штанину. — Если подробней, я прикинула расстояние, скорость лезвия и… хоп.

Она хлопнула в ладоши.

— Если хочешь научиться, советую начать ходить на занятия.

— Зачем я спросила…

На несколько секунд повисла тишина.

Ксанарис ещё раз взглянула на чёрную жижу, растекавшуюся по кирпичу. Затем прислушалась к темноте за пределами света.

— Беги отсюда. Я не знаю, что будет дальше.

— И я не знаю. — Клара подхватила факел и двинулась вперёд. — Поэтому мне очень интересно.

— Клара.

— Что?

Клара обернулась через плечо и усмехнулась. Тишину сменило эхо огромного пространства. Воздух стал тяжёлым, пропитался металлическим запахом крови и сладковатым зловонием разложения.

С каждым шагом Ксанарис казалось, что из темноты впереди сочится чужая вязкая сила.

Клара шла рядом, то и дело поворачивая голову. Факел в её руке дрожал, и тени метались по стенам.

Ксанарис шагнула вперёд, заслоняя Клару от тьмы.

— Не отставай.

Глава 11

Клара послушно встала за спиной Ксанарис, но уже через несколько шагов снова поравнялась с ней. Факел в её руке дрожал, и тени метались по стенам.

— Не уходи вперёд, — тихо сказала Ксанарис, не поворачивая головы.

— Я просто проверяю дорогу, — прошептала Клара и тут же скосила глаза в её сторону. — Вдруг впереди выход?

— Тогда я первая это проверю.

Клара открыла рот, чтобы возразить, но из темноты донёсся слабый плеск воды. Обе остановились.

Ксанарис подняла ладонь.

— Стой.

Клара замерла, прижав факел к груди.

— Что ты услышала? — одними губами спросила она.

Ксанарис не ответила. Она вслушивалась в эфир, но тот расползался вокруг рваными колебаниями. Тоннель впереди казался пустым, однако за его пределами ощущалось огромное пространство.

Через несколько секунд Ксанарис опустила руку.

— Там зал.

— Большой? — Клара осторожно переступила через поток грязной воды.

— Достаточно большой, чтобы в нём можно было спрятать что-нибудь важное.

— Или что-нибудь ужасное, — пробормотала Клара.

Ксанарис бросила на неё короткий взгляд.

— Не отставай.

Тоннель вывел их в огромный коллектор, куда со всех сторон сходились канализационные проходы. Своды терялись во мраке. Где-то высоко падала вода, и каждый всплеск разносился эхом, многократно усиливаясь, будто кто-то невидимый ходил по камню наверху.

Стены покрывали неведомые знаки и чёрные засохшие подтёки.

Клара ступила вперёд, но сразу остановилась.

— Почему здесь так тихо?

Ксанарис подняла руку, не позволяя ей двигаться дальше. В свете факела проступила клетка, сплетённая из толстых ржавых прутьев.

Внутри сидели дети. Их было много — не меньше двадцати. Они сбились в кучу, прижавшись друг к другу. Некоторые плакали, но беззвучно. Другие просто смотрели перед собой пустыми глазами.

Ксанарис задержала взгляд на одном мальчишке. На том самом, которому купила булочку. Он сидел, подтянув колени к груди. Лицо осунулось, под глазами залегли тёмные тени, но Ксанарис всё равно узнала его.

— Что же это… — выдохнула Клара.

Она шагнула к клетке, однако Ксанарис перехватила её за запястье.

— Не подходи.

— Там дети, — прошептала Клара, не отводя от них взгляда.

— Я вижу.

— Тогда почему мы стоим?

Ксанарис сжала её руку, заставляя остаться на месте.

— Потому что мы не одни.

Клара медленно повернула голову. Её пальцы сильнее сомкнулись на рукаве Ксанарис.

Чуть поодаль от клетки стояла химера. Не та, что они убили в тоннеле. Эта была больше и страшнее — собранная из частей, которые никогда не должны были сочетаться. Из спины торчали костяные наросты, похожие на сломанные крылья. Длинные руки заканчивались чёрными когтями. Волосы — когда-то, видимо, золотые — свисали космами, пропитанными липкой чернью, и заострялись на концах, превращаясь в хитиновые иглы. Лица почти не было. Вместо глаз зияли две тёмные впадины.

Ксанарис почувствовала, как похолодели ладони.

Рядом с химерой стоял парень. Грязная рубашка, изумрудный галстук, форма Академии Люмен. Он выглядел измученным: кожа натянулась на скулах, под глазами залегли тёмные круги.

Его взгляд был прикован к химере и в нём была такая нежность, что у Ксанарис свело зубы.

Парень осторожно гладил её когтистую лапу. На одном из когтей выступила кровь, но он не отдёрнул руку. Только наклонился и прижался губами к костяшке.

— Любимая моя, — прошептал он.

Химера дёрнула головой. Парень тут же убрал руку и мягко коснулся её предплечья.

— Тише, Лира. Я здесь.

Химера издала влажный хрип и склонилась к нему. Парень улыбнулся, будто услышал знакомый голос.

— Да, я знаю, — прошептал он, проводя пальцами по её повреждённой коже. — Тебе больно. Потерпи ещё немного.

Клара побледнела и чуть отступила.

— Она… понимает его?

— Похоже на то, — ответила Ксанарис, не сводя глаз с парня.

Тот прижался лбом к лапе химеры. Коготь распорол ему кожу, но он лишь закрыл глаза.

— Скоро мы будем вместе навсегда, — сказал он. — Я почти закончил.

Он достал книгу, обложка которой была сшита из кусков кожи, и осторожно перелистнул страницы. Между ними лежали засохшие цветы, обрывок голубой ленты и маленький портрет девушки.

Клара заметила рисунок и наклонилась к Ксанарис.

— Это она?

Парень услышал шёпот и повернул голову.

— Да, — сказал он, прижимая рисунок к груди. — Это Лира.

Химера за его спиной издала низкий хрип. Парень сразу обернулся к ней.

— Всё хорошо, любовь моя. Они ничего тебе не сделают.

Он провёл ладонью по её морде, не обращая внимания на влажную чёрную плоть.

— Она умерла, — продолжил он, глядя на рисунок. — Моя девушка умерла у меня на руках.

Клара замерла, сжимая факел обеими руками.

— Что?

— Я не смог её отпустить, — парень улыбнулся, но глаза его оставались усталыми. — Пытался похоронить. Пытался сделать вид, что её больше нет. Но это было невозможно.

Он снова повернулся к химере и осторожно поправил спутанные волосы, в которых застряли чёрные комки засохшей крови.

— Поэтому я вернул её.

Клара попятилась.

— Ты… воскресил её?

Парень прижал ладонь к груди химеры.

— Да.

— Ты превратил её в это, — прошептала Клара.

Пальцы парня замерли на странице. Химера резко дёрнулась, и костяные наросты на её спине заскрежетали.

— Не называй её «этим».

Парень шагнул вперёд, закрывая химеру собой.

— Она Лира.

— Но она…

— Она слышит меня, — перебил он, повысив голос. — Она узнаёт меня. Она всё ещё тянется ко мне.

Он схватил химеру за лапу и прижал её к своей груди.

— Видишь? Она вернулась.

Химера наклонилась к нему. Её когтистые пальцы сомкнулись на ткани его рубашки, не разрывая её.

Парень улыбнулся сквозь слёзы.

— Ты прекрасна, любовь моя. Ты всегда была прекрасной.