Краткая история мировой экономики

Из обязательств подданных по выполнению барщины постепенно сформировалась денежная экономика, в центре которой стояли феодалы. Процесс её развития принимал различные формы. Существовала индивидуальная экономика, при которой феодалы сами занимались производством и торговлей, а также случаи, когда феодалы использовали подчинённую им рабочую силу не только для удовлетворения собственных потребностей, но и для производства, предназначенного для продажи. Последнее можно наблюдать как в Египте, так и в Вавилоне. Торговля, а также промышленное производство для рынка превратились здесь в побочную деятельность больших семей; семья и коммерческая деятельность были полностью неразделимы — это и есть та экономическая форма, которую Родбертус (Rodbertus) называл «семейной экономикой».

Семейная экономика, в свою очередь, могла служить отправной точкой для различных организационных возможностей: во-первых, это создание в Египте системы зерновых банков. Египетский фараон имел зернохранилища по всей стране; крестьяне сдавали в них не только продукты, подлежащие уплате в качестве дани, но и всю свою продукцию, получая взамен чек, который можно было использовать в качестве денежного средства. Второй возможностью является введение феодалами денежной ренты; при этом, естественно, денежная система должна была уже проникнуть во всю частную экономику, а также должны были существовать достаточно развитое производство и внутренние торговые рынки.

Египет эпохи династии Птолемеев обладал всеми этими условиями. Судя по уровню развития административных технологий того времени, можно предположить, что такая система неизбежно сталкивалась с множеством трудностей при составлении бюджета. Поэтому правители в большинстве случаев перекладывали риски, связанные с расчетами, на других, используя один из следующих трех методов: либо поручали сбор налогов спекулянтам или чиновникам, либо передавали его непосредственно солдатам, используя эти налоги для оплаты их содержания, а иногда поручали сбор налогов помещикам. Передача сбора налогов в руки частных лиц является следствием отсутствия надёжной государственной налоговой системы, а отсутствие такой системы, в свою очередь, можно объяснить недостоверностью чиновников с моральной точки зрения.

Система, при которой сбор налогов поручался спекулянтам, также широко распространилась в Индии. Каждый такой заминдар (Zaminder) стремился превратиться в помещика. В то же время набор новобранцев поручался подрядчику, называемому джагридаром (Jagridar), который должен был уплачивать определённую сумму, причём не имело значения, откуда она бралась; поэтому он, как и заминдар, стремился стать крупным землевладельцем.

Они похожи на феодальную аристократию: они полностью независимы как по отношению к вышестоящим, так и к нижестоящим, а также обязаны пополнять ряды новобранцев, что сходно с положением Валленштейна (Wallenstein). В тех случаях, когда чиновникам предоставлялось исключительное право на взимание налогов, правитель обязательно заранее согласовывал с ними фиксированную общую сумму; в случае возникновения излишка он оставался доходом данного чиновника, а расходы на административный персонал также оплачивались ими.

Так устроена была древняя китайская система государственного управления (впоследствии, в переходный период, когда страна стремилась перейти к налоговой политике Нового времени, статистические данные показывали резкий рост населения, что объяснялось тем, что прежние чиновники намеренно занижали численность населения в отчётах), а также система влиятельных вельмож в древнем Востоке. Третьим вариантом развития денежной экономики, ориентированной на феодалов, является передача полномочий по сбору налогов армии. Такая система, вероятно, возникала в случаях, когда государственные финансы обанкрочивались и князья не могли обеспечить армию провизией. Изменения в положении мусульманских государств, находившихся под властью турецких наемников с X века, были вызваны именно введением такой системы. Поскольку центральное правительство было вынуждено передавать налоги армии, наемники превратились в своего рода военную аристократию.

Передача политических функций по сбору денежных средств и набору новых рекрутов подрядчикам, чиновникам и армии — эти три формы составляют основу восточной феодальной системы. Эта система возникла в результате технической коррумпированности государства, которое было неспособно взимать налоги собственными чиновниками, что привело к упадку денежной экономики. В результате возникла рационализированная форма сельскохозяйственного коммунизма, при которой крестьянские общины несли солидарную ответственность перед сборщиками налогов, чиновниками или войсками; кроме того, возникло общинное владение сельскохозяйственными землями и обязательства в отношении земли. Наиболее ярко выраженным моментом, в котором Восток полностью противоположен Западу, является отсутствие на Востоке усадебной экономики (Fronhofwirtschaft), заменяемой данью и принудительным сбором. Кроме того, поскольку крестьяне уплачивали налоги натурой, при обмене на деньги возникало даже малейшее препятствие, сразу же появлялось стремление вернуться к натуральному хозяйству. По этой причине государственное устройство Востока, хотя на первый взгляд и кажется высокоразвитой культурой, чрезвычайно легко скатывается к состоянию чистого натурального хозяйства.

Четвертая, то есть последняя, форма сбора годовых доходов феодалов заключалась в передаче этой функции вождям или помещикам. Таким образом, феодалы могли сократить свои административные аппараты. Они перекладывали ответственность за сбор налогов на уже существующие органы власти частного характера, и зачастую то же самое касалось и пополнения рядов новобранцев. В эпоху Римской империи, когда прибрежная культура проникла вглубь страны, а империя, образованная объединением крупных портовых городов, превратилась в государство, расположенное в глубине материка, именно такая ситуация сложилась в Риме.

В то время в глубине страны существовали только усадьбы, ведущие натуральное хозяйство, и не знали использования денег. Позже на территории империи были введены сбор налогов и набор рекрутов, в результате чего крупные землевладельцы вплоть до эпохи Юстиниана стали господствующим классом. Крупные землевладельцы могли взимать налоги с подчиненного им населения, в то время как развитие бюрократической системы императора не шло в ногу с расширением границ государства. Если рассматривать это состояние с точки зрения административной практики, то его особенностью было сосуществование Municipia (свободных городов) и Territoria (феодальных областей), причем помещик являлся главой феодальной области и нес ответственность перед государством за сбор налогов и набор рекрутов. Западная система зависимого крепостного земледелия развилась именно из этой ситуации, тогда как восточная система зависимого крепостного земледелия была столь же древней, как и «идиа». При правлении императора Диоклетиана этот основной принцип в целом распространился на всю страну, а именно: каждый человек должен был принадлежать к одному налоговому округу и не имел права произвольно покидать этот округ. Главами округов в большинстве случаев были помещики, поскольку центр культуры и государства постепенно перемещался с прибрежных районов вглубь страны.

Особым примером вышеописанного развития стало возникновение феодальной системы владения в колониях. Первоначальная цель колонизации носила чисто финансовый характер, то есть представляла собой колониальный капитализм. Целью завоевателей было извлечение денежных доходов, которая достигалась за счёт обязательного взимания с подчиненного местного населения денежных налогов в виде природных продуктов, в особенности колониальных специфических товаров и пряностей. В таких условиях государство часто поручало эксплуатацию колоний какой-либо торговой компании, например, Британской Ост-Индской компании или Голландской Ост-Индской компании. Поскольку вожди становились солидарными ответственными лицами, они превращались в помещиков, а изначально свободные крестьяне становились их подданными, привязанными к земле. Таким образом, возникли обязательства в отношении земли, общинное владение пахотными землями, а также права и обязанности, связанные с перераспределением земель. Еще одной формой развития феодальной системы в колониях было распределение земель, принадлежащих феодалу, между отдельными лицами. Типичным примером этого является испанская система «энкомианда» (Encomienda) в Южной Америке. Это была форма феодального пожалования, дававшая право обязывать индейцев уплачивать налоги или выполнять барщину. Такая форма существовала вплоть до начала XIX века.

В восточных странах, поскольку система основывалась на доходах и отношениях денежной экономики, существовала практика передачи политических привилегий отдельным лицам; напротив, на Западе (в том числе и в Японии) существовала феодальная система производственной экономики, в рамках которой феодальная собственность возникала в результате пожалования феодальных владений. Общая цель феодальной системы заключалась в том, чтобы пожаловать право владения землёй и феодальные права тем, кто был готов выполнять обязанности вассала, с тем чтобы создать рыцарский орден.

Здесь можно выделить две формы: первая — передача феодальной власти в качестве пожизненного вознаграждения, вторая — передача феодальной власти в виде феодального владения. Типичным примером системы феодальных владений в виде пожизненного вознаграждения является турецкая система. В принципе, данная система предполагает индивидуальное владение, ограниченное одним поколением, а не бессрочное, и предоставляется только в зависимости от заслуг в военное время. Стоимость феодального владения определялась объемом его урожая и соответствовала положению, происхождению и военным заслугам получателя.

Поскольку феодальное владение не было наследственным, сын обладателя феода не мог унаследовать его, если не имел определенных военных заслуг. Например, древнее турецкое правительство (Hohe Pforte) фактически являлось высшим феодальным органом, регулирующим все дела, большие и малые, аналогично семейному управлению франков. Первоначальная японская система также была схожа с этой. С X века в Японии произошел переход от системы «кофун-да» к системе феодальных владений с пожизненным доходом. Подданные императора и великие генералы поручали своим ведомствам макубу оценивать землю на основе урожая риса и даровать её в качестве пожизненного дохода своим подчинённым феодалам, которые, в свою очередь, передавали её своим ближайшим соратникам, называемым «буси». Впоследствии постепенно сформировалась система наследования феодальных владений; однако, в любом случае, в силу сохранившихся пережитков отношений господин-подданный между феодалами и сёгуном, сёгун по-прежнему сохранял юрисдикцию над административной деятельностью феодалов, а феодалы, в свою очередь, продолжали контролировать административную деятельность своих подчиненных-самураев.

Российская система поместий была схожа с европейской. В России для получения поместья (pomjestje) необходимо было выполнять определенные служебные обязанности перед императором и нести налоговые обязательства. Владелец поместья должен был занимать должность чиновника или военного офицера; это правило начало отменяться только при Екатерине II (Katharina II). После реформы налоговой системы, проведённой Петром Великим, когда земельный налог был заменён подушной податью, владельцы поместий стали обязаны уплачивать налог в размере, зависящем от числа жителей, проживающих на их землях на момент проведения периодической переписи населения. О том, к каким последствиям для сельского хозяйства привела эта система, уже говорилось выше.

Не только Япония, но и средневековый Запад был местом, где получила развитие самая чистая форма феодализма. Состояние поздней Римской империи и усадебная система уже давно демонстрировали полуфеодальный характер, проложив путь для западного феодализма. Права германских вождей смешались с этой формой феодализма: за освоение земель, завоевания — когда заслужившие вассалы получали в награду земли — а также присоединение к ним большого числа людей (население, ставшее безземельным, а также крестьяне, лишенные возможности самостоятельно вооружаться в связи с развитием военного искусства, были вынуждены искать защиты у экономически сильных) — всё это привело к значительному расширению масштабов и повышению значимости манориальной системы. Кроме того, с каждым днём увеличивались площади земель, передаваемых в распоряжение церкви. Однако решающее значение имели вторжения арабов, а также необходимость создания франкских конных отрядов для противостояния мусульманской кавалерии. Карл Мартелл (Karl Martell) проводил массовую конфискацию церковного имущества, раздавая его в качестве феодальных владений (beneficia) с целью получения обученной кавалерии; эти люди должны были самостоятельно оснащаться, чтобы стать хорошо вооружёнными рыцарями. В конце концов, помимо земель, возникла практика передачи в феодальное владение государственных должностей и прав.

Раздел 4. Феодальная система

Развитие феодальной собственности, в особенности внутреннее развитие западного манориального строя, в первую очередь определялось политическими и сословными отношениями. Власть феодала состояла из трёх частей: владения землёй (власть помещика), владения людьми (рабство) и монополии на политическую власть (полученную путём узурпации или пожалования), причём последняя, в особенности монополия на судебную власть, стала одной из важнейших сил, определивших развитие Запада.

Феодал всегда и везде стремился получить «иммунитет» (immunitas) от государственной власти. Чиновникам феодала часто запрещалось входить на территорию, находящуюся под его управлением. Даже если им разрешалось въехать, то для осуществления своих официальных полномочий на этой территории (например, при взимании налогов или наборе солдат) они были вынуждены полагаться на его помощь. Помимо вышеупомянутого пассивного аспекта, у такого иммунитета был и активный аспект. А именно: по крайней мере часть прав не могла осуществляться чиновниками напрямую, а должна была передаваться феодалу, обладающему иммунитетом, и становилась его привилегией.

Иммунитет в такой форме существовал не только во Франкском королевстве, но и в Вавилоне, Древнем Египте и Римской империи. В этом контексте чрезвычайно важное значение имеет вопрос об исключительности судебной власти. Владельцы поместий и рабов повсеместно стремились обрести такую власть. В исламских странах им не удалось добиться исключительности судебной власти; там судебные полномочия государственной власти оставались нетронутыми. Напротив, западные помещики благодаря своим усилиям достигли в этом отношении значительных успехов. На Западе феодалы изначально обладали неограниченной судебной властью над своими рабами, тогда как свободные люди подчинялись только решению общественных судов.

Что касается подданных, то в уголовных делах окончательное решение также выносилось общественными судами, хотя участие феодала в этом процессе давно стало обычным явлением. Такое различие между свободными и несвободными людьми со временем исчезло, поскольку власть феодала над рабами постепенно ослабевала, а над свободными людьми — укреплялась. С X по XIII век общественные суды неоднократно вмешивались в дела, касающиеся рабов, с целью их защиты. В уголовных делах рабы часто подвергались судебному разбирательству в общественных судах. В частности, с X по XII век положение рабов, в целом, неуклонно улучшалось.

После завершения эпохи великих завоеваний торговля рабами постепенно пришла в упадок, и рабские рынки с трудом удерживались на плаву. Однако в то же время в результате работ по расчистке лесов потребность в рабах значительно возросла. Поэтому, чтобы приобрести и удержать рабов, помещики были вынуждены постоянно улучшать условия их жизни. Кроме того, в отличие от владельцев (Possesor) в Древнем Риме, они изначально были воинами, а не земледельцами, и поэтому испытывали затруднения при надзоре за своими рабами; именно по этой причине положение рабов также улучшилось. С другой стороны, власть помещика над свободными людьми стала ещё более сильной вследствие изменений в военном деле: семейная власть помещика, изначально ограниченная семьёй (famila), распространилась на всю территорию поместья.

Различие между свободными и несвободными людьми в значительной степени соответствовало различию между свободными и несвободными долговыми отношениями. К этой категории относились precaria и beneficium.

Precarie — это договорные отношения, заключаемые свободными людьми всех сословий на основании прошения. Изначально такие отношения могли быть расторгнуты в любой момент по уведомлению, однако вскоре они стали изменяться один раз в пять лет, а на деле превратились в пожизненные договоры, причём в большинстве случаев — в наследственные. «beneficium» изначально представляло собой договор о предоставлении услуг произвольного характера, но в определенных случаях превращалось в договор об уплате дани. Позже оно разделилось на две категории: одна — «beneficium» свободных вассалов, имеющих обязанность оказывать феодальные услуги, а другая — «beneficium» свободных граждан, выполняющих подневольный труд на полученных в пользование земельных участках. Помимо этих отношений свободного заимствования существовал ещё один вид земельного заимствования — заимствование с переселением. В этом случае феодал взимал определённую ренту, предоставляя землю для освоения или передавая её в качестве наследуемого владения, что называлось «наследственной рентой» (Erbzins). Впоследствии эта система была введена и в городских районах.

Все эти три формы аренды касались земель, находящихся за пределами сельских общин (Gutsverband). От них отличались помещичьи угодья (Fronhof) и прилегающие к ним земли; ярким примером этого является «Capitulare de villis» императора Карла Великого. В рамках поместьевых владений земли феодала — среди которых были как terra solica, обрабатываемая непосредственно подчиненными феодала, так и terra indominicata, представлявшая собой феодальные усадьбы в свободных деревнях, — отличались от земель, принадлежащих крестьянам, Земли, принадлежащие крестьянам, в свою очередь, делились на две категории: «mansi serviles» с неограниченной барщиной и «mansi ingenniles» с ограниченной барщиной; различие между ними заключалось в том, что барщина, выполняемая вручную или с помощью домашнего скота, должна была предоставляться круглый год или только во время сбора урожая и обработки полей. Натуральные дани с королевских земель, а также все другие дани — если речь идет о королевских владениях, то их территория называется «fiscus» — хранились в амбарах и в первую очередь использовались для нужд армии и двора, а излишки выставлялись на продажу.

Заметный сдвиг в отношениях между свободными и несвободными людьми был обусловлен формированием независимых сфер власти у помещиков и судей. Препятствием для такого положения дел вначале было разбросанное расположение поместий; например, монастырь в Фульде (Fulda) имел тысячу разбросанных по разным местам усадеб. Лица, обладавшие судебной властью и правом собственности, с начала средневековья стремились укрепить свои юрисдикции. Отчасти это происходило благодаря развитию так называемых реальных отношений подчинения: если арендатор не мог подчиняться личному господинству, феодал отказывался сдавать ему в аренду определенный участок земли.

С другой стороны, поскольку в пределах сферы власти и на землях феодала сосуществовали как свободные, так и несвободные люди, развилось так называемое манориальное право, которое к XIII веку достигло своего апогея. Первоначально феодал мог осуществлять судебную власть только в отношении невольных членов своей семьи; за пределами семьи он мог осуществлять судебную власть на землях, подпадающих под его «привилегию», только с разрешения короля, однако на территории своего поместья проживали люди различного социального положения, и выполняемая ими подневольная работа была сопоставимой. В таких условиях свободные люди могли заставить феодала и его подданных сформировать манориальный суд, в котором подчиненные люди выполняли функции присяжных, таким образом, сеньор утрачивал право абсолютно свободно распоряжаться обязательствами своих подданных, и эти обязательства становились традиционными (это очень похоже на институт солдатских советников, учрежденный во время немецкой революции для противостояния офицерам). С другой стороны, в период с X по XII век сформировался принцип, согласно которому уже одно лишь предоставление земли юридически (ipso jure) подчиняло получателя судебной власти феодала.

Результатом этого развития, с одной стороны, стало ослабление степени неволи подданных, но в то же время, с другой стороны, сократились и их свободы. Под сокращением свобод подразумевается, с политической точки зрения, утрата судебной власти феодала, а также, с экономической точки зрения, утрата военной мощи свободных людей; что же касается ослабления неволи, то оно было вызвано огораживанием лесов, для чего крайне необходимы были крестьяне, а также (в Германии) колонизацией восточных территорий. Оба этих фактора давали невольным людям возможность освободиться от оков феодальной власти и заставляли феодалов самостоятельно соревноваться в предоставлении невольным людям более благоприятных условий жизни.

Кроме того, после запрета работорговли рабы больше не могли быть куплены, поэтому к уже существующим невольным людям приходилось относиться с большим вниманием. Повышение статуса подданных также стимулировалось политическими требованиями феодалов, направленными в ту же сторону. Феодал был профессиональным воином, а не сельскохозяйственным предпринимателем, поэтому сам по себе не мог эффективно вести сельское хозяйство. Поскольку он не мог составлять бюджет на основе нестабильных доходов, он был вынужден установить для своих подданных фиксированную сумму дохода, на которую можно было бы рассчитывать в будущем, и, следовательно, был вынужден поставить подданных в договорные отношения.

Таким образом, средневековый крестьянский класс, находясь под влиянием союза феодальной власти и манориального права, одновременно претерпевал явное внутреннее расслоение. Помимо этого подчиненного класса существовали также свободные крестьяне, владевшие свободными наследственными арендованными землями за пределами самоуправляемых общин на феодальных владениях; впоследствии они стали свободными собственниками, которым требовалось уплачивать лишь налог, освобождающий от барщины, при этом феодал не обладал над ними судебной властью. Они никогда не исчезали полностью, но в значительных количествах встречались лишь в отдельных местах. Например, в Норвегии (Norwegen), где феодализм так и не получил развития, их называли «свободными крестьянами» (Odalbaurn) в отличие от тех, кто не имел ни земли, ни свободы и находился в подчинении у свободных людей. Они также встречались в болотистых районах Северного моря, во Фрисландии (Friesland) и Дитмаршене (Ditmarschen), в некоторых частях Альп (Alpen), в Тироле (Tirol), Швейцарии и Англии. Кроме того, во многих регионах России существовали воины-поселенцы (Panzerbaner), которые были владельцами земель; к ним присоединился класс воинов-крестьян, имевших статус мелких землевладельцев, а именно казаки (Kosak).