Погружение в Стикс

– Отлично, я тогда сразу с самолёта к тебе подкачу.

– Ништяк! Адрес-то помнишь?

– Как же, забудешь ваш полицейский притон…

– Но, но, не быкуй, фраер. Ты, кстати, как? Чисто в гости, или по работе?

– И то и другое. Больше, конечно, с тобой повидаться хочу, но и поработать немного придется. Мне тут доверили сделать небольшой репортаж про вашего маньяка, которого сейчас по всему Ростову ищут. Вот, надеюсь, ты поможешь мне всякой интересной инфой.

– Да, знаем такого. Этот козёл всем здесь уже поперёк глотки… Но, честно говоря, тут у нас и помимо маньяка веселья хватает с лихвой в последнее время.

– Какого веселья? – моментально заинтересовался Елизаров.

– Да всякого разного. Приедешь-расскажу…

– Ну лады. В общем завтра после одиннадцати жди меня, товарищ страж порядка.

– Так точно, товарищ писака! Только это… если ночевать надумаешь, то лучше отель какой-нить сразу бронируй. Сам понимаешь, у меня теперь мелкая, приютить не смогу…

– Да какие проблемы, мужик? Я и не напрашиваюсь.

– Ага. Ладно, Димон, я тут ща занят немного, при встрече ещё потреплемся.

– Угу. А я продолжу тут собираться, надо сегодня пораньше лечь. Так что до встречи, дружище, не прощаюсь!

– Добро, братишка. До завтра!

Дмитрий повесил трубку с осознанием, что после разговора с Андреем на душе и правда стало чуть спокойнее.

У Елизарова вообще на данный момент почти не осталось верных друзей. Большинство его старых приятелей оборвали с ним контакты в разное время по разным причинам: семья, бытовуха, работа, переезды, ссоры. Карпенко же был одним из немногих, кто до сих пор общался с Дмитрием так же регулярно, как и в былые времена. И это даже несмотря на то, что на протяжении всей своей десятилетней дружбы они жили в разных городах. Правда вот виделись они вживую последний чуть меньше двух лет назад, в день похорон Полины.

Но это не мешало им довольно часто общаться либо по телефону, либо по видеосвязи. Когда умерла Полина, Андрюха искренне поддержал старого друга и, можно сказать, взял на себя роль его личного психолога. Он как мог успокаивал, подбадривал Дмитрия в самые тяжёлые первые месяцы, и Елизаров, конечно, был ему за это благодарен по гроб жизни.

За этими воспоминаниями Елизаров почти закончил собирать вещи. Когда он полез в шкаф, чтобы взять из личного запаса немного налички, то вспомнил о кое-какой вещи, хранившейся в неприметной деревянной шкатулке рядом с деньгами. Дмитрий не залезал в эту шкатулку больше года, но сейчас в свете последних событий, решил ещё раз ознакомиться с её содержимым.

Он чуть неуверенно взял шкатулку в руки, приподнял крышку. Внутри лежало красивое ожерелье из белого золота с подвеской в виде дракона. Елизаров медленно достал его, покрутил в пальцах, и былые воспоминания снова накрыли его с головой. Это ожерелье было единственной вещью покойной жены, от которой он так и не смог избавиться.

Елизаров подарил его Полине перед самой свадьбой. Дракон на подвеске символизировал год по китайскому календарю, в который она родилась. Дмитрий долго выбирал это украшение, отдал почти всю свою зарплату за последний месяц, но оно того стоило. Когда он пришёл домой, то преподнёс Полине это в качестве сюрприза. Велел ей закрыть глаза, после чего надел ожерелье на её тоненькую и изящную шею…

– Открывай – сказал Елизаров.

Полина разомкнула глаза, посмотрела на себя в зеркало и сразу расплылась в улыбке.

– Боже, Дима! Вау… Это так красиво… – сбитым от восторга тоном сказала она.

– Тебе очень идёт, – искренне прошептал Дмитрий, любуясь ей.

– Спасибо, это потрясающий подарок, – продолжая разглядывать себя, промурчала Полина.

– Я хочу, чтобы ты всегда носила его, пока мы вместе.

– Я только за! Боже, Митюша, я обожаю тебя! – растрогано воскликнула она и бросилась на шею Елизарову.

– Я тебя тоже, любимая, – Дмитрий крепко обнял её в ответ.

Полина сдержала слово и действительно носила подаренное ожерелье практически всё то время, что они были в браке. Даже когда у них случались серьёзные ссоры, она его ни разу не сняла и носила до самого последнего дня…

Да, именно тот роковой вечер стал единственным разом, когда она не надела ожерелье и будто демонстративно оставила его дома перед своим уходом. Дмитрий нашёл его в квартире буквально перед тем, как узнал, что Полины больше нет.

В тот день Елизаров поздно вечером пришел домой с работы сильно уставший и сразу лег спать с Полиной. Но, когда он проснулся посреди ночи, то обнаружил, что жены рядом в кровати уже нет.

– Поля! Ты где? – громко спросил Елизаров, чтобы было слышно на всю квартиру.

Не услышав ответа, Дмитрий направился на кухню. Там, включив свет, он обнаружил на столе недопитую рюмку и стоящую рядом полупустую бутылку джина. Затем, присмотревшись, Елизаров заметил, что в дальнем углу кухонного стола валяется её ожерелье с драконом. Не на шутку встревоженный журналист взял в руку украшение, будто пытаясь убедиться, что оно настоящее. Потом он быстро достал телефон и начал звонить жене.

После нескольких гудков на том конце ему ответил женский голос, очень похожий на Полинин.

– Алё, Полин, ты где?! – перепугано почти закричал в трубку Дмитрий

– Это не Полина. Представьтесь, пожалуйста, – спокойно попросила женщина

– Не понял. А вы кто? – только сейчас Елизаров осознал, что девушка на том конце провода – не его жена.

– Я сотрудник полиции. Полина Игоревна попала в серьезную аварию. Теперь повторю вопрос, кем вы являетесь этой женщине?

– Я её муж, – он запнулся, будто только сейчас расслышав смысл сказанного. – Подождите, какая еще авария? Она где?

– Примите мои соболезнования. Ваша жена скончалась полчаса назад от полученных множественных травм в результате ДТП.

Женщина из полиции произнесла эти слова с такой неживой, словно механической интонацией, что Елизарова это еще больше выбило из колеи.

– Как… Как это погибла? Но она же… – он не находил никаких слов.

Полицейская в той же невозмутимой интонации назвала Дмитрию адрес, куда ему нужно подъехать, чтобы узнать все подробности происшествия.

– Я понял… Я подъеду… – отрешенным, пустым тоном ответил Елизаров.

Опустошенный Елизаров положил трубку, несколько секунд каменным взглядом смотрел в одну точку, затем начал растерянно мотать головой, истошно приговаривая:

– Нет, нет, ну нет. Ну почему, почему? Ну нет же…

После этого Елизаров резко опустился на стул, закрыл рот ладонью и зарыдал – истерично, взахлёб, как ребёнок.

Да, Елизаров не был суеверным человеком. Но именно в том обстоятельстве, что Полина впервые за годы их брака куда-то ушла посреди ночи, оставив ожерелье дома, Дмитрий увидел дурной знак судьбы. Он ведь хотел, чтобы она носила это ожерелье всё время, пока они вместе, и она действительно носила. Но как только сняла его и ушла, то сразу погибла. Тут уж и самому заядлому материалисту почудятся дурные знаки.

После похорон Дмитрий старался избавиться от всего, что напоминало о Полине и рвало душу изнутри. Отдал в барахолку её технику, раздал в секонд-хенды одежду, уничтожил совместные фотографии, что-то отвёз её родителям в Ростов. Поменял даже обои в комнате, которые она лично выбирала. Но ожерелье почему-то решил оставить. Но спрятал в шкатулку и убрал подальше, не на самое видное место.

Он открывал эту шкатулку с тех пор всего три раза, когда его внезапно с особой силой накрывали былые воспоминания. Ожерелье, несмотря на свою роковую судьбу, наоборот успокаивало Елизарова и заставляло его вспоминать скорее приятные мгновения с Полиной, чем разный негатив. Дмитрию казалось, будто в это украшение каким-то непостижимым образом переместилась вся положительная энергетика их былой любви. Наверное, поэтому он решил его оставить после её гибели. И, наверное, поэтому сейчас принял твёрдое решение взять украшение Полины с собой в Ростов-на-Дону.

Даже если он не встретит там воскресшую жену, ожерелье послужит Елизарову своего рода оберегом – будет успокаивать при нахождении в городе, с которым так тесно связана Полина и её таинственный двойник.

Дмитрий сильно сжал в руке ожерелье, будто пытаясь пропитаться его невидимой энергией, а затем отнёс его в прихожую и аккуратно убрал во внутренний карман своей весенней куртки. Где-то ещё час Елизаров слонялся без дела, посмотрел скорее фоном телевизор и улегся в кровать.

Перед сном он снова открыл переписку с «Полей», но там никаких изменений. Его последнее сообщение, как и в прошлый раз, осталось непрочитанным, а Лже-Полина не появлялась в сети с момента отправки второго послания.

«Ну и хер с тобой. Завтра приеду и найду тебя, кем бы ты ни был, или была» – мысленно произнес Дмитрий и отложил в сторону телефон, предварительно поставив будильник.

Глава 3

Дмитрий проснулся без будильника около половины восьмого. В отличие от вчерашнего дня, сегодня он чувствовал себя бодрым и выспавшимся, будто организм, сжалившись над хозяином, всё-таки добрал недостающие часы отдыха. Но привычка уже въелась: первым делом, ещё не встав с кровати, он потянулся к телефону и открыл не дававший покоя чат с «Полей». За ночь там ничего не изменилось. Двойник жены не появлялся в сети со вчерашнего вечера.

Ситуация с сообщениями с того света уже меньше выбивала из колеи. Возможно, потому что развязка приближалась: через несколько часов он сам будет в Ростове-на-Дону, где затаился поганый самозванец. Елизаров понятия не имел, с кем имеет дело, но решимость переполняла его. Он любой ценой готов найти Лже-Полину.

После плотного завтрака Дмитрий ещё раз проверил вещи и, предварительно заказав такси, отправился в Пулково. Утренний Питер за окном автомобиля проплывал серыми тучами, равнодушный и привычный. Интересно, какой погодой его встретит Ростов?

Уже сидя в самолёте, он, как договаривались, отправил Болотникову короткое сообщение: «Я на борту, скоро вылетаем». Главный редактор ответил скупым «Ок» – видимо, был занят.

Два часа полёта тянулись медленно. Дмитрий не знал, чем себя занять, и просто пялился в иллюминатор, где облачная равнина постепенно уступала место пронзительной голубизне. Мысли текли вязко, перескакивая с одного на другое. Скоро он увидит Андрюху, с которым так ни разу и не встретился после похорон Полины. Елизаров надеялся, что Карпенко поможет ему не только с репортажем, но и, возможно, с поиском загадочного анонима. Да, он уже решил рассказать другу о странных сообщениях – но не сразу. Сначала нужно разобраться с работой, чтобы Женя Болотников в Питере был уверен: его подчинённый занят делом, а не собственными демонами. А потом, когда основная часть будет выполнена, можно попробовать отыскать Лже-Полину.

Дмитрий Елизаров и Андрей Карпенко познакомились в армии, когда им обоим едва стукнуло по восемнадцать. Они служили в части внутренних войск под Москвой и как-то практически сразу сдружились с первого месяца прохождения службы. У них были схожие увлечения, интересы, чувство юмора, однако если сравнивать характеры, то Андрюха скорее был боевого и авантюрного нрава, в то время как Дмитрий более творческой и мечтательной натурой. Карпенко готов был вписаться в любую непонятную движуху, а Елизаров десять раз подумает перед тем, как что-то сделать. Этим они всегда и дополняли друг друга, не раз выручали в разных ситуациях и давали взаимные полезные советы.

Дмитрий под влиянием Андрея со временем перенял у него некоторые черты в плане уверенного общения с людьми, что сыграло свою роль, когда Елизаров стал журналистом. Там уж чесать языком и с кем-то о чем-то договариваться приходилось постоянно. Главное делать это убедительным тоном и с невозмутимой физиономией, даже если ты откровенно вешал лапшу собеседнику или втайне побаивался его.

Год службы с Карпенко прошёл весело и непринужденно. Много там было всяких разных совместных историй, весёлых и не очень. Однако за этот год их дружба закрепилась ещё на долгое время вперёд.

После армии Карпенко вернулся в родной Ростов-на-Дону, закончил там школу полиции и устроился служить оперативником уголовного розыска в местное отделение. Учитывая Андрюхин склад характера и личные качества, эта работа ему подходила на все сто процентов. По его собственным словам, он был там на вполне хорошем счету и сейчас уже дослужился до капитана. Три года назад Андрей женился на своей старой подруге Лене, а в начале прошлого года у них родилась очаровательная дочь по имени Катя. Елизаров же вернулся в Питер и при содействии своей тёти – преподавателя и кандидата филологических наук, поступил на журфак СПбГУ. Любознательность и тяга к сочинительству сделали его выбор очевидным.

Вот так, несмотря на разные сферы деятельности и разные города, дружба Елизарова и Карпенко продолжалась по сей день. Раньше они частенько ездили друг к другу в гости во время отпусков или длинных выходных, что всегда оканчивалось одним – загулом, пьянством, и разными приключениями на свою жопу. Ну а что поделать? Молодая горячая кровь, много ли близким приятелям надо для счастья во время столь не регулярных и коротких встреч?

Самолёт Елизарова сел где-то без десяти одиннадцать в аэропорту «Платов». Дмитрий неторопливо снял с верхней полки свой единственный небольшой чемодан и проследовал к выходу.

Ростовская область встретила его ясной майской погодой. Солнце уже припекало по-южному, и воздух, едва он ступил на трап, показался густым, напоенным запахами степи и разогретого асфальта. Дмитрий, бывавший здесь не раз, уже хорошо ориентировался внутри терминала и быстро добрался до выхода.

Аэропорт Платов, построенный перед чемпионатом мира по футболу, находился на приличном расстоянии от Ростова-на-Дону. На автобусе до города пилить около полутора часов, поэтому Елизаров заранее заказал такси в приложении. Через минуту поиска высветилось уведомление: машина будет через пятнадцать минут.

Пока есть время, Дмитрий решил зайти в туалет. В просторном помещении уборной было безлюдно, гулко отдавались шаги по кафелю. Выйдя из кабинки, он подошёл к раковине, пустил воду и начал мыть руки.

Внезапно кожей затылка он будто ощутил чьё-то присутствие – словно ледяной сквозняк прошёл по позвоночнику. Елизаров поднял взгляд на зеркало и чуть не подавился собственным дыханием.

Позади него стояла Полина. Живая, невредимая, в своём любимом бежевом платье, с распущенными светлыми волосами. Такая же красивая, как прежде. Только лицо без макияжа и совершенно лишённое эмоций, а глаза, холодные и недоверчивые, пристально глядели сквозь зеркало прямо на него.

От неожиданности Елизаров дёрнулся, едва устояв на ногах, и резко обернулся.

Никого. Пустота.

Он нервно обвёл взглядом помещение – ни души. Сердце колотилось где-то в горле, тело задрожало. Дмитрий не успел прийти в себя, как услышал шум спускаемой воды в запертой кабинке прямо напротив – в том самом месте, где только что стояла Полина. Щёлкнул замок. Елизаров замер в паническом ожидании, почти уверенный, что сейчас из кабинки выйдет она.

Дверь распахнулась, но вместо Полины оттуда вышел обычный худощавый мужчина средних лет, в рубашке поло, с проседью в чёрных волосах. Заметив, что Елизаров смотрит на него испуганным, почти безумным взглядом, мужчина уставился в ответ с недоумением.

– Всё в порядке? – спросил он осторожно.

– Да… – после небольшой паузы выдавил Дмитрий. – Всё… всё нормально.

Мужчину это не особо убедило, но он предпочёл не связываться: быстро сполоснул руки и покинул туалет. Елизаров остался стоять, опираясь на край раковины. Лоб и подмышки взмокли, сердце всё ещё колотилось.

Что это было? Галлюцинация? Видение? Почему оно было таким реалистичным и почему он предварительно почувствовал чье-то дыхание в спину? Может это просто самовнушение и глюки на фоне нервных переживаний последних суток? Ну не призрак же это был, в самом деле?

Дмитрий снова и снова прокручивал в уме увиденный образ Полины. Больше всего его напугал даже не сам факт её появления, а взгляд. Именно так она смотрела на него во время их самых жестких ссор – холодно, отчуждённо, будто на чужого человека.

Не успел Елизаров толком собраться с мыслями, как вдруг его телефон издал одиночный сигнал с вибрацией. Дмитрий, так и стоявший, облокотившись на раковину, достал телефон с новым тревожным предчувствием.

Интуиция на плохие знаки не подвела его и в этот раз. Едва Елизаров разблокировал телефон, как увидел на экране уведомление о новом сообщении от «Поли». Дмитрий, у которого все сжалось внутри, нетерпеливо открыл чат и начал жадно читать очередное послание двойника жены:

«С приездом тебя, Митюша! Я очень рада, что ты здесь. Знаю, что ты приехал сюда не только ради меня, но и ради своей любимой работы. Могу помочь тебе и дать пару подсказок. Там, где девочка с единорогом, есть вход в старую крепость, заходи внутрь и ищи монету с треугольником, только берегись сторожа местного, если ему не понравишься, беги туда, где вода громче шумит. Удачи, любимый, целую!»

Елизаров чувствовал, как у него чуть подкашиваются ноги. Его нельзя было назвать особо впечатлительным человеком, но сейчас у Дмитрия было ощущение, что он вот-вот свалится в обморок. Неужели ему это не привиделось? Неужели позади него только что действительно стояла она? А теперь ещё и глумится, написав это странное послание. Вот значит, как она его поздравляет с приездом?

Дмитрий суетливо плеснул в лицо ледяной водой – раз, другой. Затем достал из внутреннего кармана куртки ожерелье Полины, сжал в ладони, пытаясь таким образом хоть как-то притупить чувство тревоги.

«Так, спокойно. Возьми себя в руки. Эмоции – в сторону. Даже у этого должно быть объяснение».

Представим, что Полина ему и впрямь почудилась, и это каким-то магическим образом совпало с получением сообщения. Надо проанализировать само содержание нового послания.

Елизаров ещё раз внимательно перечитал текст, но так ничего с ходу и не понял. Что за бред она, или он, ему пишет? Какая-то девочка с единорогом, старая крепость, монета, сторож, шум воды. О чем вообще идёт речь?

Незнакомец, прикидывающийся Полиной, то ли затеял какую-то игру с Дмитрием, то ли пытается окончательно свести его с ума. Нет уж, совершить второй пункт журналист ему не позволит. Чтобы разобраться во всем, рассудок надо держать в форме несмотря ни на что, а вот если этот гад решил поиграть в загадки – что ж, вызов принят. Елизаров любил всякие головоломки и обязательно выяснит, бредит сейчас в чате Лже-Полина, или действительно пытается дать ему некие подсказки. Только вот знать бы ещё, подсказки к чему? К поиску самого автора сообщения, или поиску таинственного маньяка, про которого Дмитрий должен сделать репортаж? Из текста сообщения однозначно определить трудно. Но если к этой истории причастен ещё и серийный убийца, то тогда дело принимает совсем лихой и неприятный поворот…

Размышления журналиста внезапно прервало новое уведомление в смартфоне. На этот раз приложение по вызову такси сообщило, что водитель уже на месте и ожидает на парковке у аэропорта. Дмитрий только сейчас опомнился, что за то время, пока он здесь чуть дара речи не лишился от увиденного, машина уже приехала. Тогда тем более не стоит тут задерживаться. Елизаров убрал ожерелье обратно в куртку и стремительно покинул туалет.

По пути к машине он принял твёрдое решение: придерживаться первоначального плана. Сначала нужно встретиться с Андрюхой, выяснить у него всё что можно про маньяка, а затем чуть позже рассказать ему про странные сообщения от «Поли» и попросить у старого друга помочь разобраться и с этим делом.

«Лишь бы он согласился, – думал про себя Дмитрий. – Один я это не вывезу. Вон, не успел приехать, а уже глюки ловлю»

Елизаров сел на заднее сидение в ожидавшую его белую «Шкоду», поздоровался с водителем по имени Жосур, после чего машина практически сразу тронулась с места. Но не успели они проехать и ста метров, как телефон Дмитрия вновь яростно завибрировал. На этот раз ему по видеосвязи пытался дозвониться Женя Болотников.

«Черт, я уж и забыл совсем, что он будет мне тут названивать, – раздражённо опомнился Елизаров. В любом случае ответить придётся. Таково было условие командировки»

Дмитрий нажал на кнопку приёма звонка и на экране появилась физиономия шеф-редактора «Магмы» с торчащим из одного уха наушником на фоне своего кабинета.

– Привет, – коротко и сухо поздоровался через экран Болотников.

– Привет, – так же без эмоций поприветствовал его Дмитрий.

– Ну как ты там? Нормально долетел?

– Да, нормально. Вот, в такси уже мчу до города.

– Хорошо. Вид у тебя вроде пободрее, чем вчера, – Женя слегка улыбнулся. – Это не может не радовать.

– Ну я же тебе говорил, что в порядке. Просто выспаться надо было, – Елизаров тоже попытался натянуть улыбку на лице, но получилось так себе.

– Ясно. Ну долетел и ладно. Давай там заселяйся, обживайся и сразу приступай к работе. Вечером часов в восемь отзвонись мне, как день прошёл и что нарыть успел по нашему делу, окей?

– Нет проблем. Будет сделано.

– Вот и славно. Да, кстати… Что там за мутная история у тебя с нашим Пашей Титовым вчера произошла? Говорит, ты ему ноутбук рабочий чем-то угробил…

«Настучал… Впрочем, это было ожидаемо» – проворчал про себя журналист.

– Блин, да у меня какой-то вирусняк в телефоне поселился, спам всякий приходил в мессенджере, вот я и решил у Паши проконсультироваться, как избавиться от него. А в итоге вирус этот какой-то лютый, видать, оказался. К нему на комп как-то перекинулся и спалил всё к чёртовой матери. Вот Паша меня и обвиняет теперь…

– Хм, вот как, – Болотников призадумался. – А с твоим телефоном-то что?

– Да в том и странность, что ничего. Спам идёт по-прежнему, но мобила пашет как ни в чём не бывало.

– То есть ты им и прямо сейчас пользуешься?

– Ну да.

– Хрена себе… И тебя ничего не напрягает? Я бы на твоём месте этот телефон в первой же канаве утопил после такой жести.

– У меня пока тупо нет времени менять трубку. Там же все приложения надо заново устанавливать и настраивать, все заметки и контакты как-то безболезненно переносить. Когда вот мне всем этим гемором заниматься? Работает пока – и ладно. Вот как тут с репортажем все разрулю, тогда и покупкой нового телефона займусь.

– Да уж, – неопределённо вздохнул шеф, – Ну ты все равно лучше купи запасную звонилку прямо сейчас. Вдруг херакс, и в самый неподходящий момент твой накроется с концами? Так хотя бы симку поменяешь и на связи всё равно будешь, если что.

– Ладно, уговорил… – наигранно запричитал Дмитрий. – Как в Ростов приеду, сразу там и куплю.

– Другое дело… Ладно, у меня тут дел по горло, пока отключаюсь. Вечером тогда сам брякни мне, ок?

– Не вопрос. До связи.

– Пока, – попрощался Женя и, махнув рукой, сдержанно добавил. – Удачи.

Лицо главного редактора исчезло с экрана и Елизаров убрал телефон.

Ишь ты как… Грозился названивать постоянно, а теперь вот в непринужденном тоне заявляет, мол выйди на связь сам в конце дня. Ну и славно, значит его подозрения насчёт душевного состояния Елизарова немного развеялись. Это хорошо еще Паша Титов ему, судя по всему, не сообщил, что спам на телефон шёл от контакта Полины. Тогда бы Женя говорил сейчас совсем в другом тоне. Хотя кто знает, может Паша и сказал ему, а Болотников просто тактично умолчал об этом. Что происходило на самом деле в голове шеф-редактора, Дмитрию иногда трудно было понять.

Примерно через полчаса машина такси уже заехала в черту Ростова-на-Дону. Елизаров видел через окно мелькающие частные дома Первомайского района. Водитель держал путь в самый центр Донской столицы, в отделение полиции на Ворошиловском проспекте, где и работал Андрей Карпенко.

Дмитрий любил Ростов. Не только потому, что он здесь раньше часто бывал и его многое тут связывало. Елизарову нравился местный южнорусский колорит с его многогранным, но часто не всегда гармоничным сплавом разных архитектурных стилей начиная от дореволюционных доходных домов и заканчивая современными многоэтажками-человейниками. Здесь была особая, приятная и в чём-то загадочная атмосфера. Ну и конечно в отличие от родного хмурого Петербурга здесь всегда царила отличная ясная погода, как и сейчас. Правда, Елизаров понимал, что это впечатление, скорее всего, обманчиво, ведь он приезжал сюда в основном летом или весной.