Кролик

Рилиан М

Кролик

Глава 1

Айви

Капли дождя за окном такси стекали извилистыми ручьями, превращая огни вечернего города в размытые пятна. Я прислонилась лбом к прохладному стеклу, пытаясь унять лёгкий мандраж. В сумке лежала пара новых туфель на невысоком каблуке, купленная на последние деньги. А в голове — полная каша из сомнений и смутных надежд.

После смерти мамы моя жизнь стремительно начала превращаться в ад. Мы жили в маленькой квартире, которую бабушка оставила в наследство. Чтобы оплатить моё обучение в колледже, маме пришлось влезть в долги. Она всегда говорила, что образование очень важно, и раз у неё не получилось добиться в жизни чего-то стоящего, то у её дочери обязательно получится. Об отце я ничего не знаю, да и никогда особо им не интересовалась. Мама рассказывала, что они познакомились в школе, их чувства были настолько сильными, что они даже не задумывались о последствиях. Однако, когда отец узнал о беременности, любовь резко испарилась. Такая ответственность его пугала, и он просто ушёл. Никогда не понимала, почему мама не злилась на него, она оправдывала его поступок тем, что им было по восемнадцать, и никто не готов к созданию семьи в таком возрасте. Она никогда не просила помощи, даже у собственной матери. Для бабушки у нас всё было прекрасно. А на самом деле мама работала без выходных, даже устроилась на вторую работу. Я же с головой погрузилась в учёбу, чтобы в будущем обеспечить её самым лучшим. Если бы тогда я только знала, насколько несправедливой и жестокой бывает жизнь.

Мама умерла, когда ей было тридцать семь. Ночью остановилось сердце. То утро стало моим личным кошмаром, но дальше становилось только хуже. Я не знала, что банки давно не одобряли маме кредиты, из-за чего ей приходилось обращаться в сомнительные компании и выплачивать бешеные проценты. В день похорон ко мне пришёл один из людей, которым, как он сказал, наша семья должна деньги. Оказывается, если ты умираешь, то твои долги переходят на другого вместе с повышенными процентами. Квартира была в залоге, и мне пришлось добровольно уехать. Это позволило получить фору в три месяца, но проценты увеличивали сумму долга каждый день. О колледже я даже не думала, устроилась в супермаркет и работала почти без выходных.

Во снах до сих пор вижу уставшее лицо мамы, она извиняется передо мной. Я не имела права злиться или винить её в чём-то. Она делала всё, чтобы обеспечить мне лучшую жизнь. И я бы с радостью отказалась от одежды, техники, жила бы в убогой квартире, лишь бы мама вернулась. Но времени для страданий не было. Сквозь разрывающую боль потери приходилось двигаться дальше.

И вот мне девятнадцать, и я направляюсь в один из самых элитных ресторанов страны.

«Омниа» — место, куда обычному человеку вход закрыт. За столиками решались судьбы, а судьями были люди, чьи имена боялись произносить даже шёпотом. Здесь сосредоточилась вся власть и элита Лос-Анджелеса. И я шла устраиваться сюда официанткой.

Моя подруга, Моника, с которой мы знакомы с детства, работает в «Омниа» уже третий год. Она устроилась сразу после выпускного и всегда говорила, что я тоже должна сделать правильный выбор. Пока я готовилась к экзаменам в школе и выбирала колледж, Моника рассказывала об опасном, но манящем мире богатых людей.

— Тут совершенно другие возможности! — говорила она полным энтузиазма голосом. — Вот взять ту же Лайму: пришла официанткой, а ушла под руку с миллионером. Один ужин — вся жизнь меняется!

История о знакомой, которая сорвала джекпот, звучала как красивая несбыточная сказка. Тогда я не воспринимала слова подруги всерьёз, но сейчас деньги заканчивались, а будущее виделось серым и бесперспективным. «Омниа» стал последней надеждой.

Машина вдруг остановилась в квартале от нужного места.

— Простите, ехать дальше я не могу, — таксист посмотрел на меня в зеркало заднего вида. — Вы не похожи на посетителя этого заведения. Уверены, что приехали по адресу? В «Омниа» всегда...

— Да, спасибо, — перебила я и вышла из машины.

Старый зонт едва спасал и без того неидеальный вид от дождя. Я старалась идти быстро, но аккуратно. Обходила каждую лужу, ведь меня будут оценивать именно по внешнему виду. Никто не захочет брать на работу в элитный ресторан девушку, которая не удосужилась появиться в чистой и сухой одежде. И плевать, что на улице льёт как из ведра.

Скромная серебряная табличка «Омниа» располагалась на массивной деревянной двери. Рядом была небольшая парковка, заставленная дорогоми автомобилями. Несколько мужчин в строгих костюмах, казалось, бесцельно бродили по улице. Я так думала, пока не заметила у одного из них оружие. Охрана.

— Айви Риолли? — раздался грубый мужской голос за спиной. Я резко повернулась, чуть не задев незнакомца зонтом. Волнение и страх накатили новой волной. Впервые мне пришлось приложить усилия, чтобы просто кивнуть. — Идите за мной.

Мужчина нажал небольшую белую кнопку на стене, и меньше чем через минуту дверь открыла женщина лет сорока в таком же строгом костюме. Её тёмные волосы были завязаны в высокий хвост, а взгляд сразу зацепился зя меня.

— Это Риолли? — голос звучал ровно и безэмоционально. Меня уже оценивали. Охранник кивнул. — Свободен, — мужчина молча отошёл в сторону. — Меня зовут Нора. Я администратор и ответственная за персонал, — жестом она пригласила меня внутрь. — Моника рассказывала о тебе много хорошего. Почему ты решила работать официанткой в таком месте?

Я сложила зонт и бросила возле двери, куда указала Нора.

— Мне надо выплатить долги. Мама умерла, и...

— Понятно, — отрезала женщина. Чёрт, надо было придумать что-то обыденное. Мало того, что мои проблемы никого не будут волновать, так ещё могут стать причиной возможного отказа.

Поменьше говори.

Хоть я и начинала чувствовать себя идиоткой, но не позволяла панике взять верх. Оступиться нельзя. В случае ошибки, завтра для меня может не наступить.

Мягкий ковёр заглушал звуки наших шагов. Интересно, сумма моего долга превышает его стоимость? Готова поспорить, что любая из картин, висящих здесь в позолоченных рамах ручной работы, стоит несколько миллионов. А может для коридора решили сэкономить и ограничились экземплярами за пару тысяч долларов?

Мы остановились перед двупольной дверью. Нора повернулась, и её взгляд снова оценивающе пробежался по мне.

— Не забывай, где находишься, и какие люди тебя окружают. Одно неверное движение или необдуманное слово могут дорого обойтись. Веди себя тихо и не пялься на гостей.

Массивные двери открылись бесшумно, впуская меня на абсолютно иной уровень жизни. Хватило пары секунд, чтобы понять: «Омниа» — воплощение роскоши. Две огромные хрустальные люстры освещали зал, сохраняя лёгкий полумрак. Как странно, здесь вообще нет окон. Столы находились на большом расстоянии друг от друга. Дорогие скатерти с золотой вышивкой струились до мраморного пола, который был настолько отполирован, что я могла разглядеть собственное отражение. Воздух пропитали ароматы еды, дорогих алкоголя и парфюмов. Звуки бокалов и столовых приборов смешались с шёпотом и тихим смехом. За столиками сидели не просто гости, а власть. Мужчины источали опасность и силу, даже когда ели пасту. А женщины в блестящих платьях будто негласно соревновались, у кого больше украшений, и чьи бриллианты сияли ярче.

Никто из них даже не обратил на нас внимания. Но я всё равно чувствовала себя чужой и уязвимой.

Нора повела меня к двери за баром.

— Это комната персонала, — женщина позволила мне зайти внутрь первой. Я ожидала увидеть маленькую комнату, но, к счастью, о работниках здесь тоже заботились. Просторное помещение, разделённое на две зоны: раздевалку и, похоже, зону отдыха. — В ресторан заходишь только через служебный вход, который также охраняется, — меня провели к металлической двери в дальнем углу. — Тебе выдадут ключ-карту, — Нора кивнула на сенсорную панель рядом с ручкой. — Без него в ресторан ты не попадёшь. Использовать пропуска других сотрудников строго запрещено. А теперь приведи себя в порядок. Я сообщу, когда мистер Моретти будет готов тебя принять. Остальное узнаешь, если получишь работу, — администратор оставила меня одну.

Всё оказалось лучше, чем я представляла. Радует, что меня ещё не выгнали.

Прошла в раздевалку и поставила сумку на скамейку возле зеркала. На каждом шкафчике были наклейки с именами. Тот, что стоял рядом со шкафчиком Моники, оказался свободным. Быстро сменила мокрые ботинки на туфли. Замечательно, просто супер, на колготках остались несколько пятнашек. Надеюсь, мистер Моретти не будет уделять особое внимание моим ногам. Волосы остались сухими, было достаточно просто расчесать их. Я не услышала, как открылась дверь, лишь почувствовала, что кто-то зашёл, и обернулась. Это была Моника.

— Ты всё-таки пришла! — подруга бросилась ко мне и обняла. — Я так боялась, что ты передумаешь или испугаешься.

— Поверь, я очень боюсь. Твой босс почует мой страх ещё до того, как я зайду в кабинет.

— Перестань, — Моника положила руки на мои плечи. — Мистер Моретти, пусть и выглядит устрашающе, очень справедливый и честный человек. Он не выгонит тебя без веской причины. Я рассказала ему, что случилось, и, кажется, он проникся твоей историей.

Отлично, не успела даже лично встретиться с владельцем, как меня уже жалеют. Но сейчас я приму даже это, как бы не вопила внутри гордость.

— Ты ему понравишься, — подруга улыбнулась, заправляя за ухо выбившуюся прядь блондинистых волос.

— Надеюсь, — вздохнула я. — Пока мы шли через зал, клянусь, я еле держалась, чтобы не убежать. Эти люди... Я почувствовала себя ещё более никчёмной.

— Айви, послушай, — подруга взяла меня за руки, и мы сели на скамейку. — Я понимаю твой страх — сама такой была, когда впервые здесь оказалась. А первая неделя вообще ощущалась как ад. Я была уверена, что пузатый мужичок с набитым кошельком или расфуфыренная женщина в дорогих подарках своего мужа будут вытирать об меня ноги, относиться как к мусору, который просто приносит им еду и напитки. Но люди здесь, пусть и могут разрушить чью-то жизнь одним приказом, к нам относятся нейтрально. Все знают правила, и что следует за их нарушение. И не забывай, тебе могут оставить такие чаевые, что ты разом перекроешь половину своего долга. Просто расслабься и делай, что говорят. А я всегда буду готова прийти на помощь.

Словами не передать, как я благодарна Монике за всё. Она последний дорогой для меня человек, и по большей части это именно её заслуга, что я ещё не сдалась.

— Риолли, — холодный голос Норы заставил нас обеих вздрогнуть. Подруга сразу отошла. — Владелец готов тебя принять. Следуй за мной.

— Удачи, — Моника хлопнула меня по плечу, и мы вместе вышли в зал. Она направилась к одному из столиков, а я — на второй этаж за Норой.

Наверху была лишь одна дверь.

— Я буду ждать внизу. Если получишь отказ, просто уходи.

Ноги вдруг стали ватными, и в голове появились десятки причин, чтобы сбежать прямо сейчас. Нет. В конце концов там ведь сидит обычный человек. Не возьмёт он меня, разве на этом жизнь закончится? Буду и дальше работать без выходных.

Я схватилась за ручку двери и, не раздумывая, потянула.

Кабинет оказался небольшим. Мистер Моретти — серьёзный мужчина лет шестидесяти — сидел за столом. Его тёмные волосы с лёгкой сединой были зачёсаны назад.

— Мисс Риолли, — он указал на кресло перед собой. — Присаживайтесь.

Я шагнула в кабинет, чувствуя, будто добровольно захожу в ловушку. Справа от меня, в стене, была вставка из тонированного стекла. Отсюда зал был как на ладони. Я опустилась в кожаное кресло, сцепила пальцы.

— Айви Риолли, — медленно произнём мужчина с лёгкой улыбкой. — Молодая девушка с тяжёлой судьбой. Моника уверяла, что ты трудолюбивая и быстро учишься. Идеальная кандидатура на освободившуюся должность. Но я не из тех, кто верит сладким, жалостливым речам, — он встал и медленно прошёлся вдоль стены, остановился возле окна в зал. Моретти продолжил, и голос его вдруг стал жёстче. — Если ты пришла, чтобы найти спонсора, который решит твои финансовые проблемы, то можешь убираться. Мой ресторан не брачное агентство.

— Я понимаю ваши опасения. Моника говорила, что та девушка... — осеклась, понимая, что говорю не о том. — Нет, я пришла не за лёгкими деньгами или интрижками. Не буду лукавить, меня привлекла зарплата, но я готова отрабатывать каждый доллар. Если, конечно, вы позволите.

Не так я представляла диалог с владельцем «Омниа». Да, иногда меня посещали мысли просто найти богатенького мужичка, охмурить его и забыть про долги, или же от безысходности устроиться в какое-нибудь место, где моё тело принесёт намного больше денег, чем я зарабатываю на сменах. Но, вспоминая, как боролась мама, я не могла позволить себе такую слабость. Да и я слишком гордая.

Кожей чувствовала проницательный взгляд мужчины.

Хватит мучить меня, вынеси уже приговор.

— Ты красивая девушка, Айви, — начал Моретти тихо, от чего я невольно сжалась. — Это может сыграть как в твою пользу так и против, — мужчина вернулся на место, расслабленно откинулся на спинку кресла, не сводя с меня взгляд. — Не флиртовать с гостями. Никогда, — голос снова стал твёрдым и властным. — Официант — эстетичная и молчаливая часть интерьера. Держи рот на замке и глаза в пол, когда рядом происходит то, что тебя не касается. Если кто-то из гостей начинает проявлять интерес, выходящий за рамки приличий, ты молча уходишь и рассказываешь обо всём Норе или лично мне. У нас свои порядки. Нагрубишь в ответ на приставания — будешь виновата. Детали не будут меня интересовать. Поняла?

— Да, — выдавила я. Придётся засунуть гордость и язвительность куда подальше. Ради спокойной жизни я готова потерпеть избалованных людишек с властью.

Моретти удовлетворённо кивнул.

— Нора выдаст копию меню. К началу завтрашней смены ты обязана знать его наизусть. Ошиблась или забыла — ушла, без разговоров. Я плачу своим сотрудникам за то, чтобы они были профессионалами, а не искали отговорки.

От ресторана уровня «Омниа» было бы глупо ожидать заниженные стандарты. Уже предвкушаю бессонную ночь.

— Можешь идти. Остальное узнаешь у Норы.

Я выскользнула из кабинета и закрыла дверь. Сердце продолжало бешено колотиться. Поверить не могу, что всё оказалось так просто. Я больше переживала и фантазировала. Жизнь дала мне второй шанс, и я его не упущу.

Зал заметно опустел. Администратор стояла возле барной стойки. Женщина взглянула на меня, словно могла заметить какие-то изменения.

— Значит, принял, — уголки её губ едва заметно дрогнули. — Пошли, — мы вернулись в комнату для персонала. На скамейке появился новый комплект формы. Эта хмурая женщина всё-таки в меня верила. — Моника сказала, что у вас один размер. Примерь форму и, если не подойдёт, скажи мне. Ключ-карта и бейдж будут лежать в твоём шкафчике завтра, поэтому на смену в ресторан тебя проведу я. Основные правила, полагаю, тебе уже известны, но будет не лишним уточнить, что ты всегда должна выглядеть идеально. Форма чистая и выглаженная. В случае непредвиденных ситуаций у нас есть запасные блузки и фартуки. Волосы всегда собраны, никакого яркого макияжа. Если на лице появились недостатки, ты обязана их скрыть. Гость должен видеть идеальную картинку. Работать будешь в смену подруги: с пяти вечера до двух ночи. Выходной для всех — среда. Можешь взять дополнительный выходной, но советую обсуждать это с остальными. По поводу зарплаты, выплата производится наличными каждый четверг. Вопросы?

— Нет, — на автомате ответила я.

— Прекрасно. Тогда переодевайся и выходи в зал. Сегодня будешь учиться.

Нора ушла, и мне будто стало легче дышать.

Я справлюсь. Обязана справиться.

Форма подошла идеально. Белая блузка с короткими рукавами приятно ощущалась на коже, чёрные штаны облегали ноги, но движения не сковывали. Дольше всего пришлось повозиться с фартуком, который удалось нормально завязать лишь с пятого раза. Ведь в «Омниа» должно быть безупречно всё, даже узел на фартуке официанта. Пока собирала волосы в высокий хвост, в зеркале увидела, как в комнату проскользнула Моника.

— Уже готова работать? Надеюсь, Нора не сильно тебя напугала. На самом деле она очень добрая и понимающая.

— У меня мурашки по коже бегут от её голоса. Она объясняла правила, а я чувствовала себя так, будто меня отчитывают.

— Понимаю, — подруга открыла свой шкафчик и достала небольшую косметичку. — Первые месяца два я боялась даже смотреть в её сторону, — Моника протянула косметичку мне. — Держи, можешь пользоваться.

— Оу, спасибо, — я почувствовала себя неловко. Конечно она знала, что у меня нет денег даже на самую дешёвую косметику.

— Не благодари, я собрала там всё необходимое. Надеюсь, угадала с оттенками.

— Моника, я обязательно с первой зарплаты верну...

— Ой, заткнись, — она бросила в меня маленький блокнот, а затем подняла его и вернула в карман на фартуке. — Я никогда не просила тебя вернуть какой-то там долг, Айви. Может ты не знала, но друзья обычно помогают друг другу и ничего не требуют взамен.

Ком подступил к горлу. Не знаю, что я сделала в этой жизнь, что судьба подарила мне такую прекрасную подругу.

— Ты лучшая, знаешь? — я открыла косметичку, достала тюбик увлажняющего крема.

— Подозревала, но спасибо, что подтвердила мои догадки, — с сияющей улыбкой ответила Моника. Она села на край скамейки, наблюдая, как я привожу своё бледное лицо в порядок. — Не накручивай себя. К новичкам всегда повышенное внимание, и тут главное не сломаться. А я знаю тебя очень хорошо, Айви. Жизнь не смогла тебя сломать, значит и людям здесь это не под силу.

— Скажи честно, — я отложила тюбик, взяла спонж и пошла к раковине возле холодильника, — насколько плохо гости относятся к официантам? — немного смочила спонж прохладной водой, отжала и вернулась к зеркалу. — Кидают салфетки? Специально устраивают скандалы? Оскорбляют?

Моника рассмеялась.

— Боже, Айви, когда ты успела стать такой пессимисткой? Понимаю, жизнь повернулась к тебе задницей, но почему в твоём представлении всё настолько плохо? Ладно, скажу как есть, иногда сюда приходят заносчивые козлы или их избалованные избранницы и даже позволяют себе слишком много. Но такие надолго не задерживаются. Одно слово Норе, и через минуту они будут вышвырнуты на улицу. Просто не пытайся решить что-то сама.

— Кто ещё работает в твоей смене? — мягкими движениями распределяла крем по лицу.

— С нами работает ещё одна официантка, Элис, а за баром всегда Лиам. Они хорошие.

— Всего три официанта на такой большой зал? Сколько здесь столиков?

— Тринадцать, — Моника заметила, как расширились мои глаза от удивления, и сразу продолжила, — но ещё никогда они не были все заняты. Не бойся, ты не будешь разрываться между пятью столиками. За всё время, что я здесь работаю, полной посадки никогда не было. И даже если такое вдруг случится, гости никогда много не заказывают. На кухне блюда готовятся быстро и тебе просто надо отнести их нужному человеку. Правда, есть одно правило... — я вздохнула, услышав, как поменялась интонация.

— Говори.

— Дневная смена работает до пяти вечера. Может получиться так, что к концу смены за твоими столиками ещё будут гости. Официант из вечерней смены не может просто так забрать столик в работу. Но постоянные посетители уже знают, как мы работаем, поэтому сами говорят, что официанты могут поменяться. Для нашей смены правило немного другое: нельзя уйти, пока последний гость не покинул ресторан.

— Дай угадаю, переработки не оплачиваются?

— Да, но есть и плюсы. Например, если гости задерживаются, они всегда оставляют чаевые, и это не какие-то десять долларов. Даже после того, как ты отдашь ресторану десять процентов, сумма останется приличной. Бармен, кстати, не получает чаевые, у него идёт процент с продажи каждого напитка. Пятнадцать процентов даже с чашки чая.

— А если у него выходной? — аккуратно подкрасила ресницы. — Нора сказала, что можно взять дополнительный выходной.

— В таком случае официант сам отвечает за напитки в своём чеке и получает пять процентов.

— Чёрт, я совершенно не разбираюсь в этой теме.

— Не переживай, ты всегда можешь обратиться ко мне. А потом и не заметишь, как сама станешь профи.

Теперь я выглядела намного лучше. Синяки под глазами почти незаметны. В зале остались лишь работники. Было почти десять вечера, и я была уверена, что в это время «Омниа» точно не пустует.

— По понедельникам всегда так, не удивляйся, — Моника шла чуть впереди.

— О, а вот и новенькая, — кучерявый парень с веснушками на лице вышел из-за барной стойки. Он приветливо улыбнулся и протянул руку. — Лиам, рад знакомству.

— Айви, — мы пожали руки. Боже, да он почти светится.

— Меня зовут Элис, — брюнетка с аккуратным низким пучком поставила пустой поднос и помахала мне. — Надеюсь, ты не сбежишь через два дня.

Как мило.

— Итак, — подруга негромко хлопнула в ладоши. — Наша задача — всему обучить Айви. Начнём с бара.

Лиам довольно улыбнулся и вернулся за стойку. За его спиной стояли десятки различных бутылок.

— Слушай внимательно и запоминай. Здесь нет ничего сложного, все бутылки расставлены по системе. Вино: сначала — красное, затем — белое. Вся информация есть на этикетках. Дальше шампанское и ликёры, а в конце — виски, коньяки и ромы, — я смотрела на заполненный бутылками длинный шкаф. Вот бы Лиам никогда не брал дополнительный выходной. — Если закажут что-то простое, чай находится в ящике слева, кофейные зёрна — в соседнем. Мороженое для коктейлей и молоко здесь, — я нагнулась, чтобы увидеть холодильник. — Для каждого напитка предназначен свой бокал.

Лиам продолжал, и я чувствовала, что мозг начинает кипеть. Надо собраться, это ведь не так сложно. Я несколько раз повторила за ним, какой бокал для чего предназначен.

— Эй, это только звучит страшно, — с усмешкой сказала Элис.

Дверь открылась. Все сразу выпрямились и натянуто улыбнулись. Зашёл мужчина в костюме, выглядел уставшим и раздражённым. Он сел за ближайший столик, и Элис сразу понесла меню. Я ловила её движения, старалась услышать каждое слово. Мужчина говорил ровно и холодно, даже ни разу не посмотрел на неё, будто она пустое место. Может, так лучше? Быть невидимкой иногда даже хорошо.

Я заглянула в меню. Сотня позиций, которые я должна выучить за одну ночь. И ни одного ценника. Моника одёрнула меня.

— Оставь меню напоследок. Мистер Моретти, наверно, напугал тебя тем, что ты должна знать всё наизусть, но расслабься. Вероятность того, что кто-то решит проверить тебя на знание состава блюд, очень мала. Всё прописано в меню, а если придёт слишком придирчивый гость, я сама обслужу его столик. Даже не думай всю ночь зубрить, не повторяй моих ошибок.

Моника убрала кожаную папку в сторону и открыла ящик со столовыми приборами. Да это издевательство какое-то. Почему нельзя просто использовать обычные ложки, вилки и ножи, как все нормальные люди? Плоский нож и вилка специально для рыбы, маленькая вилка с тремя толстыми зубцами для устриц. Мне всегда казалось, что устриц едят руками, и не нужны никакие специальные приборы, чтобы отделить моллюска от раковины. Для крабов и лобстеров тоже были свои приборы: массивные щипцы и длинная, тонкая вилка. Ладно, они хотя бы выделялись на фоне остального. Даже для улиток была особенная, с двумя слегка изогнутыми зубцами, вилка.

— Почему нельзя их подписать? Так было бы намного проще, — взвыла я от безысходности. Информация про приборы начала вытеснять всё, что я запомнила о бокалах. Приходилось переключаться с одной темы на другую.

— Потому что ты работаешь в элитном ресторане, — ответила Моника, наблюдая, как я в очередной раз сравниваю столовые приборы. — К нам приходили несколько человек, которые были уверены, что смогут диктовать свои правила, но их быстро выгнали. Так что лучше спрашивай у нас, если что-то забудешь или засомневаешься.

— А та девушка до меня? Почему она ушла?

— Ты про Джулию? — Лиам тщательно протирал бокалы. — Она пришла сюда с одной целью — получить выгоду. Вот и ушла под ручку с сыном нефтяного магната.

— Разве это не против правил? — я задвинула ящик и опустилась на низкий стул рядом с подругой. — Владелец сказал, что если я допускаю даже мысль о том, чтобы искать здесь папика, то лучше уйти сразу.

— Да он всегда это говорит, — парень пожал плечами. — Но никто не будет следить за тобой за пределами ресторана. На смене Джулия была образцовой официанткой, даже делала вид, что игнорирует непрошенное внимание, а домой уезжала на дорогой тачке. Вот так.

И ведь не поспоришь. Жизнь вне работы не должна касаться посторонних. Но для меня это ничего не меняло.