А бездна смотрит в ответ...

- Все. – Павел тряхнул плечами, подходя к мало что понявшему Бернатову. – Как тебе первое знакомство?

Он вернул капитану его необдуманный панибратский жест, но в отличии от самого Павла, тот не стал скидывать с плеча чужую руку.

- Удивительная раса, - признался он. – Что она сделала в конце?

Павел провел рукой по волосам.

- Благословила.

- На что?

- Тебе знать не обязательно.

Бернатов пожал плечами. В том, что у Павла с местными особые отношения он уже не раз за сегодня убедился. Странностью больше, странностью меньше. Это и правда не его дело.

- Теперь на базу?

Павел окинул взглядом поднявшихся шали и бездумно кивнул.

Но до базы они добрались только к вечеру, и Бернатов раз сто проклял эту поездку. Потому что лес теперь принял и его.

Глава 4.

- Лех, ну какого черта?! – Бернатов отодвинул от лица руку, как будто собеседник мог выскочить из экрана и в реальности надавать ему вполне заслуженных, пусть и обидных, оплеух. – Ты вообще думаешь головой, а не своей пятой точкой?

Кашев устало откинулся в кресле, хотя весь его вид говорил, что с нравоучениями в ближайшее время заканчивать он не собирался. Ну ничего, Бернатов и не такое переживал.

Он улыбнулся и вернул руку в прежнее положение, чтобы камера могла снимать его лицо, а не облезлую стену позади.

- И не улыбайся! – Его собеседник подался вперед, и что-то по ту сторону связи оглушительно треснуло, Бернатов не понял, что именно. Кашев меж тем выдохнул сквозь сжатые зубы и с невероятным трудом вернул себе душевное равновесие. Какое-никакое.

- Я же думал, ты уже помер. Пять дней на связь не выходил с их смертностью!

- Ладно, ладно. Сглупил, признаю.

- Да что б тебя! – Кашев ударил по столу и странный хруст повторился.

- Что это?

- Что?

- Хрустит?

Капитан флота огляделся по сторонам и снова вперил в друга недовольный, но теперь еще до кучи и непонимающе-обиженный взгляд.

- Где?

Бернатов вздохнул. Стена неприятно холодила спину, и он подложил подушку. Стало получше.

Его взгляд скользнул по собственной небольшой комнате, рассчитанной на двоих, остановился на пустующей кровати.

- Я теперь знаю отчего умирали.

- Да? – Кашев скептически изогнул бровь. – Просвети-ка.

В его голосе было столько сарказма, что бывший капитан вполне мог о него порезаться.

- Только если не назовешь меня спятившим. Не в сотый раз.

Нервный смешок с той стороны был вполне внятным ответом.

- Во всем виноваты дриады. – Бернатов немного помедлил, подбирая правильные слова, вернее, проверяя насколько безумно они звучат. – И магия.

Да уж. В меру безумно.

Кашев истерично захохотал.

- Магия? Леш, ты что, в религию подался?

- Да не та магия! – Бернатов скрестил на груди руки и, поерзав, подобрал ноги. – И ничего я не подался. Но в ритуале поучаствовал.

Сочувствующий взгляд его друга красноречивее слов высказал, что тот думает.

- Леш…

- Да ёк! – Бернатов в самых искренних чувствах взмахнул руками, возможно, куда резче, чем надо было бы, и звонок оборвался. Легкое потряхивание браслет всегда воспринимал как сброс текущего сеанса. – Да вашу ж…

Бывший капитан поправил подушку, проверил лежащий на столе камень – тот был едва теплым, спасибо Павлу за подсказку положить его в чашку со льдом, и за сам лед, что уж тут, - и только после глубокого вдоха повторил вызов.

Через три секунды на экране снова появился Кашев.

- Я уж думал, ты меня видеть не хочешь. – Он усмехнулся, но Бернатов слишком хорошо знал друга. Поэтому мотнул головой, куда спокойнее, чем в предыдущем их разговоре.

- Нет. И ты это знаешь. Просто пять дней в чертовом лесу, где все стремиться тебя если не сожрать, то покусать, где какие-то бестелесные твари вылезают прямо из деревьев и вполне тянут на еще одну аборигенскую расу… Да еще и душа нет!

- Нет? Как так нет?

- Да у них ничего нет! Только эта, как ее… Ну террианский аналог сауны?

- Баня?

- Баня!

Кашев тихо рассмеялся, и Бернатов тоже не сдержал улыбки. Наконец капитан флота расслабленно откинулся в кресле и потянулся к чему-то за пределами обзора. Поставив перед собой стакан, он щедро плеснул в него какой-то алкоголь.

- А знаешь, это ведь объяснимо.

- Что?

- Баня. Террианская баня. Ей же уже пару веков как не пользуются, так?

Бенатов нахохлился.

- Ну так, и?

- И вот. – Кашев опустошил стакан в три глотка. – Я тут покопался за пять дней, что ты по лесам гулял, в бумажках и кое-что нарыл на твоего, как его там? Павла.

- Пашу.

- Что?

- Пашу. Он предпочитает, чтобы его так звали.

Кашев поморщился.

- Ну пашу. – Хлопнул стакан об стол. – Не велико различье. В общем он террианец.

Бернатов аж подался вперед, отчего изображение на том конце наверняка покачнулось.

- Прямой. Не переселенец, не беженец. – Продолжил капитан флота, наливая себе повтор. Когда он опустошил и этот стакан, перед Бернатовым уже висело пересланное краткое досье. Тот с жадностью читал строки. Кашев хмыкнул.

- Особо не вчитывайся, интересного там кот наплакал.

- Ага. На пять страниц.

- Это еще мало, поверь. В общем, - капитан убрал бутыль под стол, отодвинул стакан. – Парень родился и вырос на Терре, родители, понятно дело, тоже оба террианцы, есть брат, младший, и сестра, старшая, о ней ничего не известно, а вот с братом интересная история вышла – то ли погиб, то ли был смертельно ранен, но выжил, в ходе какой-то Арторской чистки. Ему тогда одиннадцать, что ли, было, и вот наш семнадцатилетний Павел…

- Паша.

- Ну, Паша, пошел в одно из посольств конфедерации и один черт знает, что там произошло. – Кашев бросил быстрый выразительный взгляд на Бернатова. – Инфа не официальна, но кажется кого-то он там все же пришил. Или не пришил. Но в общем до того, кто его семью тронул он добрался. В семнадцать лет! Вот что ты делал в семнадцать лет?

- Учился.

- И я учился. А он людей убивал. Все же не зря Терру закрыли, там одни психи.

Бернатов листал отчет, бегло пробегаясь взглядом по строчкам.

- Слушай. – Его глаза не цеплялись ни за одну. – А чье было посольство?

- Кажется, халпури…

- То есть не люди?

Кашев нахмурился.

- Не знаю, Лех, не уточнял. К тому же, сам понимаешь, слухами вселенная полнится.

Бернатов хмыкнул, сохраняя отчет в скрытую папку.

- Спасибо, Серег.

- Да без проблем.

Они стукнулись кулаками, и Кашев с громким вздохом облегчения сполз по спинке кресла.

- Ха, ты бы знал, сколько я нервов из-за тебя угробил! Идиот с придурью в башке. И вот что ты туда поперся, а?

- Да так. – Бывший капитан пожал плечами, вспоминая свой феерический опыт выживания в местной флоре. – Надо было самому проверить.

- И как? Проверил?

- Более чем.

Кашев подался вперед.

- Реально? Значит, все оно реально?

Бернатов в упор посмотрел на друга. Долгим, уверенным взглядом.

- Дела…

- И не говори.

- Да я ж магию только в кино видел…

- Не ты один. – Бернатов хмыкнул. – Ну ладно, у меня ретранслятор уже весь лед расплавил, скоро отключусь.

- Что? – Кашев прочистил горло. – Ретранслятор? А, погоди, не о том щас!

Его руки взметнулись вверх, и над иконкой почты Бернатова появился зеленый значок уведомления.

- Вот. Там приказы и досье. Я отправил отчет по базе начальству…

- То взбесилось.

Кашев неопределенно дернул плечом.

- И отправило тебе твою эскадру. Не всю, часть. Маленький отряд, намешанный к тому же.

- Что?!

- В общем да. Отключаюсь.

- Погоди! Кого?!

Но Кашев с каменным лицом уже отключился. На Бернатова сквозь прозрачный экран смотрела пустующая кровать.

- Вот же! – Понять, что это была маленькая месть капитана флота, мог даже глупец. А Бернатов глупцом никогда не был.

Он устало откинулся на стену – та приятно холодила затылок. Пятнистый потолок безразлично нависал, глухой к любой мольбе или просьбе. Бернатов вздохнул.

- Дела. Дела…

Ночное небо всегда охотнее ему отвечало, и капитан решительно встал. Старая кровать жалобно скрипнула, ладони напоролись на жесткий каркас – Бернатов выругался, - но кожа осталась целой. Хорошо. Он потушил маленькую свечку в стеклянной банке и вышел. Почему для освещения не использовали люминофор оставалось тайной, в буквальном смысле, покрытой мраком.

Хмыкнув собственным мыслям, бывший капитан вышел. Дверь проводила его протяжным скрипом и полностью отрезала темный коридор. Оглянувшись по сторонам, Бернатов включил фонарик в браслете, оглянулся еще раз. Ни из-под одной из дверей не пробивался свет. Спят? Не став задумываться лишний раз, он зашагал к выходу, тяжелая дверь наружу оказалась закрыта на допотопный накладной замок, отвернуть который получилось только с попытки пятой – слишком туго шел механизм. Бернатов весь вспотел, когда наконец его выпустили на свободу, и тут же замерз – холодный ветер К`а-ской ночи решил не щадить его. Кутаясь в форменную куртку, он спустился по ступеням и задрал голову к небу. Темному небу. На котором яркими точками сияли незнакомые звезды.

Он вздохнул. Расслабил плечи. Опустил руки.

Звезды. Такие далекие. А ведь когда-то он мог коснуться их краем крыла. Мог подлететь опасно близко к этим огненным гигантам, вблизи еще более впечатляющих чем отсюда, в сотнях световых лет от. Но теперь они для него недостижимо далеко. Как и крылья, оставшиеся там, где-то за пределами стратосферы. Недостижимо.

Он поежился от холода, посильнее натягивая на плечи куртку – другой теплой одежды у него не было.

Холодный ветер продувал штаны, ерошил волосы почти по-дружески, совсем не как прошлой ночью в лесу, тогда его хладный друг пытался Бернатова заморозить до легкой ледяной корки. Как же все переменилось.

Позади раздались шаги, и капитан инстинктивно посторонился. На ступени вышел Павел. Огниво чиркнуло в его ладонях, загорелся маленький огонек.

- Точно не хотите? – Он протянул Бернатову запаленную самокрутку. Тот покачал головой. Надо же. Террианец.

Павел кивнул и затянулся. Через мгновение он снова посмотрел на Бернатова

- Тогда может выпить?

На этот раз бывший капитан повернулся к собеседнику полностью.

- Выпить?

На губах Павла заиграла хитрая улыбка.

- Алексей. – Бернатов дернулся. – Вы уже поняли, что не являетесь главным здесь, не так ли, капитан?

Он насмехался, и Бернатов вздохнул – этот разговор должен был состояться рано или поздно, он и так его отсрочил аж на пять дней своим бессмысленным походом.

- И что?

- Мне - ничего. – В голосе Павла промелькнуло что-то странное, но Бернатов не успел зацепиться. – и Магаси тоже. Теперь ты один из нас. Или лучше все же на вы?

Он выжидающе посмотрел на Бернатова. Капитан задумался.

- А тебе как удобнее?

- Тогда на вы. Не портить же мне репутацию капитана охраны. – Павел оскалился, зажимая самокрутку зубами, и Бернатов поблагодарил всех существующих богов, за то, что додумался прежде всего созвониться с Кашевым. – Завтра сюда прибывает целый отряд. Базу дополняют до комплекта, мы и так слишком долго пустовали.

Павел метнул взгляд за лес.

- Так что вам будет, кем покомандовать, капитан. Но надеюсь мы с Магаси не войдем в их число.

- Почему?

- Почему? – Он иронически поднял бровь. – Обижаете, капитан.

Бернатов хмыкнул.

- Я понял.

- Благодарю. – Его собеседник стряхнул с самокрутки пепел. – Эти люди перейдут под ваше командование, но, надеюсь, не повторят ваших ошибок.

- Не повторят.

- Хорошо. Значит наше сотрудничество продлиться подольше.

Павел уже собирался уходить, но Бернатов поймал того за локоть.

- Постойте. Павел…

- Паша.

- Паша. Вы не до рассказали историю Магаси.

- Разве?

- Да. Как она выжила?

Павел развел руками и улыбнулся.

- Дриады вывели меня к ней. Они сделали это ради меня и только по моей просьбе. Я попросил не убивать последнего человека в этой глуши. Ведь знаете, Алексей, одиночество самая паршивая вещь на этом свете.

- Понимаю.

- Что ж. – Павел затянулся в последний раз и затушил самокрутку носком ботинка. – Тогда спокойной ночи. И советую связаться с вашим другом в командовании, он мне всю линию оборвал своими звонками.

Бернатов криво усмехнулся.

- Что ж вы ему не сказали, что я помер?

- А вы померли?

Они рассмеялись, и Павел ушел внутрь, а Бернатов снова поднял взгляд к темному небу. Отряд, значит… Вот уж подкинул Серега ему задачку. Как всегда, бежит вперед, а по сторонам не смотрит.

Покачав головой, Бернатов тоже скрылся в тепле старенького строения. Снаружи осталась только холодная ночь.

Глава 5.

- Доброе утро. – Бернатов кивнул Магаси и плюхнулся за стол – на нем уже стояла его порция. Женщина молчаливо кивнула в ответ и села напротив. По ее нетронутой тарелке он понял, что ждала она именно его, а по отсутствию еще одной, – что Павел к завтраку не присоединится.

Он начал есть первым. Каша на вкус оказалась приятной, он бы мог даже сказать, домашней, а вчерашний хлеб из деревни вообще не знал похвал, пусть и выглядел весьма специфично. Магаси щедро смазала свой кусок какой-то зеленоватой субстанцией, и Бернатов не пожалел, последовав ее примеру. Нечто оказалось маслом, или чем-то крайне на него похожим, только чуть более сладким, чем привычное.

Закончив есть, капитан не спешил уходить. Он сложил на стол руки, всем своим видом показывая, что готов к диалогу. Магаси отложила в сторону ложку.

- Я не против перейти под ваше начало.

Бернатов улыбнулся. в отличии от Павла эта женщина никогда не разменивала слова по пустякам.

- А что думает Павел?

Магаси пожала плечами.

- Он знает.

- И одобряет?

- Вероятно.

- Хорошо. – Бернатов сделал себе мысленную отметку поинтересоваться об этом у самого Павла. – Но почему?

Магаси посмотрела на капитана, как на идиота.

- Я - далтийка. Моя жизнь невозможна без военной дисциплины и четкости.

- Тогда какой у тебя ранг?

- Лейтенант. Или что-то близкое к этому.

- Хорошо. – Бернатов не сдержал улыбки. Если новоприбывшим отрядом будет командовать кто-то знающий, это удержит людей от бессмысленной гибели. – Я тебя услышал. Тогда подготовься к встрече.

- Есть. – Магаси собиралась было подняться, но Бернатов ее удержал.

- А где Павел? – Этот вопрос мучал его с самого подъема. Или даже со вчера, потому что свет в его комнате так и не загорелся.

Магаси вперила в капитана свой излюбленный взгляд.

- Спит.

- Спит? – Бернатов чуть не поперхнулся. – Но не в комнате, я полагаю?

На лице женщины мелькнуло что-то похожее на улыбку.

- Нет. В теплое время года он предпочитает другие места.

- Но на базе?

Подобие улыбки женщины стало еще шире, и Бернатов не рискнул расспрашивать ее дальше. В любом случае, где и как спит Павел – не его ума дело. Да, кивнул сам себе капитан, не его.

Отпустив Магаси, он поставил себе чайник. Браслет на руке тихо пискнул, оповещая о новом сообщении. Бернатов задумчиво стряхнул его. Перед глазами высветился экран с развернутым посланием. Бернатов перечитал текст несколько раз. Устало вздохнул. Кажется, к своим обязанностям приступить ему придется немного раньше ожидаемого - для отряда трансфер нашелся, а значит марш-бросок им не грозил. Везунчики. Прав был Павел когда-то, мрачно рассудил Бернатов, заваривая себе местный аналог кофе. Его в эту дырень сослали. И наверняка ждали, что капитан помрет тут по-тихому. Но увы, кто бы не придумал этот хитрый план, у него не вышло, обстоятельства сыграли с хитрецом злую шутку. Иногда иметь в друзьях горячих на голову и скорых на решения людей очень полезно.

Он хлебнул кофе. Тот отчаянно горчил, и капитан уставился в темную кружку, раздумывая, не вылить ли напиток. Решение было в пользу помилования.

Бернатов сел за стол, запустил руку в открытую пачку печенья, оставленную кем-то, мрачно разжевал первую печеньку. Суховатая, с вкраплениями каких-то злаков, явно не того вида, что он оставлял у леса дриадам. Те были мягче и вкуснее.

Рука потянулась за второй.

Но с кофе они удивительно сочетались.

Мягкое утреннее солнце скромно светило сквозь пыльное окно, и повинуясь какому-то странному порыву, Бернатов встал, чтобы подойти ближе, искупнуться в благодатных лучах, ну и выяснить, куда выходит окно на случай внезапного побега. Военные привычки отпускают людей не сразу, и пусть в боевой обстановке Бернатов бывал не так часто, как десант, опыт пары не самых приятных побегов у него был. Один раз из дома разгневанного любовника его бывшей жены, который весьма серьезно грозился пристрелить тогда еще нынешнего капитана, за что его впоследствии Бернатов засудил, как и жену, а второй раз из окна туалета. Помнится, это была церемония выпуска Кошарской космической академии, куда капитана, ее выпускника, пригласили для произнесения напутственной речи. Кашев тогда тоже там был, но ему повезло чуть меньше – пришлось защищать подходы. Бернатов никогда не забудет свой прекрасный полет с пятнадцатого этажа, если бы не антиграв, был бы он распластанной тушей на земле. Кровавым месивом.

Отставной капитан выглянул в окно, которое оказалось не пыльным, а просто грязным, причем с внешней стороны, и к своему удивлению обнаружил вполне приличную тренировочную площадку, с турниками, несколькими грушами и парой мультифункциональных спортивных снарядов. Он хлебнул кофе, наблюдая за женской фигурой на брусьях. Магаси отжималась с безразличным остервенением бывалого бойца - ни единого лишнего движения, все четко, отточено. Бернатов подавил в себе восхищение очередным глотком горького кофе и вернулся к столу. Мало кто любит, когда на него пялятся. Он сел и стряхнул браслет. Прозрачный экран высветился тут же, но значок сети снова не горел. Бернатов похлопал себя по карманам. Ни в одном не обнаружилось голубого камешка.

Разочарованно заглянув в кружку, бывший капитан встал и безжалостно выплеснул кофе в раковину. Все равно не собирался допивать. Вымыл и убрал кружку, вырвиглазно цветастую, таких не делали уже давно, видимо тоже пережитки старины.

Цветной узор идеально вписался в ряд таких же, и Бернатов не удержался от смешка, закрывая створку. Он убрал печенье, протер стол и сполоснул раковину, чтобы кофе не разило на всю округу, вытер руки. Огляделся. Вроде ничего не забыл, и только после этого вышел.

Кажется, странная база уже стала ему домом.

***

- Не помешаю?

Магаси подняла на него взгляд, лежа вниз головой на скамейке и, завершив движение, села. Она вытерла лицо висящем на том же снаряде с краешка полотенцем и только после этого повернулась к Бернатову.

Он переоделся после завтрака в, пожалуй, единственную подходящую одежду – надо бы как-то достать сменную. И теперь готовился к серьезному делу: проверке собственной формы.

- Нет. – Магаси поднялась, уступая снаряд, на что Бернатов покачал головой – качать пресс он сейчас нисколько не собирался.

- Не хочешь встать в пару? – Почему-то обращаться к этой женщине на ты было легче, чем к Павлу, того он даже в мыслях Пашей назвать не мог.

Женщина провела рукой по коротко стриженным волосам и по-сычьи склонила голову к плечу. Она явно его оценивала, и Бернатов невольно приосанился, выпячивая грудь. Глупость. Он хмыкнул собственным мыслям.

– Так что?

Наклон головы стал сильнее, но наконец Магаси согласно кивнула.

- Я не буду атаковать в полную силу.

Бернатов размял кулаки.

- Спасибо.

На его благодарность далтийка лишь коротко кивнула и направилась к небольшому песчаному кругляшку, диаметром метров пять. Бывший капитан пошел следом и остановился у самого края. Стянул с себя ботинки, пока Магаси немного дергано разминала плечи на другой стороне. Ее глаза безразлично-цепко следили за ним, оценивали каждое действие и каждый вздох. Истинная далтийка – прирожденный воин-убийца, несчастный человек.

Бернатов покачал головой. Когда-то в далтийские лагеря ссылали захваченных в плен террианцев во время Освободительной войны Трех Колоний или просто ОТК, позже система обрела самостоятельность, но полувоенный-полулагерный и совершенно безумный стиль жизни выкорчевать не удалось, отчасти повинна в том была сама экосистема Далтии – в ней выживали лишь сильнейшие: ограниченные ресурсы, нехватка жизненного пространства, неприязненно настроенная флора и фауна планет, высокий уровень радиации и химии, – все это порождало суровых людей, с единственной целью – выжить. И врожденный суровый нрав террианцев расцветал.

Зная все это, Бернатов не удивлялся тому, что Магаси с Павлом ужились – в них обоих имелся стержень, каменный монолит, составляющий их личность. А еще, зная склонность далтийцев к чрезмерной, по мнению остальных людей, жестокости, сражаться с ней было глупо. Но бывший капитан глупостей не чурался.

- Готовы? – Магаси намотала на руки бинты, и Бернатов кивнул, закрепляя кончик своих.

Коротко кивнув в знак уважения, Магаси шагнула вперед, Бернатов отзеркалил ее движение, но не успел встать в стойку, как тут же оказался на земле.

- Медленно. – Далтийка поднялась с колен и отошла назад.

Капитан с недоумением поднялся.

Снова кивок. Секунда, и он опять на земле, правда на этот раз с болящей челюстью и плывущим сознанием.

- Закончим на этом.

Магаси размотала бинты и ушла с поля, оставив Бернатова валяться лицом в песке.

И правда, чем он, черт возьми, думал?

Отплевываясь и потирая ушибленную скулу, капитан встал. Пошатнулся, едва удержал равновесие и плывущий перед глазами мир, и обернулся, провожая удаляющуюся женскую фигуру взглядом. Когда Магаси исчезла за углом, Бернатов, не сдерживаясь, расхохотался.

Она была сильна. Очень сильна. Вполне вероятно, сильнее многих мужчин, что уж говорить об обычных женщинах. Это-то ему и хотелось выяснить в первую очередь. Знай врага в лицо, а друга и во всех остальных частях.

Что ж. Бернатов хрустнул шеей, вставляя чуть съехавшую из-за удара челюсть на место. Магаси сдержала свое слово, дралась не в полную мощь, и меж с тем осталась верна себе – не стала возиться и играть в мнимое послушание или преклонение перед своим, теперь вообще-то, командиром.

Приказы придется отдавать предельно четкие и логичные, иначе его убьют – это он понял также.

Бернатов стряхнул браслет, открыл файл и добавил в досье несколько лаконичных строк, после чего сохранил изменение и выключил устройство.

Потихоньку он заполнит все, но спешить пока некуда. Оглядевшись, бывший капитан прошлепал босыми ногами к турнику, кряхтя допрыгнул до перекладины.

Раз. Два. Три.

Подтягивания выходили отлично, мышцы горели, включаясь в привычную для себя работу, и Бернатов, подтянувшись еще пятнадцать раз, спрыгнул на землю.

- Неплохо.

И тут же отшатнулся в сторону.

- Павел? – Он посмотрел на стоящего за его спиной (сколько уже?) человека. – Доброе утро.

- Доброе.

Павел улыбнулся и хлопнул капитана по плечу.

- Вам Магаси уже рассказала?

Бернатов вытер рукой пот со лба.

- О том, что хочет стать частью отряда? Да, рассказала. Но должен спросить, ваше мнение?

- Мое? – Павел выглядел искренне удивленным, и капитан даже засомневался, правильно ли понял установившиеся между ними отношения.

- Да. Вы же отдавали ей приказы…