Аделаида Крестовская. Ведьмин камень

— Ага, а потом напоите меня кофе со снотворным и скормите этим гадам или гадинам. Как правильно-то? — Олег кивнул на карту.

— Они не любят вялое тело, предпочитают, чтобы оно трепыхалось, — пояснила я.

— Ещё лучше.

— Ну да, сэкономлю на кофе, — хохотнула я. — Неужели вам не хочется посмотреть на них?

Я перевернула карту и показала ему движущуюся картинку.

— Мне и этого достаточно, спасибо, насмотрелся. Теперь такая страсть еще ночью начнет сниться, — замахал он руками.

— Слабак, — фыркнула я.

— Знаете, я лучше побуду живым слабаком в глазах посторонней женщины, чем буду съеден заживо вот такими тварями, - он показал пальцем на карту.

— Да не собираюсь я вас им отдавать. Пока. Мне надо просто посмотреть, правда ли, что они ещё остались в каналах Питера, или это меня карты дурят.

Из карты вдруг высунулась раздутая оторванная мужская рука с часами. По комнате сразу разлился характерный запах гниения. Мой клиент глянул на неё, ойкнул и рухнул на диван.

— Ладно-ладно, беру свои слова обратно. Только убери свою гадость, — нахмурилась я, говоря это картам.

Рука исчезла в карте. Я встала со своего места, дошкандыляла до окна и распахнула сразу две створки. Напротив него сидела огромная чёрная птица.

— Иди и забери свою чёртову трость, — сказала я ей.

Она посмотрела на меня, как на дуру, громко каркнула, взмахнула крыльями и улетела. А я уж было приготовилась, что она сейчас обратится в Вольдемара. В ящике стола нашла обычный нашатырь. Открыла бутылочку, намочила ватку и сунула её в нос Олегу.

— Что это было? — тихо спросил он, когда пришёл в себя.

— Апгрейд карт. Раньше они мне только показывали что-нибудь этакое, а теперь ещё и вот такие вещи происходить начали. Если что, то я этого не заказывала. Мне самой это не нравится. В этих картах такие вещи хранятся, что если они решат вылезти, то всем будет худо.

— Я понял, — закивал он. — Трогать я их больше не буду, чем угодно клянусь.

— Пейте кофе. У вас просто давление и сахар упали, — сказала я, пододвигая к нему почти полную чашку.

— Да, спасибо, — Олег припал к чашке.

Я больше не стала рассматривать карты, собрала их в кучку и убрала в сторону.

— Я, наверно, пойду, — сказал Олег, когда допил кофе.

— Да-да, если у вас больше нет ко мне вопросов, то вы можете идти. Если передумаете с прогулкой, то звоните, у вас должен быть мой номер телефона.

— Нет, у меня нет вашего номера, — он испуганно вскочил со своего места. — Я записывался через форму на сайте, и вы мне потом сами перезванивали.

— Номер должен был сохраниться в телефонной книге, — спокойно сказала я.

— Он не сохранился, я всё удаляю, — Олег пятился к двери.

Откуда-то сбоку на мой столик прилетел чужой смартфон. На комоде в обнимку с куколкой сидел крыс, показывая мне большой палец.

— Спасибо, дорогой, — я поблагодарила своего компаньона.

Открыла телефонную книгу и стала вбивать свой номер.

— Подождите, Олег, сейчас я занесу вам свой номер, и вы заберёте свой телефон. Я думаю, что он вам ещё понадобится.

— Надеюсь, что нет, — он выдрал из моих рук свой смартфон, когда я закончила вбивать цифры.

— Но всё же не удаляйте его. Тем более вы мне должны за приём. Этот номер привязан и к Сберу, и к Альфе. Перевести можете на один из них. Рекомендую всё же произвести оплату, - это в ваших же интересах, - я выразительно на него посмотрела.

— Я понял. Всего вам доброго, — махнул он мне рукой и выскочил из комнаты.

— И вам не хворать, — кивнула я. — Надеюсь, провожать вас не надо, с замком двери сами разберётесь.

В коридоре послышалась возня, а затем громко хлопнула входная дверь.

Крыс с красными рожками сидел на комоде, обнимая куклу, и смотрел на меня с видом победителя.

— Ты доволен? — спросила я. — Напугал клиента до полусмерти, устроил цирк. Что дальше? Будешь танцевать канкан на моём столе?

Крыс пожал плечами и громко фыркнул. По его морде было понятно, что если надо, то он и канкан станцует, и польку спляшет. Он спрыгнул с комода, закинув куда-то куклу, подбежал к картам, которые лежали на столе, и ткнул лапой в ту самую карту с женщинами-муренами. Я подошла, перевернула её. На карте ничего не изменилось — твари по-прежнему пожирали тело. Хотя у одной из них на руке появились мужские часы.

— Что ты хочешь сказать? — спросила я.

Он постучал себя по запястью, типа время уходит.

— Ничего не понятно, но очень интересно. А теперь верни мне куклу — это мой оберег.

Крыс снова фыркнул, нырнул за комод и оттуда выволок мою соломенную куколку всю в пыли. Он швырнул её мне на колени.

— Хорошо, я найму клининг, чтобы тут всё убрали, — сказала я, убирая куколку обратно в сумку. — До следующего клиента у меня есть ещё двадцать минут. Как раз успею переодеться и привести себя в порядок.

Крыс картинно откланялся и исчез.

Глава 4 А я же говорила

Следующие запланированные сеансы прошли, как обычно, без особых проблем – никакие крысы по салону не бегали, а карты показывали статичные картинки. Хотя перед моим мысленным взором разворачивались все событийные линии, если клиентка поступит так или иначе. Очень удобно, теперь не надо врать, я просто говорила всё, что видела.

После приёма я переоделась, оставила трость Вольдемара в салоне, решив, что нечего её таскать по общественным местам, и поехала домой. На улице никого постороннего не заметила, если и следили за мной, то я этого не ощущала. Зайдя в квартиру, я чуть не упала, споткнувшись о ту самую трость, которую оставила в салоне.

— Ты напоминаешь мне навязчивую собачку, которую никто не берёт к себе жить, и вот она в надежде плетётся за очередным прохожим, который угостил её сосиской, — пробормотала я, убирая трость в шкаф. — Чего тебе не лежится в одном месте? Обращаться с артефактами я не умею, ещё не дай боже стану такой, как Вольдемар, и перестану отражаться в зеркалах. И как я тогда буду на лицо крем наносить и краситься?

Представила, как бы я накрасилась без зеркала, и мне вдруг стало смешно.

— Не о том ты, Аделаида, думаешь, не о том, — строго сказала я сама себе. — А надо думать о еде, — добавила я и поковыляла на кухню готовить.

Интересно, как там Машка, а Лачинов, выздоровела ли Чуева? Эх, жаль, не могу заглянуть в тот мир, хоть бы одним глазком увидеть, что там происходит.

Я отварила себе рис, обжарила в тайском соусе грудку индюшки и приготовила салат из каких-то пророщенных зёрен и ещё какой-то низкокалорийной фигни. Потом сделала себе молочный коктейль и отполировала им пп-обед.

Весь вечер я провела за сериалами и просмотром тупых роликов. В том времени мне так этого не хватало.

— День прожит не зря, — сказала я сама себе, закрывая поздно вечером ноутбук. — В моей квартире хотя бы тепло и не сыро, и не нужно топить печь.

Два следующих дня прошли без каких-либо выдающихся событий и эксцессов. Никаких мужиков в чёрном на перекрёстке, никаких бегающих по салону крыс с красными рожками и никаких летающих карт и движущихся картинок, всё тихо и спокойно. Мне даже стало казаться, что старый Питер мне приснился. Единственное, что меня смущало, – это бродячая трость Вольдемара, которая каждый раз оказывалась рядом со мной.

Кстати, я даже попробовала ей помахать, как волшебной палочкой. На «Аваду Кедавру» она не откликнулась, и на «ахала-махалай» тоже. Я поковыряла камни, но не смогла их вынуть, подула на них, постучала и даже потыкала зажжённой спичкой.

— Ну и фиг с тобой, золотая рыбка, — я убрала трость назад в шкаф.

На четвёртый день тишину моего утра разорвал телефонный звонок. Я как раз в это время чистила зубы, поэтому трубку брать не стала. Но с той стороны некто никак не мог успокоиться и звонил мне до тех пор, пока я не взяла телефон.

— Алло, — ответила я и прополоскала рот.

— Аделаида? — тихо проговорил мужской голос.

— Она самая, — я вытерла лицо полотенцем. — Чем могу быть обязана в столь ранний час?

Конечно, в голове крутились совсем другие мысли, но я же клиенто-ориентированная, надо быть культурной и вежливой, и самую малость грубоватой, но не перебарщивать, чтобы не показаться хамкой.

— Аделаидаааааа, — завыл мужской голос с той стороны.

— Мужчина, вы кто? И чего вы там ревёте, как медведь на муравейнике?

— Это Олег, — всхлипнул мужик с той стороны.

— Я же говорила, что вы мне позвоните, — хмыкнула я. — Чего надо с утра пораньше? Явно вы позвонили не для того, чтобы мне в любви признаться и на кофе пригласить.

— Да-да, на кофе. Давайте встретимся, — снова всхлипнул Олег.

— Когда? У меня сейчас три клиента подряд, потом перерыв на обед и ещё одна клиентка.

— Мне надо сейчас, — тихо проговорил он.

— Я не отменяю записи, это не в моих правилах. Подходите ко мне в обед. Надеюсь, до этого времени с вами ничего не случится.

— Аделаида, они меня зовут к себе, — испуганно прошептал Олег в трубку.

— Страшные бабы?

— Да, те самые, что были у вас на картах. У них прекрасные голоса, и они мне снятся и зовут, и сводят с ума.

— Ясно, увидимся в обед. Приезжайте к двум часам дня, — сказала я и, не дожидаясь ответа, сбросила звонок. — Прости, Олежа, но здоровый спокойный завтрак – энергия на весь день.

Я спокойно позавтракала, выпила чай и даже успела полистать новости, прежде чем собраться на работу. Утренний звонок Олега я старалась не прокручивать в голове, но где-то в глубине души понимала: то, что женщины-мурены выбрали его, не случайно. Карты Рады не ошибаются, а уж если они начинают материализовываться, значит, дело серьёзное.

На приёмы я ехала с лёгким чувством тревоги. Первая клиентка — дама средних лет с проблемами в бизнесе — не заметила моего состояния, вторая, студентка с вопросами о любви, и вовсе была слишком поглощена собой. Я работала на автомате, но мыслями уже была в предстоящей встрече с Олегом.

Он явился ровно в два часа с коробкой пиццы в руках.

— Здрасьте, не думаю, что вы готовите на коммунальной кухне себе еду. Так что я пришёл к вам со своим обедом, — выдал он. — Так что с вас кофе.

— Какой заботливый мужчина, — усмехнулась я, пропуская его в квартиру.

Олег выглядел так, будто не спал несколько ночей подряд: под глазами залегли тёмные круги, одежда была помятой, а на морде красовалась двухдневная щетина.

— Что-то ты как-то не очень выглядишь, — я окинула его внимательным взглядом.

Зайдя в комнату, я жестом указала ему на диван, а сама прошла к комоду и зарядила кофеварку. Из шкафа опять выглядывал набалдашник трости Вольдемара, я закрыла дверцу, про себя выругавшись на чужую магию, которая никак не желала держаться подальше от меня.

Он открыл коробку и разложил салфетки на столе. Я сделала ему кофе, а себе налила чай.

— Давай по порядку, — сказала я, садясь напротив Олега. — Когда начались голоса?

— В ту же ночь, — он отхлебнул кофе из чашки. — Сначала мне приснился канал. Вода тёмная, а из неё вылезают… эти, — он сглотнул. — Они звали меня по имени, говорили, что я их избранный. А потом я проснулся, но голоса остались.

— Где ты ночуешь? — спросила я, прищурившись.

— У себя. Где же мне ещё ночевать? С женой я передумал мириться, а новая женщина у меня пока не завелась. Я теперь боюсь засыпать. Вчера я не сомкнул глаз, сидел с ножом в руках и слышал, как они шепчутся под дверью.

— А нож-то зачем взял? — вздохнула я. — Ещё порежешь кого ненароком. И это, они в канале живут, у них ног нет, только хвосты. Так что не переживай, до твоего этажа они не доберутся.

— У нас лифт, — нахмурился он.

— Даже на лифте. Они живут в воде и там же дышат.

— А по канализации? — Олег смотрел на меня с тревогой.

— В новом Питере слишком узкие трубы, чтобы они по ним пролезли. Или ты думаешь, что мурена высунет руку из унитаза и схватит тебя за яйки?

Судя по выражению его лица, я только что подарила ему новую фобию.

— Да ладно тебе. Ты серьёзно? — я с удивлением на него посмотрела.

Пицца пахла так ароматно, что у меня заурчало в животе.

— Можно? — спросила я его, кивая на пиццу.

— Да, — Олег глотнул ещё кофе.

— Вкусно, — я откусила кусочек. — Ты тоже угощайся.

— Не хочу, кусок в горло не лезет.

— А зря. Очень вкусно, — ответила я, жуя.

— Мне страшно.

— Я предлагала тебе сходить к каналу, но ты отказался.

— Что мне теперь делать? - он спросил с тоской.

— Сейчас я поем и тебе погадаю.

Через десять минут я разделалась с ещё одним куском пиццы, вытерла руки об салфетки, убрала коробку. Взяла колоду, которую специально оставила лежать на столе, и начала тасовать карты. Надо было проверить, насколько глубока яма, в которую упал мой клиент.

— Снимай, — велела я.

Олег дрожащей рукой сдвинул колоду, и карты разлетелись по столу сами собой. Они встали в ровный круг, окружая центральную карту, которая перевернулась сама собой — «Дьявол» в прямом положении. Я нахмурилась. Это значило, что Олег уже связан с кем-то или чем-то тёмным и просто так от этого не отделаться.

— Всё плохо? — тихо спросил он, глядя на карту, на которой козлиный демон улыбался, поглаживая маленькие фигурки.

— Пока не знаю, — честно ответила я. — Но если это просто привязка, то можно попробовать её разорвать. Однако если ты уже заключил с ними договор… — Я запнулась, смотря на следующую карту, которая выползла из центра. Это был «Туз кубков», но перевёрнутый.

— Ничего я не заключал! — возмутился Олег. — Я просто пришёл к тебе, а они сами на меня напали из твоих карт, а потом они начали приходить ко мне во сне и звать с собой. Надо было идти в церковь, а не к гадалке.

Он вскочил со своего места.

— Или к психиатру. Голоса в твоей голове, а не в моей, — заметила я.

Олег растерянно плюхнулся обратно на своё место.

— Что мне делать? — спросил он чуть не плача. — Можно я у тебя переночую?

— У меня, во-первых, однокомнатная квартира, а во-вторых, вдруг ты начнёшь гоняться за мной с ножом.

— Я же не совсем псих!

— Значит, ты этого не отрицаешь, — задумчиво проговорила я. — Тебе нужно выспаться.

— Я знаю, — он шмыгнул носом. — Но я боюсь спать. Понимаешь?

— Значит, надо найти безопасное место, откуда ты не сбежишь. А потом мы сходим с тобой на канал и посмотрим страху в лицо, вернее в рыбную морду.

— Скажи мне, где это место, и я с удовольствием туда пойду.

— Больница и полиция, — улыбнулась я.

— Ну нет, — Олег помотал головой. — Можно я тут у тебя переночую? Ты меня закроешь на ночь, а утром откроешь, и всё.

— Нет, нельзя. У меня здесь находятся ценные магические вещи, и неизвестно, как они на тебя срезонируют. Попросись к какому-нибудь другу с ночёвкой, — предложила я.

— У меня нет таких друзей, к которым бы я мог прийти ночевать.

— Бывшая жена? Скажи, что у тебя забилась канализация или её прорвало трубы.

— Я попробую, но если у меня не получится, то я буду звонить тебе.

— И я отправлю тебя в полицию, в обезьянник, — хмыкнула я. — Там и выспишься.

— Спасибо за помощь, — Олег встал со своего места.

— Пиццу заберёшь? — я кивнула на коробку на комоде.

— Оставь себе, угостишь своего фамильяра, — сердито сказал он.

— Как выспишься, так мы сходим с тобой на канал и попробуем разобраться с происходящим. Прости, но сейчас я тебе ничем не могу помочь.

— Я уже понял, — вздохнул он.

— И это, попробуй их послать грязным матом. Нечисть этого не любит, ну и соль носи в кармане на всякий случай.

— Спасибо за совет, — кивнул Олег.

Он расстроенно махнул мне на прощанье и вышел из комнаты.

— А я тебя предупреждала, — покачала я головой. — Но за пиццу моя благодарочка.

Олег ушёл. Я осталась одна в комнате, глядя на карты, которые всё ещё лежали кругом. На «Дьяволе» козлиная голова повернулась ко мне и подмигнула. Я закрыла колоду ладонью.

— Не надейся, — пробормотала я. — Я уже взрослая тётя, меня такими фокусами не купить.

В ответ где-то в углу послышался довольный хмык крыса с красными рожками. Он вылез из-за шторы, схватил кусок пиццы и исчез.

— Только не кроши, — прикрикнула я на него. — А то тараканы разведутся.

Глава 5 Ночной гость

Я собрала карты со стола, спрятала коробку с пиццей, чтобы не смущать клиентку, налила себе ещё чая и устроилась на диване. До следующего посетителя оставалось минут пятнадцать. Время ещё было немного отдохнуть и подумать о том, что сейчас вокруг меня происходит.

Мой взгляд бесцельно бродил по комнате, и вдруг зацепился за зеркало. Его полотно сначала стало искажаться, а потом пошло рябью, как испорченный старый телевизор. Через некоторое время картинка изменилась, и вместо моей комнаты появилось отражение приёмной на Лиговке в старом Питере. Напротив стоял Вольдемар и перекатывался с пятки на носок, рассматривая зеркало и о чём-то думая.

На заднем фоне сидела испуганная Машка, крестилась и, по всей видимости, я так думаю, что молилась, ибо звук мне сюда не передавался. Вольдемар провёл пальцем по стеклу, потом постучал по нему костяшками.

— Фу, Вольдемар, сгинь, ты всё равно не отражаешься, — поморщилась я, попивая чаек на диване.

Затем у него в руках появилась трость, которой он аккуратно несколько раз стукнул по зеркальному полотну. Я тут же слетела с дивана и похромала в сторону шкафа — трость стояла на своём месте.

— Как такое может быть? — удивлённо спросила я. — Хотя, может, это не та трость, а какая-то запасная?

Вдруг на всю комнату раздался такой грохот, что на мгновение оглушил меня. Я обернулась — Вольдемар лупил тростью по зеркалу с той стороны, а Машка висела у него на руке, умоляя этого не делать.

— Ты не охренел случайно? А ну отошёл от чужого имущества! - заорала я.

Я рванула к зеркалу и хлопнула ладошкой по нему с этой стороны. Чудовище сразу убрало трость и приложило ладонь со своей стороны и что-то там забормотало невнятное, прикрыв глаза. Я одёрнула руку, и картинка исчезла, а в зеркале опять стала отображаться моя комната.

— Вот это перформанс, — задумчиво проговорила я, потирая руку и рассматривая зеркальное стекло, на котором и следа не осталось от его варварских действий.

Значит, Вольдемар пока находится в своём времени, но ищет способ попасть в моё. Или он наоборот, хочет меня вытащить к себе? Тогда кто был там на перекрестке? Порефлексировать и поразмышлять мне не дали — пришла клиентка, и я вернулась за свой рабочий стол.

Я провела приём на автомате, но мысли всё равно возвращались к зеркалу. Клиентка — молодая женщина с вопросом о переезде — что-то говорила про новую квартиру и работу, а я кивала, машинально выкладывая карты и комментируя их значения. Она ушла довольная, положив на стол пару купюр, а я осталась сидеть, глядя на своё отражение в зеркальной глади.

— Ты там ещё? — спросила я шёпотом, подходя ближе.

Зеркало молчало. В нём отражалась только я — бледная и взъерошенная. Никакой ряби, никаких признаков жизни с той стороны. Я вздохнула и отвернулась.

— Ну и ладно. Меньше знаешь — крепче спишь, — сказала я себе, хотя понимала, что спать мне сегодня вряд ли придётся спокойно.

Я закрыла салон, проверила замки и поехала домой. В метро было многолюдно, и я снова поймала себя на мысли, что чувствую себя чужой среди всех этих людей с их телефонами, наушниками и озабоченными лицами. Они не знали, что по ночам в каналах водится нечисть, что карты могут оживать, а зеркала показывать другие миры. И, наверное, это было к лучшему, им и не нужно было знать это.

Дома я первым делом проверила шкаф. Трость Вольдемара стояла на месте, тяжёлая, холодная, с россыпью камней, которые тускло поблёскивали в свете лампы. Я взяла её в руки, провела пальцами по набалдашнику и снова попыталась что-то почувствовать. Ничего. Обычная палка с камнями, если не знать, чья она на самом деле.

— Может, ты просто хочешь домой? — спросила я у трости. — Тогда скажи, как тебя вернуть. Я не против.

Трость, разумеется, не ответила. Я убрала её обратно и закрыла дверцу шкафа.

Поздно вечером, когда я уже лежала в постели с ноутбуком на коленях, раздался звонок в дверь. Кто-то очень настойчиво нажимал на звонок, а потом ещё и тарабанить начал.

— Залила я, что ли, соседей снизу? — пробормотала я, выбираясь из кровати.

Я подхватила трость и поковыляла к двери. Всё это время продолжали тарабанить и звонить.

— Да иду я, иду, — проговорила я довольно громко. — Хватит выносить мне дверь.

Попыталась рассмотреть в дверной глазок, кто там ко мне ломится, но увидела только мельтешащий туда-сюда мужской силуэт. Однако открывать я особо не торопилась.

— Кто? — спросила я с тревогой.

— Открывай, это я, — послышался с той стороны нетерпеливый голос.

— Кто я? — поинтересовалась я.

— Да Олег, блин!

— Какого черта тебе тут надо, Олег? — продолжила я свой допрос через дверь.

— Аделаида, открывай, иначе я начну голосить на весь подъезд.

— Идиота кусок, — выругалась я и открыла ему дверь.

— Спишь, что ли? — спросил он, вваливаясь ко мне в квартиру и окинув внимательным взглядом мою пижаму с котиками.

— Сериал смотрю. Как ты меня нашёл? И какого черта тебя принесло ко мне в столь поздний час?

— Я тоже рад тебя видеть, дорогая, — улыбнулся Олег. — Я принёс тебе азиатскую еду, и я даже побрился и побрызгался одеколоном.

— Какая радость, - буркнула я.

Он сунул мне пакет с какими-то коробками и стал разуваться. Затем прошёл ко мне в комнату и стал озираться в разные стороны.

— А у тебя миленько! — проговорил он.

— Я всю жизнь ждала этой оценки от незнакомого мне челика! Если сядешь грязной жопой ко мне на кровать, то я побью тебя тростью и твою лапшу надену тебе на голову, - пригрозила я.

— Дорогая моя, я и не собирался этого делать.

Олег устроился в кресле.

— А где эта твоя тварь? — спросил он, осматриваясь.

— Какая из? — поинтересовалась я.

— Ну эта, с красными рогами, — он изобразил моего крыса.

— Ждёт подходящего момента, когда на тебя напасть и перегрызть тебе сонную артерию за то, что ты нарушил наш покой, — огрызнулась я.

Олег сразу потёр шею и напрягся.

— Второй раз спрашиваю — чего припёрся? Тут тебе не ночлежка, — сердито сказала я.

— У тебя что одна комната? — он так и не ответил на мой вопрос.

— Ты цены на квартире в Питере видел? Я только за эту рассчиталась. И если ты считаешь, что она слишком маленькая, то можешь купить мне побольше.

— А ты за словом в карман не лезешь, — хмыкнул Олег.

— А ты ещё не заметил, что я работаю гадалкой. Мне платят за то, что я разговариваю.

— Давай пожрём что ли и поедем на твой канал, — предложил он. — Не переживай, ночевать я у тебя не буду.

— Какая радость! — язвительно заметила я. — Я не ем на ночь и ночью тоже.

— Да ты вон какая худенькая, тебе можно. Я просто не жрал ничего сегодня, в горло не лезло. Я на двоих купил.

— Можешь обе порции слопать, — я кинула к нему на колени пакет с коробками.

— Вилка есть? Не люблю я их дурацкие палочки.

Я вздохнула, покачала головой, но всё же пошла на кухню за вилкой. Олег тем временем уже разложил коробки на моём маленьком столике и с нетерпением ждал, когда я вернусь.

— Держи, — я протянула ему прибор. — И не капай соусом на мою скатерть.

— Скатерть у тебя зачетная, — заметил он, принимаясь за еду. — Винтаж, да?

— Бабушкино наследство, — буркнула я, садясь напротив. — Ты собираешься есть и сразу ехать? Или у тебя есть какой-то план?

Олег прожевал, запил водой из бутылки, которую принёс с собой, и посмотрел на меня серьёзно.

— План простой: мы едем к каналу, я смотрю на этих тварей своими глазами, убеждаюсь, что я не сошёл с ума, и мы разбираемся, как от них избавиться. Ты же вроде знаешь, как это сделать?

— Я не экзорцист и не охотница на нечисть, я гадалка. Вижу, что будет, но не всегда знаю, как это изменить.

— А если я тебе заплачу? — он достал из кармана бумажник.

— Олег, дело не в деньгах. Ты уже платил за приём. Я согласилась пойти с тобой, потому что мне самой интересно, что это за твари. Но гарантий, что я смогу тебя защитить, нет. Ты сам видишь, я маленькая, хрупкая, искалеченная женщина.

Он отложил вилку и посмотрел на меня внимательно.

— А если они и тебя тронут? Ты же не боишься?

— Я что, по-твоему, совсем отбитая на голову? Они в натуре ещё страшней, чем на картах. Я соль с собой возьму и травы, ну и буду тростью отбиваться, если что. И это, ещё надо найти фонарь по типу керосинового. Они не любят открытого огня.

— Ты их собралась солить, что ли? — хихикнул Олег. — Да и чем тебя не устраивает обычный фонарик на телефоне?

— Ты меня каким местом слушаешь? Они не любят огонь, — проговорила я по слогам. — И соль им тоже не нравится.