Ведьма – наемница для эльфа. Часть 2

– Да, – согласилась с ним и сжала пальцы рук в замок на коленях, вспоминая пережитый ужас. – Когда волкодлаки вышли из леса Харпер и Томас сбежали, уводя засаду за собой. Они позволили нам без потерь уйти на земли дриад.

– Дальше, – потребовал Одноухий, так как я замолчала.

– Дальше эльфы получили то, зачем пришли, и мы отправились на помощь ребятам. Малвина обещала послать тебе сообщение.

На что получила многозначительное хмыканье. Подняла глаза на оборотня, перестав смотреть на свои сжатые до побелевших костяшек руки, и увидела, как мужчина достает планшет и что-то пролистывает.

– «Драный ты оборотень, зачем сына отпустил в мои земли? Его сейчас порвут волкодлаки, если не поторопишься со своими твердолобыми боевиками. Учти, к себе никого не пущу. Любящая тебя Малвина», – зачитал послание дриады.

Дева, как всегда, в своем репертуаре. Улыбнулась на ее слова.

– Ты хоть представляешь, что со мной было после этого? – взревел Одноухий, вспоминая прежнее недовольство.

Недавнее благодушное состояние позабыто. Передо мной вновь показал клыки хищник, готовый растерзать одну конкретную ведьму. Если показалось, что мы нашли взаимопонимание, то мне именно показалось, и больше ничего! Вот, гадство! Он специально усыпил бдительность ласковым тоном, чтобы я рассказывала и не шарахалась от его клыков, готовых впиться в мое горло. А когда понял, через что пришлось пройти его сыну, маска дружелюбности слетела с лица, не оставив надежды на мирное расставание.

– Твои проделки, ведьма! – продолжал бушевать Одноухий. – Сначала задурила парню голову, а когда он стал не нужен, подсунула ему эльфийку!

– Не правда! Он сам меняет свои привязанности! – заорала на него, стараясь оставить поток обличительной речи.

– Думаешь, я тебе поверю? Риш, не держи меня за идиота. Ты провоняла остроухим насквозь. Не дури мне голову, – продолжал бушевать мужчина.

– Причем мои отношения с Редом и Харпер? – попыталась остановить скандал я.

– Мне не нужна эльфийка в семье! – рявкнул он, мне показалось, его зверь зарычал одновременно с мужчиной.

– Да послушай ты, наконец! – подскочила на ноги и от полноты чувств взмахнула перед ним руками. – Харпер ветреный малый, меняет привязанности со скоростью ветра.

– Это что? Брачные браслеты? – рванул меня за руки оборотень, отчего голова чуть не оторвалась от тела. – Успела выскочить замуж за эльфа?

– Нет! Да. То есть, все не так! – попыталась вырваться из его захвата.

Да, где там! Стальные пальцы больно сжимали запястья, оставляя синяки.

– Что нет? Добилась своего? Подставила моего сына, чтобы быстренько выскочить замуж за высокородного эльфа, а теперь отбрыкиваешься? Наворотила дел, Риш, теперь сама разгребай, – зашипел он на меня. – Делай что хочешь, хоть по земле катайся, но эльфийке и Харперу не быть вместе.

– Что я могу сделать? – в отчаянии воскликнула, когда он вывернул болезненно руки.

– Ты ведьма, воспользуйся своим умением, – резко отпустил мои руки Одноухий, отчего я пошатнулась и шлепнулась обратно в кресло, стоящее за спиной. Не будь мебели, грохнулась бы на пол. Главе Приграничья все равно на неудобства ведьмы.

– Все поняла, Риш? – прошипел с ненавистью мое имя мужчина.

На ноги поднялась молча, стиснув зубы, чтобы не начать изливать на оборотня грязные слова, которые успела выучить за жизнь. Не потому что беспокоилась за его добропорядочность, наверняка его лексикон намного богаче моего, а чтобы окончательно все не испортить.

– Я поняла, что для тебя твоя семья самое важное в жизни. И для меня мой сын стоит на первом месте. Разбирайся с Харпером сам, кто у него невеста, – резко выдохнула и не спеша направилась на выход.

Меня их семейные разборки совершенно не интересуют. Если Одноухий плохо воспитал отпрыска, готового менять привязанности, то это не моя вина, и не надо на мои плечи перекладывать проблемы. Мне своих вполне достаточно, чтобы мучиться бессонницей.

– Риш, я все сказал, – ударил в спину его голос.

На секунду замерла перед дверью, но оборачиваться не стала. Нажала на ручку и вышла из ярко освещенного кабинета главы Приграничья, находящегося на втором этаже ресторана. Поторопилась по ступенькам вниз и влетала со всего размаха в широкую спину охранника, отчего тот не покачнулся. Оборотень неторопливо обернулся в мою сторону, молчаливо ожидая от объяснений.

– Ничего страшного, я не ушиблась, кости целы. Можете не извиняться, – произнесла я, отчего охранник слегка опешил.

По его представлениям я должна была утешать и успокаивать мужчину, потому он молча проследил мою траекторию, по которой обходила шкафообразную фигуру. И столкнулась с Редом. Оборотня ему в бок! Совершенно забыла, что он собирался присоединиться к нашей беседе. Хорошо, что он не присутствовал.

– Не смог пройти мимо охраны, – попытался извиниться Ред.

– Странно, на этом объекте отличная пропускная способность, – поведала ему.

– В каком смысле? – опешил оборотень.

Неужели он не волк, а горилла? Хотя человекообразные более высоким интеллектом обладают, все-таки псовый.

– В том самом, – многозначительно ответила ему и подмигнула.

«Шкаф» оторопело вытаращился на меня, а я не стала терять времени и поспешила домой.

– Риш, подожди! – догнал меня Ред. – Надо поговорить.

– О чем? – равнодушно отозвалась, выглядывая приличное транспортное средство

Не хотелось ночью возвращаться пешком по лесу. Дорога, конечно, укатанная, грунтовая, но очень торопилась оказаться в своем доме и увидеть сына, прижать к себе, вдохнуть родной запах.

– О нас, – дернул эльф меня за плечо, разворачивая к себе лицом.

– Ред, нет никакого «нас», – твердо сообщила ему. – Ты мой работодатель, я наемница, выполнившая и перевыполнившая свою работу, – продемонстрировала брачные браслеты на запястьях. – Ты со мной не расплатился. Жду поступления гонорара на карточку.

– Риш, я заплачу, обязательно заплачу. Утром восстановлю карточку и переведу деньги, – пообещал мужчина.

– Не сомневаюсь, – усмехнулась в ответ. – Одноухий очень не любит клиентов, которые не держат свое слово и кидают наемников.

Конечно, я блефовала. После последнего разговора с Одноухим вряд ли он станет за меня заступаться. Хотя внутренняя этика не позволит кинуть меня. Тогда он потеряет доверие подчиненных, которые разве что не молятся на оборотня, решающего все вопросы в Приграничье. Отголосок несправедливости докатится до дальних поселений, потом попробуй докажи, что это личные счеты. Впрочем, у Одноухого столько власти и авторитета, что одна обиженная ведьма не сможет испортить ему репутацию, созданную годами правления.

– Риш, ты только о деньгах можешь думать? – внимательно смотрел в мои глаза Ред, стараясь заглянуть как можно глубже в душу.

– Ты меня нанял и не расплатился, хотя работа выполнена, – пожала плечами, стараясь освободиться от мужских ладоней, сжимающих их.

– Риш, я хочу поговорить о нас. Произошедшее между нами не случайно. Мы встретились … – начал он, но я не дала ему договорить.

– Не выдумывай, – резко оборвала его речь. – У тебя своя жизнь, у меня своя. Работа закончена и нам пора расходиться в разные стороны. Уезжай в Элатрион, Ред, забирай Элеонору и устраивай государственный переворот, как задумал. Я тебя прошу, оставь меня в покое. Моя жизнь здесь устраивает. Я не хочу ничего менять, понимаешь? В твоей жизни нет места для меня, в моей тебе нечего делать.

– Риш, ты сама не веришь в то, что говоришь! – тряхнул за плечи эльф. – Не сходи с ума. Мы были вместе, я помню твои глаза и чувства, которые смог прочитать.

– Ошибаешься. Хороший секс не повод все переворачивать с ног на голову, – с досадой ответила ему.

Риш, только держись. Не сдавайся!

– Для тебя это хороший секс и ничего более? – он неверующе уставился прямым взглядом.

– А для тебя это было что-то иное? Я не заметила в тебе стремления у дриад сочетаться со мной браком. Наоборот, ты попросил взять на себя чужое бремя обязательств. Я теперь другому принадлежу, кстати, твоими стараниями, – все-таки смогла вырваться из его захвата и отошла на несколько шагов, выбирая мотоцикл из припаркованных. – Не забудь завтра перевести деньги! – крикнула на прощание и завела мотор.

Глава 4

Дом встретил тишиной. Мариса выбежала на мой тихий стук заспанная в одной пижаме. Спросонья поначалу не поверила, что это я, затем потерла глаза и заторопилась открыть замок.

– Риш, ты вернулась! – радостно кинулась обниматься на шею подруга и по совместительству няня.

– Вернулась, – прошептала ей. – Привет. Даш спит?

– Спит, поздно уже, – подтвердила она и впустила меня в дом.

Скинула мокасинки, выданные дриадами, и на цыпочках по деревянным, широким половицам направилась в сторону детской. Отворила дверь, и до меня донеслось тихое посапывание. Спит мое сокровище, раскинул ручки в разные стороны, ножки раскидал, сбил легкую простынь в сторону, а любимый котенок-игрушка прижался к детскому боку, верно и предано охраняя сон своего хозяина. Ох, Великий, как же я соскучилась по этой трогательной картине. Я стояла и просто смотрела не в силах отойти, чтобы помыть руки и дотронуться до сыночка.

– Риш, завтра налюбуешься. Умойся и ложись отдыхать, – потянула меня за руку из детской комнаты Мариса.

От усталости не могла сопротивляться. Ополаскивалась в душе, засыпая на ходу. Усталость морила и качала, голова кружилась и пару раз боднула ей стены, обложенные кафелем. Пообещала кому-то разобраться с несправедливостью и, погрозив на прощание кулаком, едва вытерлась и ушла в свою комнату.

Утро началось с того, что кто-то стянул с меня простынь и погладил по щеке, а затем голос Даша тихо позвал:

– Мам, вставай, уже утро. Мариса блинчиков напекла. Твоих любимых с вареньем и сметаной. Еще молоко есть. Теплое, – детская мордашка недовольно скривилась.

Мальчишка не любил кипяченое молоко, но сейчас так хотел разбудить маму, что даже нелюбимое блюдо включит в соблазнительный, по его мнению, список.

– Даш, я соскучилась, – потянула его за руку и уложила рядышком.

– А что такое соскучилась? – спросил сын.

– Это когда очень-очень хочешь увидеть кого-то, а возможности нет, – ответила ему.

– Тогда я тоже соскучился, – серьезно ответил он мне.

– Идите завтракать, пока все горячее. Хватит валяться, – сказала Мариса у дверей, с улыбкой наблюдая наши обнимашки.

Подниматься не торопились. Пока умывалась, чистила зубы, вытиралась, наслаждаясь любимыми ароматами, заботливо выбранные мной, Даш крутился рядом, не реагируя на слова няни. Он вообще, кроме меня, никого не замечал. Любимый котенок заброшен, а не заботливо уложен на стул со словами: «Он мой друг, котенок хороший».

– Мариса, как Даш? – спросила девушку за столом.

– Хорошо. Почти слушался, немного озорничал, скучал и все время спрашивал, когда ты вернешься, – спокойно рассказывала подруга. – Мы писали, старались читать, рисовали и делали поделки из дерева. Ему бы с кем-нибудь из мужчин пообщаться. Он просил самолеты-вертолеты сколотить из деревянных палочек, а я могу только карандашами нарисовать.

В нашем узком женском кругу нет мужчин, чтобы научить мальчишку обычным вещам, привычным его полу и возрасту. И все равно я наслаждалась покоем и уютом своего дома, родным человечком, общением с близкой подругой. На душе становилось спокойнее, и недавние проблемы уходили на второй план, забывалось напряжение последних дней.

– Как речь? – расспрашивала дальше.

– Иногда выдает осмысленные фразы, отвечает на вопросы, – рассказывала Мариса.

Я вздохнула и погладила по голове ребенка. Досталось тебе, малыш. Ничего, теперь у нас будут деньги, и мы опробуем новый препарат.

– Риш, у тебя на запястьях украшения. Откуда? – тактично спросила девушка, стараясь не говорить при Даше, что его мама вышла замуж.

Мы старались оберегать мальчика от сложных ситуаций, чтобы не волновать лишний раз. Иначе он замыкался, и приходилось вновь к нему пробиваться сквозь броню.

– Оно временное, – спокойно ответила ей. – Меня попросили об услуге.

Мариса понимающе кивнула. Видно, что ее гложет любопытство, и она хочет засыпать вопросами, но в присутствии Даша воздержалась.

Первый день дома напомнил о последних событиях только один раз, когда пришло сообщение от мобильного банка о поступлении на мой счет большой суммы. Постояв в раздумье над щедростью эльфа, решила не заморачиваться. Обратно ничего ему переводить точно не буду. Он мне должен за моральный ущерб, связав заново с моим бывшим мужем.

Даш не отходил ни на шаг весь день. Мы играли, вместе готовили, рисовали и бродили по лесу. Сын решил собрать букет для мамы, чтобы достойно встретить, раз я вернулась неожиданно. Вечером мы отмечали мое возвращение сладким пирогом, душистым чаем, настоянным на травах и ягодах, собранных мной во время прогулки по лесу.

Прошла неделя. Я была счастлива в узком семейном кругу. Мариса отпросилась однажды домой, чтобы проведать родителей, к которым не ездила, пока я отсутствовала. Никто не мешал нам, не появлялся и не звонил. Я начала надеяться, что Одноухий решил отказаться от своих угроз в мой адрес. Оборотни после воздушного боя на вертолетах не приходили для лечения, значит, никто серьезно не пострадал, а мелкие ранения местные врачи успешно лечат.

Однажды за мной приехали и отвезли к Харперу. Молодой оборотень осунулся, но явно шел на поправку. Мы обменялись несколькими словами, и я его заверила, что с ним скоро все будет в порядке, и он сможет накостылять любому оборотню в скором времени.

Дни увеличивались, лето набирало обороты. Из леса ароматно пахло травами и пряными цветами, кружа головы не только пчелам. Мелкая живность осмелела и по утру можно было заметить следы животных на веранде или крыльце. Я часто оставляла на нем собранные ягоды для будущих настоек, не заносила в дом, за что и поплатилась. Зверьки облюбовали мой дом и частенько ворошили корзины. Я шумела в сторону леса, потрясая кулаком, больше для острастки местным жителям. Мол, помните, здесь живет ведьма! Ух, я вам задам! И белки неслись во весь опор с ветки на ветку от грозного окрика, распушив хвосты. Даш счастливо заливался смехом от этой картины, и мы начинали хохотать вместе.

Тем утром совершенно не ожидала гостей. Только-только распугали белок и бурундуков, посмеиваясь над их проворностью, и принялись наводить порядок в разворошенных травах и ягодах. Надо где-то все высушить! Издалека донесся шум приближающегося транспорта. Я застыла на крыльце, приложив руку ко лбу, и внимательно наблюдала за подъезжающими гостями. Даш кинул равнодушный взгляд на дорогу и поспешил на кухню, где аппетитно пахло свежевыпеченным хлебом и на столе остывал пирог с творогом. Мальчишка особое предпочтение отдавал сладостям. Даже не знаю, куда все это девалось? Впрочем, Даш очень подвижный ребенок, потому энергии для подпитки требовалось много.

– Привет, Риш! – первым из машины вышел Томас.

– Привет, – отозвалась ему.

– Риш, рад тебя видеть, – произнес Ред, захлопывая дверцу, – как хорошо у тебя.

– Как доехали? – вежливо поинтересовалась у них, ожидая гостей на крыльце.

– По лесной дороге, – ответил Томас и повел носом.

– Завтракать будете? – пригласила их войти в дом.

– Еще бы! – воскликнул голодный оборотень.

– Не откажусь, – произнес Ред, проходя мимо меня.

Интересно, с чем пожаловали? Что придумал эльф, чтобы попытаться вырвать из моего маленького счастья?

Мужчины вошли внутрь, и, казалось, заполнили собой все пространство, явно не рассчитанное на такое количество присутствующих. Уютная кухня вместила всех. Двустворчатые двери, широко распахнутые на веранду, по всему периметру окружающую дом, зрительно расширяли пространство, не сковывая в четырех стенах. Познакомив приехавших гостей с подругой и сыном, разрезала пирог и разложила на тарелки.

Томас меня удивил или напугал Томас. Оборотень, едва огляделся по сторонам, придвинул стул к Дашу, и надолго неподвижно завис рядом с ним. Сейчас он находится в трансе и его бесполезно трогать, но ужасно обеспокоил факт, что телепат просматривает будущее сына. Взволновалась не на шутку, Мариса заметила мое состояние и тоже не сводила внимательного взгляда с гостя. Даш спокойно уплетал второй кусок пирога, запивая брусничным чаем, кажется его ничего не беспокоит. Ред тоже понял, что Томас не просто так замер рядом с ребенком, а потому старался не нарушать повисшую в кухне тишину. Все завтракали в полном молчании.

Томас неожиданно отмер и принялся за свой кусок пирога. Мы с Марисой переглянулись и открыли одновременно рот, чтобы расспросить подробно о произошедшем я телепата, а она меня. Оборотень принялся нахваливать выпечку, затем потребовал добавки не чая и пирога. Значит, к вечеру у нас будет еще один свежий десерт. Мы с Марисой понимающе переглянулись и отрезали гостю кусок приличных размеров.

Даш неожиданно доверился Томасу. Они вышли во двор и что-то мастерили. Иногда общались, запускали бумажные самолетики, которым сына научил оборотень, а потом убежали за дом играть в догонялки. Иногда телепат зависал рядом с ребенком, а порой, казалось, они общаются мысленно, игнорируя вербальную речь. Я с беспокойством наблюдала за странной дружбой, но вмешаться и расспросить не получалось. Хозяйственные дела отвлекали, и Ред с ничего не значащей беседой. Мариса конечно на подхвате, но посуды после гостей оказалось несколько больше, чем мы привыкли, а на кухне особо не развернешься, вот и занялись уборкой после завтрака вдвоем, передавая тарелки со стола в раковину.

Когда мы вышли на веранду, и все мое внимание было обращено на сына с телепатом, Ред вновь заговорил о возвращении в Элатрион. Слушала рассеяно, пропуская целые фразы, потому что Томас вновь завис рядом с Дашем, а по возвращении они молча, понимая друг друга без слов, принялись что-то мастерить. Какой Элатрион с его интригами, когда сына надо поднимать?

– Риш, я тебя очень прошу поехать с нами, – продолжал вдохновленную речь эльф. – Твое присутствие обязательно для расторжения помолвки с женихом Элеоноры. Малвина предупреждала о невозможности расторжения с одной стороны. Я очень хочу, чтобы ты поехала со мной. Несколько дней врозь очень ярко показали, насколько тебя не хватает в моей жизни.

– Ред, это не обсуждается, – оборвала его проникновенную речь.

– Почему, Риш? – грустно спросил он.

– У меня есть обязательства перед сыном. Ты видел его, я не могу надолго оставить Даша даже с самой замечательной няней на свете. Ему нужна мать, а у нас назначена встреча с доктором в столице, – покачала в ответ головой.

Как ему объяснить, что я не одна живу на белом свете? У него жизнь свободная. Если есть желание, он может оберегать племянницу, хотя у нее родители имеются. У моего сына есть только я. Мне его нужно вытащить из состояния, в которое он попал несколько лет назад. Никакая месть не стоит здоровья моего ребенка.

– Риш, ты мне не все рассказала? – мягко спросил эльф.

Ничему тебя жизнь не учит остроухий? Пытаешься использовать ментальную магию, добиваясь ответов на свои вопросы. Нащупала колечко на шнурке под тканью домашнего платья и тихонечко щелкнула по нему, отправляя обратный заряд, направленный в мою сторону. Еще вопросы будут?

Эльф тихо охнул и откинулся на спинку плетеного, летнего кресла, пережидая приступ головокружения. Когда он открыл глаза, то встретился с моим строгим взглядом, в который вложила все, что думаю о его способах общения.

– Риш, прости, – повинился он, – я чувствую, что ты что-то скрываешь, и это важно для тебя. Я очень переживаю, а ты не говоришь ни слова.

– Ты никогда не думал, если человек не хочет о чем-то рассказывать, то надо проявить тактичность и не пытаться расспрашивать, тем более пользоваться ментальной магией.

– Эльфы ставят ментальный щит, а ты пользуешься амулетом, – обижено, как пятилетний ребенок, пожаловался мужчина.

Пусть знает, как с ведьмами связываться.

– Риш, для меня имеет значение ночь, которую мы провели вместе, – придвинулся ко мне совсем близко Ред, обдавая жарким взглядом.

От его приятного и очень знакомого запаха закружилась голова. Хорошо, что мы сидим, боюсь колени подогнулись бы от близости мужчины.

– Надо думать, – сделав над собой неимоверное усилие, усмехнулась и отстранилась в сторону, увеличивая опасное расстояние, – Это позволило тебе уговорить меня стать чужой невестой. Конечно, ночка вышла очень значительной.

– Риш, зачем ты все переворачиваешь? Ты знаешь, я не это имел ввиду! – воскликнул Ред.

– А сделал именно это. Зачем мне твои слова, если за тебя говорят поступки? Они гораздо весомее пустого сотрясания воздуха. Или думаешь, я обрадуюсь статусу невесты и сразу брошусь к тебе в объятия? – спросила его.

– Риш, все поправимо. Нам надо отправиться в Элатрион, я душу вытрясу из Рода и сниму с тебя браслеты, – запальчиво выдохнул эльф.

– Ты уверен, что Великий захочет нас разъединять? Он соединил второй раз этого мужчину … кхм … поменял ему невесту. Будет ли Великий настолько великодушен и разорвет помолвку? – Спросила я.

– Не попробуем – не узнаем, – зло сжал кулаки эльф.

– В твоем плане слишком много дыр, Ред. В конце концов, отчего бы Роду не пожелать убить меня, чтобы радикально избавиться от проблемы? Я встала на пути к его счастью, отняла у него завидную невесту. Зачем мелочиться с такой, как я? Ты об этом подумал? – ставила все новые и новые задачи перед мужчиной. – Так вот, милый мой, никуда я не поеду. Здесь меня защищает Одноухий. Сюда вашему жениху еще добраться надо, а незаметно границу перейти непросто, при условии, что он точно будет знать, где меня искать. Ты же ему не скажешь обо мне?

Ред смотрел на меня глазами больного человека. Белки покраснели, словно в них песок насыпали, лицо побледнело, губы сжались и стали совершенно бескровными. Не человек, а маска передо мной.

– Заканчивая неприятный разговор для нас обоих, давай определимся, что ты больше не станешь мне надоедать своей просьбой. Мне есть о чем подумать, кроме твоего государственного заговора. Развлекайся без меня. Элеоноре помогла, взяла на себя ее обязательства перед женихом, считаю вполне достаточно сделала для твоей племянницы. Уверена, ваш жених найдет мага способного разорвать помолвку в мое отсутствие с поддержкой Владыки. Тебе я ничего больше не должна, – закончила проникновенную речь.

А он, что думал? Напомнит мне о ночи, когда мы были откровенны друг с другом, и я сразу растаю? В одну и ту же ловушку дважды я не попадаю! Мне вполне достаточно того, что эльф уговорил меня на помолвку с бывшим мужем-убийцей.

– Я тебе хорошо заплачу, если тебя только деньги интересуют, – выдал он безжизненным голосом.

Совсем умом тронулся мужик! Нет у него не такта, ни обыкновенных этических понятий. Взорвалась мгновенно.

– Пошел вон из моего дома! – говорила тихо, не повышая голоса, но во мне все кричало. – Видеть тебя не могу! Эльф.

Последнее слово произнесла, словно ругательство выплюнула. Правильно невзлюбила эту расу. Мерзкие, считающие себя выше остальных, перворожденные могут только использовать других, совершенно не считаясь с чувствами и желаниями окружающих. Я взяла работу и честно ее выполнила, проводила эльфов в Подгорные реки. А теперь он меня этим попрекает? Я свободная, самостоятельно принимаю решения, ни от кого не завишу и выбираю за какую работу взяться. Это его особенно задевает? Не смог воздействовать на меня ментально, потому решил унизить. Оборотня тебе в бок, снобисткое высочество! Великий, спасибо тебе, что вложил в меня толику опыта и жизненной мудрости не доверять никому. Спасибо, что не подтолкнул к полной откровенности. Представить страшно, что бы эльф сейчас сказал, если бы знал имя бывшего мужа! Уверена, он постарается навести о моей рассказанной истории справки, но без имени это осложнит задачу, а там глядишь и государственный заговор против Владыки затмит его разум, и он забудет ведьме-наемнице из Равниной страны. Никакие интриги эльфийского двора не стоят здоровья и счастья моего сына.

– Как скажешь, Риш, – выдавил из себя Ред и медленно, словно в один миг постарел на несколько сотен лет, поднялся из плетеного кресла.

На негнущихся ногах с выпрямленной спиной он с трудом преодолел несколько ступенек вниз. Томас оглянулся в нашу сторону, сунул игрушку в руки Дашу, сказал тихо несколько слов и погладил мальчишку по светлой голове, а потом быстрым шагом направился к дому.

– Прогуляйся, Ред, – тепло потрепал по плечу эльфа оборотень. – В соснах свежий воздух.

Дружеский тон, спокойные слова и ничего больше. Но отчего-то возникла полная уверенность, что телепат обо всем знал заранее. Оборотня ему в бок! Как он меня достал! Все знает и ничего не говорит!

– Риш, если бы я не знал о том, кто ты есть, то по твоему взгляду принял бы сейчас тебя за волкодлака, – широко улыбнулся парень, подходя ко мне и свободно усаживаясь в плетеное кресло, только что покинутое остроухим.