Единою судьбой. Несносная девчонка

После активной тренировки требовалось восстановить силы. Нет ничего лучше мясной похлебки. Несмотря на жизнь во дворце Тэо отдавал предпочтение простым блюдам, приготовленным на открытом огне. Вот и сейчас он потянул носом ароматный запах, различая в нем нотки костра.

– Спасибо, тетушка! – искренне поблагодарил принц простолюдинку.

Ират говорить не торопился. Он зачерпнул ложку горячего варева и осторожно отхлебнул. Обжегшись, недовольно прикусил губу. Вкусы принца он разделял, но отдавал предпочтение изящной сервировке.

– Кто проник к Гарольду? – вновь проявил настойчивость Тэо.

– Он утверждает, что никого не было, а служанка настаивает, что в его комнату вошла женщина, переодетая мужчиной.

– Действительно?! – изумился принц. – Служанку допросили?

– Всех допросили. Половину ночи на это потратили, – Ират широко зевнул.– Для помощи из деревни вызвали несколько крестьян. Вы помните, что отец хочет меня женить?

– Ты говорил об этом. Но я думал, что дело неспешное. Милорд Пакрин решил поторопиться? – Задумчиво посмотрел на друга принц.

– Скоро срок выплаты дани, – помрачнел Ират. – Трое детей в семье.

– Верно, – Тэо разделил настроение собеседника. – Скоро прибудет посланник из Симлы. Поэтому милорд Пакрин устроил твоего брата в академию?

– Я и Гарольд учимся, но остается Илира, – Ират тяжело вздохнул. – Необходимо найти ей мужа. К тому же учеба в академии не дает надежной защиты.

– Наследника семьи никто не вправе забрать, – попытался его успокоить Тэо.

– Отец не желает отдавать Гарольда, – нахмурился Пакрин. – Он старший сын, хотя его мать утешительница.

– Я понимаю. Ты не любишь Гарольда, но не стоит желать ему отправиться в Симлу.

– О Симле я не говорю. Но не стоит отцу проявлять столько заботы в отношении сына утешительницы.

Принц понимающе кивнул. Он знал о ревности Ирата к старшему брату. Несмотря на свое происхождение, Гарольд воспитывался в семье наравне с двумя детьми, рожденными в браке. Миледи Пакрин невзлюбила утешительницу мужа с первого взгляда, едва вошла в дом. Красивая женщина из простой семьи, когда-то работала обычной служанкой и удостоилась внимания молодого наследника. От их страсти родился Гарольд, ставший любимым сыном для своего отца.

Ират старался завоевать внимание милорда Пакрина, делая успехи в обучении и оттачивании мастерства в боевых искусствах. Оба брата росли в постоянном соперничестве за признание и одобрение милорда Пакрина. Обоих молодых людей объединяла привязанность к младшей сестре. Илира обладала добрым нравом и приятным характером. Она смогла расположить сердца братьев к себе, и в ее присутствии они забывали о соперничестве, чувствуя, что дороги ей оба.

Познакомившись с семейством Пакринов, Тэо на себе испытал очарование красавицы Илиры. Светлая улыбка располагала к легкому разговору, в котором девушка позволяла раскрыться собеседнику. Она ненавязчиво расспрашивала обо всем и внимательно выслушивала ответы. Красивая, обаятельная и воспитанная в скромности Илира получала любовь от всех членов семьи.

– Смотрины скоро? – спросил принц, после размышлений, как помочь другу.

– В доме активно готовятся, – отозвался Ират. – Времени осталось немного, поэтому отец решил провести одновременно выбор невесты для меня и жениха для Илиры.

– На невест и я бы посмотрел, – весело улыбнулся Тэо.

– Ваше высочество, не боитесь столкнуться с Илирой? – хитро прищурился Пакрин. – Она в последнее время каждый день меня расспрашивает о вас.

– Твоя сестра прекрасна, но, пожалуй, я останусь в стороне, – покачал головой принц, вспоминая выразительные глаза красавицы.

– Неужели она вас совсем не привлекает?

– У нее два брата, которые оторвут мне голову, если вдруг ее обижу. Стоит вести себя осторожно, – рассмеялся Тэо.

– И не посмотрим на свои верноподданнические чувства, – согласно кивнул Ират, вызвав еще один взрыв смеха.

В широко распахнутые ворота таверны вошел мужчина, одетый во все черное. Веселящиеся молодые люди на террасе привлекли его внимание. Он дотронулся до края полей темной шляпы, словно хотел стряхнуть с нее оставшиеся капли дождя, и надвинул ее на глаза, не желая быть узнанным. Уверенным шагом он прошел мимо и вошел внутрь, распорядился об обеде и устроился за столом у стены, за которой оживленно разговаривали принц и его друг.

– Служанка Гарольда давно ему прислуживает. Миледи Пакрин часто докладывают, что она подолгу остается с ним наедине, – рассказывал Ират, отвечая на настойчивые расспросы принца.

– Зная твоего брата, могу предположить, что Гарольд не увлечен служанкой. Он предпочитает посещать дом утешительниц, – заметил Тэо. – Но тогда остается вопрос, чем они могут заниматься?

– Миледи Пакрин беспокоится о появлении в доме еще одной женщины на правах хозяйки. Если Эйрин родит ребенка, отец даст ей статус утешительницы.

– Могу понять беспокойство миледи Пакрин, покивал головой Тэо, – Но какое отношение к этому имеет женщина, переодетая мужчиной?

– Никто не знает, – пожал плечами Ират. – Эйрин рассказала, что отправила эту женщину к Гарольду в спальню. Он утверждает, что никого не было. В общем, странная ситуация, заставившая миледи Пакрин допросить прислугу. Мама воспользовалась ситуацией и удалила Эйрин в деревню, обвинив ее в сговоре с неизвестным вором или воровкой, приставила к Гарольду своего слугу, который, по всей видимости, станет доносить обо всем, что происходит в мужской части дома.

– Могу представить негодование милорда Пакрина, – посочувствовал принц.

– Отец отнесся с пониманием. Но ночная суматоха всколыхнула весь дом.

– Интересно, кто была эта женщина, пробравшаяся в спальню к твоему брату? И была ли она на самом деле? – задумчиво посмотрел принц вдаль.

Мужчина, обедавший за столом через тонкую стенку, едва заметно усмехнулся. Он не пропустил ни единого слова, внимательно прислушиваясь к разговору.

– Илира, как обычно, пытается внести мир и успокоить миледи Пакрин, – продолжил говорить Ират. – Думаю, в ближайшее время она расспросит Гарольда. Наверняка он все расскажет.

– Против обаяния прекрасной Илиры никто не устоит, – согласился принц.

– Кроме вас, ваше высочество, – заметил Ират.

Тэо не ответил, предпочитая не думать о сестре друга. Его смущала привязанность девушки, влюбившейся в него с первой встречи. Огромные, выразительные глаза смотрели на него с обожанием и пониманием. Неглупая и воспитанная дочь милорда Пакрин понимала разницу в положении, но не могла справиться со своими чувствами. Принцу льстило отношение Илиры к нему, но ответить на ее влюбленность не мог. Сердце не трепетало в ее присутствии, потому Тэо предпочитал не встречаться и не сближаться с красавицей.

Ират знал об отношениях его высочества и Илиры, понимал обоих и позволял себе иногда подтрунивать над принцем. В безответной любви он придерживался стороны друга, рассуждая, что женская привязанность ослабнет со временем, а его отношения с Тэо пройдут сквозь годы. Да, он сочувствовал сестре, но не считал ее влюбленность чем-то серьезным.

– Ты узнал что-нибудь о девчонке, подравшейся с тобой в книжной лавке? – спросил принц, когда хозяйка таверны убрала со стола пустые миски.

– Драка – это преувеличение, – строго поправил Ират.

– Хорошо. Когда она тебя побила, – охотно исправился Тэо.

– Ваше высочество, вы же там были, – укорил Пакрин.

– Как еще можно назвать ее удар в твой нос, если не дракой? – радостно улыбнулся принц.

– Потасовка?

– Называй как угодно. В результате вы оба валялись на полу, а из твоего носа текла кровь.

– Если вы заботились обо мне, почему не вступились?

– Твой пример показал, насколько опасно связываться с несносной девчонкой, – принц назидательно потыкал указательным пальцем в лицо другу. – Не уходи от темы? Удалось узнать, кто она? Кажется, она разговаривала с твоей сестрой после драки. Извини, потасовки.

– Инсан. Дочь милорда Гитэн, – сухо отозвался Ират.

– Гитэн, – задумался Тэо. – Кажется, я знаю ее брата.

– Юрим Гитэн выпускник Академии наследников. Именно он предложил отцу свою сестру мне в жены.

Ират скривился, словно ему насильно набили рот кислой клюквой.

– Несносная девчонка будет участвовать в смотринах? – от неожиданности принц ахнул, а потом расхохотался в полный голос.

Мужчина в черном за стеной поперхнулся напитком, оценив ситуацию.

ГЛАВА 5

Инсан

Утром верная помощница принесла завтрак пораньше. Быстро перекусив, переоделась в мужскую одежду и сбежала из дома через забор у конюшен, где Верити ворковала с конюхом. Предварительно она выяснила, что у калитки для слуг нас уже подстерегали.

Разумеется, вчерашнее отсутствие обнаружилось. Кто-то рассказал, что моя комната пустая, и отец распорядился обыскать сад и пруд, опасаясь худшего. Нашлась я быстро. Разобравшись в ситуации, мы с Верити сделали вид, будто ловим лягушек, освещая водную гладь фонариком. Выговор мне сделали, я поклялась богами, что не буду в темное время суток находиться у пруда. Но и откладывать встречу с миледи Пакрин не собиралась. Утро не вечер, так что ранний поход в город не нарушал данного слова.

Верная наперсница осталась у конюшен прикрывать мое возвращение, а я поторопилась забрать книгу, которая мне совершенно не нужна. Удивительное невезение встретить двух напыщенных болванов в лавке!

Дом Пакринов заметно изменился с тех пор, как я видела его вчера. Не могу сказать, что рассмотрела его подробно, но накануне нарядных лент у ворот точно не было. Значит, подготовка к смотринам и свадьбе идет полным ходом. От досады шумно выдохнула.

В главные ворота входить не стала, вновь свернув к проходу для слуг. Но здесь меня ожидало разочарование. Едва приметную калитку заперли, а за невысокой изгородью с черепичной крышей слышались громкие голоса. Произносимые слова заставили прислушаться. Обсуждалось проникновение в дом ночью. Кто-то выдавал указания и обещал строжайшее наказание всем, если вор или воры вновь проникнут на территорию.

Задумчиво постояв в узком переулке, получив ценную информацию, я зашагала вдоль изгороди, внимательно разыскивая место, где бы могла без проблем проникнуть в чужой дом. Я не опасалась, что меня поймают. Всегда могу назвать свое имя и позвать молодую хозяйку на помощь. Она подтвердит мою личность. Другое дело, что не хотелось попадаться на глаза милорду Пакрину и его наследнику. К тому же, дело у меня деликатное. Если бы не содержание провокационной книги, не стала бы тратить столько усилий. Но приходилось придумывать безопасные способы возврата возмутительной вещицы.

Как я и предполагала, в любом огромном доме обязательно найдется место, где можно проникнуть в дом. Ленивые слуги свалили старый хлам в одном месте, не потрудившись отнести его подальше, всего лишь спрятав от хозяйских глаз за выступающим углом.

Взобраться на шатающуюся и грозящую рассыпаться подо мной кучу не составило труда. Постоянные перелезания через стену и вскарабкивания на деревья давали необходимый опыт. С внутренней стороны двора оказалась огромная клумба с цветами. Хороший ориентир, когда буду уходить, но оставлять на ней свои следы приземления не стоит. Балансируя на скользкой черепице, прошла немного в сторону и спрыгнула вниз.

Женская часть дома оказалась оживленной. Понаблюдав некоторое время за перемещением служанок, торопящихся услужить своей хозяйке, смогла вычислить комнаты, где проживала молодая госпожа. К тому же Верити очень подробно описала прислужницу, с которой познакомилась, поэтому смогла ее легко узнать. Девушка лет на десять старше меня с достоинством прошествовала мимо, неся воду для умывания.

Не тратя время на раздумья, я осторожно приблизилась к окну и заглянула. Моя знакомая занималась расчесыванием волос. Гребень с длинными зубьями скользил вдоль длинных черных прядей.

– Шиса! – вскрикнула миледи Пакрин, увидев мое отражение в зеркале.

Я приложила указательный палец к губам, умоляя не поднимать шум.

– Что, госпожа? – отозвалась служанка, шагнув вперед и загородив мне обзор.

Ну, все! Сейчас поднимется тревога и придется признаваться, с какой целью проникла в чужой дом. В голове сильно стукнуло, предвещая неприятности.

– Шиса, отправляйся к миледи Пакрин и предупреди, что я задержусь, – услышала я голос молодой госпожи.

– Но как же! Сегодня придут гости… – растерянно произнесла служанка.

– Я обязательно буду, – услышала искреннее заверение. – Мне необходимо послать весточку брату. Это ненадолго.

Служанка поворчала, но поспешила исполнить распоряжение.

– Миледи Гитэн, я вас ждала. Проходите! – пригласила девушка, обернувшись к окну. – Никак не предполагала вновь увидеть вас в мужском платье.

– Мне бы не хотелось, чтобы о моем визите кто-то узнал, – со вздохом призналась я, влезая в окно.

– Почему? – с удивлением наблюдала за моими действиями хозяйка.

– Не хочу встречаться с вашим братом, – не стала скрывать правду. – И из-за книги, конечно. Точнее из-за содержимого. Надеюсь, никто ее не обнаружил? – заволновалась я.

– Нет. Мне удалось принести книгу в дом, никому не показывая. Поверьте, мне пришлось приложить много усилий, чтобы сохранить содержимое от вашей невестки.

– Юна отличается любопытством, – согласилась с ней. – Если она узнает, замужеством не отделаюсь.

– Вам настолько неприятен мой брат? – Сделав приглашающий жест устраиваться поблизости, спросила миледи Пакрин и открыла один из ящиков в шкафу.

– Не в нем дело. Я недовольна самой перспективой замужества по договоренности. Юрим женился по собственному желанию. Хотя до сих пор понять не могу, за что он влюбился в Юну.

– Обычно влюбляются не «потому что», а вопреки, – собеседница улыбнулась моей горячности. – Вашу книгу я сохранила. Держите. Что собираетесь с ней делать?

Она протянула томик, стянутый толстой ниткой. Опасливо приняла в руки провокационную книжицу. Казалось, даже ладони горели от стыда, касаясь ее.

– Верну хозяину лавки, – сообщила ей.

– Занятное чтение, – неожиданно произнесла она. – Особенно для девушки перед свадьбой.

– Вы ее смотрели? – тихо ужаснулась я.

– От первой до последней страницы, – улыбнувшись, заверила собеседница. – И вам советую. Надеюсь, Ират поблагодарит меня.

– Боги! О чем вы говорите, миледи Пакрин! – потрясенно воскликнула я, вскакивая на ноги и роняя книгу на пол.

– Илира, – девушка поднялась и протянула руку для пожатия. – Давайте называть друг друга по имени. Если вы станете мне сестрой, я буду только рада.

– Не надо мне угрожать! – ответив на пожатие, воспротивилась я. – Инсан.

– В любом случае предлагаю дружить, Инсан.

– От дружбы ни за что не откажусь!

Мы стояли и пожимали руки, широко улыбаясь. Между нами у ног лежала книга, при падении раскрывшаяся на середине. Наверняка, Илира живет затворницей, как того хотела моя матушка. Наша дружба началась неожиданно, но я очень надеюсь, будет длиться долго.

– Инсан, я бы предложила остаться с нами на завтрак, но боюсь, миледи Пакрин не одобрит вашей одежды, – уголки губ Илиры дрогнули и горестно опустились.

– Ой! Мне пора! – заторопилась я. – Меня снова спохватятся. А еще в лавку надо забежать!

Привычно отправилась к окну.

– Инсан, почему не через дверь? – услышала озадаченный вопрос.

– Так надежней, – махнув на прощание рукой, поспешила прочь.

Если потороплюсь, то успею до визита Юны, а значит, есть вероятность, что мое отсутствие останется незамеченным.

На территории чужого дома перемещалась осторожно. Не хотелось привлекать к себе внимание. Встреч со слугами удавалось избежать. Надеюсь, семейство Пакрин сейчас завтракает или занято. Например, мой отец по утрам работает в кабинете, и угощение подают в его комнату.

Кинула робкий взгляд в сторону мужской части дома и замерла на месте. Молодой господин стоял на террасе и внимательно смотрел на меня. Вскинула руки и прикрылась книгой. Вряд ли он запомнил мое лицо, но лучше не давать возможность себя рассмотреть. Теперь я неслась со всех ног к клумбе с цветами, наплевав на осторожность. Главное, не дать себя поймать.

– Стоять! – спокойным голосом сообщили мне.

Меня жестко ухватили за руку и резко дернули. Отчего нога взмыла вверх, вместо того, чтобы наступить на землю. Книга полетела в высокое, синее небо, на ветру перелистывая страницы, а я стала заваливаться на спину. Время замедлилось, позволяя понаблюдать постыдное падение в подробностях.

– Попался, воришка, – угрожающе произнес молодой господин.

Упасть мне не позволили. Я оказалась прижата к мужской груди, а чужие руки окольцевали жестким захватом. Мне оставалось единственное спасение – я крепко зажмурилась.

– Что пытался в этот раз украсть? – Рокот расплаты прозвучал над моей макушкой.

– Ничего! – пискнула в ответ, уткнувшись носом в шелковую ткань.

– А это что?

Меня никто не отпускал, но я услышала шорох перелистываемых страниц.

Боги!

– Это мое! – Опомнилась, наконец, и выпрямилась во весь свой маленький рост.

Мы встретились взглядами. Сразу вспомнились слова Эйрин о сердце, которое начинает щемить, едва посмотришь в глаза молодому господину. Оказавшись в непосредственной близости от него, я ощутила все прелести последствий столкновения с его красотой: сердце испуганно сжалось в кулачок и бешено застучало, рассказывая перепуганному организму о своих ощущениях. Первыми отозвались щеки, сразу вспыхнув, глаза распахнулись, подробно и со вниманием рассматривая каждую черточку прекрасного лица, а колени предательски подкосились. В горле пересохло.

– Не рановато интересоваться?

Красивые губы изогнулись в насмешке, показав ряд белых зубов.

– Чем? – спросила, потерявшись в пространстве.

– Сюжетами из супружеской жизни? – пояснили мне и подсунули под нос книгу.

Спасибо, нераскрытую. Мне хватило треволнений от близости молодого мужчины, чтобы лицезреть откровенные картинки.

– Не знаю. Не читала, – гулко сглотнула и тряхнула головой. – Пустите, милорд Пакрин!

Вспомнила о полученном воспитании и потребовала свободы. Твердо и немного надменно.

– Почему мне кажется, что ты не парень? – Задумчиво спросил Пакрин, разжимая руки.

Книга продолжала маячить перед глазами. Молодой господин явно воспользовался магией, не позволив ей упасть в осеннюю грязь.

– Вы удивительно догадливы, – разгневалась я. – Спасибо, что не позволили упасть. Мне пора!

Схватив противную книженцию, из-за которой в очередной раз попала в щекотливую ситуацию, пустилась наутек. Резво обежала клумбу, закусила томик зубами, опасаясь его выронить, и вскарабкалась на невысокую ограду. Пара шагов в сторону для баланса и спрыгнула вниз. Дальше бежала так, словно огнедышащий дракон гнался следом. Мне бы до книжной лавки добраться, а потом можно выдохнуть.

– Господин Шелест! – рванула дверь на себя и заорала на все помещение. – Я принесла!

– Госпожа! Рад вас видеть! Боги благословляют мою лавку во время вашего визита! – сладко запел известное приветствие мужчина.

– Держите! – шагнула к нему и ткнула в живот противной книжкой.

Ох, и намучилась я с ней!

– Деньги? – расплылся в радостной улыбке продавец.

– Нет. Книгу заберите! – для верности похлопав коварной вещицей по телу мужчины.

– Не понравилась? – искренне огорчился господин Шелест.

– Не читала! Не смотрела! Видеть ее не хочу! – запальчиво выкрикнула, оглядываясь по сторонам, опасаясь, что кто-то узнает о моей осведомленности ее содержимым.

– Разве? – удивленно вскинул брови продавец.

Он взял из моих трясущихся после быстрого бега рук противную книженцию и, переводя взгляд с нее на меня, с меня на нее, принялся листать. Я демонстративно отвернулась, показывая свое пренебрежение.

– Даже не собиралась, – гордо отозвалась на его провокационный вопрос.

– Послушайте, добрая госпожа, вам придется за нее заплатить, – огорошил мужчина.

– Как это? – возмутилась я. – Не буду я за нее платить. Книгу вернула, она мне не нужна. Заберите ее, а мне привезите труды великого мастера Линхо! Я заказывала, но вы отдали!

С каждым словом закипала все сильнее.

– Вы утверждаете, что книгу не читали, а вот здесь … – мне под нос подсунули страницу, – пятнышко от чая! Вот тут … – снова демонстрация, – загнут уголок, как закладка. Корешок помят. Обложка запылилась и потрепалась. А здесь след от зубов. Вы ее собаке позволили кусать?

– Какая собака?! – взорвалась окончательно. – Это мои зубы! То есть след от моих зубов!

– Вот я и говорю, – сладко пропел продавец. – Значит, книга пригодилась, если после прочтения вы изволили ее кусать. Прошу оплатить! – И расцвел в довольной улыбке.

Это уже ни в какие чертоги богов не лезет!

Я негодующе смотрела на улыбающегося хозяина, лучившегося счастьем от удачно провернутой сделки, и молчала. После приведенных аргументов не докажешь, что книгу не читала.

– Вид потрепанный. С этим согласна, – пришлось признаться с неохотой, – но платить за нее отказываюсь! Позвольте выплатить компенсацию.

– Нет-нет-нет! – Замахал на меня противной вещицей продавец. – Только полная стоимость и читайте, сколько угодно! Произведения подобного толка покупаются для личного пользования и требования к ним предъявляются строгие. Книги хранят бережно, убирая в надежное место.

С последним была согласна. Я бы тоже засунула, куда подальше с глаз долой!

– Сколько с меня? – хмуро спросила, не желая портить репутацию добросовестного покупателя. В конце концов, выйдя из лавки, могу выкинуть томик, успевший потрепать нервы. Не разорюсь, оплатив ненужную вещь.

– Двести, – расцвел широкой улыбкой продавец.

– Сколько?! – заорала я.

За редкие экземпляры рукописных трудов мастера Линхо с меня запросили в два раза меньше. Причем считалось, что цена невероятно высокая. Кажется, меня пытаются надуть.

– Двести, – второй раз подтвердил господин Шелест, для верности кивнув.

– Почему так дорого? – схватилась за голову, устроив беспорядок на голове, судорожно подсчитывая, есть ли у меня с собой необходимая сумма.

– Из-за ценности содержания и качества изображений, – передо мной раскрыли книгу, демонстрируя страницы. – В каждой главе подробно описаны ситуации, а наглядные картинки не оставляют сомнений. Хотя никто не говорит о необходимости строго следовать инструкциям. Всегда можно проявить фантазию.

Перед глазами поплыла кровавая пелена, спасая мою скромность. Но появилось желание придушить вежливого продавца и сжечь книгу. Руки потянулись для исполнения.

– Я знал, что вам понравится! – возрадовался господин Шелест, по-своему расценив мой порыв. – Скажу по секрету, цена не очень высокая. Были у меня экземпляры, сделанные на заказ …

Дальше я не слушала. Стиснула пальцами одной руки потрепанный моими стараниями томик и зашарила в кошельке.

– Держите! – высыпала в подставленные ладони деньги.

Если нет другого способа избавиться от книги, придется ее выкупить.

– Вы не пожалеете! – обрадовался продавец, оценив горстку звонких монет.

Но я уже выбегала из лавки, сердито сопя. Слов, чтобы высказать возмущение, не находилось. Зато буквы и междометия сыпались щедро. Жажда убивать из-за произошедшей несправедливости нарастала с каждым шагом. Надо найти укромное место и торжественно сжечь книгу! Иначе я не отвечаю за себя!

В поисках подходящего места и, чтобы хоть немного развеяться, прошагала несколько улиц прочь от центра. Надо уйти подальше, где никто не помешает и не станет задавать вопросов о моем вандализме по отношению к книге.

Сердито ругаясь под нос, я добралась до окраины столицы. Потом взгляд зацепился за вывеску таверны, и я остановилась. Мне определенно требовалось остыть. Тряхнула кошельком, проверяя наличность. Монеты звякнули, значит, могу себе позволить выпить чего-нибудь прохладного. Несмотря на осеннюю погоду, во мне клокотало негодование.

– Тетушка! – закричала я, войдя во двор и направляясь к террасе, где заметила свободный столик. – Подайте что-нибудь попить!

Надо освежить голову, а потом приниматься за уничтожение.

Женщина средних лет поспешила навстречу, вытирая руки о повязанный фартук.

– Чего госпожа изволит? – с поклоном поинтересовалась она.

Заглянув через ее плечо, увидела сидящих молодых людей за соседним столиком. Они разливали из глиняного кувшина красный напиток по стаканам.

– Тоже, что у них, – распорядилась я, кинув монетку перед собой.

– Слушаюсь, госпожа, – расцвела улыбкой хозяйка, ловким движением спрятав оплату в глубоком кармане фартука.

Едва она перестала загораживать вид на соседний столик, поспешив на кухню, я пожалела о своем решении. На меня смотрели двое парней, после встречи с которыми в книжной лавке в последнее время меня преследуют неприятности.