Единою судьбой. Несносная девчонка

Входить в главные ворота, естественно, я не собиралась, поэтому, предварительно обсудив с Верити план действий, решили воспользоваться калиткой для прислуги. К великому сожалению верной наперсницы фонарь пришлось потушить и последние несколько шагов проделать в полной темноте. Узкая улочка подходила для засады нехороших людей, но мы мужественно преодолели расстояние и уверенно вошли на чужую территорию.

Дом несильно отличался от нашего. Мама предпочитала синие цвета в отделке, а здешние обитатели выкрасили стены сочной зеленью и солнечно-золотистые цветом. По углам крыш, вздернутых вверх, заботливые слуги развесили фонари, освещавшие пространство на террасе.

Быстро определив расположение мужской, женской и хозяйственной частей дома, мы направились к дальним постройкам, подальше огибая жилые покои хозяев дома. Наверняка, в них обитал наследник, встреча с которым не входила в мои планы.

– Ступай и узнай, как можно встретиться с госпожой, – наставляла я Верити, озирающуюся с испугом. – Не трусь! Если спросят, старайся не говорить лишнего. Но если станет совсем туго, скажешь, что я прислала поговорить с миледи Пакрин. Все поняла?

– Ох, госпожа. Боязно, – тяжко вздохнула сообщница.

– Иди!

Вскоре Верити вошла в низкую дверь для прислуги, а я принялась пристально рассматривать чужой дом.

Женская половина находилась дальше от меня, в глубине территории, отгороженной невысоким забором от улицы. Все планировалось для того, чтобы хозяйка занималась домашними делами, а не выглядывала из окон на шумный город.

Личные покои милорда Пакрина опознала сразу по высокому балкону. Помост задрали почти под крышу, чтобы показать богатство и высокое положение хозяина дома. Наверняка оттуда открывался прекрасный вид на долину за пределами столицы. Окна светились на первом этаже, значит, милорд Пакрин занимался делами или собирался ужинать с семьей. Последнее предположение для меня наиболее выигрышное. Было бы хорошо побеседовать с молодой госпожой, пока ее семья находится в другом месте.

Женский силуэт привлек мое внимание. Наверное, Верити справилась с заданием и торопится доложить.

– Ты кто? –Раздался незнакомый голос.

От неожиданности распахнула глаза и промолчала. Досадно, что мое вторжение быстро раскрыли. Надеялась успеть договориться с миледи Пакрин.

– Парень, я тебя спрашиваю. Что здесь делаешь?

Женщина, одетая в простое платье служанки, подошла ближе и пристально всмотрелась в мое лицо.

– Девчонка? – удивилась она, а затем осмотрела с ног до головы. – Почему так долго? Заждалась совсем! Иди на кухню и принимайся за работу!

– Я? На кухню? – удивилась, не понимая, как кому-то могло в голову прийти отправить меня в святая святых дома.

Мама строго настрого запретила подходить к плите и горшкам, хорошо запомнив совершенные «подвиги». Служанки вежливо выпроваживали прочь, едва показывалась вблизи построек. И вдруг, меня отправляют в запрещенное помещение! Интересно!

– Поешь, умойся и принимайся за работу. Скоро у молодого господина смотрины и свадьба. Вот мы и вызвали из поместья помощь. Только ты почему-то задержалась. Звать тебя как? – Женщина говорила и шла впереди, указывая дорогу, словно боялась, что помощница снова потеряется.

– Ин … – запнулась я.

– Ин? – оглянулась она. – Ну-ну.

Смотрины? Свадьба? Слова огорошили не на шутку.

Получается, за меня все решили, а продолжают делать вид, будто от моего мнения что-то зависит.

Нет уж! Я им докажу, что со мной необходимо считаться!

Приняв решение, решительно зашагала за служанкой прямо на кухню.

В помещении с низким потолком на меня обрушился гул огня из печи, гомон голосов переговаривающихся служанок и аппетитные ароматы. Голодный живот, оставшийся из-за моей вылазки без ужина, обиженно заурчал.

– Голодная, Ин? – услышала глухие рулады добрая женщина и протянула деревянную миску с овощами. – Поешь и приступай к работе. Лишние руки не помешают.

– Верно. Спасибо! – искренне отозвалась я.

Пока к огню меня никто не подпускал, зато могла поесть и осмотреться. Служанки суетились, игнорируя присутствие девушки в мужской одежде. Они были заняты и не отвлекались. Хотя иногда ловила на себе любопытные взгляды.

– Ин, иди сюда! – позвала меня добрая женщина. – Почисть редьку и лук. Молодой господин любит острую пищу.

– Господин? – сразу заинтересовалась я. – Это он собирается жениться?

– Он, – протянула она в ответ и плюхнула передо мной корзину с овощами.

– Горазд же он есть, – присвистнула, обозрев объем работы. – Не растолстеет?

Вопрос задала вслух, пылая недоброжелательством к будущему супругу.

– Попридержи язык, несносная девчонка! Кто позволил тебе судить о хозяевах! – добрая женщина отвесила подзатыльник.

– Ай! Тетушка! – обиженно взвыла я. – За что вы меня бьете?

– Называй меня тетушка Айю. Если не воспитали в деревне, то я займусь тобой. Узнаешь, как надо себя вести в хозяйском доме! – и мне пригрозили увесистой скалкой, которой только что раскатывали тесто для лапши.

Я обиженно зашипела, вздернув верхнюю губу, но оговариваться перестала. В конце концов, мне необходимо встретиться с миледи Пакрин, а не устраивать скандал.

– Тетушка Айю, а молодому господину сколько лет? Ему не рано жениться? У нас в деревне раньше восемнадцати парни не берут жен, – нагнув голову, заглянула в лицо доброй женщине, раскатывающей тесто на широком столе.

– Наш господин вошел в возраст, когда можно приводить молодую жену в дом. Хозяин отправил его в академию, научить уму-разуму, но о продолжении рода забывать нельзя! Семье нужен наследник! – тетушка Айю многозначительно подняла указательный палец.

Все ясно. Из меня решили сделать мать семейства. Подозреваю, рождением одного сына от меня не отстанут. Наверняка захотят еще и дочек, чтобы произвела на свет.

От открывшихся перспектив редька в моих неопытных руках лишилась округлого бока. Я представляла лицо будущего мужа и безжалостно отрезала куски от овоща.

– Вот несносная девчонка! Ты посмотри, что наделала! Тебя не учили, как надо чистить? – воскликнула тетушка Айю, увидев дело рук моих.

– Не-нет, – запнулась от неожиданности, когда вырвали из приятных картин по уничтожению брачных перспектив.

– Прислали неумеху, – расстроилась женщина. – Сгинь с глаз моих!

Я вскочила на ноги и точно выполнила указание – бросилась наутек, выбежав из кухни в полную темноту. Одинокий фонарь где-то вдалеке освещал хозяйский дом, а меня окружил холод осенней ночи.

– Почему тетушка Айю шумит? Натворила что? – раздался рядом со мной незнакомый голос.

– С редькой не справилась, – обернувшись, постаралась рассмотреть собеседницу.

– Лук и редька для молодого господина, – понимающе протянула незнакомка.

– До лука дело не дошло, – честно отозвалась и шагнула в темноту, желая поближе пообщаться. – А какой он молодой господин? Добрый?

– Из деревни пришла? – поинтересовались в ответ.

– Ага. Сегодня. На смотрины, – пыталась рассмотреть девушку во тьме, сидящую ко мне боком.

– Молодой господин красивый. Такой красивый, что сердце щемит при взгляде на него, – мечтательно проговорила собеседница. – Взгляд ласковый, добрый. Если посмотрит, хочется все-все для него сделать.

– И часто смотрит? – опасливо поинтересовалась я, заподозрив наследника Паркина в излишнем внимании к служанкам.

– Нет, – тяжело вздохнула девушка.

– Можно его как-то увидеть? – после паузы спросила я, осмысливая информацию.

Слишком идеальный образ складывался для потенциального мужа. И добрый, и красивый, и в академии учится.

– Любопытно? Один день в столице. Не боишься влюбиться? – горькая насмешка прозвучала в голосе.

– Что я парней не видела? – свысока ответила ей.

Для меня Юрим был эталоном красоты. Прекраснее него ни разу никого не встречала. Все друзья брата, посещавшие наш дом, казались бледными, неинтересными.

– Что ж, пойдем, – немного подумав, предложила собеседница. – Сейчас все собрались за ужином, покажу молодого господина.

Пока мы добирались по выложенной камнем дорожке до хозяйского дома, оглядывалась по сторонам в надежде увидеть Верити. Верная наперсница должна была поговорить с молодой госпожой и договориться о встрече. Знакомый силуэт не наблюдался, а любопытство гнало меня дальше навстречу приключениям.

– Сюда, – отодвинув створку, указала путь незнакомка. – Здесь мужская часть дома. Надо пройти до конца …

– Разве нам можно входить сюда? – остановилась на месте.

В родном доме я, разумеется, могла входить куда угодно. Но в чужом!

– Почему нет? – спокойно отозвалась спутница. – Уборка в любой комнате необходима. Мужчины мытьем полов не утруждаются.

– Верно, – согласилась, скрепя сердцем.

Мы прошли по коридору, освещенному несколькими небольшими фонариками, и вошли в небольшую комнату.

– Здесь, – произнесла девушка и шагнула вперед.

– Чья это комната? – осмотревшись, спросила я, но не получила ответа.

Девушка подошла к светильнику с приглушенным огоньком и прибавила его. Обстановку помещения можно было рассмотреть. Чисто вымытый пол из досок, невысокий столик у окна, словно его хозяин предпочитал предаваться раздумьям, разглядывая пейзаж, высокий, до самого потолка шкаф с глухими дверцами и несколько полок с изящными вещицами. Именно они привлекли мое внимание в первую очередь. Фарфоровые статуэтки животных и птиц восхищали искусной работой. Наверняка они стоили очень дорого. Хотелось взять их в руки и подолгу рассматривать.

– Ничего здесь не трогай, – строго предупредила спутница. – Я сейчас принесу угли, чтобы согреть комнату. Подожди.

– Хорошо, – в тайне обрадовалась я. Теперь могу без помех рассмотреть статуэтки, пока осталась одна.

Не знаю, как долго пропадала служанка, но я увлеклась. Фигурки казались живыми, настолько мастерам удалось передать движение. Я любовалась каждой из них с трепетным чувством, рассматривая со всех сторон.

Дивный журавль, вставший на одну ногу, заворожил танцем. Он взмахнул крыльями, изогнув их в стремлении подняться вверх. Я почувствовала его движение и с замиранием сердца представляла продолжение полета. В полумраке комнаты плохо просматривались детали, поэтому я подошла к скудному источнику света и медленно поворачивала фигурку в руках. Она была прекрасна!

– Поставь на место, – прозвучал строгий приказ.

От неожиданности вздрогнула и разжала пальцы. Время изменило свое течение, превратившись в вязкую массу. Будто издалека видела падающую статуэтку на пол, свои руки, безвольно замершие рядом. Резкая вспышка света ослепила, и я зажмурилась. В меня ударила воздушная волна, толкнув в сторону.

– Не ушибся? – услышала равнодушный вопрос, открыла глаза и сразу зажмурилась.

Кажется, я все еще нахожусь в забытье. Уж лучше бы так и было!

– Кажется, с тобой все в порядке, – услышала незнакомый мужской голос.

Я бы так не сказала. Сердце болезненно дернулось и на мгновение застыло, пропустив удар. Медленно, через силу, вновь посмотрела на молодого человека, присевшего рядом со мной.

Служанка оказалась права. Он был столь красив, что при взгляде на него сердце начинало щемить. Его взгляд напоминал взор трепетной лани, с лаской и добротой смотрящей вокруг. И все же между нами пролегала недостижимая пропасть. Кажется, я начинала понимать чувства девушки, беззаветно влюбленной в молодого господина.

– Что ты здесь делал? Ты новый слуга? Где Эйрин? – Спокойно спрашивал прекрасный юноша.

– Кто такая Эйрин? – недовольно нахмурилась я, невольно испытывая чувство ревности.

Пусть он только потенциальный муж, но мой! И почему наследник Пакрин интересуется неизвестной мне Эйрин?

– А вы – молодой господин? – уточнила я на всякий случай.

– Верно, – одарил задумчивым взглядом он.

– Я сегодня … из деревни … на смотрины, – вспомнив о легенде своего пребывания в чужом доме, отозвалась, решив не разубеждать в ошибке.

– Действительно? – наследник задумчиво меня осмотрел. – Решили убрать Эйрин, предоставив в услужение мальчишку.

Я торопливо кивнула, опасаясь разоблачения. Если кто-нибудь узнает о проникновении в чужой дом … Да что там дом! В спальню мужчины, наследника!

– Приступай, – выпрямился он и развернулся ко мне спиной.

– К чему, молодой господин? – неуверенно спросила я, медленно поднимаясь на ноги.

– Не обучен служить? – оглянувшись через плечо, уточнил он. – Не страшно. Я не привередливый. Подходи и развяжи рукава.

Опасливо покосилась на закрытую дверь. Помогать Юриму приходилось. Не без того. Часто намоченные завязки на рукавах во время рыбалки без посторонней помощи не распутать. Но оказывать такую же услугу постороннему мужчине, пусть он даже считался моим будущем мужем, было боязно.

– У тебя проворные пальцы, – понаблюдав за моими дерганными движениями, произнес наследник. – Слишком тонкие и изящные для деревенского парня. Чем ты занимался?

– Я? – робко протянула, дергая завязки.

Молодой господин распахнул верхнюю часть одеяния, и легким движением ткань опустилась к его ногам. Чтобы протянуть время и не давать ответа наклонилась и взяла плотный шелк в руки. Не успела выпрямиться, следом в мои руки опустился нарядный пояс и белоснежная нательная рубашка.

Резко выпрямилась и оказалась в непосредственной близости с обнаженным по пояс молодым господином. Наследник спокойно встретил мой негодующий взгляд и принялся развязывать шнурки на штанах!

– Послушайте! Как вы можете раздеваться? – моему возмущению не было предела.

Взглядом уперлась в пол, опасаясь снова увидеть мускулистое мужское тело. Мне хватило нескольких мгновений, чтобы восхититься, испугаться и понять неловкость странной ситуации.

– В чем проблема? – удивился он. – Почему я не могу раздеваться в своей комнате, готовясь ко сну?

Слова хотели сорваться с языка, но пришлось плотно сжать губы и проглотить их.

– Приготовь горячую воду, – приказали мне. – Сегодня выдался утомительный день.

– Слушаюсь, молодой господин, – с готовностью выскочила из комнаты, не забыв плотно задвинуть дверь.

По коридору я мчалась, словно за мной гнался огнедышащий дракон.

ГЛАВА 4

Инсан

– Госпожа! Госпожа, где вы пропадали? – громоподобный шепот обрушился на меня, и руки Верити дернули за угол дома в полнейшую темноту. – Вы знаете, что это мужская часть? Почему разгуливали здесь? Что скажет ваша матушка, когда узнает? Мало того, что переодеваетесь в мужскую одежду, неподходящую молодой госпоже, так еще и по чужому дому …

– Верити, помолчи! – пришлось с силой тряхнуть ее за плечи, чтобы остановить поток обвинений. – Ты же не хочешь, чтобы о нашем присутствии узнали хозяева? – округлила глаза и выразительно на нее посмотрела.

Надеюсь, верная наперсница смогла разглядеть выражение моего лица. В любом случае она закрыла рот и некоторое время молчала, но выдержки ей хватило ненадолго.

– Госпожа, ну как можно?

– Никто не узнает, если ты не проболтаешься, – резко выговорила ей. – Рассказывай, ты смогла встретиться с миледи Пакрин?

– Нет, госпожа. Но я смогла познакомиться с ее служанкой и попросила передать вашу просьбу о встрече.

– И что? Когда будет ответ? Нам всю ночь здесь дожидаться?

– О чем сплетничаете? – на фоне далекого фонаря появилась женская фигура.

Голос показался знакомым, и я вспомнила ее имя, которое называл наследник.

– Эйрин? – уточнила на всякий случай.

Она не ответила, но неторопливой поступью подошла к нам. В руках девушка держала чашу с красными углями.

– Ну как? Видела молодого господина? – Спросила Эйрин, с вниманием осматривая нашу парочку.

– Молодого господина? – ахнула Верити, услышав вопрос.

Верная наперсница потыкала рукой на дверь, ведущую в мужскую часть дома, потом потрясенно посмотрела на меня и с тихим писком прикрыла рот двумя ладонями. Наверняка ей хотелось взорваться очередной обличительной речью, но вовремя вспомнила о присутствии незнакомки и посчитала за лучшее замолчать. Однако придушенное завывание выдало ее волнение.

– Это кто? – обратила внимание на Верити Эйрин.

– Она со мной, – поспешила вступиться. – Мы вместе. Из деревни. Да. – Говорила я и тихо задвигала за свою спину сообщницу.

– Кстати, Эйрин! Молодой господин просил приготовить ему горячей воды. Я помогла ему с одеждой…

Тихий писк за спиной превратился в бульканье.

– Неужели? – в голосе девушки отчетливо прозвучали нотки ревности.

Решила подальше задвинуть соображение, что мы говорим о моем будущем муже и это мне пристало высказывать недовольство, сейчас главное без помех справиться с ситуацией.

– Из-за одежды молодой господин принял меня за мальчишку, присланного ему в услужение, – торопливо произнесла я, чтобы внести ясность.

– Ты оправдываешься? – прищурилась Эйрин. – С чего бы?

– Просто мне показалось, ты переживаешь о молодом господине.

– Скоро сама будешь переживать о нем, если не хватит ума не влюбиться.

– Даже не подумаю! – гордо высказалась я. – Верити, идем!

Ухватила замершую за моей спиной верную наперсницу за руку и поволокла за собой к выходу на улицу.

– Чертоги богов! – выругалась я и резко остановилась. – Миледи Пакрин! Когда мы с ней встретимся?

– Завтра! – запальчиво пообещала Верити. – Утром, сразу после завтрака. Идемте, госпожа! – умоляюще пропела она. – Иначе нас поймают!

– Ладно. Уходим, но завтра обязательно вернемся! Подумаешь, наследник Пакрин красив! Мне что с того? Главное избавиться от книги, а потом я придумаю способ избежать замужества, – приняла решение.

Мужчина медленно шел вдоль невысокой изгороди. Отблеск далеких фонарей практически не выделял фигуру в темной одежде. Едва слышные шаги можно было различить, только если прислушаться. Он двигался бесшумно, плавно, как будто плыл над землей.

Приближающиеся голоса привлекли его внимание. Мужчина остановился, внимательно разглядывая оживленно переговаривающуюся парочку.

– Я говорила, госпожа! Говорила! – донеслось более отчетливое.

– Верити, прекрати болтать. Надо уйти тихо и незаметно.

– Правильно! Иначе поймают и расскажут матушке.

– Если не выдашь нас своим громким голосом, никто не догадается искать нас здесь!

– Госпожа, но как можно! Ночь почти наступила. Вас дома хватятся!

– Помолчи, хоть немного.

Мужчина сделал шаг к стене и почти слился с темнотой. Его глазницы проявились зеленым светом, указывая направление заинтересованности. Предметом наблюдения оказалась шумная парочка, переговаривающаяся громким шепотом.

– Фонарь, госпожа! Погодите немного. Я сейчас его зажгу! – причитала женщина в платье служанки.

– Некогда. Только время потеряем, – строго отозвалась ей девушка, переодетая в мужскую одежду.

– Темно. Споткнетесь. Как я потом объясню госпоже появление синяков и ссадин?

– Будто для нее новость мои синяки, – послышалось веселое фырканье.

Служанка замолчала, увлеченная розжигом огонька в фонаре, что при поспешной ходьбе оказалось делом трудным. Ее госпожа ушла далеко вперед, не заметив притаившуюся в темноте черную фигуру. Зелень глазниц потухла, и только пристально присмотревшись можно было различить очертания силуэта. Когда к нему приблизилась служанка с фонарем, тень втянулась в стену, окончательно растворившись.

– Госпожа, не бегите! Я едва поспеваю! – выкрикнула Верити, дернув древком фонаря, опасно пролетевшим у ограды, где только что находилась мужская тень.

Свет метался по узкой улочке, высвечивая сухие кочки, блестящие лужи и стены в темных потеках после недавнего дождя. Вскоре парочка свернула за угол, выйдя на просторную улицу, и в узком проулке вновь поселилась тишина.

Некоторое время ничего не нарушало покой позднего вечера. И вдруг внезапно в доме Пакринов раздался громкий звук гонга.

– Воры! Воры! – закричал басовитый мужской голос.

Темная фигура вышла из тени и с любопытством заглянула через невысокую ограду. Людские силуэты метались по двору. У некоторых в руках болтались фонари, от пляшущего света которых сцена казалась забавной, фрагментами выхватывая движение.

– Молодая госпожа проникла в дом и что-то украла? – тихо хмыкнул мужчина в черном, наблюдая за суетой.

– Господин Крит, успокойте прислугу! – раздался громкий голос, перекрывший гомон во дворе. – Нет никаких воров! Никто не пробирался в мою комнату!

Молодой мужчина в распахнутой домашней одежде, несмотря на осеннюю погоду, вышел на террасу и пытался остановить панику. Его обнаженную грудь освещала одинокая свеча в фарфоровом держателе, которую он вынес с собой из дома.

– Оказывается, молодая госпожа пробралась в спальню к молодому господину. Занятная девица, – мужчина в черном едва заметно улыбнулся и продолжил свой путь, оставив позади суету в доме Пакринов.

Принц Тэо резким ударом вонзил лезвие магического меча в бок противнику. Наследник Пакрин резко выдохнул и крепко сцепил пальцы на клинке. Сквозь захват мерцало защитное заклинание.

– Что с тобой сегодня? Второй удар пропускаешь, – озадаченно спросил принц Тэо, вытаскивая клинок из раны. – Совершаешь ошибки, непозволительные новичкам.

– Простите, ваше высочество, – скривился от режущей боли наследник Пакрин, целительским заклинанием останавливая кровь.

Принц Тэо наклонился и внимательно осмотрел результат своего удара.

– Закончим на сегодня. Рана несерьезная, но мне нужен сильный напарник, – принял решение он.

– Я могу продолжать! – гордо тряхнул головой Ират.

– Знаю. Ты упрям, и никогда не признаешься в своей слабости, – тепло улыбнулся принц, положив руку на плечо парню. – Восстановишься до завтра, и мы продолжим.

Ират недовольно взглянул на принца, но решил не возражать, понимая, что никакие доводы не переменят принятое решение. Пакрин оттер выступивший от напряжения пот со лба и занялся лечением. Несложные целительские заклинания наследники выучивают одними из первых. Они готовятся к военной и политической карьере, а значит, обязаны позаботиться о себе в любой ситуации.

Ират и принц Тэо отправились принимать душ, подставив под горячие струи воды натруженные мышцы.

В королевском дворце для тренировок принца и его телохранителей построили отдельное здание, куда посторонним вход был запрещен. Только с личного разрешения Тэо или самого короля допускались проверенные воины. Их нанимал сам принц, доверяя лишь избранным. Ират удостоился дружеского расположения его высочества. Они познакомились всего год назад, но время, проведенное вместе, не пропало зря. Молодые люди раскрыли свои характеры и стали близки. Они дорожили одними и теми же ценностями, любили жизнь и готовы были отдать ее за короля и свою страну. К тому же постоянное соперничество на тренировках разжигало азарт между ровесниками.

Милорд Пакрин осенью отправил наследника в Королевскую академию для обучения и получения необходимых навыков в политической карьере. Но дружба между Иратом и принцем на этом не закончилась. У них оставалось меньше времени для общения, что заставляло его сильней ценить.

– И все-таки, Ират, что с тобой случилось? – спросил принц, когда молодые маги покинули королевский дворец и направились вдоль по улице.

– Ничего, ваше высочество, – вежливо ответил Пакрин.

– Не хочешь или не можешь мне рассказать? – в пол-оборота обернулся к другу Тэо.

– Нечего рассказывать, – нервно дернул плечом Ират. – Я злюсь на брата и до сих пор не могу унять возмущение.

– Снова Гарольд? – понимающе протянул принц. – Ты недоволен его пребыванием в академии?

– Не только, – Пакрин отвел взгляд. – Вчера устроил переполох в доме.

– Неужели? А что случилось? – заинтересовался Тэо.

Во дворце случаются волнения, но все они касаются государственных интересов, а в доме милордов Пакрин проходит обычная жизнь со своими сложными отношениями в семье. Принца увлекали эти перипетии, поэтому он интересовался их судьбами.

– Ваше высочество, поведение Гарольда не стоит вашего внимания, – недовольно поморщился Ират.

Ему вовсе не хотелось рассказывать о ночном происшествии, но сам он никак не мог выкинуть из головы разговор с отцом.

– Не тебе судить. Рассказывай, – отмахнулся Тэо и свернул во двор таверны, расположенной почти на окраине. – Тетушка, покормите нас! – позвал он хозяйку и устроился за свободный столик на террасе.

Осенний дождь смыл опавшие листья с крыш домов, и сейчас они плавали в сверкающих на солнце лужах. Темные тучи развеялись, возвращая хорошее настроение.

– Нечего рассказывать, – повторился Ират, устраиваясь за столом напротив принца. – Гарольду показалось, что в его комнату кто-то проник. Устроил переполох. Отец остался недоволен.

– Проник в комнату? – переспросил Тэо, наблюдая за приближением хозяйки таверны, несущей в руках две миски с дымящимся кушаньем.