Водилы

Водилы

ББК 84(7Сое)-445.1

УДК 821.111-311.9

Х99

Спустя многие годы после того, как системы искусственного интеллекта и дроны сделали ненужными большинство профессий на планете, самым везучим, самым умным и самым талантливым из людей выпала замечательная жизнь. Жертвы массовой безработицы, напротив, борются за выживание в дикой природе. Дети бедноты добровольно или по решению родителей покидают свои семьи, чтобы попасть в «лагеря возможностей трудоустройства».

Райланд Грей оказался в таинственной группе людей, собравшихся, чтобы исправить последствия решений, которые все мы приняли за сотню с лишним лет. Он хотел просто делать игры — но совершенно не собирался играть главную роль в чьей‑то ещё игре, смертельно опасной и могущей изменить абсолютно всё. Чтобы выиграть, нужно рискнуть жизнью отнюдь не только своей, а проигрыш грозит всему человечеству утратой последнего шанса на спасение.

Перевод, редактура, корректура, публикация: Игнат Соловей

Дизайн обложки: Пол Хэрнаки, Игнат Соловей

18+

В Российской Федерации, Республике Беларусь

и Республике Казахстан — только для совершеннолетних читателей.

Курение табака и употребление алкоголя вредят здоровью.

Все события и персонажи произведения вымышлены.

Перевод и публикация выполнены с официального разрешения автора.

Разрешается свободное некоммерческое распространение издания

в электронном виде на русском языке.

Переводы на другие языки, внесение правок и коммерческое издание

без разрешения автора и переводчика запрещены.

Создание на основе произведения аудиокниг и радиопьес,

театральных постановок, кинофильмов, телефильмов, видеоматериалов,

в том числе анимационных и сгенерированных при помощи программного

обеспечения для трёхмерного моделирования и систем искусственного

интеллекта без разрешения автора и переводчика запрещено.

© Paul Hernacki, текст романа The Drivers на английском языке, 2018

© Игнат Соловей, перевод на русский язык, 2026

Оглавление

Предисловие переводчика

Благодарности автора

Пролог

Глава первая. Миа

Глава вторая. Илай

Глава третья. Райланд

Глава четвёртая. Никодим

Глава пятая. Илай

Глава шестая. Миа

Глава седьмая. Райланд

Глава восьмая. Кимберли

Глава девятая. Илай

Глава десятая. Хлоя

Глава одиннадцатая. Логан

Глава двенадцатая. Илай

Глава тринадцатая. Никодим

Глава четырнадцатая. Илай

Глава пятнадцатая. Хлоя

Глава шестнадцатая. Илай

Глава семнадцатая. Миа

Глава восемнадцатая. Илай

Глава девятнадцатая. Хлоя

Глава двадцатая. Илай

Глава двадцать первая. Миа

Глава двадцать вторая. Ананд

Глава двадцать третья. Илай

Глава двадцать четвёртая. Хлоя

Глава двадцать пятая. Шеридан

Глава двадцать шестая. Райланд

Глава двадцать седьмая. Ананд

Глава двадцать восьмая. Райланд

Глава двадцать девятая. Кимберли

Глава тридцатая. Миа

Глава тридцать первая. Хлоя

Глава тридцать вторая. Райланд

Глава тридцать третья. Шеридан

Глава тридцать четвёртая. Миа

Глава тридцать пятая. Никодим

Глава тридцать шестая. Райланд

Глава тридцать седьмая. Илай

Глава тридцать восьмая. Логан

Глава тридцать девятая. Райланд

Глава сороковая. Шеридан

Глава сорок первая. Райланд

Глава сорок вторая. Шеридан

Глава сорок третья. Райланд

Глава сорок четвёртая. Ананд

Глава сорок пятая. Кимберли

Глава сорок шестая. Райланд

Глава сорок седьмая. Райланд

Глава сорок восьмая. Шеридан

Глава сорок девятая. Райланд

Глава пятидесятая. Келли

Глава пятьдесят первая. Райланд

Глава пятьдесят вторая. Никодим

Глава пятьдесят третья. Райланд

Глава пятьдесят четвёртая. Келли

Глава пятьдесят пятая. Никодим

Глава пятьдесят шестая. Райланд

Глава пятьдесят седьмая. Миа

Глава пятьдесят седьмая. Райланд

Глава пятьдесят девятая. Райланд

Эпилог

Послесловие переводчика

Предисловие переводчика

Я нашёл эту книгу совершенно случайно: название трансцендентальных космических сущностей в совершенно не связанном цикле произведений оказалось фамилией автора этого романа — совпадение странноватое, но не скажу, что в определённом контексте невероятное. К величайшему сожалению автор того цикла умер в мае 2026 года, поэтому выяснить, есть ли здесь какая-то связь, уже не получится, а с точки зрения Пола Хэрнаки её нет. В любом случае я посмотрел аннотацию, заплатил 1 доллар Amazon на электронную версию, прочитал взахлёб и решил, что это вполне достойно перевода моими силами, особенно с учётом нынешней общественной и технологической ситуации.

Несколько ремарок.

1. При переводе и редактировании я совсем не пользовался искусственным интеллектом, несмотря на темпы его развития. Здесь всё как раньше (почти, с поправкой на современные словари и то, что делается всё онлайн) — так же, как в прошлых и запланированных моих переводах. Каждый знак напечатан вручную, с обдумыванием и без спешки. Это некоммерческий проект, но мне удалось получить согласие Пола Хэрнаки на публикацию перевода, хотя пришлось приложить чуть-чуть усилий для доказательства того, что я всё делаю по-настоящему, а мои намерения искренни.

2. В оригинале автор впервые опубликовал книгу самостоятельно (литературные агенты и издательства не заинтересовались — обычное дело для начинающего автора без связей в отрасли) 10 декабря 2018 года — за несколько лет до того, как системы, называемые искусственным интеллектом, плотно вошли в повседневную жизнь сотен миллионов людей. Однако тогда в большой моде уже были чат‑боты, а IT‑корпорации и стартапы начали писать слова «искусственный интеллект» без кавычек.

Спустя почти восемь лет после выхода, — на фоне развития больших языковых моделей и других самообучающихся аналитических систем, а также набивших оскомину рассуждений всех подряд о том, кого же, внезапно или не очень, давно существующие и сравнительно новые мегакорпорации в считанные дни оставят без работы и средств к существованию, — эта история воспринимается уже совсем иначе. В октябре 2026 года богатейший человек мира Илон Маск объявил о планах выдать в 2027 году каждому ребёнку в США по акции своей компании SpaceX, а глава разработчика ИИ-систем Anthropic Дарио Амодеи пообещал направить 5% акций компании в «Фонд общественного благосостояния» для финансирования, в том числе, помощи людям, потерявшим работу из-за ИИ. Пол в разговоре со мной по видеосвязи заметил: «вот так у нас сейчас и появятся первые акционеры из тех самых». Он едва ли в восторге от таких совпадений и надеется, что дело всё-таки не дойдёт до того, что описано в его романе.

Хотя даже в нынешней мировой столице высоких, но при этом доступных неспециалисту технологий, китайском «городе будущего» Шэньчжэне (кстати, одном из моих любимых мест среди сотен тех, где я побывал лично, от Заполярья до тропиков), беспилотное такси ещё не стало чем‑то совсем уж самоочевидным, а в России профессии водителя и курьера по‑прежнему в числе самых популярных и востребованных, наряду с бухгалтером, охранником, продавцом, работником общепита и, да‑да — IT‑специалистом. Да и не только в России, в США (где происходит основное действие романа) и других странах мира — тоже. Беспилотный авиатранспорт только начинает делать первые робкие шаги и делать их будет ещё долго просто в силу особенностей авиационной бюрократии и явлений природы, с которыми человек справляется лучше. А ещё людям слишком нравится быть пилотами.

3. Действующее в 2020-е годы российское законодательство и те, кто его применяют, крайне нетерпимо относятся к упоминаниям в литературе и публичном медиапространстве некоторых аспектов человеческих отношений и определённых веществ, а также к ненормативной лексике. Поэтому, чтобы не обрекать себя на возможные неприятности, я немного сократил одну фразу и слегка смягчил десяток реплик. Смею искренне вас заверить, дорогие читатели, что изъятие мелких штрихов к портрету третьестепенного отрицательного персонажа и удаление ещё пары названий в других местах не нанесло ни малейшего ущерба повествованию, что автор подтвердил. Смягчение ругательств скорее даже приближает русский текст к оригиналу — англоязычная обсценная лексика в целом мягче русской, польской или китайской. Я предпринял эти предосторожности даже несмотря на то, что этот перевод едва ли будет издан «официально» — никогда не знаешь, куда повернёт, где выйдет и откуда прилетит.

Для ревнителей общественной морали замечу, что слова с корнем «хер» (исторически обозначавшем собственно букву Х даже среди ханжей) встречаются в общедоступных советских словарях 1930-х годов и даже более поздних, когда ненормативная лексика употреблялась в публичном поле куда реже, чем в 2020-е. Кроме того, матерщиной нынче не испугать даже третьеклассников хороших столичных школ, за что судить не мне, не вам и не их. Фамилию автора я написал через «э» также по соображениям благозвучия, такое написание ему объяснил и с ним согласовал, как и упомянутые выше правки, благо у него есть знакомые носители русского языка и он в курсе некоторых тонкостей.

4. Сначала отвечу на очевидный вопрос, почему «водилы», а не «водители». Я решил выбрать несколько презрительно звучащее русское слово, не имеющее точного английского аналога, как раз чтобы подчеркнуть особенности общественных отношений в мире произведения.

В некоторых случаях я сознательно придерживаюсь консервативного подхода к переводу некоторых терминов и оборотов, пусть даже они и звучат в таком виде чуть неуклюже. Да, я мог бы использовать больше прямых заимствований, особенно когда речь идёт об околокомпьютерной терминологии, но не стал этого делать, потому что аудитория этого романа всё же не ограничивается айтишниками. Сокращения я тоже перевёл на русский, а вот названия в основном транслитерировал. Это специально — в меру сил и таланта я стараюсь наследовать лучшим из тех, кто переводил «золотой фонд» зарубежной фантастики в 1960–1980-е годы. Также мне очень хорошо знакомы поделия 1990–2000-х, когда, к сожалению, за переводы брались люди, зачастую едва владевшие не только языком оригинала, в основном английским, но и своим родным русским, а также не имевшие необходимого серьёзному литературному переводчику широкого кругозора.

Мне сейчас легко это говорить — ведь у меня есть возможность общаться, слушать, писать и читать по-английски без ограничений, есть прямой доступ ко всей возможной несекретной информации, а также умение и такие возможности её проверить, каких не было и не могло быть в XX веке. А уж современные онлайн-словари! Если бы у советских и постсоветских переводчиков всё это было — наверняка Филип К. Дик, Гордон Диксон, Кен Кизи и многие другие были бы сразу переведены на русский так, как они того заслуживают.

Тем не менее слишком много отличных детективов, триллеров и фантастических романов, а также зарубежное фэнтези впервые стали доступны русскоязычным читателям в совершенно изуродованном виде — что не лучшим образом повлияло не только на их русскоязычных поклонников, но и на некоторых российских писателей. В своё время именно это, вместе с «попаданием в интернет» летом 1995 года, в возрасте 13,5 лет, послужило для меня стимулом приналечь на английский как в школе («с углублённым изучением английского языка»), так и вне её.

С учётом этого своего опыта, как литературный переводчик («Водилы» — далеко не первая моя работа в этом качестве) я отношусь к оригиналу и даже к его недостаткам бережно, но при этом не стесняюсь, насколько позволяют мои собственные знания, использовать все возможности русского языка во всей его многогранности. Впрочем, последователи Ивана Кашкина (советского переводчика и теоретика переводоведения, более всего известного переводом «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера) записали бы меня в «буквалисты» и подвергли порицанию. Английский тоже многогранен, богат и красив, а ещё нередко позволяет выразить какие-то мысли короче, элегантнее и более ёмко, чем любой другой язык. Фразеологизмы и идиоматика в русском переводе переданы, разумеется, через их русские аналоги, кроме случаев, где это совсем не к месту. Ещё я с одобрения и согласия автора исправил несколько его незначительных ошибок (в оригинале у бразильцев испанские имена, что на деле бывает исключительно редко даже в приграничных районах Бразилии, которая, как известно, говорит на диалекте португальского, а не по-испански).

5. Для машинной (ИИ) речи используется рубленая гарнитура. Напоминаю ещё раз, что всё до последней буквы здесь написано человеком и переведено тоже человеком. Я пытался в порядке эксперимента скормить публичным ИИ-системам образца сначала весны, а потом осени 2026 года реплики вымышленного искусственного интеллекта будущего, но эту задачу они замечательно, блестяще провалили — даже не с треском, а с грохотом. Ни единой буквы из результатов их потуг сюда, конечно, не попало.

Пока мои попытки как-то сэкономить собственное время на переводе чего угодно в любую сторону упираются, за редчайшими исключениями, в необходимость переписывать за машиной от 70 до 95 процентов результата, что в итоге оказывается не экономией времени, а его дополнительной тратой. Да, в паре «русский/английский» они уже довольно неплохо справляются с переводом договора на аренду жилплощади или комментариев в соцсетях, но к любому набору букв, хоть как-то претендующему на литературность, их, с моей точки зрения, подпускать нельзя — и нельзя будет ещё достаточно долго, хотя иной раз и у иишницы случаются озарения.

Главный же мой мотив — не цифровой луддизм, а скорее желание единолично получить абсолютно всё удовольствие от преображения текста, не делясь с машиной радостью лингвистических находок.

6. Действие романа происходит в основном в самом конце XXI века, хотя читатель заметит немало отсылок к массовой культуре 1960–2000-х годов (Пол Хэрнаки родился в 1975-м). Некоторые события разворачиваются примерно за 30 лет до основного сюжетного времени, но из текста этого понять нельзя достаточно долго, до самой кульминации.

Здесь получился интересный контраст с «миром Полдня» Аркадия и Бориса Стругацких. С их творчеством, правда, автор этой книги только начинает знакомиться с моей подачи и в доступных переводах на английский.

Хочется верить, что наша будущая реальность окажется местами чуть ближе к представлениям Стругацких, чем Пола Хэрнаки. Идеально точно будущее, конечно, не может предсказать никто, но иногда предвидения оказываются удивительно точными, и это не тот случай, когда хотелось бы попадания даже близко к «яблочку».

Впрочем, если разобраться, то к утопическому «миру Полдня» Стругацких этических вопросов на самом деле тоже весьма немало — едва ли не больше, чем к антиутопии «Водил».

Так что, как всегда, понадеемся на третий путь, каков бы он ни был. Тем более что пока технологии развиваются пусть и быстро, но несколько не в том направлении, а развитие это может замедлиться или прекратиться в любую секунду по самым разным причинам, от природных катаклизмов до человеческого идиотизма. Да и алармистов, включая невольных, хватает не только среди политиков, журналистов и обывателей, но даже и среди руководителей компаний, разрабатывающих ИИ. Кроме того, люди с очередной сменой поколений снова начали ценить выполненные вручную и уникальные материальные объекты вроде малотиражных печатных книг, да и вообще всяческие авторские произведения.

Кстати, ещё о другой фантастике: если вам почудятся кое-где совпадения с «Проектом “Аве Мария”» Энди Вейра (Project Hail Mary by Andy Weir), то это просто совпадения и ничего больше. Энди Вейр выпустил свой роман на два с лишним года позже, в 2021 году, а фильм по нему вышел и вовсе в 2026-м, хотя не исключено, что имя персонажа Вейр действительно отчасти позаимствовал отсюда.

Игнат Соловей

видеоинженер, переводчик, редактор,

верстальщик, авиационный журналист

Благодарности автора

Я хотел бы поблагодарить мою чудесную жену Карен за то, что она в меня поверила, когда я решил написать свой первый роман. Спасибо за твою поддержку на протяжении всего пути; за то, что слушала и терпела меня, и за то, что стала моим самым первым читателем и прекрасным редактором. Ты великолепна.

Я хотел бы поблагодарить моего профессионального редактора Шеннона за прекрасную дружбу. Спасибо за твои вдумчивость, въедливость, соображения, честность и таланты.

Вы двое сделали эту историю куда лучше.

Я также хотел бы поблагодарить мою маму Кэтлин. Ты привила мне любовь к чтению и научила меня писать.

Пролог

Мы никогда раньше не видели таких паттернов. Они не совпадают ни с одной из наших существующих вероятностных моделей.

На их изучение потребуется время и больше ресурсов, учитывая всё, что мы только что потеряли, но шанс невероятный.

Это далеко за гранью того, что мы рассчитывали найти.

Экстраординарно. Ниже излагаем результаты наблюдений.

Глава первая. Миа

Дети под тентом сжались и сидели как могли тихо, пытаясь замедлить дыхание и заглушить плач и вскрики младших. Жара начала давить уже и снаружи; для стольких тел, сгрудившихся в плотную кучу под толстым экран-тентом, она стала совершенно невыносимой. А ещё и высокая влажность. Они совершенно взмокли и были очень грязными, а мешанина их запахов только добавляла дискомфорта. Миа чувствовала, как капельки пота текут по её коже и падают вниз.

Рядом задрожала и тихо захныкала одна из маленьких девочек. Миа, чтобы её успокоить, с трудом высвободила и протянула руку, и прошептала:

— Всё будет хорошо. Только постарайся потише. Я не дам тебя в обиду.

Лица девочки она не видела, но та затихла, а это было сейчас важнее всего. Им нужно сидеть тихо. Миа взяла руку малышки в свою, их пальцы сплелись. Они сидели вплотную.

В джунглях только стемнело, когда взрослые услышали дроны, вполне ожидаемые, замеченные ещё днём издали, и поняли, что с наступлением темноты стоит ждать налёта. Их группу не заметили раньше только потому, что один из наблюдателей засёк дроны на расстоянии. На этот раз их первым предупреждением был тихий гул в небе, и к этому моменту у них едва хватило времени добраться до укрытия.

Они разбили здесь лагерь всего несколько недель назад. Спустя месяцы по пути всё глубже и глубже в джунгли группа наконец решила, что можно немного передохнуть. Может быть, подольше? В начале их было почти сто, но после последнего броска осталось восемьдесят два. Многие просто пропали в джунглях, пав жертвой многих здешних опасностей, двое умерли от голода, ещё несколько человек — от болезней. Но в целом до сих пор везло — их не обнаружили и они не напоролись на корпоративные силы. А эта маленькая долина казалась идеальной — далеко, в окружении труднопроходимых обрывов и скал, но плодородная, изобилующая дикими фруктами и овощами. Ещё было немало диких зверей, на которых по идее можно было бы охотиться, хотя те предпочитали, напротив, охотиться на людей сами.

Миа услышала, как гул в небе нарастает. Он был ещё сравнительно тихим, почти успокаивающим, если не знать, что его издаёт. Дроны могли принадлежать и Картелю, и какой-нибудь другой корпорации, если эту землю продали. Это было не важно, потому что исход для них в любом случае один. Кто-то обследовал эту территорию на предмет ресурсов и себестоимости производства, то есть владельцы готовятся её эксплуатировать и послали разведчиков.

Разведчики — это и близко не крутые дроны военных или служб безопасности, даже не совсем серьёзные охотники, о которых они слышали. Но оружие на разведчиках есть. Конечно, не высококлассное энергетическое, как у других моделей, но достаточно мощное, чтобы легко отбиться от угрозы или уничтожить небольшую группу людей.

Воздушные разведчики теперь летали туда-сюда прямо над ними, их звук стал ещё громче. Сквозь щёлку между тентом и землёй Миа едва видела, как свет фонарей плясал по окружающему рельефу. Если повезёт, то тенты, купленные на чёрном рынке в Манаусе, спрячут их от датчиков дронов. Миа не понимала, как действуют тенты, сделанные из чего-то, скрывающего их тепловые сигнатуры и биомаркеры. Может быть они сойдут за стадо капибар, спящих в болоте, и не превысят уровень обнаружения и донесения для разведчиков.

Взрослые уже собирались вечером перенести лагерь и уйти из долины. Как только днём прилетели разведчики, стало ясно, что эта земля больше не безопасна. Как бы страшно ни было в ночных джунглях, они ни в какое сравнение не идут с дневным переходом по местности, просматриваемой дронами.

Люди знали, что дроны вернутся вечером, как стемнеет. Это стандартный порядок действий на случай обнаружения днём. Миа слышала разговор взрослых. Когда они занимали позиции с тем немногим оружием, что у них было, ей и другим старшим детям сказали быть храбрыми и приглядывать за маленькими.

У них было кое-какое приличное оружие, которое обошлось недёшево. Миа не знала, на что его выменяли, но оно точно стоило немало пайков, лекарств и прочих вещей, которые взрослые с детьми не обсуждали. Просто несколько автоматических винтовок, почти древних, но способных стрелять скоростными трассерами и сбивать и небольшие дроны, и военную технику попроще. Хоть что-то.

Гул стал беспорядочным и характером напоминал уже писк комарья рядом с ушами. Огни снаружи пустились в пляс. Миа не поняла, кто выстрелил первым, разведчики или один из людей. Это было не важно. Ночь немедленно наполнилась ужасным звуком пулемётной стрельбы. Девочка рядом с ней закричала, как и многие другие дети под тентом. Миа прикрикнула на них, чтобы замолчали и замерли, и умоляла не шевелиться. Снаружи оглушительно разрывали воздух выстрелы, слышались крики и вопли. Были взрывы, звуки падающего на землю металла и запахи электрических разрядов, стреляных патронов и жжёной плоти.

Выстрел за выстрелом шум слился в беспрерывную какофонию. Ещё крики. Плач. Всхлипы. Миа окаменела от ужаса. Ещё два взрыва. Ещё трассирующие пули, летящие сквозь воздух. Потом стало тише, звуки ушли вдаль. Миа дышала так тяжело, что от вдохов ныли лёгкие. Ей было больно. Хотелось плакать — но не получалось. Она попробовала успокоить дыхание. Единственным, что перебивало вонь немытых тел и пота, были запахи стрельбы и горящего металла, от которых болел пересохший язык. Она с трудом сдерживала рвоту.

И… тишина. Миа не знала, прошли секунды или минуты, было не понять. Полная растерянность, всё как в замедленной съёмке, но с перегрузкой всех органов чувств. Она выждала ещё пару минут, сказала младшим детям сидеть смирно и громким, но не слишком, шёпотом позвала другого из старших детей, мальчика примерно её возраста:

— Манни! Пойдём наружу, оглядимся.

Услышав, что Манни ответил, она подала ему знак и они выползли из кучи под тентом.

Даже в темноте было видны следы побоища. Горело несколько костров из остатков упавших дронов-разведчиков, дым их рвался в небо. Рядом была ещё пара тентов, где прятались другие дети. Один шевелился, будто под ним была куча червяков, из-под него слышались всхлипывания — точно так же снаружи выглядел и их тент. А другой — порван в клочки, пропитан кровью и неподвижен. Миа его увидела и немедленно вцепилась в Манни, сдержав на губах вопль ужаса. Он неловко похлопал её по спине.