Амур: на два мира

Заскрипело. Амур почувствовал, как у негосамым натуральным образом отвисает челюсть - да перед таким противникомспасовал бы даже прославленный мушкетер со своей шпагой! Стоящее посреди дворасухое дерево зашевелилось, взбугрилась земля, на поверхность выбрались корни,похожие на толстых питонов, и сушина медленно двинулась к Амуру. На стволезажглись два глаза-уголька, дерево окутало зеленоватое свечение.

- Чуууужак! - взвыл корабельной сиренойДубень и взмахнул рукой-ветвью.

Амур кувыркнулся в сторону, на ходу рубанултесаком, на землю посыпался дождь из веточек. Вскочил, готовый отразить удар -и тут на него обрушился лес! Амур словно продирался через бурелом, веткихлестали со всех сторон, он отмахивался, рубил, сучки царапали лицо, лезли вглаза, он сплевывал кору и гвоздил тесаком снова, точно обезумевший лесоруб.

Дубень зарычал, драка пошла без дураков,плечо пронзило болью. Амур выдернул окровавленную щепу и закрутился волчком,стараясь достать лезвием до ствола, где светились красным щелочки глаз. Телосамо ныряло в разрывы меж ветвями, на затылке словно открылся третий глаз -Амур успевал заметить тянущиеся к нему изогнутые пальцы и отсекал их, выламываяруки с тесаком в невозможных направлениях. Толстый корень метнулся к ноге, онперепрыгнул, заметил просвет и... достал, достал-таки гада!

Дубень взревел, ветви замолотили слепо,прилетело по голове. Амур ругнулся, попытался выдернуть клинок, но тот прочноувяз в дереве. Вот вроде начал поддаваться, еще немного, пока не опомнился этотувалень, в раскачку, еще чуть-чуть, есть! Под дых точно поленом вдарили, да таконо и было. Амур согнулся пополам и рухнул на землю, хватая ртом воздух.Разлапистая ветка прижала к земле, вторая выдрала из руки клинок. Прямо передсобой Амур увидел единственный оставшийся глаз Дубня - в нем стояла смерть.Всё, трындец, отбегался!

Что-то крикнула Юстина, испепеляющий огонь вчреве дерева присыпало пеплом. Казакова вздернуло с земли, и он почувствовал,что летит, летит через частокол, словно выпущенный из пращи камень.

Приложился оземь так, что в глазах потемнело.Да что же это такое?! Убить его хотят?! Ну вот хрен вам, российского спасателятак просто не возьмешь! Амур заставил себя подняться, шипя от боли какрассерженный кот, выбрался из зарослей кустарника и заковылял к воротам,нагнетая злость. Хмель выветрился из головы, осталась лишь холодная ярость.Сожгу тут всё к чертовой матери! Амур достал из нагрудного кармана сигнальнуюшашку и пинком распахнул ворота.

- Эй ты, Буратино недоделанный, иди сюда, ятебя доделаю!

Вряд ли Дубень читал Алексея Толстого, но то,что его оскорбили, да еще как-то замысловато - просек сразу. Корни замолотилипо земле, противник взревел и направился к Амуру, тряся уцелевшими ветвями,словно сухопутная медуза. Казаков с нехорошей ухмылкой рванул запальный шнур,шашка извергла столб пламени. Дубень в натуральном смысле прирос к земле, растеряннозаворчал, выставил перед собой руки-ветки. Как и предположил Амур, этотдеревянный болван боится огня. Воспрянув духом, Казаков пошел в атаку, выставивперед собой плюющееся дымным пламенем оружие.

Всё переменилось - теперь он наступал, апротивник отмахивался ветвями. Огонь опалил одну ветку, вторую, по сухомудереву побежали огоньки, задымилась кора. Дубень уже не ревел - верещалобиженно и отступал к дому. Гибкие корни пару раз пытались схватить Амура заноги, но он был начеку. Дубень уткнулся в бревенчатую стену, застучал ветвями,пытаясь потушить пламя, отчего оно разгоралось лишь сильнее. Амур взмахнулшашкой - сейчас этот дуболом превратится в пионерский костер! Весь триумфиспортила Юстина:

- Охолони, дом подпалишь!

Она щелкнула пальцами, шашка обиженно чихнулаи погасла, словно просроченная китайская петарда. Амур в растерянности выпустилбесполезную теперь гильзу. Еще дымящийся Дубень отвалился от стены, толстыйкорень выстрелил вперед, как гарпун из пушки. Очередной раз за день Амур взмылв воздух, проклиная себя за то, что ввязался в эту авантюру! Полет остановилчастокол. От удара хрустнул позвоночник, Амур сполз безвольной куклой на землю.Гнев захлестнул мозг - они же закончили поединок, а это гад пнул исподтишка!Злость придала сил. Цепляясь за бревна, Амур встал. Перед глазами плавализолотые мухи, вновь этот комариный писк. Дубень ухмылялся с того конца двора,потрясая обожженными ветвями.

- Ах ты сука!

Амур протянул руку за спину и достал лук.Загудела натягиваемая тетива, стрела с синим оперением привычно совместилась сцелью. Дубень перестал ухмыляться, вскинул в защите руки-ветви, да куда там!Вжикнуло, стрела пробила крону дерева, да так, что только сучки брызнули!Тяжелый наконечник вонзился в ствол. Дубень охнул. Взметнулось облако снежинок,по дереву побежали синие сполохи, раздался треск и недавний противник застыл снелепо вскинутыми ветвями, превратившись в ледяную скульптуру «Тупеньукрощенный».

Амур хмыкнул, горячка боя схлынула, оннепонимающе уставился на лук - откуда взялся? Серебристый металл светилсязеленым, Амур аккуратно убрал лук за спину. На чердаке открылось окно, оттудавыглянула заспанная Агнешка с масляной лампой.

- Вы чего тут шумите?!

- Бабка твоя убить меня вздумала, да ещедеревяшку эту натравила!

Агнешка заметила припорошенного инеем Дубня,округлила глаза, ойкнула и захлопнула окно. Ведьма спустилась с крыльца иподошла к Амуру. Её пальцы вцепились в куртку, руки потянули с неожиданнойсилой.

- А ну сядь, орясина! Вымахал, не дотянешься!Врачевать буду...

Навалилась усталость. Амур чувствовал себяизмотанным, словно после того взрыва, когда они сутки вручную разбирали завалыдома, прислушиваясь к звукам из-под обломков. Желания возражать не было, злостьушла. Амур плюхнулся мешком на землю.

- И зачем это всё?

- Посмотреть хотела, чего стоишь, - буркнулаЮстина, ощупывая его плечо. - Стоит ли тобой заниматься, или лучше сразуприбить, чтоб не мучился. Наш мир суров, и чем раньше ты это поймешь, темлучше. Запомнил, как лук из Призрачного достал? Не забывай, пригодится ещё...

- А я уже решил, что вы смерти моей хотите, -пробормотал Амур.

- Дурень, для этого я бы выбрала болеепростой способ. Не попав в воду, не научишься плавать, а не обагрив руки кровью- не сможешь убить и защитить. Чем раньше ты овладеешь своими способностями,тем дольше проживешь. Может, и пользу какую принесешь миру... ну, чегорасселся, как король на пиру?! Вставай, в дом пошли.

Амур хотел возразить, что не сможет дажеподняться, но тут понял, что благодаря бабкиной ворожбе вновь чувствует себя здоровымчеловеком, а не свиной отбивной. Проткнутая рука не болела, судорога пересталасводить спину - захотелось жить и даже встать. Амур воздел себя на ноги инаткнулся взглядом на замерзшего Дубня.

- Я же его не убил?

- Лишь заморозил, - махнула рукой бабка. - Кутру оттает, не переживай.

- Что за чудище такое?

- Обычное дерево, дом сторожит на пару спсом. Когда последний прорыв из Призрачного был, демоны по всему королевствушастали, один даже сюда забрел, погань, просочился сквозь лесные заставы. Вот яего в дерево и заключила, прыткого такого, чтобы не разгуливал где ни попадя,значится, и службу нес заодно.

- Суровая вы бабушка, - совершенно искренне сказалАмур.

- А по-другому никак, милок! Пооботрешься вмире нашем, поймешь. И ножик внученьки прибери, не забудь, а то расстроится сутра.

Ведьма скрылась за дверью. Амур разыскалклинок и обтер его травой - ни единой зарубки, сталь добрая, повсюду серебряныепрожилки. Он бы и сам не отказался от тесака такого, когда еще лук научится сразудоставать!

Дым во дворе рассеялся. Пахло горелымдеревом, повсюду валялись ветки, словно дюжина лесорубов заготавливала дрова назиму. Амур пошел к дому, но у Дубня задержался. Тот врос в землю мерзлойколодой и признаков жизни благоразумно не подавал, лишь в единственном глазучуть тлел яростный уголек. Амур тронул ближайшую веточку, та сломалась с легкимхрустом.

- Вот так вот, Циклопушка! Еще раз ударишьисподтишка - оставшийся глаз тебе выбью и самого на полешки расколю. Проникся?

Дубень мигнул. Задрав голову, Амур посмотрелна две луны, сплюнул в траву и поднялся по ступенькам. Не то чтобы мир этот емууже нравился, но жить тут определенно можно, еще бы только понять - как?

Глава 3

Во снеАмур бежал по лесу. Бежал не ради удовольствия, как делают это озабоченныесвоим здоровьем сознательные граждане, а по необходимости. Чья-то злая волятолкала его в спину, гнала, как собаки гонят дичь, выдворяла из леса чуть ли непинками. Амур не мог противиться, ломился лосем сквозь чащу, отмахивался ответвей, а те так и норовили хлестнуть по лицу, выколоть глаза, порвать одежду.Пару раз падал, споткнувшись о выступающие корни, и тут же сзади накатывалаволна такого ужаса, что живот сводило судорогой, лопались в глазах сосуды, асердце готово было выпрыгнуть из груди. Амур подхватывался и бежал дальше,туда, где в просветах меж деревьями уже виднелась залитая солнцем равнина.

Сзади взвыло, Амур на бегу оглянулся.Преследующий его ужас обратился в снежный вихрь. Хобот слепо шарил по тропинке,засасывал листья и веточки, искал - его. Ну уж нет, второй раз я не дамся! Амурподнажал, с ходу перепрыгнул узкий овраг, деревья остались позади, скатился посклону и уткнулся носом в спелую пшеницу.

Вдалеке виднелись домики, махали хвостами отгоняямух коровы. Крестьянин водил косой, к нему через поле торопилась девчушка,несла в узелке завтрак.

В лесу затрещало, вихрь выкатился на равнину.Амур вскочил, здесь уже не спрятаться, злая воля достигла своей цели - наровной местности воронка быстро настигнет его. Но ведь есть же крылья!

Амур разбежался и без всяких усилий, как этои бывает во сне, взмыл в небо. Ветер в лицо, удивительное чувство, он презрелземное тяготение, сбросил оковы и теперь свободен! Хлопнули крылья, Амурзаложил вираж, хохоча от восторга. Одураченный вихрь остался внизу, нарезаякруги вдоль кромки леса.

Амур парил, расставив крылья, теплые потокиомывали тело. Внизу виднелись квадратики полей, маленькие домики, крошечныебукашки - люди. Тень Амура скользила черточкой по земле, пересекая голубые нитирек и серые мазки гор. Как гордый орел, он вознесся над этим миром, сталвластелином неба, царем горы! Определенно, это лучше, чем день через деньвытаскивать из люков застрявших бомжей. Вот где настоящая жизнь!

Рядом с его тенью набухла и сталаувеличиваться черная точка. Амур задрал голову, солнце ослепило, из глазбрызнули слезы. Проморгавши, он не увидел на земле своей тени - её поглотилачерная клякса, ставшая значительно крупнее.

Удар! Амура закрутило в воздухе, он сорвалсяв штопор, крылья беспомощно хлопнули. Ветер выворачивал веки, рвал губы, забиваяистошный крик обратно в глотку. Земля приближалась с ужасающей быстротой. Амуруже различал острые пики сосен, куда он сейчас нанижется, как баран на вертел,если сейчас же не остановит падение. Закусив губу, расправил крылья, вцепился вперья пальцами, помогая, чувствуя, как рвутся жилы на руках. Падениезамедлилось.

Царапая брюхом скалы, он таки вывернул изпике и пошел на бреющем, стараясь унять дрожь в руках и собраться с мыслями. Побокам замелькали серебрящиеся снегом вершины, Амур поднажал и поднялся выше.Что его сбило? Он задрал голову и непроизвольно дернул в сторону. По небу летелогромный, словно стратегический бомбардировщик, дракон. Даже не летел - плыл свеличавостью дирижабля, раскинув паруса-крылья. Крестообразная тень скользилапо земле, выцеливая деревни. Несмотря на испуг, Амур с жадностью разглядывалгиганта - не каждый день видишь такого ящера, ожившую легенду, упоминания окоторой встречаются чуть ли ни во всех фэнтезийных книгах, коими Казаковзачитывался на дежурствах.

Тело дракона покрывали бронированныечешуйки-пластины - черные на животе и серые по бокам. Длинный хвост с гребнемиз шипов медленно изгибался, направляя полет летучего танка. По углам кожистыхкрыльев торчали изогнутые когти, такие же имелись на лапах, которые ящер прижалк брюху, не понаслышке зная о законах аэродинамики. Длинная шея оканчиваласьрогатой головой размером с дом. Из-под прикрытых век дракон лениво обозревалокрестности, нисколько не обращая внимания на Амура, как не замечает огромный аэробуспопавшую под крыло глупую ворону. Казаков осмелел, пристроился в кильватерящеру. Интересно, куда тот направляется?

Цель обнаружилась быстро - на лугу унебольшого городка паслось стадо коров. Дракон начал снижаться, лапы вытянулисьвперед, черная тень на земле стремительно пересекла реку и направилась кзеленому пятну с вкраплениями коричневых точек. В городе начался переполох,опасность заметили, да и как не заметить падающий с неба крылатый утес?! Прямохроника пикирующего бомбардировщика...

Амур решил, что люди разбегутся, но жителигородка думали по-другому. Раздался сигнал горна, на ближайших к лугу башенкахзашевелились фигурки, расчехляя и натягивая большие арбалеты - баллисты. Драконсложил крылья, понесся к земле неотвратимо, как падающая комета, лапынацелились в ближайших буренок, которые в коровьей глупости своей отказывалисьзамечать опасность с неба.

Дзинг! Дзинг! Баллисты синхронно выплюнулистрелы длиной с доброе копье. Дракон на лету схватил корову передними лапами,брызнула кровь, раздалось истошное мычание, задними толкнулся от земли. Крыльяхлопнули, стремясь поднять массивного хозяина в воздух, и тут их пронзилистрелы.

Так останавливают стремительный бриг,разрывая паруса книппелями - судно теряет в скорости и становится легкой добычейдля пиратов. Стрелы пробили кожистые крылья, а следом за каждой тянуласькрепкая веревка, обвязанная другим концом вокруг башни. Дракон рванулся,презрев урон, и взлетел бы с добычей, но удерживаемые тросами серповидныенаконечники располосовали кожистые крылья сверху донизу. Башни вздрогнули.Дракон грохнул оземь, подняв облако пыли.

С крепостной стены в него полетели новыестрелы. Одни рикошетили от бронированного тела, другие находили сочлененияпластин и вгрызались в плоть зазубренными наконечниками. Ворота распахнулись,из них выплеснулся конный отряд особо предприимчивых горожан. Закованные вдоспехи рыцари потрясали длинными копьями и взмахивали баграми, нагнетая в себесмелость для атаки.

Паря в потоках восходящего воздуха, Амур свосхищением наблюдал за диковинной охотой. По его скромному разумению такогогиганта можно было свалить только прямым попаданием баллистической ракеты, ноэти смелые люди на собственном примере доказывали правоту Давида, победившеговеликана Голиафа с помощью одной лишь пращи. Вот только дракон был гораздокрупнее филистимлянского воина и позволять рубить себе голову явно несобирался.

Массивная морда повернулась к нападающим,глаза ящера холодно уставились на всадников. Из ноздрей пошел дым, пастьприоткрылась. Рыцари заученно рассыпались по лугу, но в азарте атаки подошлиуже слишком близко к врагу. Пасть дракона отворилась точно врата ада. Язык огнялизнул траву. Дракон повел головой и столб всепожирающего пламени прошелся понападающим, сжигая всадников вместе с конями. Амур видел, как плавится металл иручейками стекает с кровоточащей плоти, слышал, как кричат несчастные рыцари,зажаренные в собственных доспехах словно крабы.

Второй отряд зашел в тыл монстру. Одни воинына ходу поддевали бронированные чешуйки баграми, выдирали их с мясом, а другиевтыкали в образовавшиеся щели копья с листовидными наконечниками. Драконвзревел, шипастый хвост пронесся над травой, сбивая всадников точно кегли.Атака захлебнулась. Оставшиеся в живых рыцари спешно отступали за холм. Драконпустил им вдогонку струю пламени и направился к городку, тяжело ступая понегостеприимной земле. Когти разрывали бьющихся в агонии коней, втаптывали вгрязь еще живых воинов, превращенных пламенем в орущие от боли факелы.

Со стен вновь полетели стрелы и камни, ящернаклонил голову, и снаряды разбились о покатый лоб. Вновь заиграл горн. Свысоты Амур видел, как мужчины вновь взводили баллисты, а женщины уже бежалипрочь из домов, держа на руках детей. Дракон поднял голову и вновь раскрылпасть. Волна огня захлестнула стены. Камень раскалялся и трескался, чудовищныйжар испарял защитников, стена пламени прокатилась по улицам, настигая беглецов.Люди сгорали заживо, крики несчастных донеслись даже до парящего в облакахАмура, его замутило. Это уже не охота, а истребление! Дрожа от ненависти, Амурасложил крылья и камнем рухнул вниз.

Его переполняла жалость к храбрым жителям, которыене испугались гиганта, он был готов наброситься на это исчадие ада с голымируками. Кричал проклятия и ругательства, а когда до земли остались считанныеметры, вспомнил про лук. Крылья лишь слегка погасили удар, Амур покатился сосклона, ломая кустарник. С размаху врезался в дерево, удар выбил дух. Цепляясь заствол, кое-как поднялся на ноги.

Над городом подымался черный дым, с грохотомрушились дома. Перед воротами лежали обгоревшие трупы. Проучив обидчиков,дракон зашагал обратно к лугу, где мычала испуганная добыча.

- Врешь, не уйдешь, - прорычал Амур и достализ-за спины лук.

На этот раз стрела оказалась с краснымоперением. Пальцы привычно захватили тетиву. Амур прицелился и выстрелил.Стрела описала дугу и вонзилась в бок ящеру. Рвануло так, что Амура выбросилообратно на холм, с которого он скатился. Огонь опалил брови и волосы. Встав начетвереньки, Амур потряс головой. В ушах звенело, реальность двоилась. Онкое-как поднялся на ноги и взглянул вниз - там горела даже земля. На дракона словносбросили напалм - чешуйки накалились и стали ярко-алыми, волны жаркого пламенилизали бронированное тело, трещали и хлопали по воздуху невредимые крылья.Невредимые?!

Рогатая морда повернулась, взгляд ящераотыскал Амура. Показалось, или дракон улыбнулся? В его горле заклокотало, оноокрасилось красным, раскрылась зубастая пасть, и поток огня рванулся к Амуру.Достиг и поглотил его...

Крича, он рывком сел на топчане, кудаопределила его спать бабка. В окно заглядывало солнце, пахло жареным мясом...Амур содрогнулся и осмотрел себя - ни ожога, он цел и невредим. Это был сон,просто сон!

- Ну и орал ты, летун! – восторженно пробасилсидящий рядом клубок.

- Брысь! - прикрикнула на зверушку ведьма ипротянула Амуру стопку одежды: - Вот, собрала тут, а то рядишься, как пугало.

Кожаные штаны и меховая безрукавка оказалисьвпору, а вот льняная рубаха немного жала в плечах - тельняшку Амур не сталснимать из чувства военно-морского гонора. Хромовые берцы оставил тоже, ничеголучше для полевых условий люди еще не придумали. Размялся, привыкая к новойодежке, решил, что на первое время сойдет, и чуть смущенно прошел к накрытомустолу, за которым уже сидели обе знахарки.

- Вот, на человека стал похож, - одобрилаЮстина и налила в кружку зеленый вар. – Доброе утро, милок! Кушай, да ведай,что снилось. Думала, с топчана грохнешься, так стонал и ворочался.

Кусок не лез в горло, мышцы болели послевчерашних упражнений с Дубнем. Прихлебывая травяной чай, Амур скупо рассказалпро ночной кошмар, заново переживая боль и ужас. Агнешка слушала с горящимиглазами, Юстина хмурилась, а при упоминании о драконе и вовсе помрачнела.

- Сандрогар создал их первыми, они былибогами Призрачного, для которых не существовало границ. Жгли на Каларе города,посевы, жрали скот, но со временем люди нашли на них управу. Последнего убиливо время Десятилетней войны, демоны раскопали где-то сущего патриарха, весьмхом и кустами порос, да... Мы его тоже огнем сначала пробовали, а когда понялидурость свою, синие подключились, заморозили качественно, как ты вчера Дубня, атам баллисты с требушетами подоспели, раздолбили сердешного на кучу льдинок.

Юстина приосанилась, вспоминая о славномпрошлом, в глазах зажегся огонек, даже нос немного выпрямился, но тут груззабот в лице Амура напомнил о себе, и ведьма вновь нахмурилась.

- Не к добру сон, ох, не к добру... Еслидраконы появятся вновь, трудно будет с ними совладать. За века разленилисьсоратницы мои, магини, да и сколько их осталось?

- За века? - округлил глаза Амур. - Бабушка,а когда война-то была эта?

- Да годков двести назад. Или двести десять?Запамятовала что-то...

- Издеваетесь, да? В таком случае вы живетебольше двух веков!

- Ну да, правильно сосчитал, милок, совсем стараястала. Но еще годочков пятьдесят протяну, не беспокойся, - хитро прищуриласьведьма. - А ты, амур белокрылый, и пять веков выдюжишь, если раньше не прихлопнут.Во мне магия только плещется, а ты ею создан, как и виденный тобой дракон.Челюсть подбери со стола, касатик, и особливо не обольщайся - тебе бы доследующего утра дожить, и то счастье будет. Тот, кто вихрь этот создал - будьон неладен! - догадался, какая рыба попала в сеть, да выскочила. Ищет тебятеперь, морок кошмарный наводит, из леса выталкивает под небо открытое и таккаждую ночь будет, пока не свихнешься окончательно или не сбежишь из-под защитыдревней лесной магии Ар-Харона.

- Что же мне делать? - вопросил раздавленныйпоследним известием Амур. - Может пророчество есть про меня какое, ну там мирспасти, королем стать, кольцо отнести?

- Извини, - развела руками Юстина. – Как-тоне заготовили. Про амуров и помнят только такие, как я, осколки прошлого. Вы жев первый год войны все как один на битву с демонами ринулись, ангелы с мечами сияющими.Конечно, дали людям время подготовиться к вторжению Призрачного, изничтожилибольшую часть поганого воинства, но до старости ни один не дожил, толькокурганы в местах падения после себя и оставили, да... Загадка для меня твоёпоявление, что-то оно может и значит, но того я пока не ведаю.

- Бабушка, а пусть у нас остается, - предложилаАгнешка.

- Я бы рада, да не выдержит он, зло от негоне отступится. Слышала бы ты, как он ночью зубами скрежетал, да проклятьявыкрикивал. В лесу людей мало, а уж амуров и вовсе окромя него нет. Рано илипоздно знающая магиня разыщет, а уж то, что хозяйка вихря в колдовствесоображает, я не сомневаюсь.

- Может, мужик это, - буркнул Амур. -Некромант...

Юстина переглянулась с Агнешкой, и знахаркирассмеялись. Амур вскинулся - чего они?! Тут судьба его решается, а эти ржуткак кони, тьфу, лошади. Вытирая слезы, Юстина подлила ему чаю и опустилась настул.

- Насмешил, милок, порадовал бабушку! Да иоткуда тебе знать, ты же пришлый, хоть и амур целый. Не дали боги мужчинамспособностей к магии! Мечом махать, да на коне скакать - пожалуйста, самоегероическое занятие, а скукотищу с изучением текстов древних, да изменение себяв соответствии с ними Сандрогар нам оставил, женщинам слабым. Чтобы неотвлекать вас, значится, от свершений.

- Несправедливость какая, - сказал Амур, ужепередумав обижаться. - А я-то думал, смогу вещи всякие колдовские делать, огнемкидаться там. Ведь вы говорили, что я магией создан, значит, могу её подчинитьсебе?

- Мыслишь правильно, - кивнула Юстина. -Освоился быстро. Вот только иметь и уметь - это две разные вещи, как говорят вАнтарнелле. Вчера ты неплохо управлялся с мечом, ведь в тебя вложено знание срождения, но честно Дубня победить не смог, использовал оружие Призрачного.

- Он меня первый исподтишка пнул, а лук сампоявился!

- Это уже частности. Будь на твоем местелюбой мечник Королевской гвардии, он бы превратил моего стража в голое бревноза десять вздохов, я видела покойного зятя в деле. Мастерство владения мечомнельзя подарить, его надо прочувствовать телом, кожей, через пот и кровь - воттогда к тебе придет истинное понимание и умение. А сейчас ты знаешь множествоуверток и приемов, но применить их не сможешь, потому что не готов. Также и смагией, только тут длительность обучения растягивается на века. Мой родиздревле изучает огненную стихию по древним трактатам, девочки с малолетстваворожат заклинания, учатся входить в особое состояние духа, до тридцати летблюдут целомудрие, чтобы не потерять силу и только после века ежедневныхзанятий могут сказать: да, я кое-что умею. А ведь есть еще магия земли, воды,воздуха - каждую стихию можно подчинить себе, но не сразу, ох не сразу...

- Понятно... а как же я?

- Ты - амур, вместилище доброй магии, лучшееиз творений Сандрогара. Ты легко сплачиваешь вокруг себя людей, даешь им силы,за тобой с радостью пойдут даже на верную смерть. Светлые магини могут напрямуючерпать из тебя энергию для заклинаний, не прибегая к помощи родной стихии,темных же ты лишаешь их дара, просто находясь рядом. И самое главное - тебянельзя уничтожить магией, как и дракона нельзя убить пламенем.