Эгоистка

Я собрала партию за две недели. Забрала золото. И меньше чем через месяц официально внесла выкуп в казначейство, став свободной от кабалы.

И… в ту же ночь тихо сбежала из деревни в столицу. Я не хотела, чтобы Ксандер знал, куда я направляюсь. Сделка с совестью — это одно, но становиться личным, карманным артефактором для мафии я не собиралась. У меня на эту жизнь были совершенно другие, грандиозные планы. И я их осуществила.

Пока я ностальгировала, вода успела чуть остыть. Пора.

Хоть сегодня и мой день рождения, но бизнес сам себя не проконтролирует. Я быстро высушила волосы магией, переоделась в строгий, но безупречно сидящий брючный костюм из тончайшей серой шерсти и спустилась вниз.

Ксан уже сидел на пуфике в прихожей и обувал начищенные сапоги, а мой верный дворецкий невозмутимо помогал ему накинуть дорогой плащ. Послав мне воздушный поцелуй и хищную улыбку на прощание, контрабандист бесшумно выскользнул за дверь.

Хороший мальчик. Знает правила. Знает, что я органически не перевариваю все эти милые посиделки за совместным завтраком, сюсюканья и яичницу в постель.

У меня был свой утренний ритуал. Посидеть в гордом одиночестве, выпить обжигающий черный кофе, пролистать свежую маг-газету, пробежаться по сводкам биржи и насладиться абсолютной, звенящей тишиной моего дома.

Но сегодня на долгие рассиживания времени не было. Предстояла куча встреч.

Моя вышколенная прислуга читала меня без слов. На выходе из дома мне почтительно подали кофе в высоком стакане на вынос. Эти картонные стаканы со специальными не проливающимися крышками, к слову, тоже «придумала» я. Удивительно, но на всем огромном Шафране до меня знать не знали о концепции удобной одноразовой посуды. На одних только патентах на эти стаканчики и бумажные тарелки я сколотила свой первый миллион.

Мой экипаж доставил меня в центр столицы.

Офисное здание из темного стекла и камня целиком и полностью принадлежало мне — корпорации «Э.П. Технолоджи». И да, у меня был самый роскошный, самый высокотехнологичный кабинет на верхнем этаже с панорамным видом на шпили королевского дворца.

Я толкнула стеклянную дверь, вошла в кабинет, вдохнула запах дорогой кожи и свежих бумаг. Подошла к своему массивному столу из красного дерева.

Но не успела я даже опуститься в кресло, как дверь в кабинет не просто открылась — она с грохотом распахнулась настежь, ударившись о стену.

Я раздраженно сузила глаза.

На пороге моего святилища стоял человек, которого в свой день рождения, да и в принципе в любой другой день недели, я видеть не имела ни малейшего желания.

Высокий, затянутый в глухой черный мундир с серебряным шитьем, с идеальной военной выправкой и лицом, высеченным из камня. Правильный до зубовного скрежета. Человек, чьи принципы были тверже стали.

Генерал короны — Алексус Дивайн.

Он шагнул в кабинет, чеканя шаг, и холодные, пронзительно-серые глаза уперлись в меня.

— Мое почтение, несси Пине, — его голос прозвучал как удар хлыста, без единой капли извинения за вторжение. — Короне срочно нужна ваша помощь!

Глава 4

Я не сказала незваному гостю ни слова. Ни возмущения, ни приветствия. Сохраняя ледяное спокойствие, я плавно обошла свой массивный стол и опустилась в рабочее кресло из мягкой темной кожи.

Выдержав паузу, я вытянула руку, нажала на переговорную руну, вмонтированную в столешницу, и жестко, чеканя каждый слог, произнесла:

— Анаэль, ты уволена.

Только после этого я подняла глаза на замершего посреди кабинета генерала и вежливо, с легким кивком указала на кресло напротив:

— Проходите. Присаживайтесь, генерал.

Не успел он сделать и шага, как створки снова распахнулись. Не кабинет главы корпорации, а проходной двор какой-то!

В помещение влетела моя теперь уже бывшая секретарь. Заплаканная, растрепанная, она споткнулась и буквально рухнула на пол, отчаянно заламывая руки.

— Несси Пине! Молю вас, не увольняйте! — заголосила она на весь кабинет. — Нессер генерал даже не затормозил в приемной! Я не успела ему под ноги броситься! У меня семья, младшие братья… Молю вас!

Алексус Дивайн резко остановился, с легким недоумением глядя на рыдающую девушку у своих начищенных сапог, а затем перевел тяжелый взгляд серых глаз на меня.

— Погодите. Вы уволили девушку… из-за меня?

Я откинулась на спинку кресла и скрестила пальцы домиком.

— Не льстите себе, генерал. Я уволила ее исключительно за непрофессионализм.

Я перевела холодный взгляд на секретаршу.

— Работа секретаря заключается не только в том, чтобы варить сносный кофе мне и моим клиентам. Секретарь — это щит. Он должен стоять между мной и посетителем, контролируя мое время. Анаэль же, во-первых, — я загнула указательный палец, — не внесла вас в мое жесткое расписание.

Второй палец.

— Во-вторых, пропустила вас вне очереди, даже не попытавшись предупредить меня по руне связи о вашем вероломном вторжении.

Третий палец.

— И в-третьих. Вместо того чтобы взять себя в руки, извиниться и принести нам кофе, раз уж инцидент произошел, она заявилась в мой кабинет вся в слезах и соплях, устраивая дешевую драму перед посторонним.

Я посмотрела на девушку так, что она съежилась.

— Свободна, Анаэль.

Девушку как ветром сдуло. Она вскочила, подавив очередной всхлип, и вылетела за дверь.

Генерал Дивайн наконец опустился в гостевое кресло. Спину он держал так прямо, словно аршин проглотил.

— Вы очень строги к своим подчиненным, — задумчиво, с легким осуждением произнес он.

— Без этого империю не построить и бизнес не удержать, — парировала я. — Тем более женщине. И тем более — молодой. Стоит дать слабину, и тебя сожрут твои же конкуренты.

В этот момент дверь открылась снова.

Анаэль вошла бесшумно. На лице — ни единой слезинки, глаза сухие, подбородок гордо вздернут. Она подошла к столику и изящно, без единого лишнего звука расставила перед нами фарфоровые чашечки, налила дымящийся кофе. Даже руки у нее ни разу не дрогнули.

Выпрямившись, она идеально ровным, деловым тоном отрапортовала:

— Несси Пине, всех посетителей я сдвинула на пятнадцать минут. Нессер Григор, с которым у вас было назначено на данное время, уже отдыхает в VIP-зале, ему предложены напитки, и он ожидает вашего приглашения.

Я удовлетворенно кивнула. Вот, может же, когда захочет. Главное — правильная мотивация.

— Отлично. Можешь идти, — я махнула ей на выход.

Когда за ней закрылась дверь, я снова подняла глаза на генерала. Он смотрел на меня так внимательно и цепко, будто пытался прочитать мои мысли или разгадать сложный шифр.

— Вас бы к нам в армию, несси Пине, — совершенно серьезно выдал он. — Хотя бы на недельку. Порядок был бы идеальным.

Я лишь усмехнулась, поднося чашку к губам.

О, генерал. Это вы еще не видели, как я в своей прошлой, уже почти забытой земной жизни строила студентов на физмате. Вот там действительно было чем восхищаться. Тридцать оболтусов сидели по струнке и боялись вздохнуть без формулы. Армия Шафрана по сравнению с ними — детский сад.

Пару минут мы просто пили кофе. Молча.

И что было самым удивительным — эта повисшая в кабинете тишина рядом с этим невыносимо правильным, раздражающим мужчиной меня совершенно не напрягала. Она была… комфортной. Уверенной.

Вот с Ксаном мне всегда было напряжно молчать. Именно поэтому я терпеть не могла с ним завтракать. Мне для восстановления ресурса нужна была расслабляющая, пустая тишина. А с главой контрабандистов молчание ощущалось так, словно ты пьешь кофе, сидя босиком под высоковольтными проводами — вроде тихо, но воздух искрит от опасности и напряжения.

— Ну-с, несси Пине, перейдем к делу, — генерал со стуком поставил чашку на блюдце, разрушая идиллию.

Ну вот. Всё испортил.

— А я так искренне надеялась, что вы просто зашли ко мне попить кофе, — картинно вздохнула я.

И тут этот суровый солдафон… улыбнулся.

Я чуть кофе не поперхнулась. Мало того, что он вообще физически умеет растягивать губы в улыбке, так у него еще и обнаружились ямочки на щеках! У безжалостного генерала короля. Командующего армией. Ямочки!

Я откровенно подвисла, глядя на это чудо природы. И только через секунду до моего затуманенного ямочками мозга дошел смысл того, что он говорит своим глубоким голосом.

— …на благо короны от вас требуется предоставить для начала сто шаров телепортации.

Я моргнула.

— Простите… что?

Он чуть сдвинул брови, возвращая лицу привычную суровость.

— Я говорю: от «Э.П. Технолоджи» требуется в пользу короны предоставить для начала…

Он осекся и замер. Потому что я, прикусив губу, старательно пыталась сдержать рвущийся наружу смех. Получалось откровенно плохо. Плечи подрагивали.

— Почему вы смеетесь? — в его голосе звякнул металл.

— Простите, генерал, — я выдохнула, промокнув уголки губ салфеткой. — Я никак не хотела вас обидеть. Но вы с таким серьезным, пафосным лицом говорите: «Мы бы хотели купить у вас сто шаров телепорта за пять тысяч золотых», что я просто не сдержалась. У вас отличное чувство юмора. Еще раз извините.

Мужик изменился в лице. Выправка стала каменной.

— В смысле — за пять тысяч?! Вы обязаны предоставить их короне безвозмездно!

— Уважаемый генерал, — я мгновенно перестала улыбаться, подавшись вперед. — Я никому и ничего не обязана. И не забывайтесь. Вы сейчас не в своей казарме. Не надо надо мной нависать и пытаться повышать голос. Я — честный предприниматель. Я официально плачу налоги в казну и ничего не утаиваю. Хотите мои шары? Покупайте. Как все. В порядке живой очереди.

— Вы учились за счет короны! — рыкнул он.

— И я до последней медной монеты полностью выплатила свой долг за отработку.

— А за какие такие средства бедная студентка его выплатила?! — прищурился он.

Я медленно поднялась с кресла, опираясь руками о стол.

— А я, простите, сейчас нахожусь на допросе? — мой голос упал до опасного, ледяного шепота. — Генерал, на будущее. Записывайтесь на прием у моего секретаря. Я во встрече клиентам, которые хотят купить— это слово я выделила особо ярко — мои уникальные артефакты, никогда не отказываю. А теперь прошу меня извинить. Мой VIP-клиент и так уже заждался.

Дивайн медленно поднялся, возвышаясь надо мной.

— Вы меня выставляете?

— Что вы! — я мило, совершенно неискренне улыбнулась. — Всего лишь отправляю за деньгами. Вам же очень нужны телепорты?

Он развернулся на каблуках и зашагал к двери.

— Ссстерва, — отчетливо прошипел генерал себе под нос, берясь за ручку двери.

Но я услышала. И усмехнулась ему в спину.

Да, я такая. И мне это чертовски нравится. Удивительно, как на Земле я столько лет душила в себе себя настоящую. Столько лет предавала саму себя, стараясь быть удобной для мужа, для детей, для начальства. Больше — никогда.

Я снова нажала на руну на столе:

— Анаэль, приглашай нессера Григора.

Дальше день был сумасшедшим, насыщенным, прибыльным, но, к счастью, без эксцессов. За исключением одного маленького, но очень раздражающего нюанса.

У меня дико разболелась голова.

И это была странная боль. Не обычная мигрень от усталости. В какой-то момент кожа вдруг стала неприятно горячей, а сердце в груди гулко пропустило удар, словно в идеальном механизме моего тела произошел какой-то системный сбой. Мой прагматичный ум тут же списал эти спецэффекты на стресс от появления этого наглого, раздражающего генерала. Давление подскочило, не иначе!

Пришлось даже вызвать лекаря прямо в офис, в перерыве между приемами.

Меня осматривал нессер Потар. Да-да. Теперь у меня был лучший личный лекарь в столице, и я не забыла того самого старичка из академии, который когда-то проявил ко мне милосердие.

— Элла, — он покачал головой, убирая диагностический кристалл в саквояж. Он был одним из немногих в этом мире, кому строго-настрого разрешалось так со мной фамильярничать. — Ты слишком много работаешь. Твои телепорты — это абсолютное чудо. До тебя лучшие умы столетиями пытались их создать, но итог всегда был нулевой. Материя Шафрана слишком плотная, она просто не давала перемещаться. Но ты это сделала. И нет бы отдохнуть, насладиться триумфом — теперь-то ты можешь себе это позволить! — а ты продолжаешь пахать без продыха.

Он протянул мне кружку с дымящимся травяным сбором.

— Моя рекомендация как лекаря и как твоего старого друга — возьми отпуск. Ты это заслужила. А сейчас выпей этот чай. Полегчает. И… с днем рождения, малышка.

Я благодарно приняла кружку и тяжело вздохнула, вдыхая аромат мяты и чабреца.

Когда я, официально выкупив свою свободу у короны, сбежала под покровом ночи из той промозглой деревеньки (постаравшись, чтобы Ксандер ни за что не узнал, куда я направилась) и вернулась в столицу, меня ждал жестокий удар. Меня… обворовали.

Я до сих пор помню этот ледяной ужас: я стою посреди шумной столичной улицы и в шоке смотрю вслед убегающему мелкому оборванцу. А в руках у него — моя сумочка.

Нет, я не была беспечной идиоткой. Все основные накопления, которые я заработала на теневых заказах, конечно, уже лежали на моем банковском счету. Но та часть наличных средств, на которые я собиралась снять жилье на первое время, купить нормальную еду и одежду, исчезла в подворотне.

Я стояла в надвигающихся сумерках, а в глазах стояли злые слезы бессилия. Банк уже закрыт. Время — поздний вечер. Как мне быть? Куда идти в огромном чужом городе?

И тут раздалось неуверенное:

— Несси Пине? Девочка моя, это вы?

Я резко обернулась. Это был нессер Потар. Увидеть знакомое, доброе лицо вот так, случайно, посреди равнодушного города было таким потрясением, что я просто всхлипнула и позорно разрыдалась прямо у него на плече.

Эту ночь я провела в тепле, в гостях у старого лекаря. А на следующий день сходила в банк, сняла деньги и просто осталась снимать у лекаря пустующую комнату. Это было его искреннее предложение, и я не стала строить из себя гордячку. Правда, за постой он денег так и не взял. И вообще пригрозил, что выгонит меня на улицу, если я еще раз попытаюсь всучить ему золотые.

Тогда я решила помочь ему иначе. Тем, что умела делать гениально — артефактами.

Полноценный земной рентген-аппарат я, конечно, собрать на коленке не смогла, но вот небольшой рунный камень, который нужно было просто положить на больное место пациента, чтобы из него в воздух поднялась светящаяся проекция внутренних органов — это я осилила. Потар был в неописуемом восторге! Ведь до этого только маги-целители могли смотреть пациентов «внутренним зрением», а обычные лекари без магии работали вслепую.

Пришлось мое изобретение запатентовать. Но патент я оформила в равных долях на нас двоих. Все же нессер Потар был идейным вдохновителем и давал медицинскую базу.

И, кстати, именно тогда, живя у него в доме, мне пришла в голову сумасшедшая идея создать те самые шары телепортации, которые сегодня так нагло требовал генерал бесплатно.

Как родилась эта гениальная идея, перевернувшая мир? А очень просто и до боли банально! С порванных башмаков!

В те первые месяцы в столице мне приходилось очень много передвигаться пешком. Это сейчас богатые клиенты сами идут ко мне, обрывают руну связи, ждут в очередях… А в те времена я бегала по людям сама. Предлагала свои услуги, презентовала себя, доказывала, что я крутой спец.

Это было унизительное время. Но… безумно нужное.

Во-первых, когда ты никто, ты видишь истинное лицо людей, не прикрытое лживой лестью и желанием угодить миллиардерше.

Во-вторых, ты видишь, как они действительно живут, их быт и проблемы.

В-третьих, находясь на самом дне, ты четко понимаешь, что именно может им пригодиться.

И в-четвертых, это опыт. Бесценный опыт общения, развития и выживания.

Отсюда родился мой Урок номер три: Если хочешь действительно чего-то добиться — пройди этот путь своими ногами. Только тот бизнесмен по-настоящему хорош, кто знает всю кухню с самых низов.

Так вот — моя многострадальная обувь. Однажды туфли просто не выдержали моих амбиций и порвались. Ровно посреди огромного элитного района, где не было ни одной, мать ее, обувной лавки!

Я стояла, хромая на одну ногу, и в сердцах подумала: «Господи, вот будь у меня сейчас телепорт, чтобы просто шагнуть — и оказаться дома…»

Телепорт…

А действительно. Почему нет телепортов или порталов на магическом Шафране? Почему состоятельные люди с комфортом ездят на дорогущих маг-мобилях, а бедняки вроде меня сбивают ноги в кровь? Я же физик, я знаю, как работают кротовые норы!

Я моргнула, возвращаясь из воспоминаний в реальность своего роскошного кабинета. Что-то меня сегодня целый день ностальгия накрывает.

Я тепло улыбнулась и обняла старого лекаря, собирающего саквояж.

— Спасибо вам за всё. Обещаю, я обязательно отправлюсь в отпуск в ближайшее время!

Вечером, когда я наконец вернулась в свой особняк, за мной заехал Ксандер.

Он шагнул ко мне, одетый с иголочки, с той самой порочной ухмылкой, и по-хозяйски обнял за талию.

— Привет, малышка! Я знаю, что ты совершенно равнодушна к своему дню рождения… но собирайся. У меня для тебя сюрприз!

Глава 5

Ненавижу сюрпризы.

Жизненный опыт, знаете ли, приучил: где звучит это радостное слово, там жди беды. На Земле после первого и последнего «сюрприза» от бывшего мужа я забеременела. После сюрприза на День учителя от любимых студентов — еле отмыла профессиональную репутацию. А уж когда моя взрослая дочь ввалилась ко мне в квартиру без предупреждения, радостно щебеча «Сюрпри-и-из!», и оставила на выходные гиперактивную внучку… В общем, свежие обои в коридоре, которые я клеила с таким трудом, пали смертью храбрых под натиском фломастеров.

Но сейчас рядом со мной стоял Ксандер. Глава теневых контрабандистов. Ну где он, а где сюрпризы с шариками и бантиками? Ребенка он мне точно не заделает — мой любимый нессер Потар, дай бог ему здоровья, давно позаботился о надежных зельях-контрацептивах. Так что спорить я не стала. Лишь неуверенно улыбнулась, садясь на пассажирское сиденье его навороченного маг-мобиля, и мы с тихим шелестом шин понеслись по вечерним улицам столицы.

Остановились мы у монументального здания с колоннами. Музей магической истории Шафрана.

Я не поняла. Это и есть сюрприз? Ночная экскурсия?

Мы вышли из машины, и я с явным скепсисом посмотрела на Ксана.

— Минутку, — он хищно улыбнулся. — Надо переодеться, и пойдем.

Он сделал неуловимый пасс руками, и я впервые так близко увидела его магию Иллюзий в действии. Пространство дрогнуло, пошло рябью, как раскаленный асфальт в полдень. Пара секунд — и напротив меня вместо элегантного мафиози в дорогом костюме стоит щуплый парнишка. На нем был мешковатый комбинезон, подозрительно напоминающий костюм химзащиты, а в руках он сжимал странный громоздкий пульверизатор.

Я не выдержала и прыснула со смеху.

— Зря смеешься, — голос остался тем же, бархатным с хрипотцой, а в глазах мальчишки полыхнул знакомый дьявольский блеск. — Ты выглядишь не лучше.

Я опустила взгляд. М-да. На мне висел точно такой же бесформенный балахон грязного-желтого цвета, а на груди болтался бейдж какой-то санитарной службы.

— И зачем этот маскарад? — вздохнула я.

— Не спеши, малышка. Сейчас всё будет.

Мне всучили тяжелый потертый саквояж, и мы уверенно зашагали прямо к главному входу, где скучали двое охранников габаритов «шкаф дубовый, неотесанный».

Ксан, совершенно не смущаясь, вытащил из кармана какую-то ксиву, сунул её прямо в нос верзиле, поправил несуществующие очки на переносице и гордо задрал подбородок. В этом виде он казался таким нелепым заморышем, что мужики даже хохотнули.

— Травить прислали? За час управитесь? — пробасил тот, что посмешливее, брезгливо косясь на наши баллоны.

— Разумеется. Мы профессионалы, — пискляво, с идеальной интонацией задрота-клерка ответил Ксандер. — Но в левое крыло лучше никого не пускать. Вонять будет жутко. Реактив третьего класса токсичности.

Охранники синхронно поморщились и поспешно расступились.

Мы прошли внутрь. Ксандер двигался уверенно, словно по собственному дому, петляя по гулким мраморным коридорам. И вот мы вышли в Зал великих изобретений прошлого.

Мои глаза мгновенно загорелись. Я забыла про глупый костюм, про охрану, про время. Я видела только его.

Не останавливаясь, я рванула к стенду в самом центре зала. Ксандер неслышно подошел следом, лениво щелкнул пальцами, и толстое защитное стекло бесшумно отъехало в сторону. Никакого воя сирен. Никаких вспышек охранных рун. Понятия не имею, как он взломал контур, но это было восхитительно.

— Элла, я не знал, что подарить женщине, которая сама может купить всё, что захочет. Поэтому решил подарить тебе твою мечту, — тихо произнес он, встав у меня за спиной. — Я знаю, как ты хотела разобрать эту штуку. У тебя есть тридцать минут, потом те оболтусы на входе заподозрят неладное. Начинай.

Дважды просить меня было не надо!

То, что лежало передо мной на бархатной подушечке, местные историки обозвали «Древним артефактом неизвестного назначения». Его нашли на какой-то свалке. Включить не смогли, применить не сумели, и корона милостиво постановила: пусть лежит в музее, выглядит загадочно.

Но когда я впервые увидела этот экспонат год назад, я чуть не расплакалась от восторга. Это была недоработанная материнская плата! Настоящая! Только вместо кремния и текстолита — неизвестный кристаллический сплав, а вместо медных дорожек — тончайшая, ювелирная вязь магических проводников. Я была уверена на двести процентов: её пытался собрать Попаданец с Земли. Гениальный инженер, который хотел скрестить электронику и магию Шафрана, но почему-то не закончил работу.

Я тогда сразу загорелась идеей изучить её. Понять логику мастера, доработать. Но столкнулась с непробиваемой, жадной местной бюрократией. За одну только возможность «подержать артефакт в присутствии комиссии» мне зарядили такую сумму, на которую можно было купить небольшое графство. Заплатить я могла, но кормить оборзевших чиновников отказалась принципиально. Просто сделала себе в уме пометку: когда этим господам понадобятся мои артефакты, я умножу прайс на три.

И вот сейчас она передо мной. Моя прелесть.

Я сбросила дурацкие рукавицы, достала из саквояжа (там и правда оказались инструменты!) диафрагменные линзы и погрузилась в микроскопический мир кристаллических схем. Боже, как же изящно он пустил потоки маны в обход процессора…

Возможно, я действительно начну любить сюрпризы.

Я так глубоко ушла в структуру чужой магии, что пропустила момент, когда напряжение в воздухе резко скакнуло.

— Бросай! Пора уходить! — рявкнул над ухом Ксандер, хватая меня за плечо.

Я едва успела выхватить свои инструменты из корпуса платы, как двери в конце зала с грохотом распахнулись.

— Стоять! Именем Короны!

В зал вломился десяток охранников. И у каждого — о, ирония судьбы! — в руках хищно щелкали разрядами боевые артефакты. Мои шокеры. Те самые, на пятьдесят тысяч вольт, которые я когда-то сдавала как дипломную работу, а теперь они стояли на вооружении элитных подразделений.

— Бежим! — Ксан дернул меня за руку.

Над нашими головами с оглушительным треском пронеслась шаровая молния. Бабах! Кусок мраморной статуи какого-то древнего короля разлетелся в крошку ровно там, где секунду назад была моя голова.

— Неплохая кучность! — истерично крикнула я, перепрыгивая через обломки. — Сама калибровала!

— Горжусь тобой, дорогая, но давай обсудим это снаружи! — рыкнул Ксан.

Начался кромешный ад.

Мы неслись по анфиладам залов. Охранники не отставали, лупя из шокеров так, что воздух пропах озоном и паленой проводкой. Синие дуги электричества с шипением впивались в стены, оставляя черные подпалины.

В какой-то момент путь нам преградила кованая решетка. Охрана радостно завопила, предвкушая добычу, но Ксандер, не сбавляя шага, резко крутнул кистью. Пространство перед нами исказилось, решетка расплылась иллюзией, и мы проскочили прямо сквозь стену. В следующую секунду я услышала, как сзади преследователи со всего маху впечатались в настоящий камень, который Ксан заботливо подставил на место прохода. Мат стоял трехэтажный.

Мы выскочили через боковую дверь на улицу. Ночная прохлада ударила в лицо, но радоваться было рано: по двору уже бежали подкрепления с фонарями.

Ксандер в долю секунды оценил обстановку, сгреб меня в охапку и буквально зашвырнул в густую тень раскидистого дерева у забора.

— Не шевелись, — его губы коснулись моего уха, дыхание было горячим и частым. — Тогда не увидят.

Я вжалась спиной в ствол, чувствуя, как Ксандер прижимает меня к себе, накрывая своим телом. Вокруг нас вдруг стало… подозрительно темно. Как будто тени сплелись в плотный кокон.