Повелитель ветра

Я сорвался с места и помчался в спальню девушки. Нельзя допустить ее смерти…

Ольмира

Голова раскалывалась на части, каждый вдох давался с трудом, но само то, что я дышала радовало. Я свернулась калачиком в крепости из подушек, пытаясь укрыться от боли.

– Жива, – прошептала я, еле слышно, словно боялась спугнуть хрупкое чудо своего пробуждения. Голос прозвучал тихо и не естественно.

Попытка перевернуться обернулась провалом – что-то крепко держало меня, не отпуская. Я ощутила тепло чужой руки, сжимавшей мою ладонь.

С трудом приподняв голову, я широко раскрыла глаза, что принесло укол боли. О боги, Викториан! Он был здесь, в моей постели.

Он лежал поверх одеяла, одетый, но на его лице отображалась усталость. Камзол валялся на полу, словно его откинули в сторону за ненужностью, а рубашка была расстегнута до середины груди, обнажая идеальную кожу. Но главное – он держал мою руку в своих, словно она была самым драгоценным сокровищем, и безмятежно спал.

Непреодолимое желание коснуться его волос охватило меня, словно невидимая волна. Я замерла, зачарованная его видом. Строгие черты лица, обычно такие надменные, сейчас казались мягкими, почти нежными. Длинные, пушистые ресницы чуть подрагивали, а уголки губ были приподняты в легкой, загадочной улыбке, будто он видел во сне что-то прекрасное. Освободив вторую руку, я осторожно протянула ее и начала выводить невесомые узоры на его коже. Мой нежный рисунок полз от запястья к локтю, оставляя за собой след из мурашек и искорок магии.

– Ты гладишь меня… в своей кровати, Ольмира? – он открыл глаза, но не отдернул руки, словно завороженный глядя на мой палец застывший на его запястье..

– Простите… – мой голос был слаб, чуть охрипший. – Я проснулась, а вы… Вы держите меня за руку. Просто… не могла высвободить.

– Мне приятно, мисс Мира, – проговорил он, начиная разжимать ладони.

И вдруг, словно против моей воли, во мне вспыхнуло странное, неясное желание – чтобы он не отнимал своей руки. Впервые в жизни я ощутила такое спокойствие. Сон, в котором нет места страху, нет ожидания надвигающейся беды. И даже если придёт он… этот зверь который пытался убить меня, я точно знала он не даст причинить мне боль.

Я вздохнула и, подчиняясь разуму, отпустила его руку.

– Мисс… Боюсь, я склонен думать, что вас не слишком смущает моё присутствие в вашей кровати – улыбнулся он, какой-то мальчишеской улыбкой.

Мои щёки вспыхнули предательским румянцем.

Он поднялся с кровати, подхватил лежащий на полу камзол и направился к двери.

– Я зайду позже. Опасности для жизни больше нет. Дальше ты можешь восстановиться сама. Только просьба… не вставай с постели и держи поближе оповещатель.

Дверь тихо прикрылась, оставив меня наедине со смутным волнением и ускользающим теплом чужих ладоней.

Я лежала на кровати, раскинув руки, словно подбитая птица, и тщетно пыталась выудить из сумрака памяти хоть обрывок прошлой ночи… или позапрошлой? Сколько времени я пробыла в беспамятстве?

Герцог настоятельно просил не вставать, но тело молило о движении, мышцы ныли от затекания. Я решила, что добраться до ванной комнаты – задача вполне выполнимая. Сползла с кровати, ощущая легкое головокружение, словно мир вокруг колыхался. Держась за стену, словно утопающий за спасительную доску, я все же дошла. Привела себя в порядок, переоделась и уже собиралась вернуться в плен мягких подушек, когда желудок взбунтовался, напоминая о бренности бытия и необходимости подкрепиться. Вернувшись в постель, я, как прилежная ученица, нажала на кнопку вызова, намереваясь заодно выяснить у Силь, сколько я пробыла в забытьи и, самое главное, сколько времени из этого промежутка со мной провел герцог.

– Можно войти? – за дверью замаячила незнакомая фигура.

– Входи, а где Силь? – приподняла я голову в непонимании почему мне заменили горничную.

– Она сейчас не может, пока с вами буду я, – девушка склонила голову в уклончивом поклоне.

– Так! Ты что-то недоговариваешь. Она приставлена служить мне, и не может быть занята в тот момент, когда я ее зову. Где она? – я села на кровати, скрестив руки на груди, глядя исподлобья.

– Я позову Гальеру, – пролепетала она и, развернувшись, вылетела из комнаты.

Я откинулась на подушки, устремив взгляд в безмолвный потолок, гадая, что же произошло, пока я была отрезана от реальности.

Гальера вошла без стука, словно тень, скользящая по полуденному солнцу.

– Добрый день, мисс Мира, – промурлыкала она, склонив голову в издевательском подобии приветствия.

– Где моя горничная, мисс? – Тон мой, еще недавно робкий, теперь звенел неприкрытым требованием. Я больше не намерена была играть роль смиренной горничной боящейся своей надзирательницы.

– Она сейчас занята другими делами – отрезала та не глядя на меня.

– Какими именно? – Я вцепилась в этот ответ, как утопающий в соломинку. Интуиция шептала о неладном, о том, что исчезновение Силь – не с проста и мне явно не хотят об этом говорить.

– Об этом вам расскажет герцог лично, когда освободится. Или его вы тоже собираетесь срочно требовать к себе в покои? – Гальера картинно вскинула бровь, скрестив руки на груди, словно статуя надменности.

– Нет, я подожду – бросила я отвернувшись к окну как ребенок которому не дали его игрушку.

У меня не было другого выхода. Вызывать герцога к себе – это было бы слишком даже для меня.

– Ваш обед сейчас подадут – с легким поклоном она грациозно удалилась, оставив меня наедине с растущим чувством тревоги.

Куда запропастилась Силь? Неужели у горничной нашлись дела важнее, чем явиться по зову подопечной? Не верю. Сердце предчувствовало беду…

Позавтракав в постели, я почувствовала непреодолимое желание подняться. Хватит валяться.

Спустив ноги с кровати, я подошла к окну. Двор кишмя кишел солдатами под предводительством герцога. Они рыскали повсюду, заглядывая под каждый куст и камень. Что они ищут? Сам герцог парил над башнями замка, внимательно осматривая окрестности. Я зачарованно смотрела на него. В полете он был особенно прекрасен. Сила ветра, стихия, которую невозможно покорить, беспрекословно повиновалась ему. Он управлял ураганом, способным в мгновение ока сравнять с землей все на своем пути.

Маленькие вихри срывались с его рук и танцевали по периметру, шевеля сонными ветвями деревьев и поднимая в воздух первые горстки снега, укрывшего землю. Если там что-то и пряталось, он непременно это найдет. Я обняла себя за плечи, завороженная одиноким кленовым листом, выписывавшим пируэты в воздухе прямо перед моим окном. Он словно танцевал для меня.

– Кажется, я просил тебя не вставать с кровати, Ольмира, – плед нежно лег на мои плечи.

– Простите, просто… зрелище слишком завораживающее – указала я на листочек.

– Ты права, – он протянул руку, и к первому листочку присоединились еще два. Они кружились в вальсе, словно под невидимую музыку.

– Я не услышала, как вы вошли – не отводила я от них глаз

– Я – ветер, а ты нарушила мою просьбу, – он сложил руки на груди.

Решив не спорить, я направилась к кровати.

– Герцог, – робко начала я.

– Викториан – вновь поправил меня он с улыбкой.

– Викториан, сегодня ко мне не приходит Силь. Где она?

Он прошелся по комнате и присел на самый край кровати.

– Мира, она не может сейчас прислуживать тебе, – произнес он с горечью отвернувшись к окну.

– Что случилось? – не унималась я, подаваясь вперед.

– Она в госпитале.

– Что с ней?

– Это долгая история. Я расскажу тебе ее вечером за ужином. Сейчас мне нужно идти, – он резко встал и ушел. Сбежал. Просто взял и сбежал.

Дверь бесшумно закрылась, оставив меня наедине с тревожной тишиной. Я машинально взяла книгу, но слова расплывались перед глазами, словно призрачные тени. Читала одну и ту же страницу в третий раз, и ни одна строка не задерживалась в памяти. Неужели с Силь что-то случилось? Нужно срочно рассказать Викторианту о том, что я видела вчера в саду. Но он ушел рано утром и вернется только вечером.

До вечера я металась по кровати, как зверь в клетке, неотрывно глядя на часы. Казалось, сумерки никогда не наступят. Песок в песочных часах словно застыл, неподвижный и упорный. Я гипнотизировала его взглядом целую вечность, но время тянулось мучительно медленно, по одной песчинке.

Нажала на кнопку вызова и вскоре появилась Крис, новая горничная. Она помогла мне облачиться в домашнее платье к ужину и искусно заплела волосы.

– Герцог распорядился подать ужин в ваши покои, госпожа.

– Хорошо, а когда? – терпение иссякало. Мне нужно было срочно с ним поговорить.

– Через три часа.

– О, боги, так долго – выдохнула я с тоской.

– Вы голодны? Я могу принести вам полдник.

– Нет, дело в другом– я проводила Крис и тяжело опустилась в кресло.

За окном, несмотря на подступающие сумерки, еще цеплялся свет дня. Я смотрела на сад, опустевший и затихший под первым снегом. Легкие снежинки, словно танцевали, кружились в воздухе и мягко ложились на пожухлую листву, укрывая ее хрупким белым покрывалом.

В дверь постучали.

– Мисс Мира, лорд Викентрон просит вас пройти в его кабинет, – Крис нетерпеливо переминалась с ноги на ногу как будто боясь моего отказа.

– Идем, – я резко встала с кресла и направилась к двери.

Он стоял у окна, устремив взгляд в заснеженную горную даль, где зима давно вступила в свои права.

– Присаживайся, нам нужно поговорить, – его голос был глухим и тревожным.

– Да, Викторан, – я села в кресло напротив его массивного стола, чувствуя, как волнение холодной волной разливается по телу.

– На утро после нападения на тебя твою подругу Силь нашли в вашей комнате… Она опустошена, Мира. Но, есть одно обстоятельство. Это сделано не до конца. Как будто в ней еще тлеют какие-то искры, какие-то эмоции, но они словно заперты, недоступны – он говорил не поворачиваясь ко мне, словно не хотел чтобы я увидела его лица.

Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Силь… единственный родной человек в этом мире. Воспоминания о саде, обжигающие, как раскаленное железо, вспыхнули в памяти. Тогда, ослепленная злостью и страхом, я приняла ее за предателя, но даже в самом страшном сне не желала ей такой участи.

– Я могу увидеть ее?– всхлипывала я опустив голову вниз, чтобы он не видел моих слез.

– Завтра я отведу тебя к ней – ответили мне сухим тоном в котором не было даже намека на сочувствие.

– Почему не сегодня? – подняла я на него глаза полные слез.

– –Сегодня ты еще слаба, и нам многое предстоит обсудить. Может быть, ты хочешь мне что-нибудь рассказать? – Он присел на край массивного стола, и тень от лампы странно исказила его лицо.

Я жаждала этого целый день, каждая клеточка моего тела кричала о необходимости выплеснуть все, что терзало душу. Сейчас, когда речь уже идет не только обо мне, выхода не оставалось. Он должен знать все, чтобы помочь Силь. Я верила, что только Викториан сможет ее спасти.

Я рассказала ему все, что произошло в тот день когда он отбыл на Рубеж. Начала с сада, где точно было двое и я уверена в этом. Потом про пожар в столовой и закончила кошмаром подвала, где он меня и спас.

Меня не перебивали. Ни единого вопроса, лишь внимательный, пронзительный взгляд, словно вытягивающий из меня подробности произошедшего.

– Теперь вы все знаете. Это поможет вернуть Силь? – откинулась я на спинку кресла.

– Не уверен. Мне нужно кое-что проверить, – произнес он, поднимаясь со стола.

– Веньер, срочно ко мне- рыкнул он в оповещатель.

Спустя мгновение начальник стражи замка предстал перед герцогом.

– Что ты видел в саду, когда позавчера встретил мисс Миру? – начал он незамедлительно как только тот остановился перед ним.

– Ничего, герцог. Я лишь присматривал за ней, и ничего подозрительного не заметил, кроме того, что ваша подопечная около часа простояла в еловых кустах.

– Час! – Герцог обернулся ко мне, вскинув бровь.

– Я ждала, когда тот другой выйдет из беседки – оправдалась я , не понятно зачем.

– Кого ты видел в саду, Веньер?– с нажимом произнес Викториан.

– Никого. Там была только мисс Ольмира – произнес он совершенно спокойным тоном.

– Что ты несешь? Ты просто не мог не видеть Силь, она выбежала из беседки в сторону замка минут на двадцать раньше меня, – я вскочила с кресла, прожигая его взглядом.

– Герцог, клянусь честью, я никого не видел в саду, кроме мисс Ольмиры – повернулся он к Викториану.

– С какого момента вы следили за мной? – Я была уверена, что он лжет, и меня это выводило из себя.

– С того, как вы вышли из замка и направились на прогулку.

– И не видел девушку, выбежавшую из беседки в сторону замка?– напирала я.

– Нет, я стоял на дорожке за деревом все то время, пока вы сидели в кустах, и никого не видел.

– И не слышал? – я подошла к нему почти вплотную, испепеляя взглядом.

– Нет.

– Да он же врет! – я ткнула пальцем в Веньера, едва не крича на герцога.

– Мира! Успокойся! Если бы он лгал, я бы это почувствовал, – Викториан, казалось, был на его стороне.

– Но я же слышала их и видела Силь! А в кустах я ждала того второго, с кем она разговаривала, но так и не дождалась и ушла.

– Веньер, ты можешь идти. Ольмира, присядь, пожалуйста – скомандовал Викентрон не глядя на нас.

Но меня было уже не остановить, я металась по кабинету, от стены к стене, и вся кипела от ярости. "Он не видел?!" Как он посмел?! Да я в здравом уме, в конце концов! Или, может, все остальное – тоже плод моего воображения? Злость обжигала кончики пальцев, казалось, от меня вот-вот полетят искры, и я не знала, куда деть этот всепоглощающий гнев. Хотелось крушить все вокруг, а еще лучше а точнее метать молнии в прямом смысле слова.

– Спокойно, ты сейчас и замок спалишь, – Викториан перехватил меня, сжимая мои руки в своих ладонях, пытаясь удержать магию пляшущею на кончиках пальцев.

Я не унималась, яростно дергала руками, пытаясь вырваться из его железной хватки. Но куда там – против Повелителя Ветра и Защитника Рубежа у меня нет шансов.

– Хватит! – рявкнул он, обхватив меня за плечи и крепко прижав к себе.

– Отпустите! – я билась в его руках, словно пойманная птица, отчаянно хлопая крыльями.

Искры, резкий свет и снова герцог снес книжный шкаф только уже в своем кабинете.

– Мира, успокойся, – прорычал он, поднимаясь с пола и отряхивая брюки.

– Ой, простите, – жалко пискнула я, чувствуя, как гнев отступает, сменяясь страхом.

– Нет, в этот раз не прощу. Недоучка, ты мне обещала прочитать книгу от корки до корки! И где результат? Ты ничего не усвоила. Видимо, мне самому придётся заняться твоим образованием

Он обернулся к стеллажу, и среди хаоса книг, низвергнутых на пол, выудил из пестрой кучи фолиант в пожелтевшем от времени переплете.

И раскрыв ее как всегда на нужной странице, начал читать в слух:

« В первую очередь маги должны уметь контролировать свои эмоции и не при каких обстоятельствах не допускать произвольного выброса силы».

– Ольмира, когда гнев пылает в тебе, не допускай искр! Рано или поздно это обернется катастрофой, – предупредил он, и казалось, что сейчас искры вот-вот вспыхнут уже у самого повелителя ветра. Но в его случае он просто снесет ураганом пол дома.И виновата в этом буду я.

– Простите, я не нарочно… Просто вы мне не верите, а ему – поверили, – прошептала я, потупив взгляд и углубившись в изучение замысловатого узора ковра.

– Я тебе верю, но не мог раскрыть Веньеру свои сомнения. Если он замешан в этом грязном деле, нельзя давать ему ни малейшего намека на наши подозрения.

Я вздохнула. Какая же я еще глупая! Без герцога я точно наломаю дров: и подругу не спасу, и сама сгину.

– Простите. Такого больше не повторится – признала я свою глупость.

– Ты можешь говорить мне все, что считаешь нужным, – тихо произнес повелитель, кончиком пальца приподнимая мой подбородок. Его взгляд пронзил меня насквозь.

Я растерялась, дыхание перехватило от его близости. В его глазах цвета штормового моря плескалась усталость, и они, не мигая, впились в меня.

Во рту пересохло, я не могла выдавить из себя ни звука. Наконец, словно очнувшись, он отпустил мое лицо и отступил на шаг назад.

– Прости, Мира, я был не прав, что вывел тебя из себя. Впредь постараюсь быть бережнее к твоим чувствам.И не допускать вспышек магии – отошел он еще на пару шагов как будто боялся что непроизвольно снова окажется рядом со мной.

– Что вы искали днем во дворе? – я решила сменить тему.

– Магические следы. Убийца мог оставить их где угодно, тем более, учитывая твоего ночного похитителя, мы вообще не понимаем, с чем имеем дело. Мне удалось тебя спасти, но он ушел через портал. Защита моего замка не позволяет перемещения порталами, мы слишком близко к рубежу, и магические всплески могут повлиять на защиту. Тот, кто открыл портал, либо невероятно сильный маг, либо безумец, раз готов так рисковать своей жизнью. Ведь защита замка могла уничтожить его в любой момент. Либо он открыл портал из замка и все еще находится внутри.

– Сильнее вас? – Неужели есть кто-то сильнее Викториа?

– Моя сила – управление стихией. Магия в моей жизни лишь дополнение, которое позволяет мне точнее управлять воздухом и его потоками, даёт регенерацию, помогает защитить себя.

– А тот, кто открыл портал, может быть без силы стихий?

– Совершенно верно. Он скорее сильный маг, нежели стихийник.

– А я кто?– почему вопрос вырвался сам собой.

– А ты можешь стать великим стихийником. Дар молний – самый редкий среди стихий. Слишком много критериев для появления мага с таким даром.

– Но пока я недоучка, которая в очередной раз чуть не спалила ваш замок, – вздохнула я.

Он взял меня на плечи

– Не расстраивайся, Мира, мы все исправим. Я научу тебя контролировать свою силу, но сначала нам нужно решить проблему с тем, кто пытается тебя убить. Убил герцогиню, как мне кажется, он же.

– Вам не кажется, что способы слишком разные для одного убийцы? На герцогиню Креинфер напали через открытое окно, а на меня – в подвале. То есть, нападавший не умел летать, но очень хорошо ориентировался в темноте, а еще он шипел. В комнате герцогини я не слышала шипения и не видела синего огонька, который всегда сопровождал моего обидчика, кроме первого раза.

– Что значит "первого раза"? В первый раз он как раз вел вас на лестницу, или нет? – снова вздохнул он явно понимая что поймал меня на чем-то.

– Нет, это был не первый – я вздохнула ругая себя, как же могла забыть рассказать ему.

– А когда был первый? – снова спросил он не отпуская моих плеч.

– Когда приехали ваши гости… – я рассказала ему все про ту ночь и мою первую встречу с этим существом.

– Но вы говорите, что тогда вас схватили руки, а я видел щупальца, – он потер подбородок явно пытаясь сопоставить услышанное со своими мыслями.

– Я не видела, что это было, но мне показалось, что именно руки держали меня за плечи.

– Нам нужно позвать магилуса Стилмана. Он прибыл вместе с герцогиней и Фредом.

– Точно, гостей же было трое, – стукнула я себя ладонью по лбу.

– Да, но магилус за эту неделю ни разу не вышел из моей лаборатории. Он отшельник, ему чужды наши проблемы.

– Мы можем с ним поговорить? – воодушевилась я , не ясно чему.

– О чем? – посмотрели на меня с недоверием

– Не знаю, я еще не решила – ответила я ровно то что было в голове. И явно ошиблась с ответом.

– Ольмира, я пойду к нему один – кивнул он отпустив мои плечи и развернув меня в сторону двери.

– Хорошо, герцог, – надула я щеки, как будто он отобрал у меня игрушку и сделала шаг вперед.

– Не дуйся, я все тебе расскажу, – он взял меня за плечи и повел к двери.

– Вы правы, пора спать.

– Ты еще не выздоровела до конца, спокойной ночи. Веньер проводит тебя. И постарайся не показать ему своих сомнений пока я не выясню почему он врет.

– Хорошо – пробубнила, потому, что желание придушить начальника стражи было почти непреодолимым.

Приготовления ко сну не заняли много времени и сил которых к вечеру не осталось. Я юркнула под одеяло, словно норный зверёк, и сразу же провалилась в темноту.

Проснувшись по среди ночи без видимых на то причин я села на кровати. Комната была окутана густым, непроглядным мраком. Ни звука, ни дуновения ветерка. Странно… учитывая что кошмары сегодня меня не мучили.

Не находя ответа, я спустила ноги на пол. За окном кружился снег. Каждая снежинка была словно отдельный танцор в безмолвном вальсе. Незаметно для себя я начала напевать тихую колыбельную, всплывшую из самых глубин памяти. Возможно, когда-то давно её пела мне мама. Если, конечно, она у меня была. В приюте колыбельных не пели. Там просто гасили свет и командовали спать. Нарушителей отправляли ночевать в холл, а там всегда было жутко и холодно.

В ванной комнате послышался шорох. Неужели убийца снова пришел за мной? Я притихла, прислушиваясь к звуку. Но он как будто затаился понимая, что его услышали. Постояв еще несколько мгновений я приняла решения все таки посмотреть, кто мой гость.

На цыпочках, словно тень, я подкралась к двери ванной. Оттуда доносился едва слышный шорох, а из-под щели пробивался призрачный, синий свет.

"Ага, кажется, знаю, кто там прячется," – промелькнуло в голове.

– А ну, стоять! – рявкнула я, молниеносно распахнув дверь и хлопнув в ладоши, чтобы зажечь магические светильники.

Синий огонек, стремительно вырвался из шкафа с полотенцами и устремился к окну.

«Нет уж, на этот раз не уйдешь! – пронеслось у меня в голове. – Я покажу тебя Викториану, чтобы он перестал считать тебя плодом моего воображения.»

Он метался по ванной комнате, словно пойманный в клетку мотылек, а я преследовала его, тщетно пытаясь поймать. Пару раз мои пальцы почти коснулись его мерцающего тельца. Значит, светлячок материален, и его действительно можно поймать. Но чем?

Внезапно меня осенило: банка! Вытряхнув из огромной стеклянной емкости все благоухающие соли для ванны, я притаилась за бортиком бассейна. Выждав момент, когда синий огонек завис пониже, я бросилась на него.

С оглушительным криком я рухнула в бассейн. Банка выскользнула из рук и покатилась по скользкой чаше. По пути я нечаянно задела стопку мягких полотенец и шелковых халатов, и они обрушились на меня лавиной. Но главное – он в банке! Я успела поймать ее и даже захлопнуть крышку.

– Ага, попался! – торжествующе воскликнула я, водрузив банку над головой, сидя в ворохе шелковых халатов.

– Мисс Мира, не стоит так сильно трясти фамильяра, это живое существо, – Викториан стоял в дверном проеме, облаченный лишь в пижаму, подпирая косяк плечом.

– Ой, вышло громко, да? – я одарила его самой невинной из своих улыбок.

– Ну, не то чтобы очень, слышно было всего на три этажа… хотя на третьем всё равно никто не живет.

– Простите, просто я увидела, его и решила поймать чтобы показать вам. – я бережно подняла банку, стараясь не потревожить ее хрупкого обитателя.

– Вы сами выберетесь или вам помочь? – улыбнулся он не сходя с места.

Я водрузила банку на край бассейна и принялась высвобождаться из цепких объятий полотенец и халатов. Упрямо не желая отпускать, они словно пытались удержать меня. В итоге я решила облачиться в один из халатов, ведь предстать перед герцогом в одной ночной сорочке, пусть и достигавшей пола, было бы не совсем уместно. Викториан все это время молча наблюдал за мной, прислонившись к дверному косяку.

Оправив сползающий халат, я протянула банку герцогу:

– Вот, смотрите, я его поймала!– подошла я к Викторану

– Умница моя, – он принял банку и небрежно потрепал меня по голове. – Так-так-так, кто тут у нас? Элим! Разве тебе можно покидать пределы библиотеки? Как ты тут оказался, дружок?

На вопрос герцога фамильяр, казалось, отвечать не собирался. В целях самосохранения он принял форму невзрачной коробочки и демонстративно захлопнул крышку.

Я тихонько хихикнула.

– Вы сговорились?! – Викториан метал громы и молнии, переводя взгляд с меня на банку.

– Да мы вообще не знакомы! Как мы могли сговориться? Я за ним полчаса по всей ванной гонялась! И вообще, это он привел меня к чудовищу, если вы забыли!

Элим немедленно превратился в нежный цветок.

– Малыш, это ты мне? – лепестки раскрылись еще шире.

– Спасибо! Очень приятно, – промурлыкала я.

– Его нужно отпустить. Он все равно никуда не денется, дальше замка точно не сбежит – скомандовал Викториан глядя на нас обоих.

– Чтобы потом снова ловить? Нет уж, пусть посидит и подумает, как рыться в моих вещах и вести меня навстречу верной смерти – уперла я руки в бока.

Цветок поник и начал осыпаться.

– Он прав, Мира. Его нельзя держать в банке, он там погибнет. Здесь нет магии, ему нечем питаться – объяснили мне как ребенку который не хотел расставаться с игрушкой.