Отвергнутые королевы

Костер разожгли в тот же день (бояре, знавшие и боявшиеся своего князя, решили не откладывать расправы). Мучений возлюбленной Осмомысл не увидел, но страшные вопли Настаски донеслись до его узилища, и могучий галицкий князь, «подпиравший железными полками горы», был совершенно раздавлен горем. Оно усилилось, когда бояре заставили Осмомысла прилюдно целовать крест на том, что он помирится с супругой. Князь умел проигрывать и понимал, что пока он находится в заключении, может пострадать сын Олег. Поэтому он поклялся, что впредь будет жить с Ольгой Юрьевной, как муж с женой – «яко имети княгиню вправду».

Княгиня вернулась в Галич победительницей, и примирение княжеской четы было зафиксировано в летописях как «и тако уладившеся». Ольга Юрьевна могла ликовать, но тень сожженной Настаски стояла между супругами, и ее пепел стучал в сердце Осмомысла. В трагедии князь винил жену, которая стала ему еще ненавистней, чем прежде. Примирения не получилось, и уже на следующий год княгиня с сыном Владимиром вновь бежала от мужа, правда, не за границу, а в Луцк к Волынскому князю Ярославу Изяславичу. Но Осмомысл, не забывший, чем закончился прошлый отъезд княгини, договорился о выдаче беглецов.

Теперь князь не скрывал своей враждебности к мятежным членам семейства. Он добился развода, а Ольга Юрьевна нашла убежище у своего брата Андрея Боголюбского. Она не нашла покоя и там. Андрей Боголюбский был убит, и бывшей галицкой княгине пришлось переехать во Владимир Суздальский к другому своему брату Всеволоду Большое Гнездо. Его жена осетинская княжна Мария давала приют многим изгнанникам и оказала теплый прием золовке. Во Владимире Ольга Юрьевна ушла в монастырь, приняв иноческое имя Евфросинии.Ее сын Владимир также был вынужден скитаться. С отцом он не поладил, и тот выгнал его из княжества. Портить отношения с могущественным галицким владыкой никто из русских князей не хотел, и Владимир Ярославич, получивший прозвище «Ходыня», бродил по Руси, пока не получил приют в Путивле у сестры Евфросинии Ярославны.

Ее муж князь Игорь Северский будущий герой «Слова о полку Игореве» встретил шурина радушно, два года с честью продержал у себя, а затем примирил с отцом, который разрешил ему вернуться в Галич. Но отношения между Осмомыслом и законным отпрыском так и не наладились. Князь не любил старшего ленивого и неумного сына, явно отдавая предпочтение Настасьичу. Оставлять Владимиру процветающий Галич он не захотел, и, умирая, объявил, свою последнюю волю, по которой галицкое княжество отдавалось Олегу. Духовенство и бояре не решились спорить у смертного одра и целовали крест на верность Настасьичу. Но не успел Осмомысл испустить дух, как присяга была нарушена. Для знати управляемый, легкомысленный Владимир был удобнее, чем умный Настасьич. К тому же часть бояр участвовала в сожжении Анастасии, и не без основания опасалась мести со стороны ее сына. Поэтому Олега бояре изгнали из Галича, а затем дабы не рисковать, оставляя в живыхопасного претендента на престол, отравили. Вскоре им пришлось раскаяться в содеянном.Владимир оправдал ожидания бояр в том, что совершенно не занимался управлением княжества, но в остальном пороки нового галицкого князя превысили это сомнительное достоинство. Князь целыми днями пьянствовал и предавался разврату*.

* Дурная репутация Владимира Галицкого сохранилась на века. В известной опере А.П. Бородина «Князь Игорь», он представлен в образе совершенно распущенного и беспутного малого.

Семейная жизнь Владимира не задалась. Семнадцатилетним его женили на Болеславе, дочери киевского князя Рюрика, и этот династический союз был также неудачен, как брак самого Осмомысла. Болеславу Владимир бросил, сошелся с некоей галицкой попадьей, которую увел у мужа и прижил с ней двоих сыновей. Связь с замужней попадьей была незаконной вдвойне и возмутила галичан. Владимир же совершенно распустился. Он стал бесчестить всех понравившихся ему женщин, посягал на боярских жен и дочерей, не делая исключений даже для семей заговорщиков, которые возвели его на престол. «Где улюбив (облюбовав) жену или чью дочерь, поимашеть насильем», – сетовал летописец. Ему вторил хронист из Польши, на которую совершал набеги Владимир: «Когда-то он неожиданно нападал с разбойниками на земли Казимировы и, похитив жен у знатных (мужей), увозил их по праву добычи в далекие края варваров. Я молчу о погубленных цветах девственности, многие из которых еще не успели созреть. Не говорю о попранной добродетели матрон, об оскверненных святилищах…».

Терпение галичан лопнуло, и в 1188 году отцы и мужья обесчещенных Владимиром женщин, собрав войско, захватили Галич. Убивать князя не решались, и дабы «прогнати» его пошли на хитрость. Владимиру было отправлено посольство, которое предложило выдать на расправу попадью и взять себе достойную женщину в супруги (Болеслава к этому времени либо умерла, либо постриглась в монахини). Память о страшной расправе над Настаской была еще свежа, и свергнутый галицкий князь вместе с любимой попадьей, детьми и сокровищами той же ночью покинул город. Владимир бежал к своему родственнику, венгерскому королю Беле III, который, мгновенно согласился отвоевать для него галицкое княжество. Легкость, с которой Владимиру обещали дать подмогу, настораживала, но князь еще раз доказал свою глупость и политическую недальновидность. Когда венгерские войска взяли Галич, Бела усадил на престол своего сына Андраша, а Владимира отправил в Венгрию и заключил в темницу.

Венгерским Галич оставался недолго, мадьяры стали чинить безобразия (от мужей отнимали жен и дочерей «на постеле к собе», а в «божницахъпочаша кони ставляти»), галичане восстали, и в 1190 году бежавший из венгерского плена Владимир Ярославич вернул себе отобранное княжество. Законного потомства сын Осмомысла не оставил. Галич перешел к другой княжеской династии.

Упорство Ингеборг

Предполагаемая Ингеборг

«Официальное» изображение Ингеборг

С легкой руки Анны Ярославны, жены французского короля Генриха I, греческое имя Филипп, стало чрезвычайно популярно в Евпропе. Почему русская княжна так назвала своего первенца, осталось загадкой. Возможно, она любила лошадей* и хотела, чтобы эта любовь передалась сыну, но, так или иначе «Филиппами» стали называть мальчиков во всех владетельных домах. Получил это имя и ее правнук. К первому имени затем прибавили еще Август, что означает царственный, и французский король оправдал его.

* Имя Филипп в переводе с греческого языка означает «любящий коней».

Филипп II Август был прекрасным правителем, но в личной жизни ему не везло. Первая жена Филиппа, прелестная Изабелла Ганнегау умерла молодой в родах. Второй брак с Ингеборг Датской породил международный скандал и принес много горя ни в чем не повинным французам. Для Ингеборг же он стал подлинной трагедией, которую она перенесла с достоинством истинной принцессы. Дева, к которой посватался Филипп Август, слыла красивой и благочестивой, а ее приданое могло удовлетворить самые высокие запросы. Ради него и помощи датского короля в борьбе с англичанами, собственно, Филипп и женился.Брат Ингеборг Кнут IV не жаждал давать свои корабли, и при датском дворе яростно торговались по каждой строке брачного договора. Наконец, после того как сошлись на сумме в десять тысяч марок, принцесса отбыла во Францию

Король Филипп Август

II

Первая встреча прошла успешно. Филипп – Август понял, что его не обманули. Принцесса была прекрасна – настоящая валькирия, высокая, светловолосая, статная с огромными зелеными очами. Происхождение Ингеборг было скандинавско – славянским. Ее отец датский король Вальдемар I Великий был назван в честь своего прадеда Владимира Мономаха, бабкой Ингеборг была киевская княжна Ингеборг Мстиславна, матерью – полоцкая княжна София. И, учитывая русские корни Филиппа, их союз вполне справедливо можно было назвать французско – русским.

Коронование Ингеборг состоялось 14 августа 1193 года в соборе Амьенской Богоматери на другой день после венчания. Народ ликовал. Купцов грела мысль о богатствах, привезенных принцессой, а рыцари радовались возможной помощи могучего датского флота в войнах. Но придворные, имевшие возможность видеть короля с его юной супругой вблизи, испытывали куда меньший восторг. Филипп был смертельно бледен, а у Ингеборг опухли и покраснели от слез глаза. Во время церемонии коронации, которую проводил дядя короля, епископ РеймскийГильом, Филиппу стало плохо, а королева разрыдалась.

На следующий день король вызвал Гильома и самых близких людей и сообщил о том, что намерен срочно развестись. Свое неожиданное решение он объяснял тем, что испытывает непреодолимое отвращение к принцессе, которая околдовала его, что произошло на самом деле с новобрачными в их первую ночь осталось тайной.

Современные психологи, возможно, нашли бы объяснение в психической травме, полученной Филиппом в отрочестве на охоте. Принц, увлеченный погоней за зверем, оторвался от свиты и оказался совсем один в незнакомом лесу. Он проблуждал всю ночь, замерзший, голодный и отчаявшийся на спасение. Все закончилось благополучно, утром на Филиппа, лежавшего на земле, наткнулись крестьяне и отвезли в замок, но потрясение оставило след на всю жизнь и иногда давало о себе знать. Может быть, зеленые глаза Ингеборг, показались Филиппу похожими на глаза волчицы, которые сверкали в ночном лесу? Придворные недоумевали. Ингеборг произвела на всех приятное впечатление манерами и поистине царственной манерой держаться. Правда, ей не хватало живости, и кто-то из легкомысленных молодых дворян сравнил Ингеборг со статуей, украшающей нос корабля, но его одернули, сказав, что королеве должна быть присуща величавость.

Возмущение датских послов, которым передали, что по желанию короля им следует увести Ингеборг обратно, было безмерно. На это, порочащее честь датской короны предложение, они ответили резким отказом. Можно было подумать, что Филипп сошел с ума, но приданое отвергнутой жены он отдавать не собирался, и это свидетельствовало, что разум короля не оставил.

печать Филиппа

II

Августа

Истории с разводами и невозвращением приданого уже случались в истории Франции. Вестготская принцесса Госвинта принесла своему мужу Хильперику «большое богатство», и «тот очень любил ее», но он также «очень любил» и свою прежнюю жену Фридегонду, и, будучи, вероятно, натурой цельной, не смог бороться с раздирающей его сердце страстью одновременно к двум женщинам. Дабы примирить обе привязанности, он приказал удушить Госвинту, оставив все ее приданое у себя. Возможно «любовью короля» было названо восхищение его размерами. Другой король Роберт Благочестивый развелся с женой Сусанной Итальянской и не вернул графство Фландрию. Сусанна пыталась бороться, построила в Монтрейле крепость, препятствующую прохождению кораблей бывшего мужа, но, в конце концов, сдалась и удалилась на родину.

Ингеборг сдаваться не собиралась, хотя была совершенно подавлена случившимся. Узнав о решении короля развестись и об отвращении, которое она ему внушает, датчанка горько расплакалась. На родине ее красоту воспевали, а в Филиппа бедная девушка успела влюбиться и надеялась, что со временем он ответит на ее чувство. Но король продолжал наставать на разводе. Бедной Ингеборг ставили в вину даже молчаливость, а она не знала ни французского, ни латыни – этого международного языка общения Средневековья. Со временем, датчанка, конечно, овладела бы языком своей новой родины, но как раз времени у нее и не было.

Всего через несколько месяцев после свадьбы Филипп при поддержке французского духовенства и своего влиятельного дядюшки епископа Реймского добился аннулирования брака. Причиной было выставлено родство между супругами. Ингеборг не признала развода и обратилась с апелляцией к папе Целестину III. Датский король также направил ему послание, но папа не решился портить отношения с могущественным французским монархом и предоставил его решение местным иерархам.

Неожиданное сопротивление Ингеборг взбесило Филиппа, и он заточил ее в монастырь. Содержание упрямой датчанке было назначено самое скудное. Французский король надеялся, что, оказавшись в суровых условиях, избалованная принцесса будет сговорчивее и, наконец, уедет в свою Данию. Сам же он решил жениться в третий раз. Выбор у Филиппа теперь был не велик. Европейские владетельные особы не хотели отдавать своих дочерей и сестер королю, чье семейное положение было неясно, а участь жен печальна. Вспомнили историю первого брака короля, когда он угрожал развестись со своей первой женой Изабеллой Ганнегау. Еще жива была в памяти сцена, когда юная королева, одетая в простое, белое платье, босая со свечой в руке шла к собору, где Филипп и клирики решали вопрос о разводе. Народ открыто выражал жалость, и король, к ногам которого Изабелла припала, отступил и согласился оставить ее в женах.

Репутация у Филиппа была дурной не только из-за супружеских драм. Король был эгоистичным и непочтительным сыном, его мать Адель Шампанская даже покинула двор и переселилась в свои владения. Но французскую знать более всего раздражала нелюбовь короля к трубадурам. Филипп не держал при своем дворе поэтов и музыкантов, хотя это считалось обязательным для всякого правителя. Король заявлял, что вместо того, чтобы расточать щедроты дармоедам, он употребит эти деньги на помощь беднякам. В рыцарскую эпоху подобные слова признавались непростительными. Но короли долго одинокими не остаются, и невеста нашлась. Это была дочь баварского графа- умная и привлекательная Агнесса Меранская, обвенчавшись с которой, Филипп зажил в полном согласии.

Агнесса Меранская

Все шло прекрасно, если бы не Ингеборг. Филипп надеялся, что нужда, лишения и одиночество, если не сломят ее волю, то хотя бы сократят дни. Он не учел наследственности принцессы. В ее жилах текла кровь русских князей – воителей и храбрых морских разбойников – викингов. Мать Ингеборг, София Минская запомнилась датчанам, как дама чрезвычайно решительная. В сагах рассказывалось, что она сожгла в бане любовницу мужа и ранила его сестру.

Отец Ингеборг был прозван Великим, брат – Победителем, и не удивительно, что дева из подобной семьи проявляла редкостную стойкость и мужество. Ингеборг раз за разом повторяя посланцам короля, что она – законная, любящая жена короля и коронованная королева. Она продолжала обращаться в Рим, писала папе патетические послания, в которых описывала свое плачевное положение. Жаловалась, что с ней дурно обращаются, и что если помощь не подоспеет, то ей суждено вскоре умереть. Ни на одно из этих писем Целестин III не ответил, и подмога Ингеборг пришла только после того, как на папский престол вступил новый более решительный и энергичный понтифик Иннокентий III.

София Минская. Реконструкция по черепу

В январе 1200 года он наложил на владения Филиппа интердикт. В Средние века это была катастрофа. Французы не могли ни ходить на мессу, ни крестить детей, ни хоронить по христианским обрядам. Заколоченные церкви внушали ужас, священники заходили туда только для того, чтобы зажечь свечи, и народ, которого лишали надежды на грядущее спасение, начал роптать.

Филипп послал эмиссаров в Рим, но ни просьбы, ни взятки, ни угрозы не смогли заставить Иннокентия III изменить решение. Папские легаты и посланцы короля годами сновали взад – вперед, сам Филипп продолжал утверждать, что его околдовали, Папа в свою очередь уговаривал пойти на «эксперимент» и попытаться провести с ночь с датчанкой. Ингеборг томилась в заточении, страдала и новая королева Агнесса. Она родила королю детей, жила в роскоши и почете, но мысль, что из-за ее семейного счастья страдает вся Франция, подрывала здоровье этой порядочной женщины.

Наконец, король был вынужден уступить, отослал беременную Агнессу из дворца и призвал из монастыря Ингеборг, инсценировав примирение.

Датчанка, несмотря на долгие годы в заточении оставалась все такой же красивой, что не преминули сообщить Агнессе придворные доброжелатели. Отвращение короля к Ингеборг, впрочем, сохранилось, и когда Агнесса Меранская умерла в родах, король обвинил в ее смерти Ингеборг. Новорожденный тоже умер, и утешением Филиппу оставалось лишь то, что Иннокентий III удовлетворил его просьбу и узаконил детей от любимой женщины.

Симпатии подданных были на стороне Ингеборг, но Филипп вновь удалил ее в заключение на этот раз в замок Этамп, где она жила в еще более суровых условиях. Принесшая великое богатство Франции датская принцесса занашивала до дыр свои платья и терпела жестокую нужду. Терпела, не жалуясь, но и не соглашаясь на расторжение брака. В замке Этамп узница провела двенадцать лет, выжила и дождалась своего звездного часа.

Это произошло в 1213 году, когда возникла угроза войны с английским королем Иоанном Безземельным и германским императором Оттоном IV. Филипп, понял, что ему необходима поддержка датчан, вернее их мощного флота. Получить ее можно было, только освободив Ингеборг.Французский король сам отправился в Этамп, попросил у Ингеборг прощения за все нанесенные ей обиды и предложил вернуться во дворец, чтобы стать, наконец, его женой и королевой. Он даже смог поцеловать ее – суеверный страх и отвращение странным образом исчезли.

Возвращение Ингеборг принесло удачу Филиппу. 27 июля 1214 года состоялась решающая битва с армией императора Оттона, превосходившей французскую почти в три раза, и победа осталась на стороне французов. Ингеборг оказалась не злопамятной и мудрой. Она прожила вместе с Филиппом десять лет, ни разу не попрекнув за долгие годы мучений и унижения. Король вел себя как любящий муж и на смертном одре попросил сына: «Заботься о королеве…Я причинил ей много горя».Ингеборг скончалась в аббатстве Святого Жана в Корбее, куда удалилась, теперь уже добровольно. Ее состояние отошло французской короне, а просьба похоронить рядом с мужем в аббатстве Сен – Дени была отклонена внуком Филиппа королем Людовиком IX.

Французская волчица

Знатная дама. Дж.Кольер

Изабеллу Французскую можно без преувеличения назвать одной из самых известных и выдающихся женщин Англии. Ее роль в истории островного королевства была огромна, а жизнь полна бурных приключений, мрачных событий и неразгаданных по сию пору тайн. Изабелле удалось осуществить единственное успешное вторжение на остров со времен норманнского завоевания и свергнуть с престола своего супруга Эдуарда II. За жестокость, проявленную в борьбе с ним, королеве дали прозвище «французской волчицы». Ирония же судьбы заключалась в том, что не получи Изабелла в мужья Эдуарда, то осталась бы в памяти как идеальная королева, добрая жена и мать.Эдуард II*вошел в историю, как один из самых злосчастных и трагических монархов. Он был слабоволен, потакал любым своим желаниям и открыто пренебрегал общественным мнением (король четыре раза запрещал в Англии (!) футбол, точнее ту игру, которая считается предшественницей футбола). Самым крупным талантом этого короля было умение наживать себе врагов, и самой опасной из них оказалась Изабелла.

*Эдуард II(1284- 1327) был первым принцем Уэльским. По преданию, его отец Эдуард I применил хитрость, чтобы добиться доминирования английской короны в Уэльсе. Когда он, достигнув внушительных военных успехов в этом крае, собрал валлийских князей и предложил им признать вассальную зависимость от Англии, те в качестве главного условия потребовали, чтобы принцем Уэльса был местный уроженец, не знающий ни слова по-английски. Эдуард тут же дал клятву соблюсти это условие и вынес им своего сына (будущего короля Эдуарда II), родившегося накануне в валлийском замке Карнарвоне, и воскликнул: «Вот вам принц Уэльский, уроженец вашей страны и он ни слова не знает по-английски!»

Эта принцесса, дочь знаменитого французского короля Филиппа Красивого, вышла замуж в двенадцать лет, но уже тогда о ней современники отзывались как о «красавице из красавиц всего королевства, если не всей Европы». Внешность принцесс обычно идеализировали, но Изабелла действительно была очень хороша собой. Об этом свидетельствует ее скульптурный портрет, сохранившийся в одном из йоркширских монастырей. На нем можно увидеть молодую женщину с округлым лукавым лицом, высокими бровями, вздернутым носиком и прелестным чувственным ртом. Красоту Изабелла унаследовала от своего отца, так же, впрочем, как и острый ум, сильную волю, дипломатический талант и безжалостность.

Изабелла Французская, скульптурная консоль в монастыре Беверли, Йоркшир

Ее брак с английским королем был заключен по политическим соображениям (его целью было примирить враждующие столетиями династии Капетингов и Плантагенетов), и имел все основания стать счастливым. Эдуард II обладал приятной наружностью, хорошими манерами, был высок, превосходно сложен и элегантен. Правда, он имел склонности, необычные для монарха и рыцаря. Эдуард ненавидел турниры и войны. От Плантагенетов ему достались только их внезапные взрывы бешенства. Король любил копать канавы, заниматься кузнечным делом, штукатурить стены и плавать на лодке. У него были также особенности, способные насторожить любую невесту. Эдуард имел фаворитов, «любовь к которым превышала любовь к женщинам».

Портретная скульптура в гробнице Эдуарда II в Глостерском соборе, 14 век

К моменту свадьбы с Изабеллой это был некий Пирс Гавестон – мелкий провинциальный дворянин из Гаскони, привязанность к которому возникла у Эдуарда еще в его бытность наследником престола. Принц пытался добиться у отца земельных владений для своего любимца, но получил обратный результат. Великий король и воин Эдуард I Длинноногий страшно разгневался на сына и выслал Гавестона выслали во Францию. Изгнание продлилось недолго. Всего через несколько месяцев в июле 1307 года Эдуард Длинноногий скончался, и на трон взошел его сын, который мгновенно вернул фаворита ко двору. Эдуард II даровал Гавестону титул графа Корнуолла, который обычно сохранялся для наследника короля, женил на своей племяннице и предоставил огромную власть. Он назначил фаворита регентом на то время, пока сам будет находиться во Франции, заключая брак с Изабеллой.

Гавестон повел себя с английскими дворянами вызывающе. Он был иностранцем, его мать сожгли как ведьму, и таким образом, фаворит, вероятно, компенсировал свои вполне оправданные комплексы, но баронов поведение пришлого выскочки бесило и заставляло копить злобу.А Гавестон все более и более распускался. Он был превосходным воином и легко побеждал английских рыцарей на турнирах.

Эдуард II и его фаворит Пирс Гавестон.Маркус Стоун, 1872

Но этого казалось Гавестону мало, и он начал издеваться над знатными баронами, давая им позорные прозвища вроде «толстобрюха», «старого борова», «рогоносца» и «черного пса». И чем более меткой оказывалась кличка, тем более остро его ненавидели. Раздражала и выставляемая напоказ связь короля и фаворита. В средние века гомосексуалистов приравнивали к еретикам. Кары были жестокими – отлучение от церкви (самая мягкая мера), кастрация и даже сожжение на костре. Разумеется, монархов не наказывали, и Эдуард игнорировал всеобщее неодобрение. Это было роковой ошибкой многих властителей, но первое время англичане, уставшие от правления властного Эдуарда I, надеялись, что под властью нового мягкого короля, они вздохнут свободнее, а в Англии воцарится покой. Расставаться с приятной холостой жизнью король не стремился и не спешил вступать в брак. Но когда из Франции пригрозили, что без Изабеллы английский король лишится своих владений на континенте, Эдуард решился. Свадьба состоялась 25 января 1307 года в кафедральной церкви Богоматери в Булони. Совсем юная Изабелла держалась со спокойным достоинством и была просто великолепна в своем роскошном синем, расшитом золотом платье и алой мантии, которую она будет потом хранить всю жизнь.

Прибытие принцессы Изабеллы в Англию

Принцесса понимала, что ее предназначение служить политическим интересам короны, не питала иллюзий по поводу страсти жениха, и все же будущее казалось ей прекрасным – красавец муж, богатое приданое, и великолепные перспективы на будущее.