Отвергнутые королевы

Весной 1325 года английская королева весьма эффектно прибыла в Париж, произведя на галантных французов самое выгодное впечатление своей элегантностью и красотой. Изабелла въехала в столицу Франции верхом на коне, одетая в черное бархатное платье, которое очень шло к ее светлым волосам, уложенным по бокам в цилиндрические футляры, сплетенные из золотой тесьмы. Прическа была самой модной, наряд изыскан, и соотечественники Изабеллы забыли о роли, которую она сыграла во время «Процесса Нельской башни».

В Париже Изабелла создала свою партию и начала действовать – скрытно, осмотрительно, тщательно рассчитывая каждый шаг. 30 мая был составлен мирный договор на очень жёстких для Англии условиях. Это был первый из ударов по Деспенсерам. Договор, неблагоприятный для островного королевства, должен был послужить дискредитации власти фаворитов, к чему и стремилась Изабелла со своими друзьями.

В их число вскоре вошел Роджер Мортимер. Этот человек, которому предстояло сыграть роковую роль в жизни Изабеллы и Эдуарда II, был самым могущественным из мятежных баронов. Выдающийся военачальник и талантливый стратег он долго оставался верным слугой короны и примкнул к оппозиции только после того, как король приблизил к себе Деспенсеров.

Мортимер был очень удачно женат на Джоан де Генвиль, которая родила ему двенадцать детей. Высокий, красивый и богато одаренный самыми разнообразными талантами, он был к тому же храбр, прекрасно образован и начитан. Но этот идеальный рыцарь обладал и типичными для средневековых баронов недостатками – дерзостью, алчностью, жестокостью и безудержным честолюбием. Оно зиждилось на твердом убеждении Мортимера в том, что его семья ведет свое начало от легендарного Брута, короля бриттов.

К концу 1325 года Мортимер и Изабелла стали любовниками. Это была истинная страсть и удачный политический союз – у обоих злейшими врагами были Деспенсеры.

Королева постепенно обретала силы для борьбы с фаворитами. Мортимер стал ее мечом, а при французском дворе она получила поддержку у нескольких вельмож, и прежде всего у своего кузена Робера д'Артуа.

В Париже тем временем собралось немало знатных баронов, туда приехал даже сводный брат короля граф Кентский, и всех оппозиционеров, пересекших Ла-Манш, возглавил Мортимер. Вести об этом дошли до Англии. Эдуард почувствовал тревогу и стал торопить Изабеллу с возвращением домой. Теперь, когда договор был заключен и оммаж принесен, он не видел никаких причин для того, чтобы королева и принц Эдуард оставались во Франции.

Но Изабелла не торопилась возвращаться. У нее в руках было мощное оружие – наследник престола. Без супруги король мог обойтись и не без удовольствия, а вот без наследника нет. Причина заключалась не только в политике. Эдуард при всех его недостатках был любящим отцом и искренне скучал по сыну. Кроме того, принц был завидным женихом, и его можно было использовать в политической игре, создав союз с могущественным тестем, который обеспечил бы военную и политическую поддержку королю. Изабелла пошла на опережение и вскоре создала такой союз.

Эдуард посылал ей приказы и просьбы вернуться домой. Но королева отказывалась, заявив, что не появится в Англии, пока между ней и её мужем будет стоять третье лицо, имея в виду Хью Деспенсера Младшего. Она заявила, что Деспенсер уничтожил её брак с Эдуардом, и в подтверждение своих слов стала одеваться как вдова. Теперь Изабелла носила только простые черные (траурные) платья с покрывалом наподобие монашеского и повязкой, прикрывающей подбородок, «как скорбящая дама, потерявшая своего господина». Эти строгие одежды только подчеркивали ее красоту и вызывали в мужчинах желание поднять меч за столь несчастную и совершенную даму.

В сложном положении оказался юный наследный принц. Он любил обоих своих родителей и разрывался между долгом перед отцом и жалостью к несправедливо обиженной матери.

Принц ответил Эдуарду II, что не может возвратиться домой и останется с королевой, которая очень несчастна. А Изабелла в письме предупредила мужа, что она и ее сторонники во Франции готовы совершить «то, что не послужит во вред господина моею короля, но лишь к свержению одного Хью». Это означало, что королева готова применить ради устранения фаворита военную силу.

Внешне казалось, что Изабелла жаждет воссоединиться с мужем, если тот согласится удалить фаворита. Но королева прекрасно помнила, как легко давал и нарушал свои обещания Эдуард. Фаворитов изгоняли, но они каждый раз возвращались, и все начиналось сначала. Изабелла была умна (гораздо умнее мужа) и понимала, что вернуться в Англию она может только в случае смерти обоих Деспенсеров.

Английский король был потрясен ультиматумом жены. Он выступил с короткой речью перед знатью и прелатами, публично жалуясь на угрожающе непристойное поведение королевы, и… не встретил понимания. Общественное мнение и сочувствие было на стороне Изабеллы, а та, первый раз в жизни потеряла голову.

Мортимер и Изабелла наивно полагали, что тщательно скрывают свою связь, но слухи о ней распространились со скоростью ветра и породили грандиозный скандал. Супружеская измена для женщин (но не для мужчин) всех сословий считалась в Средневековье страшным грехом, и чем выше было положение изменницы, тем более тяжким он считался, так как ставил под сомнение законность наследника. Когда же прелюбодейкой являлась королева Англии, измена расценивалась как государственное преступление.

Адюльтер невесток Филиппа Красивого привел к династическому кризису, и кара, постигшая их, была беспощадно жестока. Но Изабеллу, изобличительницу ветреных принцесс, не осуждали, оправдывая ее измену низким поведением мужа. К тому же французы, великие знатоки галантной науки, понимали, что на их глазах разворачивается величайший роман эпохи, и снимали перед ним шляпу. Возможно, что сперва королева и знатный лорд сошлись, руководствуясь прагматическими соображениями и жаждой мести. Но Изабелла была так ослепительно хороша и умна, а Мортимер обладал таким несокрушимым мужским обаянием, что «союз по расчету» перерос в сметающую все на своем пути страсть.

Кроме общих целей любовники обладали общими интересами и были интеллектуально близки. Оба увлекались легендами о короле Артуре, любили книги, искусство и роскошь. Доминировал ревнивый собственник Мортимер, и он же принимал решения – к огромному облегчению Изабеллы, которая семнадцать лет жила со слабовольным мужем и долго боролась в одиночку.

Королева впервые ощутила себя настоящей женщиной, и это было восхитительно. Теперь рядом с ней появился сильный, властный мужчина, на которого можно было опереться. Она, наконец, перевела дух и в полной мере наслаждалась страстью. Но при этом королева не забывала о главном. Изабелла вступила в переписку с оппозиционными баронами, которые неожиданно изъявили желание навестить свои владения на континенте и начали десятками покидать Англию.

Недовольство английским королем росло. Известие о союзе Изабеллы с Мортимером воодушевило тех, кто был сыт по горло режимом Деспенсеров, а Эдуарда и его фаворитов охватила паника. Король начал лихорадочно строчить письма, где он сообщал о постыдной беде в своем семействе. Он писал Папе, королям и владетельным князьям, сделавшись объектом презрения и насмешек в глазах всего христианского мира. Король написал и сыну, где затронул отношения супруги с Мортимером, обозначив их весьма деликатно: «…и с ним водит компанию в его жилище и за его пределами».

Изабелла начала волноваться за свою репутацию и, как оказалось, не напрасно. В ее разлад с мужем вмешался сам Папа, который пригрозил французскому королю отлучением, если тот не откажет сестре в приюте. Жалость Карла IV также уменьшалась по мере того, как меркла добродетель Изабеллы. Французский король не забыл, что по навету этой неверной жены его развели с обожаемой Бланкой Бургундской. Та скончалась в заточении, и наблюдать за счастливой Изабеллой и ее надменным любовником королю было тяжело. Но собирался ли он выслать по приказу папы свою сестру в Англию? Маловероятно.

Изабелла, испугавшись попасть в руки к Деспенсерам, бежала в графство Геннегау, а французский король вполне по-родственному не сделал ни малейшей попытки преследовать ее. Карл даже сделал отвлекающий маневр, собрав флот якобы для вторжения у берегов Нормандии, и отвлек внимание английского короля от Геннегау, откуда исходила настоящая угроза. Там правитель графства Гильом, поспешил пригласить Изабеллу и ее сына в Валансьен, «где их радостно и радушно приняли» хозяева города и горожане. Гильом был в восторге, когда Изабелла официально попросила руку одной из его дочерей для наследника английского престола. Сразу же были приняты меры, чтобы принц Эдуард, «юноша весьма обаятельный и многообещающий», проводил как можно больше времени в обществе дочерей графа – Маргариты, Филиппы, Жанны и Изабеллы.

Принц отдал предпочтение Филиппе; миловидная рыженькая девочка ответила ему взаимностью, и Изабелла сразу же получила приданое принцессы. Им стали войска, деньги и корабли, которые предоставлялись королеве еще до свадьбы. Французский король тоже помог сестре, выделив некоторые средства.

Теперь Изабелла могла воевать, и в сентябре 1326 года она высадилась на берегах Англии. Вторжение с полным основанием можно было назвать вражеским десантом. Королева вела войска против своего законного супруга и помазанника божьего. И, прекрасно понимая это, Изабелла, едва вступив на землю Англии, выпустила прокламацию, в которой обращалась к народу и объясняла, что вернулась в страну, дабы спасти церковь и королевство от бед и угнетения, в которых повинны Деспенсеры, присвоившие себе власть.

События развивались стремительно. Узнав о вторжении королевы, Эдуард II издал приказ о всеобщем сборе войск, а также обратился с воззванием к жителям Лондона, чтобы они сопротивлялись Изабелле (на призыв откликнулось всего четыре человека). Король также предложил дать 1000 фунтов любому, кто принесет ему голову Мортимера. Желающих вновь не обнаружилось, и, не встречая никакого сопротивления, мятежники продвигались к столице. Народ встречал их как спасителей, и королю ничего не оставалось, как покинуть Лондон и скрыться.

Возвращение Изабеллы Французской в Англию вместе с лордом Мортимером и графом Эно. Миниатюра из хроник Фруассара XV век. Национальная библиотека Франции.

Уже 18 октября Изабелла и Мортимер осадили Бристоль, где скрылся Деспенсер – старший. Там королеву ждали две ее маленькие дочки – восьмилетняя Элинор и пятилетняя Джоан, жившие под опекой фаворита. Город сразу же открыл ворота перед Изабеллой, и когда королева увидела маленьких принцесс, то, как писали хронисты «была вне себя от счастья, ведь она не видела их уже так давно».

Суд над Деспенсером – старшим состоялся в Бристоле. Изабелла, никогда не питавшаяся к нему особой вражды, старалась, чтобы старика пощадили, но ее не послушали. Старого Деспенсера повесили на городской виселице Бристоля.

Изабелла руководит осадой Бристоля

Обстоятельства пленения короля и Деспенсера младшего окутаны мраком. Известно, что они пытались скрыться по морю за границу, но природа была против невезучего Эдуарда. Ветер пригнал корабль к берегам Уэльса, и 16 ноября под проливным дождем короля с фаворитом задержали. Деспенсер был умен и, понимая, какая участь ему уготована, попытался умереть. Бывший фаворит отказывался есть и пить, был едва жив от слабости, но все же до суда его довезли. Приговор был ужасен. Деспенсера должны были повесить как вора, четвертовать как предателя, обезглавить за нарушение приговора об изгнании. Таково было обычное наказание за измену.

Сразу же по окончании суда осужденному надели на голову венец из крапивы, выкололи на теле стихи из Писания о дерзости и возмездии, а потом протащили в клетке по улицам на место казни, куда стеклись тысячные толпы народа. Королева вместе с Мортимером наблюдала, как Хьюго раздели донага, вздернули, надев петлю на шею, потом, полузадушенного, привязали к высокой лестнице, пятидесяти футов в высоту, «так что все могли его видеть; а рядом разожгли большой костер. Затем у него отрезали половые органы, поскольку он был еретик и содомит, виновный в противоестественных делах, с самим королем, чью привязанность отвратил от королевы».

Казнь Хью Диспенсера Младшего. Миниатюра из рукописи «Хроники Фруассара»

Кастрация Деспенсера была, видимо, личной местью Изабеллы, так как до 1326 года наказание за измену ее не предполагало. Но королева могла вспомнить страшную казнь братьев д'Онэ и, видимо, решила, что именно так следует карать за сексуальные преступления. Возможно, кастрация явилась доказательством интимных отношений Деспенсера с ее мужем, возможно и того, что Хьюго посягнул на честь самой королевы.

Современники не порицали Изабеллу за жестокость. Более мягкая казнь не удовлетворила бы народ, люто ненавидевший фаворитов. Однако репрессии ограничились шестью казнями. Самая малость по сравнению с действиями Эдуарда II, и переворот, совершенный Изабеллой, вышел почти бескровным, многих сторонников Деспенсеров вообще не тронули.

Королева была совсем не так кровожадна, как ее изображали впоследствии, и не стала проявлять мстительность. Но у нее оставалась одна очень серьезная проблема. Ее супруг Эдуард II, несмотря на все свои ошибки и тиранию оставался королем и помазанником божьим. Его было необходимо низложить, но как? До сего времени не имелось никаких прецедентов по законному устранению английских королей. И в Кенилворт, где был заключен Эдуард II, отправилась депутация, чтобы пригласить его на сессию парламента, но он с проклятиями отказался.

Тогда Изабелла созвала лордов, которые единодушно согласились, что короля следует низложить. Был созван Парламент, на котором Эдуарда обвинили во многом: в неумении править, в недостойных делах и развлечениях; в преследовании Церкви, в казнях, ссылках, заточении и лишении наследства многих именитых людей страны; в потере Шотландии, Ирландии и Гаскони, в разорении королевства. Декларация по низложению Эдуарда II была составлена умело, и ее авторы так старались, что не избежали некоторого лиризма, выраженного в фразах, подобных следующей: «Одних духовных особ он держал в темнице, а других в великой печали»!

С позволения вельмож, духовенства и народа было заявлено, что Эдуард II отрекается от короны в пользу своего сына. Собрание разразилось оглушительными криками радости. А Изабелла, привычно одетая в черные траурные одежды, не разделила общего ликования. Она «выглядела так, словно вот-вот умрет от горя», и то и дело разражалась слезами. Принц тоже казался подавленным. Он признавал необходимость низложения дурного правителя, каковым являлся король, но ему не хотелось принимать корону при живом отце. Эдуард наивно поверил в слезы матери и попытался утешить, пообещав, что не займет престол, пока отец не передаст его добровольно.

16 января новая депутация, представляющая все сословия страны, прибыла в Кенилворт, чтобы довести решение Парламента до Эдуарда II и убедить его согласиться на формальное отречение. Королю пригрозили, что в ином случае народ может отказать его детям в праве наследования престола и обратится к другому роду, не королевской крови. Подразумевалось, что Парламент вполне может избрать королем Мортимера. Это был блеф. Изабелла никогда не позволила бы лишить своего сына трона. Но угроза подействовала. Горько плача, король сразу же сдался. Он подписал отречение и тут же потерял сознание.

Правление Эдуарда III началось уже со следующего дня. Но король был несовершеннолетним, а потому настоящими правителями Англии стали Мортимер и Изабелла. Трения между ними и лордами возникли очень скоро. Изабелла жестко контролировала доступ к сыну, что сразу же не понравилось вельможам. Не вызывало восторга и растущее влияние Мортимера. Похоже, что главным в королевстве становился он.

Королева добилась всего, о чем боялась и мечтать, когда уезжала во Францию. Сразу же после коронации сына она получила обратно свое приданое и значительно увеличенное содержание. Необычайно щедро был вознагражден и Мортимер, который, тем не менее, продолжал накапливать богатства и расширять свои владения.

К низложенному мужу Изабелла старалась проявлять заботу. Она писала любезные письма Эдуарду II, интересовалась его здоровьем, и делала вид, что если бы не запрет Парламента, то с удовольствием навестила мужа, Она посылала ему подарки – красивую одежду, белье, изысканные деликатесы и прочие мелочи, скрашивающие жизнь. В замке Кенилворт, где комендантом был родич короля Генри Ланкастер, Эдуард чувствовал себя вполне комфортно. Но он продолжал жалобно упрашивать Изабеллу о встрече с нею и детьми. Эти просьбы королева оставляла без ответа. Узник же предавался отчаянью и сочинил трогательные в своей простоте стихи, где жаловался на коварство жены.

Одно из стихотворений называется «Песня короля Эдуарда, сложенная им самим»:

Горчайшее горе мне душу гложет,

И тело страдает, и сердце слабо

По воле прекрасной моей Изабо.

Я верил – верна мне, а ложь и обман

У ней в каждом слове, она же – мне враг.

Лишь черным отчаяньем дарит меня,

И радость мне всю обратила во страх».

Но даже страдающий, низложенный Эдуард II был опасен для королевы и Мортимера. Многие юристы в Англии утверждали, что независимо от решения Парламента, он всё ещё является законным королём.

В марте 1327 года был раскрыт первый заговор и Эдуарда перевели в неприступный замок Беркли. Сторожами были назначены лорд Томас Беркли, Джон Малтреверс и Томас Герни, которых потом объявят убийцами короля. Они входили в ближний круг Мортимера, пострадали при Диспенсерах и не имели причин хорошо относиться к Эдуарду. Жилось королю неплохо, но охраняли его строго.

Замок Беркли

В июле того же года группе заговорщиков удалось освободить Эдуарда. Они успешно осуществили штурм и разграбление замка и увезли узника. Как отыскали Эдуарда неизвестно, но водворили его в замок Беркли уже к 27 июля.

Третий заговор, раскрытый в сентябре, решил судьбу короля. От него следовало тайно избавиться, и Эдуард II внезапно скончался. На момент смерти мужа Изабелла и юный король находились в Линкольне. Там же они получили сообщение, в котором говорилось, что Эдуард погиб в результате «несчастного случая».

Эта загадочная смерть, навсегда погубила репутацию Изабеллы для потомков. Но знала ли она о готовящемся преступлении, и главное – был ли убит король? Ответ на этот вопрос важен, так как именно от него зависит справедливо или напрасно обвиняли королеву.

Историки разошлись во мнениях. Смерть злосчастного Эдуарда II окутана глубокой тайной и существуют различные версии об его кончине. Сразу же после смерти низложенного короля возникли слухи, что он «был подло и предательски убит» но никаких деталей преступления не приводилось.

Причины гибели Эдуарда указывали разные – болезнь, удушение, лишение пищи. Позднее в хрониках стали приводится леденящие кровь подробности: короля лишили жизни «…путем введения раскаленного железа через рог, вставленный в его зад». Поговаривали также, что Эдуард остался жив и скрывается. Сомнения в убийстве позднее высказывали и многие историки, основываясь на знаменитом письме Фиески.

Копия этого письма была обнаружена в 1878 году в архиве города Монпелье. Написанное на латинском языке, оно находилось среди официальных бумаг епископского реестра XIV века и адресовалось английскому королю Эдуарду III.

В письме содержался поразительный, но очень убедительный рассказ о том, как отец короля, узнав, что его готовятся убить, сумел бежать из замка Беркли. Обменявшись одеждой со слугой, он миновал стражу, убил привратника и покинул узилище. Затем прятался полтора года в замке Корф, уехал в Ирландию, перебрался в Нормандию и достиг Авиньона, где был принят самим папой. Позднее беглец побывал в разных странах и осев наконец, в одной из отшельнических обителей в Ломбардии, предался покаянию. По сообщению Фиески, все это ему рассказал сам низложенный король, желающий дать знать сыну, что он жив и молится за него.

Автор письма Мануэло де Фиески заслуживал доверия. Он обладал безупречной репутацией, был отпрыском знатной генуэзской семьи, занимал ответственный пост при папе Иоанне XXII и приходился дальним родичем английского королевского дома. В Англии Фиески владел бенефициями, виделся с Эдуардом II и, несомненно, узнал бы его, встретив на континенте. Подлинность письма, как такового, по мнению большинства исследователей не вызывает сомнений, но его содержание оспаривается. Попробуем восстановить ход событий этой страшной и увлекательной истории.

Итак, убив привратника король, бежал. Как он смог пройти мимо стражи, остается загадкой. Но, все были уверены, что король сидит под замком и покинуть свои покои не может. Видели Эдуарда немногие, да и одежда того времени служила прекрасной маскировкой – горожане и простолюдины носили шапки или капюшоны, полностью скрывающие волосы, а иногда и затеняющие лицо.

Обнаружив побег, сторожа запаниковали. За исчезновение столь важного узника их ожидала суровая кара, и они решили скрыть случившееся. По мнению сторонников правдивости письма Фиески, тело подменили и вместо короля положили привратника, которого тот убил при бегстве. Известно, что впервые в истории королевских похорон на катафалке везли не забальзамированное тело Эдуарда, а его деревянное изображение. Народу тело дали осмотреть «поверхностно, стоя в отдалении», а похоронили короля не в Вестминстерском аббатстве, а в Глостере.

Изабелла, видимо, испытывала какие – то сомнения. Втайне от Мортимера она вызвала ко двору знахарку, которая занималась бальзамированием тела Эдуарда и долго беседовала с нею. Скорее всего, королева пыталась выяснить, кто же был похоронен на самом деле, и спрашивала о каких-то приметах на теле мужа, знать о которых могла только она одна. В интересах любовников было сохранить это в тайне, и юный король, глубоко потрясеный внезапной смертью отца, сразу же заподозрил в причастности к ней Мортимера.Слухи об убийстве Эдуарда II распространились по всей Англии, и их попытались заглушить пышностью похорон, на которых присутствовал весь двор. Горе юного короля не утихало, но к счастью для него вскоре в Лондон приехала Филиппа Геннегау. Эта милая и «вполне женственная» тринадцатилетняя девочка была принята англичанами с восторгом, так как воплощала выгодный торговый договор с богатейшим графством.

Филиппа пленяла сердца не только тем, что несла надежду на благоденствие и процветание. Эта румяная полненькая фламандка была одарена обаянием и умением располагать к себе. Юный король Эдуард страстно влюбился в нее, Филиппа ответила не менее пылко, и когда в январский вьюжный день в Йорке состоялось венчание, молодые выглядели неимоверно счастливыми.

Королева Филиппа Геннегау. Э. Корбулда, 1849

Этот брак стал одним из самых успешных в истории королевских семей, и Филиппу называли «самой великой королевой Англии из тех, что правили после Джиневры». Эдуард, хоть и имел впоследствии увлечения, обожал свою жену. Она была умна, тактична, заботлива, милосердна и чрезвычайно популярна у народа. Брак продлился сорок один год, и за это время Филиппа подарила своему мужу двенадцать детей. Она стала образцовой женой, покровительницей людей искусства и законодательницей мод. Но это произошло не сразу. Первые годы царствования Эдуарда главной дамой английского двора оставалась Изабелла, а Филиппе даже не выделили отдельного хозяйства, положенного ей по статусту, не заходила речь и о коронации. Супругой короля пренебрегали, а он пока ничего не мог поделать. Изабелла ревновала сына к девочке, которая отодвигала ее на второй план, и не могла справиться с завистью.

Королева-мать старела, ее прославленная красота увядала, а невестке сразу же досталось все, чего сама Изабелла никогда не имела – красивый, умный, любящий муж и радости супружества. Она с горечью вспоминала свои унижения и крах брака, завершившегося мятежом и таинственной смертью мужа. У старшей королевы был возлюбленный, но любовь Мортимера не давала ощущения полного счастья, ее приходилось скрывать, и надежды выйти замуж не было. Жена Мортимера Джоан обладала крепким здоровьем и могла прожить долгие годы. Юную и бесхитростную Филиппу Изабелла опасалась из-за угрозы потерять власть. Она прекрасно понимала, что любимая жена могла влиять на короля гораздо сильнее матери и решила во всем ограничивать невестку, не давая ей средств для оказания влияния на баронов. Изабелла хотела править сама и надеялась, что пятнадцатилетний Эдуард еще долгие годы будет послушным и управляемым сыном. К тому времени королева – мать обладала огромными богатствами и наслаждалась невиданной для прежних королев Англии роскошью. Но счастливые годы ее регентства заканчивались.