В день когда я умерла…

Глава 80. Наложница.

Я, конечно, сопротивлялась как могла, но тем самым лишь усугубила ситуацию, окончательно выбесив своего обидчика. Будь я в прежней форме, возможно мне и удалось бы вырваться, но моё тело совершенно ослабело за время скитаний.

Я довольно быстро потерпела поражение.

Это было грязно, больно и унизительно.

Взяв что хотел несколько раз подряд, хозяин вышвырнул меня за дверь, как ненужную вещь.

От моего блистательного вида не осталось и следа. Платье было порвано, волосы растрёпаны, на руках и ногах саднили ссадины.

Чувствовала я себя отвратительно, подавлено, оскорбленно и гадко.

Я сидела на полу, под дверью хозяйкой спальни, не зная, что мне делать, куда идти. Казалось бы, меня никто не держит, можно попытаться сбежать… Но куда я побегу, бросив здесь Рейлина?

Проходящая по коридору служанка, что-то язвительно мне сказала, глядя сверху в низ, и хихикнув удалилась.

Как же было досадно не понимать их речь и не иметь возможности даже огрызнуться в ответ.

Боже, такого унижения я не испытывала никогда в жизни. Мне хотелось сквозь землю провалиться. Я даже чувствовала жар, которым пылали мои щеки от стыда перед самой собой. Надо же было так низко пасть…

Изо всех сил я сдерживала слезы. Нет, они не увидят мою слабость.

Запахнув, насколько это было возможно, платье, я направилась по коридору к лестнице, а затем к выходу из дома.

Все, кто встречался мне на пути, без стеснения меня разглядывали.

Мне хотелось поскорее убраться с глаз долой, скрыться ото всех этих снующих мимо слуг, и я намеривалась сделать это в рабском бараке.

Я уже почти добралась до выхода, но меня остановила та самая полная женщина, которая и отвела в хозяйские покои. Она окинула меня беглым взглядом, о чем-то спросила. Тон её был резкий и недовольный. В очередной раз ответив, что я не понимаю, я вызвала на себя поток брани, сопровождающийся активной жестикуляцией.

– Я, знаете, тоже не в восторге, от того, что никого не понимаю – буркнула я в ответ.

Продолжая безостановочно тараторить, женщина схватила меня за локоть и поволокла по направлению обратно в дом.

– Тащит меня обратно к хозяину? – подумала я в недоумение – Ну пусть. Того я хотя бы понимаю. Может объяснит этой старухе, что сам выставил меня за дверь.

Но мы миновала лестницу и отправились по длинному коридору первого этажа. Коридор свернул за угол. Справа и слева были двери, двери… множество дверей. Наконец мы остановились напротив одной из них. Женщина толкнула дверь, и мы вошли. Комната была просторной и обставлена безвкусно ярко. Кушетки подушки, зеркала, безделушки, тряпки. От всего этого изобилия пестрило в глазах. В комнате было ещё четыре женщины, одетые также вызывающе, как и я. Наложницы. Они разглядывали меня с любопытством и перешептывались. Женщина подтолкнула меня вперёд и что-то командно гаркнула.

Одна из наложниц, явно показывая свое недовольство, порывшись в куче одежды подала мне лазурное платье.

Главная служанка дернула меня, видимо хотела, чтобы я переоделась. Что-то проворчала и удалилась.

Наложницы окружили меня и стали наперебой о чем-то расспрашивать. Я развела руками, заговорила на своём языке, давая понять, что я их не понимаю.

Услышав мою речь одна из них, красивая девица с голубыми волосами и раскосыми серыми глазами бросилась ко мне и обняла.

– Боги, ты с Северного континента, да? – восторженно воскликнула она.

Это было неожиданно. И привело меня в восторг, какого я сама от себя не ожидала. На душе потеплело, словно меня озарило солнцем в ненастный день. Неужели, наконец-то нашёлся человек, с которым мы будем понимать друг друга. Скажи мне кто об этом раньше, мне бы показалось, что это незначительно, но сейчас, я сочла эту возможность за счастье.

– Да! – Ответила я взволнованно – Я из племени Огненных Демонов. А ты?

– Я из племени Демонов Воды – ответила девушка – меня зовут Мейнори. Наш господин Ашерос Гиразон приплывал на большом корабле с разным товаром, в том числе и живым на наш остров, три года назад отец отдал ему меня за рулон ценного тонкого шёлка. Так я оказалась здесь.

Так, теперь я знаю имя хозяина и то, что у него есть, как я и предполагала, торговые связи с нашим континентом. Но почему же он тогда не устрашился Короля Тьмы, дурная слава о котором распространилась по всему континенту. Думает, что сюда он не доберется? Надо побольше узнать у Мейнори об этом месте и о хозяине.

– Я Лира, – представилась я – мы с моим женихом попали в шторм и нас вынесло к этим берегам. А потом нас схватил ваш хозяин, ограбил и объявил своими рабами.

С Мейнори мы проболтали до глубокой ночи. К счастью, никто нам не мешал. Я узнала, что наш хозяин крупный работорговец и купец, рабы – были его основным товаром. Законы на южном континенте были таковы, что рабом мог стать любой человек, не имеющий стабильного дохода и имущества. А также, любой побежденный в бою. Прийти в поселение, не имеющее покровителя, с войском, разграбить его и объявить всех жителей своими рабами – было в порядке вещей. Поэтому в живом товаре недостатка у хозяина не было.

Дом этот был разделен на две части, в одной половине были владения хозяина, а во второй – гостиница для тех, кто прибыл за товаром. Наложниц у хозяина было множество, около пяти десятков, точного количества Мейнори даже не знала. Так как размещались наложницы небольшими группами, занимая несколько комнат в данном крыле дома. Периодически состав наложниц менялся, пополняясь новенькими. Надоевших – выставляли на торги.

Очередные торги были запланированы через два дня. Одна девица из нашей комнаты будет выставлена там, о чем она сильно сокрушалась и периодически плакала.

Как говорит Мейнори, та девица здесь уже больше семи лет, и боится перемен и неизвестности. По словам Мейнори, наш хозяин неплохой и не обижает их, если делать то, что он хочет.

Мне он не показался хорошим. Но я тоже переживала из-за предстоящих торгов. Вдруг он вздумает продать меня, за мой вздорный нрав. Тогда мы будем окончательно разлучены с Рейлином…

Я в свою очередь поведала Мейнори о том, что ее племя завоевали Демоны Тьмы, чуть больше года назад. Рассказала я и о том, что мой город также захватил наш общий враг. О том, что Рейлин является Демоном Тьмы, я предусмотрительно умолчала. Не зачем ей об этом знать. Узнав об участи своего народа, Мейнори, конечно же расстроилась. Но в ее семье не было воинов, отец был рыбаком и содержал небольшую рыбную лавку, поэтому, у ее семьи был шанс выжить.

Эти два дня меня никто не беспокоил. К хозяину меня больше не водили, хвала небесам. Мейнори по моей просьбе разузнала, что распоряжений выставлять меня на торги не поступало. Я выдохнула с облегчением.

Все оказалось не так ужасно, как казалось в начале. Наложницы должны были большую часть времени проводить в своих покоях, но нам не воспрещалось перемещаться по дому.

Я попросила Мейнори научить меня нескольким самым распространенным словам и выражениям Южного диалекта, в особенности тем, которые связаны с рабами и предстоящими торгами.

Больше всего расстраивало то, что не было возможности увидеться с Рейлином. Он с остальными вновь прибывшими рабами был заперт в бараке. Мейнори говорит, что большую часть тех рабов выставят на торги, а кого-то, возможно оставят для работы в доме. На счет Рейлина, она меня заверяла, что больных и увечных рабов обычно не продают. Кто такого купит? Его должны оставить, хотя бы, пока он поправиться.

В день торгов проснулась я на рассвете, от шума во дворе. Съезжались покупатели, которые не прибыли заранее. Грохотали повозки, суетились слуги. Окна нашей комнаты выходили как раз на центральный двор, ровно напротив деревянных помостов. Эти самые помосты, как раз и предназначались для рабов, выставляемых на продажу.

За нашей соседкой пришли после завтрака. Она рыдала, умоляла, но ее уволокли, надев на шею цепь.

Мы с Мейнори и оставшимися двумя девушками прильнули к окну. Рабов выводили в цепях, которые надевали на специальные столбики на помостах, закрепляя особым замком.

Вот и наша подруга, в центре. Ее нарядили в роскошное платье, красиво уложили прическу. Перед каждым рабом выставляли табличку с ценой. Как мне пояснила Мейнори, если желающих на раба несколько, то начинается торг, подобно аукциону – кто даст больше.

Здесь же я увидела и женщин, прибывших со мной. Их тоже привели в подобающий вид, отмыли и прилично одели. Тех, что были молодыми и симпатичными, также нарядили в красивые вызывающие платья, продадут в наложницы. Остальных, одели как служанок.

Мужчин тоже всех привели в «товарный вид» – отмыли и одели в одинаковые серые штаны, оставив оголенным торс, чтобы показать покупателям их мускулы.

Последним вывели… Рейлина.

Мое сердце сжалось. Произошло то, чего я так боялась. Если его продадут… я никогда его не найду. Никогда.

Боже, нет, я не могу этого допустить!

Рядом с Рейлином поставили табличку: «Гладиатор, победивший в бою десятки воинов», и установили высокую цену.

Я решительно подскочила и рванула из комнаты, не обращая внимание на удивленные окрики Мейнори.

Глава 81. Торги.

Я стрелой влетела на второй этаж и ворвалась в спальню хозяина, без стука распахнув дверь.

Хозяин восседал в кресле за круглым позолоченном столиком и завтракал. От удивления он выронил из рук брускетту, которую нес в рот.

Я упала перед ним на колени и взмолилась – Пожалуйста, не продавай Рейлина… Умоляю тебя. Я буду делать все, что ты захочешь, только не продавай его…

С минуту он молчал, опешив и выглядел растерянно. А потом на его лице появилась его привычная надменная ухмылка.

– Девочка, – заговорил он вкрадчивым тоном, в котором звучала издевка – ты, кажется, забываешь, что я не один из твоих поклонников, чтобы со мной торговаться. Я – твой хозяин, я сам могу взять у тебя все что хочу, мне для этого не нужно твое разрешение или желание.

– Пожалуйста… – прошептала я дрожащим голосом, глядя ему в глаза. Губы дрогнули и слезы потекли по моим щекам.

– Я купец, – продолжил хозяин, но уже без издевки – у меня на первом месте выгода. Что мне делать с твоим принцем? Он годится только для гладиаторских боев. Я бои не устраиваю. Или ты думаешь, что твой принц будет мести двор или чистить стойла?

Выгода… ну конечно! Зацепившись за надежду, я включилась в диалог.

– Но зачем ты продаешь его в таком состоянии? Он сильно изранен и ослаб. Кого такой заинтересует? – Заговорила я, пытаясь переубедить торговца – Если ты дашь ему время поправиться, то сможешь продать его намного дороже.

– Какая умная девочка, – расхохотался хозяин – все схватываешь на лету! Но нет, ты не совсем права. Он не умирающий, раны уже заживают. Опытный глаз учредителя боев разглядит его потенциал. Боевые раны не отпугнут моего клиента, а я, не буду сбавлять из-за них цену. Я не устраиваю торги каждый день. А кормить твоего принца полгода – мне не выгодно. За эти полгода он окрепнет, захочет сбежать, взбунтоваться. Зачем мне эти проблемы? Я помню острие его клинка на моей шее. Поэтому, я продам его сейчас.

– Смирись с этим. Расслабься. И составь мне компанию за завтраком – добавил он, протягивая мне бокал вина.

Я ничего не ответила и не сдвинулась с места. Минуту я колебалась, между желанием броситься ему на шею и умолять и желанием уйти. Второе победило. Я поняла, что мне его не убедить, нет смысла унижаться и упрашивать. Он принял решение, основываясь на своих рациональных доводах.

Я поднялась, развернулась и вышла за дверь.

Хозяин не попытался меня остановить или окликнуть.

Мир рухнул для меня, в который раз, окрашиваясь в серые краски. Опустошенная и поникшая я брела по коридору.

Оставалось только надеется, что Рейлин, в своем плачевном состоянии, не привлечет внимание покупателей, вопреки уверенности хозяина. Но надежда эта, была очень слаба, она теплилась в моем сердце, пытаясь вытеснить доводы, приведенные хозяином, но доводы брали верх.

Я отправилась во двор, чтобы пока не начались торги, увидеться с Рейлином, возможно в последний раз.

Рейлина разместили с краю помоста. Я бросилась к нему, но, когда оставалась буквально пара шагов меня схватил страж.

– Пусти меня, дубина! Пусти! – закричала я, отчаянно брыкаясь.

Рейлин попытался что-то сказать стражу на наречии южного континента.

Но страж, не обращая внимание на его слова, неумолимо тащил меня в сторону дома.

Неожиданно, на помощь мне пришла Мейнори. Спустившись с крыльца, она подбежала к тащившему меня стражу и стала что-то быстро и эмоционально говорить, размахивая руками. Он остановился и вступил с ней в диалог.

На удивление, поговорив с Мейнори страж отпустил меня. Я было рванула обратно к помосту, но Мейнори поймала меня за руку.

– Не спеши, – одернула она меня – я сказала стражу, что ты хочешь попрощаться. Но ты должна сдерживать свои эмоции. Мы подойдем, поговорите пару минут, не больше. Поняла?

Я утвердительно кивнула.

Мы взялись под руки и степенным шагом, словно прогуливаясь подошли к помосту.

Когда я подошла к Рейлину, моё сердце затрепетало, губы задрожали. Мне так хотелось его обнять, но Мейнори запретила мне подниматься на помост, сказав, что стражи этого не потерпят.

Я взяла Рейлина за руку и больше не могла сдерживать слез.

Дрожа от волнения, я прижала его руку к своей щеке, затем к губам.

– Ну что ты, Кира – прошептал Рейлин – не плач, не разрывай мне сердце…

– Ах, Рейлин я… – задыхаясь от рыданий шепнула я в ответ – я не могу тебя потерять…

– Не переживай милая, меня никто не купит – уверенно заявил Рейлин, пытаясь меня подбодрить – Я далеко не в лучшей форме, кому нужен такой воин?

Ах, если бы это было так… но слова хозяина не выходили у меня из головы.

– Могу ещё для пущей убедительности покашлять – продолжал иронизировать Рейлин – чтобы казаться уж совсем больным и чахлым.

Страж двинулся в нашу сторону и Мейнори начала тянуть меня за рукав.

-Я люблю тебя, Кира – шепнул Рейлин, целуя мою руку – все будет хорошо…

– И я тебя люблю… – прошептала я сквозь слезы.

Мейнори тащила меня уже со всей силы. Наши с Рейлином руки разомкнулись.

У меня было тягостное предчувствие, что мы видимся в последний раз. Оно гнетуще давило на меня, будто огромный камень.

Двор начал наполняться людьми. Начинались торги. Подтягивались покупатели. Мейнори затащила меня в дом, так как нам нельзя было присутствовать во время торгов.

По центру двора водрузили трибуну, на которую взгромоздился тучный управляющий поместья.

Рядом с трибуной поставили кресла, одно высокое, почти что трон – для хозяина, и еще восемь поменьше – для самых уважаемых гостей.

Хозяин, разодетый в ослепительный золотой наряд, величественно взмахнул рукой, открывая торги.

Мы снова устроились у окна, распахнув створки, чтобы лучше слышать. Я не сводила глаз с Рейлина. Все мои мысли были сейчас с ним. Молясь всем известным мне богам, включая безликую Систему, о которой рассказывал Рейлин, я просила лишь об одном – чтобы его не купили.

Я была готова смириться с рабской участью, с любыми унижениями, лишь бы он был рядом. Только бы иметь возможность, хоть иногда взглянуть в его бездонные глаза.

Покупателей было много, они прогуливались вдоль помоста с рабами, осматривали их, щупали. Самым популярным был помост с наложницами. Там толпились мужчины, тесня и отталкивая друг друга.

Наша соседка по комнате пользовалась популярностью и за нее устроили торги, в которых участвовало около дюжины покупателей. Они наперебой выкрикивали цену, повышая ставки. В конце концов она досталась пожилому господину, с неприятным лицом и очень длинными витиеватыми рогами, сидевшему по правую руку от хозяина.

– Это очень важный гость, – пояснила мне Мейнори – постоянный покупатель, очень богатый вельможа из столицы, приближенный самого императора. Говорят, что он очень жестокий и с извращенными вкусами. Ходят слухи, что наложницы у него долго не живут, а некоторых хватает лишь на одну ночь. Я сочувствую нашей подруге. Еще, он проводит в столице самые грандиозные гладиаторские бои на смерть, на которых часто присутствует император.

Я поежилась, от этих ее слов. Я хоть и совсем не знала проданную девушку, но мне было искренне ее жаль. И эти бои… от напоминания о них у меня холодело в груди.

Проданных рабов уводили с помоста. Торги шли активно и уже к полудню помост изрядно опустел.

Боги, пока были ко мне благосклонны. Рейлином интересовались мало, и те, кто интересовался, разочарованно отходили после осмотра.

Рейлин, как и обещал, изобразил еще более чахлый вид, чем был на самом деле – опустил плечи, ссутулился и периодически покашливал.

Неприятный господин, купивший нашу соседку, поднялся с места и пошел вдоль помоста в сопровождении нашего хозяина. Хозяин вел себя с ним раболепно, услужливо раскланиваясь.

Его интересовали мужчины. Безразлично минуя несколько рядов, он направился к помосту с самыми дорогими и мускулистыми рабами.

Мое сердце тревожно заныло, ведь именно в той группе был мой Рейлин.

Переговорив с хозяином, он небрежно махнул рукой, указав на большую половину группы. Купил их даже не осмотрев.

Я затаила дыхание. К горлу подкатил ком.

– Пожалуйста, пройди мимо… пожалуйста… – шептала я как мантру.

Но он не прошел. Он остановился аккурат напротив Рейлина. Хозяин ему что-то говорил, лебезя, а тот удовлетворенно кивал в ответ. Потом он стал Рейлина щупать. Рейлин закашлялся. На что мерзкий господин влепил ему пощечину наотмашь.

От неожиданности я вскрикнула.

Рейлин вскипел. Глаза его вспыхнули гневом, плечи сами собой расправились, а мышцы напряглись.

Противный господин самодовольно расхохотался и удовлетворенно похлопав по плечу хозяина, махнул рукой в сторону Рейлина. Тут же подбежали два стража и отстегнув цепь свели Рейлина с помоста.

– Нет, нет, нет! – Отчаянно закричала я. Я не хотела в это верить. Пусть это окажется кошмаром, просто страшным сном.

Под испуганные окрики Мейнори, пытающейся меня остановить, я спрыгнула с окна и помчалась к помосту. Стражники двинулись в мою сторону, но я была быстрее.

Я бросилась в ноги неприятному господину, обхватив их руками и взмолилась, путая и смешивая слова своего языка и Южного – Пожалуйста, умоляю, купите и меня… Пожалуйста…

Глава 82. Дух мятежный.

Господин посмотрел на меня как на умалишенную, удивленно поднял бровь и перевел взгляд на моего хозяина.

Хозяин сам опешил от произошедшего, он изумленно смотрел на меня приоткрыв рот.

Придя в себя от первичного шока, он метнул в меня молнию взглядом и раздраженно махнул рукой стражам, чтобы меня убрали. Стражи рьяно бросились ко мне, но господин с длинными рогами их остановил, подняв руку и сказав – оставьте.

– Простите за эту выходку, Ваша Светлость – голосом полным сожаления произнес хозяин, раболепно склонившись – эта девица не в себе. Ее ждет жестокое наказание, за такое безрассудное поведение, поверьте…

– Безумных у меня еще не было, – усмехнулся важный гость, вожделенно пожирая меня глазами – и такой невероятный цвет волос… подробных демониц я в жизни не видывал. Сколько вы за нее хотите?

– Эээ… дело в том… что она не продается. – Ответил хозяин запнувшись.

– Я думаю, мы с вами договоримся о цене – настаивал господин, лукаво подмигнув моему хозяину – просто назовите сумму.

– Н-нет, не могу… простите, я ее не продаю, – неуверенно возразил хозяин – но я могу подарить вам в качестве компенсации любую другую из моих наложниц, какую пожелаете, пойдемте я Вам покажу.

Я не понимала, о чем они говорят, понимая только значение нескольких слов, которым меня научила Мейнори. Но мне было понятно, что речь идет о цене, тот хочет меня купить, а хозяин не соглашается. Да что же этот жадный черт ломается, продал бы уже меня и все, ведь явно, этот господин заплатит хорошую цену. Поведение хозяина не поддавалось никакой логике.

Хозяин учтиво взял гостя под руку, желая увлечь за собой, при этом злобно зыркнул на меня и прорычал сквозь зубы – Пошла вон!

– Никуда я не уйду, – вспыхнула я – господин, купите меня, умоляю…

– Дорогой друг, девушка явно не хочет быть вашей наложницей – усмехнулся господин – А я все больше желаю её купить, и готов щедро заплатить.

Хозяин побледнел, поджал губы и одарил меня таким ненавидящим взглядом, что мне подумалось, он теперь меня из принципа не продаст, чтобы спустить с меня шкуру.

Приобняв гостя за плечи, он заговорщицки потянул его в сторонку и тихо заговорил – Понимаете ли, я не могу её продать, потому что она мне не наложница, это моя родственница… и она не в себе…

Поняла я из этой речи лишь два слова – «родственница» и «не в себе». Нет, это же надо, так искусно и убедительно лжёт! Я разъярилась и возмущённо воскликнула – Но это ложь!

Вокруг нас уже стали собираться любопытные зрители.

– Хватит! – Рявкнул хозяин, и кивнув страже, раздраженно добавил – уберите её наконец с глаз долой.

В этот раз важный гость не стал препятствовать, видимо слова хозяина о родственнице его убедили. Два стража подскочили ко мне, подхватили под руки и поволокли в дом.

Мой план рухнул. Всё пропало… я больше не увижу Рейлина…

Я больше не сопротивлялась, не рыдала. Меня словно опустошили. Будто мою душу высосали, лишив эмоций, желаний, красок. Я погрузилась в серый мрак.

Стражи втолкнули меня в комнату и ушли.

Все девушки смотрели на меня ошалело.

Мейнори подбежала ко мне, обняла за плечи и произнесла изумленно – Лира, ну ты даёшь!

Я не ответила. У меня не было настроения на разговоры. Я отстранилась от неё, села на окно и уставилась на гнетущее красновато-жёлтое небо.

Я словно погрузилась в транс. Мейнори не трогала меня около двух часов, потом снова попыталась заговорить, но я не отреагировала, и она отстала.

Я просидела на окне до вечера. От ужина я отказалась. Я подумала и решила вообще не есть. Жизнь моя потеряла смысл. Зачем мне нужна такая жизнь?

Очнулась я от страшного удара в дверь. Дверь распахнулась и в комнату влетел разъяренный хозяин. Видимо проводил гостей и теперь отыграется на мне по полной… чтож, мне все равно…

– Лииира! – завопил он с порога.

Но я даже не обернулась.

Девушки в испуге попрятались по углам.

—А ну не смей меня игнорировать! – взрычал он, подскочил ко мне, схватил меня за волосы и сдернул с окна. Было больно, и я вскрикнула.

– Ты! Ты… – негодовал хозяин, видимо хотел высказаться, но передумал делать это здесь и потащил меня за волосы в свою спальню.

Я не сопротивлялась. Мне хоть и было больно, но я держалась и не произнесла ни звука.

Затащив меня в комнату и с грохотом захлопнув дверь, он влепил мне пощёчину и разразился гневной речью.

– Да как ты посмела, так меня опозорить! Ты… ты ничтожная рабыня! – орал он, кипя от гнева.

– Дура! Ты хоть представляешь, к кому ты хотела продаться?! Нет, ты не представляешь! Давай ка я тебе расскажу! Он маньяк, извращенец. Знаешь, что он делает со своими наложницами?! Он их потрошит, пытает, шкуру сдирает с них живьем маленькими кусочками!

Выпалив эту речь, тяжело дыша, он сверлил меня глазами ожидая реакции.

– Мне все равно – ответила я равнодушным голосом – Зато там я могла бы быстро умереть. Чем мне лучше здесь у тебя? В унижении и рабстве. Мне не нужна такая жизнь.

Хозяин молчал, гнев его похоже стал стихать, он смотрел на меня с недоумением.

Тут меня понесло. Мне захотелось все ему высказать. Эмоции прорвались. Ведь это он виноват! Он продал Рейлина этому ужасному человеку!

– Знаешь что! – Заговорила я закипая – Я не буду покладистой рабыней! Лучше убей меня сразу, сейчас, давай… а то я и дальше буду позорить тебя своим неповиновением. Ты мне не хозяин! Я – не рабыня! Во мне течёт королевская кровь! Что ты передо мной? Обычный вассал, не более!

– Ах ты… – начал было свирепеть хозяин, но почему-то остановился.

Он протянул ко мне руку и коснулся щеки, которая горела от его пощечины. Неожиданно, он ласково погладил меня по щеке. Я отшатнулась, отступив на шаг.

– Я понимаю, тебе нелегко, – произнес он, вздыхая – но тебе придется смириться, ты привыкнешь, нужно только время. Я постараюсь не обижать тебя больше.

– Мне не нужны твои одолжения. – С вызовом ответила я, гордо расправив плечи – Я никогда не смирюсь с рабской долей.

– А что, если… впрочем нет, не сегодня – задумчиво произнес хозяин – боюсь, сегодня у нас с тобой не получится конструктивного разговора. Ты расстроена. Вернемся к этому диалогу в другой раз. А сейчас можешь идти.

Ничего не говоря, я развернулась и вышла вон.

Сказать по правде, он меня удивил. Я ожидала от него чего угодно, но не сочувствия. Он ведь был так взбешен, что я думала не выйду из этой комнаты живой. Что это на него нашло.