Совсем другой мир

Он оторвался от чтения и уставился на Эреба.

– А что? Тебя это волнует? – буркнул Эреб, не двигаясь.

– Да нет… Просто спросил. Лично мне было бы не по себе, если бы за мной кто-то вечно ходил по пятам.

– Вряд ли во вселенной найдётся настолько глупый дух, что станет шататься за беглецом,

– фыркнул Эреб с откровенным презрением. – От тебя воняет ложью.

Мирроу громко захлопнул свою книгу.

– И в чём же я, по-твоему, лгу? – в его голосе зазвенела холодная злость.

– В тебе есть что-то. Знакомое. Древнее. Что ты скрываешь?

Эреб наконец поднялся. От его фигуры, будто от разбитого зеркала, поползли во все стороны густые, беспокойные тени.

– Что ты от меня хочешь, мрачный жнец? – в ответ поднялся и Мирроу, делая шаг вперёд.

– Хочу знать, что ты за тварь, – прошипел Эреб, и в его сжатой ладони материализовался холодный блеск металла.

– Не глупи. Здесь нет места для битвы. Но повторю: я не враг, – Мирроу подошёл почти вплотную, его голос стал низким и настойчивым. – Если хочешь, я уйду. Но без порталов и без знания этих земель тебе будет непросто провести её к безопасности. А я могу помочь.

– Я знаю эти земли!

– Знаешь, но что-то тебя сковывает. Верно?

Эреб молниеносно рванулся вперёд, схватив Мирроу за грудки плаща, а другой рукой взмахнув мечом.

– О чём ты говоришь?!

– Прости, жнец, но твою растерянность заметит даже ребёнок. Хочешь убить меня? Убивай. Что утром скажешь своей госпоже? Что пещера сама в кровь окрасилась?

– Она и капли не увидит.

– Всё может быть. Ну? Валяй.

Эреб с силой швырнул его в сторону. Мирроу, словно пушинку, отбросило к выходу с такой мощью, что массивный валун, служивший дверью, вылетел из проёма, открыв ночному ветру вход в пещеру. Вместе с ним вылетел и Мирроу.

Через некоторое время он вернулся. Молча, с глухим стоном, вкатил камень обратно, закрыв нас от внешнего мира. Но ближе не подошёл. Он просто опустился у основания валуна, словно прислонившись к нему спиной, и вновь открыл свою книгу, погрузившись в чтение. Тишина в пещере стала тяжёлой и звонкой, как натянутая струна.

Наступило утро. Порывшись в своей походной сумке, я обнаружила, что она не была как следует закрыта. Половина вещей, которые Эреб так тщательно собирал, растерялась где-то позади – в тех самых местах, где за нами гнались склизкие твари.

– Что-то потеряла? – спросил Эреб, его голос был спокоен, но устал.

– Ага. Почти всё, что было в сумке, повываливалось, пока мы убегали от червей, – с тяжёлым вздохом призналась я.

– Вряд ли им твои вещи пригодятся. Что именно нужно?

– Ну, хотя бы влажные салфетки и расчёску.

– Хорошо.

Он провёл рукой над уже закрытой сумкой. Ткань слегка надулась, став ощутимо тяжелее. Раскрыв её, я обнаружила внутри небольшую бутылку с чистой водой, аккуратную деревянную расчёску и пачку плотных, пропитанных ароматной влагой салфеток. Магия бытового удобства.

– Круто, – вырвалось у меня. – А с едой так можно провернуть? Хочу мяса!

Фраза, задуманная как шутка, прозвучала устало и с оттенком сарказма.

– Давай, собирайся. Пора в путь, – отрезал Эреб, и по его тону было ясно – он тоже измотан.

– А где наш новый напарник? – оглянулась я.

– Снаружи.

С этими словами он вышел из пещеры. Я привела себя в порядок и последовала за ним.

Солнце светило ярко, но его лучи были холодными и не давали тепла. Остаток пути мы проделали в молчании. Покинув, наконец, царство голых камней, мы прошли через странный лес, состоявший из тонких, гибких деревьев с длинными ветвями, которые свисали до самой земли, как занавеси.

А впереди нас ждал городок. Небольшой, уютный, весь построенный из тёмного дерева. Но самым удивительным были не дома, а то, что их покрывало. Каждое строение, от самого маленького домика до, видимо, ратуши, было оплетено густыми вьющимися растениями, напоминающими дикий виноград. Крупные, почти багровые листья наливались цветом под холодным солнцем, создавая впечатление, будто весь городок пылает тихим, живым огнём.

По мощёным улицам неспешно сновали местные жители. Все они были одного, среднего роста – и мужчины, и женщины. Одевались в светлые, простые одежды, а поверх носили короткие полушубки из овечьей шерсти, похожие на утеплённые жилеты. Я заметила одну женщину: на её полушубке сияла крупная брошь в форме изумрудного листа, украшенная мелкими самоцветами. Её волосы были заплетены в высокую, тугую косу-хвост, из которой выглядывала изящная шпилька, также украшенная миниатюрными зелёными листьями, перекликающимися с брошью. Но больше всего поражали их лица: белоснежная кожа, большие глаза с характерным лисьим разрезом, маленькие, аккуратные носы и, конечно, изящные заострённые уши, выдававшие в них не совсем людей. Эльфы? Или нечто иное?

– Это не эльфы, – ухмыльнулся Эреб, и я почувствовала, как его невидимый взгляд скользнул по моим мыслям.

– Опять роешься у меня в голове? – фыркнула я.

– Немного. Это багрели. Их осталось совсем немного. Это их город.

– Ого, они что, вымирающий народ?

– Что-то вроде того, – вмешался Мирроу. – Это их основное поселение. Неподалёку есть деревня – там живут те, кто предпочитает вести сельское хозяйство, и… те, кто «намешали» кровь с другими расами. А здесь же, в городе, в основном богачи и чистокровные.

– Ясно, – кивнула я.

Нам не пришлось долго наслаждаться дивными видами. Буквально как по щелчку пальцев перед нами возникла местная стража – группа мужчин в строгих светло-серых мундирах. На груди у каждого висел багровый значок в виде виноградного листа с выгравированными символами и цифрами.

– Что вам тут надо, чужаки? – начал самый старший, чьё лицо было высечено из камня недоверия.

– Вы несёте смерть, – добавил другой, помоложе. Остальные шестеро в едином порыве обнажили оружие – изящные, но смертоносные кинжалы, рукояти которых были украшены плетёным металлическим виноградом.

– Не вам смерть мы несём, – равнодушно ответил Эреб. – Уйдите с дороги. Мы здесь ненадолго.

– Ты посмотри-ка, демон смеет на нас смотреть свысока! – рявкнул один из вооружённых.

– Жалкие, мелкие создания… – голос Эреба начал отливать холодной сталью, а воздух вокруг него стал гуще.

– Прошу вас, не злитесь, уважаемые, – спокойно, почти сладко вмешался Мирроу, делая шаг вперёд. – Мой друг устал, потому не в духе. Мы не создадим вам неприятностей. Более того, готовы заплатить. Скажите, есть ли в вашем городе дом, где можно отдохнуть? Мы покинем его с рассветом.

С этими словами он метким движением бросил старшему небольшой, но увесистый мешочек. Тот ловко поймал его, развязал, и его глаза загорелись при виде груды драгоценных камней. Вслед за этим Мирроу передал ему аккуратно свёрнутый свиток. Старший развернул его, пробежался глазами по тексту, и его лицо изменилось – злость сменилась почтительным удивлением. Он быстро свернул пергамент и спрятал во внутренний карман.

– Пусть проходят, – скомандовал он, взмахом руки отзывая стражников.

Нас без лишних слов проводили до самого крайнего дома расположенного у выхода из города. Он, как и все остальные дома, был оплетён яркими листьями, но внутри оказался пустующим. Наконец-то можно было отдохнуть по-человечески: справить нужду в подходящем месте, принять долгожданную горячую ванну и переодеться в чистую одежду – Эреб, как выяснилось, уже позаботился об этом, магически пополнив мою сумку. Позже нам принесли еду, и я наконец-то плотно поела и выпила чашку ароматного, бодрящего кофе.

– Ты что, совсем не ешь? – обеспокоенно спросила я у Эреба, который неподвижно сидел в кресле. Мирроу же, демонстративно закинув ногу на ногу, смаковал свой кофе. Он сидел вместе со мной за деревянным столом, к еде он не притронулся.

– Я предпочитаю немного другую еду. Ваша пища для меня безвкусна.

– Не могу полностью согласиться, – встрял Мирроу, причмокивая. – В кофе например, определённо есть своя прелесть. Конечно, вино куда изысканнее, но и кофе не стоит списывать со счетов. Ты просто его не распробовал.

– Молчи, тебе слова не давали, – брезгливо фыркнул Эреб.

– Между вами что-то произошло? – настороженно поинтересовалась я.

– Ничего особенного, – пожал плечами Мирроу. – Просто твой теневой друг меня невзлюбил с первого взгляда. А ведь именно я привёл вас сюда. И если бы не я, «вязкие» могли бы вас изрядно потрепать. И кто знает…

– Заткнись уже! – рявкнул Эреб.

– Всё, молчу! – безразлично поднял руки в знак сдачи Мирроу.

– Да уж… – протянула я и с новым энтузиазмом принялась за сочное говяжье мясо, картофель, сливочную кашу и салат из незнакомых, но вкусных овощей. И этот кофе… он был бальзамом для души.

После ужина я поднялась на второй этаж в свою комнату. Она была скромной, но невероятно уютной. Окно выходило за пределы городской стены, на тёмные силуэты гор. Центром притяжения была широкая двуспальная кровать с плетёным балдахином. Шёлковые ленты, переплетённые, как виноградная лоза, и искусно вышитые листья свисали с каркаса. Сама кровать была деревянной, но с толстым мягким матрасом и пуховыми подушками. Постельное белье, тёплое и грубоватое на ощупь, было из чистой шерсти. Камина в комнате не было, но откуда-то снизу поднималось равномерное, ласковое тепло.

Я легла. Впереди был ещё целый день, но куда-то идти совершенно не хотелось. Горячая ванна и плотная трапеза сделали своё дело, вытянув из меня последние силы. Даже крепкий сон в пещере не восстановил меня как следует. Я закрыла глаза и почти сразу провалилась в сон. На этот раз мне снился мой мир. Обычный, человеческий мир. И моя семья – такая далёкая и такая любимая.

Глава 7 Багровая ночь

В доме царила сонная, почти звенящая тишина. Мирроу беззаботно растянулся на диване, крутя в пальцах тот самый камень-бирастид. Голубоватый кристалл, размером чуть больше спичечного коробка, переливал свет, напоминая о его невыполненном обещании – в конце концов, до гор нас ускорили не его чары, а преследующие «вязкие». Его лицо, как и лицо Эреба, было скрыто от внешнего мира, видны были лишь пара хитрых, подслеповатых в солнечных лучах глаз.

Эреб стоял у книжного шкафа, прислонившись к стене. Он изучал какую-то старую книгу, словно пытаясь найти в ней ответы на возникшие в путешествии вопросы. Шкаф стоял прямо у окна, и поток солнечного света, падающий на него, казалось, был единственным источником тепла в прохладной комнате. Гостиная совмещала в себе всё: маленькую кухонную нишу, массивный обеденный стол, с которого ещё не убрали следы моего недавнего пиршества, лестницу на второй этаж и входную дверь.

Именно в эту дверь раздался размеренный, но настойчивый стук. Эреб демонстративно не оторвался от книги. Лежащий Мирроу лишь лениво поднял руку, махнул в сторону входа, и дверь бесшумно приоткрылась.

На пороге стоял пожилой мужчина в добротном овечьем полушубке и светло-серых шерстяных брюках. На его правой руке сверкал массивный перстень с глубоким изумрудом. Поправив очки, он переступил порог.

– Как я погляжу, вы устроились с комфортом, дорогие гости, – его голос был сухим и вежливым. – Не хочу отвлекать, но глава города поручил мне пригласить вас на празднование Заката Лозы. В этот день солнце особенно ярко красит наши листья. А с заходом… можно уловить в воздухе аромат сочного, невидимого винограда. Празднество пройдёт в главном зале Багрового Дома, неподалёку. Все приглашённые должны быть в соответствующем одеянии: дамы – в платьях, мужчины – в строгих костюмах. Вам же, господа, – его взгляд скользнул по скрытым лицам, – дозволено скрыть свои лики масками. Мы приняли вас с гостеприимством, и прошу не оскорблять нас отказом.