Читать книгу Расставание. Нас было трое в нашей любви (Олеся Руданская) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Расставание. Нас было трое в нашей любви
Расставание. Нас было трое в нашей любви
Оценить:

4

Полная версия:

Расставание. Нас было трое в нашей любви

Я не отстранилась. Сидела, уткнувшись лбом ему в плечо. Он гладил меня по спине, говорил: «Ну что ты, Кать», а мне до стыда хотелось на этом закончить.

Поверить. Попросить, чтобы больше так не говорил. Умыться, лечь рядом, а утром решить, что устала и слишком остро все восприняла.

Я все еще могла это сделать.

На столе завибрировал его телефон.

Денис повернул голову, посмотрел на экран и на секунду убрал руку с моей спины.

— Ника доехала, — сказал он.

Я выпрямилась.

Он уже набирал ответ. Быстро, одной рукой. Ничего особенного: наверняка «хорошо» или «спокойной ночи». Я не видела и не пыталась посмотреть.

— Подождать не может? — спросила я.

Денис поднял глаза.

— Я только пожелал спокойной ночи. Кать, ну ты чего?

Мне стало холодно от открытого окна.

Он положил телефон экраном вниз, встал и закрыл створку. Потом принес с дивана плед, который я обычно набрасывала на ноги.

— Вот. Ты вся замерзла.

Я взяла плед, но не развернула.

Денис снова сел напротив.

— Прости за эту фразу. Правда, не надо было так говорить. Я не подумал, как это может прозвучать для тебя.

Я провела пальцем по мягкому краю пледа.

— А для нее?

— Что для нее?

— Как это прозвучало для Ники, ты подумал?

Он не ответил.

— Она знает, что ты все еще мог бы на ней жениться?

— Катя, я уже женат.

— Я заметила.

Впервые за весь разговор в моем голосе появилось что-то резкое. Денис поморщился, но я не извинилась.

— Между мной и Никой ничего нет, — сказал он. — Ничего такого, что ты сейчас представляешь.

— Я не знаю, что мне представлять.

— Тогда спроси у нее. Она тебе то же самое скажет.

Я подняла голову.

— Я не хочу спрашивать у Ники, что происходит в моем браке.

Денис потер ладонью шею.

— Я пытаюсь тебя успокоить.

— А я хочу, чтобы ты со мной поговорил.

— Мы и так разговариваем уже полчаса.

Я посмотрела на часы. Он был прав. Мы разговаривали почти сорок минут. Я все еще сидела в праздничном платье. На кухне остыли остатки кофе, в холодильнике стояла моя тарелка, на журнальном столике — проигрыватель, который мы так и не включили.

Еще несколько часов назад я ждала вечера, чтобы сесть рядом с ним и послушать музыку. Теперь смотрела на знакомое лицо и боялась задать вопрос, который не давал мне покоя с того момента, как я остановилась у кухонной двери.

— А если она захочет быть с тобой сейчас?

Денис перестал тереть шею.

Я ждала.

Из кухни донесся короткий щелчок: отключилась кофемашина. Где-то за стеной соседи передвинули стул.

— Она не захочет, — сказал он наконец.

Я сильнее сжала край пледа.

— Я спросила не это.

— Ника не собирается разрушать нашу семью.

— Денис. Если она скажет, что ошиблась тогда. Что теперь хочет быть с тобой. Что ты ответишь?

Он смотрел на меня с растерянностью и досадой. Я все еще надеялась услышать, что он не хочет другой жизни. Что ему нужна я.

— Зачем ты ставишь меня в такое положение? — спросил он.

— В какое?

— Заставляешь выбирать. Катя, Ника была в моей жизни еще до тебя. Я не могу просто взять и вычеркнуть человека.

Я медленно положила плед на соседний стул.

— Я думала, ты сделал этот выбор, когда на мне женился.

На этот раз Денис отвел глаза первым.

Глава 2. Ты же знала о нашей дружбе

Утром я проснулась от запаха кофе.

Несколько секунд лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к знакомым звукам. На кухне стукнула дверца шкафа, зашумела кофемашина. Денис что-то уронил, негромко выругался.

Обычное воскресенье.

Я потянулась к другой половине кровати, но простыня оказалась холодной.

Тогда вспомнила вчерашний вечер.

Мы так и не договорили. После моего последнего вопроса Денис долго молчал, потом поднялся и сказал, что мы оба устали. Предложил продолжить утром, когда перестанем цепляться к словам друг друга.

Я хотела возразить, но сил уже не осталось.

Он принес из спальни подушку, забрал с кресла плед и устроился на диване. Я сказала, что ему необязательно уходить из нашей кровати.

— А ты сейчас сможешь рядом со мной уснуть? — спросил он.

Я не ответила.

Денис пожелал спокойной ночи.

Я закрыла дверь спальни и еще долго лежала без сна.

Теперь за стеной он готовил кофе. Как делал сотни раз до этого.

Я посмотрела на телефон. Девять семнадцать. Вчерашние фотографии уже появились в общем чате. Оля прислала несколько снимков, Паша добавил смешное видео, на котором Денис пытался задуть свечи, а одна упорно не гасла.

На фотографии мы стояли вдвоем.

Я открыла ее.

Денис улыбался, чуть наклонив голову ко мне. Я смотрела в камеру. Его ладонь лежала у меня на талии.

В углу снимка виднелась Ника. Она стояла рядом с Татьяной Викторовной и тоже улыбалась.

Я увеличила изображение, потом тут же уменьшила.

Глупость какая.

Ника была на общем снимке, потому что пришла на день рождения нашего общего близкого человека. Еще вчера в этом не было ничего странного.

В дверь осторожно постучали.

— Кать, ты проснулась?

— Да.

Денис приоткрыл дверь. На нем были домашние брюки и футболка. Волосы торчали после сна, под глазами залегли тени.

— Я кофе сделал. Будешь?

— Буду.

— С молоком?

Я посмотрела на него.

— Как обычно.

— Хорошо.

Он задержался в дверях, словно собирался что-то добавить, но передумал.

Когда дверь закрылась, я села на кровати.

Мне хотелось, чтобы он вернулся. Сел рядом и сказал что-нибудь простое. Например, что вчера вел себя как дурак. Что ему самому противно вспоминать сказанное. Что я действительно его жена, а не женщина, на которой он женился после чужого отказа.

Я не ждала признаний в стихах.

Мне было бы достаточно понять, что Денис увидел происходящее моими глазами.

Я умылась, собрала волосы резинкой и вышла.

На кухне он уже поставил две чашки. Рядом стояла тарелка с оставшимся тортом.

— Я подумал, завтракать сегодня никто из нас не захочет, — сказал он.

— После вчерашнего мяса точно.

Денис слабо улыбнулся.

Мы сели за стол.

Я отпила кофе. Он получился крепче обычного, но я не стала просить молока.

Муж смотрел на меня поверх чашки.

— Как спала?

— Плохо. А ты?

— Тоже.

Я кивнула.

Раньше мы могли поссориться вечером, а утром начать с чего-нибудь незначительного. Иногда за завтраком выяснялось, что оба погорячились. Иногда неприятная тема сама теряла важность. Денис шутил, я не выдерживала и смеялась, потом мы обнимались.

Он, кажется, ждал чего-то подобного и сейчас.

— Нам надо убрать квартиру, — сказал муж. — Вчера так все оставили.

— Уберем.

— И к маме заехать. Я обещал холодильник посмотреть.

— Помню.

— Ты поедешь?

— Нет.

Он поставил чашку.

— Кать...

— Я не хочу сегодня к твоей маме, Денис.

— Хорошо. Не надо.

Он замолчал.

Я смотрела на тонкую трещинку на ручке своей чашки. Она появилась давно. Денис предлагал выбросить чашку, но мне нравилось, как она лежала в ладони.

— Ты сказал, что утром поговорим, — напомнила я.

— Давай поговорим.

Он произнес это спокойно, но я заметила, как напряглись его плечи.

— Ты вчера спрашивал, что я хочу от тебя.

— Да.

— Я всю ночь думала.

Денис отодвинул торт, словно готовился к серьезному разговору.

— Я не собираюсь запрещать тебе дружить с Никой, — сказала я. — Ты взрослый человек. У тебя есть друзья, у меня тоже. Я не хочу проверять твой телефон или решать, с кем тебе разговаривать.

— Я никогда и не давал повода проверять мой телефон.

— Сейчас не об этом.

— Просто ты говоришь так, будто я что-то скрываю.

Я медленно выдохнула.

— Можно я закончу?

Он поднял ладони.

— Конечно.

— Я хочу, чтобы наши отношения оставались нашими. Чтобы, когда мы ссоримся, ты разговаривал со мной, а не с Никой. Чтобы, если мы договорились куда-то поехать, ты не отменял все ради нее, не обсудив со мной. И чтобы я не узнавала от нее то, что ты еще не успел рассказать собственной жене.

Денис слушал, подперев подбородок рукой.

— Ты сейчас серьезно сравниваешь Нику и себя?

— Нет.

— Тогда почему постоянно ставишь нас рядом?

— Потому что ты это делаешь.

Он нахмурился.

— Я?

— Вчера ты сказал, что я заставляю тебя выбирать.

— Потому что ты именно этого требовала.

— Я спросила, что будет, если Ника захочет быть с тобой. Ты не ответил.

— Катя, она не хочет.

— Ты снова отвечаешь за нее.

Денис откинулся на спинку стула.

— Господи. Что мне сказать, чтобы ты наконец успокоилась?

Я почувствовала, как к горлу подступает раздражение.

— Не надо меня успокаивать. Просто ответь.

— На какой вопрос? На выдуманную ситуацию, которая никогда не произойдет?

— Да. На нее.

— Я женат на тебе!

— Я знаю.

— Люблю тебя!

— Тогда почему ты не можешь сказать, что не хочешь жениться на другой женщине?

Он уставился на меня.

На кухне было тихо. Только холодильник время от времени начинал гудеть.

— Потому что мне кажется диким вообще это обсуждать, — ответил он наконец. — Мы десять лет вместе. У нас дом, семья. И вдруг я должен доказывать тебе, что не собираюсь жениться на Нике.

— Я не требовала доказательств до вчерашнего вечера.

— А вчера что изменилось?

Я посмотрела на него.

— Ты сам правда не понимаешь?

Денис провел рукой по лицу.

— Понимаю, что сказал лишнее. Я уже извинился.

— За слова. А за то, что ты так думаешь?

— Катя, это было воспоминание о прошлом!

Он повысил голос, потом сразу понизил.

— Извини. Просто мы ходим по кругу.

Я тоже это чувствовала.

Мы разговаривали уже второй день. Он объяснял, почему между ним и Никой ничего нет. Я пыталась объяснить, почему мне больно от того, что между ними есть.

И никак не получалось встретиться где-то посередине.

Денис взял мою руку.

— Послушай. У всех было прошлое. У тебя же тоже были мужчины до меня.

— Были.

— И ты могла выйти за кого-нибудь из них.

— Могла.

— Но не вышла. Вышла за меня. Я ведь не спрашиваю, что было бы, если бы какой-то твой бывший позвал тебя замуж.

— Потому что мои бывшие не сидят за нашим столом каждый праздник.

Он отпустил мою руку.

— Вот. Мы опять пришли к Нике.

— А куда мы должны прийти?

— К нам, Катя. К нашим отношениям.

Я чуть не рассмеялась.

Он произнес именно то, о чем я просила последние полчаса, и даже не заметил.

— Я пытаюсь говорить о нас, — сказала я. — Но ты считаешь, что Ника к нам не имеет отношения.

— Потому что не имеет.

Я поднялась из-за стола.

— Ладно.

— Что ладно?

— Давай пока уберем квартиру.

— Ты обиделась?

— Я устала.

Он хотел что-то сказать, но промолчал.

Я подошла к раковине, включила воду и стала складывать тарелки в посудомойку.

Денис принес из комнаты бокалы. Потом снял скатерть, стряхнул крошки и поставил стулья на место.

Мы убирали молча.

Иногда его рука случайно касалась моей. Я отодвигалась, чтобы пропустить его к шкафу, и всякий раз замечала, что Денис смотрит на меня.

Не зло.

Скорее с недоумением.

Будто вчера в нашем доме сломалась какая-то привычная вещь, а он не понимал, почему нельзя просто поставить ее обратно.

Когда я протирала столешницу, на холодильнике завибрировал его телефон.

Денис стоял рядом.

Я не собиралась смотреть на экран, но имя высветилось прямо передо мной.

Ника.

Муж тоже увидел.

Телефон продолжал звонить.

Денис потянулся к нему и сбросил вызов.

— Не буду сейчас разговаривать, — сказал он.

Я кивнула.

Он положил телефон в карман.

— Видишь? Я тебя услышал.

Мне стало неприятно.

— Я не просила тебя не отвечать на звонки.

— Но тебе же не нравится, когда мы общаемся.

— Мне не нравится, что ты обсуждаешь с ней то, что происходит между нами.

— Это разные вещи?

— Очень.

Денис открыл рот, но в этот момент зазвонил уже мой телефон.

Лена.

Я посмотрела на экран и сбросила вызов.

— Тебе тоже теперь нельзя разговаривать с подругами? — спросил муж.

Я повернулась к нему.

— Зачем ты это сказал?

— Просто показываю, как это выглядит.

— Я не собиралась замуж за Лену. И ты не узнаешь от нее, что мы поссорились, раньше, чем я сама успею с тобой поговорить.

Он отвел глаза.

— Хорошо. Извини.

Я закончила протирать стол.

Мне хотелось открыть окно, выйти на улицу, оказаться где угодно, только не на этой кухне.

Но я осталась.

Денис ушел в комнату собирать оставшиеся тарелки, а я достала из шкафа чистое полотенце.

Пока вытирала руки, вспомнила июль.

Тогда мы собирались в отпуск.

Я нашла небольшой отель на берегу озера, с деревянными домиками и верандами. Денис сначала согласился, а через несколько дней сказал, что начальник попросил его перенести поездку из-за важного проекта.

Я расстроилась. Мы оба давно не отдыхали, и отпуск был единственным временем, которое хотелось провести вдвоем, без гостей, родственников и рабочих звонков.

Мы даже немного поссорились.

Я считала, что он слишком легко соглашается на чужие просьбы. Денис говорил, что не может подвести отдел.

В конце концов мы договорились отложить поездку на октябрь.

Через неделю Ника приехала к нам на ужин.

Пока Денис был в душе, она помогала мне разложить салат по тарелкам.

— Кать, ты только не дави на него из-за отпуска, — сказала она. — У него сейчас правда сложный период. Он очень хочет получить повышение.

Я тогда замерла с ложкой в руке.

— Денис тебе рассказал?

— Ну да. Он переживает.

— Ясно.

Ника, кажется, не заметила моего состояния.

— Просто немного потерпи. Потом отдохнете нормально.

Я ничего не ответила.

Позже спросила мужа, зачем он обсуждал с ней нашу ссору.

— Я не обсуждал ссору, — удивился Денис. — Просто сказал, что у нас возникли разногласия из-за отпуска.

— Но зачем?

— Катя, это обычный разговор.

Я тогда согласилась.

Не потому, что действительно перестала переживать.

Мне стало стыдно спорить.

У Ники после развода были серьезные проблемы с деньгами, она переживала из-за работы, часто не спала. А я словно ревновала мужа к человеку, которому и так тяжело.

Теперь я стояла у раковины и думала, сколько раз убеждала себя, что обижаться некрасиво.

И сколько раз Денису даже не приходилось просить меня перестать.

Он вышел из комнаты с пакетом мусора.

— Я вынесу.

— Хорошо.

— Потом заеду к маме. Хочешь, что-нибудь привезу по дороге?

— Нет, спасибо.

Денис задержался.

— Кать, давай не будем весь день вот так.

Я обернулась.

— Как?

— Как чужие.

Он поставил пакет возле двери и подошел ко мне.

— Мне тоже плохо, — сказал он. — Я не понимаю, что теперь делать. Обнять тебя нельзя, поговорить нормально не получается.

— Обнять можно.

Денис осторожно положил руки мне на талию.

Я сама шагнула ближе.

Он прижал меня к себе, погладил по волосам. Его щека коснулась моего виска.

Я закрыла глаза.

Десять лет.

За десять лет у нас появилось столько привычек, что я уже не представляла, как можно без них жить. Денис всегда обнимал меня именно так, обеими руками, крепко, но без лишней силы. Иногда целовал в макушку. Когда я нервничала, мог долго молчать, пока не почувствовал бы, что мое дыхание стало ровнее.

И сейчас мое тело узнало это объятие раньше, чем я успела о чем-нибудь подумать.

Я обняла его в ответ.

— Я не хочу с тобой ссориться, — сказал муж.

— Я тоже.

— Тогда давай закончим.

Я отстранилась ровно настолько, чтобы увидеть его лицо.

— Что закончим?

— Этот разговор. Ты знаешь, что я тебя люблю. Я извинился. Ну правда, сколько можно?

Я убрала руки.

Денис отпустил меня.

— Ты опять обиделась?

— Нет.

— Катя.

— Я поверила, что ты хочешь меня обнять. А ты хотел, чтобы я перестала спрашивать.

Он смотрел на меня несколько секунд.

— Я хотел помириться с собственной женой.

— Я тоже хочу помириться с мужем. Но сначала мне нужно понять, что он вообще услышал.

Денис опустился на стул.

— Хорошо. Давай еще раз.

Он выглядел усталым. Я тоже устала. Мы оба не выспались, не позавтракали нормально, а впереди был целый день, который следовало прожить.

Я села напротив.

— Скажи, пожалуйста, — начала я, — почему ты рассказываешь Нике о наших ссорах?

Денис нахмурился.

— Я не рассказываю ей обо всех наших ссорах.

— О каких рассказываешь?

— Ну, иногда что-то упоминаю.

— Зачем?

— Потому что она мой друг. Ты Лене разве ничего не рассказываешь?

Я задумалась.

Рассказывала.

Конечно, рассказывала. О рабочих проблемах, родителях, покупках, иногда о том, что мы с Денисом поссорились.

Лена знала, что меня раздражают разбросанные носки и что муж слишком громко разговаривает по телефону. Знала, что однажды я сильно обиделась из-за его отказа ехать в отпуск.

Я могла бы сделать вид, что никогда не обсуждала супруга с подругой, но это была бы неправда.

— Рассказываю, — призналась я.

Денис развел руками.

— Вот.

— Но Лена не приходит потом к тебе с объяснениями, почему ты неправильно себя ведешь.

Он замолчал.

— И еще, — продолжила я. — Когда я говорю Лене о тебе, я не пересказываю ей то, что ты просил оставить между нами.

— Я не знал, что это настолько важно.

— Теперь знаешь.

Он посмотрел в окно.

— Знаю.

Я подождала.

— Значит, мы можем договориться?

— О чем именно?

— Если у нас ссора, ты не рассказываешь о ней Нике. Не просишь ее помочь мне все понять. Не позволяешь ей писать мне с советами. Мы сами разберемся.

— А если она спросит, что у нас случилось?

— Ты можешь сказать, что это наше дело.

— Она же увидит, что что-то не так.

— Пусть увидит.

Денис потер подбородок.

— Катя, мы дружим больше двадцати лет. Не получится внезапно делать вид, что мы почти незнакомы.

— Я не прошу делать вид, что вы незнакомы.

— Но ты хочешь, чтобы я перестал ей доверять.

— Я хочу, чтобы ты не отдавал ей то, что я доверила тебе.

Он долго молчал.

Потом поднял глаза.

— Хорошо.

Я не сразу поверила.

— Что хорошо?

— Не буду рассказывать ей о наших ссорах. Договорились.

Мне захотелось заплакать от облегчения.

Все оказалось удивительно просто. Мне потребовалось столько слов, чтобы он наконец произнес то, о чем я просила.

— Спасибо, — сказала я.

— Но ты тоже должна кое-что понять.

Я выпрямилась.

— Что?

— Ника не виновата в том, что когда-то отказала мне. И не виновата, что ты вчера услышала наш разговор. Я не хочу, чтобы ты теперь относилась к ней как к врагу.

— Я не собираюсь с ней воевать.

— Хорошо.

— Мне важно только то, что происходит между нами.

Он кивнул.

Я посмотрела на его руки и вдруг спросила:

— А ты сам больше ничего к ней не чувствуешь?

Денис вздохнул.

— Кать...

— Просто скажи.

— Я ее люблю как друга.

— И все?

— И все.

Я старалась рассмотреть его лицо, но не нашла ничего, что могло бы убедить меня сильнее слов.

— Хорошо, — ответила я.

Денис протянул руку через стол.

Я вложила свою ладонь в его.

На несколько минут стало легче.

Не хорошо. До хорошего было еще далеко.

Но я впервые почувствовала, что мы, возможно, все-таки сможем найти выход.

***

После полудня Денис уехал к матери.

Татьяна Викторовна позвонила ему еще раз, пожаловалась, что холодильник теперь не просто шумит, а иногда перестает морозить. Я сама сказала мужу, чтобы он не откладывал.

— Ты точно не хочешь со мной? — спросил он в прихожей.

— Точно.

— Мама расстроится.

— Скажи, что я плохо спала. Это правда.

Денис надел куртку, взял ключи.

— Я ненадолго. Если там что-то серьезное, вызовем мастера.

— Хорошо.

Он подошел, коснулся губами моей щеки.

Я не отстранилась.

— Люблю тебя, — сказал он.

— Я тебя тоже.

Слова вырвались сами собой. Я не лгала.

Он улыбнулся, словно услышал именно то, на что надеялся.

Дверь закрылась.

Я осталась одна.

В квартире пахло кофе и средством для мытья пола. На кухонном столе стояла ваза с цветами, которые принесла Ника. Белые хризантемы, несколько розовых роз и длинные зеленые веточки.

Я подошла, поправила одну розу.

Цветы были красивыми.

Почему-то от этого стало еще неприятнее.

Я достала телефон и перезвонила Лене.

Она ответила после второго гудка.

— Ты жива?

— Да.

— А по голосу не скажешь.

— Мы с Денисом разговаривали.

— Я поняла, что вчера случилось что-то серьезное.

Я присела на диван.

— Он сказал Нике, что не женился бы на мне, если бы она согласилась выйти за него замуж.

Лена не ответила сразу.

— Когда сказал?

— Вчера. На кухне. Пока делал кофе.

— Ты уверена, что правильно услышала?

— Да. Я потом сама у него спросила.

— И?

— Сказал, что это просто разговор о прошлом.

Лена тихо выдохнула.

— Неприятно.

— Не то слово.

— Но ты ведь знала, что он раньше ее любил?

— Знала. Только думала, что это давно закончилось.

— А теперь?

Я обвела взглядом комнату.

Проигрыватель все еще стоял на журнальном столике. Денис вчера достал его из коробки, но не подключил. Рядом лежала инструкция.

— Теперь не знаю.

Лена помолчала.

— Кать, я сейчас скажу вещь, которая тебе может не понравиться.

— Говори.

— Я со стороны не могу знать, что он чувствует к Нике. Но я много раз видела, как ты уступала, потому что «им с Денисом нужно поговорить» или «у Ники проблемы». Ты ведь даже из ресторана в мой день рождения уходила пораньше.

Я нахмурилась.

bannerbanner