100 великих рыцарей

Олег Вовк

100 великих рыцарей

Глава

КНИГА ПЕРВАЯ

НА ЗАРЕ РЫЦАРСКОЙ ЭПОХИ

РАТЬ ПЕРВАЯ

СЛАВА ФРАНКОВ

1. ОТЕЦ РЫЦАРСТВА

КАРЛ МАРТЕЛЛ (686-741; майордом Австразии в 714-741)

Короли франков из династии Меровингов, известные в истории под названием «ленивых королей», постепенно утратили реальную власть над собственным государством, которая сконцентрировалась в руках их майордомов (управителей дворца). Майордом заведовал королевским имуществом и доходами; он наблюдал за всем, что происходило во дворце; во время малолетства короля майордом заботился о его воспитании; в отсутствие короля он заменял его в качестве председателя королевского суда. Графы и герцоги попали в некоторую зависимость от майордомов; что же касается королей, то они превратились в пустых марионеток при всевластных майордомах, в призраков на троне.

Одним из таких майордомов и был Карл Мартелл из рода Каролингов, сын и наследник майордома Пипина Геристальского, человек, которого с полным основанием можно назвать «Отцом рыцарства».

В VII веке государство франков делилось на три королевства: Австразию, Нейстрию и Бургундию, и в каждом из них был свой король и свой майордом. Пипин Геристальский, майордом Австразии, вел успешную борьбу против майордомов двух других франкских королевств. Его сын продолжал ту же политику, пока над страной не нависла сарацинская угроза.

Арабы, иначе именуемые сарацинами («восточными»), подчинив к началу VIII столетия почти всю Испанию, в скором времени устремились в Южную Галлию. В 719 году они взяли Нарбонн, в 725-м – Каркассон и Ним. Легкая арабская конница, усиленная африканскими берберами, быстро наступала по старой римской дороге, ведущей с юга на Пуатье, Орлеан и Париж.

Одна из арабских хроник изображает сарацинское вторжение в Галлию как ужасное стихийное бедствие, внезапно обрушившееся на землю франков:

«Мусульмане переправились через Гаронну, опустошили всю страну и захватили множество пленных; войско их прошло по стране подобно всеуничтожающему вихрю. Успех сделал воинов ненасытными… все отступало перед их мечами, убивавшими все живое. Все франкские народы трепетали перед этим страшным войском…».

Дальновидный Карл Мартелл заблаговременно оценил размеры опасности и принял необходимые меры по реформированию армии. Пешее франкское войско не могло эффективно противостоять легкой коннице арабов. Это наглядно показали события 725 года под Арлем, где вооруженные секирами франкские солдаты были окружены арабской конницей и почти поголовно полегли под ударами кривых сабель. Учитывая этот печальный опыт, Карл Мартелл в короткий срок сумел создать тяжелую рыцарскую конницу, способную смять и раздавить бездоспешного противника.

Снаряжение рыцаря, состоявшее из лат, щита, каски, кирасы, стремян, копья и тяжелого меча, стоило очень дорого, равняясь по цене стаду из 20-25 коров, поэтому приобрести рыцарское вооружение могли только владельцы земельных феодов. Но свободной земли к тому времени уже не было, и Карл Мартелл принялся раздавать земли из государственного фонда в военные бенефиции, а, кроме того, прибег к секуляризации, отобрав у церкви часть ее земельных владений, чем заслужил яростные проклятия со стороны церковников.

В скором времени рыцарская конница была сформирована. Так началась эпоха рыцарства; в течение семи веков закованные в броню всадники господствовали на полях сражений, сметая легкую кавалерию и вытаптывая пехоту противника.

В 732 году 50-титысячное сарацинское войско под командованием вали Абд-аль-Рахмана, подавив сначала сопротивление баскских горцев, двинулось по старой римской дороге в направлении на Бордо. Разгромив у Бордо армию аквитанского принцепса Эда, закутанные в белые покрывала всадники, похожие на призраков, показались в окрестностях Пуатье. Здесь 25 октября и развернулось грандиозное двухдневное сражение армии Карла Мартелла с арабами, показавшее полное преимущество тяжелой рыцарской конницы.

Основу войска Карла составляло пешее ополчение, набранное из австразийцев, нейстрийцев и прирейнских племен (всего около 30 тыс.). Франкские пехотинцы, вооруженные традиционными францисками (секирами с одним или двумя лезвиями), дротиками-ангонами, мечами и луками, по замыслу полководца, должны были сдержать первый натиск врага, а рыцарской кавалерии (не более 1 тыс.) отводилась главная роль – в решающий момент боя нанести арабам сокрушительный удар.

Место для предстоящей битвы было выбрано почти идеально. Карл перекрыл старую римскую дорогу, ведущую на Тур, удачно расположив войско у слияния рек Клён и Вьенна, прикрывших его фланги, где разместилась рыцарская конница, получившая строжайший приказ не вступать в дело до особого распоряжения. Многочисленная пехота, выстроенная фалангой, заняла позиции в центре. Арабская конница, лишенная, таким образом, возможности маневра, могла предпринимать лишь фронтальные атаки через холмы, сильно осложнявшие ее действия.

Прибыв на место, опытный Абд-аль-Рахман сразу же оценил, насколько сильна позиция противника. Приказав разбить походный лагерь, сарацинский военачальник выжидал целых пять дней, надеясь спровоцировать франков на нападение, но Карл Мартелл, твердо державшийся заранее продуманного плана, не предпринимал ничего, хладнокровно испытывая его терпение.

На шестой день горячий южанин не выдержал и начал сражение. Первыми в атаку поскакали конные лучники, в чью задачу входило нарушить безупречное построение фаланги. Тысячи стрел взвились в воздух и забарабанили по поднятым щитам франков, словно град по деревянной крыше. Но галлы переняли многие приемы из военного искусства римлян, в частности, умение мгновенно создавать «черепаху» из огромного количества тесно сомкнутых щитов, поэтому ущерб от обстрела оказался ничтожным.

Вслед за конными стрелками в бой вступили массы мусульманской конницы, рассыпавшиеся лавой. Волна за волной накатывались они на неподвижную фалангу, стремясь врубиться в неприятельские ряды, разорвать и смешать их, но ополченцы стояли непоколебимо, как исполинская стена. Этот момент битвы замечательно иллюстрирует Исидор Паценский, писавший:

«Северяне замерли стеной, словно воедино смерзшиеся фигуры, изваянные изо льда, и этот лед не способен был растаять, даже когда они своими мечами разили арабов».

Франкские пехотинцы отражали натиск невиданной силы, не сходя с места. Воины передних рядов непрерывно метали во врага дротики и франциски, поскольку их товарищи организованно передавали им свое оружие из глубины фаланги, и вал из сарацинских трупов перед ее фронтом с каждой минутой поднимался все выше и выше, создавая все более серьезную помеху для атакующей конницы.

Сражение продолжалось весь день до захода солнца и прекратилось лишь с наступлением темноты. В этот день франкские рыцари, вынужденные довольствоваться пассивной ролью зрителей, так и не обнажили свои мечи.

Наутро все повторилось сначала, а к полудню наступил переломный момент. Когда рабам, наконец, удалось глубоко вклиниться в ряды пехоты, настало время для рыцарской контратаки. По знаку Карла Мартелла герцог Эд Аквитанский, командовавший при Пуатье рыцарской кавалерией, нанес противнику фланговые удары сокрушительной силы. Железной лавиной смяв отряды сарацинской легкой конницы, рыцари ворвались во вражеский лагерь и захватили его, после чего мусульмане обратились в повальное бегство.

Арабскому летописцу причины поражения соотечественников представлялись несколько иначе:

«Многие из мусульман были озабочены охранением добычи, сложенной в палатках, и когда распространился ложный слух, что некоторые неприятельские воины грабят лагерь, то несколько отрядов мусульманской конницы повернули назад, к лагерю, чтобы защитить свои палатки. Другим показалось, что они убегают, и в войске начался беспорядок. Абд-аль-Рахман хотел его прекратить и опять начал бой, но был окружен франкскими воинами и проколот многими копьями».

Как бы там ни было, картина финального этапа сражения вырисовывается достаточно ясно. Пытаясь переломить его ход в свою пользу, мусульманский полководец лично повел в бой резерв, но был убит. Гибель предводителя довершила разгром его армии; сарацины, разбитые наголову, в полном беспорядке умчались прочь; дальнейшее продвижение арабов на восток было остановлено.

Эта победа майордома Карла спасла народы Европы от порабощения мусульманскими захватчиками. Словно ударом тяжелого боевого молота Карл сокрушил и отбросил непобедимых до того сарацин назад, в Испанию. За это его и прозвали «Мартелл», что означает «Молот».

Храбрый воин и выдающийся полководец, Карл Мартелл, став хозяином всей Галлии, подчинил своей власти также Тюрингию (721), Бургундию (733), Фризию (734), Аквитанию (735), Прованс (737), Аллеманию (738), вел успешные войны с саксами (720, 722, 724, 738).

Королем при майордоме Карле был Тьерри IV, который умер в 737 году. Карл Мартелл не стал заменять его другим «ленивцем», а продолжал управлять, уже от своего имени, всеми делами королевства. Но титула короля он себе не присвоил. Римский папа Григорий III, одарив его множеством подарков, в числе коих были такие бесценные реликвии, как, например, ключи от гробницы св. Петра, в сопроводительном письме называл Карла Мартелла «почти-король».

Так майордом Карл, «Отец рыцарства», заложил основы могущества франкского государства, а его прославленный внук, Карл Великий, опираясь на достижения не менее великого деда, довершил начатое, создав из разрозненных королевств единую Франкскую империю.

Карл Мартелл умер 22 сентября 741 года. После его смерти франкские церковники, озлобленные секуляризацией, сочинили о нем глупые байки. Какие-то «святые» люди, якобы, видели Карла мучающимся в аду, а когда разрыли его могилу (и зачем, спрашивается?), то нашли вместо тела черную шипящую змею. Впрочем, служители культа, как непревзойденные мастера рукотворных «чудес», во все времена и во всех землях отличались исключительно богатым воображением.

2. ВЕЛИКИЙ ИМПЕРАТОР

КАРЛ ВЕЛИКИЙ (742-814, король франков с 768 г.)

Прирожденный воин, Карл Великий почти всю свою жизнь провел в походах и сражениях. Боевое крещение Карл принял в 761 году, сопровождая своего отца, Пипина Короткого, в его аквитанском походе. Став королем франков (768), а затем и императором (800), он, пытаясь расширить пределы своей империи, только и делал, что воевал: с баварами и лангобардами, саксами и басками, вильцами и аварами… В результате его завоеваний образовалась обширная Франкская империя, которая, впрочем, вскоре после смерти великого воителя распалась на отдельные части.

Жизнеописание Карла Великого оставил потомкам Эйнгард, главный камерарий его двора. Из этой биографии известно, что Карл обладал крепким телосложением и высоким ростом. Его открытое веселое лицо с большими выразительными глазами в преклонном возрасте украсила благородная седина. Короткая толстая шея и выпирающий живот несколько портили его в целом пропорциональную фигуру.

Одевался Карл скромно, отдавая предпочтение народному франкскому костюму: на тело надевал полотняное белье, сверху тунику, обшитую бахромой, и штаны. В зимнее время укутывал плечи и грудь пелериной из соболиных шкур. Поверх всего Карл носил зеленый плащ. Король препоясывался мечом с золотой или серебряной рукоятью, усыпанной драгоценными каменьями – единственная роскошная деталь его экипировки, показывающая любовь к оружию.

В нашем распоряжении есть детальное описание одного из мечей великого императора. Легендарный меч Карла Великого имел обоюдоострый клинок длиной около 90 см. Рукоять меча, изготовленная из позолоченного серебра, заканчивалась плоской, вертикально поставленной головкой. Обе ее стороны украшали изображения треугольного щита с эмалевым рисунком: с одной стороны на щите в золотом поле изображен черный орел, с другой – белый лев в красном поле. Ножны меча, выполненные из золотой жести с чеканкой и филигранью, украшены жемчугом.

Если бы не такой меч, наряд Карла мало бы чем отличался от одежды простых франков. Только в особо торжественных случаях император облачался в златотканые одежды, на ноги обувал сапоги, усеянные драгоценными каменьями, и увенчивал голову золотой короной.

Карл любил верховую езду, охоту, музыку, был прекрасным пловцом. Отличали его умеренность в еде и питье. Человек образованный и красноречивый, он высоко ценил ученых, оказывая им свое покровительство. Воспитанный в христианской вере, Карл всю жизнь неуклонно ей следовал.

Любвеобильный Карл пять раз вступал в брак (его жены: Химильтруда, Дезидерия, Хильдегарда, Фастрада и Лютгарда), а после того еще имел четырех незаконных жен – Мальдегарду, Герцинду, Регину и Аделаиду. Разумеется, все эти женщины наградили его многочисленным потомством. Впрочем, многие дети умерли в младенчестве.

Следуя обычаям франков, Карл обучал сыновей верховой езде, обращению с оружием и охоте, а дочерей обязывал прясть лен и трудиться по дому. Дочерей своих пожилой император так обожал, что ни за что не желал расставаться с ними, выдавая их замуж. Неудивительно поэтому, что его незамужние дочери не отличались высоконравственным поведением: Хруотруда почти открыто сожительствовала с аббатом Сен-Дени, а Берта имела сына от придворного поэта Ангильберта.

Выше уже упоминалось о многочисленных войнах Карла Великого. Самой продолжительной и ожесточенной из них была война с саксами (772-804). Народ саксов делился на западных (вестфальских), центральных (анграрийских), восточных (остфальских) и северных (нордальбингенских) саксов. Используя одних против других, Карл предпринял целую серию походов вглубь их территории, захватывая основные укрепления и разрушая культовые центры и, в конце концов, подчинил себе отдельные районы, заменив их новым разделением на графства. Казалось, саксы были покорены окончательно. Однако в 782 году против владычества франков поднялось мощное восстание под предводительством анграрийца Видукинда. Целых три года кровопролитных боев потребовалось Карлу, чтобы подавить это выступление. Эйнгард, апологет Карла Великого, так пишет о непокорных саксах:

«Не сосчитать, сколько раз они, побежденные, моля о пощаде, покорялись королю, обещали исполнить предписанное, без промедления давали заложников, принимали отправляемых к ним послов; сколько раз они были до такой степени укрощены и смягчены, что даже обещали больше не поклоняться демонам и принять христианскую веру. Но сколь часто они на это соглашались, столь же часто и нарушали свое слово; со времени объявления войны не проходило и года без того, чтобы саксы не обнаружили своего непостоянства».

Карл Великий, до крайности раздраженный «коварством» восставших саксов, учинил в Вердене страшную резню, приказав казнить 4500 заложников. Эйнгард, прославляя в своем сочинении великодушие Карла, почему-то «забывает» упомянуть об этом кровавом эпизоде.

Далее Эйнгард повествует:

«Карл, предводительствуя лично большинством походов против саксов… мстил за измену и налагал достойное наказание, пока, наконец, сокрушив и подчинив своей власти всех, кто сопротивлялся, не переселил 10 тысяч человек, живших по обе стороны Альбии [Эльбы], вместе с их женами и детьми в разные области Галлии и Германии».

Вряд ли Карла можно было бы назвать Великим, если б он не понимал, что одним насилием невозможно добиться лояльности саксов. Поэтому в 797 году король франков издал «Саксонский капитулярий», в соответствии с которым отменялся режим террора и уравнивалось положение саксов и франков перед законом. Подтверждение правильности новой политики мы находим у того же Эйнгарда: «Война закончилась лишь тогда, когда саксы слились с франками в единый народ».

В результате замирения саксов Франкское королевство включило в себя всю Германию, и пределы империи Карла Великого раздвинулись до границ датской Ютландии и земель северо-западных славян.

Одновременно с Саксонской войной король франков вел ряд других, меньших по масштабу войн. В 773 году к Карлу с просьбой о помощи обратился папа Адриан – на него напал король лангобардов Дидье и отнял у его святейшества несколько городов. Со времен Хлодвига франки были верными союзниками римских пап, поэтому Карл Великий незамедлительно откликнулся на этот отчаянный призыв о помощи. Франки выступили двумя армиями, взявшими лангобардов в клещи в результате широкого маневра. Карл захватил Верону и осадил Павию, столицу лангобардского короля. Продержавшись более полугода, Павия капитулировала. Дидье, постриженный в монахи, был отправлен в пикардийский монастырь в Корби, а его сокровища Карл приказал раздать своим победоносным солдатам. В 781 году он поставил королем Италии своего сына Пипина.

Если война против лангобардов увенчалась успехом, то Испанский поход 778 года закончился полным провалом. Карл ввязался в испанскую авантюру по предложению мусульманского губернатора Сарагосы, боровшегося тогда с арабским эмиром Кордовы. Он сильно пожалел о том, что вмешался в их междоусобную распрю, когда вчерашний союзник предал его, вследствие чего франкское войско потерпело неудачу под Сарагосой. Решив немедленно прекратить поход, Карл повернул на север. Но худшее еще ждало его впереди. В Ронсевальском ущелье на арьергард его армии неожиданно напали горцы-баски, которые уничтожили крупный отряд франков. В этом сражении пали маркграф бретонской марки Хруотланд, сенешаль Эггихард и граф двора Ансельм. Ронсевальской битве впоследствии был посвящен французский героический эпос «Песнь о Роланде», где под именем бесстрашного и могучего рыцаря Роланда выведен маркграф Хруотланд.

Неудачей закончились и походы Карла против славянского племени вильцев (велатабов) в 789 году. Он разбил их в нескольких сражениях, но покорить так и не смог.

Пожалуй, наибольших успехов Карл Великий достиг в войне с аварами (791-799). Этот кочевой тюркский народ в конце V века осел в Паннонии и образовал свое разбойничье государство – Аварский каганат. С тех пор Центральная Европа сотрясалась от их опустошительных набегов. Франки, отделенные от аваров широкой полосой ничейной земли, простиравшейся от Эна до Винервальда, пока не испытывали на себе злобы беспощадных тюрков, но Карл решил нанести им превентивный удар. Три похода предприняли франки против аваров – первым предводительствовал сам Карл, вторым – маркиз Эрик де Фриуль, а третьим – Пипин, сын Карла.

В результате этих экспедиций авары были сломлены и поставлены на колени. Ринг, столицу каганата, представлявшую собой сильно укрепленный лагерь у слияния Дуная и Тиссы, франки разрушили до основания. Победителям досталась изрядная добыча – 15 громадных телег они нагрузили золотом и драгоценностями.

По-видимому, эта жестокая война сопровождалась полным истреблением неприятеля, поскольку с тех пор государство и народ аваров перестали существовать. О том же говорит и Эйнгард:

«В Паннонии не осталось в живых ни одного ее обитателя, а место , в котором находилась резиденция кагана, не сохранило и следов человеческой деятельности. Вся знать аваров в этой войне была перебита…».

Что касается ничьей земли, то франки постепенно присоединили ее под именем Остмарк («Восточная земля»). Впоследствии она стала называться Австрией.

Таков краткий обзор войн и походов Карла Великого. В 813 году император, почувствовав приближение смерти, назначил своим соправителем сына Людовика. В январе 814 года Карл слег, пораженный жестокой лихорадкой, к которой вскоре добавился плеврит. Великий император скончался 28 января 814 года на 72-м году жизни.

Созданная завоеваниями Карла Великого империя оказалась непрочной. Его внуки, передравшись за наследство, по Верденскому договору 843 года разделили ее на три части. Впоследствии эти части стали независимыми государствами – Францией, Италией и Германией.

3. РОЛАНД НЕИСТОВЫЙ

ХРУОТЛАНД (?-778)

О бретонском маркграфе Хруотланде доподлинно практически ничего не известно, но слава легендарного франкского рыцаря, тем не менее, прогремела на весь христианский мир и пережила века. Эту триумфальную славу обеспечила ему бесценная жемчужина средневековой народной поэзии – героический эпос «Песнь о Роланде», где реальный Хруотланд выведен под именем Роланда, благородного и бесстрашного паладина короля франков Карла Великого. Весьма туманные и загадочные события, связанные с бессмертным подвигом Роланда в Ронсевальском ущелье, в романтическом освещении неизвестного автора эпоса выглядят следующим образом.

Семь лет франкский король Карл Великий воевал с испанскими маврами. В походе на Пиренеи великого короля сопровождали 12 пэров королевства: архиепископ Турпен, датский герцог Ожье, гасконец Аселен, Тибо из Реймса, Анри Ришар, Жерен, Жерье, Милон, Оливье, Ивон, Роланд и Ганелон.

Когда франкское войско осадило Кордову, ее правитель Марсилий решил откупиться богатыми дарами. К Карлу явился его посол Бланкандрен с золотом и двадцатью заложниками, представший перед советом пэров. Роланд советовал королю не доверять хитрому и коварному Марсилию, а Ганелон, отчим Роланда, напротив, уговаривал всех поверить мирным заверениям посла. На этой почве между Роландом и Ганелоном вспыхнула крупная ссора. Поскольку Карл склонялся к миру, разгоряченный спором Роланд порекомендовал направить послом к Марсилию именно Ганелона, и король согласился с этим.

Посольская миссия пришлась Ганелону очень не по душе: Марсилий, отличавшийся вспыльчивым нравом, как-то уже казнил двух франкских послов. Поскольку это опасное поручение досталось Ганелону по совету Роланда, отчим затаил яростную злобу на пасынка и дал себе слово жестоко отомстить ему.

Представ перед престолом мавританского владыки, Ганелон был вынужден передать ему условия мира, выдвинутые королем франков: Испания должна быть разделена на две части; одной из них станет управлять Марсилий, а второй – Роланд.

Услышав такие речи, Марсилий в гневе хотел зарубить Ганелона, но его удержал опытный Бланкандрен, считавший, что посла можно подкупить и перетянуть на свою сторону. Так и произошло. Ганелон вступил в сговор с маврами по двум причинам: во-первых, из-за своей алчности, а во-вторых, из-за страстного желания погубить ненавистного Роланда. Предатель получил от Марсилия богатые подарки: меч и шлем, усыпанные драгоценными каменьями, и золотую брошь для жены. Кроме того, мавританский царь обещал ему ежегодно по 10 мулов, груженных золотом, если Ганелон поможет погубить войско франков.

К Карлу Ганелон вернулся с ключами от Сарагосы, богатой данью и заложниками. Не подозревая о коварстве посла, король повел войска во Францию. Ганелон предложил Карлу назначить командиром арьергарда Роланда. Кто, как не его пасынок, лучший рыцарь среди франков, сможет надежно прикрыть отход войск? Сочтя совет Ганелона разумным, Карл принял его, оставив с Роландом лучших бойцов: Оливье, Жерье, Жерена, Атона, Астория, Турпена, Жерара, Гефье и Готье де л’Она. Отважный Роланд, приняв командование над 20-тысячным арьергардом, поблагодарил короля за оказанные ему доверие и честь.

Тем временем мавры подготовили засаду в Ронсевальском ущелье. Их несметное войско возглавили 12 лучших сарацин: брат Марсилия Фальзарон, племянник царя Аэльро, амираль из Балагета, альмасор из Морианы, Корсали из Берберии, Мальприми из Бригана, Торжис из Тортелозы, Эскреми из Вальтерны, Эсторган, Эспорамарен, Шернобль и Маргари-красавец из Севильи.

Основные силы франкского войска ушли уже далеко вперед, когда отряд Роланда приблизился к Ронсевалю. Здесь арьергард франков внезапно атаковали многочисленные враги. Перед битвой Оливье трижды обращался к Роланду с просьбой протрубить в рог, чтобы войска Карла пришли к ним на помощь, но гордый рыцарь, боясь запятнать свою честь, наотрез отказался сделать это. По его мнению, истинный рыцарь должен не считать врагов, а бить их.

Франки сражались героически. Неистовый Роланд бился как лев, разрубая мавров вместе с лошадьми одним ударом своего меча. Чудеса храбрости проявляли Оливье и архиепископ Турпен. Все сарацинские военачальники пали, а царь Марсилий лишился правой руки по локоть. Но и франков становилось все меньше и меньше. Когда в живых осталось лишь 60 бойцов, Турпен попросил Роланда протрубить в рог, чтобы Карл вернулся, похоронил их и отомстил врагу за гибель арьергарда. Теперь, когда воинский долг был выполнен с честью, Роланд что есть духу затрубил в свой Олифант.

Горное эхо подхватило, усилило и многократно повторило тревожный сигнал. Заслышав звук Олифанта, Карл догадался, что арьергард попал в засаду, и мгновенно понял все. Он приказал немедленно арестовать изменника Ганелона. Предателя схватили, посадили на цепь и сдали в обоз поварам.