Царь нигилистов - 8

Пот стекает по лбу. Подлетаешь к очередному командиру, вытираешь тыльной стороной кисти, и она становится чёрной от пыли, которая густо стоит в воздухе.

Приказы кажутся бесконечными: «развернуться в линию», «построить взводные колонны», «атаковать», «отойти», «занять позицию».

Солнце отливает красным, пробиваясь сквозь пыль.

Наконец, штаб-трубачи заиграли отбой.

Саша как раз возвращался от очередного генерала и шагом подъехал к папа́.

— Сейчас будет галоп, — говорит царь. — Я хочу, чтобы ты принял участие.

Галоп — это по всему полю, по огромной восьмёрке, через искусственный вал и ров. И надо скакать в ряд с двумя всадниками, быстро, на время.

— Гея устала, — заметил Саша. — Ей бы надо отдохнуть.

— Гея, говоришь, устала? — усмехнулся царь. — Так будет тебе не Гея.

И к нему подвели коня.

Вороного. Более того, иссиня чёрного, будто лакированного. С густой антрацитовой гривой и длинным, тяжёлым, прямо обсидиановым, хвостом.

Конь был высок, строен, сух и аристократичен: подтянутый живот, удлинённая голова, длинная прямая шея и длинная спина.

Под тонкой кожей играли мышцы и проступали вены. На ногах выделялись сухожилия.

Умные карие глаза живо смотрели по сторонам, читая пространство.

Остановились на Саше, и в них почудился вызов и усмешка.

Незнакомый казак из терцев держал это чудо под уздцы и то с сомнением поглядывал на Сашу, то с беспокойством — на царя.

Удержать животное явно стоило немалый усилий. Так что рядом стоял ещё один казак. Понятно. На всякий случай.

А конь прядал ушами и бил