Сезон охоты на Катю

— Да, мать, ты попала. Нет, я, конечно, догадывалась, что Артур мразь, но это уже за пределами. Так точно нельзя оставлять. Ты должна рассказать родителям.

— Да черт с ним, с Артуром, — честно говоря, о нем я думала в последнюю очередь. Он сейчас далеко, а вот проблемы с Чернышев ой как близко, — Мне бы с малыми жертвами от Чернышева отбрыкаться. Ну че, как думаешь, что делать? Есть мысли? Нормальных слов он просто не понимает.

— Ну давай порассуждаем, — Машка откинула на стол пилку, скрестила по турецки ноги и чуть наклонилась ко мне. — Смотри, ты сама как думаешь, почему он к тебе так приклеился? Ты не обижайся только, но наверное, понимаешь, что не из-за сногсшибательных внешних данных? Нет, ты ничего, но не мне тебе рассказывать, какие феечки обычно обитают рядом с нашими мажорчиками.

— Это я понимаю, — я и правда реально оцениваю себя, симпатичная да, но до ухоженных кукл мне далеко, даже животик есть, но небольшой, ноги обычной длины, еще этот нос курносый, а про мелкие веснушки по лицу и плечам я вообще молчу. Сейчас их почти не видно, а вот весной и в начале лета я вылитый Антошка-картошка из мультика. Одеваюсь в обычных сетевиках, так что удивлять нечем.

— Это хорошо. Значит к тебе его тянет совсем по другой причине.

— И какой?

— Чувство собственности. Мужики примитивны. Это мы морально развивались и совершенствовались последние несколько тысяч лет, а у них как были мозги в яйцах, так и остались.

— Не врубилась.

— Как я поняла, Артур типа поставил тебя на кон в игре, а Чернышев выиграл. Это родило у ублюдка извращенное восприятие ваших отношений. Типа ты ему чего-то должна. Ты его собственность. А когда дева вдруг начала брыкаться, его избалованное эго не пережило этого финта и стало выдумывать себе еще более идиотские сценарии поведения.

— Ну ты, Маха, мозг, — восхищенно смотрю на подругу, — И не скажешь, что ты всего 7 месяцев на психологическом отучилась. И откуда это в тебе?

— Да ладно, — фыркает Машка, — Дело не в книгах и учителях, я сердцем вижу.

— А твое сердце случайно не видит, как мне все вышесказанное повернуть против вышеописанного.

— Вот тут сложнее. Это я в теории хороша. А практику, если честно побаиваюсь советовать. Уверена, что хочешь услышать мои выводы?

— Уверена, — киваю я и подтягиваюсь к соседней кровати, — У меня так точно предположений нет.

— Ну тогда у тебя три варианта. Первый — переспать с Чернышевым и забыть обо всем, как страшный сон.

Машка замолкает и прищурившись смотрит на меня.

— А чего это ты так пялишься?? Это не вариант!

— А точно ли? — с ухмылочкой говорит подруга.

— Точно! Неужели ты думаешь, мне нравятся его повадки неудовлетворенного самца!

— Но не противны ведь. И не ври.

— Не противны, — соглашаюсь я, — Но, повторяю, я на такое не пойду! Это означало бы, что я сдалась. И эта скотина уверует в себя еще больше. Нет уж. Давай другие два своих варианта.

— Второй — игнорить, игнорить, еще раз игнорить, быть Снежной Королевой, делать вид, что он не существует в принципе.

— Да ты думаешь я не пытаюсь?? — говорю я с горечью, — Он все время что-то новенькое придумывает и застает меня врасплох. А третий?

— Завести парня. Хотя бы на время.

— Чего?

— Предоставить ему счастливого конкурента. Как правило, такие, как он, брезгливы до ужаса. Если поймет, что птичка топчет чужие яички, скорее всего отвернет.

Морщусь от аллегорий Машки, но идея кажется интересной.

— Слушай, вроде неплохо, логично, но где мне его найти, парня? За два года в институте не нашла, а тут за один день.

— Ну он не обязательно должен быть настоящим твоим парнем. Можно же просто притвориться на время.

— Да у меня даже таких на примете нет, — жму я плечами.

— Да что ты. А Юрка Ермолов? Вы ведь встречались в прошлом году.

— Ну ты сказанула, — ржу я, — У нас было два с половиной свидания, два поцелуя в губы и одно обжимание, дурацкое.

— Но было же! Ты его знаешь, он тебя тоже. Спросить то можно.

— Да можно, наверное, но где я его найду? Я и номер уж давно удалила. И, кстати, только сейчас поняла, что вообще сто лет его не видела в универе. И правда, где он?

— А он здесь. В 421 комнате еще с весны живет, с комендой видимо договорился.

— Он в общаге?? Ничего себе. Раньше вроде неплохо зарабатывал, правда, не знаю чем. Но квартиру снимал, машина была, иномарка какая-то.

— Не знаю, что у него там было. Но еще в том году взял академ и засел в общаге. Так что ноги в руки и к нему.

Машка вскакивает, хватает меня за запястье и тащит наружу. Честно говоря, я немного тушуюсь.

— Мань, может не сейчас? А? Че я ему скажу?

— Скажи все, как есть, не ссы. За спрос денег не берут.

Мы останавливаемся у двери.

— Я не поняла. Ты передумала насчет Чернышева? Выбираешь первый вариант?

— Нет, конечно! Ладно, схожу.

— Ну все, удачи, подруга.

С этими словами выталкивает меня в коридор и показывает пальцев вверх.

— 421. Потом обязательно ко мне. Я должна быть в курсе операции.

В следующий момент дверь передо мной захлопывается, причем с первого раза, а я растерянно шарю глазами по длинному коридору. Ну что ж, попробуем.

Дорогие читатели! Мне очень важно иметь от вас обратную связь. Если вам нравится книга или просто хотите поддержать автора, пишите комментарии, ставьте звездочки, добавляйтесь в подписчики. Но я в любом случае рада вашему вниманию.

Глава 11

Катя

Уже минуты три топчусь перед дверью Ермолова. Пусть мы знакомы и даже кое-какая история у нас была, все равно неудобно обращаться с такой просьбой к парню, которого не видела несколько месяцев. Ухмыляюсь. Хотя история то была у нас так себе.

Сначала да, Юра мне очень сильно понравился. Да и я ему тоже. Высокий, поджарый, с густой шевелюрой русых волос, симпатичный, даже очень симпатичный. Мы несколько раз встречались в коридоре института, смотрели друг другу в глаза, улыбались, а потом он подкараулил меня на выходе и пригласил в кино. Я была так взбудоражена, что вывернула весь свой шкаф наизнанку, перебрала комод и даже пакеты в чулане со старыми шмотками, прежде чем нашла подходящий наряд. Красилась и смывала всю раскраску раза два, не меньше. Короче, волновалась по полной. Но оказалось, что все мои приготовления вот и были моим самым ярким впечатлением от этих «отношений».

Юра отказался ужасно скучный. Мы так и не смогли найти общий язык, хотя вроде как посмотрели прикольный фильм и рассказать было что, но вот никак, не пошло. Он проводил меня до самого дома, постно поцеловал, даже скорее облизал, фуу. Сказал, что вечер был классный. Я тогда чуть не заржала, думал, шутка, хорошо, что сдержалась.

Потом было еще два свидания, на катке, с которого я позорно сбежала через полчаса, наврав, что собака заболела, и в кафе около института, где мы пообедали и разошлись по сторонам. Наверное, он был неплохим парнем, но явно не для меня. Юра звонил еще несколько раз, писал смс типа «как дела», но я просто игнорила, а потом и вовсе удалила номер. Некрасиво, знаю.

И вот теперь я должна просить его ради меня изобразить «отношения». Выдохнула и постучалась. Откажет, так откажет, будем думать дальше.

— Кто там? Входи.

Толкаю дверь и захожу. Здесь комната другая, но по размерам такая же, и кровати всего две, без ярусов, даже линолеум присутствует, правда, самый дешевый, но вроде чистый. Только вот внутри неожиданно меня встречает густой смог сигаретного дыма. С непривычки откашливаюсь, прижимая кулак ко рту.

— Пипец, Ермолов, ты че творишь!?

— Катя? Вот это сюрприз. Извини, сейчас окно открою.

Парень действительно мечется к окну, распахивает его настежь, дыма становится чуть меньше, но все равно, запах курева никуда не девается. С раздражением понимаю, что теперь и я вся провоняю этим мерзким ароматом. Ладно.

— А ты не боишься здесь курить? Коменда узнает, выгонит, самое малое.

— Не узнает. У этой ноги больные, она выше второго этажа не заглядывает. Проходи, садись.

Парень явно удивлен и даже вроде обрадован моим появлением. Суетиться, сбросил одежду со стула, протягивает его мне. С благодарностью принимаю и сажусь поближе к окну. На улице все еще жарко, и дым уходит медленно, в носу и горле неприятно свербит. И так некомфортно от этой ситуации, а еще эти ну никак неподходящие ощущения.

Юра садится на кровать напротив, еще раз проверят затушена ли сигарета. А я начинаю нервно сгибать и разгибать пальцы, старая привычка. С чего бы начать?

— Ты извини, что так вламываюсь, — наконец, начиная я, — Мне Машка сказала, где ты живешь. Ты не против поговорить? Может ждешь кого?

Сказала я почти с надеждой, оказывается, подсознательно все таки ищу пути отхода.

— Да нет, никого не жду. Я, честно говоря, офигел, когда ты вошла, но рад. Ты тогда куда-то пропала, избегала меня.

— Извини, действительно, нехорошо получилось, семейные проблемы, — вру я.

— Да ладно, у меня самого тогда тоже буквально черная полоса начались, ну собственно и не заканчивается. Сама видишь, где я сейчас.

На лице парня мелькнула грустная гримаса. Не то, чтобы мне было интересно, но ради продолжения разговора решила задать вопрос:

— Машка говорила ты академ взял? Планируешь возвращаться?

Брови парня ползут друг к другу, теперь он явно расстроен.

— Вряд ли, только если на заочку. Беда пока в жизни. А ты? Как дела? Что-то случилось?

Ох, слава богу, прошли этот неловкий этап начала разговора, да, уж лучше сразу к сути.

— Да, Юр, мне нужна твоя помощь. Сразу скажу, если откажешься, я пойму. Потому что просьба моя, ну, не совсем обычная что ли. Но если согласишься, очень меня выручишь.

Парень почесал затылок и взял бутылку пива, которую я сразу как-то и не заметила на столе.

— Говори, я пока все равно ничем особо не занят — сказал, он, сделав глоток.

— Вообщем, ко мне в институте клеится один мажорчик. Точнее не клеится, а проходу не дает, ведет себя вызывающе. Я понимаю, что все это тебя не касается, но может ты согласишься на время сыграть моего парня? Если увидит, что у меня кто-есть, отстанет. А?

Неловкое молчание. Я начинаю ерзать на стуле. Зря пришла.

— Ну да, чудная просьба. Раньше ко мне с такой никто не обращался. А что за мажор? Кто такой? — спрашивает парень, поднося пиво ко рту.

— Чернышев, — отвечаю я и в следующую секунду в меня веером летят брызги от пива, капли попадают на лицо, футболку, юбку. Вскакиваю, отплевываясь.

— Ты чего???

— Блин, прости, Кать, это от неожиданности. Чернышев?? К тебе клеится Чернышев? К тебе? Не может быть?

— Слушай, а вот сейчас обидно, — стряхиваю с себя остатки пива, — Что значит «не может быть». Типа я недостаточно хороша. Спасибо.

— А, да нет, нет, — парень хватает меня за руку и почти насильно сажает на стул, сам уже стоит, пиво убрал подальше на стол. Прекрасно, сегодня у меня комбо — буду пахнуть солодом и сигаретами. Ну зато можно поверить, что у меня реально есть парень. Немного со злостью кошусь на Ермолова. Я, может и не красавица, но не до такой же степени!?

— Нет, Катюш, ты не поняла. Я не в том смысле, что ты ему не подходишь, я просто в шоке немного, что ты пришла ко мне с этой просьбой именно сейчас.

— Это почему?

— Так это из-за этого урода я потерял свой бизнес и вынужден был уйти из института! Я ж на платном. Деньги кончились.

Ого. Перевариваю информацию. То есть Чернышев и сюда свои лапы протянул. Капец. Нет, первое впечатление о нем точно правдивое, урод уродом.

— Я не знала…

— Зато я знаю! — Ермолов начинает выходить из себя. Он давно не сидит, а ходит по узкой полосе свободного пространства общажной комнаты туда сюда, руки в карманах треников, глаза почти на выкате. Ой, блин, еще одного довела.

— Я несколько месяцев искал, как отравить жизнь этой мрази, так он от всего увиливает, даже на драку спровоцировать не удалось. Но не теперь! Теперь то я с ним поквитаюсь.

Парень поворачивается, резко опускает ладони на мои плечи и заглядывает в глаза. Даже немного страшно становится. Уж слишком большая ярость полыхает в его зрачках.

— Я тебе помогу отвадить урода. Не переживай. А теперь давай все обсудим.

Из общаги я выхожу только через час. И то, пришлось опять врать про собаку, что не кормлена. На удивление сработало. Юра, словно помешанный, проговорил каждую деталь нашего перформанса, иногда доходя до абсурда. Если бы я не остановила его фантазию, дошло бы до имитации секса на парковке возле машины Чернышева. В итоге сошлись на том, что он меня завтра встречает у аудитории (благо студенческий он сохранил и с допуском в институт проблем не должно быть), целует, ведет в студенческое кафе, кормит, поит и на глазах у всех уводит в закат.

Вроде неплохой план, только пришлось с боем отстаивать границы нашей мнимой близости. Так, я категорически отказалась от поглаживания попы и поцелуя взасос, чем явно очень разочаровала парня. Его проблемы.

Всю дорогу домой испытывала непрекращающийся дискомфорт. Был уже почти конец дня, а на улице все так же давил жар и зной. Все пространство вокруг было наэлектризовано, как перед грозой, а в автобусе стало так душно, что пришлось дышать ртом. Какой-то неправильный сентябрь.

Дома ждал приятный сюрприз, приехали родители. Действительно, приятный, я то думала, вернуться только к ночи. Искренне обняла и прижала маму и Серго, я по ним скучала. Мысленно поблагодарила обоих, что никто из них не стал задавать вопросы про Артура, вероятно, увидели мой измученный вид и сжалились. Я даже горячие чебуреки проигнорировала, которые мама уже успела пожарить. Потом. Сначала душ.

После десяти минут под прохладной водой стало полегче и даже прибавилось оптимизма. А что? Я уже дома не одна, а, значит, здесь Чернышев меня больше не достанет. Тем более, если наш с Юрой спектакль сработает, он навсегда оставит меня в покое. А еще сегодня меня точно ждет приятный вечер.

Как только в нашей семье появился Серго, с ним пришло и много милых традиций, привычек, которые я искренне полюбила. Одна из них — это обязательные шашлыки и люля в вечер, когда кто-то приезжает или уезжает в дальнюю поездку. Я любила эти посиделки, даже несмотря на присутствие Артура. Тем более в такие дни он обычно был довольно мил и скрывал свою сущность, а я просто наслаждалась вкусным шашлыком, вином, который настаивал Серго на черноплодке и простыми семейными разговорами. Иногда к нам приходил кто-нибудь из соседей или мамина сестра, но сегодня будем только мы втроем и это радует. Душ меня взбодрил, но ненадолго. Как только прилегала и включила книгу на планшете, потянуло в сон. Не стала сопротивляться и с предвкушением сладкой дремы, закрыла глаза.

Но толком отдохнуть не получилось. По глупости открыла окна на распашку и теперь солнце, которое всегда закатывалось за горизонт с моей стороны, яростно грело мою правую щеку. А еще жара никуда не ушла, даже наоборот, духота усилилась и стало буквально тяжело дышать. Но это было полбеды. С улицы раздавались просто адские звуки косилки. Ну вот зачем?? Серго только приехал, на кой черт ему вздумалось косить траву сегодня? Вроде как у него еще три выходных на это.

Встаю, иду, с трудом перебирая ноги спросонья, бурчу про себя, какие все нехорошие вокруг, и вообще, почему мир так жесток, подхожу к окну и застываю в шоке. Если бы сейчас прилетели инопланетяне и устроили у нас на лужайке пати с диджеями, я бы не так удивилась, как ЭТО.

Почти под моим окном, уцепившись в ручку огромного черного агрегата на колесиках, срезал траву Чернышев! Я даже поморгала для приличия, нет, картинка та же. Сейчас он напоминал обычного парня. Был одет в свободные спортивные штаны, завернутые до колен, майку-алкоголичку белого цвета и шлепки-вьетнамки. Не знаю, что больше всего меня шокировало, сам факт того, что местный мажор стрижет газон у меня на участке, или его явно неряшливый вид. Наверное, я бы так и стояла столбом, уперевшись в подоконник, если бы в следующее мгновение этот мужлан не поднял голову и самым наглым образом не подмигнул мне. Отлетела от окна, как ошпаренная.

Да что ж это происходит?? Кидаюсь на первый этаж, где чуть не сбиваю маму, из-за чего она почти что уронила бутылку самодельного лимонада со льдом внутри, что держала в руках.

— Ты чего голышом носишься?

В растерянности опускаю глаза вниз и понимаю, о чем она. На мне мой любимый сонный пеньюар. Он шелковый, с белыми мишками на лыжах, на тонких бретельках, с короткими шортами, которые больше напоминают трусы. Но самое интересное, что его мне покупали на 16-летие, поэтому сейчас кофта больше напоминает топик и заканчивается чуть выше пупка. А если смотреть снизу… Ой е, так вот чего Чернышев так шарился глазами по моему телу. Блин!

— Мам, — хватаю я ее за локоть, — А че здесь происходит?? Почему у нас по двору Чернышев-младший разгуливает??

— А, так Сашенька сам вызвался помочь?

— Сашенька?? — мои глаза ползут туда, где им быть не должно.

— Ну да, сам пришел к нам час назад. Сказал, что им привезли какую-то навороченную газонокосилку, а у них все пострижено. Попросил у нас протестировать, мол и вам помогу, и в действии посмотрю.

Пялюсь на маму, как на ненормальную.

— И тебя это не удивило? Что богатенький мальчик сам косит траву? Да у них там вроде целая команда садовников, ему то это зачем?

— Откуда я знаю зачем, — мама, кажется искренне не понимает моего шока, — И не будь такой снобкой, если человек богат, это не значит, что он не может работать сам своими руками. Ты лучше оденься, а я пойду его лимонадом угощу.

И оставив меня в полном недоумении, мама направляется к выходу. Внезапно осеняет.

— Мам! — окрикиваю я ее почти у выхода, — Ты же не пригласила его на наши вечерние шашлыки?

Говорю я с надеждой.

— Конечно, пригласила! Катя, где твои манеры. Парень нам помогает, должны же мы его хоть чуть чуть отблагодарить. Иди, переодевайся, Серго уже разжигает угли.

Вот теперь аут. Вечер точно перестает быть томным. На ватных ногах подхожу к окну на кухне. Здесь занавески не плотные, белые, но все равно с улицы меня не должно быть видно. На всякий случай встаю сбоку, чтобы не спалиться.

Вот мама передает Чернышеву стакан ледяного лимонада, он его берет, ослепительно улыбается ей и благодарит кивком. А я, как ненормальная, слежу, как мужчина глотает холодный напиток, смачно вытирает рот обратной стороной ладони, как капли стекают по его подбородку, некоторые убегают еще дальше, вниз по голой груди, под майку. А потом неожиданно он ловит мой взгляд. Пугаюсь, но не могу отвернуться, хочу, но не могу. Тот удовлетворенно ухмыляется, одной рукой снимает рубашку и оголяет идеально сложенное тело. О, он прекрасно знает, насколько хорош этот твердый рельеф мышц и бомбический загар. Блин, усилием воли заставляю себя отпрянуть от окна и бреду к себе наверх. Ну и как мне выдержать этот вечер!?

Глава 12

Катя

— Шашлыки просто супер, Серго, поделитесь рецептом?

— О нет! Хитрый какой. Для такой тайны одной только стрижки лужайки недостаточно.

И отчим в шутку грозит пальчиком до ушей улыбающемуся Чернышеву. Весело им. Уже почти час мы вчетвером сидим в беседке. На столе, как обычно, фирменное мясо Аделянов, моя любимая брынза, зелень с огорода, вино. На улице, наконец, стало чуть прохладнее, а в беседке так вообще красота, вокруг меня косичкой вьется плющ, вечер пахнет обалденно. Сиди и радуйся! А я не могу.

Всю голову сломала, зачем все это Чернышеву? Ну вот нафига ему заигрывать с моей семьей, сидеть с нами, болтать обо всем, будто бы все нормально и между нами не было того, что было? По его лицу было невозможно понять ровно ничего. Он шутил, делал комплименты маме, подкладывал мне вкусные кусочки на тарелку. Ну просто милый мальчик, ей богу.

Чуть только мужчины отошли покурить, мама вдруг подталкивает меня плечом, а когда я оборачиваюсь, заговорщически подмигивает.

— А мне кажется, Саша здесь не спроста. Специально повод придумал, чтобы у нас побыть.

— И зачем ему это? — вяло бурчу я, дожевывая петрушку.

— Ради тебя, милая. Ты ему явно нравишься. Он на тебя так смотрит…

— Маам, это не так, я тебя уверяю.

— А вот посмотрим.

На ее лице витает довольная улыбка. Вздыхаю. Вряд ли я смогу ей когда-нибудь объяснить характер интереса Чернышева ко мне. Да уж, Артур был прав, когда говорил, что мама у меня «на облаках рожденная». Для нее все хорошие. Молча ем, хотя аппетита давно нет. Очень хочется сбежать, засунуть голову под подушку и хорошенько проораться. Но увы, вечер продолжается.

— А, вы, Александр, в этом году получаете диплом?

— Ангелина Валерьевна, ну я же просил, зовите меня Саша, мне так проще.

— Хорош, Саша. Так что, у вас последний год магистратуры?

— Да, вы угадали. Но это уже второй мой диплом. В прошлом году я уже защитил работу по архитектуре проектирования городской среды.

Поднимаю глаза от тарелки. Наверное, первый раз за этот вечер. Не знала о нем такого.

— А зачем тогда тебе психология? — не смогла удержаться от вопроса. Его черные глаза теперь все во мне, от этого чувствую привычное уже покалывание в области шеи. Но сейчас заставляю себя не смущаться и не отвожу взгляд. И мне кажется, ему это понравилось. Парень облокачивается на стол, чуть поддаваясь вперед, не разрывая визуальную связь между нами.

— Это все из-за моей мечты. Лет с 15 я увлечен одной идеей — построить идеальный город с нуля. И не просто город, а комфортную, умную среду, где люди будут активны и счастливы, где научиться уважать природные ресурсы и развиваться духовно. А без понимания человеческой психологии сделать это просто невозможно.

— Похоже на слоган, — мой голос звучит тихо. Чернышев меня удивил и я растеряна. Не ожидала, что ему интересен хоть один человек кроме него самого. Хотя. Может он просто известности так ищет?

— Это так и есть. Взял из рекламы нашего проекта, просто хотел впечатление произвести, — нагло ухмыляется тот. Мама с Серго молчат, но улыбаются. Они явно рады, что я тоже, наконец, вступила в разговор.

— Что ж, впечатляет. Отличная идея. А, главное, это явно принесет своему создателю огромные доходы. Ну и славу, конечно.

Взгляд парня напротив темнеет. Не нравится ему, что его альтруистический порыв перевели в меркантильную сторону.

— Это само собой. Такой удел всех тех, кто сделал в этом мире нечто больше, чем среднее.

— Сначала это надо сделать и увидеть, а уж потом оценивать, тем более в масштабах человечества. Пока, как я поняла, вся твоя идея утопия.

— А вот и мимо, Екатерина, любая утопия иллюзорна, у нее нет основы и четкого плана реализации. У нас уже 75% смет создано.

— Маркс, Энгельс и Владимир Ильич ухмыляются с портретов. У этих тоже планов не было? Ха!

— Неуместное сравнение. В моем проекте создается комфортная среда, среда, понимаешь! Для всех.

— Для всех ли? Явно твой город не для бедняков. Если все, как ты говоришь, будет создано с нуля, то вы будете сразу определять, какой район для какого уровня дохода подходит, сегрегации не избежать. Ну или ровнять толпу, как в лучших традициях социализма. Что тоже нереально.

— И у тебя, конечно, есть предложения, как этого избежать?

— Ну во всяком случае тебе придется учитывать законы хаоса. Потому что пока твой слоган говорит об идеальном обществе.

Чернышев замолчал. Вид у него был слегка растерянный, так что меня это даже позабавило. Оборачиваюсь и тут понимаю, что мы с мажором настолько увлеклись спором, что не заметили, как остались одни. Куда ушли мама и Серго? И главное, когда?

— А куда родители делись? — глупо задавать такой вопрос, ведь сама же здесь была, на автомате выдала.

— Не знаю. Наверное, сразу после того, как ты в ярости швырнула в меня вилкой.

— Я?? — не помню этого.

— Ага, не умеешь ты спорить, Екатерина, сильно реагируешь.

— Да просто тема с моим прошлогодним рефератом близка. Вот и понесло. Извини. Я не хотела ругать твой проект.

— Я не сержусь, — улыбается парень одними губами, — Про хаос мне понравилось. Хорошая идея. Спасибо за наводку.

— А, да, конечно, — тут поняла, что мы с Чернышевым уже некоторое время общаемся, как обычные люди. Пусть и спорим, но все равно.

— Кать, я тоже хотел извиниться. За тот вечер. Я повел себя, как скот.

Когда это парень оказался рядом со мной на лавочке? И рука его уже за моей спиной.

— Ты правда, мне нравишься, малышка, — чувствую, как мужские пальцы одними подушечками пробежалась по моей голой шее, потом еще раз. Тело среагировало моментально. Стало жарко везде, кроме рук. В них я чувствовала покалывание, дрожь. Поднимаю глаза и смотрю в глаза Саше. Дышу часто, прерывисто, растворяюсь в черноте его зрачков, схожу с ума.