Одна зима до вечности

— Понимаешь, там строгий дресс-код для официантов, костюмы готовили заранее и ты примерно такой же комплекции, как и я.

— Пфф... Такой комплекции половина официантов.

— Нет, ты не понимаешь, там закрытая вечеринка. Каждого официанта согласовывали заранее.

— И ты думаешь, меня пропустят? Меня вообще никто не согласовывал.

— Я поручилась за тебя. Сказала, что тебе можно доверять так же, как и мне. Ну, Мира! Выйди, пожалуйста. Честное слово, буду тебе должна. К тому же заплатят очень хорошо.

— Вот с этого и стоило начинать, — вздохнула я. — У меня как раз лишние траты появились. Хорошо, диктуй адрес.

И вот уже через пару часов я ехала на маршрутке к станции метро «Проспект Просвещения», где нас должны были забрать и отвезти к месту проведения банкета. На месте нас собрали и провели подробный инструктаж. Объяснили, как себя вести, что можно делать, а чего категорически нельзя. Потом мы занимались подготовкой зала: накрывали столы, расставляли приборы, поправляли декор. За час до прихода гостей нам выдали униформу и отправили переодеваться. Мне досталось платье бледно-бежевого оттенка. Настолько нейтрального, что оно буквально растворялось в интерьере. Думаю, именно этого и добивались организаторы и такой цвет был у всех официанток. Платье сидело на мне идеально. Приталенное по талии, с пышной юбкой от бедра, а подол украшало кружево с несколькими небольшими стразами. Лиф был закрытым и скромным, с кружевным воротничком и длинные рукава завершали образ. На первый взгляд платье казалось простым, но ткань и пошив выдавали его стоимость. Оно не делало официантов центром внимания, но позволяло органично вписаться в атмосферу праздника.

Парни были одеты проще: светло-бежевые рубашки, бабочки и брюки на тон темнее. Девушки с длинными волосами заплели косы и уложили их в аккуратные причёски. Мне же с моей короткой стрижкой делать было нечего, я и так заметно выбивалась из общей картины. Кристина, которую я подменяла, тоже носила длинные волосы. Наверное, это было одним из негласных требований при приёме на работу.

Когда я впервые увидела жениха, то сразу вспомнила парня из кафе. Только в этот раз он был без очков, наверное, ради собственной свадьбы надел линзы. В голове мелькнуло лёгкое сожаление, ведь он был красив. Из тех мужчин, на которых невольно обращаешь внимание даже тогда, когда не собираешься этого делать. А теперь ещё выяснилось, что он чертовски богат, явно не моя история. Спустя пару часов я снова увидела того самого парня из кафе, только теперь уже в очках. Он вошёл в банкетный зал, явно опаздывая. Я замерла на секунду и посмотрела сначала на жениха, который сидел за столом и отвечал на вопросы ведущего, потом на вошедшего мужчину. И меня осенило – близнецы, что я даже выдохнула с облегчением. И только спустя пару секунд задумалась: а чего это я вообще обрадовалась? Будто мне есть какое-то дело до того, женат он или нет. Глупости какие. Тем временем парень уверенно направился в зал, его тёмные волосы были уложены в современную стрижку, но слегка растрепались от ветра. На лице по-прежнему сидели очки в чёрной оправе. И, если честно, они ему невероятно шли. Очки добавляли ему какой-то живости и характера. На нём был серый твидовый пиджак с едва заметным узором, белая рубашка и серые брюки. Первые две пуговицы рубашки были расстёгнуты, галстука не было. Будто он специально показывал всему миру, что терпеть не может официальные мероприятия. Чёрные кожаные туфли, чёрный ремень, дорогие часы с тёмным ремешком, а из нагрудного кармана выглядывал чёрный шёлковый платок. Даже запонки были выполнены из чёрного камня, похожего на оникс. Весь образ выглядел дорогим, но при этом совершенно не вычурным. Не как у человека, который пытается показать своё богатство, а как у того, кто настолько к нему привык, что давно перестал об этом задумываться.

Он шёл через зал расслабленно, с лёгкой ленцой, словно находился не на чужой свадьбе, а в собственной гостиной. И почему-то именно это цепляло сильнее всего. Я слишком долго смотрела в его сторону, настолько долго, что меня одёрнули. Пришлось спешно хватать поднос с грязной посудой и нестись на кухню. Но почему-то образ опоздавшего близнеца ещё долго не выходил у меня из головы.

Мы весь день работали дружно и слаженно, словно единый механизм. Каблуки тоже были важной частью формы, и к вечеру я ужасно натёрла ноги. А ещё безумно хотела есть, к сожалению, нас кормили только в начале мероприятия. И то совсем немного и видимо, чтобы мы не расслаблялись.

Пока шла церемония вручения подарков, у некоторых из нас выдалось несколько свободных минут. Кто-то побежал на перекур, кто-то отправился в комнату отдыха для персонала, а я умудрилась стащить свадебный капкейк и сбежать на закрытую террасу наверху. Устроившись на роскошном диванчике, я первым делом скинула туфли и блаженно вытянула ноги. Потом открыла коробочку с капкейком и с наслаждением откусила большой кусок. Конечно, я понимала, что нарушаю правила, но голод буквально скручивал желудок. Он жалобно урчал уже несколько часов подряд, а этот маленький белоснежный капкейк так и манил своей сладостью. И, честно говоря, оказался невероятно вкусным, нежный крем буквально таял на языке, что я даже зажмурилась от удовольствия. Именно в этот момент за спиной раздался кашель и у меня внутри всё оборвалось. Первая мысль была простой и страшной: «Попалась». Я распахнула глаза и вскочила так резко, что сама чуть не подавилась, закашлялась. А потом увидела, кто стоит в дверях, тот самый красавчик из кафе. И этого я точно не ожидала, поэтому выпалила первое, что пришло в голову:

— Если расскажете администратору, скажу всем, что вы тоже здесь прячетесь от гостей.

Он расхохотался и мне почему-то сразу понравился его смех. Настоящий такой, без фальши и я быстро запихнула остатки капкейка в рот, прожевала и торопливо вытерла губы. Парень отсмеялся и спросил:

— А ещё есть свадебный капкейк?

Я смутилась, наверное, слишком заметно, потому что он сразу добавил:

— Не переживай, если что, скажешь, что приносила для Александра.

Вот так я наконец узнала его имя и почему-то оно удивительно ему подходило. Александр - звучало уверенно и немного дерзко. Я невольно снова посмотрела на него. Высокий, заметно выше меня, а я и сама никогда не считала себя низкой. Широкие плечи, спортивная фигура, не перекачанный спортсмен из фитнес-клуба, а человек, который просто привык держать себя в форме. Наверное, плавание или теннис, что-то такое. Но больше всего цепляли глаза. Яркие, голубые, как вода в чистом озере зимой или как небо в морозное утро. Я слишком долго на него смотрела и только потом опомнилась.

— Да, конечно. Сейчас принесу. Вам, может быть, ещё кофе или чай к десерту?

И тут же снова включила режим официантки, радуясь, что моя маленькая кража осталась без последствий.

— Кофе на ваш вкус. Спасибо.

Я быстро развернулась и выскочила с террасы. Спустилась на кухню, нашла ещё один капкейк, попросила приготовить кофе. Меня спросили, для кого заказ и я честно ответила, что один из гостей попросил десерт и кофе. Никто спорить не стал и через несколько минут всё было готово. Я поставила чашку, десерт и приборы на поднос и поднялась обратно. Александр уже сидел в кресле возле небольшого столика. Он выглядел удивительно расслабленным, будто тоже сбежал от всей этой свадьбы. Я аккуратно поставила перед ним кофе и десерт и он поблагодарил, а потом неожиданно сказал:

— Садись и угощайся. Это для тебя.

Я удивлённо моргнула, но спорить с гостем было нельзя. Да и, если честно, очень хотелось есть, а выпить кофе, так вообще мечта. Поэтому я придвинула пуфик для ног и осторожно присела.

— Спасибо большое, — пробормотала я уже с набитым ртом, запивая десерт горячим кофе.

Александр наблюдал за мной с каким-то странным интересом. Не насмешливо, а скорее внимательно, будто видел перед собой что-то забавное, и почему-то от этого становилось неловко.

— Вас забыли покормить? — вдруг спросил он.

Я чуть снова не поперхнулась. Неужели выгляжу настолько голодной?

— Да... Вернее, нет... То есть нас кормили перед банкетом. Просто давно.

— Это очень плохо.

Он отвернулся к окну, наверное, специально, чтобы не смущать меня ещё сильнее. А когда я доела и поднялась, чтобы забрать посуду, он тоже встал. Несколько секунд смотрел на меня, а потом спросил:

— Мы знакомы? Мне кажется, я тебя где-то видел.

— Вы приходили в кафе Doris Local на Невском. Читали книгу, пролили кофе и оставили очень хорошие чаевые. Спасибо вам за них.

На его лице появилось узнавание и я неожиданно почувствовала себя польщённой. Я ведь не думала, что он меня запомнил.

— Вы всех посетителей запоминаете? — спросил он, а я смутилась. Александр это заметил.

— Нет. Только неуклюжих.

Он снова рассмеялся.

— Тогда я обязательно зайду ещё раз. И, возможно, что-нибудь снова пролью.

Теперь уже на моих губах сама собой появилась улыбка. И именно в этот момент я заметила, что он смотрит на меня, точнее - на мои губы. Сердце вдруг ухнуло куда-то вниз и стало неожиданно жарко, мне захотелось сбежать.

— Извините, мне пора, а то за такое отлынивание от работы мне могут не заплатить.

Кажется, он хотел что-то ответить, но по лестнице послышались шаги, кто-то из гостей поднимался наверх. Я быстро подхватила поднос, развернулась к выходу и почему-то улыбалась всю дорогу до кухни.

Глава 7

Александр

4 декабря Невский проспект

Я приехал в центр города, чтобы снова увидеть ту девушку со стрижкой пикси и большими тёмными глазами. Она тогда так быстро убежала, что я не успел спросить её имени. Я уже приезжал в это кафе несколько раз, но, к сожалению, это была не её смена. Да и тогда я так растерялся, что не догадался спросить у коллег, как её зовут. Наверное, это выглядело бы странно. Но сегодня я надеялся, что мне наконец повезёт и это милое создание окажется на работе.

Петербург постепенно заворачивался в новогоднюю обёртку. Невский проспект переливался тысячами огней, гирлянд и световых арок. С наступлением сумерек город будто преображался, каждая витрина старалась перещеголять соседнюю. Где-то создавали уютные зимние композиции с еловыми ветками и фонариками, а где-то выставляли настолько необычные инсталляции, что возле них собирались толпы прохожих с фотоаппаратами и телефонами.

Снег, что удивительно для Петербурга, не растаял. Он лежал на карнизах, крышах домов и вдоль тротуаров, отражая разноцветные огни. Люди спешили по своим делам, смеялись, несли пакеты с подарками, а над всем этим висела знакомая предновогодняя суета. Шум автомобилей смешивался с музыкой из магазинов и ароматом кофе, который доносился из открывающихся дверей кафе.

Мне хотелось просто идти вперёд и смотреть на этот город. Вдыхать морозный воздух полной грудью и запоминать каждую мелочь. Возможно, дело было в том, что в последние недели я начал особенно остро чувствовать жизнь.

Несколько дней назад бабушка вызвала меня к себе и сообщила, что дата посвящения назначена на двадцать восьмое декабря. Мне дали немного больше времени, чем я ожидал. Чуть больше месяца после дня рождения.

Я поймал себя на том, что стал иначе смотреть на мир. Будто каждая прогулка, каждая встреча и каждая случайная улыбка приобрели особую ценность. Иногда я думал о том, каким проснусь двадцать девятого декабря. Буду ли я тем же человеком? Буду ли смотреть на этот город так же, как сейчас? Эти мысли пугали, но сегодня я не хотел о них думать. Сегодня мои мысли были заняты одной милой официанткой.

Наконец передо мной появилось заветное кафе, я открыл дверь и сразу увидел её. Неожиданно для самого себя почувствовал, как сердце пропустило удар. Она стояла возле одного из столиков и принимала заказ. Её большие чёрные глаза вдруг поднялись на меня и она на мгновение застыла, словно тоже не ожидала меня увидеть. Мы смотрели друг на друга всего пару секунд, но мне показалось, что время замедлилось. Потом она робко улыбнулась и вернулась к посетителю. Тот продолжал диктовать заказ, а девушка быстро записала его и скрылась на кухне.

Все столики были почти заняты, но я успел перехватить место у окна как раз в тот момент, когда оттуда поднялась молодая пара. Стол ещё не был убран, но меня это совершенно не волновало. Главное, что я здесь и она тоже. Я наблюдал за ней украдкой, в своей униформе она выглядела удивительно гармонично: белая блузка, застёгнутая на все пуговицы, подчёркивала стройную фигуру, чёрная юбка чуть выше колен добавляла строгости, а удобные туфли позволяли легко скользить между столиками. Она двигалась быстро и уверенно, словно танцевала среди посетителей. Я поймал себя на том, что не могу отвести взгляд. И вот она уже стояла возле моего столика.

— Здравствуйте, Александр.

Моё имя на из её губ прозвучало неожиданно тепло. Настолько тепло, что сердце снова предательски сбилось с ритма. Она помнила меня и этой мысли оказалось достаточно, чтобы настроение взлетело до небес.

— Я сейчас уберу столик и принесу меню.

— Привет, — ответил я, стараясь говорить спокойно, но спокойно не получалось. Она действовала как маленький ураган. Быстро собрала грязную посуду, исчезла и уже через минуту вернулась с меню. Я взял папку и заметил её бейдж. Прочитал вслух:

— Мирослава.

— Да? — удивлённо посмотрела она.

— Красивое имя.

Я указал на бейдж и улыбнулся.

— Тогда не успел спросить.

Она слегка смутилась. Наверное, вспомнила нашу встречу на террасе.

— Спасибо.

От её улыбки почему-то стало ещё теплее.

— Выбирайте. Я скоро подойду.

И снова исчезла, переключившись на другие столики. Я наблюдал за ней и поражался тому, как много она успевает. В одном месте приняла заказ, в другом убрала посуду, кому-то принесла кофе, кому-то десерт. Словно у неё был собственный запас времени. Через несколько минут Мирослава снова подошла ко мне с блокнотом и ручкой.

— Я буду двойной экспрессо, без сливок и сахара. И классический чизкейк, пожалуйста.

— Что-нибудь ещё? — деловым тоном спросила она.

— Нет.

Хотя на самом деле хотелось сказать совсем другое. Ещё, пожалуйста, немного твоего времени. Присядь рядом и выпей со мной кофе, как тогда на террасе. Расскажи что-нибудь о себе и позволь узнать тебя чуть лучше, Мирослава. Но вслух я ничего этого не произнёс. Пока я предавался мечтам, она уже упорхнула к следующему столику. Маленькая фея. Пикси. Да, пожалуй, именно так я и буду её называть.

Через десять минут на моём столике уже дымился кофе, а рядом стоял десерт. А я всё никак не мог придумать, как удержать это чудесное создание рядом с собой. Но на прощание она невзначай обронила фразу:

— Только не проливайте кофе...

Я усмехнулся. Пить и есть мне совсем не хотелось, но я всё равно до последней крошки съел чизкейк и допил кофе. Чтобы у неё появился повод убрать мой столик, а у меня появилась ещё одна возможность заказать что-нибудь. Я достал книгу, но читать совершенно не хотелось. Кафе гудело, словно улей. Люди в преддверии Нового года мельтешили туда-сюда. Кто-то приходил погреться после прогулки по Невскому, кто-то забегал выпить кофе между покупками, кто-то просто прятался от холода. За окнами уже сгущались ранние декабрьские сумерки, витрины загорались разноцветными огнями, а внутри было тепло и уютно.

Пока я расслабленно сидел и наблюдал за жизнью кафе, Мирослава не присела ни на минуту. Она порхала между столиками, словно маленькая трудолюбивая птичка. Удивительно, как в одном человеке могло быть столько энергии. И почему меня вообще это так волновало? Я поймал себя на том, что ищу её взглядом каждый раз, когда она исчезала из поля зрения. Словно боялся, что она вдруг уйдёт и больше не вернётся.

В какой-то момент я заметил, как моя Пикси подошла к очередному столику. За ним сидел мужчина лет тридцати пяти. На вид скучный интеллигент: аккуратный костюм, очки, правильная стрижка. Ничего примечательного. Они разговаривали и я почти сразу понял, что это не обычный разговор официантки с посетителем. Мужчина коснулся её руки, слишком фамильярно. Потом достал маленькую коробочку и протянул ей. Мирослава осторожно взяла её, быстро оглянулась в сторону камеры наблюдения, спрятала коробочку в карман и что-то написала в блокноте. Затем оторвала листок и оставила его на столе возле мужчины.

Во мне мгновенно вспыхнуло раздражение. Кто он такой? Что он ей подарил? Почему она улыбается ему так мягко? Смешно, я ведь даже не знал эту девушку толком. Мы перекинулись парой десятков фраз, но внутри уже неприятно заныло. Я продолжал наблюдать и через несколько минут Мирослава вернулась к столику мужчины с заказом. И только тогда я заметил новую деталь на её блузке. Брошь, чёрная кошка с зелёными глазами. Мужчина расплылся в довольной улыбке, а я почувствовал, как настроение стремительно портится. Неужели у неё кто-то есть? От этой мысли стало удивительно мерзко. В чашке остался кофейный осадок, прямо как у меня на душе. И на секунду мне действительно захотелось снова опрокинуть чашку на стол. Чтобы она подошла, посмотрела на меня и уделила внимание мне, а не ему. Глупо и по-детски, но именно так я себя и чувствовал. Разве он лучше меня? Мужчина быстро закончил с заказом, оставил щедрые чаевые и ушёл, а Мирослава спустя несколько минут снова подошла ко мне.

— Можно убрать грязную посуду?

— Конечно, — ответил я.

Она начала собирать чашки и тарелки, а потом лукаво посмотрела на меня.

— Что-нибудь ещё заказывать будете? Или так и будете наблюдать за мной?

Я настолько не ожидал такого прямого вопроса, что растерялся и выпалил первое, что пришло в голову:

— Можно воды с лимоном? После кофе хочется пить.

Она улыбнулась и через пару минут Мирослава вернулась со стаканом воды. И тогда я решил воспользоваться шансом.

— Красивая брошь.

Я кивнул на чёрную кошку, но на её лице неожиданно промелькнула тень сожаления.

— Что, не любите котов? — спросил я.

— Нет, они ловят птиц.

Я невольно улыбнулся.

— А вы, значит, по птицам?

— Я люблю ворон. — Ответила девушка. Как интересно, кажется, в тот момент она понравилась мне ещё сильнее.

— Тогда зачем прикололи кошку к блузке?

Я всеми силами пытался удержать разговор и к счастью, посетителей стало меньше, и она могла позволить себе задержаться у моего столика чуть дольше.

— Это подарок и мне не хотелось расстраивать Романа.

Романа. Имя неприятно кольнуло. Вот он, значит, кто. Хотелось тут же спросить: «А Роман вам кто?» Но я сдержался и вместо этого спокойно сказал:

— Он уже ушёл, можете снять.

Мирослава посмотрела на меня несколько секунд, а потом неожиданно отстегнула брошь и убрала её в карман. Именно в этот момент я понял, что если не приглашу её сейчас, то потом буду жалеть.

— Что вы сегодня делаете вечером? Можем сходить половить ворон где-нибудь в парке.

Она улыбнулась так красиво и мягко, но отрицательно покачала головой.

— К сожалению, я не могу с вами встретиться вечером.

— Почему? — озадаченно спросил я.

— У меня есть молодой человек и с моей стороны будет неправильно так поступать.

Она произнесла это спокойно. В словах не было кокетства и намёков. Мирослава не пыталась меня задеть, это был просто факт. Пикси посмотрела на меня и добавила:

— Извините, но мне нужно работать.

И снова упорхнула к другим посетителям, а я смотрел ей вслед и не мог поверить, мне отказали. Впервые в жизни, но что странно, меня задело не само наличие молодого человека, а то, насколько легко она сказала мне «нет». Словно я был таким же посетителем, как все остальные, словно моё внимание ничего не значило. Внутри неприятно жгло. Наверное, именно так выглядит уязвлённая гордость или начало чего-то гораздо более опасного. Я посмотрел в окно на заснеженный Невский. До двадцать восьмого декабря оставалось двадцать три дня. Двадцать три дня моей прежней жизни. И почему-то именно сейчас мне захотелось потратить часть этого времени на одну упрямую девушку с глазами цвета ночи. Нет, я не собирался сдаваться и у меня было двадцать три дня, чтобы покорить эту фею.

7 декабря Невский проспект

Я снова сидел за столиком в кафе. Теперь я знал её график и узнал совершенно случайно или не случайно. Просто приходил слишком часто и начал замечать закономерности. И теперь у меня появилась цель. Романа на горизонте больше не было видно и это радовало меня гораздо сильнее, чем следовало бы. Я заказал кофе и сразу стакан воды. Пикси словно избегала меня и обслуживала соседние столики, разговаривала с посетителями, улыбалась им, а ко мне подходила только тогда, когда действительно не оставалось выбора. Пришлось снова пролить кофе. Немного, совсем чуть-чуть. Она подошла с сердитым выражением лица и начала вытирать лужицу.

— Вы опять? — недовольно спросила она.

— Случайность, — невинно ответил я и она закатила глаза. Мне нравилось, когда она так делала. Мы перекинулись несколькими фразами, а потом я снова пригласил её на свидание и снова получил отказ.

Любой другой человек давно бы махнул рукой и перестал приходить, но каждый её отказ почему-то действовал наоборот. Мне хотелось попробовать ещё раз, найти другой подход и подобрать правильные слова. Наверное, я просто не привык проигрывать или дело было вовсе не в этом. Может быть, впервые в жизни мне действительно понравилась девушка настолько, что я был готов терпеть поражение за поражением.

8 декабря Невский проспект.

Сегодня для разнообразия я заказал молочный коктейль и проливать его мне не хотелось. Да и Пикси, кажется, уже привыкла к моему присутствию. По крайней мере, больше не смотрела так настороженно, как раньше. Это был прогресс. Совсем маленький, но всё же прогресс. Уходя, я оставил на столе записку со своим номером телефона и весь вечер ждал, поглядывал на экран. Проверял сообщения, а потом мне действительно позвонили. Только не Мирослава, а какой-то мужчина. Я сначала растерялся, а потом понял, что эта хитрюга отдала мой номер кому-то другому. Наверное, решила таким образом избавиться от слишком настырных двух посетителей. И почему-то вместо обиды меня это рассмешило. Я сидел посреди комнаты и смеялся как дурак. Пикси начала играть со мной, а значит, она всё-таки обо мне думала.

11 декабря Невский проспект.

Сегодня ударил небольшой мороз. Я замёрз ещё на улице и поэтому заказал глинтвейн. Настроение было удивительно новогодним. Город сиял огнями и над Невским висели светящиеся гирлянды, витрины переливались золотом и серебром, а редкие снежинки кружились в свете фонарей. Мне вдруг захотелось сделать для Пикси подарок. Небольшой, такой, который она сможет принять без чувства неловкости. На одном из переходов я увидел маленький ларёк с сувенирами и купил бронзового ворона. Совсем крохотного, но почему-то мне показалось, что он ей понравится.

Когда я уходил из кафе, оставил хорошие чаевые, а сверху поставил фигурку. Весь вечер думал, заметит она её или нет, а поздно вечером пришло сообщение. Всего одно слово: «Спасибо». Я перечитал его раз десять и только тогда понял одну простую вещь, она сохранила мой номер. Не выбросила и не удалила, а сохранила. Сердце внутри затрепетало, словно птица, которую выпустили из клетки.

12 декабря Невский проспект.

Сегодня перед тем, как зайти в кафе, я заглянул в Дом книги. Долго бродил между полками, а потом нашёл книгу Юлии Дунаевой «Самые умные птицы на свете. Вороны». Улыбнулся и сразу понял, что это она. В книгу я вложил записку.

«Завтра, тринадцатого декабря, особенный день. Я знаю одно необычное место, где сбываются желания. Говорят, если в преддверии Нового года прийти туда и загадать желание, оно обязательно исполнится в новом году. Если ты веришь в чудеса - приходи».

Ниже я написал адрес и время, а потом долго смотрел на записку. Смешно, я ведь не знал, придёт она или нет. Не знал, прочитает ли вообще книгу. Не знал, выбросит ли записку в ближайшую урну, но почему-то был уверен, что должен попробовать, ведь до посвящения оставалось всё меньше времени. Каждый новый день словно отсчитывал последние страницы моей прежней жизни и рядом с этим отсчётом неожиданно появилась Мирослава. Хрупкая девушка с большими тёмными глазами. Моя Пикси. Я не понимал, зачем судьба столкнула нас именно сейчас. Мне хотелось, чтобы завтра она пришла. Просто пришла.

Мирослава

13 декабря Васильевский остров

Когда вчера я подошла убрать столик за прилипалой, то увидела книгу. Сердце снова пропустило удар. Меня слышали, а ещё запомнили и уже принесли второй подарок. Самое опасное было в том, что это были подарки, от которых я совершенно не могла отказаться. Ведь я любила не только ворон, но и драконов. Правда, об этом Александр ещё не знал. И именно тогда в моей голове мелькнула любопытная мысль: нужно как-нибудь об этом упомянуть и посмотреть на результат, чисто ради эксперимента. От этой мысли мне стало смешно и я сама не заметила, как втянулась в его игру.