Спорный вопрос, лорд-дракон!

Во-первых, метка становилась ярче приприближении преподавателей мужскогопола. Отчего я теперь стремилась кактивному общению с последними — вцелях эксперимента, разумеется! - чемих крайне озадачивала.

Во-вторых, мужчины и сами стали проявлятько мне повышенный интерес. Спасало лишьто, что далеко не каждый представительсильного пола оказывался под воздействиемстранной магии знака сердца.

Тем не менее, хотелось бы знать, как этововремя остановить?! А то, оглянутьсяне успеешь, окажешься глубоко замужеми с парочкой младенцев под боком.

Главное, чтобы матушка не прознала промои «уникальные» новые способности позавлечению женихов. Иначе мой злосчастныйэксперимент, с ее легкой руки, закономернозакончится скорой свадьбой!

В этот день я пару раз сталкивалась смистером Фейном, но он упорно держалдистанцию и оставался строгим и вежливымнаставником словесности.

То ли я неправильно «глазки строила»,то ли просто за стеклами окуляром этобыло плоховато видно и не производилодолжного эффекта?!

Мастер Гридд, наш преподаватель позащитным искусствам, удивил тем, чтогромко охнул и скривился от боли,неосмотрительно схватив меня за рукуво время непродолжительного спарринга.

Хватка оказалась крепкой, потомунеприятно сдавила кожу с меткой богов.

Со стороны показалось, что мужчинасильно обжегся, так резво он отдернулруку, а потом с подозрением воззрилсяна сбитую с толку меня.

Я только плечами пожала. Мол, ничего незнаю, я тут вообще ни причем.

А вот поведение родственников гимназистокво время свободных часов — тех, чтодраконьего рода! - несколько настораживало!

При виде меня или при нечаянномприкосновении, они вели себя, словноборзые, взявшие долгожданный след.Начинали активно принюхиваться, старалисьневзначай коснуться. Заговаривая мнезубы, всеми правдами и неправдами,стремились сократить допустимуюдистанцию до максимально неприличной.

Что не только не соответствовало нормамэтикета и нарушало все приличия, но уженачинало вызывать откровенный дискомфорт.Эта чрезмерная близость стала посягатьна мое личное пространство!

К концу долгой учебной недели мой правыйглаз непроизвольно подрагивал. А холлнашего института - главное место встречи- я стала обходить по широкой дуге. Чутьли ни по стеночке!

И вот как в таких условиях прикажетевести исследовательскую работу?

Особенно отличился Альдар Мелонииз княжеского рода Морвек.Поговаривают, в жилах их потомков всееще течет кровь Огненных драконов.

Шла я себе и никого не трогала. Путьлежал через наш институтский парк всторону корпуса архива, когда дорогумне заступил этот великосветский детина.

Высокий и широкоплечий — он неожиданновозник передо мной, как скала посредитропинки — крупный, добродушно-улыбающийся,с очаровательной ямочкой на подбородке.

Пришлось резко остановиться, чтобы невстретиться лбом с его перекачанныммускулистым торсом. И вроде он незагораживал угрожающе путь, но обойтиего оказалось проблематично.

Да и в его улыбке не было ничего пугающего— лишь искренняя заинтересованностьи легкая, обезоруживающая уверенность.Но я внутренне напряглась, а Силь —ощерился. Кожу на правом запястье сталоощутимо пощипывать.

Это было неприятно, я не удержалась инезаметно почесала метку. Полегчало.Но не надолго.

- Простите, что так внезапно, юная леди,- произнес Мелони низким, спокойнымголосом, - но пройти мимо и не сказать,как вы прекрасны, я просто не мог.

Я же бросила на себя озадаченный взгляд.Когда впопыхах выбегала из учебнойаудитории, даже не успела привести себякак следует в порядок.

На форменном пиджаке виднелись пятна— то ли от зелья, то ли от невернопроизнесенного магического заклинания.Один из защитных амулетов в виде браслетасоскользнул почти до запястья и болтался,грозя упасть. Защитный кулон на шеезавалился набок.

Одной рукой пытаюсь удержать стопкутетрадей, другой — лямку ученическойсумки, переполненной доверху, с торчащимив разные стороны страницами конспектов.На голове, наверняка, «гнездо птицыДурк». Вероятно, распутывать вечеромбудем втроем с подругами — одной мненикак не справиться.

Действительно — красота неописуемая!Слов нет!

Но в глазах неожиданного поклонникаявственно читалось: «Ты неотразима!».

Как же теперь выйти из положения, неударив в «грязь лицом»?

Слава богам, кто-то отвлек Мелони громкимприветствием и я «сделала ноги» такбыстро, как только смогла.

Сначала начала медленно пятиться кученическому корпусу, нацепив на лицомаксимально доброжелательную улыбку.А когда, недовольный постороннимвмешательством, князь вынужден былвступить в дружескую перекличку,припустила что есть мочи. Подгоняемаявзволнованным не на шутку Силем и острымосознанием собственной глупости.

Зачем я только ввязалась в эту авантюру?!

Но делать нечего. Придется как-то выживатьс условиях повышенной мужской активности.

Отсидевшись в пустом классе пару минут,я осторожно выглянула в окно и, поняв,что дорога чиста, бочком и перебежками,смогла, наконец, добраться до архива.

Хотя лучше бы я этого не делала. Архивбыл бы целее, а у меня не задергались быоба глаза.

Однако в тот момент, оказавшись передэлегантным фасадом архива - моим самымлюбимым местом в Институте благородныхдевиц, главным библиотечным корпусоми, по совместительству, архивнымхранилищем, - я испытала колоссальноеоблегчение. Тоже чувство я всегдаиспытываю дома, среди родных стен.

Архив возвышался, как гигантскаябашня-лабиринт, сплетенная словно из«живого» серебристого металла иполупрозрачного горного хрусталя. Формаздания напоминала спираль, обвившуюдревнее дерево-исполин.

Башня была увенчана крышей в видекристаллической сферы. Та собираласолнечный или лунный свет и преобразовывалаего в энергию для магической защитыархива-библиотеки.

Арочные проемы окон были заполнены«жидким стеклом» - субстанцией, меняющейпрозрачность по воле архивариусов.Иногда в них мелькали отражения событийпрошлого нашего мира и страны.

Массивные двустворчатые двери из темногодуба, инкрустированные драгоценнымимагкамнями, пульсировали синим светомохранных рун при приближении ко входу.

Здание стояло в тени от буйно разросшейсявокруг зелени. Кроны деревьев наполовинускрывали верхние этажи.

В сумерках руны на стенах загораютсяярче, а тени от полок внутри зданияскладываются в силуэты читающих фигур.

До сих пор сердце замирает в предвкушениикакого-то открытия, когда я смотрю наархив. Что и говорить, я полжизнипрокопалась в фолиантах и старинныхрукописях.

Ребенком довольно рано получила доступв «святая святых» нашего дома — личнуюдедушкину библиотеку. Подростком сталазавсегдатаем Имперской книжной цитадели— богатейшего собрания редких изданийсо всей Аллиры.

Архив же института стал моей своеобразнойвотчиной — территорией, куда большинствогимназисток заходили разве что побольшой необходимости.

К примеру, выполняя сложное задание отстрогих профессоров. При этом онибрезгливо морщились от запаха стариныи с опаской косились на грозящиеобрушиться стеллажи. Вот глупые!

Зато мне здесь было вольготно. Казалось,время в архиве течет по иным законам.Часы превращались в минуты, а каждаянайденная запись — в маленькое сокровище.

Я знала каждый уголок архива-библиотеки,каждую скрипучую полку. И сам воздухздесь пах историей — терпко и немногогрустно.

Только здесь я могла без помех изучатьредкие документы, выстраиватьхронологические цепочки, находитьнеожиданные связи между, казалось бы,разрозненными фактами.

Это был немного сумрачный, но уютныймир знаний, загадок и тайн. Здесь пахлокожей переплетов, старым деревом ичуть-чуть — забытым временем.

Мистер Аппрекот был в этом книжном миреполноправным хозяином. Я же часто, срадостью и удовольствием, выступала вроли его скромной помощницы.

Расстановка книг и раскладывание свитковпомогали мне приводить хаос в голове вотносительный порядок и справляться слюбыми переживаниям.

Как раз сегодня я крайне нуждалась вэтом как никогда.

Глава 3.4

Переступив порог главного зала, явдохнула сладковатый запах пергаментаи двинулась в сторону стойки мистераАппрекота. Нужно было получить разрешениена работу.

Тишину помещения нарушали лишь шорохипереворачиваемых страниц, гулкристаллических сфер и далекийприглушенный смех, похожий на звонколокольчиков.

Я усмехнулась, вспомнив легенду, которуюглупые гимназистки передают из уст вуста, начиная с первого курса. Что якобытак смеются духи великих ученых прошлогонад бестолковыми ученическими потугами.Слава богам, эта дурь выветривается изих впечатлительных голов курсу этак ктретьему.

- Доброго дня, юная леди, - мягко улыбнулсямне главный архивариус. - Уже спешитепродолжить поиски? Похвально. Держитеваш стандартный пропуск.

Я сжала металлический значок с изображениеммудрой птицы Гракх в центре и благодарнокивнула мистеру Аппрекоту.

Это был почтенный старец с благороднойосанкой, длинной бородой, седыми волосами,забранными в тугой хвост, и проницательнымвзглядом за толстыми стеклами окуляров— внимательным и чуть ироничным.

- Я бы хотела помочь вам с расстановкой,мистер Аппрекот.

- Как я могу возразить. Помощь никогдане помешает, - уголки его губ тронулаедва заметная улыбка.

И вот, предварительно одев защитныекожаные перчатки, я прошла в самыйдальний ряд книг. Пододвинула деревяннуюстремянку, забралась на самую верхнююступеньку и погрузилась в волнительныйпроцесс размещения книг на стеллажах.

Я планомерно переходила от одногоиздания к другому, постепенно погружаясьв работу и забывая на время о всехтреволнениях этой суматошной недели.

Время от времени я слышала чей-то вскрики последующие приглушенные ругательства.

Это, вероятно, кто-то особо нетерпеливыйторопился добраться прямо к желаемойкниге. И неосмотрительно ступал по однойиз витых лестниц по периметру башни, недумая головой. А надо было лишь внимательнеесмотреть под ноги. Потому посетительпропускал иллюзорную ступеньку, временамивозникавшую среди реальных деревянныхступеней лестницы, и летел вниз.

Кому доставит удовольствие пересчитыватьметаллические ступеньки носом, верно?!

Когда ректор очередной раз просилмистера Аппрекора заменить вредные«живые» лестничные пролеты на обычные,старый архивариус лишь пожимал плечамии хитро щурился. Мол, ничего не могуподелать. Замените эти лестницы, вскореи на новых проявятся невидимые ступени.Архив-библиотека живет своей непостижимойжизнью. А мы лишь скромные смотрителикниг.

В работе прошел час.

За это время мне удалось справиться снижними рядами полок, до которых можнобыло дотянуться с обычной приставнойлестницы. А вот верхние предстоялосформировать при помощи магии воздушныхпотоков.

Здесь приходилось применять левитациюи делать, так называемую, «воздушную»перестановку.

Я как следует размяла пальцы рук, потряслаими несколько раз, чтобы восстановитькровообращение и сконцентрироватьмагический поток в кистях.

Сделала полный выдох и легким взмахомнаправила вихревой поток в сторонуближайшего фолианта.

Но вместо привычного легкого ветеркав несчастное издание врезался мощныйвоздушный вихрь.

Фолиант, видимо, не был готов к такомуповороту судьбы — он дернулся, какиспуганный кот, и подскочил на добрыхполметра вверх, едва не задев массивныйканделябр. И стал стремительно падать.

Я вскрикнула и - нет, чтобы задуматься!- послала очередной воздушный импульс.

В итоге книга на несколько секунд завислав воздухе, потом резко рванула сначалавправо, потом влево. Затем врезалась встопку других книг, заставив те возмущенношелестеть страницами и подниматься ввоздух, словно стая разбуженных птиц.

Я попыталась вернуть беглянок на место,мысленно приказывая встать обратно наполки. И не сразу обратила внимание нанарастающий гул за спиной.

Еще бы, ведь книги вели себя странно —они словно оживали и на глазах превращалисьв артефакты, как мой Силь.

Несколько книг устремились к распахнутомуокну, явно мечтая о свободе. Другиевыстроились в неровный круг прямо ввоздухе и попытались изобразить корявыйвальс.

А тот самый первый фолиант резкоспикировал прямо на меня, явно целясьмне в лоб. Но ему наперевес выскочилСиль и сбил траекторию вражескогополета!..

Я же изумленно воззрилась на свои руки— они излучали невероятно мощноемагическое сияние.

Этого просто не может быть! Я, хотелабы, не смогла высвободить такое количествомагической энергии за один раз!..

Что здесь творится?!

- Пи-пи! - вернул меня мой маленькийспаситель к реальности.

И как раз вовремя. Происходило нечтоневероятное!

Обернувшись, я увидела многочисленныесвитки, книги, фолианты висящими ввоздухе в огромном количестве. Чуть лини вся библиотека вмиг решила полетать!

И эта устрашающая масса книжныхнарушителей возмущенно металась подпотолком, выражая свое недовольство.

Свитки азартно ныряли вниз и сбиваливсе новые книги с мест. Потом скатывалисьв тугие спирали, воздух вокруг нихэлектризовался и словно уплотнялся.Тонкие брошюрки, как стайка воробьев,суетливо сновали между полками. В залестояли невероятный шум и гам!

А вредный толстый фолиант важно парилнад остальными, будто дирижируя этимкнижным бунтом!

А потом начался общий хоровод, которыйстремительно затягивал все новые иновые книги с полок. Они вырывались изкреплений, чтобы присоединиться к этомубедламу!

Казалось, сама история сорвалась с якоряи теперь кружится в неуправляемом потокевремени.

Это нужно было немедленно прекращать!

- Стоять! - выкрикнула я и направиласледующий вихревой поток в центр этогобумажного хаоса.

- И-и-и —предупреждающе взвыл Силь.

Потому что магическая волна ударила покнигам с такой силой, что одни разлетелисьпо помещению, вторые — застряли средизанавесок, третьи — раскрылись наслучайных страницах и самопроизвольноактивировались.

Парочка даже умудрилась захлопнутьсяпрямо на пальцах незадачливого младшегоархивариуса, который как раз пыталсяих спасти.

- Достаточно! - грозный оклик мистераАппрекота заставил всех замереть наместе: младших сотрудников, немногочисленныхпосетителей, бунтующий книжный фонд именя с Силем.

А маятник старинных часов будтопоперхнулся и на миг сбился в ритмичногохода.

Я же почувствовала неприятноеголовокружение. Опустила глаза натрясущиеся от напряжения руки и увиделапостепенно гаснущее магическое свечение.

Правое запястье отозвалось пульсирующимжаром, нарастающим с каждой секундой.Словно на кожу плеснули кипятка. Пальцынепроизвольно сжались, в висках застучалов такт болезненным толчкам в руке.

- Мисс Аддингтон, потрудитесь объяснитьситуацию!

Голос главного архивариуса потонул ввозмущенном писке Силя.

И впервые за всю мою жизнь сознание менявнезапно покинуло.

Глава 4.1

- Дорогая, приветствую тебя на праздникеВесеннего Равноденствия. Видимо, тыопередила родителей?

Леди Сторнбрейкпривычно держалась с достоинством, нобез надменности. В выражении лица —спокойная уверенность, легкая улыбка,внимательный, я бы даже сказала, крайнезаинтересованный взгляд.

Пышная юбка на кринолине и лиф с корсетнымкроем выгодно подчеркивали достоинствафигуры хозяйки дома. Благородный шелктемно-синего насыщенного, но не кричащегооттенка, красиво оттенял серые глаза.Образ дополнял элегантный узел из волосна затылке, украшенный жемчугом. Семейноеколье украсило шею женщины, а белыеатласные перчатки выше локтя и веер изстраусовых перьев гармонично завершаливечернийансамбль.

Княгиня Оршанскаявсегда была для меня примером элегантности.А еще непревзойденным мастером вовремя«не замечать» того, что замечать вприличном обществе не положено. Будьто расстегнутая в недозволенном местепуговица у герцога или слишком откровенныйнаряд у юной леди.

Наверняка, выражениескуки на невыспавшемся лице лучшейподруги дочери как раз относилось ккатегории «неположенного».

- Благодарю, ВашаСветлость, - я поспешила присесть визящном реверансе, - матушка и отец будутпозже…

- Беатрис, как ярада, что ты пришла! - Джинни вихремналетела и чуть не задушила в объятиях.- Маменька сообщила, что с тобой что-тослучилось вчера в архиве? - поинтересоваласьшепотом.

Леди Сторнбрейктактично отступила и обратила своевнимание на других гостей вечера.

Я тяжко вздохнула.«Что-то случилось» - это еще мягкосказано!

Был и срочный вызовродителей в институт, и совещание придиректрисе, и бесконечные обследования.Все жаждали понять, как простая гимназисткаумудрилась разнести архив в пух и прах.

И когда среди всехкомментариев и заключений прозвучалазагадочная фраза «усиление магическогорезерва», я стала о чем-то догадываться.А с учетом того, что вредная метка назапястье волшебным образом исчезла навремя лекарского осмотра, то выводнапрашивался сам собой.

- Джинни, кажется,поиски жениха выйдут мне боком! - тихоподелилась опасениями. Силь согласнопокивал и несколько раз горестно вздохнулна моем плече.

Подруга не смогладолго терпеть и решительно утянула меняв свои покои.

Зайдя с комнатуВирджинии, как всегда с огромнымудовольствием я пробежалась взглядомпо кровати с высоким деревянным изголовьеми шелковым балдахином, изящному туалетномустолику с большим золоченым зеркалом,шкафу и секретеру с тонкими ручками ифасадами, украшенными цветочнымиорнаментами. Рядом со столиком стоялэлегантный стул с красиво изогнутыминожками.

Очередной разоценила изумительный паркет изнатурального дерева с геометрическимиузорами и мозаичными вставками. Поразиласьновым флористическим орнаментам нашелковых обоях и высоким белоснежнымпотолком с лепниной.

Несмотря на всеэто великолепие, комната была чудеснойи уютной, настоящим девичьи будуаром.

Я всегда восхищаласьОвентур-хаузом — городской резиденциейкнязей Оршанских. С самого первого дня.И со временем мое отношение не изменилось,даже окрепло.

Леди Сторнбрейкстрого следила за отделкой и меблировкой,стараясь во всем придерживаться мерыи не превращать жилой дом в безжизненныйдекоративный дворец.

Мы удобно расположилисьв мягких креслах.

Мэй-Мэй поприветствоваламеня лапкой-палочкой из своего кукольногодомика и снова благополучно задремала.А я подверглась обстоятельному допросу.

- Жаль, что я былавынуждена пропустить половину неделиобучения из-за подготовки праздника.Придется наверстывать. Но это успеется…Ну, рассказывай! - Джинни нетерпеливопоерзала на месте. - Как ты смогла поднятьстолько книг в воздух одновременно? Чтопри этом почувствовала? Думаешь, вседело в метке богов? Ты не считаешь, чтоситуация несколько осложняется…

Я вскинула руку,призывая Джинни остановиться и датьмне хоть слово вставить в ее бесконечныйпоток вопросов.

- Стоп! Давай попорядку, договорились!

И я обстоятельноповедала о всех своих злоключениях.Потом перевела дух и призналась всомнениях.

- Честно говоря, уменя зреет только одно желание: броситьэтот проект. Есть стойкое ощущение, чтоэто только начало…

- Начало чего? - непоняла меня подруга.

- Надеюсь, всеголишь успешного старта моей карьерыбудущего Мастера-архивариуса. Но естьодин нюанс.

-Угу, - мудро пропищал Силь в подтверждение.

- Ну не томи же меня! - поторопила Вирджиния.

- Я и рассказываю, а ты вечно перебиваешь…- махнула рукой и призналась. - Меткаактивно действует, а я пока ничего, - вотсовсем ни-че-го-ше-нь-ки, - не чувствуюпо отношению к исследуемому объекту!

Горестно вздохнула.

- Я всю неделю постоянно крутилась околомистера Фейна. Старалась привлечь еговнимание, чуть ли не открыто флиртовалаи притягательно улыбалась. Теперь онявно заинтересован в общении. Результатесть! Но вот смотрю я на него и… пусто,ничего не чувствую! Притом, что многиепредставители сильного пола яростноатаковали меня чуть ли ни каждый день.Отбиваться устала! И тоже ничего, никакогоотклика в душе… А теперь еще этотнепонятный выброс силы!..

Джинни мягко погладила меня по руке.

- Но ведь прошла какая-то неделя. Бытьможет тебе просто нужно больше времени…

- А тебе нужно время, чтобы очереднойраз влюбиться? - попеняла я любвеобильнойподруге. - У тебя почти каждый месяц —новая любовь, Джин.

- Я-то другое дело, Беа. Ведь я активноищу своего единственного, ты же знаешь.

- Знаю. И поэтому у тебя регулярноединственным становится каждый второй,- попеняла подруге.

Вирджиния возмущенно фыркнула.

- Подумаешь, от них не убудет. Пустьскажут спасибо, что я удостаиваю ихсвоим вниманием. Кроме того, я простотренирую кандидатов на прочность. Дофинала пока никто не доходил, но я работаюнад этим! Да, признаю, в каждом из них янаходила что-то особенное. Видимо, уменя слишком широкий вкус на «единственных».

Мы дружно посмеялись над этим выдающимсявыводом. Ни один ученый муж не будетспособен опровергнуть подобноеутверждение!

Наконец, Силь призвал нас к порядку. Итут же Вирджиния прищурилась и хитроглянула на меня.

- А теперь скажи мне честно. Ты действительнони к кому из мужчин не почувствовалавлечения?

И мне бы не попасться в эту ловушку, но,видимо, выражение лица выдало меня сголовой.

- Вот! - тут же победно воскликнула этапроныра, - об этом я и говорю! Возможно,мистер Фейн не тот, кто тебе нужен.

- Но дело ведь не в моем предпочтении,понимаешь! - напомнила подруге очевидныйфакт. - Это эксперимент, Джин. Поэтомумоей главной задачей является невлюбиться самой, так чтобы головупотерять от безграничного счастья. Аименно что вскружить голову потенциальномупартнеру!

- Не согласна! Что-то не помню такого винструкции… Там речь скорее шла овзаимном чувстве, когда оба - и партнер,и партнерша, - оказываются во властисильных эмоций. В конце концов, они идолжны перерасти в сильную привязанностьи искреннюю любовь!

- Ты понимаешь все буквально! - возмутиласья. Но тут же задумалась. - Хотя что-то вэтом есть… Ведь я планирую подтвердитьсвою теорию о навязанной любви и,одновременно, помочь потенциальнымвозлюбленным обрести друг друга.

- Звучит слишком противоречиво, ненаходишь? - засомневалась Джин. - Ты ужвыбери что-то одно: либо ты помогаешь,либо научные теории обосновываешь…

А потом без перехода, подруга ринуласьв атаку:

- А теперь рассказывай мне, кто он?

В глазах Вирджинии застыл огромный знаквопроса.

- Мне нужны подробности! Как выпознакомились? Что тебе в нем понравилось?Ты представляла его без рубашки? Снилосьчто-то провокационное? Хочешь, чтобы онтебя поцеловал?! Беатрис, что ты молчишь?Мне же интересно!..

А я молчала, потому что неожиданноосознала: да, я думала об этом мужчине!

Даже больше — он никак не выходил измоей головы. И я была бы не прочь еще разувидеть его без рубашки. Когда этослучилось в первый раз, мы были детьми.Глупо не понять, что с тех давних пормногое изменилось.

- Беа я начинаю сердиться. Мне нужно имя,чтобы я могла тебе помочь. Итак, как егозовут?

Я чуть было снова не попалась, замечтавшись.Только так могу объяснить тот факт, чтовместо крутящегося на языке и знакомогодо зубового скрежета имени, в последниймомент я совладала с собой и не сболтнулалишнего.

Но зато на ум пришел тот, кто запомнилсяпоследним в череде бесчисленных молодыхмужчин, досаждавших мне всю неделю.

- Альдар Мелони!

- Хмм, — осуждающе выдал Силь и потопталсяна моем плече.

- А у тебя есть вкус, моя дорогая! Эторадует.

Мы с Джинни одновременно повернулись,чтобы увидеть леди Сторбрейк на порогеспальни.

Я поспешно встала и уже открыла рот,чтобы как-то выкрутиться из щекотливойситуации. Но меня опередила Джинни.

- Матушка, разве вы сами не говорили мне,что подслушивать нехорошо! - и вопросительноприподняла бровь.

Но миледи было не просто сбить с толку.Она лишь осуждающе покачала головой ипригрозила дочери сложенным кружевнымвеером.

- Кто-то слишком увлекся, что даже неуслышал стука и звука открывающейсядвери, - мягко пожурила она. - А между темгости ждут хозяев, а ты почему-то забылао своих прямых обязанностях.

Джинни потупилась, но в ее глазах плясаливеселые смешинки. А леди Сторнбрейкобратилась ко мне с неожиданнымпредложением.

- Теперь, моя дорогая, порадую и тебя.Пусть нечаянно, но я поняла твой интереси крайне одобряю его. Тем более рада,что тебе предоставится шанс проверитьсвои чувства. Ведь Альдар Мелони ужеждет тебя в бальном зале. Он как разприбыл вместе с младшей сестрой напразднование Весеннего Равноденствия.Разве это не чудесное совпадение?!

Глава 4.2

Просторный бальныйзал этим вечером особенно поразил менясвоим величием и роскошью.

Зеркала в золоченыхрамах на стенах, развешанные по периметруумелой рукой, создавали дополнительноеощущение пространства и воздуха.Визуально множили огни свечей. И оставлялимало места для маневра — скрыться отлюбопытных глаз не представлялосьвозможным!