Спорный вопрос, лорд-дракон!

Норика

Спорный вопрос, лорд-дракон!

Глава 1.1

Как же сложноотыскать любовь!.. Настоящую любовь, темболее. Еще сложнее понять, как этосделать?! Который день бьюсь надпоставленной задачей, а решение никакне находится. Нет ответа в древнихтекстах, вот досада!

Оглянулась надлинные ряды книг на полках библиотеки,отметив идеальную и строгую расстановку.Благодаря чему можно найти практическичто угодно, не прибегая к постороннейпомощи. Чего мне крайне не хотелосьделать. Тему исследования я выбрала,мягко говоря, провокационную.

Магчасы на столебиблиотекаря коротко дзынкнули и надними четко проявилась раздражающаяцифра в шестьдесят минут. Это подстегнулоискать активнее.

Перелистнулаочередную тяжелую страницу и замерла,впившись глазами в мелкие ровные буквыстаринного текста. Неужели удача?! Неможет быть!

- Силь, кажется, янашла что-то крайне интересное! -нетерпеливо позвала своего маленькогопомощника.

Сама же склониласьнад старинной рукописью и сталавнимательно изучать текст. Так и есть.Наконец-то, поиски увенчались успехом!

- Инструкция длябудущих невест. Вот это да!

Золотое писчееперо мягко спланировало на стол передомной и вопросительно запищало, привлекаявнимание. Я лишь отмахнулась. Силь вечноревновал, если мне удавалось опередитьего в чем-то. Хотя он и был простыммагическим пером, но гордо именовалсебя моим главным наставником.А еще хранителем девичьей добродетели.Причем, всегда не к месту.

В этот послеполуденныйчас в библиотеке было тихо и спокойно.Первые лекции уже завершились, дальшегимназистки получали свободные часыдля обеда и отдыха. Во второй половинедня в расписании обычно стоялииндивидуальные или групповые занятия.

Я же предпочиталакаждую свободную минуту посвящать делу.Вот и сейчас, вместо прогулки или пустойболтовни, занималась поисками в архивах.Не первый день, честно говоря. Поэтомудолгожданная находка принесла облегчение.Я уже отчаялась выполнить задание ксроку!

Вернувшись кнайденному тексту, удобнее развернуларукопись, аккуратно зафиксировала краяна деревянной столешнице и приняласьдиктовать Силю заинтересовавшее менядревнеинглийское наставление по поискужениха.

Кончик пера так илетал по поверхности бумаги. Мы всегдаработали слаженно, одной командой.Поэтому удалось выписать инструкциюдо конца рабочей смены господинаАппрекота. Он один позволял гимназисткамзасиживаться за старинными манускриптамибез специального разрешения отпреподавателя. И часто закрывал глазана наши маленькие хитрости при подготовкедомашних заданий.

Из библиотеки явыходила крайне взволнованная своейнаходкой. Впереди замаячила надеждасдать зачет по магическим заклинаниямдревности на «отлично». Нужно всего-тодоказать подлинность одной маленькойинструкции. Каких-то пяти несчастныхпунктов. Мелочь!

Неважно, что женихмне нужен, как третья нога. Главное,убедить профессора Ставроса в истинностивыведенной мной ранее теории: что любовь— это лишь иллюзия, эмоция, которуювлюбленный придумывает себе сам. И чтоэто возвеличенное всеми чувство можновзрастить умышленно. Не говоря уж просуществование разного рода любовныхзаклинаний, запрещенных в нашейблагословенной стране, но, по словамзнающей служанки, активно применяемыхвсеми и везде.

Я летела в нашекрыло общежития, прокручивая в головеэтапы реализации дипломного проекта вцелом и инструкции в частности, совсемне смотря по сторонам. Силь успел толькопредупредительно пискнуть, как я совсей силы врезалась в чью-то мощную ивесьма крепкую мужскую грудь в щегольскомкостюме.

Упастьмне не дали, мягко придержав заплечи. Зато ученическая сумка неудержалась и громко шлепнулась напаркетный пол. А из нее посыпались вещи.Куча моих вещей!..

Листы с записямистаей разлетелись по всему холлу. Я струдом подавила горестный вздох. Сильже, не сдерживаясь, тоненько взвыл ираздраженно запульсировал, намекая начью-то торопливость и бестолковость.

- Полегче, молодойученый. Так кости не соберешь однажды,- насмешливо прозвучало над ухом.

Поправив сползшиена нос окуляры, я встретилась взглядомс моим самым ненавистным насмешником— Габриэлем Сторнбрейком. Прошу нелюбить и не жаловать!

Ибо этот бессовестныйгад - он же князь Оршанский собственнойперсоной, он же любимец всех женщинсветского общества Ирнистада, он жестарший брат моей лучшей подруги — ссамого детства насмехался надо мной имоими научными экспериментами!

- Что Оршанский,распугал всех светских дам и решилперекинуться на гимназисток?

Ярко-зеленые глазаблеснули озорством в ответ. Молодоймужчина мягко выпустил мои плечи,отстранился и сунул руки в карманы брюк.На утонченном, не лишенном мужественности,лице расплылась ненавистная мне ухмылка.Небрежным движением Гэб поправил упавшуюна широкий лоб прядь каштановых волоси тихо рассмеялся.

- Да брось, Аддингтон.Я пришел с миром! - он показательновыставил ладони вперед. - А, вообще-то,матушка просила передать послание дляДжинни. Но раз я встретил тебя, думаю,сестрицу искать не нужно.

Я только демонстративнозакатила глаза, наклонилась и сталасобирать разбросанные вещи.

- Повидаться сединственной сестрой, по всей вероятности,ты не жаждешь, - не удержалась я отшпильки.

Впрочем, надоотдать Габриэлю должное, он задержалсялишь на пару секунд, но тут же молчаприсел и стал помогать. Хотя лучше быон этого не делал, честное слово.

- Инструкция длябудущих невест? Серьезно?!

Конечно же, в рукахмоего главного идейного врага должнабыла оказаться именно эта запись. Чтоза везение с утра пораньше!

На холеном лицеотразилась вся гамма чувств - от удивлениядо недоумения, если не шока.

- С каких это порв Институте благородных девиц сталидавать уроки по соблазнению? Или я что-топропустил?!

Я немедленнопопыталась вырвать несчастный листокиз рук Сторнбрейка. Ожидаемо, попыткане увенчалась успехом.

Щеки горели отсмущения. Еще никогда в жизни я непопадала в такое неловкое положение.Надо же было именно главному ловесалустолицы поймать меня за подобнымисследованием. Теперь он вечность будемнапоминать мне об этом инциденте изадушит своими издёвками!

Пока я собираласьс мыслями, Силь решительно встал на моюзащиту. Магическое перо стремительноспланировало перед изрядно опешившимСторнбрейком и стало грозно высказыватьему свое недовольство.

К сожалению, этопроизвело обратный эффект. Габриэльпросиял предвкушающей улыбкой победителя.

- Я не понимаю, чтоты там грозно пищишь, малыш! Но уверяю,хозяйке твоей это никак не поможет.

Он потряс ужененавистным мне листком. Мы с Силемодновременно предприняли очереднуюпопытку его вернуть. Увы, безуспешно.

- А-а-а, - рука слистком мгновенно оказалась за спинойу Гэба, - попрошу не хитрить, господаисследователи. Разберемся во всем попорядку.

- Брось, Гэб, тебебы с собственным гаремом разобраться.Оставь науку мне, а сам иди, куда шел, -постаралась перевести все в шутку, покаеще не было поздно.

Одновременно япредприняла обманный маневр в попыткеобойти этого наглеца и забрать краденное.Но ко мне ожидаемо поворачивались лицомили ловко уворачивались. В итоге этотгад, подвид благородный, поднял злосчастныйлисток над собой, прокашлялся и... сталзачитывать пункты инструкции вслух!Прямо посреди холла института!

- Благородные леди,позвольте познакомить вас с первымправилом будущих успешных невест. Важнос первой встречипривлечь иудержать внимание вашего потенциальногожениха…

Слова, произносимыемощным баритоном с явно издевательскимиинтонациями, эхом разносились по всемуучреждению.

Несколько гимназистокиз нашего и параллельных потоков, атакже парочка преподавателей в недоуменииостановились неподалеку и невольноприслушались.

- О-оу! - отчетливопропищал Силь.

Кто знает, какиеслухи вскоре поползут по столице! Акроме того, я не намерена терять шансна успешный зачет. Это надо прекращатьнемедленно!

Решение пришломгновенно. Магическими потоками я резкоподняла и со всей силы опустила своютяжелую ученическую сумку на головуСторнбрейка.

Лучше пустьсплетничают о покушении на убийство,чем — не дай боги! — о вероятном любовноминтересе между Беатрис Аддингтон имолодым князем Оршанским.

Ноэтот бессовестный негодяй дажене почувствовал удара! Многострадальнаясумка, как шарик, отскочила от магическогозащитного поля Сторбрейка, совершилаголовокружительный кульбит в воздухеи коричневой лужицей снова растянуласьна паркете.

Не совсем тотэффект, на который я рассчитывала. Покрайней мере, Габриэль замолчал. Плохо,что глаза горят лукавством. Явно задумалочередную пакость, негодник! И за чтомне все это?!

- Прекрати меняпозорить! - прошипела я.

Потом грозноподступилась к мужчине и вырвала,наконец, листок с записями из его рук.

- Нравится из себяклоуна изображать, милости прошу вимператорский цирк. Думаю, там тебеподберут и костюм, и соответствующийреквизит.

Габриэль лишьдовольно хмыкнул и развел руками.

Я не стала ждатьпродолжения концерта, подхватила сумку,пыхтя покидала в нее раскиданные вещи.Благо, Силь активно помогал. Не прощаясь,пулей ринулась в сторону комнаты, чтобыпоскорее скрыться от посторонних глази не убить одного наглого аристократа.

Номеняи не думали оставлять в покое.Сторнбрейк не только последовал замной в женское общежитие в разгар дня,так еще и зашел внутрь девичьихапартаментов, дав пищу многочисленнымдомыслам и сплетням.

- Ты что творишь?Совсем стыд потерял?! - накинулась нанего.

Силь что-то грознопропищал, поддерживая хозяйку, и ощерилсявсеми своими пушистыми бородками.Габриэль же мягко отодвинул перо всторону и мы замерли, стоя нос к носу.Хотя для этого ему пришлось наклониться,а мне — выпрямиться во весь свой скромныйрост. Ведь кое-кто был практически наголову выше хрупкой гимназистки.

- Нет, это я спрошу:что ты творишь, Беатрис?! Что за ерундуя там прочел?

Стоит и смотриттут на меня! Грудь колесом, застегнутыйна все пуговицы, пиджак и брюки сидяткак влитые, а под рукавами явственноугадываются тугие рельефные мускулы.Широкий разворот плеч, красивыймужественный силуэт и пронзительныйприщур ярко-зеленых глаз. Такой насыщенныйцвет радужки бывает только у представителейдревних драконьих династий.

Вот ведь счастьепривалило. И все мне одной!

- О какой инструкцииидет речь?

Глава 1.2

- Далась тебе мояинструкция! - раздраженно всплеснуларуками и поспешно отстранилась. - Чтоты прицепился, как листехидны к открытой ране?!

На мой выпадГабриэль лишь приподнял вопросительнобровь и скрестил руки на груди, даваяпонять, что не отвяжется, пока не получитобъяснение. Вот ведь приставучка!

И Джинни как всегданет на месте, чтобы отвлечь братца отзамученной его вниманием подруги. Хотьбы Мардж раньше времени с практическогозанятия вернулась.

Мы постояли паруминут, буравя друг друга недовольнымивзглядами. И я поняла, что спасение непридет. И тяжко вздохнула. Придетсякак-то выкручиваться самой.

Зачем только ясхватилась за этот проект?! Нужно быловыбрать другую, более серьезную темудля исследования. Но девочки вечноподшучивают надо мной и моим невериемв любые искренние чувства между мужчинойи женщиной.

Я настаиваю, чточувства — переменчивы, как прогнозпогоды. И если Мардж еще готова частичноразделить мою точку зрения, хотя и соговорками. То Вирджиния выступает залюбовь и отношения, считая брак и семью— верхом женского счастья.

Б-р-р-р, ажпередергивает от одной только мысли,что какой-то мужчина может стать центроммоей жизни. Ну уж нет! Наука и тольконаука — вот главная моя мечта!

Очередной разнаткнувшись на любопытныйвзгляд, я сдалась и жестом предложилаГабриэлю сесть за стол переговоров.Вернее, попытаться. Потому что мойписьменный стол был буквальнозаставлен-завален разными колбочками,скляночками, рукописями, фолиантами идругими рабочими инструментами будущегоархивариуса.

С трудом нам удалосьприткнуться с краю. Я достала лист состароинглийскими наставлениями попоиску жениха и развернула его передСторнбрейком.

- Понимаешь, этомой дипломный проект. Я собираюсьдоказать, что чувства поддаются контролюи мы способны решить: уступать любовнымчарам или нет.

Теперь брови Гэбаудивленно поползли вверх.

- Что значит,поддаются контролю? Ты подразумеваешь…любовь? Мы про нее сейчас говорим?

- И про любовь, ипро влюбленность… - уточнила я. - Всечувства можно отследить. Работая, поопределенным схемам, подстраиваяобстоятельства должным образом, правильновыбирая место и время, есть шанс вызватьопределенные эмоции у кого-угодно,понимаешь? Такие как, например, пресловутаялюбовь или жгучая ненависть.

Незаметно яувлеклась и углубилась в детали, разумнорассудив, что мужская точка зрения мнене помешает, но добавит результатамавторитетности.

Мой собеседникзадумался, стал слушать внимательнее.Вот только на его лице с каждым словомпроступало все большее недоумение.

- Гэб, любовь - этота же эмоциональная реакция, простоболее мощная, нежелиостальные. Ее можно сравнить сненавистью, только она прямо противоположна,верно?

Сторнбрейк ожидаемокивнул и я с еще большим жаром продолжила:

- Давай представимситуацию, когда сначала объект оказываетсяв неловком положении. Потом, словамиили действиями, вызываем у него ответнуюнегативную реакцию. К примеру, агрессивнымипоступками добиваемся, скажем, неприязни!Просто нужно хорошо изучить объект и,как говорит мой папа, «бить точно вцель». Ту же схему можно применить, чтобыспровоцировать чувство любви ипривязанности! - Я щелкнула пальцами,словно в подтверждение. - Все просто!

Несколько минутв комнате стояла оглушительная тишина.Все это время Габриэль испытывающеизучал меня, чем смущал несказанно. Ядаже пару раз поерзала на стуле и нервнымжестом поправила начавшие съезжатьокуляры.

Силь тоже притих.Лишь пушистая часть магического пераедва заметно колыхалась. Если бы у негобыла голова, он бы ей неодобрительнопокачал.

- Не знал бы тебяс детства, решил, что ты надо мнойиздеваешься, Беа… - нарушил молчаниеГабриэль. - Но так даже страшнее. Ведьты, по-видимому, искренне веришь в своютеорию.

Я возмущеннозасопела. Кому я только доверилась? Этоже светский ловелас и кутила Сторнбрейк!

- Ты понятия неимеешь, как проходит настоящий эксперимент.- Ринулась в свою защиту. - Да и о настоящейлюбви тебе, вероятно, известнолишь с чужих слов.

Необращая внимания на потемневшее лицоГабриэля, ехидно продолжила:

-И тебе ли не знать, как вызывать…хмм… разного рода непотребные чувствау женщин всех мастей, не так ли?

Габриэль посмотрелкак-то слишком по-мужски, оценивающе итихо хмыкнул. Немного потерев подбородокв раздумьях, уже через минуту он протянулруку для рукопожатия.

Я же — невольно!- не могла не отметить, какие у негодлинные крепкие пальцы, а движения рук— плавные и точные, словно у искусногомузыканта, ловко играющего на инструменте.

Но произведенныйэффект тут же испортила издевательскаяусмешка, что расцвела на губах мужчины.Я сглотнула, сбитая с толку страннойреакцией.

- Спорим, твойэксперимент провалится? - тихо проговорилэтот насмешник.

При этом его лицооказалось непозволительно близко, такчто я смогла рассмотреть золотистыеискорки в посветлевших глазах. Следующуюфразу Гэб практически выдохнул мне вгубы.

- Ведь чувстваконтролю не поддаются, Беатрис.

Несколько секундмы неотрывно смотрелидруг на друга. Два взгляда сцепились:его — прямой и заинтересованный, мой —напряженный и решительный. Словно междунами протянулась невидимая нить...

Дальше, стараясьбыть ненавязчивым, взгляд Габриэлябыстро пробежался от моего лица к сжатымв кулаки рукам, мягко скользнул пофигуре, затем вернулся к глазам. А у менянеожиданно сбилось дыхание и я ощутила,как к щекам приливает кровь.

В смущении я перваяразорвала зрительный контакт. Но черезнесколько секунд бросила короткийлюбопытный взгляд на Сторнбрейка — онпродолжал неотрывно смотреть: зрачкирасширены, брови слегка приподняты,ироничная улыбка играет на губах, а вглазах едва заметно, но отчетливомелькает лукавый огонёк. Да он насмехаетсянадо мной!

И тут меня разбираетазарт. Хотя я, в целом, склонна к спорами состязаниям, но умею контролироватьсвои порывы. Это же было нечто другое.Это был вызов, который я, Беатрис Аддингтон- без пяти минут великий архивариус,попрошу заметить! - не могла не принять.

- Спорим! - Ярешительно пожала протянутую руку иповторила. - Спорим, что мне удастся нетолько вызвать любовь в изучаемомобъекте, но и получить… предложениеруки и сердца! Так-то, Сторнбрейк!

Боги, и кто меняза язык тянет?! Что за чушь я несу!..

Показалось или внебе что-то подозрительно громыхнуло?!Гроза что ли назревает…

Так, соберись,Беатрис. Не это сейчас важно. А то, чтоменя — серьезного ученого! - развелина дурацкий спор!

Но сердце ужепропустило удар и забилось вновьпичужкой. Причем непонятно, по причинели неожиданного спора или из-за невероятноволнующего ощущения моей руки в горячеймужской ладони?

Габриэль не отпустилруку сразу, когда я аккуратно потянула.Вместо этого — мягко сомкнул пальцывокруг моей ладони, задержав на полпути.Ни давления, ни спешки: только легкое,почти невесомое прикосновение, в которомчувствовалась невысказанная важностьэтого мгновения. Его ладонь была теплой,а рукопожатие — крепким. Но мне онопоказалось чересчур нежным.

Силь все это времяобеспокоенно метался между нами,выказывая недовольство и пытаясьпризвать нас к порядку. Напряжениенарастало.

- Принято! - нарушилГабриэль томительную тишину и нехотяразжал пальцы. Мы выпрямились на стульях,как готовые стреляться дуэлянты.

- Ставкой для тебябудет… бал дебютанток. Я желаю, чтобыпосле твоего скорого и оглушительногопровала в глупом эксперименте, Аддингтон,ты дебютировала в этом году! На этот разты не отвертишься, Беа.

У меня брови полезлина лоб от возмущения. Я подскочила состула и стала наматывать круги покомнате. Значит так, да?! Решил подловитьменя, хитрый интриган!

Вот уже третий годмне удается успешно избегать этойвеликосветской экзекуции. Что, думаешьуже выиграл?! Ну нет! Теперь у меня простонет ни единого шанса на провал. Ногимоей не будет на бале дебютанток!

- Ни о каком выходев свет и речи быть не может! Зная, как яотношусь ко всем этим глупым увеселениям,ты не мог предложить ничего болееунизительного?!

Я остановиласьпрямо перед его наглым носом, уперевруки в бока. А он даже не думал встать -прям, истинный джентльмен, как же! - ипродолжал сидеть, в то время, как ледиприходилось буквально нависать надним. Поэтому моя обвинительная тирадапревращалась в какой-то фарс.

- Ты сама это начала.И теперь победа уже у меня в кармане, -расплылся этот каверзникв ехидной улыбке. - Думаю, тебе пойдетзолотой цвет. И перья разных расцветок.Говорят, они станут писком предстоящегосветского сезона.

Он откровенноиздевается надо мной!..

Наконец, Сторнбрейксоизволил медленно встать. Он прошелмимо к выходу, успев потрепать меня пощеке, как расшалившегося ребенка, ипочти вышел, когда я опомнилась.

- Стоять! Мы недоговорили!

Габриэль обернулсяи глянул вопросительно. Вот ведь наглец!Хотел обвести меня вокруг пальца,заговорив мне зубы. Но меня не так простосбить с толку.

- Ты ничего незабыл? - в нетерпении я пару раз постучаланоском туфли. - Свою ставку я принимаю.А что насчет твоей, Габриэль?!

- Разве не яблагородно помогаю тебе - можно сказатьтрачу свое бесценное время! - в важномнаучном эксперименте?!

И такоеневинно-оскорбленное выражение на лице,что диву даешься! Но я-то выросла рядомс этим родовитым пронырой. Не ты одинзнаешь слабые места противника, князь!..Как тебе такой ход?

- Примешь участиев императорской регате! - сказала и чутьне прикусила себе язык.

Глава 1.3

Габриэль отпустилручку двери и медленно повернулся. Янервно сглотнула.

Засунув руки вкарманы и сверля меня нечитаемымвзглядом, он стал плавно приближатьсябесшумной походкой хищника. Так чтоСиль, опасаясь за сохранность глупойхозяйки, отрывисто взвизгнул, метнулсяи завис между нами. Маленький мойзащитник.

Впрочем, я и самапоняла, что слегка переборщила встремлении досадить ближнему моему, ивиновато стушевалась.

Еще были свеживоспоминания о проходившей три годаназад регате, ставшей для семьи Оршанскихтяжелым испытанием. С тех пор молодойкнязь поклялся в гонках не участвовать.

Но тут я вспомнилапро ненавистный бал дебютанток иприободрилась.

- Уравниваешьставки, Беа? - правильно понял мой маневрГабриэль.

- Пи-пи — подтвердилСиль вместо меня.

Слава богам,звенящую тишину вдребезги разбиливорвавшиеся, как стремительный вихрь,Вирджиния и Марджери, мгновенно наполнивкомнату звонким смехом и празднойболтовней.

Девочки, вы вовремя,как никогда!

ВпечатлительнаяДжинни, всегда элегантная и свежая, дажев застегнутой наглухо форме гимназистки,и дерзкая и своенравная Мардж, котораяможет положить на лопатки нашегопреподавателя по защитным искусствам.Мои лучшие подруги!

Одна — ослепительнаяблондинка с небесно-голубыми глазами,легкая на подъем и умеющая находитьязык со всеми вокруг. Другая — честнаяи принципиальная брюнетка, импульсивная,как вспышка молнии, и упрямая, как тысячамулов. Вечно попадает в неприятности,потому что говорит, что думает, ибезрассудно бросается в любые авантюры.

Правда, Мардж —брюнетка с рождения. Недавно же, и крайненеожиданно для всех, ее длинныетемно-каштановые волосы приобрелиярко-лиловый цвет из-за внезапнопроявившейся магии Искателя. Результатомстала страшная семейная ссора иприглашение в Академию магии Рейна-Каррдля дальнейшего обучения, после выпускаиз Института благородных девиц.

- Брат, не ожидалатебя увидеть! Матушка прислала? - сразуперешла к делу Джинни. Она слишком хорошознала своего старшего брата, чтобы непонять причину его внезапного появленияв институте. - А мы спешим в столовую.Вот забежали по дороге…

Словно не замечаясгустившегося в помещении напряжения,девочки стали метаться по комнате,собираясь на факультативные занятия.У каждой из нас было довольно плотноерасписание, ведь мы заканчивали учебув этом году. Оставались только преддипломнаяпрактика, защита итогового проекта идолгожданный выпуск.

Феник и Мэй-Мэй,родовые фамильяры подруг, металисьвместе с ними.

Если у Феника,детеныша котокрыла, хотя бы былилапы и крылья ему в помощь, то малышкеМэй, крохотному кустику, издалеканапоминающему смешной пушистый шарик,постоянно приходилось цеплятьсякорнями-лапками то за одежду, то заволосы Джинни, чтобы не упасть и неупустить деятельную хозяйку.

Мэй-Мэй относиласьк семейству «кипариус» - подвидуминиатюрных магических растений. Идосталась Джинни от ее далеких предков— выходцев с легендарных блуждающихНебесных островов, прародины истинныхдраконов.

Между тем Габриэльокинул меня пристальным взглядомнапоследок и мгновенно преобразился,вернувшись в привычный образ насмешникаи доброго старшего брата. Янезаметно перевела дух.Пронесло!

Так уж повелось,что мы втроем оказались у него подприсмотром. Вирджиния — со дня рождения,как младшая сестра, я — с малых лет,когда родители купили дом рядом сгородским особняком Оршанских, а Марджери— восемь лет назад, оказавшись в однойс нами комнате в общежитии.

- Так что хотеламама? - напомнила о себе Джинни.

- Ты же ее знаешь…- лениво пояснил Гэб. - Нервничает передприездом родственников. День Равноденствиястремительно приближается, сестренка.Накидала тебе кучу важных поручений…

Он достал и передалсестре пухлый конверт. Джинни тяжковздохнула, но вскрывать не стала, небрежнобросив тот на стол и продолжив сборы.

- А что вы тутзамышляете? - резонный вопрос Марджзастал нас врасплох.

- Э-э… - только исмогла выдавить я. Глянула вопросительнона молчавшего Сторнбрейка, сомневаясь,стоит ли посвящать девочек в нашнеожиданный спор.

Ситуацию спасСиль. Он спланировал на мой письменныйстол, смешно выпятил пушистую грудь,явно изображая Гэба, даже пушистыйкончик золотого пера стал подозрительнопохож на прядь волос, и начал важнорасхаживать из стороны в сторону.

Девочки ожидаемопрыснули от смеха, косясь на виновникапредставления. Джинни не выдержалапервой.

- Он опять досаждалтебе нравоучениями, Беа? - кивнула всторону Сторнбрейка, поняв ситуациюпо-своему. - Не слушай ты его! Ты же знаешь,что братик может быть большим занудой.

Возможно, занудойон и был. С младшей сестрой и Марджери.Со мной Габриэль с самого начала велсебя по-другому. Постоянно играл нанервах и цеплялся ко всему подряд:внешности, поведению, моему стремлениюстать независимой женщиной и получитьстатус Мастера архивариуса. Иногда мнеказалось, что в мире существуют дваГабриэля.