
Полная версия:
Путь инквизитора
А потом земля ушла вниз. Яма. Не глубокая — песок уже заносил края, словно пустыня пыталась скрыть то, что здесь лежало. Тела. Много. Они не были похоронены — их просто сбросили, как мусор. Одна рука, вывернутая под неестественным углом, торчала из песка. На запястье — серая линия руны. Точно такая же, как у неё сейчас. Крик вырвался прежде, чем она успела себя остановить. Ладонь легла на её рот.
— Тихо, — голос Артура над ухом.
Он быстро оттащил её от ямы, она упала на колени.
— Тут где-то может быть засада Инквизиторов, — сказал он.
— Это ваших рук дело, — выдохнула она.
«Ваших», — промелькнуло у Артура в голове. Эта фраза уколола его. Он больше не был Инквизитором, но бывают ли бывшие Инквизиторы?
— Да.
Она посмотрела на него с обидой, как маленький ребёнок, когда его бросают.
— И после этого ты хочешь, чтобы я поверила, что ты по-прежнему мой друг?
Артур смотрел в серые глаза Лилит и не знал, какое оправдание он мог бы сказать, — да тут и не было оправданий.
— Я не жду, что ты мне поверишь. — Он не отрывал взгляда от неё. — Но вам, Ткачам, пора понять, что это охота на таких, как вы. Истребление, если хочешь… Вы до сих пор не поняли этого и поэтому проигрываете.
Ей хотелось ударить его. Но он был прав. Эта яма вдруг сняла с Лилит розовую пелену. Она вдруг ясно стала видеть, что их истребляют, Ткача за Ткачом, на протяжении десятка лет. Но они, в силу своей наивности, а может, глупости, по-прежнему верят, что это не так.
— Нам нужно идти, тебя могли услышать.
Он взял Лилит за локоть и попытался поднять её, но рана в животе натянулась, и он сам упал рядом.
— Зачем Виктору мёртвые Ткачи? — не обращая внимания на него, спросила Лилит.
Брови Артура сдвинулись, он пытался вспомнить зачем, но не мог. Он стоял рядом с ней, руки сжались в кулак, его бессилие начало раздражать.
— Я не знаю.
Губы Лилит исказились в презрительной улыбке. Это было даже забавно. Инквизитор, правая рука Виктора, и такой беспомощный. Как она могла ему верить?! Он должен был знать. Она сверлила его взглядом.
— Я понимаю, что ты думаешь, что я знаю, но это не так, — сказал он, как будто прочитав её мысли.
Артур, слегка пошатнувшись, встал и протянул ладонь, чтобы помочь Лилит, но та проигнорировала его, она поднялась и пошла вперёд.
Они двинулись дальше. Лилит перебирала пальцами собранные растения в карманах плаща. Этот плащ стал для неё чем-то странным: с одной стороны — тяжёлый, с другой — тёплый. Лилит облизнула губы и с удивлением обнаружила, что не чувствует языка, он вдруг стал шероховатым. Губы пересохли, и в уголках появился зуд.
Время подходило к вечеру, и им нужно было найти место для привала на пару часов. Повсюду были раскиданы остовы машин старого мира. Все ценные детали из них давно вытащили, а обивка салонов просто растворилась под многолетним солнцем. Внутри были только сухая пыль и запах старой кожи.
У одной такой машины они остановились, Артур облокотился на дверь и сел. Лилит протянула ему последнюю пару цветков.
— Нет, сама пей, — рукой он отодвинул цветки, но Лилит настаивала.
— Ты потерял слишком много крови, тебе нужно пить.
Артур закатил глаза, но цветки взял, липкая жидкость заполнила его рот, и он слегка прикрыл глаза, даже горечь больше не казалась чем-то отталкивающим.
Лилит села рядом и откинула кевларовую броню, кровотечение остановилось, но рана выглядела всё ещё плохо, слишком красная, слишком горячая.
— Нам нужна вода и лекарства, — задумчиво произнесла Лилит.
— Хм.
Артур всё время осматривался, его единственный глаз всё время прищуривался, пытаясь высмотреть что-то вдалеке.
— Тут есть Кважь, мы обычно ходили туда, если шли через пустыню. Но я не знаю, что там сейчас, мы давно не были там. — Она обеспокоенно посмотрела в сторону. Где-то вдалеке песок еле заметно осыпался с гребня, Лилит задержала взгляд.
— Куда дольше идти: до колодца или до поселения? — услышала она Артура.
— До поселения ты не дойдёшь. Ты слишком слаб, если повезёт, то у колодца будут Ткачи, хоть и маловероятно.
— Тогда решено. Передохнём немного и пойдём.
Артур откинул голову и закрыл глаз, дыхание выровнялось, и он вдруг услышал тишину. Впервые за долгое время в голове ничего не щёлкало, система не анализировала и не сканировала. Только собственное дыхание. Рядом, совсем близко, Лилит рылась в карманах плаща, искала остатки цветов. Шорох становился всё дальше, всё тише. Он не заметил, когда перестал его слышать.
Лилит дотронулась до его плеча. Артур вздрогнул, открыл глаз и тут же начал оглядываться.
— Тише, тише. Ты долго спал. Нам пора.
Она помогла ему встать. В сумерках, без блеска механического глаза и без маски инквизитора, он казался... человечным. Почти уязвимым.
Ночь накрыла пустыню ледяным покрывалом. Лилит шла впереди, укутавшись в плащ инквизитора. Запах озона поднимался от ткани и мутил её. Она вытащила нос наружу и задрала голову. Звёзды, раньше казавшиеся ей живыми искрами, теперь висели тусклыми точками в бесконечном вакууме.
Поморщившись, она снова пошла вперёд.
— Как ты поняла, куда идти? — послышался сзади голос Артура.
— Смотри наверх. Там карта.
Артур поднял голову к небу.
— Ты умеешь ходить по звёздам? — спросил он.
— Всех нас учат. Полезный навык.
Артур засунул руки под мышки. Холод пробирал его до костей, но дело было уже не только в пустынной ночи.
Спустя несколько миль во тьме проступил маленький огонек. Лилит замерла, вглядываясь.
— Смотри, — указывает она на костёр.
— Твои?
— Ткачи не разжигают тут костров.
— Нужно подобраться поближе.
Артур прикинул, с какой стороны подойти будет безопаснее. С сожалением он вспомнил Хаб, который позволял ему видеть в темноте. Теперь он вынужден приглядываться и мотать головой, это раздражало.
Пригнувшись, он почувствовал, как живот запульсировал. Он прижал к себе руку и почти на корточках начал двигаться от одной машины к другой. Вдалеке небольшой костёр горел ровно, словно картинка. Вокруг машины были выстроены кругом. У костра сидел молодой Инквизитор. Он снял плащ, откинувшись на стуле, он напевал какую-то мелодию.
— Это Кважь? — шёпотом спросил Артур.
Лилит кивнула.
— Но раньше тут никого не было.
Артур опустил голову, потёр переносицу и помотал головой из стороны в сторону, как будто вёл сам с собой диалог. Он поднял голову, посмотрел прямо в глаза Лилит.
— Стой тут.
— Я не буду стоять и смотреть, я могу помочь… — но прежде чем она договорила, Артур нырнул в темноту и пропал из виду. — Артур.
Тревожное чувство беспомощности разлилось в груди, она пыталась прислушаться, но, к своему удивлению, не слышала ни звука от Артура. Затем она уставилась на мальчишку, что сидел у костра, и постаралась как можно тише подкрасться, но шуршащий песок под ногами предательски скрипел. Инквизитор вдруг замолк, поднял голову и испуганно начал осматриваться.
Она попыталась спрятаться за обломком машины, но тот оторвался со скрежетом.
— Кто тут? — Лилит услышала голос молодого Инквизитора, ей показалось, что ему не больше шестнадцати. — Выходи, иначе я тебя застрелю.
Он уже направил пистолет в сторону где она пряталась. Лилит бесшумно выругалась, затем встала и с поднятыми руками чуть подошла ближе к костру. Чем ближе она подходила, тем сильнее страх подступал к горлу.
Посмотрев на костёр, она обнаружила, что там была просто горелка, вокруг которой располагалось пять складных стульев.
Не успев что-то сказать, молодой Инквизитор получил по виску прикладом и свалился лицом вниз. В свете горелки Артур был бледен. Лицо осунулось, на лбу выступила испарина, и он тяжело, прерывисто дышал.
— Я сказал тебе не двигаться. — Голос был хриплым, он пытался откашляться, что давалось ему с трудом.
— Я пыталась помочь.
Артур не ответил, он взял коммуникатор, лежащий рядом с мальчишкой, и аккуратно положил его около горелки.
— Что ты делаешь?
— Если коммуникатор отнести слишком далеко от горелки, придёт подкрепление. Бери воду.
Лилит быстро сняла с пояса Инквизитора небольшую кожаную сумку для воды. Она подошла к широкому люку, из которого торчала металлическая труба с краном. Она одним движением открыла её и дополнила сумку до самого верха, затем стала жадно пить воду из самого крана. Она показалась обжигающе холодной, но это не имело значения, рот онемел, но она не могла остановиться. Краем глаза Лилит заметила, что Артур движется к лежащему пареньку. Он потянулся за ножом, в мгновение ока Лилит оказалась рядом, она держала руку Артура.
— Какого чёрта ты делаешь? — заревел он.
— Он всего лишь мальчишка, не надо… — шептала она, отнимая нож. Это было сделать достаточно легко, сил у него оставалось очень мало. Когда нож оказался в её руках, она встала перед ним, загораживая Инквизитора.
— Дура, — зашипел он. — Он приведёт других, и тогда мы оба окажемся в той яме.
Последние слова оборвались, и Артур слегка осел. Голова стала сильно кружиться, и он не удержал равновесие.
— Он просто юнец, — с упрёком сказала Лилит.
— Этот юнец доложит, что видел нас тут, и к утру тут везде будут Инквизиторы.
Руки Лилит всё ещё тряслись, она с трудом удерживала нож. Она обернулась на лежащего паренька и спокойно произнесла:
— Нас тут не будет к этому времени.
— Жаль, что ты ничему не научилась, сдохнешь со своими Ткачами, — спокойно произнёс Артур.
Он не смотрел на неё больше, он отчаянно пытался удержать сознание, но его сильно била дрожь, Лилит поднесла к его губам сумку с водой, но он закашлялся и потерял сознание.
— Лучше сдохнуть человеком, чем стать тобой.
Но он уже не слышал её.
Лилит испуганно начала трясти его.
— Артур! Очнись!
Артур не реагировал, но то, что осталось от механического глаза, неожиданно начало мерно пощёлкивать, металлическое «тик-тик-тик», словно сломанный хронометр отсчитывал последние секунды.
— Артур... — позвала она шёпотом.
Ответа не было. Он даже не вздрогнул. Страх пополз по позвоночнику. Используя нож, она оторвала кусок ткани со своей рубашки, смочила её холодной водой и приложила ко лбу Артура. Реакции не было. Ей показалось, что он действительно умрёт.
— Я тебе не позволю…
Она вспомнила, что сзади лежит Инквизитор, только тогда, когда тот будто бы он пошевелился. Лилит осторожно перевернула юношу, и в свете горелки его лицо показалось ей совсем детским. «Может, Артур и прав. Но я не убью ребёнка».
На его поясе она нашла наручники. Оттащив парня к ближайшей машине, Лилит пристегнула его запястьем к дверной ручке, подальше от горелки. Забрала ножи и пистолет.
В сумке у Инквизитора нашлась верёвка. Лилит стащила с плеч плащ, расстелила его на песке рядом с Артуром и, сцепив зубы, перекатила его тело на расправленную ткань. Продев верёвку вдоль всего плаща, под лопатки и бёдра Артура, она стянула края, превратив плащ в подобие кокона. Свободные концы связала на груди узлом и перекинула через плечо широкой лямкой.
Первый рывок вышел коротким: тело сдвинулось едва на полшага. Лилит упёрлась ногами в песок и потянула снова. Плащ скользил по терракотовой пыли с глухим шорохом. Тяжело — но волоком, а не на себе. Так, может, и дойдут.
Она выпрямилась, поправила лямку, врезавшуюся в плечо, и шагнула в темноту, оставив позади горелку и пристёгнутого к машине мальчишку.
Вода закончилась в считанные часы, она постоянна прикладывала холодные компресс на его голову. Последний шаг Лилит не запомнила. Красный песок перед глазами сменился сухой, потрескавшейся землёй. Вес Артура стал невыносимым; верёвки пропитались её кровью и въелись в плечи, и она рухнула лицом в пыль.
Она слышала резкий, гортанный окрик и топот ног. Голова трещала, и она не могла разобрать речь; к ней кто-то наклонился, но она не смогла увидеть кто — лицо человека расплывалось, словно чернила на мокрой бумаге.
На голову полилась вода, и она с облегчением вздохнула; затем кто-то дал ей в руки мешок с водой, и она жадно начала пить, но, сделав пару глотков, поняла, что захлёбывается.
Откашляв часть, Лилит открыла глаза и поняла, что перед ней отряд охотников из Грота Эха. Она узнала родные лица: Корт стоял прямо над ней и давал ей воду; над Артуром несколько охотников склонились, кто-то плюнул на него. Слюна попала на щёку, смешалась с запёкшейся кровью. Артур не шелохнулся.
— Он спас меня, — начала она говорить Корту, но изо рта послышался только гортанный звук, слов почти не было. Корт — молодой парень с золотыми волосами в лёгкой светлой рубашке — сел на корточки и бережно придерживал мешок с водой.
— Лилит, мы отведём тебя в лагерь к целителю, — начал было он.
Лилит приподнялась на локти и показала на Артура.
— Он спас меня, — после выпитой воды голос, казалось, начал потихоньку возвращаться, но это всё равно было похоже больше на хрипоту при тяжёлой болезни.
— Мы не можем взять его в лагерь, он Инквизитор, — начал было другой охотник и ударил ногой тело Артура. Лилит боялась, что слишком поздно: Артур не подавал признаков жизни, он не реагировал на голоса и никак не отреагировал, даже когда молодой охотник пнул его.
— Тогда я останусь тут, — она упрямо бросила бурдюк с водой к ногам Корта. Тот в недоумении посмотрел на неё, опустил взгляд и, наконец, обдумав всё, скомандовал нести Инквизитора в лагерь.
— Дай ему воды, — настояла Лилит.
Корт упрямо вздохнул, но возражать не стал. Он взял брошенный мешок с водой, поднёс к лицу Артура и вылил его на шею и ту часть лица, где не было ран. Артур чуть пошевелил головой, и Лилит с облегчением рухнула на землю. «Он жив, слава Создателю».
***
Артур истекал кровью столько раз за последние дни, что уже сомневался, осталась ли она у него вообще. Сознание погружалось всё глубже в тяжёлый сон. Что делают бывшие Инквизиторы? — думал он. Сможет ли он закончить свою задачу и довести Лилит до безопасного места?
«Маловероятно», — отозвался где-то внутри знакомый голо
Лилит, кажется, звала его — откуда-то сверху, издалека. Он поднял взгляд и не увидел ничего. Вокруг была темнота. Живот больше не болел, только в левом глазу покалывало — но это было неважно. Артуру стало всё равно, кто это говорит. Всё вдруг потеряло значение.
— Вставай, — донёсся голос.
Возникли образы: он видел яму с Ткачами, видел расстроенную Лилит, вспомнил, как она смотрела на него обиженно, будто это он виноват во всех бедах. Может, так и было?! Но он ничего не мог сделать, ни на что повлиять.
Он вспомнил её девочкой. Вспомнил, как они втроём укладывались на ночь в приюте и делили одеяло: Эрик всегда раскрывался, и Лилит заботливо следила, чтобы брат не мёрз. Тогда её взгляд был другим. Она лежала рядом с Артуром, и он ощущал тепло её тела, вдыхал запах дыма от её волос. Эрик ворочался и не давал им спать. Артур почти чувствовал запах половиц, старое дерево и сырость.
— Рыжик, ложись обратно, — услышал он голос Лилит, она обращалась к брату, но тот поднялся с пола, повернулся к Артуру и смотрел на него широко раскрытыми глазами, а потом детским голосом закричал что есть мочи:
— Вставай, недоумок!
Артур смотрел на него, не понимая, снится это ему или происходит наяву. Эрик подошёл вплотную, схватил за воротник, не переставая орать, — и наконец маленькая рука ударила Артура по щеке, и ещё, и ещё.
Артур открыл глаза.
***
Первое, что он почувствовал, — это запах. В нос ударил густой, дурманящий аромат сушёной полыни, коровьего навоза и костяного дыма. Этот запах был тяжёлым, густым, он словно проникал внутрь тела через кожу. Аромат стал настолько невыносимым, что Артур закашлялся. Он попытался открыть глаз, но веко казалось свинцовым. Под повязкой, там, где раньше была линза Хаба, пульсировала тупая боль.
— Тише, Инквизитор, — голос был старым, похожим на шелест сухой травы. — Не суетись. Твоё тело хотело умереть, но мы с ним не согласились.
Артур всё же заставил веко слегка приподняться. Над ним склонились три фигуры: двое пожилых людей и девушка-целитель. Артур слышал о том, что в большинстве поселений ткачей заправляют старейшины, и, кажется, двое из них сейчас были рядом. Один сидел и дымил трубкой прямо в лицо Артуру. Другая — женщина чуть помоложе старика — помогала молодой целительнице перебинтовывать ему живот.
Старик с невероятно длинной бородой держал в зубах короткую глиняную трубку, из которой вырывались клубы невыносимо вонючего дыма. Каждое кольцо этого дыма заставляло мысли Артура путаться ещё сильнее.
— Не слишком гостеприимно — дымить в лицо больному, — прохрипел Артур, пытаясь сесть.
Девушка-целитель резко положила руку ему на грудь и остановила его. Она посмотрела на него и покачала головой. Артур понял, что лучше не вставать, и послушно опустился на самодельную тахту.
— Ну и дрянь же ты в себя вшил, парень, — старик снова выпустил струю дыма прямо в лицо Артуру. Тот закашлялся, чувствуя, как горечь оседает на языке. — Металл в голове, сталь в жилах. Ты пахнешь железом, маслом и гарью совсем не как человек.
— А вы странно говорите... И дымите мне в лицо. Может, хватит?
— Травы очистят тебя, — сказала целительница.
Она закончила перевязку раненого бока, и Артур огляделся по сторонам. Он лежал в просторном шатре из шкур. В центре горел очаг, и дым уходил в отверстие в куполе, смешиваясь с запахом трав старейшины. Артур почувствовал странное покалывание во всём теле.
Он опустил взгляд и увидел, что его грудь и руки покрыты слоем пахучей мази, а поверх неё нарисованы временные руны. Они едва заметно светились в полумраке шатра, медленно пульсируя в такт его дыханию.
— Где... Лилит? — прохрипел Артур.
Старик с трубкой усмехнулся, продемонстрировав жёлтые крепкие зубы. Он затянулся так сильно, что огонёк в чаше трубки ярко вспыхнул.
— Ткачиха спит. Она отдала тебе всё, что у неё осталось в этой пустыне. Если бы не она, бросили бы тебя гнить в овраг, как любой другой мусор из Аргентиса. Я — Го. И я сейчас вычищаю из твоих нервов остатки цифровой заразы.
Го наконец отложил трубку. Целительница передала ему повязку, пропитанную пахучими травами; нос Артура снова защекотал запах полыни и чего-то ещё, чего он не мог определить. Затем старейшина приложил к пустой глазнице Артура ткань. По телу пронёсся холодок, а затем в голове вспыхнула такая боль, будто глаз прижигали открытым огнём.
Артур выгнулся, из его горла вырвался хрип. От этой вспышки он снова потерял сознание и пришёл в себя только на следующий день.
За день Артура навестило несколько целителей, и каждый строго-настрого запретил ему подниматься. Однако к вечеру он всё же осторожно присел на тахту, а под громкие протесты молодой целительницы, следившей за его раненым боком, и вовсе встал на ноги. В этот миг шатёр сильно качнулся, и Артур едва не упал. Девушка тут же подставила ему плечо, мгновенно залившись краской. Артур восстановил равновесие и поспешил отстраниться, чтобы не смущать её.
— Где Лилит? — спросил он.
Девушка посмотрела на него с явным недовольством.
— Твой бок загноился из-за грязных повязок и отсутствия ухода, — отрезала она. — Та смесь трав, которую ты заложил под бинты, лишь остановила кровь, но потом её нужно было немедленно убрать. Ты до неё просто не дойдёшь!
Целительница всячески пыталась внушить Артуру, что его затея — чистое безумие, но он, игнорируя боль, упрямо направился к выходу.
— Так ты скажешь, куда мне идти?
Девушка молча указала на соседний шатёр.
Артур поплёлся в указанном направлении. На первой же ступеньке ноги подкосились, и он тяжело осел. Целительница бросилась было на помощь, но он вскинул руку, останавливая её: он справится сам. В ответ она лишь в сердцах выругалась на диалекте, который Артур не сразу распознал.
— Интересный диалект. Ты не из этих мест, да? — о том, что целительница не из этих мест, говорил не только её говор и сильный акцент: её внешность больше была похожа на северную — бледная кожа, тёмные волосы, которые она заплела вокруг головы. Целители часто путешествовали, таким образом они могли обмениваться опытом.
Девушка не ответила, она лишь следовала за Артуром.
— Откуда-то с севера? — продолжил Артур. — Кажется, на севере у нас есть парочка городов, нам на уроках истории о них рассказывали. Мираж?
Артур посмотрел на целительницу, которая всё ещё шла позади. Та молчала.
— Нет, Окулюс?
Он снова посмотрел на неё. На этот раз она едва заметно приподняла брови, но Артур смог это уловить.
— Значит, ты из того городка, который в остывшем жерле вулкана. Страшно, наверно, жить и каждый день молиться, чтобы он не проснулся. Может, вы туда младенцев кидаете, ну, знаешь, как жертвоприношение. Нас учили, что большинство Ткачей — дикари, но вы ребята … фух.
Артур снова обернулся, но на этот раз позади никого не было. Он увидел лишь удаляющуюся спину девушки: она возвращалась в шатёр. Доводить людей он умел — этому ему учиться не требовалось, хотя в академии были даже такие уроки. «Человек в гневе всегда легче болтает», — говорил им учитель.
Артур еле стоял, живот нестерпимо болел. Пока он был в пустыне, он даже не осознавал, насколько глубокую рану получил в Аргентисе. Но сейчас он здесь. Он успешно довёл Лилит до безопасного места. Как только он восстановится — незаметно уйдёт в другие города.
В шатре Лилит тоже пахло травами — шалфеем, ромашкой и чем-то горьким, неприятно щекотавшим нос.
Она лежала на такой же тахте, как и Артур. Рядом никого не было. Лилит спала.
Артур подошёл ближе. Его взгляд скользнул по её рыжим волосам, лицу, старым шрамам — тем самым, что она получила ещё совсем маленькой. Тогда он не понимал, насколько страшными были повреждения.
Он осторожно отодвинул рыжий локон с её шеи и замер: следы продолжались ниже, повторяясь на коже неровными светлыми линиями. Артур коснулся одного из них.
Лилит зашевелилась.
Он отдёрнул руку, и как только он это сделал, она открыла глаза.
Артур взял чашку воды, которая стояла рядом с её тумбочкой, и протянул ей; она молча взяла её и начала пить, не отрывая взгляда от него.
— Рада, что ты жив, — наконец сказала она, поставив чашку на тумбу.
Он попытался сесть на ее тахту, но не удержал равновесие и завалился прямо на ноги. Затем резко выпрямился не смотря на боль в животе.
— Да, благодаря тебе. Спасибо.
— Тебе тоже.
В шатре воцарилось молчание. Она не знала, что ему сказать, как выразить благодарность за то, что он спас ей жизнь, пожертвовал собой и чуть не умер.
— Я думала, что ты умер там, в пустыне. Мне очень жаль, — она протянула руку и дотронулась до его плеча.
Артур вздрогнул.
— Да, оказывается, я живучий, — попытался пошутить он и тут же вспомнил Маркуса. «Надеюсь, они его не тронули», — подумал Артур.
— Твой хаб… его можно восстановить? — спросила Лилит.
— Не знаю. Но теперь придётся всё время мотать головой.
Шутка прозвучала слабее, чем он хотел. Кажется, он скучал по Маркусу сильнее, чем сам себе признавался.
— Постараюсь восстановить его, когда окажусь в городе.
Лилит почувствовала, как сердце предательски сжалось. Она ожидала, что он останется с ней здесь.
— Ты всё-таки собираешься уйти?
— Мне тут не место, и ты это знаешь.
Она поморщила нос — совсем как в детстве, подумал Артур.
В шатёр вошла целительница, лечившая Артура, и принесла грубо сделанный костыль. Молча поставила его у кровати и вышла.
Лилит злилась на него и на себя. За последние пару месяцев на её плечи свалилось слишком многое. Она не хотела признаваться даже себе, что боится: Артур уйдёт.
Он говорил об этом так легко, будто уже давно всё решил. Это злило её ещё сильнее. Но сильнее всего бесило другое — ей было не всё равно.
Артур посидел ещё какое-то время, потом поднялся, опираясь на импровизированный костыль, и похромал к выходу. Уже у полога он обернулся:
— Завтра подумаем, что делать. А сейчас спи и…
— Ешь, — закончила Лилит за него.
Артур невольно улыбнулся.
Глава 7 Гроты
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

