Измена. Растоплю твоё сердце

Ника Томина

Измена. Растоплю твоё сердце

Глава 1

Я извлекаю последний металлический осколок из раны. Делаю глубокий вдох, разгибаю затёкшую спину. Точными аккуратными движениями накладываю косметический шов.

Анестезиолог будит пациента, а я контролирую, нет ли кровотечения. Всё хорошо, мужчина начинает дышать самостоятельно.

Выхожу из операционной и снимаю перчатки, маску, очки и костюм. Принимаю быстрый душ. Одеваюсь в бордовый медицинский костюм и удобные резиновые тапочки.

Сейчас можно немного отдохнуть. Но мне нужно зайти к гинекологу в нашей поликлинике. Потому что задержка уже двадцать дней. Тесты пока отрицательные, но очень надеюсь, что у нас с Витей всё получилось. Всё таки женаты уже три года, а дети пока не выходят.

Иду по висящему над землёй коридору между корпусом хирургии и поликлиникой.

Стучу в дверь Илоны, гинеколога. Мне кажется, что она говорит «Да».

Тяну дверь на себя, заглядываю в кабинет. За компьютером никого. Кресло закрыто шторкой.

На цыпочках прохожу в угол, к раковине, и вижу голую мужскую задницу между голых женских ног, которые покоятся на подставках гинекологического кресла.

Сердце бьётся где-то в горле. В глазах темнеет.

– Да! – стонет Илона, как течная кошка.

Мужская задница ритмично покачивается. Я поднимаю глаза и не верю. Это мой муж? Главврач Виктор Романович. Трахает гинекологичку на гинекологическом кресле?

Пальцы мгновенно леденеют. Становится трудно дышать. Боль сковывает грудь.

Крадусь в коридор и тихонько закрываю дверь.

Иду назад в свой кабинет. Надо оформить документацию. Только бы не думать об этом и не чувствовать этой боли.

– О, Аня. Ты уже прооперировала беднягу? – всклокоченный и раскрасневшийся муж догоняет меня почти у моего кабинета и обнимает меня сзади за плечи.

Я чуть отстраняюсь. К горлу подкатывает желудочный сок, во рту становится кисло. Делаю привычное усилие, чтобы лицо не дрогнуло.

– Да, конечно. Всё по плану.

– Вот и молодец. Пока оформляй документацию, – хлопает меня по плечу и уходит.

Сильно тянет низ живота. Я иду в туалет. По пути захватываю прокладку из своего кабинета.

Ну да. Опять они начались. Я смотрю на алые пятна. Беременность не наступила. Горячие слёзы приливают к глазам изнутри, но я встаю и умываюсь ледяной водой. Мне нельзя плакать.

Захожу в кабинет и включаю компьютер.

Тишину разрывает резкий и протяжный вой сирены. Звоню в регистратуру.

– Алло, Венера Рэмовна, это же учебка?

– Да, Анечка. Плановая.

– Хорошо, буду документы оформлять.

Дурацкая система опять виснет. На всю эту бюрократию вечно нет времени. А тут ещё эти тупые учения для галочки. В груди по-прежнему болит. Ещё и голова начинает раскалываться от мерзкого звука.

Вдруг окно распахивается, и внутрь влезает пожарный. Он дышит сквозь маску как Дарт Вейдер.

– Уйдите! Я работаю.

Конечно, этот высоченный дуболом мне ничего не отвечает. Просто шагает ко мне, хватает и бросает на плечо. Я луплю его по спине кулаками.

– Да отпустите! Вы в своём уме? Тревога же учебная!

Но он не реагирует. Просто вытаскивает меня из окна. Я смотрю вниз. Под нами только стрела пожарной машины и маленькие человечки внизу.

Всё вокруг кружится как на карусели. Сердце долбится в грудь со скоростью лихача на самокате. Во рту пересохло. Я закрываю глаза.

Целая вечность проходит, пока он спускает меня по лестнице и ставит на ноги. Открываю глаза. Во дворе толпится весь персонал поликлиники, а также пациенты на колясках и транспортировочных кроватях. Все мёрзнут.

Пожарный снимает шлем и орёт на меня.

– Вы с ума сошли не эвакуироваться? Что за безответственная дамочка?

Глава 2

– Прошу не кричать. Вы ведёте себя как неандерталец, – вскидываю голову, потому что этот дуболомище высоченный, и складываю руки на груди. – Это всего лишь учебная тревога.

Глаза мужика широко раскрываются, а кадык ходит вверх-вниз. Лицо и шея краснеют, на шее вздуваются вены, на виске видно биение пульса.

У меня под рёбрами сводит мышцы, я с трудом сглатываю густую слюну.

– Нет, я не понял, – ещё больше взрывается пожарный. – Дамочка, вы хотите греть свою симпатичную попку во время учебной тревоги?!

Уши мгновенно загораются. Хорошо, что они скрыты пышным каре, и никто это не увидит.

– Тише, тише, прошу без вольностей, – чуть склоняю голову, – Как вы смеете так выражаться?

– Да просто бесите, – дуболомина машет рукой, – Сначала игнорируете учения, а потом мне выносить вас полумёртвых из дыма?

Кусаю губы изнутри. Ну и придурочный тип.

Нет, он прав, конечно. Но хочу, чтобы это была наша первая и последняя встреча.

– Ну теперь-то можно пациентам подняться в свои палаты? Или симуляция пожара ещё недостаточно реалистична? – стараюсь, чтобы мои слова звучали максимально издевательским тоном.

– Да поднимайтесь уже, – бросает он и уходит в сторону пожарной машины.

– Так, медсёстры, начинаем поднимать пациентов. Эльвира, Наташа, помогайте тем, кто на ногах, – раздаю распоряжения.

На себя беру ближайшую кровать на колёсиках.

– Максим, давай поможем даме! – с пожарной машины спрыгивает ещё один пожарный.

Так этого дуболома зовут Максим? Ну-ну, имя подходит. Максимально мерзкий характер.

Максим подходит к лежачим и ловко закатывает по пандусу и в лифт сразу две кровати, хватается ещё за две следующие. Хорошо, что сегодня не так много лежачих больных.

– Ну вот, а вы боялись, раз и готово, – грохочет его голос сверху.

– Спасибо. И прощайте, – отворачиваюсь и иду в больницу.

Натыкаюсь на мужа. Он картинно меня обнимает. Тело замирает. Тело не обманешь и не заставишь притворяться, как будто ничего не случилось.

Наконец, он отпускает меня. Я вижу в толпе Илону, которая смотрит на меня насмешливо, но, едва заметив мой взгляд, отводит глаза в сторону.

Максим тоже смотрит на нас. Стоило только мне повернуться, как он резко отворачивается и шагает в сторону пожарной машины.

Я поднимаюсь в свой кабинет. Выключаю свет и включаю компьютер. Мерное жужжание успокаивает меня.

Нужно просмотреть все карты пациентов, потому что скоро страховая придёт с проверкой. Обычно коллеги допускают такие глупые ошибки, что очень обидно из-за них терять и так небогатое финансирование.

В кабинет заглядывает Венера из регистратуры.

– Опять вы за всеми смотрите карты? Вы же ушли из замов?

– Ну да, только потому, что мой муж стал главврачом. Мне пришлось уйти из-за конфликта интересов.

Замечаю, что моя рука слишком сильно сжимает мышку, до боли.

– Так бросьте это дело. Что вы в своё личное время делаете чужую работу? Работа не обнимет ночью. Пойдём по домам?

У меня перед глазами встаёт картинка, как мой муж изменяет мне прямо на работе. Сглатываю и чувствую во рту горечь. Тихонько ноет правый бок и колет где-то в сердце.

– У нас скоро проверка. А новый зам даже не чешется. Так что посижу-ка я тут, а то опять половину финансирования нам урежут.

Венера оглядывается, входит в кабинет и плотно прикрывает за собой дверь.

– Аня, это из-за Илоны?

Я застываю, забывая, какую вкладку нужно открыть следующей.