Сломаю 2

Ник не должен быть рядом ни в этот день, ни пару суток после – принципиально. Данил займётся этим: «внезапные» дела, усиленная программа, график без свободных минут. Всё должно выглядеть правдоподобно, не вызывая ни тени сомнений. Я дал указание: максимум информации для учёбы и тренировок, но ничего лишнего. Всё остальное только по мере необходимости и только под моим контролем.

Я «случайно» окажусь в Париже: переговоры, встречи, урегулирование контрактов. Удобный предлог. На деле мне нужно быть рядом именно в тот момент, когда начнут сходиться линии моего плана.

Когда я закончил чертить сотни мелочей, удовлетворённо выдохнул. Посмотрел на часы – три утра. Поспать бы хотя бы час и снова в работу. С утра позвоню любимой, спрошу, как настроение, тихо скажу, что она мне нужна.

Я подошёл к окну. Ночной двор был пуст, фонари мягко подсвечивали контуры. В ладони осталась фотография, изображающая Астелию в платье на летнем ужине. Я провёл пальцем по её лицу. Моя жена это та граница, за которую я не могу переступить. Но в нашем мире на нежность не делают скидок.

Закурил и долго смотрел на тёмную линию горизонта. «Действую тихо. Действую точно», – проговорил вслух, словно чтобы утвердиться в своих словах. Холод расчёта уже плыл внутри, но где-то глубже жгло что-то другое – то, что я не мог и не хотел прогнать. План – это просто инструмент. Люди – фигуры на доске. Но не все фигуры равны. Некоторые стоят того, чтобы их беречь.

Я выключил свет в кабинете, на столе остался лишь слабый отсвет монитора, где был расписан каждый шаг. Утро принесёт звонок Астелии, я услышу её голос. Мне нужно будет быть спокойным, уверенным, таким, кто всегда решает. А потом будут шаги. Неделя подготовки началась.

***

Я позвонил Астелии ровно в семь.

– Привет, – прошептала она. В её голосе звучала усталая мягкость, от которой что-то дернулось в животе. – Я в порядке. Тут несколько охранников. Небольшой домик у озера. Красиво.

Её голос был ровным, но я слышал в нём попытку держаться. Я представил, как она сидит в комнате с видом на воду, как держит в руках чашку, как пытается не плакать.

– Ты меня слышишь? – спросила она вдруг, будто проверяя, не ушёл ли я в свои схемы.

– Слышу, – ответил я коротко. – Просто задумался. Представил домик, озеро и тебя. Как мы сидим в обнимку. Соскучился.

– Я тоже очень скучаю, – сказала она почти шёпотом. – Как там Ник?

– У него усиленная охрана, – сказал я, и почувствовал, как голос сам по себе стал твёрже. – Ты не переживай за него, он под присмотром.

– А ты? – спросила она, и в её голосе проскользнуло беспокойство, тонкая ниточка сомнения. – Ты спишь?

Я улыбнулся, представляя, как она наклоняет голову, будто ловит мой образ.

– Иногда, – ответил я. – Как только закончу, верну тебя домой. Не плачь, ладно? Не для того я тебя спрятал, чтобы слышать твои рыдания.

Она засмеялась – тихо, слабо, как будто от страха и облегчения одновременно.

– Я не буду плакать, – пообещала она.

– Люблю тебя. Береги себя.

– Люблю, – ответила она, и от её слов стало теплее.

Телефон остался в руке. Я закрыл глаза на три секунды и снова открыл папку с планом. Утро – хорошее время для расчётов; её голос – хороший повод не забывать, зачем я всё это затеял.

Глава 3.

Нинель.

Я наконец-то приехала в Париж. Ecole des Beaux-Arts – моя мечта, моя цель, которая уже становится реальностью. Это должно было случиться, ведь мой отец настоящий волшебник. Он всегда находит способ осуществить все мои желания, чтобы я была счастлива. И вот я здесь, в Париже.

Уже неделю я живу в ритме города: днём – занятия в школе искусств, по вечерам – длинные прогулки по улицам, пропитанным запахом кофе, сигарет и старого камня. Здесь воздух иной: лёгкий, с примесью свободы и какой-то туманной, едва уловимой грусти. Париж словно всегда держит в себе эту атмосферу покоя и вечной загадки.

Я быстро познакомилась с Ли и Софри, девчонками из курса. Мы смеёмся над акцентами, делимся впечатлениями о картинах, обсуждаем выставки. Два парня тоже стали уделять мне внимание. Один таскает за мной мольберт, другой приносит кофе. Я не возражаю. Пусть думают, что я французская девушка, заблудившаяся в теле русской. Их внимание как забавная игра, и пусть им будет приятно.

Но всё равно я часто думаю о Нике. Расстояние не повод для тоски, ведь он обещал приезжать хотя бы раз в неделю. Сказал, что Влад выстраивает для него новый график тренировок и учёбы, чтобы всё совпало. Меня это устраивает. Скучать будет некогда, а вот ожидание даже приятно.

Через неделю у меня день рождения. Хотелось бы отпраздновать его дома, среди родных, рядом с Ником… но у каждого свои заботы и дела. Придётся придумать новый план. Я уже решила: соберёмся с новыми друзьями, сходим в клуб, потанцуем, выпьем немного вина, а потом разъедемся по домам. День рождения выпадает на вторник, так что утром придётся идти на занятия, и нужно быть в форме.

Ник очень хотел приехать, но Влад загрузил его. Сказал, что «воспитывает бойца». Иногда я думаю: если Ник хоть немного станет похож на Влада, я, наверное, выйду за него замуж.

Влад… Он словно соткан из силы. Настоящий альфа. Его взгляд холодный, точный, но стоит ему задержаться на мне хотя бы на секунду, и внутри всё переворачивается. Он одним движением может вызвать бурю, о существовании которой я даже не догадывалась. И если он когда-нибудь прикоснётся ко мне… я, кажется, просто распадусь на атомы.

***

Вечер был на высоте, и Париж не собирался подвести. Мы с девчонками – Ли, Софри и двумя парнями, Алексом и Лукой сидели за столиком в одном из самых популярных клубов города. Мягкий свет неоновых ламп обрисовывал наши лица, музыка пульсировала в воздухе, а клубная атмосфера завораживала. В этом месте время словно теряло свою силу, растворяясь в ритмах.

Я выбрала чёрное облегающее платье с глубоким вырезом, подчеркивающим мою фигуру. На ногах – туфли на каблуках, заставляющие меня чувствовать себя ещё увереннее. Я знала, что все взгляды будут прикованы ко мне, и это мне нравилось. С каждым глотком коктейля становилось легче, как будто клубная атмосфера растворяла все сомнения, а меня накрывало лёгкое, игривое ощущение свободы.

Алекс, парень с золотыми волосами и глазами цвета янтаря, всё время флиртовал со мной. Его лёгкая небрежность, с налётом холёного джентльмена, сразу привлекла моё внимание. Он заваливал комплиментами, но я не торопилась отвечать на его намёки. Алекс был интересен мне как загадка, как игра, но мои мысли были заняты совершенно другим. В этот момент я просто хотела наслаждаться вечером, не нарушая границ приличия.

Раздался звонок. Я взяла телефон и ответила, подняв взгляд на ребят.

– А, мой парень звонит, – сказала я громко, как бы невзначай, чтобы все услышали. – Наверное, с рукопашного освободился. Сейчас поговорю и вернусь.

Я вышла на улицу, быстрым шагом покидая шумный клуб. В голове возник образ Ника, как он всегда интересуется моими днями, спрашивает о мелочах. Он не любил, когда я проводила время в таких местах без него, но я не могу отказываться от этих моментов, от лёгкости, которая присуща вечернему Парижу.

Я почувствовала, как сердце сжалось, когда услышала его голос.

– Ещё раз с днём рождения, радость моя! – прозвучал весёлый голос Никиты.

– Спасибо! – ответила, улыбаясь, даже несмотря на расстояние.

– Я скучаю, – сказал он, в его голосе была заметна лёгкая ревность. – Ты ведь в клубе, да?

– Да, – ответила я, но меня покоробило, как его слова тут же зацепили мою душу. – Но не переживай, всё прилично. Ник, ты единственный, кто меня интересует. Ты знаешь, как я скучаю по тебе. С нетерпением жду выходных.

Он вздохнул, и я почувствовала, как его слова проникают мне в сердце.

– Очень хотел приехать, но Влад не отпустил. Он сказал, что дисциплина важнее. Я всё понимаю, но… жду, – добавил он с лёгкой досадой.

– Я тоже, – улыбнулась, ощущая, как тепло разливается по груди. – Всё будет хорошо. Скоро увидимся. Целую!

– Люблю тебя, моя зайка. Развлекайся, но не забывай, я всегда с тобой, – сказал Никита, и его голос стал мягким и тёплым.

Я повесила трубку и вернулась в клуб. Музыка становилась всё громче, поглощая меня в свои ритмы, а вечер – ярче, словно пропитывался электричеством. Мы танцевали, смеялись, меняли партнёров, и я чувствовала себя свободной, как никогда. Однако, как это бывает обычно, эта лёгкость была временной.

Когда вечер начал близиться к концу, ребята предложили вызвать такси. Мы вышли на улицу, покачиваясь от последнего коктейля, из-за которого смех становился ещё громче. Алекс, поддавшись веселью, обнял меня слишком крепко, чуть не потеряв равновесие. Девчонки засмеялись, но мне вдруг стало не по себе. Я попыталась отстраниться, но что-то в этом было странно забавным, и в то же время тревожным.

И вдруг я заметила его. На противоположной стороне стояла огромная чёрная машина, её блеск почти неуловимо отражал уличные огни. Моё сердце замерло. Я интуитивно знала, кто в ней. Из машины вышел Влад.

Весь мир вокруг, казалось, остановился. Ребята, заметив его, сразу притихли. Они не осмеливались встретиться с его взглядом. Потому что энергия тьмы, что он излучал, давила. Но я не могла отвести взгляд. Его присутствие было настолько мощным, что я не могла дышать.

Он прошёл через дорогу. Мы с друзьями стояли, как заворожённые. Он подошёл неспеша.

– Поехали, – сказал он, голос был низким, властным, словно команда, от которой невозможно было отказаться.

Я с трудом собрала силы, повернулась к друзьям и с лёгким усилием произнесла:

– Это… опекун моего парня, – слова вырвались с трудом, как если бы я сама не верила в них. – Поеду с ним.

Я поцеловала каждого из них в щёки, прощаясь. Внутри всё было как в тумане. Влад стоял рядом, его взгляд был холодным и пристальным, но в нём была какая-то невероятная сила, которая заставляла меня терять равновесие. Я чувствовала его присутствие на каждом сантиметре своего тела, и это возбуждало.

Когда я подошла к его машине, он открыл дверцу и я села в автомобиль. Как только я пристегнулась, Влад сел за руль и мягко, с почти неуловимой усмешкой произнёс:

– С днём рождения, Нинель.

Его губы коснулись моей щёки в лёгком поцелуе. Это было неожиданно, и я почувствовала, как захватывает дыхание. Мгновенно всё внутри меня перевернулось. Сердце забилось быстрее, а каждый нерв на коже ожил. Сильный, властный, абсолютно уверенный в себе, он был всем, чего я когда-то боялась и одновременно жаждала.

Когда его губы коснулись моей кожи, я не смогла сдержать дрожь. Он отстранился так же тихо, как и подступил. В его взгляде было что-то такое, что заставляло меня замереть. Я не понимала, что происходит, но чувствовала: эта ночь станет для меня переломной.

***

Владен.

Мы ехали в машине молча, я пытался успокоить дрожь, которая не отпускала меня. В этом чёрном платье, с глубоким соблазнительным вырезом, Нинель выглядела… просто невероятно. Я всегда знал, какой она может быть привлекательной, но этот вечер был особенно напряжённым для меня.

Я был в курсе, где она живёт, имел всю необходимую информацию о ней. Мы ехали недолго, но с каждым километром я ощущал, как её присутствие растёт в моей голове, как мысли начинают скользить в опасную сторону. Она нервно теребила подол платья, её пальцы неосознанно скользили по ткани.

– Как повеселились? – нарушил я тишину, стараясь хоть немного расслабиться.

– Замечательно, – ответила она, но я уловил напряжение в её голосе, хотя она и пыталась скрыть его.

– А вы? Почему здесь? – спросила Нинель, оборачиваясь ко мне с любопытным взглядом.

– По делам в Париже. Решил заехать, посмотреть, как устроилась, – ответил я, не скрывая, что это далеко не случайный визит.

Мы подъехали к её дому. Это была элитная многоэтажка в одном из самых престижных районов Парижа.

Выйдя из машины, я не стал ждать приглашения. Всё было просчитано, и каждый мой шаг имел значение. Из багажника я достал настолько огромный букет, что она не смогла бы его унести самостоятельно. Нинель ахнула, увидев такое количество цветов, её глаза расширились от удивления.

– Ник переживает, что не смог приехать, – сказал я. – Это от него. Пойдём, у меня есть ещё кое-что.

Мы поднялись в её квартиру. Она нервничала, но пыталась сохранять спокойствие. Нинель нашла ведро, налила в него воды, а я поставил туда цветы. Потом достал из пакета красиво оформленную коробочку и протянул её Нинель.

– Это от Ника, – сказал я, наблюдая за её реакцией.

Она открыла коробку и её глаза моментально затмило удивление. Нинель прижала руку ко рту, не в силах скрыть эмоции.

– Как красиво… – пробормотала она, любуясь подарком.

Внутри коробки была цепочка с кулоном в виде сердца – изящное украшение, которое идеально подходило её возрасту и стилю. Это был подарок, который сочетал в себе заботу и внимание, но в то же время не был слишком личным, слишком привязанным. Лёгкий, утончённый знак внимания, который, как мне казалось, она оценит.

– Давай помогу надеть, – предложил я, заметив, как она нерешительно тянет время. – Отправишь Никите фото в этом украшении.

Нинель повернулась ко мне спиной, и я почувствовал, как всё вокруг замедлилось. Моё сердце пропустило пару ударов. Я наклонился к ней, неосознанно вдыхая её аромат: вино, тонкий шлейф духов и что-то ещё, что было только её. Я коснулся волос Нины, осторожно убирая их в сторону, открывая шею, и почувствовал, как её кожа покрылась мурашками от моего прикосновения. Это было настолько явное ощущение, что я не мог не заметить как тело девушки реагировало на мои действия.

Я застегнул цепочку на её шее, избегая случайных прикосновений к её коже. Она повернулась ко мне и тихо сказала:

– Спасибо.

– Это ещё не всё, – ответил я, подавая ей ещё одну коробочку. – Это от меня.

Я протянул ей изящную коробочку, и Нинель, не скрывая удивления, открыла её. Внутри лежало роскошное белоснежное нижнее бельё. Его изысканный дизайн сочетал в себе утончённость и дерзость. Я внимательно наблюдал за её реакцией, отмечая, как глаза расширялись, отражая недоумение.

– Думаю, для молодой девушки такой подарок как раз в тему, – сказал я с лёгкой усмешкой. – В этом можно соблазнить кого угодно. Но я не знал твоего размера, так что выбрал вслепую. Иди, примерь. Если что-то не так, скажешь, и я привезу другое.

Нинель, с лёгким смущением, направилась в комнату. Я читал её как открытую книгу. Все эмоции были написаны на её лице. Что ж… делаю ставку: сейчас она выйдет ко мне в белье… ведь я намекнул, что в нем она соблазнит любого. А разве она упустит шанс соблазнить меня?

Я сидел в гостиной, не отрывая взгляда от закрытой двери и ждал.

Дверь открылась. И, как я и ожидал, Нинель вышла в белье. Чёрт, это было слишком горячо. В моей груди – рвёт, в висках стучит пульс, но моё лицо не выдает эмоций, потому что первый шаг должна сделать она.

– Не плохо, совсем не плохо, Нинель, – сказал я, сдерживая дыхание.

Она молча подошла ко мне, наши глаза сцепились. Она ждала, что я сделаю первый шаг. Но я не спешил. Нет, не дождешься, ты сама должна соблазнить меня.

– Спасибо, очень красиво, – прошептала она.

– Это очень горячо, детка, – ответил я так же тихо, словно каждое слово это искра, способная разжечь огонь, который я сдерживал.

Она подошла ко мне вплотную, не разъединяя контакт глаз. Ее рука тихонько легла мне на пах. Да, малышка, ты видишь как действуешь на меня. Но я держался, изо всех сил держался. Она потянулась к моим губам. Всё.

Я вскочил, притянул её к себе, впился в рот. Наш поцелуй был очень горячим. Я чувствовал как она дрожит. Она хотела меня так же сильно, как и я её. Мои руки прошлись по её спине, по изгибу талии, по бёдрам – изучающе. Твою мать, она великолепна. Нинель простонала мне в губы. Я жестко схватил её за волосы, оттягивая голову назад. Губы прошлись по её шеи. Я спустился к её груди. Грудь натуральная. В 19 лет иметь такой размер – шикарно. Я развернул её к себе спиной, облокотил на спинку дивана, провел рукой по спине. Тело Нинель выгнулось под моими ладонями. Я сбросил штаны, аккуратно стянул с неё мой подарок. Когда я вошёл в неё Нина прошептала:

– Боже…

Каждый мой толчок она встречала обворожительным стоном, будто он вырывался из самой её души. Я жаждал видеть её со всех ракурсов, каждую линию её тела. И вот она уже на мне: тёплая, скользкая от пота, её тело дрожит от напряжения. Моя рука лежит на её груди, чувствуя каждый её вдох, каждый трепет, как её бёдра смещаются под моими пальцами. Сначала она двигалась осторожно, но вскоре, как будто теряя контроль, тело Нинель стало стремительным, как огонь, готовый меня сжигать.

Я следил не за её глазами, а за пульсом на её шее, как он учащается, как её кожа под моим пальцем вибрирует в ответ на каждое моё прикосновение.

Наши поцелуи были дикими, жадными, страстными, не дающими нам ни малейшей передышки. Зубы её скользили по моей губе, а мой язык, властно захватывая её, не оставлял ей ни малейшего шанса на слабость.

Я перевернул Нину на спину, держа её запястья высоко над головой, ощущая, как тело Нинель поддаётся моему полному контролю.

– Смотри на меня, – сказал я, углубляя контакт.

Её взгляд не отрывался от меня. Нина сдалась первая, из груди вырвался хриплый стон, глухой, как выстрел в пустое пространство. И я, не сдерживаясь, последовал за ней, теряясь в этом безумии.

Мы лежали, не в силах отдышаться, и я ощущал, что мне всё ещё мало. Пустота не исчезла, мне нужно было больше. Я притянул её к себе, прошептав, не в силах скрыть восхищение:

– Ты даже не представляешь, как ты шикарна.

Когда дыхание стало ровным, мы направились в душ. Там мы провели ещё полчаса. Я взял Нинель снова, под струями воды, и она не возражала.

Когда мы утолили жажду друг друга, помылись и вышли, я накинул на неё халат, замечая, как ткань прилипает к влажной коже девушки.

– Если ты не оденешься, я не смогу остановиться, – с улыбкой сказал я, глядя на её обнажённое тело.

Нинель послушно запахнула халат.

– Останешься? – её голос был едва слышным

– Нет, – ответил я тихо, но уверенно, не оставляя места для сомнений.

Её глаза на мгновение потухли, и я почувствовал, как она теряет себя в этой тени. Я наклонился и коснулся её губ, прежде чем продолжить.

– Нинель, это было… невероятно. Ты даже не представляешь, как прекрасно.

– Что же теперь…? А Ник…

– Он ведь нравится тебе?

Она утвердительно кивнула.

– Не говори ему ничего. Это будет наш маленький грязный секрет, – произнёс я, едва сдерживая улыбку.

– Ты еще придешь? – голос Нины наполнился надеждой, которую я не мог игнорировать.

Я уже стоял в дверях, почти готовый уйти, но остановился, снова посмотрев на неё.

– Обязательно, Нинель, обязательно.

Глава 4.

Нинель.

После той ночи Влад приходил ко мне каждый вечер. Мы проводили время вместе, но, в основном, занимались сексом – много, страстно, везде. Так продолжалось до выходных, и я начала переживать. Мне стало страшно. В моей жизни был Никита – мой парень, чудесный, нежный, заботливый. И я не хотела его обманывать. Но Влад сказал, что наши отношения это наш маленький «грязный секрет». Он взрослый мужчина, у него есть жена, и вряд ли он что-то изменит в своей жизни.

Я была молода и не хотела разрушать отношения с Никитой, особенно если Влад исчезнет так же быстро, как появился. Встреча с Ником прошла хорошо. Мы гуляли, ходили в кино, в ресторан, а вечером занимались любовью. Это было неспешно, нежно, как я всегда и хотела. Размеренная жизнь, спокойная и правильная. Всё было, как должно быть. Я понимала, что к Владу меня тянет его мощь, энергетика и сила. Наши отношения были огнём и страстью, и это было красиво. Рядом с ним я продолжала дрожать. Меня возбуждало, что я – его, что он берёт меня, моё тело, что я дарю ему наслаждение.

Кажется, мы перепробовали все уголки в моей квартире и все возможные позы. Месяц прошёл в таком ритме: будни с Владом, выходные с Никитой. И мне не было стыдно. Влад убедил меня, что пока ничего не стоит менять. Он был страстным и неудержимым. За тот месяц, что мы встречались, не было ни одного дня, когда бы мы не наслаждались друг другом. Бывали ночи, когда это происходило два или три раза подряд.

Вчера мы вышли за рамки привычного и занимались этим прямо на парковке у дома. А сегодня в туалете шикарного ресторана. Я поняла, что влюбилась по уши. Как можно не любить его?

– Нинель, – сказал Влад, наливая мне ещё вина, – я хочу познакомиться с твоим отцом.

Я сидела за столом, пытаясь наколоть оливку на вилку, и замерла. Вопрос повис в воздухе.

– Почему с отцом? Зачем?

– Хочу поговорить с ним, как мужчина с мужчиной.

– О чём, Влад? Отец убьёт меня, если узнает, что у меня любовник, который в два раза старше меня.

– Милая, разве это важно? Возраст – ничто. Я люблю тебя, и ты это знаешь.

– Что ты хочешь ему сказать?

– Секрет, большой-пребольшой. Маленьким девочкам это знать не обязательно.

Я подумала, что всё это странно, но согласилась.

– Хорошо. На следующие выходные полетим домой?

– Это будет великолепно! Полетим на моем самолёте. Знаешь почему?

– Потому что ты богат?

– Потому что я ещё не любил тебя на высоте.

Я почувствовала, как мои щеки покраснели. Он всегда хотел меня. Всегда и везде, и это вдохновляло меня. Я была счастлива, я чувствовала себя самой счастливой на свете.

Влад настоял, чтобы я прямо сейчас позвонила отцу и договорилась о встрече. Конечно, я сдалась под его напором, он всегда знал как оказать на меня давление. Я переключила телефон на громкую связь.

– Алло, папочка, я в выходные прилетаю в гости! И я буду не одна.

– Нинель, деточка! Рад тебя слышать. Ты с парнем прилетаешь?

– Да, он хочет с тобой познакомиться, поэтому жди нас в гости.

– А как же твой Никита?

– Ну, мы просто дружим.

– Ладно, ужин? Что подать?

Я посмотрела на Влада, он мотнул головой в знак отрицания.

– Нет, пап, не надо суетиться. Мы ненадолго.

Влад щелкнул пальцами по шее.

– Но можешь достать свой лучший коньяк, – улыбнулась я ему в ответ.

– Хочешь, чтобы я сразу начал спаивать мальчика? Может, лёгкое вино?

– Пап, он давно совершеннолетний.

– Насколько давно?

В его голосе появилась нотка тревоги.

– Пап, хватит выпытывать. Если я тебе всё расскажу, вам при встрече и поговорить будет не о чем. И не пытайся ничего разузнать о нём. Держи своё любопытство в узде. Мы прилетим через пару дней.

Отец засмеялся, а Влад поднял большие пальцы вверх, удовлетворённо улыбаясь.

– Ну всё, мой стаканы, а я побежала. Люблю, целую!

– И я тебя люблю, доченька!

Влад сидел довольный, и мне от этого стало тепло на душе.

– Я говорил, что ты идеальная? – произнёс он, притягивая меня к себе. Кажется, Влад уже остыл, и намечался новый раунд… постельной борьбы.

***

Владен.

Мой план работал безукоризненно. Когда я пришёл к Нинель во второй раз, я незаметно установил камеры в её квартире. Поэтому мы чаще всего наслаждались друг другом именно там, но порой страсть захватывала нас и за её пределами. Секс с ней это всегда наслаждение. А осознание, что она дочь моего врага придавало каждому моменту особую остроту. Я мог манипулировать её чувствами, зная, что, в конце концов, она не стоит для меня ничего, кроме вожделения.

Думал ли я об Астелии? Каждый день. Но сожалений не было. Я не испытывал ни стыда, ни отвращения, ни жалости к себе. Нет, нет и ещё раз нет. Астелия – мой свет. Она моя нежность, моя любовь. Она часть моей светлой стороны. Я до сих пор люблю её горячо и бесконечно.