Граница Перемен

И впервые за все это время она допустила мысль, страшную в своей простоте: стабильность — не всегда милосердна.

Глава 8: Собеседование

На следующее утро в гараже царила тишина. Решение еще не было принято.

- Так какой у нас план? - спросил Винд, нарушая молчание. - Мы им помогаем "починить" Замедлитель или саботируем его?

Джиуцу посмотрел на Чи.

- Прежде чем решать, что делать с их проектом, нам все еще нужно в него проникнуть. Узнать больше. Нужно снова попробовать пройти собеседование.

Они отправились проверить информацию через терминал. Выяснилось, что собеседование, сорванное из-за их вторжения в архив, было перенесено. На завтра.

- Идеально, — сказал Винд. — Чи, ты идешь. Узнаешь все, что сможешь.

- Нет, — тихо, но твердо ответил Джиуцу.

Винд удивленно посмотрел на него.

- В смысле "нет"? Это же наш единственный шанс!

- Это не приказ, — сказал Джиуцу, глядя прямо на Чи. — И не миссия. Это — твой выбор.

Повисла пауза.

- Ты был ригидом, — продолжил Джиуцу. — Ты знаешь их страх, их унижение, их мечту о стабильности лучше, чем мы. Теперь ты — гироскоп. Ты знаешь нашу свободу и ее цену. Ты помнишь другую жизнь, другое будущее. Это решение касается не только нас. Оно касается обоих миров, частью которых ты был. Никто, кроме тебя, не имеет права делать этот выбор.

Винд молчал. Он понял.

Чи долго смотрел в одну точку. Он думал не о миссии. Он думал о мальчике по имени Ю, который мечтал просто перестать превращаться в стрекозу. Он думал о мужчине по имени Чи, который пожертвовал своей судьбой ради друзей. Он думал о том, кем он является сейчас.

Наконец, он поднял глаза. В них больше не было ни страха, ни сомнения. Только спокойная, холодная решимость.

- Хорошо, — сказал он. — Я пойду.

- Чтобы шпионить? - с надеждой спросил Винд.

Чи посмотрел на него, и в его взгляде было что-то новое. Что-то, чего ни Джиуцу, ни Винд еще не видели.

- Я пойду, — повторил он. — Но не для того, чтобы шпионить.

Глава 9: Две памяти, одна ночь

Чи не мог уснуть.

Он снова и снова прокручивал будущий диалог с Мори, меняя интонации, подбирая слова, которые не звучали бы ни как угроза, ни как мольба. Все варианты рассыпались. Любое слово казалось либо ложью, либо предательством.

Он сел на матрасе и, без особой надежды, потер пальцы.

Лестница появилась сразу. Мягкая, почти бесшумная — словно ждала именно этого жеста.

Чи вздохнул и сделал шаг вниз, в темноту.

Комната в конце лестницы была залита тёплым, золотистым светом. Посередине стояли двое — мужчина и женщина. И в тот момент, когда Чи их увидел, его сердце пронзила острая, невыносимая боль узнавания.

Тоска по тому, чего у него никогда не было — и без чего, как оказалось, он жил всю жизнь.

— Вы… — прошептал он.

— Мы — ты, — сказал мужчина. Его голос был спокойным, текучим. Голос, которым можно было остановить любой шторм. — Та часть тебя, что всегда выбирала движение.

— И ты, — сказала женщина. В её голосе была та самая нежность, которую он, сам того не зная, искал в обеих своих жизнях. — Та версия, которая всегда хотела покоя.

Они выглядели как его родители. Не такими, какими он мог бы их вспомнить — он никогда их не помнил, — а такими, какими их знала его душа. Те, кто исчез в Переменах, оставив в нём пустоту, настолько глубокую, что он принимал её за норму.

— У тебя две Нейросети, — сказал мужчина. — Потому что у тебя было два несовместимых прошлого. И они боролись.

— Но теперь мы договорились, — мягко добавила женщина. — Чтобы быть с тобой. Чтобы помочь.

Мир дрогнул.

И Чи снова оказался там.

Квадратный метр реальности в сломанном мире. Застывший Винд — неподвижный, как из стекла. Лицо Джиуцу — напряжённое, слишком взрослое для этого мгновения. И он сам — в момент, когда сделал выбор, отринув часть себя ради спасения мира.

— Ты должен был забыть, — сказал мужчина. — И ты забыл. Это было правильно.

— Иначе ты бы не выжил, — сказала женщина. — И не дошёл бы сюда.

Картина растворилась.

— Теперь всё упорядочено, — продолжила она. — Две памяти. Один ты.

Чи опустился на колени. Он не плакал. Просто смотрел на них — и впервые в жизни почувствовал, как огромная, застарелая рана внутри него… перестала болеть. Не зажила. Но больше не кричала.

— Завтра, — сказал мужчина, — если ты попадёшь на собеседование…

— …пожми руку, — закончила женщина.

— Они считают тебя ригидом.

— Они не будут бояться прикосновения.

— Мы будем рядом.

Лестница начала растворяться.

— Когда всё закончится, возвращайся сюда. — сказали они одновременно. - Мы будем ждать.

Глава 10: Охота

Утром Джиуцу вышел из своей квартиры. Мир Перемен встретил его обманчивым спокойствием — слишком ровным, слишком вежливым. Он закурил, направляясь к границе центра.

Он сделал всего пару шагов, когда в голове раздался холодный голос Нейросети:— Двое. На одиннадцать часов. Ещё один — на крыше напротив.Пауза.— Это не слежка, Джиуцу. Это охота.

Джиуцу не сбавил шаг. Он спокойно докурил сигарету, бросил её в лужу — та тут же вспухла миниатюрным вулканчиком — и свернул в переулок.— Уйду.— Не уйдёшь, — отозвалась Нейросеть. — На границе центра тебя ждёт группа захвата.

Он остановился в пустом переулке. План «спокойно дойти до гаража» только что сгорел. Оставался один вариант. Самый рискованный.— Чёрт, — сказал Джиуцу. — Не люблю я это.

Прибегать к помощи Коня-Прискакуна было всё равно что играть в рулетку. Цена никогда не была известна заранее. А с его гироскопичной психикой побочные эффекты могли быть особенно изобретательными.Но выбора не было. Он произнёс призыв.

Конь возник мгновенно — в снопе фишек из казино и игральных костей. Мир свернулся. Через мгновение он уже стоял посреди знакомого гаража. Из рукава торчал бубновый туз.— Пронесло, — выдохнул он.

В гараже уже были Винд и Чи.— Что случилось? Ты бледный, — сказал Винд.— За мной охотятся, — коротко ответил Джиуцу. — На границе засада. Пешком в архив теперь не вариант.Винд грязно выругался.— За мной вчера тоже хвост был. Еле скинул. Они затягивают петлю.

— Значит, мы пойдём не пешком, — спокойно сказал Чи. Он посмотрел на Джиуцу. — Через Коня.Винд скривился.— Прямо в центр? Ты понимаешь, чем это чревато?— Понимаю, — кивнул Чи. — Но выбора нет. Просто… постарайтесь ни о чём не думать. Конь слишком внимателен к подсознанию.

Они закрыли глаза. Перемещение было мгновенным.Они уже сидели за столиком у панорамного окна «МакСтандарта». Всё сработало. Почти.

Джиуцу был одет в чистую, отглаженную униформу сотрудника фастфуда с бейджем на груди.— Я слишком сосредоточился на цели, да? — хмыкнул он.

Вокруг Чи кружилась стайка полупрозрачных, светящихся бабочек. Они покружили над столом и, словно опомнившись, дружно улетели к выходу.

Винд сидел неподвижно. На его плечах была… резиновая голова коня.— Не смотрите, — глухо сказал он и поспешно сорвал муляж, бросив его под стол.

Все трое несколько секунд молчали, а потом расхохотались — резко, нервно, с облегчением.— Ну что, — выдохнул Винд. — Мы здесь.— Да, — кивнул Джиуцу. — Цена… терпимая.

Чи уже вставал.— Я вернусь через час, — сказал он. — Если нет — действуйте по обстоятельствам. Я знаю, что делать. Не волнуйтесь.

Он пошёл к выходу. За стеклом «МакСтандарта» мир выглядел идеально нормальным.Джиуцу и Винд переглянулись.Теперь всё действительно зависело от выбора Чи.

Глава 11: Собеседование

Офис «Проекта Якорь» находился в соседнем, безликом здании из стекла и стали. Чи вошел внутрь. Стерильная тишина. На ресепшене его встретила вежливая улыбка. Он был просто еще одним соискателем.

Его провели в переговорную. Через несколько минут вошла Мори. Усталая, но собранная.

- Чи, — сказала она, взглянув в его фальшивые документы. — Присаживайтесь.

Она села напротив. «Так вот он. Тот самый ригид. Выглядит напуганным. Идеально. Сейчас я узнаю все, что он знает, даже если он сам об этом не подозревает. А потом дам сигнал охране.»

Она задала несколько стандартных вопросов. Чи отвечал спокойно. Мори внимательно слушала, анализируя его мимику. Ее навыки профайлера позволили сделать вывод: он говорит чистую правду. Она задала вопрос о его детстве. Ни один нерв на лице Чи не дрогнул. «Неудивительно, он прокачал церебру. Но он что-то скрывает.»

- Что ж, — наконец сказала она. — Мы почти закончили. Спасибо за уделенное время.

Чи встал и протянул руку. Стандартный жест.Мори на секунду замялась, а затем, напряженно улыбнувшись, тоже встала, отвечая на рукопожатие.

Мир не остановился. Просто... она остановилась. Ее рука застыла в его ладони. Ее глаза смотрели на него, но больше не видели.

Это не было агрессивным вторжением. Это было обрушение знания.Она увидела тот день. Квадратный метр реальности в умирающем мире. Троих друзей. Она увидела, как Чи расщепляется.- Что это? — подумала она.- Это то, что случилось, когда ты ушла в прошлое, — ответил ей чужой, бесстрастный голос в голове. — То будущее застыло в вечной рекурсии.- Свик... — ее мысль была криком. — Он там?- Он пленник этого мира, — ответил голос.

Из ее неподвижных глаз медленно выкатилась слеза. Свик. Какая мысль застыла в его сознании? Мори отчаянно надеялась, что это был не ужас. Такой участи не пожелаешь и врагу. Она вспомнила, как злилась на него, как завидовала. Ей стало стыдно и невыносимо больно.

Чи осторожно отпустил ее руку. Связь прервалась.Мори моргнула. Профессиональная маска рассыпалась в пыль. В ее взгляде была только бесконечная, кричащая боль.

- Ваш план… он не сработает, — тихо сказал Чи.

Ей было все равно. Если даже весь мир рухнет прямо сейчас.

- В ваших расчетах ошибка, — продолжил он. — Одна переменная. Именно из-за нее будущее застряло.

Он говорил с ней не как победитель. Он говорил как человек, который показал ей самую страшную правду и теперь предлагает доверие.

- Я знаю, что вы хотите его вернуть. Возможно, есть другой способ.

Он повернулся и пошел к двери. За дверью уже слышались тяжелые шаги охраны, которую она вызвала.

- Стойте! — подорвалась за ним Мори. — Его можно спасти?

- Возможно, — ответил Чи, не оборачиваясь. — Вероятность не нулевая.

Этого было достаточно. В ту же секунду в кабинет вломились охранники.Мори быстро вытерла лицо и смущенно улыбнулась им.

- Простите, ребята. Случайно нажала кнопку. Все в порядке.

Она смотрела на закрывшуюся за Чи дверь. Боль и отчаяние вытеснила надежда. Впервые за долгое время в ее сознании не было противоречий.

Глава 12: После собеседования

Они сидели в «МакСтандарте» уже почти час. Коктейли давно закончились. Винд барабанил пальцами по столу, сбиваясь с ритма. Джиуцу неподвижно смотрел в окно, будто пытаясь разглядеть в отражении стекла ответ, который не хотел приходить.

Наконец, дверь открылась. Вошёл Чи.

Он подошёл к их столику и молча сел. Лицо — спокойное, собранное. Слишком спокойное.

— Ну? — не выдержал Винд.

Чи чуть помедлил, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— На нас больше не охотятся, — сказал он.

Слова повисли в воздухе. И только потом Чи осознал странность происходящего: он не проверял данные, не сверялся с Нейросетью. Он просто знал. Телом. Как знают, что боль прошла, ещё не пошевелившись.

Джиуцу и Винд переглянулись.

— Ты… договорился? — осторожно спросил Джиуцу. — Что ты им пообещал?

Чи посмотрел на него.

— Не им. Я встретился с Мори. Новым Замедлителем. Он сделал короткую паузу. — И у неё теперь есть причина нас не убивать. Её муж застрял в том будущем.

Винд нахмурился.

— И как мы ей с этим поможем? Ты уже нашёл решение?

Чи покачал головой.

— Я ничего не нашёл. Нужные слова мне подсказала Нейросеть. Он чуть усмехнулся, без радости. — Теперь нам нужно понять, существует ли шанс на самом деле. Или я просто красиво соврал.

Они замолчали. Несколько минут были слышны только глухие звуки с кухни и чьё-то раздражённое бряцание подносов.

— Что теперь? — наконец спросил Винд.

Чи поднял на них взгляд. Ясный. Твёрдый. Такой, каким он стал за эту ночь.

— Теперь, — сказал он, — мы ждём. Он встал. — Она придёт сама.

Глава 13: Цена ускорения

Чи сидел в тишине гаража. Джиуцу и Винд ушли, оставив его одного — со своими мыслями и с обещанием, которое уже нельзя было отменить.

Он снова и снова прокручивал разговор с Мори. Он дал слово. Дерзкое. Почти невозможное. Но как его выполнить?

Он потер пальцы. Лестница возникла мгновенно.

Комната была залита тёплым, золотистым светом. Его «родители» сидели за столом и ждали его, как будто он просто вышел ненадолго и теперь вернулся домой.

— Ты всё сделал правильно, — сказала женщина.

— Но я солгал, — ответил Чи. — Я пообещал то, чего не знаю, как выполнить. Я не знаю, как спасти её мужа.

— Ты не можешь, — спокойно сказал мужчина. — Но мы можем. Есть способ. Один.

Мир вокруг них изменился.

Они стояли на краю бездны, в которой застыл тот самый момент — квадратный метр сломанного будущего. Чи видел искажённое гримасой лицо Винда. Это был не неподвижный кадр. Взгляд был живым — с нарастающим, бесконечным ужасом. Эта секунда проигрывалась снова и снова, без начала и конца.

— Время там зациклилось, — сказал мужчина. — Одна секунда повторяется вечность. Чтобы вытащить Свика, нужно войти в резонанс с этой секундой. Стать быстрее времени.

— Я могу ускорить твоё сознание, — произнесла женщина. В её голосе была нежность, смешанная с болью. — Этого хватит, чтобы для тебя эта вечная секунда растянулась на несколько минут. Чтобы ты успел схватить его. И вывести.

Чи молчал, пытаясь осознать масштаб.

— Но… что будет со мной?

Мужчина не отвёл взгляд.

— Я не знаю. Быть слишком быстрым — значит быть слишком чувствительным. Видеть и чувствовать слишком много. Твоя психика может не выдержать. Я не знаю, что от тебя останется потом.

Чи снова посмотрел в бездну. Он подумал о Свике, застрявшем в таком же повторе. О людях, для которых будущее могло превратиться в эту вечную, неподвижную панику.

Он понял: он делает это не ради Мори. Не ради стратегии. И даже не ради компромисса между мирами.

Он делает это ради того, чтобы ни один человек больше не оказался заперт в такой секунде.

— Я согласен, — сказал Чи. Его голос был ровным и твёрдым.

— Ты осознанно принимаешь этот риск? — спросила женщина.

— Да.

Комната снова наполнилась тёплым светом.

— Мы будем с тобой, — сказали они одновременно. — До самого конца.

Чи открыл глаза.

Он сидел один в пустом гараже. Но он не чувствовал себя одиноким. Он знал, что должен сделать. И знал цену, которую, возможно, придётся за это заплатить.

Глава 14: Разделение миров

На следующий день все трое сидели в гараже. Гироскопы умели быстро адаптироваться к любой дичи — даже к той, что творилась у них в голове. И сейчас, вопреки здравому смыслу, они были в приподнятом настроении. Будто не существовало ни застывшего будущего, ни надвигающегося конца мира. В этом и была их сила.

Мори пришла одна. Без охраны. Она выглядела так, словно не спала всю ночь.

— Я согласна, — сказала она без предисловий. — Что я должна делать?

Они рассказали ей всё. Про ошибку в формуле. Про застывшее будущее. Про вечную секунду.

— Я хочу его вернуть, — сказала Мори. — Любой ценой.

Чи посмотрел ей прямо в глаза.

— Я отправлюсь туда. Я попробую. Но я не могу обещать, что вернусь сам.

В его голосе не было ни пафоса, ни героизма. Просто факт.

Мори кивнула. Она поняла. Впервые за долгое время она смотрела на гироскопа не как на аномалию и не как на угрозу, а как на человека. Человека, готового рискнуть собой не только ради неё — ради всех.

И впервые ей стало стыдно.

Её боль была огромной, но всё же личной. Его выбор — всеобъемлющим. Всё-таки ригиды уступают гироскопам, — подумала она неожиданно спокойно. И с удивлением поняла, что искренне хочет сохранить Перемены. Возможно, это лучшее, что случилось с человечеством.

Она долго молчала, а потом тихо сказала:

— Ты однажды разорвал себя на части, чтобы мир выжил.

Все удивлённо посмотрели на неё.

— В том видении… я видела это, — пояснила Мори. — А что, если разорвать не человека… а саму реальность?

Идея была безумной.

Разделить мир на две независимые вселенные: одну — стабильную, линейную, для ригидов; другую — изменчивую, живую, для гироскопов.

Не компромисс. Развод.

— Нейросети, — скомандовал Джиуцу. — Анализ.

Они замкнули цепь рук, и объединённое сознание ушло в расчёты. Через минуту Нейросеть Джиуцу вынесла вердикт:

— Вероятность не нулевая. Но есть проблема.

В момент разрыва все живые существа должны быть мгновенно отсортированы и перемещены в «свою» вселенную. Гироскопы — в Перемены. Ригиды — в Стабильность. Любая ошибка, любое промедление — и процесс сорвётся, когда Перемены станут максимально текучими, а Центры — максимально стабильными.

— Нам нужен транспорт, — продолжила Нейросеть, — способный совершить миллиарды индивидуальных прыжков одновременно. Существующий вне времени.

Все трое открыли глаза, разорвав соединение, и переглянулись. Ответ был очевиден.

— Конь-Прискакун, — сказал Винд.

— Но как? — возразил Джиуцу. — Он не выполняет приказы. Он исполняет личные, эгоистичные желания пассажиров. Как заставить его спасти целый мир?

Наступила тишина.

— Мы не можем его заставить, — сказал Чи. — Но можем его… заинтересовать.

Он посмотрел на друзей.

— Вспомните все истории. Турист со скафандром. Девушка, искавшая мужа. Умник, пытавшийся оседлать вечность. Он выходит на диалог только тогда, когда сталкивается с чем-то по-настоящему эксцентричным. С тем, что вызывает у него любопытство.

— И что ты предлагаешь? — спросил Винд.

— Мы должны придумать самое идиотское, самое нелепое, самое парадоксальное желание из всех возможных. Такую дичь, чтобы даже он остановился и спросил: «Ребята… а вы вообще понимаете, что творите?»

Он усмехнулся.

— И в эту паузу. В этот вопрос. У нас будет шанс. Один-единственный.

Джиуцу тоже усмехнулся.

План был безумным. А значит — мог сработать.

Глава 15: Котики и затишье перед бурей

Джиуцу вернулся в свою квартиру поздно вечером. Голова гудела от формул, планов и вероятностей. Он чувствовал себя шахматистом, который только что согласился сыграть партию с самой Вселенной - без права на ничью.

Он открыл дверь.

Мир заговоров, расщепления реальности и прыжков во времени остался за порогом. Здесь был другой мир. Теплый, простой и пахнущий кошачьим лотком.

Рыжий кот сидел на комоде и смотрел на него с немым укором. «Ты опоздал. Ужин был давно. И лоток, кстати, почисть», - ясно читалось в его зеленых глазах.

Маленькая черная кошечка спала, свернувшись плотным клубком на подушке.

Джиуцу вздохнул. Насыпал корм в миски. Рыжий тут же спрыгнул и с деловитым хрустом принялся за еду. Черная проснулась, сладко потянулась и, зевая, присоединилась к нему.

Он заварил себе цикорий и сел в кресло, наблюдая за ними.

Никаких планов. Никаких нейросетей. Никакого спасения мира.

Просто два кота, которые едят. А потом, возможно, один из них запрыгнет к нему на колени и начнет мурчать - без всякой причины.

Он думал о Мори. О её боли и решимости. О Винде - потерявшем свою силу, но не потерявшем себя. О Чи, который нёс в себе груз двух жизней... а теперь ещё и ответственность за судьбу человека, которого никогда не знал, но не мог оставить.

Все это было слишком большим. Слишком сложным.

Рыжий кот, покончив с ужином, запрыгнул к нему на колени, потоптался, устраиваясь поудобнее, и громко замурчал. Джиуцу запустил пальцы в его густую шерсть. Теплое, вибрирующее тельце было самым реальным и спокойным из всего, что существовало для него в этот момент.

Он закрыл глаза.

Впереди было нечто невообразимое: расщепление реальности, прыжок в застывшее будущее, борьба за саму ткань бытия.

Но это - потом.

А сегодня.. Сегодня были только он, два кота и тихое, мирное урчание, которое на время заглушало шум надвигающейся бури.

Глава 16: Ковчег для линейного мира

Мори вернулась в оперативный центр.

Здесь она снова была функцией, а не человеком.Замедлителем.Лидером.

Решение отменить ликвидацию трех нарушителей неизбежно вызовет вопросы. Ее коллеги из других центров и без того считали ее слабым звеном — из-за истории со Свиком. Теперь подозрения усилятся. Мори это понимала и потому думала быстро и жестко, прокручивая в голове десятки вариантов.

Ее задача была почти невыполнима.Ей нужно было саботировать спасение — чтобы по-настоящему спасти.

Она вспомнила один странный эпизод рекурсии, который однажды заметила в центре. Тогда она отмахнулась от него, греша на усталость. Теперь она знала: это был первый симптом. Побочный эффект их собственного, неисправного замедлителя.

Через несколько минут она активировала коммутатор и запросила связь со всеми руководителями проекта.

Когда голограммы коллег выстроились вокруг стола, она заговорила ровно и без эмоций:

— Ситуация изменилась. Я временно приостановила ликвидацию нарушителей. Они выдвинули условия.

Кто-то нахмурился. Кто-то сразу насторожился.

— У них есть технологии, — продолжила Мори, — вызывающие локальные сбои стабильности. Рекурсивные события. Я предполагаю, что эти установки работают только в пределах центров. Если мы найдем хотя бы одну и изучим принцип — сможем нивелировать угрозу.

Пауза.

— Поэтому я слежу за нарушителями. Они могут привести нас к источнику.

Наступила долгая, тяжелая тишина. Наконец самый старший из группы спросил:

— Какие их условия?

— Не трогать Перемены, — спокойно ответила Мори.

Кто-то усмехнулся.

— Ожидаемо. Значит, действуем так: во всех центрах усилить мониторинг рекурсий. Агенты ищут источники аномальных волн. Проект продолжается по исходному плану.

Связь оборвалась.

Мори сделала свой ход.

Теперь оставалось надеяться, что коллеги поверили ей — и рекурсии уведут их по ложному следу. Если они поймут, что причина не во внешних технологиях, а в самом замедлителе, они быстро исправят ошибку. И тогда стабилизация произойдет раньше, чем Чи успеет вытащить Свика из сломанного будущего.

А кроме того...Она больше не хотела стирать Перемены.

Запершись в кабинете, она развернула голографическую карту. Двенадцать островков стабильности. Между ними — строящиеся коридоры, расползающиеся, как щупальца. План ее коллег. План, ведущий к катастрофе.

Но если соединить два центра, где теперь она была главной...Если расширить их зоны стабильности во всех направлениях...

Ее область, оснащенная исправленным замедлителем, станет крупнейшей. Когда начнется расщепление, миры будут подстраиваться под самый мощный якорь. Остальные центры — с ошибкой в коде — начнут сбоить, проваливаясь в рекурсивные петли.

А ее остров станет камертоном.Ковчегом.

Она начала строить.

Не тот коридор, который ожидали увидеть коллеги.Другой.

В его код она добавила ту самую «константу изменчивости», которую упустили остальные. Этот коридор не просто соединял два центра — он превращал их в единый, массивный остров здоровой, линейной стабильности.

Это была гонка со временем.

Она работала по восемнадцать часов в сутки. Каждая строка кода, каждый утвержденный чертеж были актом государственной измены — и одновременно актом высшей верности.

Верности миру, в который когда-нибудь, возможно, вернется Свик.

Глава 17: Контуры текучести

Мори активно вербовала ригидов с прокачанной цереброй. По её расчётам, необходимо было стабилизировать территорию вплоть до Пятого Кольца включительно. По периметру Центра ригиды сидели в медитации и метр за метром вгрызались в Перемены, фиксируя стабильность отвоёванных областей.

Гироскопы протестовали. Нападали на ригидов. Гражданская война могла начаться в любую минуту. Время уплотнялось событиями. Стражи порядка пока справлялись, и Мори ежечасно наводила справки о ситуации в Центрах. Но отвлекаться на социальные разногласия не было возможности — на кону стояло общее будущее.

Тем временем за Пятым Кольцом, в секторах, где не велось строительство коридора между центрами, Джиуцу, Винд и Чи работали часами напролёт.

Работа была монотонной, изнуряющей и требовала абсолютной концентрации.