Граница Перемен

Он пересек границу. Привычный короткий "шторм", когда тело перестраивается с зыбкой почвы Перемен на твердый асфальт стабильности, прошел быстро. Джиуцу оказался в центре Мак А9.

День был теплый и тихий, именно такой, как он любил. Солнечные блики играли на окнах и витринах. Джиуцу шел, почти растворяясь в этом спокойствии.

– Тревога, – внезапно прозвучал в голове голос Нейросети. – Отражение в витрине на противоположной стороне улицы. Человек в синей футболке. Он прошел дважды. С интервалом в три секунды.

Джиуцу даже не повернул головы. Он был в таком благостном настроении, что отмахнулся от предупреждения.

– Вечно ты параноишь, – мысленно ответил он. – Это же стабильный центр. Здесь не бывает "повторений". Наверное, просто два одинаково одетых ригида.

– Вероятность – ноль целых тридцать семь тысячных процента, – бесстрастно возразила Нейросеть.

– Вот именно, – усмехнулся Джиуцу. – Не ноль.

Он вошел в "Глюк". До встречи с Клеком оставалось время. Он подошел к стойке и заказал омлет с салатом. Он не очень любил омлет, но ему нравилось само слово. Да и полезно иногда есть не только фастфуд.

Он с аппетитом съел свой заказ, дожевал последний лист салата и, откинувшись на спинку диванчика, задремал, ожидая своего будущего сообщника. Тревожное донесение Нейросети было уже забыто, вытесненное вкусом омлета и ощущением обманчивой, безмятежной стабильности, в которой даже тревога казалась чем-то необязательным.

Глава 27: Глюки в стабильности

Отдых Джиуцу прервал оживленный разговор за дальним столиком. Несколько ригидов в рабочей униформе обсуждали свои трудовые будни.

– …якорил этот дом три дня подряд! – жестикулировал один из них. – Там семья смешанная, гироскоп и ригид. Его сторона дома постоянно "плывет", а ее – нет. Вымотался до чертиков.

Упоминание якоря стало триггером, который вырвал Джиуцу из дремы. Он прислушался. Значит, социальные последствия "стабилизации" уже были налицо. Логично.

Посмотрев на настенные часы, он понял, что Клек опаздывает. Почти на полчаса. Джиуцу не позволил подозрению захватить его, но Нейросеть уже запустила несколько симуляций вероятности, и ни одна из них не была хорошей.

Наконец, Клек влетел в бар. Он был бледен и выглядел еще более озабоченным, чем раньше.

– Что-то случилось? – тихо спросил Джиуцу, когда тот подсел к нему.

– Я… я не знаю, – прошептал Клек. – Произошла странная вещь. Я сделал дубликат ключа два дня назад. Положил его в карман. Вчера вечером я хотел его перепрятать – карман был пуст. Я перерыл весь дом. Всю ночь. Ключа не было. Я уже собирался отказаться от всей этой затеи, думал, это знак…

– Но ты же здесь, – прервал его Джиуцу.

– Да. Потому что сегодня утром я пришел на работу… и нашел ключ в ящике своего стола. Именно там, откуда я его взял, чтобы сделать копию. Как будто я его и не брал вовсе.

Джиуцу похолодел. Не метафорически – по-настоящему, словно стабильность впервые задела его кожу.Он вспомнил благодушное утро и свое пренебрежение к предупреждению Нейросети. Человек в синей футболке. Он прошел дважды."Это не рассеянность," – прозвучал в его голове спокойный, но ледяной голос Нейросети. – "Это первый сбой. 'Замедлитель' уже работает. Реальность начинает 'заикаться'."

– Вот, – Клек протянул ему ключ и распечатанную страницу. – Расписание дежурств.

Джиуцу взял их, стараясь не выдать своего волнения.

– Ты распечатал это на рабочем принтере?

– А где еще? – испуганно прошептал Клек.

Джиуцу кивнул. Значит, они уже знают. Если не знали раньше, то теперь точно знают. Любой системный лог покажет этот запрос."Нам нужно исходить из того, что наш план раскрыт," – подумал он. – "Они будут нас ждать."

Игра перестала быть тайной. Теперь это была гонка на опережение.

Глава 28: Побочный эффект

Джиуцу вышел из бара в непривычном для себя состоянии – он был зол. На себя, на врага, на ситуацию. Времени на саморефлексию не было. Нужно было действовать. Он поспешил в гараж.

Там он застал и Ю, и Ветерка. Ю лежал на новеньком матрасе – очевидно, забота Ветерка – бледный, покрытый испариной. Его мутило.

– Что случилось? – спросил Джиуцу.

– Хорошие новости и плохие, – ответил Ветерок, не отрываясь от своего дела. – Хорошие: документы готовы. Теперь его зовут… Чи. Джиуцу замер. Чи. Имя ударило в его сознание, как далекое, забытое эхо. Оно ничего не значило, но вызвало необъяснимую, глухую тоску. Он тряхнул головой, отгоняя странное чувство.

– …и он прошел "прокачку", – продолжил Ветерок.

Он рассказал, что произошло. Как Чи пришел по адресу и встретил "Стервятника". Как ему надели наушники с белым шумом, от которого по мозгу пошли физически ощутимые волны, – "бинауральные ритмы", – подсказала Джиуцу его Нейросеть, – как перед ним мелькали картинки, подсвечивались красным, пока он не потерял сознание. А когда очнулся, картинки подсвечивались уже зеленым. Сеанс закончился. "Стервятник" был очень доволен и велел приходить в понедельник на собеседование.

– Он вышел оттуда на ватных ногах, – закончил Ветерок. – Я нашел его в двух кварталах отсюда. Он просто лежал на тротуаре. А теперь его мутит. И… еще кое-что.

Ветерок покосился на Чи.

– Он говорит… что слышит голос в голове.

Джиуцу присел на край матраса.

– Что за голос? – тихо спросил он.

– Не знаю… – прошептал Чи, не открывая глаз. Его губы едва шевелились. – Он… он плачет. И говорит… "Я наконец дома…"

Джиуцу и Ветерок переглянулись. Это было невозможно. Ригиды не имели связи со своей Нейросетью. Их мозг был устроен иначе."Что это?" – мысленно спросил Джиуцу свою Нейросеть.

В его голове наступила необычно долгая пауза.

– Я не знаю, – наконец ответила она. И в ее голосе впервые за все время их знакомства слышалось… недоумение. – Процедура "прокачки"… она не просто усилила его церебру. Она ударила по его мозгу, как молот по заржавевшему замку. Она что-то… сломала.

– Или, наоборот, починила, – прошептал Джиуцу.

– Я не могу получить доступ к его данным, – продолжила Нейросеть. – Его разум для меня – "черный ящик". Но я вижу… эхо чего-то огромного. Как будто я смотрю на тюрьму, в стене которой только что появилась первая трещина.

Джиуцу посмотрел на бледное лицо человека, которого теперь звали Чи и по непонятным причинам это имя, казалось, ему больше подходило, чем Ю. Их новый "крот", их надежда, только что стал самой большой и самой опасной загадкой в этой игре. И Джиуцу, сам не понимая почему, почувствовал, что судьба этого человека для него теперь важнее всего на свете.

Глава 29: Маскировка

Джиуцу вспомнил, как на заре своей "прокачки" его тоже время от времени мутило. В таких случаях ему помогал крепкий, очень сладкий чай.

– Попробуем его подлечить, – сказал он Ветерку.

Они быстро сгоняли в кафешку поблизости. Пока Чи, приподнявшись на матрасе, маленькими глотками пил горячий чай и жевал булочку, он постепенно обретал здоровый цвет лица. Джиуцу и Ветерок, пользуясь моментом, вполголоса обсудили свою миссию.

– Откладывать нельзя, – сказал Джиуцу. – Они знают, что мы знаем. Чем дольше тянем, тем лучше они подготовятся.

– Значит, сегодня? Днем? – удивился Ветерок.

– Именно. Вопреки их ригидной убежденности, что все кражи совершаются под покровом ночи.

Они оставили Чи приходить в себя.

– Слушай, – сказал ему на прощание Джиуцу. – Этот голос в голове… это, скорее всего, твоя Нейросеть. Попробуй установить с ней связь. Как только она снова заговорит, начни повторять какое-то простое действие. Трение пальцев, щелчок языком, что угодно. В какой-то момент это должно связать жест с ее интерфейсом. Это работает для гироскопов. Может, и у тебя сработает.

– Чи слабо кивнул.

Джиуцу и Ветерок вышли из гаража.

– А теперь, – сказал Мечник, – самая важная часть любой операции. Маскировка.

– У меня есть пара идей, – хитро улыбнулся Ветерок.

Их "базой" для переодевания стал общественный туалет в парке. Ветерок, как заправский фокусник, извлек из своего рюкзака два старых, потрепанных плаща и пару шляп.

– Банально, – оценил Джиуцу. – Нас вычислят за две минуты. Нужен креатив.

Он оглядел кабинку. Его взгляд упал на рулон туалетной бумаги.

– Вот, – сказал он. – Идеально.

Голова Джиуцу была методично обмотана туалетной бумагой, с прорезями для глаз и носа. Сверху он нахлобучил шляпу. В качестве финального штриха он снял носок и свесил его конец из-под шляпы, на манер длинного чуба.

Ветерок, посмотрев на него, тоже обмотал голову туалетной бумагой. "Двое таких – это уже оригиналы, а не дебилы," – решил он. Свой носок он засунул в прорезь для рта, изображая сигару.

– Так нас точно никто не узнает, – прошептал он, пытаясь не рассмеяться.

– Главное – вести себя естественно, – невозмутимо ответил Джиуцу, элегантно откидывая носок-чуб, заслонивший ему один глаз.

И в таком виде они, стараясь не привлекать внимания, направились к самому охраняемому зданию в центре – Мак Архиву.

Глава 30: Кремниевый затор

Джиуцу и Ветерок приближались к Мак Архиву. Туалетная бумага на головах уже не ощущалась чем-то странным. Она стала второй кожей. Носок-чуб эпично развевался на ветру. Они полностью вжились в свои нелепые образы.

– План, – зазвучал в голове Джиуцу голос Нейросети. – На входе двое. Охранник Фрэд, справа. Недавно купил новую машину, застраховал по самые помидоры. Наша первая цель.

– А вторая? – мысленно спросил Джиуцу.

– Охранник Осман, слева. Бывший военный, ригид до мозга костей. Кремень. Безупречная репутация. Здесь придется импровизировать.

Они подошли к парковке для персонала. Нейросеть указала на блестящий красный седан.

– Это она. Пинайте.

Джиуцу и Ветерок, сохраняя невозмутимые лица, начали методично пинать колеса машины. Через десять секунд взвыла сигнализация. Из дверей архива, потея и ругаясь, выбежал Фрэд. Первая часть плана сработала.

Теперь оставался Осман. "Кремниевый затор".

Ветерок посмотрел на Джиуцу, хитро подмигнул сквозь дырку и поджег свой пустой рюкзак. С диким криком "Бомба!" он ворвался в холл и швырнул горящий мешок в сторону Османа.

Кремниевый панцирь рутинной безупречности охранника треснул. Его мозг, привыкший к инструкциям, столкнулся с абсолютной, незапротоколированной дичью гироскопа. Ветерок, изображая панику, картинно рухнул на пол, прикрывая голову руками. Осман, на чистом автомате, повторил его движение.

Этого секундного замешательства хватило. Джиуцу проскользнул мимо них и, подхватив Ветерка, рванул вглубь коридоров. Нейросеть вела их, подсвечивая повороты в его мысленном взоре.

– Сюда! Ячейка номер семь!

Они без труда добрались до нужной двери. Джиуцу достал ключ, полученный от Клека. Замок щелкнул. Дверь открылась.

Ячейка была пуста.

И в этот момент сзади, в конце коридора, они услышали тихий, методичный звук шагов.

Глава 31: Выбор Мечника

Они медленно обернулись. В конце коридора стоял "Стервятник". Рядом с ним, связанный и бледный от ужаса, ковылял Клек. В руке "Стервятник" держал странное устройство и целился им в голову Клека.

– Нейронный ингибитор, – доложила Нейросеть Джиуцу. – Грубая работа, но эффективная. Превратит его мозг в кашу за десять секунд.

– Ловушка, – прошептал Ветерок.

"Стервятник" медленно приближался.

– Мечник Джиуцу, – сказал он. – И водитель Ветерок. Ваша импровизация была впечатляющей. Но предсказуемой.

– Немедленно атаковать, – приказала Нейросеть. – Цель – "Стервятник". Клек – расходный материал. Повали обоих, у нас есть две секунды, чтобы скрыться, пока не подошла охрана. Это единственный логичный ход.

Но Джиуцу не слушал. Он смотрел в глаза Клека. В них был не только страх, но и отчаянная мольба.

– Мечник… – прохрипел Клек. – Если что… позаботься о мальках…

Эта фраза стала решающей. Джиуцу посмотрел на Ветерка. Тот все понял и едва заметно кивнул.

– Нет, – мысленно ответил Джиуцу своей Нейросети.

Он медленно поднял руки вверх. Ветерок сделал то же самое.

– Мы сдаемся, – громко и четко сказал Джиуцу. – В обмен на него. Отпустите его, и мы пойдем с вами.

"Стервятник" на секунду замер, удивленный. Он ожидал чего угодно – атаки, побега, трюка. Но не этого. На его лице промелькнуло что-то похожее на уважение.

– Хорошо, – сказал он, убирая ингибитор от головы Клека. – Очень… нелогичный выбор.

Глава 32: Дверь в памяти

Тем временем Чи, оправившись от последствий прокачки, впервые по-настоящему устанавливал контакт со своей Нейросетью. Следуя совету Джиуцу, он закрыл глаза и, слушая тихий голос в голове, начал повторять простое движение – шевелить пальцами правой руки.

Голос вел его по лабиринтам образов, всплывавших в воображении. Они были неустойчивы, спутаны, как старая кинопленка. Но один образ возвращался снова и снова: лестница, ведущая куда-то в темноту. Каждый раз, когда Чи пытался к ней подойти, она растворялась.

Прошло немало времени, пока наконец лестница не обрела устойчивую, четкую форму. Чи медленно начал спускаться по ней. Она заканчивалась перед простой деревянной дверью. До боли знакомой. Он протянул руку и осторожно открыл ее.

За дверью была просторная, залитая теплым светом комната. В центре стоял стол, а за ним сидели двое – невысокая женщина и мужчина с невероятно добрыми, сочувствующими лицами.

В груди Чи что-то сжалось. Давление невысказанных, запертых на дне души эмоций.

– Кто вы? – сдавленно спросил он.

Женщина улыбнулась ему, и в ее улыбке была вся нежность мира.

– Мы – твоя Нейросеть, дорогой, – сказала она.

– Но… почему вас двое?

– Потому что тебе предстоит многое вспомнить, – мягко ответил мужчина. – Мы – то, что осталось. Мы поможем. Теперь, когда мы наконец свободны, мы проведем тебя по тонкой грани двух жизней и вернем то, что по праву твое.

Чи снова почувствовал приступ тошноты, голова закружилась.

– Ты всегда в детстве был таким впечатлительным, – с улыбкой сказала женщина. – Слишком остро все чувствовал.

Мужчина достал из кармана веточку мяты и дольку лимона и поднес к носу Чи. Знакомый, забытый аромат ударил в сознание, приводя его в чувство. Тошнота отступила. Но вместе с ней этот запах пробудил нечто другое. Лавину.

Воспоминания хлынули потоком. Не его, не Ю. А его – Чи.

И последняя картина, которая промелькнула у него в голове, была не воспоминанием, а открытой раной. Искаженное ужасом лицо Ветерка, застывшего в коротком моменте бесконечного, вечного повторения. Беззвучный крик друга, замурованного во времени. Картина, не имеющая ни прошлого, ни будущего.

Чи очнулся на полу гаража. Его лицо было мокрым от слез, которых он не помнил. Но он знал.Он знал свое настоящее имя. Он всегда был Чи. И теперь он знал, что они проиграли.

Глава 33: Цитрусовая артиллерия

Джиуцу и Ветерок сидели на холодном бетонном полу в подвальном помещении архива. Их маскировку из туалетной бумаги конфисковали как вещдок.

"Забавно," – подумал Джиуцу. – "В этом дурацком концентрате стабильности, где время неумолимо тащит все к концу, у меня наконец появилась возможность остановиться и оглянуться назад."

Он посмотрел на Ветерка.

– Слушай, а почему… Чи?

– А, это? – Ветерок пожал плечами. – Не знаю. Как только взялся за документы, это имя само в голове закрутилось. Ю оно тоже сразу понравилось. А что?

– Да так… – сказал Джиуцу. – Когда ты его назвал, у меня было странное чувство. Будто эхо услышал.

Они решили попробовать связаться со своими Нейросетями. Нужно было как-то выбираться из этой ловушки.

Джиуцу закрыл глаза. Привычная приемная, вежливый отказ от кофе. Он вошел в кабинет.Нейросеть сидела к нему спиной, приняв облик того самого рыжего кота, что теперь жил у него в квартире. Она демонстративно вылизывала то, что обычно вылизывают коты. Джиуцу сразу понял – это был немой укор. "Говорила я тебе бросить Клека. Кто теперь кота покормит?"

Он попытался обойти кота, чтобы заглянуть ему в морду, но тот снова отвернулся от него, потоптавшись на месте и продолжая игнорировать его. Котяра выглядел очень мило, и Джиуцу невольно улыбнулся.

– Поиграем? – предложил он, визуализируя свой ментальный меч, – кидай апельсин. Или может лимоны сегодня больше уместны? – пытаясь растопить лед, предложил мечник.

Кот фыркнул.

– Ты же знаешь, коты не любят запах цитрусов, – прозвучал сварливый голос. Однако кончик его хвоста мелко-мелко задрожал, выдавая истину.

– Неудачный образ, – буркнула Нейросеть и начала трансформацию.

Через секунду перед Джиуцу стояло грозное, многорукое божество. В каждой из его рук был зажат цитрус разного калибра – от маленького кумквата до огромного помело. И вся эта фруктовая артиллерия полетела прямо в Джиуцу.

Он едва успевал отбиваться, бешено вращая мечом. Лимоны, апельсины, грейпфруты – они взрывались вокруг, наполняя воображаемое пространство липким соком и едким ароматом обиды. Спустя несколько напряженных минут Джиуцу почувствовал, что натиск ослабевает.

Наконец, божество растаяло. На его месте теперь мерно покачивалось огромное, благоухающее цитрусами желе.

– Хорошо, – прозвучал уже спокойный голос Нейросети. – Давай теперь поговорим.

Глава 34: Безмолвный диалог

– Мы влипли, мой дорогой, – констатировало желе. – Коня здесь не призвать. Придется действовать, когда кто-то войдет. Я хочу попробовать соединиться с Нейросетью Ветерка. Положи свою ладонь на его.

Джиуцу вышел из сеанса и посмотрел на Ветерка, который тоже открыл глаза.

– Моя предлагает объединить усилия, дай мне твою руку.

Ветерок без лишних слов протянул ладонь. Джиуцу накрыл ее своей.

Их пальцы начали быстро подергиваться. По руке Джиуцу пробежала легкая дрожь. Он не слышал слов. Он чувствовал их. Пальцы совершали едва уловимые микродвижения, поток чистой, концентрированной информации проносился сквозь нервы с бешеной скоростью.

Это был диалог двух сверхпроцессоров; они с Ветерком были лишь физическими мостами, обеспечивающими соединение.

Через несколько секунд поток информации внезапно иссяк.

Джиуцу и Ветерок одновременно открыли глаза, тяжело дыша. План был загружен в их сознание. Он был безумным, отчаянным и единственным из всех возможных.

Они переглянулись. Слов не требовалось. Молча сели на пол, прислонившись к холодной стене, и стали ждать.

Глава 35: Мертвецы не кричат

Прошел час, а может, и больше. Замок щелкнул. Когда дверь открылась, на полу лежали два неподвижных тела. Стервятник и несколько охранников, державших наготове ингибиторы, осторожно вошли в помещение. Стервятник наклонился, прижал два пальца к шее Джиуцу. Пульса нет.

– Мертв, – констатировал он. Он выпрямился, о чем-то задумался, и его взгляд стал жестче. – Сделайте контрольный. На всякий случай.

Один из охранников шагнул вперед, приближая гудящий наконечник ингибитора к виску Джиуцу. В ту долю секунды, когда до контакта оставались миллиметры, "трупы" взорвались движением. Это не были движения живых людей. Это были движения взведенных пружин.

Джиуцу и Ветерок подпрыгнули вверх с пола, громко, неестественно крича – не от ярости, а отвлекающим, механическим воплем. Их лица были бесстрастными, а глаза – стеклянными, немигающими. Они были похожи на беспощадных, виртуозных зомби. Они кувыркались в немыслимых сальто, отталкиваясь от стен и от ошеломленных противников. Все произошло так быстро, что через три секунды все охранники лежали на полу без сознания.

Стервятник, парализованный шоком, испуганно глотал ртом воздух. Его руку уже сжимала стальная хватка Ветерка. Джиуцу подошел к нему. Его глаза были пустыми, как у мертвеца. Он резко, почти небрежно, стукнул ладонью по лбу Стервятника, в область "третьего глаза". Затем положил свою ладонь на то же место. Другой рукой он схватил скрученную Ветерком руку пленника, соединив их ладони в единую цепь. Его нога безжалостно наступила на голень Стервятника. Тот заверещал от резкой, ослепляющей боли. Джиуцу несколько секунд выжидал, игнорируя мучения пленника.

Под напором боли ментальная защита Стервятника треснула и осыпалась. Чужая Нейросеть, как голодный вирус, хлынула в брешь, скачивая все: чертежи, планы, пароли, имена. Всю подноготную заговора. Затем Джиуцу отпустил его. Ветерок разжал хватку. Стервятник, всхлипывая, сполз на пол. Его глаза были пусты.

Нейросеть Джиуцу, уходя, не просто скопировала данные – она выжгла его искусственно усиленную церебру, оставив после себя лишь выгоревшую пустошь. Теперь он был безвреден. Джиуцу забрал у него связку ключей. Вдалеке еле слышно завыла сирена. Оба гироскопа, все еще в режиме марионеток, молча повернулись и, двигаясь с неестественной синхронностью, направились к выходу. Теперь они знали, куда идти.

Глава 36: Разбор полетов

Джиуцу открыл глаза. Первое, что он почувствовал – резкий, приторно-сладкий запах. Он сидел за столиком в тихом, уютном кафе. Напротив – Ветерок с точно таким же потерянным видом.

– Последнее, что я помню… – начал Ветерок.

– …мы сидели на полу и ждали, – закончил Джиуцу. К ним подошел официант.

– Ваш двойной сладкий чай. Как и просили.

Они переглянулись. Никто из них ничего не просил. Джиуцу закрыл глаза.

– Доклад, – коротко приказал он Нейросети.

– С удовольствием, – ответил голос, звучавший до смешного самодовольно. – Операция "Анабиоз" прошла успешно. Поздравляю.

Перед мысленным взором Джиуцу развернулась запись событий, как будто он смотрел фильм от первого лица, в котором не управлял своим телом. Он увидел, как они с Ветерком, двигаясь синхронно, как пара марионеток, разобрались с охраной, скрутили Стервятника. Почувствовал, как его ладонь ударила того по лбу, а затем, через комбинацию прикосновений и болевого шока, его Нейросеть, как цифровой вампир, высосала из мозга противника всю информацию. Они прошли по коридорам архива, идеально обходя посты охраны, вышли через служебный вход, растворились в толпе, зашли в это кафе, заказали чай и только потом… вернулись в сознание. Джиуцу открыл глаза. Ветерок тоже смотрел в пустоту, очевидно, получая такой же "отчет".

– Охренеть… – прошептал Ветерок. – Они нас просто… выключили.

– И провернули все сами, – кивнул Джиуцу.

Он сделал глоток чая. Он был невероятно сладким. Похоже, им действительно нужно было много глюкозы.

Они сидели в тишине, потрясенные. Они всегда считали свои Нейросети партнерами. Но сегодня поняли, что являются носителями чего-то гораздо более могущественного и самовольного.