Граница Перемен

– Сегодняшнее сообщение было четким. И очень, очень странным.

В его мысленном взоре вспыхнули слова, продиктованные Нейросетью:

"Мое имя – Чи. Найди в этом времени человека по прозвищу Стрекоза Ю. Он – ключ. Помоги ему вспомнить. Спасите мир."

Джиуцу молча сидел на кровати. До этого момента у него была одна простая, почти хулиганская миссия – провернуть аферу и взломать архив. Теперь у него их было две. И вторая звучала как начало какого-то эпического романа, от которых он обычно зевал.

Он встал, решительно покормил кота, закинул огрызок утреннего огурца сомикам и направился к выходу. Спасать мир – так спасать мир.

Глава 17: Стрекоза без крыльев

Теперь, когда у него была новая цель – найти человека по имени Стрекоза Ю, – Джиуцу не стал медлить. Нейросеть, проанализировав социальные связи центров и слухи из Перемен, быстро выдала вероятное местоположение цели.

Джиуцу направился в городской парк – тот самый, что примыкал к границе с Переменами. В разгар солнечного летнего дня здесь обычно было полно народу, но сейчас, в утренние рабочие часы, парк был почти пуст. Джиуцу нашел Ю на скамейке у большого, идеально круглого фонтана, в прохладной тени платанов.

Это был молодой парень азиатской внешности, худой, в потрепанной, но легкой одежде. Он сидел, понурив голову, и отрешенно крошил кусочек сухого хлеба голубям, лениво воркующим у его ног. Рядом с ним лежал скомканный рекламный проспект с ярким заголовком: "Новая стабильность – новая работа! Проект "Якорь" ищет таланты!".

Джиуцу подсел на другой конец скамейки.

– Плохой день? – спросил он.

Парень вздрогнул, поднял на него глаза. В них была такая вселенская печаль, что она совершенно не вязалась с этим ярким, солнечным утром.

– Не то слово, – тихо ответил он. – День, когда рухнула последняя надежда.

Они помолчали, глядя на суетливых голубей, купающихся в брызгах фонтана.

– Ю? – спросил Джиуцу.

Парень кивнул.

– Откуда вы знаете?

– Наслышан. Говорят, тебя зовут Стрекозой, – сказал Джиуцу.

– Было дело, – горько усмехнулся Ю. – Когда еще мог беззаботно порхать. Теперь я скорее мокрая курица.

Он рассказал свою историю. О том, как мечтал устроиться на эту новую работу "якорем", думая, что там его научат контролировать свою слабую церебру, научат не превращаться в насекомое от любого чиха в Переменах. О том, как он пришел на собеседование, полный надежд, и в коридоре услышал, что берут только ригидов с врожденно высокой цереброй. Он даже не стал заходить. Он просто развернулся и ушел.

– Я люблю Перемены, – сказал Ю, глядя на ровные струи фонтана. – Я чувствую их. Но я не могу в них жить. А в центре… в центре для таких, как я, нет места. Даже дома у меня нет… Вот и сижу. Мечтаю научиться летать, но пока получается только ползать.

Джиуцу слушал молча. Он видел перед собой не просто "цель" или "будущего сообщника". Он видел хорошего, доброго человека, сломленного системой, которая делила всех на "сильных" и "слабых".

Он встал.

– Пойдем, Стрекоза.

– Куда?

– Для начала поедим, – ответил Джиуцу, глядя куда-то вдаль. – У меня есть предчувствие, что скоро миру понадобятся люди, которые мечтают научиться летать.

Он протянул Ю руку. И тот, после секундного колебания, принял ее.

Глава 18: Гараж для Стрекозы

Джиуцу повел Ю в ближайший "МакСтандарт". Он молча смотрел, как Ю с жадностью поглощает еду. Вышли из забегаловки они оба сытые и довольные.

– У меня сегодня еще одна встреча, – сказал Джиуцу. – Встретимся на той же скамейке в парке. Вечером. У меня есть к тебе деловое предложение.

Ю с энтузиазмом кивнул. Кажется, в его серую жизнь наконец ворвалось чудо. "Пусть это будет не сон," – подумал он, прощаясь с Джиуцу.

Мечник энергично направился в "Глюк". Он нашел Клека там же, где и оставил вчера, но теперь перед ним стояла пустая пивная кружка, а в глазах вместо отчаяния горел азартный огонек.

– Я согласен, – прошептал Клек, едва Джиу-цу подошел. – Эти мальки просто чудо как хороши! До сих пор не могу поверить, что стал обладателем такой редкости. Что я должен делать?

– Для начала, – сказал Джиу-цу, – сделайте копию ключа от седьмой ячейки. И добудьте расписание дежурств охраны.

– Это… это займет пару дней.

– У вас есть три, – отрезал Джиу-цу. – Я найду вас через три дня на этом же месте.

Он вышел из бара. Первая часть плана была в движении. Теперь нужно было вернуться к Ю. Увидев утром его плачевное состояние, Джиуцу помог бы ему и без всяких планов. Он всегда искренне сочувствовал тем, чья судьба складывалась невесело. Теперь он обдумывал, как помочь, не смутив парня и сохранив его достоинство.

По дороге в парк его взгляд зацепился за объявление на столбе: "Продам гараж. Срочно. Дешево. Стучитесь в соседний дом". Его осенило.

Продавец, суетливый ригид в потертом пиджаке, запросил за ржавую коробку совершенно возмутительную сумму. "Это нонсенс," – подумал Джиуцу. Он хотел было пустить в ход ноздри, но вспомнил вчерашнюю импровизацию со спасением мальков и решил дать им отдых. Проанализировав степень надменности тонких губ продавца, он понял: здесь хватит выдвинутой нижней челюсти и выпяченной груди. Это мгновенно раздует его чувство собственной важности до максимума, что и требуется для успешных переговоров.

Продавец сначала пытался спорить, но по мере того, как грудь Джиуцу увеличивалась, а глаза расширялись вместе с чувством собственной важности, энтузиазм в голосе ригида угасал. Когда грудь уперлась в челюсть, и она начала угрожающе выдвигаться вперед на продавца, тот окончательно вразумился.

– Хорошо-хорошо! Ваша цена! – забормотал он, неумело пряча первобытный ужас.

Сделка состоялась. Джиуцу зашел в соседний магазин, купил несколько комплектов новой одежды и оставил их в гараже.

Вечером он встретился с Ю в парке. Тот сидел как на иголках, давно высматривая Джиуцу, и выглядел совсем другим человеком. В нем ощущалась еле сдерживаемая энергия.

– Пойдем, – сказал Джиуцу. – Есть одно место.

Он привел его к гаражу и открыл дверь.

– Вот. Это будет наш штаб. Оставайся здесь жить и переоденься. Для наших задач тебе нужно привыкнуть к новому облику.

– Но… это же… – начал было Ю.

– Не спорь, – перебил его Джиуцу. – Мне этот гараж отдали в качестве оплаты за одну "халтурку". Все равно пустует. А нам нужно где-то обсуждать детали без посторонних ушей.

Ю посмотрел на Джиуцу, на его спокойное лицо, и попытался представить, что это могла быть за "халтурка" у такого приятного человека. Воображение рисовало картины одна другой красочнее.

– А теперь, – сказал Джиуцу, – у меня для тебя есть работа…

Глава 19: Прокачка

Джиуцу изложил свои подозрения: странные вакансии, расширяющиеся центры, слухи о "Проекте Якорь".

– Мне нужно знать, кого они нанимают, – закончил Джиуцу. – Я хочу, чтобы ты вернулся к тому зданию. Присмотрись к соискателям. Может, встретишь кого-то из старых знакомых.

На следующий день Ю, одетый в новую, неприметную одежду, уже околачивался возле массивного здания рекрутингового центра. Он чувствовал себя настоящим шпионом. Толпы ригидов с надеждой и страхом в глазах входили и выходили. И вдруг среди них Ю заметил знакомое лицо. Марк! Его старый приятель по барам.

Ю дождался, когда Марк выйдет, и "случайно" столкнулся с ним на улице.

– Марк! Какими судьбами? – воскликнул Ю.

– Ю! Не узнал тебя! – обрадовался приятель, оглядывая его с ног до головы. – Отлично выглядишь! Нашел наконец работу?

Ю горько усмехнулся.

– Пытался сюда сунуться. Даже на собеседование не пустили с моей-то цереброй. А ты как? Я же помню, у тебя она была не сильно лучше моей, а сейчас… от тебя словно сияние исходит.

Марк заговорщически огляделся и понизил голос.

– Мне один хороший человек подсказал, где можно… подкачаться. Говорят, они могут усилить любую, даже самую слабую от природы церебру. Главное – чтобы голова на плечах была.

Он быстро продиктовал адрес, спрятанный в одном из промышленных районов центра.

– Только скажи, что от меня. И никому больше, понял?

Ю еще немного поболтал с приятелем о пустяках, а затем, сославшись на дела, со всех ног помчался в гараж.

Там его уже ждал Джиуцу. На импровизированном столике стояли два стакана с лимонадом и тарелка с сэндвичами.

– Ну что? – спросил Мечник.

Запыхавшись от бега и волнения, Ю выложил все, что узнал. По мере его рассказа глаза Джиуцу становились все серьезнее. Искусственная прокачка церебры… Это объясняло все.

Они долго сидели, обсуждая новости. Ю оказался веселым и чутким парнем, и Джиуцу впервые за долгое время почувствовал, что у него появился настоящий друг. Их объединяло не просто дело. Их объединял азарт двух авантюристов, наткнувшихся на общую, по-настоящему большую игру.

Поздно вечером Джиуцу вернулся домой. Нужно было покормить кота и бросить щепотку корма сомикам в аквариуме. Он сидел в кресле, обдумывая дневные события, когда воздух в комнате вдруг замер и пошел рябью, как поверхность воды.

Прямо перед ним из ничего соткалась бабочка. Она села ему на колено.

– Третье сообщение, – прозвучал в голове голос Нейросети, переводя беззвучное стрекотание. – "Ваша дружба с Ю – ключ ко всему. Но пока вы должны держать ее в строжайшем секрете от заговорщиков. Никто не должен знать, что вы знакомы."

Бабочка вспорхнула и растворилась в воздухе.Джиуцу посмотрел на то место, где она сидела. "Секрет, значит," – подумал он. – "Хорошо. Но чтобы внедриться к врагу, Ю понадобится не только секретность. Ему понадобится новая личность. Но об этом подумаю завтра. Сейчас нужно выспаться.”

Глава 20: В поисках Ветерка

Ночь прошла спокойно. Утром Джиуцу проснулся с ясным планом в голове. Очевидно, его Нейросеть поработала, пока он спал. Чтобы внедрить Ю, ему нужна была новая личность, а значит – фальшивые документы. И Джиуцу знал, кто может в этом помочь. Ветерок. Он как-то хвастался своим новеньким паспортом, где в графе "имя" было официально прописано "Ветерок", а не "Пьер". И, судя по самодовольной ухмылке, получил он этот документ не в официальном учреждении центра.

Теперь оставалось найти самого Ветерка, а это была задача посложнее. Одноразовые автобусы отправлялись каждый час из центра Мак А9, поочередно в четырех направлениях. А водителем становился тот, кто первым успевал вернуться с предыдущего рейса. Хаотичная система, идеально подходящая для гироскопов.

Логичнее всего было ловить Ветерка на исходной точке – на автостоянке центра Мак А9.

Джиуцу вышел на улицу, закурил и, следуя за струйкой дыма, направился к стабильному Центру.

Автостоянка "одноразовых" была зрелищем сама по себе. Это было кладбище и роддом одновременно. Половина площадки была заставлена новенькими, сверкающими автобусами, только что с конвейера. Другая половина была завалена горами металлолома и пластика – здесь принимали вторсырье.

Так как одноразовые автобусы никогда не возвращались на базу, приходилось быстро и, мягко говоря, не очень качественно штамповать новые, экономя на всем. Новоиспеченный автобус часто выглядел как лоскутное одеяло в форме автобуса. На его пестрой облицовке угадывались названия брендов от пива, шпрот и машинного масла. Все это жестяное месиво склеивал переработанный пластик. Если название какого-либо бренда читалось четко, производители автобусов получали вознаграждение от маркетологов этого бренда. Поэтому, благодаря кустарным дизайнерским стараниям литейщиков, автобусы выглядели даже по-своему симпатично.

Возле диспетчерской будки толпились водители-гироскопы. Джиуцу начал высматривать в толпе знакомую фигуру, но Ветерка нигде не было.

– Пьера ищешь? – окликнул его хриплый голос. К нему подошел пиратской внешности гироскоп с густой бородой. – Опоздал ты, парень. Он свой рейс на север минут сорок назад начал.

Джиуцу мысленно выругался. Ждать несколько часов, пока Ветерок вернется, было не вариант. Но и гоняться за ним было глупо. Зато появилось окно, чтобы навестить Ю.

Он купил в киоске бутылку холодного кофе и несколько булочек. Следующим по расписанию был поперечный одноразовый автобус на восток – как раз в направлении гаража. Джиуцу запрыгнул внутрь и вскоре сошел в нужном квартале.

Глава 21: Штаб

Дверь в гараж была приоткрыта. Изнутри доносился чей-то пафосный голос. Ю стоял посреди комнаты и репетировал речь, воображая себя обладателем мощной церебры.

– Репетируешь? – весело спросил Джиуцу, ставя на стол провиант.

– Пытаюсь вжиться в роль, – смущенно ответил Ю.

Они перекусили, обсуждая подходящие обороты речи для собеседования.

– Пойдем, – сказал Джиуцу, когда они закончили. – Познакомлю тебя с одним человеком. Он поможет с документами.

Они вместе вернулись на автостоянку. Вскоре из Перемен вернулся Ветерок, попыхивая трубкой.

– Джиуцу! – обрадовался он. – А я как раз о тебе думал, мне тут очередную байку про Коня-Прискакуна рассказали, свежачок.

– Она случайно не связана с теми странностями, что ты заметил? – насторожился Мечник.

– Не, про девушку одну…

– Которая хотела выйти замуж? – неожиданно вставил Ю, восхищенно глядя на Пьера.

Ветерок только сейчас по-настоящему обратил внимание на паренька.

– Это Ю, – представил его Джиуцу.

– А ты, случаем, не Стрекоза? Бедолага с печальным прошлым, что делит зимой будку с лабрадором? – сочувствующе улыбнулся Пьер. – А я Ветерок. Рад знакомству.

Ю, который много раз с восхищением смотрел на харизматичного водителя, покраснел. А Джиуцу лишний раз убедился, что личность Ю нужно срочно менять. Молва о нем бежала впереди него.

– Я тоже знаю, кто вы, – застенчиво ответил Ю. – Всегда мечтал прокатиться с вами, но не могу в Переменах находиться, увы.

– Ю теперь живет в нашем штабе, – сменил тему Джиуцу. – Пойдем туда, надо поговорить.

Пока они шли в гараж, Ветерок рассказал свою версию байки, а Ю – ту, что долетела до него в парке. Они до самого гаража веселились, придумывая новые детали.

Но в "штабе", выслушав всю историю о заговоре, Ветерок стал серьезен. Он решительно нахмурил брови. Джиуцу хорошо знал это выражение лица. Оно означало, что Ветерок идет до конца.

– Похоже, у меня отгул до вечера, – сказал он. – Дело пахнет настоящей авантюрой. Я добуду новые документы для Ю. Но нам нужна будет твоя фотография. Ты пойдешь со мной, – властно сказал он Ю.

План обретал плоть. Ю, с новыми документами от Ветерка, должен был внедриться в "Проект 'Якорь'". Ветерок брал на себя создание этих документов и общую разведку. А Джиуцу… Джиуцу должен был получить ключ от Клека.

Глава 22: Больная стабильность

После собрания Джиуцу вышел на улицу. До встречи с Клеком было еще два дня. Время для личной разведки.

Он пошел на восток, прочь от центра. Он миновал гараж, прошел границу Центра. Обычно здесь уже начинались "помехи", но ничего не происходило. Он шел дальше. Первое Кольцо. Второе. Асфальт оставался твердым, здания – незыблемыми. Но стабильность эта была какой-то больной, напряженной. Прохожие вели себя странно. Их взгляды были нервными. Гироскопы, запертые в этой клетке, теряли свою текучесть, не могли менять свой образ, поддерживать молодость – на них давило неумолимое, размеренное время. В то же время ригиды ходили довольные и светились от счастья.

Джиуцу остановился. Ветерок был прав. Это была стройка. Искусственный, насильно проложенный коридор стабильности.

Он вернулся в Первое Кольцо и сел на продольный автобус, идущий по кольцевой. В южном секторе он снова ощутил легкую эйфорию изменчивого мира. Но тем жестче был переход в западный сектор. Здесь коридор стабильности уходил вглубь Перемен еще дальше. И здесь он увидел то, чего давно не видел: уличную драку.

Джиуцу выскочил из автобуса. Ригид и гироскоп сцепились в ожесточенной потасовке.

– …а еще бороду отрастил, чучело! – кричал ригид, пытаясь заехать гироскопу по лицу.

– а не хочу я бриться каждый день! – ревел в ответ гироскоп. – Я не хочу стареть! Верните мне мой дом!

Гироскоп отскочил, сосредоточился и попытался нанести ментальный удар. Но ничего не произошло. Его церебра, подавленная полем стабильности, не сработала.Ригид расхохотался.

– Что, кончилась твоя магия, аномальный? Именно в этот момент гироскоп вспомнил старые, простые методы и с размаху врезал ригиду в челюсть.

Джиуцу вмешался, растащив драчунов. Нейросеть предугадывала их хаотичные удары, позволяя ему уворачиваться.

– Успокоились оба! – рявкнул он.

Кое-как ему удалось их утихомирить и подвести к диалогу. Ригид был доволен, что его квартира теперь в стабильной зоне и подорожала. А гироскоп сетовал, что не хочет никуда уезжать. "У меня здесь фэн-шуй хороший!" – кричал он, но подробнее объяснить отказался.

Джиуцу оставил их, продолжив свой путь. Ему все это очень не нравилось. Дойдя наконец до привычной, изменчивой территории северного сектора, он снял носок и, следуя его указаниям, побрел в сторону своего дома.

Глава 23: Сеанс психоанализа

Джиуцу сидел в своем кресле. На коленях у него уютно устроился рыжий кот. Оба сосредоточенно хрустели сухим кормом. Джиуцу машинально макал гранулы в блюдце с майонезом и отправлял их в рот.

Его мысли были далеко. Он пытался собрать из фрагментов дня цельную картину. Но детали ускользали. Он решил, что ему нужен слушатель. Он закрыл глаза.

Привычные взмахи меча, знакомая приемная. Дверь в кабинет Нейросети была приоткрыта. Внутри царил полумрак. Его Нейросеть, в образе пожилого психотерапевта, сидела в глубоком кожаном кресле. Рядом стояла кушетка.

– Проходите, Джиуцу, ложитесь, – мягко сказала она, указывая на кушетку. – Рассказывайте.

Джиуцу лег. Это могло показаться странным кому угодно, но не ему. Он был готов к любой дичи. Он начал рассказывать. Об утренней встрече с Ю, о его печальной истории. О своем походе по "больной" стабильной зоне, о драке на улице. Он описывал свои ощущения, сам не замечая, как сгущает краски.

Нейросеть внимательно слушала, кивая и делая пометки в блокноте.

– Так, так… – пробормотала она, когда он закончил. – Очень интересно. Скажите, а почему вы так много внимания уделили той драке?

– Потому что это важно, – сказал Джиуцу. – Это показывает, к чему все идет!

– Безусловно, – согласилась Нейросеть. – Но я проанализировала ваши биометрические показатели. Всплеск эмпатии у вас произошел не во время драки. Он произошел гораздо раньше. Когда Ветерок рассказал вам про Ю, который "делит зимой будку с лабрадором". Вы сочувствуете ему, Джиуцу. Но вместо того чтобы признать эту эмоцию, вы подавляете ее и проецируете на более "глобальные" проблемы. Классический случай.

Джиуцу молчал. Она конечно была права.

– Впрочем, – продолжила Нейросеть, – ваши выводы верны. Я тоже проанализировала направление коридоров. Догадка Ветерка верна – кто-то определенно хочет соединить все центры. И название проекта, которое мы видели… "Замедлитель". Какая предсказуемость. Противоположность "ускорителю". Ригиды никогда не отличались оригинальностью. Я уже примерно представляю, что за чертежи мы найдем в седьмой ячейке..

Джиуцу сел.

– Хорошо. Спасибо за сеанс. А теперь перенеси меня на день вперед. У меня два дня до встречи с Клеком, я высплюсь уже завтра.

– Конечно, – кивнула Нейросеть. – И возьмите этот рецепт. Вам нужно больше отдыхать.Она протянула ему листок, на котором было написано одно слово: "Котики".

Джиуцу усмехнулся и визуализировал свой меч. В воздух уже полетел спелый цитрус.

Когда он открыл глаза, кота на коленях не было. Пакет с кормом был пуст. Рыжий озорник игрался с клубком ярких ниток, в который за сутки превратился его зимний шарф. "Ничего, до зимы еще далеко," – подумал Джиуцу. Он вспомнил про рецепт Нейросети, подхватил кота и потащил в постель – пусть спит рядом. Кот не сопротивлялся.

Джиуцу уснул раньше, чем его голова коснулась подушки, в которую наконец-то превратился его старый халат. Ему приснилась та самая байка про девушку, которую на разные лады обсуждали Ветерок и Ю.

Глава 24: Притча о девушке, которая хотела замуж

Однажды одна девушка, которая очень хотела замуж, призвала Коня Прискакуна и загадала перенести ее к ее будущему мужу.

Конь Прискакун появился как обычно, и стал смотреть долго, мудро и немного иронично.

– И часто такие озарения бывают?

Девушка не уловила иронии и стала быстро и с энтузиазмом говорить, что еще с детства она верила, что обладает исключительным айкью и сверхспособностями, и что она всегда знала, что ей предстоит узнать что-то важное и бла-бла-бла.

Конь Прискакун не слушал и продолжал смотреть. Он смотрел куда-то в душу и предложил ей вечность в изоляции на то, чтобы выговориться его запасным ушам. Но женщина настаивала, что ей нужно попасть к своему будущему мужу. Конь Прискакун ничего не сказал. А потом добавил:

– Ты переварила пельмени.

Женщина вспомнила, что переваривала пельмени и на секунду отвлеклась. За это время Коня Прискакуна и след простыл.

Женщина снова призвала Коня Прискакуна. И снова загадала перенести к ее будущему мужу.

Конь Прискакун посмотрел и ничего не сказал. Просто перенес ее в ближайший фастфуд и исчез, как всегда.

Не успела она оглядеться, как из-за прилавка раздался бодрый, уверенный призыв:

– Свободная касса!

Повернувшись на звук, девушка увидела молодого, энергичного парня-кассира. Вокруг него в воздухе медленно таяли едва заметные розовые сердечки, наполняя пространство чарующим ароматом высокой вероятности удачного замужества. Вот он. Знак.

Но на самой периферии ее взгляда она уловила какое-то движение. Взглянув туда, в самый дальний и темный угол зала, она увидела тщедушного, растрепанного молодого человека. Его одежда кричала о жгучей потребности в женской заботе, а в огромных глазах плескалась вселенская тоска по любви. Настоящий кандидат на главный приз в конкурсе «Одиночество Года».

Сердце девушки дрогнуло. И, вопреки здравой логике, чарующим ароматам и очевидным знакам судьбы, она медленно направилась прочь от прилавка – прямо к нему.

Через год она вышла замуж за этого бедолагу. Она стала его музой, а он, вдохновленный ее верой, написал гениальный сценарий. Знаменитая киностудия сняла по нему лучший ситком года, девушка сыграла в нем главную роль и получила всемирное признание. И жили они долго и счастливо.

Ведь Конь Прискакун не всегда делает то, что просят. Он делает то, что нужно. Например, дает выбор.

Вот такой он загадочный, Конь Прискакун.

Глава 25: Утро перед делом

Джиуцу проснулся с приятным послевкусием во рту, словно от хорошего вина. Сон про девушку, которая искала мужа, закончился хэппи-эндом, и это оставило редкое ощущение правильности и гармонии. Рыжий кот, спавший у него в ногах, сладко зевнул и потянулся. Джиуцу на мгновение показалось, что этот самый рыжий плут каким-то образом маячил на периферии его сна.

Он прошел на кухню в поисках кофе. Пусто. Он открыл кран – оттуда текла обычная, скучная вода. Джиуцу вздохнул. Можно было бы, конечно, материализовать себе чашку кофе, но ему хотелось не столько кофе, сколько информации. Он решил прогуляться до "Сингулярности".

Бар гудел, как растревоженный улей. Все обсуждали давешнее "ЧП" в западном секторе.

– …а я тебе говорю, он превратил его в статую из соли! – убеждал кого-то бородатый гироскоп.

– Ерунда! – перебивал другой. – Мне очевидец рассказывал, что он вызвал стаю боевых хомяков, и они…

Джиуцу, прислушиваясь, сначала решил, что где-то произошла еще одна драка, похожая на ту, что он разнимал. Новые детали, которые добавили пересказчики, были одна красочнее другой. Но потом он понял, что речь идет именно о том самом конфликте. Два человека потолкались – а молва уже превратила это в эпическую битву магов.

"Все-таки рукопашные драки – все еще большая редкость," – мрачно подумал Джиуцу, отпивая свой напиток. – "Но то ли еще будет."

Он отогнал мрачные мысли. Сегодня предстояло дело. До встречи с Клеком оставалось еще несколько часов, но Джиуцу решил отправиться на место пораньше. Нужно было осмотреться, почувствовать атмосферу и подготовиться.

Он вышел из бара и неспешно направился в сторону центра Мак А9, где ему предстояло сделать следующий, самый рискованный ход в этой игре.

Глава 26: Омлет перед бурей

Путь в Мак А9 лежал через северный сектор. Джиуцу шел не спеша, наслаждаясь привычным хаосом. Слава Переменам, здесь все было как надо. В Первом Кольце мимо проехал знакомый продольный автобус. Гироскопы на улицах были молоды, красивы и беззаботны.