Руководство по домоводству, хорошим манерам и романтическим отношениям

Удивительно, но настроение у меня резко ухудшилось. Я сама не заметила, до чего же мне интересно с этим прохвостом, неожиданно вселившимся в мое тело. И вот сейчас придет подпоручик Ржевский и все испортит, вспомнила я старый анекдот.

– Ну что же, пора принцессе накрасить мордашку, надеть сексуальное платье и ждать своего парня, – сказал с явными нотками ревности Джинни.

– А ты что ревнуешь? – спросила я.

– Это совсем не важно, я выполняю свою часть договора. Надеюсь, что ты выполнишь свою.

Настроение опять опустилось ниже плинтуса.

Да что же это со мной. Всю неделю ждала, готовилась к встрече с Максом. А сейчас думаю, как его продинамить. И во всем виноват этот синий поганец, залезший в мою голову и душу.

Пока наносила макияж, вспомнила рекомендации моей мамы.

– Любой макияж начинается с бальзама для губ. Когда придет черед помады, как правило, в самом конце, они станут мягкими и их будет легче накрасить.

– Если не получается сделать ровно яркий контур губ, не беда. Нанеси помаду, не доходя до контура, а потом карандашом «растяни» текстуру помады до желаемой формы. Кстати, карандаш не должен быть острым. Слегка затупи грифель об руку или салфетку.

Ну почему же у меня на душе так паршиво и гнусно? Внутреннее противоречие разрывало меня. Казалось, что вот сейчас я собираюсь сделать что-то неправильное. Но с тупым фанатизмом ослика, идущего за морковкой, продолжала готовиться к встрече с Максом.

Мои попытки заговорить с Джинни не увенчались успехом.

Закончив с макияжем и сбросив с себя халат, достала из комода черные кружевные трусики и встала перед зеркалом, медленно и эротично их надела, а потом расправила, продолжая вертеться, поглядывая на свое отражение, в ожидании хоть какой-то реакции от Джинни.

Но он не отвечал, словно бы покинул меня.

«Ну и хрен с тобой, – подумала я. – Вообще-то у меня есть парень, с которым я уже давно встречаюсь. А ты как снег свалился на мою голову. И не нужно мне тут сцены ревности устраивать».

Отвернувшись от зеркала, натянула черные чулочки, не совсем понимая, чем так этот элемент женского гардероба возбуждает парней.

Надевая бюстгальтер, я машинально посмотрела на себя в зеркало и почувствовала взгляд Джинни.

Странная штука жизнь. Еще вчера я мечтала, как я буду надевать специально купленное для этого вечера нижние белье. А потом мой парень будет медленно снимать его с меня, с каждым движением все больше и больше возбуждаясь от увиденного сам и возбуждая ласками меня. А сейчас я, как нашкодивший ребенок, чувствую на подсознательном уровне, что все это неправильно.

Быстро отвернувшись, чтоб не расстраивать своего нового друга, натянула черное обтягивающее платье, расправив его на себе.

– Вот и все, девочка готова, – произнесла я, фразу адресуя ее Джинну, пытаясь его развеселить. Но по его молчанию поняла, что глубоко заблуждаюсь.

– Еще не все, – после длительной паузы ответил он. – Нужно накрыть на стол, потом будет не до этого.

Подготовив стол в гостиной под руководством Джинни, я уже думала, что всё закончено, но мой синий друг вновь сумел удивить меня: «Достань вазу и налей в неё треть воды», – произнес он.

– Это зачем?

– Не «зачем», а «для чего». Настоящий мужчина приходит к девушке с цветами. Чтобы не носиться потом сломя голову в поисках вазы, поставь ее сразу в центре стола.

Разместив вазу на столе, я хотела поблагодарить Джинни, но в этот момент прозвенел дверной звонок, извещая о том, что мой парень уже на пороге.

Я ждала этого звонка весь день. И ощущения моих ожиданий менялись по мере общения с Джинни.

Еще утром я очень хотела увидеться с Максом. А сейчас мне совсем не хотелось открывать эту чертову дверь. Но я обещала, а обещания я всегда исполняю.

Поправив прическу и критически оценив свое отражение в зеркале, я пошла встречать гостя. В коридоре надела черные туфли на высоком каблуке и нацепила на лицо улыбку Джоконды, отперла дверь. На пороге стоял улыбающийся во все тридцать два зуба Макс.

– Заходи, – пригласила я его, отступя назад, давая ему возможность войти.

Пока он стоял в дверях с отвисшей челюстью и пялился на меня, я успела заметить, что в руках у него не было цветов.

«Зря только вазу доставала», – успела только подумать я, как Макс бросился на меня, прижал к стене, ненасытно целуя. Его руки блуждали по моему телу. Он смотрел на меня восхищенными глазами. В них было единственное желание – трахнуть меня.

Пока я рассуждала о превратностях судьбы, бросившей меня на распутье подобно былинному витязю, остановившемся перед «камнем судьбы». На камне как обычно было начертано «или – или». Руки Макса продолжали бесцеремонно ощупывать меня, вызывая во мне нарастающую неприязнь.

– Милая, я хочу сделать тебя счастливой, – шептал мне он на ухо. Но в его словах я не чувствовала ни капли правды, а отсутствие цветов только подтверждали мои сомнения.

«Настоящий мужчина приходит к любимой женщине с цветами», – долбили мой мозг слова Джинни.

И пока я сравнивала галантного Джинни с тонким чувством юмора и неандертальца, бесцеремонно лапающего меня в коридоре, мое тело подхватили на руки и понесли в спальню.

Завалив меня на кровать, Макс суетливо начал стягивать с меня платья, одновременно раздеваясь сам. Я слабо сопротивлялась только для того, чтобы соблюсти приличие.

Когда он собирался уже войти в меня, я спросила.

– Где презерватив?

– Ой, я забыл их купить, что будем делать?

– Возьми в ящике, – указала я на прикроватную тумбочку.

Он встал, достал из тумбочки упаковку, вскрыл ее, подошел ко мне и спросил:

– Может ты его наденешь ротиком?

– Еще чего, – фыркнула я. – Сам надевай.

Демонстративно тяжело вздохнув, он натянул гандон на свой член и лег на меня.

Моя душа разрывалась. Не нужно мне было соглашаться на эту встречу, а лучше было бы вообще не открывать дверь. Пока я рассуждала, Макс задергался на мне, простонал и спустился как воздушный шарик. Несколько секунд пролежав, он приподнялся надо мной, поцеловал в губы.

– Тебе понравилось крошка? – гордо спросил он.

– О да, это было круто, – с трудом удержавшись, чтобы не рассмеяться во весь голос, ответила отвернувшись я.

Этот придурок не понимал, что, кончив сам, он оставил меня неудовлетворенной.

Звонок его телефона не дал мне возможности сказать все, что я о нем думаю.

Макс вскочил с кровати, подобрал с пола брюки, выудил из кармана телефон, мельком посмотрел на экран, сбросил звонок и принялся набирать сообщение.

Увидев мой заинтересованный взгляд, он стушевался.

– Это отец спрашивает, когда буду, – положив телефон на край кровати, ответил он. – Зайка, мне надо сходить в ванную, освежиться и мы продолжим.

Не дождавшись моего отрицательного ответа, он ушел в ванную комнату.

Не верьте мужчине, когда он расскажет,

Как он ненасытен и крут.

Все это бахвальство, а опыт покажет

Две позы и восемь секунд.

Я чуть не подпрыгнула до потолка от неожиданности и счастья, что наконец-таки услышала голос Джинни. При этом я совершенно не стеснялась ни своего вида, ни того, что только что произошло.

– Ты куда пропал? – не дав ему ответить, строго произнесла. – Больше так не делай.

– А ты вообще любишь его? – как-то очень серьезно спросил Джинн.

– Не знаю. Уже не знаю, – честно ответила я.

– А он тебя любит?

– Наверное да, но как проверить его чувства? Сложно залезть в голову человека. Наверное, это удалось пока что лишь тебе.

– Это очень просто, – произнес Джинни и потянулся за телефоном Макса.

– Стой, это неправильно и непорядочно. Это очень личное, – пыталась остановить его я.

– В наше время телефон довольно интимная вещица, – усмехнулся Джинни. – Даже нижнее белье в этом плане уступает телефону. Что можно узнать по трусам? Какого они цвета и какого они вида: боксеры, стринги, семейные. В телефоне же скрыта вся жизнь человека. Все его тайны.

– Но у него же установлен пароль, – заметила я, выдав себя с потрохами.

– Принцесса, скажи, ведь ты уже пыталась залезть в его телефон? – риторически рассмеялся мой синий друг.

– Это не важно, – густо покраснев, ответила я.

– Скажи мне его дату и год рождения, – спросил Джинни, продолжая вертеть в руках телефон Макса.

Быстро подобрав пароль, Джинни усмехнулся над дилетантом и углубился в переписку в соцсетях.

То, что я прочла, повергло меня в шок.

Моему негодованию не было предела.

Какая-то прошмандовка «Лера – Папа Холдинг» писала Максу.

«Привет, лапуль, ты вдул в задницу своей уже бывшей?»

«Еще нет, но уже скоро))»

«Я попросила папу взять тебя на работу. Но перед этим он хотел бы поговорить с тобой.

Родители уезжает через два часа на дачу и приедут только в понедельник. Поторопись)))

p/s.

Когда они уедут, мы останемся с тобой наедине))

Насчет попки не обещаю, но классным минетиком награжу))

Чмоки)) чмоки)))»

Посмотрев на время, я поняла, что этот пидор переписывался с этой сучкой, когда трахал меня своим вялым стручком.

Пошарив по его телефону, я обнаружила, что я у него записана как «Оля-попка».

– Ах ты, пидор гнойный, – зашипела я. – Не обломится тебе анальное приключение. Гандон штопаный.

Вскочив с кровати и накинув халат, я помчалась в ванную.

В дверях спальни я нос к носу столкнулась с этой мразью, как ни в чем не бывало возвращающегося из ванной комнаты.

– Это что такое, гнусный пидор?! – заорала я, демонстрируя ему телефон.

Улыбка мгновенно слетела с его лица, и передо мной стоял ненавидящий меня совершенно чужой мне человек.

В этот миг я все поняла. Ему не нужна я как личность, он ищет обеспеченную дурочку, чтоб сесть к ней на шею, точнее на шею ее родителей. И неспроста он интересовался бизнесом моей мамы и уточнял, нет ли у нее вакансий.

Я попыталась ударить его по лицу, но он перехватил мою руку и заломил ее за спину, а затем толкнул меня на кровать и, не дав мне опомниться, навалился на меня сверху.

– Ах ты сука, ты обещала устроить меня на работу к твоей матери и обманула, потом полгода обещала дать в жопу, и теперь хочешь продинамить! Не выйдет. Сейчас я распечатаю твою задницу. Не хотела по-хорошему, будет по-плохому, – верещал Макс.

Изо всех сил я пыталась выбраться из-под него. Но из-за разницы в весовых категориях сделать этого не представлялось никакой возможности.

Почувствовав возню его стручка в районе моего ануса и поняв, что меня вот-вот изнасилуют, я позвала Джинни.

– Джинни, твою мать, помоги мне, меня же сейчас трахнут в жопу!

– Расслабься, принцесса, и получай удовольствие, – то ли в шутку, то ли всерьез почти прокричал Джинни.

И только я захотела сказать ему пару добрых слов. Как мои руки опустились вниз и обхватили за спиной задницу Макса. Ногти впились в его булки. От этого он завопил и подался вперед.

– Сука! – застонала я от проникающей боли. Воспользовавшись тем, что он утратил контроль, я плотно прижала этого ублюдка к себе и резко перевернулась с ним на спину.

Не теряя времени, прижала подбородок к груди и резко откинула голову. Услышав характерный хруст и почувствовав, что этот негодяй меня уже не удерживает, я вскочила на ноги и развернулась.

Мой насильник лежал на кровати и прижимал руки к сломанному носу, из которого ручейком текла кровь. Не теряя времени, схватила его за волосы и резко потянула с кровати. Не удержавшись, он начал сползать на пол, и в этот момент моя коленка вонзилась в его челюсть. Макс мешком упал с кровати, замерев в позе эмбриона.

Обойдя его со стороны. пнула ногой в бок, добившись, чтобы он перевернулся на спину.

Присев над ним, сильно сжав его яйца, прошипела:

– Послушай меня, падаль.

В этот момент он заверещал тонким фальцетом, мешая мне говорить.

– Я убью тебя, сука! – пищал он.

Отпустив бесполезные причиндалы и не обращая внимания на угрозы, я села верхом на него, зажала в кулаки оба его средних пальца, одновременно и резко потянула их на себя и с дополнительным подворотом кистей рук, вывернула их от себя.

Послышался хруст, и два средних пальца оказались неестественно отогнуты в стороны. От этого мой насильник закатил глаза и заткнулся.

Я несколько раз ударила его по щекам, приводя в сознание.

– А теперь послушай, мразь. Я говорю – ты слушаешь. Каждый раз, когда ты ослушаешься меня я буду ломать тебе пальцы. Если ты понял меня, кивни головой.

С ужасом в глазах он несколько раз кивнул.

– Ты, козлиная рожа, простой альфонс. Ухаживая за мной, пытался устроится на фирму моей мамы. И несколько раз намекал мне об этом. Но когда я тебе прямо сказала, что я не вмешиваюсь в дела матери, твой интерес ко мне угас, но как истинный подлец ты напоследок захотел нагадить, сделав мне больно. Ведь так?

– Да, – согласился он.

– С таким негодяем и мразью, как ты, я поступлю следующим образом. Вызову полицию и дам показания об изнасиловании. Сперма твоя у меня есть. Задница благодаря тебе раздолбона. На лицо все признаки изнасилования. И пойдешь ты по этапу по статье сто тридцать один «УК РФ» годика так на три, на четыре. А когда мама узнает, что ты сделал с ее единственной дочкой, она все сделает чтобы твой срок увеличился лет так на восемь. Но это для тебя всего лишь цветочки, а ягодка на торте твоя задница. Перед твоим этапом полетит малява, что ты насильник, и тебя будет иметь вся пересылка. И будет твоя жизнь интересной, но не долгой. Ну как тебе такой расклад?

От моего монолога Макс испугано сжался и замотал головой.

Вот и мне стало интересно, откуда у меня такие познания в уголовном кодексе и когда это я научилась ботать по фени.

– Есть еще альтернативный вариант. Сейчас мы стираем с твоего телефона всю мою с тобой переписку, удаляем все мои фотографии и забываем о существовании друг друга.

Не давая ему возможности ответить, я встала, забрала его телефон, «законектила» со своим ноутом и начала производить какие-то манипуляции, не переставая поглядывать на этого негодяя, лежащего у моих ног, прикинувшегося ветошью.

Для меня программирование всегда было подобно танцу с бубнами. Поэтому моему изумлению не было предела, когда я наблюдала за пальцами, порхающими над клавиатурой, открывающими какие-то иконки, разворачивающие страницы на английском языке.

А когда до меня дошло, что это дело рук Джинни, все уже было закончено.

Бросив телефон на кровать, я подошла к ублюдку.

– А скажи-ка, мой далеко не милый друг, откуда у тебя такое странное и неестественное влечение к задницам? Ты вообще представляешь, что при этом чувствует девушка? Я не смогу объяснить это словами, но помогу тебе прочувствовать эти непередаваемые впечатления, если, конечно, ты готов рискнуть. Хотя мне глубоко плевать на твое мнение.

С этими словами я подошла к шкафу достала коробку с мамиными «игрушками». Выбрав самую большую, я вернулась к Максу.

Визуально сравнив инвентарь из маминой коллекции с тем жалким стручком, которым гордился подонок, лежащий у моих ног, я с удовлетворением уверилась, в том, что ему предстоит прочувствовать очень красочные впечатления.

– Быстро перевернулся на живот, – приказала ему я.

Мой уже бывший парень решил проигнорировать меня, лежа на спине, бормоча проклятия и ругательства в мой адрес.

Недолго думая, сильно пнув его ногой в живот, я заставила его опять принять позу эмбриона и, не теряя ни секунды, нагнулась над ним, приставила искусственный член к его анусу и резко надавила.

Только с третьей попытки, приложив всю силу и совершенно игнорируя его рыдания и жалобные подвывания, мне удалось полностью засунуть силиконовое изделие ему в задницу.

А чтобы заглушить его истошный крик, пришлось засунуть ему в рот его же трусы.

Закончив анальные процедуры, я присела возле него, погладила его по щеке.

– Ну вот и все, а ты боялся, даже попа не порвался, – с кавказским акцентом произнесла я.

От моих слов Макс задрожал, из его глаз опять потекли слезы.

– Ну как самочувствие, красавчик? Не переживай, как говорится «один раз – не пидорас», – рассмеялась я зло.

– Зато ты теперь точно знаешь, что чувствует девушки, когда им суют в жопу свои вонючие стручки такие пидоры, как ты.

– Ну а теперь тебе пора на встречу со своей «лапулей», – откровенно смеялась я, указывая ему в сторону входной двери.

Но этот гад никак не отреагировал на мои слова. Ничего не оставалось как допинать его ногами до входной двери, по дороге собирая его вещи. Выбросив всю одежду моего уже бывшего парня за дверь, я сильным пинком придала ускорение их хозяину.

– Вызови мне скорою помощь или такси, – проговорил сквозь всхлипывания он.

– Обратись к своей хуесоски. Она обязательно поможет тебе и, может быть, заодно и подлечит нетрадиционным методом.

– Тогда верни мой телефон.

– Это пожалуйста, – ответила ему я, отправившись в спальную комнату за забытым телефоном.

Вернувшись, я обнаружила, что нетрадиционно «возлюбленный» мною парень почти оделся и активно пытался выдернуть из себя мой «подарок».

– Не смей этого делать! – зарычала я. – Твоя пассия должна убедиться в твоей толерантности во всех смыслах этого слова. Если только посмеешь его вытащить, сейчас же отрежу тебе яйца.

А потом ангельским голосом, как будто ничего и не произошло, продолжила:

– Милый, тебе это обязательно понравится, только потерпи маленько.

– Отдай мне телефон, сука, – с нескрываемой ненавистью прошипел мой бывший, протягивая руку.

– Пожалуйста, любимый, – ответила я ему нежным и вкрадчивым голосом, подавая ему смартфон, и случайно разжала пальцы.

Аппарат с грохотом упал на бетонный пол лестничной клетки, но в дребезги не разбился. Глаза Макса округлились от злобы и ярости.

– Ой, извини, мой милый, – проворковала я, поднимая телефон и еще три раза «случайно» уронив его для верности.

– Ой! «Какая же я сегодня неловкая», —с «искренним» сочувствием в голосе сказала я.

– Сука, – прошипел Макс, со стоном выдергивая из себя силиконовое изделие.

– Ну все, урод, пришел тебе писец, ты подожди я сейчас возьму нож и сделаю из тебя настоящего евнуха.

Зайдя на кухню, выбрав самый большой нож, я вернулась на лестничную клетку.

Там было пусто, лишь на полу лежали осколки еще недавно бывшего флагманским телефона модной марки и окровавленный искусственный член, конец которого был измазан дурно пахнущей коричневой массой.

– Ах, мой отважный герой еще и обосрался, – констатировала я, брезгливо взяв кончиком пальцев силиконовое изделие китайского интимпрома.

Вспомнив слова мамы: «чтоб к моему приезду в квартире было стерильно», я поняла, что мне до отвращения противно будет стерилизовать силиконовое изделие. Появилось страстное желание его утилизировать, а мамину коллекцию восстановить на свои средства, а заодно ознакомиться со специализированными магазинами, предлагающими продукцию интимного назначения, в которых я ни разу не была по множеству причин.

Размышляя на тему индустрии интим услуг, я направилась к мусоропроводу, чтобы избавиться от силиконового изделия, испорченного задницей незадачливого Казановы.

Спускаясь к «Мусорному телепорту», я увидела на площадке курящего соседа, проживающего этажом ниже. Этот мерзкий латентный алкоголик вызывал устойчивою неприязнь не только возрастом, но и излишним весом. Вечно в синих спортивных штанах с вытянутыми коленками и майке-алкоголичке неопределенного цвета.

Оккупировав межэтажную площадку якобы в целях курения, он проводил на ней все свое свободное время. А так как часто терял работу вследствие героической борьбы с зеленым змеем, располагался на ней на регулярной основе.

Корча из себя великого мачо, он сальными глазами пытался раздеть всех женщин, поднимающихся по лестнице мимо него.

С ним ругались, вызывали участкового и даже пару раз били. Но ничто не могло убрать стойкого идиота с лестничной клетки.

– Вы, женщины нарушаете мои права, – кричал он.

– Жена не дает курить дома, а в местах общего пользования мне не дают курить соседи. И что я, собственно, делаю? Всего лишь смотрю. Вы же сами так одеваетесь, бесстыдницы, – возмущался он. – Где ваша скромность? Куда смотрят правоохранительные органы. Вы растлеваете нашу молодежь.

Вот и в этот раз он начал жадно поедать глазами мои ноги. Маленькие глубоко посаженные глазки медленно поднимались все выше и выше, на одутловатом лице заиграла похоть. И тут что-то пошло не так.

Посмотрев мне в глаза, сосед побледнел, сигарета выпала изо рта, и он молнией помчался домой. Насколько быстро добежал до своей квартиры наш сосед, я не засекала. Но вот только окурок, выпавший из его рта, упал на пол одновременно с захлопывающейся за ним дверью.

Подняв крышку мусоропровода, я вспомнила что сжимаю в одной руке большой кухонный нож, а в другой окровавленный силиконовый орган, очень похожий на настоящий. Мне стали ясны спринтерские способности нашего соседа. «Кажется, сейчас я освободила наш подъезд от местного маньячеллы», – подумала я, – Этак так на полгода».

Избавившись от силиконового изделия, вернулась в квартиру и посмотрела на себя в зеркало. И обомлела.

Водостойкая туш растеклась вокруг глаз, а ее потеки образовали на лице зловещие нерукотворные узоры. В общем, Спилберг нервно курит в сторонке. В свете увиденного я пересмотрела сроки возвращения подъездного маньяка так скажем на год, а может и два.

Появилось острое желание принять душ.

Стоя под горячими струями воды, я с силой терла грубой мочалкой свое тело, пытаясь отчистить его от общения с Максом и сального взгляда соседа, прекрасно понимая, что второе – это уже перебор моей психики.

Закончив водные самоистязания, потянулась за полотенцем и увидела, что оно было использовано моим бывшим. Брезгливо сбросив его на пол, опять мокрая пошла в спальню за свежим полотенцем, отметив про себя, что это у меня уже вошло в привычку.

Проходя через гостиную, я посмотрела на накрытый и нетронутый стол, уставленный блюдами, которые мы готовили в мести с Джинни. Пустая ваза, возвышавшаяся в центре стола, сильно диссонировала вокруг салатов и горячих блюд.

До этого момента я держалась, но увиденное словно вырвало из меня стержень. Не отводя взгляда от праздничного стола, я опустилась на диван, поджав ноги, и зарыдала.

Было тоскливо, обидно, а на душе гадко и мерзко.

Тут кто-то развернул плед, лежавший на спинке дивана, и заботливо укутал меня, как маленькую девочку. Умом я осознавала, что кроме меня, моего тела и Джинна в квартире больше никого нет, и завернуться в плед могла только я сама. Но душе очень хотелось, чтобы это был Джинни. И вот сейчас я чувствовала спиной, что он обнимал меня.

Сквозь всхлипы и рыдания, я заговорила первой.

– Все мужики – козлы и уроды. Я никогда не выйду замуж, а заведу себе кошку и буду заботиться о ней. А может даже двух.

– Принцесса, если ты хочешь завести домашних питомцев, то ты должна знать, что самые лучшие домашние животные, это комары. Кормить их не надо и хоронить тоже, – впервые я услышала голос Джинни с момента изгнания подонка Макса.

– А что касается мужиков это вопрос или утверждение? – и не дав мне ответить, продолжил:

– Странная это штука, женская логика. Дружить с хорошим парнем, трахаться с конченным негодяем. А потом возмущаться, что все мужики козлы.

– Ну да, ты же у нас большой специалист по женской душе и знаешь, чего хотят женщины, – сказала я. – Ну тогда расскажи, чего же мы хотим.

– Охотно, – ответил Джинни не обращая внимание на мой сарказм. –Итак, чего хотят женщины:

«Мужика. Который бы их хотел.

Дом. В котором бы их хотели.

Детей. Которых бы от них хотели.

Подруг. Которых хотели бы меньше, чем их.

Денег. Чтобы купить то, в чем бы их хотели.

Секса. Чтобы убедиться, что их хотят.

Любви. Чтобы желающий хотел не переставая.

Большую грудь. Чтобы сразу было видно, что их надо хотеть.

Машину. Чтобы быстрее добираться до тех, кто их хочет.

Интересную работу. Чтобы на ней их хотели.

Быть знаменитой. Чтобы как можно больше народу знало, что их нужно хотеть.

Бреда Питта. Ну, кто ж его не хочет?

Чтобы никого, кроме них не хотели.

Чтобы хотели только их.

Ну и большой шоколадный тортик с клубникой и взбитыми сливками».

От его приятного баритона слезы в моих глазах высохли. Джинни сумел рассмешить меня, но все же я продолжила всхлипывать, в надежде, что он еще немножечко пожалеет меня.

– А замуж я все равно не выйду, – твердо заявила я.

– Не переживай, принцесса, – успокоил меня Джинн. – Рано или поздно ты выйдешь замуж: или человек хороший попадется или презерватив бракованный.

– Ну какая же ты сволочь и как же ты меня бесишь. Как только найдем твое тело, я тебя просто покалечу!