Замок

–

Утро. Гости медленно понимались, хозяйка уже хлопотала на кухне. Анатолий поднялся, подошел к окну, солнце еще только вставало, но замок уже виднелся вдали, он во всем своём величии утопал в тумане. Высоко над туманом поднималась башня, свет в ней уже не горел. Анатолий еще немного полюбовался на утреннюю красоту восходящего солнца, взял полотенце и спустился на первый этаж:

– Доброе утро!

– Здравствуй, Толик, ты уже встал? А мы тут со Светочкой завтрак приготовили.

В большой гостиной был накрыт стол, Светлана стояла перед иконами и шептала молитвы.

– Взвод, подъем! – крикнул Анатолий, и, подождав, когда Светлана закончит молиться, постучал в комнату, где спали девчонки.

Ребята по- военному быстро встали, умылись, сели к столу, деловито позавтракали.

– Гости дорогие, вы уж извините нас, но нам с Димой надо уехать, вернемся поздно вечером, вы уж тут сами похозяйничайте, делайте, что хотите, словом, отдыхайте, да и еще вот что: в обед приедет сосед на тракторе и вспашет огород, там на комоде деньги лежат, отдайте трактористу.

– Бабушка Тася, зачем вам на трактор деньги тратить? Мы сами вскопаем. Лопаты есть? – потирая руки, спросил Анатолий.

– Лопаты в сарае. Но зачем вам копать? Отдыхайте, вы же городские, к работе не привыкшие – трудно будет!

– Ничего, на себе испытаем, как крестьянам хлебушек дается, – поддержал Анатолия Аркадий.

Хозяева уехали, оставив гостей одних, во дворе стоял надёжный вольер, в котором ходил большой лохматый пес породы кавказская овчарка. Он грозно посмотрел на незваных людей, зевнул во весь рот, демонстрируя большие клыки, и лег на пол. Его тело лежало неподвижно, лишь глаза строго наблюдали за гостями.

– Его зовут Рэкс, – сообщила Светлана.

Анатолий хозяйским взглядом осмотрел весь двор, зашел в сарай, достал лопаты.

– Света, Аркадий, Татьяна, Ирина, берите лопаты.

Все подошли, взяли инструменты.

– Сергей, там за домом лежат старые ржавые трубы, проведи воду от дома на огород. Ты же умеешь?

– Умею, – вздохнул Сергей и почему-то с завистью посмотрел на тех, кто пошел копать огород.

Работа закипела. Анатолий взял грабли и еле успевал скородить землю, к шести часам вечера огород вскопали полностью. Сергей проложил трубы на огород, в сарае нашел зеленую краску, покрасил их, выкопал маленькую ямку, чтобы можно было поставить ведро, открыл воду, сел напротив крана и так, глядя на воду, замер. С огородом закончили, но хозяева еще не вернулись; решили привести в порядок весь двор, пошли в ход веники, лопаты; беседку вымыли, и все вместе стали готовить ужин. Тут и появились хозяева, они очень обрадовались таким переменам в их хозяйстве, особенно небывалой чистоте во дворе.

– Ой, и воду на огород провели, молодцы, спаси Бог. А что это с вашим другом?

Все опять посмотрели на Сергея, он всё так же сидел и смотрел на воду, подперев голову руками, даже не заметив, как пришла бабушка Таисия и Дмитрий.

– Он так сидит уже несколько часов, – тревожно сказала Ирина.

– Может, он еще под впечатлением от вашего вчерашнего рассказа? – встряла в разговор Татьяна.

– Ой, дети, зря я вам рассказала такую страсть, вы хоть его успокойте, ведь мучается.

– Бабушка Тася, а можно поужинать здесь, на улице, в беседке?

– Конечно, можно, только комары сейчас будут кусать, мы раньше с Димочкой часто кушали на свежем воздухе. Пойдем, поможете мне сумки разобрать.

Ужин накрыли в беседке, включили музыку, вечер прошел замечательно, тревожил только Сергей, он даже отказался от ужина, друзья обеспокоенно поглядывали на своего товарища. Сергей Филин всегда отличался общительным характерам и молчал он очень редко. Ирина отрезала большой кусок хлеба, намазала его щедро маслом, сверху положила два больших куска колбасы и пошла к Сергею.

– Серёжа, поешь, пожалуйста, ты ведь целый день ничего не ел.

Сергей небрежно взглянул на свою подругу и вновь вернул свой взгляд к воде. Ирина растерялась, она никогда за многие годы общения не видела своего друга таким. Она подвинулась к нему поближе, обняла и поцеловала, Сергей немного ожил, но все равно от воды не оторвался. Поцелуй Татьяны возбудил в нем аппетит, он взял бутерброд и, не отрываясь от воды, принялся его старательно пережёвывать. Так он просидел до самой ночи, и лишь когда совсем стемнело, ушел в дом спать.

Утро следующего дня прошло более спокойно, работы по хозяйству уже не нашлось, оставался только отдых. Баба Таисия с Дмитрием опять уехали, предоставив свое жилище гостям. Сергей вновь присел напротив крана с водой и в таком положении застыл на долгое время, друзья подходили к нему, начинали с ним разговаривать, но он, насупив брови, молчал.

– Что нам с ним делать?– обратился Анатолий к собравшимся, – он сидит уже вторые сутки и ни с кем не разговаривает, даже с Ирой. Я не пойму, что с ним случилось; то, что он напугался страшных историй и сошел с ума, я не верю, слишком давно и хорошо его знаю. Он о чем-то думает, пойдем к нему и строго спросим с него.

Друзья всей компанией подошли к Сергею, окружили его, начала разговор Ирина.

– Сережечка, если мы тебя чем обидели и тебе мешаем, ты скажи, и мы уедем отсюда, но ты только скажи, мы все в недоумении, почему ты с нами не разговариваешь?

Ира сделала обиженное лицо, все другие тоже, Сергей встал, размял ноги, посмотрел с улыбкой на своих друзей:

– С чего вы взяли, я совсем на вас не обижаюсь, я смотрю на воду, как она течет в ямку, я выкопал углубление не больше пяти литров, вода в нее течет уже почти двое суток. Вопрос: почему не наполняется ямка?

Сергей опять подпер голову кулаками и уставился на воду, все, кто несколько минут назад осуждали Сергея, тоже уставились на воду, так прошло несколько часов.

– Серега, так вечно нельзя сидеть и смотреть на воду, – возмутился Аркадий,– чем дольше ты смотришь, как она течет, тем и думаешь дольше, давай поделись с нами, что ты там надумал?

– Ладно, я вам расскажу, только вы, пожалуйста, не смейтесь, ладно?

– Ладно, – поддержал друга Анатолий, – рассказывай.

– В эту ямку по моим подсчетам влилось уже больше пяти кубов, я даже ночью не выключал воду, и мне кажется, что там может быть подземный ход или склеп какой, надо сегодня бабу Тасю хорошенько расспросить, что здесь было до войны, кто жил, богатый или бедный.

Друзья немного оживились, видя перед собой здорового человека, их тоже очень заинтересовало, куда девается вода. Хозяева приехали опять поздно, ужинали в беседке. За ужином Ирина спросила бабушку Тасю:

– А кто здесь жил до того, как поселились вы?

Бабушка Тася оценивающе взглянула на Сергея, и, видя его здравым, начала рассказ.

– Это история не страшная, – проговорила она, бросив косой взгляд на Сергея. – До войны здесь жил очень богатый немец Оскар Рот, его дом стоял на том месте, где у нас сейчас огород. Немец слыл известным коллекционером старинных украшений, в своём доме он устроил специальную секретную комнату. По слухам, в ней хранилось золото и драгоценные камни. Когда началась война, немцы стали просить у него денег, но богач был скуп, и все свое состояние спрятал до лучших времен, а всем объявил, что все его добро украдено. Мой дед работал у него конюхом, и он точно говорит, что золото никто не крал, а просто спрятано, но вот куда, неизвестно. Когда немцы отступали, Рот никуда не поехал и остался жить в доме, который накрыла большая авиабомба. От дома остались одни развалины, и сам немец погиб. Золото искал мой дед, и мой отец, но безуспешно. Года три назад к нам приехали из Калининграда несколько парней с дорогим оборудованием, с собой привезли старую карту с обозначенным на ней имением немца. Это примерно весь наш район, за то, чтобы ходить по частным огородам со своим оборудованием, они платили двести долларов каждому хозяину, кто их пускал. Они не копали, а просто вбивали трубки в землю, а потом смотрели на мониторе, что лежит под землей на глубине пяти метров. К нам пришли, но Димка не пустил, сказал, если клад у нас на огороде, то мы его найдем сами.

Сергей завелся, он уже видел, как достает золото скупого немца по чудной фамилии Рот, выключил воду, чтобы земля за ночь подсохла, а утром, когда хозяева уедут, начать копать. Вечером собрались всей компанией на втором этаже, обсуждая план мероприятий на утро, Сергей не находил себе места, он готов был идти копать ночью.

– Братва, может надо хоть Димке рассказать, – вставил слово Аркадий, – неудобно как-то получается, мы перекопаем весь участок, может, им не понравится это?

– Нет, – возмутился Сергей, – надо сделать сюрприз. Я вот как себе это представляю: хозяева с утра уедут, и мы начнем копать. Я так думаю, что драгоценности лежат неглубоко, к обеду откопаем. Все сложим на видное место, баба Тася приедет – вот обрадуется. В сарае я видел большой брезент, землю будем выкапывать на него, и двор останется чистым.

– Сережечка, – ласковым голосом обратилась к нему Ирина, – мне очень хочется себе колье с брильянтами, ты мне подаришь?

– Да не вопрос! Вы сами себе выберете подарки. А остальное сдадим государству.

Сергей сильно волновался, ходил из угла в угол, ломая себе пальцы, друзья все тоже были сильно возбуждены. Спокойствие сохранял только Анатолий, он хладнокровно смотрел на кладоискателей, мол, найдут -хорошо, нет – не пропадем и без клада.

– Кусто идет! – предупредила Светлана.

Димка вошел, нервная обстановка его удивила, взглянул на часы, было начало первого ночи, он подошел к окну: там вдалеке на башне уже горел свет, Дмитрий подумал, что друзья опять насмотрелись на замок и сидят теперь боятся.

– Кусто, а где твой акваланг, с которым ты нырял в море? – постарался разрядить обстановку Аркадий.

– Он стал старый, резина полопалась, давно уже не пригоден к погружению, а на новый никак денег не соберу.

– Может, его можно починить? – не отступал Аркадий.

– Завтра покажу, а сейчас пора спать. Девушки, парни, по комнатам, – скомандовал хозяин.

После завтрака хозяева собрались на работу, Сергей взял лопату, заточил её напильником, сделав острой, как нож. Он сильно нервничал, не мог дождаться, когда же уйдут хозяева. Но они не торопились.

– Дима! – послышался голос бабушки из дома, – достань из погреба картошку!

Дима зашел в сарай, заскрипела крышка погреба и раздался громкий крик:

– Твою мать!!

– Что случилось? – испугались за друга товарищи, и все вместе вошли в сарай. Над раскрытым погребом стоял растерянный Дима и в изумлении смотрел внутрь. Анатолий подошел посмотреть, что так напугало Кусто, и заглянул в темноту: погреб был полон воды, несколько стеклянных банок, покачиваясь, плавало на поверхности, иногда на них попадал свет, и тогда стекло блестело, казалось, что они подмигивают друзьям. На лестнице сидела большая крыса, ее нору затопило, она с опаской поглядывала на людей и на воду.

– Откуда здесь вода? – развел руками Дмитрий.

Первым опомнился Анатолий, он стал смеяться таким диким смехом, казалось, что сходит с ума. Серега Филин почесал затылок и стыдливо опустил глаза. Ирина подошла к нему и обняла.

– Я, друзья мои, не понял, откуда вода, и почему вы все смеетесь? – возмутился Дмитрий

– Не все смеются, я вот не смеюсь, – Аркадий смотрел Дмитрию в глаза и еле сдерживался от смеха, – Дим, езжай на работу, мы картошку сами достанем.

Кусто недоумевающе посмотрел на товарищей и пошел к бабушке.

Кладоискатели остались одни, все с грустью смотрели в погреб, на то, как стеклянные банки плавают и подмигивают несостоявшимся богатеям. Крыса медленно поднялась по лестнице, бросила на людей последний взгляд и скрылась в темноте.

– Сережа, как я понимаю, у меня колье не будет, да? – огорчилась Ирина.

Сергей взял веревку, попробовал ее на прочность, привязал к ней ведро и бросил его в погреб.

– Давайте встанем цепочкой, так будет быстрее, – подбодрил всех Анатолий.

Часа через два воду из погреба вычерпали, но стены и потолок сочились влагой, собираясь на полу мелкими лужицами.

– Я знаю, что надо делать! – воскликнула Светлана. – У нас в деревне живут друзья семьи Савкины, в большое половодье их всегда затапливает, после того как вода уйдет, они разводили костры в самом погребе и так сушили.

Идея понравилась, ребята набрали много досок и зажгли костер, к вечеру погреб основательно просох.

Дожидаясь хозяев, ужин накрывали, как обычно, в беседке. За столом весело вспоминали, как Сергей клад искал. Самому кладоискателю эти шуточки были не по душе, он отвернулся и грустно смотрел на огород, где виднелся водяной кран. «Нехорошо, конечно, получилось,– размышлял Сергей,– но какое было отличное настроение от одной надежды найти клад».

Вдруг раскрылись ворота, и в них вошел Коля, брат Дмитрия, ведя за руку свою подругу Василису. Он сначала испуганно оглядел всех, кто сидел в беседке, потом решительно подвёл девочку ближе к собравшимся. Одежда Коли и Василисы была истрепана, во многих местах порвана и давно не стирана, но больше всего насторожил внешний вид подростков: их трясло в буквальном смысле.

– Здравствуйте, – с трудом сумел выговорить Коля.

Дмитрий подошел к брату, взглянул ему в глаза, задрал рукав и ужаснулся: все руки были синими от многочисленных уколов. Коля стыдливо отвел глаза в сторону.

– Что это? – гневно спросил Дмитрий, глядя на брата.

– Химия, – с трудом смог выговорить двенадцатилетний мальчик.

Дмитрий обнял брата и горько заплакал, он рыдал, все крепче прижимая к себе Колю.

Бабушка Тася трясущимися руками достала из кармана таблетки, выпила, захлёбываясь водой, по ее щекам тоже текли слезы.

– Что случилась? – прошептала Светлана, глядя на Дмитрия и бабушку.

Анатолий взял на руки Василису, посадил ее на диван рядом с собой; поражал ее взгляд, он был совсем отрешенным, будто она не понимала, где она и с кем.

– Василиса, что с вами случилось?

Девочка подняла свои глаза, мутным взглядом посмотрела на Анатолия, потом легла на диван и подняла платье.

– Господи, – возмутилась Светлана, – она даже не успевает надеть трусы, кто это мог с ними сделать? Какое чудовище на такое способно? Они же еще дети.

Дмитрий вытер слезы и слегка шлёпнул брата по щеке, чтобы привести его в сознание; взгляд мальчика стал проясняться.

– Кто с вами это сделал? – перешел на крик Дмитрий.

– Пельмень, – ответил Коля.

– Зачем?

– Им для босса нужна была Василиса, он любитель девочек, она им не далась. Тогда они ее посадили на иглу, я просил и умолял, чтобы они ее отдали, тогда Пельмень сказал, если я сяду на иглу, то они ее отпустят. Я согласился.

Дмитрий сжал кулаки так, что все услышали хруст.

– Он там же живет? – спросил Дмитрий.

– Да! – прошептал Коля.

Дмитрий вбежал в дом и через минуту вышел в спортивном костюме, бросил взгляд на друзей.

– Я скоро вернусь.

– Я с тобой!– сорвался с места Анатолий.

Уже почти стемнело, Дмитрий шел впереди, а за ним следом все его друзья. Дом, в котором продавали наркотики, находился недалеко. Дмитрий остановился, внимательно осмотрел местность. В особняке горел свет, оттуда доносилась громкая музыка. Около дома несколько человек, похожие на зомби, ходили, заглядывая в окна, в ожидании дозы.

– Дим, – дернула за рукав Светлана, – надо срочно детей отвести в больницу, их вылечат.

– Нет, Светик, это синтетический наркотик, от него не вылечивают, это медленная смерть, они обречены. Друзья мои, я прошу вас, не ходите за мной, я сам должен отомстить, это очень опасно. Но я по-другому не могу.

Дмитрий сорвался с места, и через минуту стоял уже около двери.

– Девочки, стойте, смотрите здесь, остальные за мной, – скомандовал Анатолий.

Кусто, увидев, как к нему на помощь пришли Анатолий, Сергей и Аркадий, только покачал головой, но спорить не стал, позвонил в дверь. На пороге появился хозяин. Он оценивающе осмотрел всех, кто к нему пришел.

– Пельмень, – начал Дмитрий, – я же тебя просил, чтобы ты моего брата не трогал!

– Диманя, я свое слово держу, он сам залез, мне его девка была нужна, а он мне без надобности.

Дмитрий взял торговца за горло и сдавил, Пельмень изо всех сил хотел вырваться, но не смог, вскоре захрипел и упал. Дмитрий вошел в дом и обнаружил в нём пять человек, которые сидели вокруг большого стола, перед ними лежал большой пакет с белым порошком, они по очереди брали порошок и расфасовывали его по дозам. За этим занятием их и застали непрошенные гости. Один из сидевших за столом, прервав свое занятие, неспешно подошел к шкафу и достал пистолет, но воспользоваться им не успел. Анатолий неожиданно оказался рядом с ним и нанес удар, от которого бандит отлетел в угол и там затих, остальные притихли и боязливо поглядывали на гостей.

– Ну, я вам сейчас устрою, – со злостью в голосе прошипел Кусто.

По всей комнате было разбросано множество шприцов, Дмитрий выбрал самый большой и с ним направился в кухню, через несколько минут он вышел с наполненным шприцом.

– Ну, давай, скоты, подходи по одному. Я вам устрою кайф!

Дмитрий подошел к самому большому, тот попробовал сопротивляться, но, получив сильный удар в лицо, упал, остальные, понимая, что доза, которую вколет Дмитрий, смертельная, стали кричать и звать на помощь. Но помощь не пришла; через несколько минут с ними было покончено.

Весь дом был в ужасном состоянии: повсюду валялись пустые бутылки, использованные шприцы, около выхода стоял большой чемодан.

– Они хотели уехать, – догадался Сергей, глядя на чемодан.

Он подошел, открыл чемодан и ахнул: тот был наполнен деньгами, ровными слоями лежали доллары и евро.

– Парни, я все-таки нашел клад, – развернув чемодан к друзьям, усмехнулся Сергей.

– О, пачки! – вырвалось у Аркадия.

– Берите чемодан и уходите, – приказал Дмитрий.

Сергей взял чемодан и в сопровождении Анатолия и Аркадия вышел из дома. Спустя минуту друзья увидели в окно, как в доме вспыхнул огонь, потом показался Дмитрий. Он, медленно выходя из дома, закрыл за собой тяжёлую дверь. Огонь быстро разгорался, друзья отошли всего на несколько метров, как услышали сильный треск разгорающегося пожара. Теперь вперед выдвинулся Дмитрий, он опустил голову, заложил руки за спину и так шел, погруженный в свои мысли, позади двигались девушки, они часто оглядывались назад и наблюдали, как в небо поднималось зарево от горящего особняка, к которому на всей скорости неслись пожарные машины.

В дом вошли тихо: никто не хотел обсуждать недавние события, происшедшие до пожара. Бабушка Тася успела искупать детей, переодела их и уложила спать, но заснуть они не могли: терзала ломка. Василиса кричала и просила ее уколоть.

Дмитрий, перед тем как пожечь дом, взял с собой увесистый мешочек, со слезами на глазах он уколол детей, чтобы облегчить им страдания.

– Бабушка Тася, у вас есть здесь поблизости монастырь?– спросила Светлана.

– Да, женский монастырь у нас за городом.

–Этим бедным детям сейчас только Бог поможет, – сказала Светлана, – я отвезу завтра, можно?

– Хорошо, Света, завтра с утра поедем.

Утро было тревожное, Бабушка Тася вызвала такси и вместе со Светланой повезла детей в монастырь. Машина проехала мимо дотла сгоревшего дома, там, на пепелище, стояло много разодетых по моде ребят, они что-то громко обсуждали.

– Понаехали, – возмутился таксист, – сожгли ночью их наркопритон, говорят, не наши, какие-то чужие приехали и сожгли вместе с теми, кто торговал наркотиками, туда им и дорога.

Таксист попался разговорчивый, он долго рассуждал, кому было выгодно сжечь, но неизменно оставалось, что это могли сделать только чужаки. Светлана вспомнила тех, кто топтался ночью около дома, они хорошо видели всех, кто вершил правосудие, и они-то сказали про чужих. Город маленький, все друг друга знают, и новенький сразу бросается в глаза.

Монастырь располагался недалеко от города на живописном обрывистом берегу маленькой речушки.

Высокие старинные стены окружали монастырский двор; машина затормозила около тяжёлых, раскрытых настежь ворот, в которые видно было, как множество женщин в монашеских одеждах сновало по дорожкам, выложенным плиткой. Около ворот стояли три монахини, к ним и направились бабушка Тася и Светлана с детьми.

– Здравствуйте, – обратилась Светлана к монашке. – Скажите, пожалуйста, с кем из вашего руководства можно поговорить?

Монахини взглянули на подростков и все поняли. Одна из них покачала головой и пригласила следовать за ней. Через минуту они вошли в большую комнату, где из мебели находился только древний книжный шкаф, до отказа забитый старыми на вид церковными книгами, и массивный стол красного дерева, за ним сидела пожилая монахиня и что-то старательно, искусно выводя каждую букву, писала.

– Мир дому вашему, – проговорила бабушка Тася. – Мы приехали к вам за помощью.

Монахиня устало подняла глаза на бабушку, потом на детей, но когда она посмотрела на Светлану, ее глаза расширились, она смотрела даже не на нее, а чуть выше головы. Девушка занервничала, чувствуя на себе непонятный взгляд, она поправила свои волосы, не понимая, что в ее облике не так. Монахиня, не меняя взгляда, подошла к девушке и стала внимательно всматриваться в ее лицо.

– Тебя зовут Светлана? – неожиданно спросила монахиня.

– Да, – растерянно произнесла девушка, – но откуда вы знаете?

– Слава Богу, дождались! – произнесла монахиня и перекрестилась. – А где же твои шестеро спутников, что с тобой приехали?

Светлана ошарашено смотрела на свою собеседницу и не понимала, откуда та знает не только ее, но и всех друзей. Монахиня подошла к столу, открыла выдвижной ящик, из него она достала большую толстую книгу в медном переплете с двумя серебряными застежками. Монахиня бережно расстегнула застежки, открыла первую страницу и показала Светлане. На пожелтевшем от времени листе было выведено семь имен, это были имена друзей! Ее имя располагалось чуть левее, отдельно от всех; имя Аркадия было выведено крупными буквами в правом столбике самым первым, затем шрифтом помельче остальные: Анатолий, Сергей, Ирина, Дмитрий, Татьяна. И в самом низу страницы стоял год: тысяча восемьсот первый. Светлана удивлённо посмотрела на монахиню: имена были написаны более двухсот лет назад, как такое могло быть…

– Здравствуйте, – послышалось от дверей.

Это пришла игуменья и другие сестры.

– Матушка игуменья, смотрите, – монахиня ткнула пальцем в Светлану.

Пожилая игуменья внимательно посмотрела на девушку.

– Слава Богу, дождались,– она несколько раз перекрестилась. – Светлана?

– Да, меня зовут Света, вы меня, пожалуйста, извините, но я ничего не понимаю. Откуда вы меня знаете? Я в вашем монастыре впервые.

Игуменья растерянно посмотрела на свою монахиню, затем перевела свой взгляд на девушку:

– Мы тоже ничего не знаем, в нашей книге больше двухсот лет назад была сделана запись, что перечисленные люди спасут нашу землю от лютого зла. Я надеялась, что ты сама все расскажешь нам, но, видимо, еще рано, и ты сама ничего не знаешь. Надо ждать. Скоро все станет на свои места, все будет по воле Божьей, но в свое время. Раз Господь вас всех собрал вместе, значит, скоро сбудется предсказание нашего пророка, который жил и умер много лет назад.

– Мы привезли к вам двоих детей на лечение, они больны наркоманией. Вы поможете им?

– Да, конечно, поможем, за них не переживай, я говорила, все будет по воле Божьей, эти дети привели тебя к нам. Теперь мы знаем, что наши спасители здесь, рядом. Пойдем, дочь моя, со мной, я должна тебя показать сестре Матроне, ей было предсказано Богом, что она не умрет, пока не увидит своими глазами спасителей.

Светлана не понимала, о чем говорит монахиня, она недоумённо переводила взгляд то на игуменью, то на бабушку Тасю. Но бабушка со смирением смотрела на монахинь. Игуменья взяла за руку Светлану и повела за собой. Они шли вдвоем по монастырскому двору, девушка всматривалась в лица работающих монахинь: они сильно отличались от облика тех, кто жил в миру. Смирение – вот что было в ликах всех живших в монастыре женщин, они занимались своей работой и не обращали никакого внимания на гостью.

Игуменья ввела Светлану в церковь, где только что закончилась служба; очень пожилая женщина в монашеской одежде гасила лампадки, увидев игуменью, она слегка покланялась, но когда за ней вошла Светлана, монахиня встала на колени и громко воскликнула:

– Ныне отпускаешь рабу твою, ибо видели очи мои спасение твое….

Она несколько минут шептала молитвы, затем поднялась и подошла к девушке.

– Сестра Матрона, она ничего еще не знает, – предупредила игуменья.

– Всему свое время, – прозвучало в ответ.

– Сестры монашки, вы мне хоть объясните, про что вы говорите, я совсем не понимаю, о чем идет речь.

– Придет время, и ты все узнаешь, за детей не волнуйся, Господь их исцелит, – спокойно сказала сестра Матрона и перекрестила девушку.