Жестокая любовь

Ага, ему удалось сделать так, чтобы я со всех ног примчалась сюда, но ничего интересного для себя я здесь не вижу, оттого наш братец и хмур.

Затем натолкнулась на Сергея и Диму – они развлекали новых подружек тем, что на скорость опрокидывали в себя стопки явно с чем-то алкогольным и крепким.

С Олегом и вовсе столкнулась нос к носу:

– Где Илья?

– Там, – кивнул молодой человек на закрытую дверь, – в кабинете.

Подошла, куда показал Олег, дернула на себя ручку. Закрыто. Постучала. Никто не отозвался.

– Открыть? – послышался вопрос от Олега.

– Да, но там заперто, как…

Не успела я фразу закончить, как Олег, приложив силу, дернул ручку и выбил хлипкий замок.

В одночасье мир дрогнул, взорвался и разлетелся на множество мелких осколков.

Как в самом страшном кошмаре, наблюдала я за тем, как Илья, словно в фильме для взрослых, занимается любовью сразу с тремя партнершами одновременно. Одна девушка на нем скачет, другая лижет, третья как бы пока в сторонке, но уверена, это временно, и для нее тоже предуготовлено занятие…

Глава 9

Вздохнуть-то я вздохнула, и глубоко, а выдохнуть не получается, грудь как будто окаменела. Хочу закричать, но и этого не могу, хриплю, и все.

– Ну что, посмотрела? Теперь уходи. Не мешай. Видишь, люди заняты, – произнес надменно торжествующим тоном Олег и, оттолкнув меня в сторону, закрыл дверь.

Бежать, бежать, бежать от этой гадости куда глаза глядят, лишь бы подальше. Хочу на воздух, хочу туда, где никого нет, чтобы упасть на землю, свернуться в клубочек и рыдать…

– Эй ты, коза, смотри, куда прешь, – после столкновения с каким-то парнем раздалось сбоку ворчание.

Бежать, бежать…

– Ай, она просто ненормальная, – послышался женский визг, – ногу мне отдавила!

– Слышишь, ты… – Кто-то, больно ухватив за запястье, остановил меня. – Если обожралась, то смотри по сторонам, иначе…

Здоровенный мужик с квадратным злым лицом не договорил, его перебил голос Кира:

– Отпусти ее, она со мной.

– И че?! – гаркнул амбал, но это было последним, что я от него услышала.

Я даже не поняла, то ли Кирилл его отпихнул, то ли ударил, но мужчина вдруг испарился, словно его и не было.

– Пойдем, я тебя выведу, – предложил Кир и, поддерживая меня за талию, повел в сторону выхода.

Шла я так, как будто действительно перепила, спотыкалась на каждом шагу, и меня то туда, то сюда заносило.

– Вот же беда, – раздраженно бросил Кирилл, поднял меня на руки и понес.

Я не брыкалась и не сопротивлялась. Наоборот, обхватив его за шею, уткнулась носом ему в грудь. Все равно я ничего не видела перед собой, даже когда шла своими ногами, кроме картины, где Илья кувыркается с тремя голыми стриптизершами…

И наверняка до сих пор там этим заняты, ведь они были так увлечены процессом, что даже не заметили открытую дверь, в проеме которой стояла я в шоковом состоянии. Выждав паузу, Олег позаботился о соблюдении конфиденциальности интимных развлечений Ильи и прикрыл дверь.

Ночная прохлада и глоток свежего воздуха не принесли облегчения: когда страдает душа, телу ничего не поможет.

Кирилл устроил меня, не выпуская из рук, на заднем сиденье автомобиля, захлопнул дверцу и сел за руль.

Когда именно в дороге разрыдалась – не помню. Сначала смахнула одну слезу, потом вторую, а затем уже не обтирала лицо, согнулась и навзрыд плакала.

Кирилл меня не утешал, но чтобы не слышать стенания, включил громче музыку. А еще он, кажется, кому-то звонил, но ни слов, ни тем более сути разговора я не разобрала.

Авто затормозило, и я, подняв голову, заметила, что Кирилл зачем-то свернул налево и остановился в темном месте возле забора. Мне казалось, что мы с Ильей точно парковались не здесь.

Я даже опомниться не успела, как брат моего теперь уже бывшего жениха перебрался ко мне на заднее сиденье.

– Тш-ш. Тихо-тихо. Не плачь, – проводя большими пальцами у меня под глазами, нежно и заботливо произнес Кирилл и обнял меня.

Если до этого момента я хоть как-то пыталась сдерживаться, то после того, как Кирилл меня пожалел, вообще перестала что-либо соображать и не просто зарыдала, а, вцепившись в мужские плечи, взвыла как раненый зверь.

– Что? Что ты делаешь? – оттолкнула я Кирилла, когда поняла, что его действия уже давно вышли за рамки благого утешения, – он целовал меня в шею и пытался стянуть с меня свитер.

– Разве ты не хочешь отомстить? Разве не хочешь сделать Илье больно, так же, как он сделал тебе? Он с ума сойдет, когда узнает, что ты была со мной. Ему будет в тысячу раз хуже, чем тебе сейчас.

Более чем явственно я представила, как побледнеет Илья, узнав, что не он один насыщенно провел эту ночь, как схватится за голову, как начнет стучать от бессилия кулаком в стену, как станет ему мерзко и отвратительно. От этой воображаемой картины мне даже полегчало.

– Да, хочу, – с каким-то ликующим злорадством прорычала я и сама сняла с себя через голову свитер.

Особого приглашения Кириллу не понадобилось, он все сделал сам, от меня лишь потребовалось не сопротивляться. Да, было неприятно грешить с малознакомым мужчиной, но мысль об отмщении согревала мою душу и не давала остановиться.

Лишь когда все закончилось, я словно очнулась от страшного сна и осознала, что натворила. Какая месть? Зачем она была мне нужна? Разве стало легче? Сейчас во сто крат хуже. Мне теперь к самой себе было противно прикасаться, как будто я в грязи извалялась.

– Твои вещи уже собрали, сейчас водитель их принесет и отвезет тебя, куда скажешь, – равнодушно, не глядя на меня, сообщил Кирилл, сразу после того как оделся.

– Ты отплатил брату за ту свою девушку, с которой он переспал? Ну что, тебе полегчало? Мне – нет.

Я ждала любого ответа, но только не того, что Кирилл рассмеется.

– Да плевал я на ту шалаву и тогда и сейчас.

– Зачем же тебе тогда нужен был… – Вопрос я не закончила, думаю, Кирилл и сам отлично понял, что я имела в виду, – секс со мной.

– А чтобы, когда завтра, то есть уже сегодня, Илья протрезвеет и припрется к тебе прощение вымаливать, тебе и в голову не пришло его обратно принять.

– Тогда ты напрасно старался, я бы с ним даже разговаривать отказалась, – тихо сказала я чистую правду, у меня и в мыслях не было и, уверена, никогда впредь не возникнет желания иметь что-то общее с Ильей.

– Ну да, рассказывай, – зло усмехнулся Кирилл. – Такие, как ты, всегда поступаются личными эмоциями перед выгодой. Ради удачного замужества как миленькая проглотила бы обиду. А еще не удивлюсь, если и вовсе воспользуешься изменой Ильи как рычагом. Например, откажешься подписывать добрачный договор, а мой тупоголовый братец, чтобы загладить свою вину, на все согласится. Ведь он будет чувствовать, что перед тобой виноват. Зато теперь, если узнаю, что ты опять с Ильей снюхалась, расскажу ему, как быстро ты подо мной оказалась, и он сам тебя на все четыре стороны пошлет. Сиди здесь и жди водителя. Надеюсь, ты все поняла, и больше мы с тобой не увидимся, – как ножом резанул Кирилл жестокими словами и вышел из автомобиля.

Порыв выскочить из машины, не дожидаясь водителя с вещами, и убежать отсюда как можно скорее, поборола с трудом. И так дел натворила, пора уже и головой подумать. Куда я ночью пойду пешком ловить себе на пятую точку приключения?

Глава 10

Как Кирилл и обещал, вскоре подошел водитель и принес мою сумку. Не знаю, как я вытерпела, но в дороге ни разу не всхлипнула и не проронила ни одной слезинки, хотя гадливое чувство и раздирало меня буквально на куски. Успокаивала себя тем, что, когда останусь одна, тогда и наревусь. А еще совершенно точно решила: больше никому и никогда не покажу своих слез, потому что люди, оказывается, видя твою слабость, могут ею воспользоваться и растоптать твое самоуважение.

Так как на дворе стояла глубокая ночь, естественно, в общежитие я до утра не попала. Распорядок есть распорядок. Даже стучаться не стала, села на лавочку и дождалась, когда двери откроют. Зато у меня было время подумать, все осмыслить, чтобы принять решение поехать на каникулы к родителям в свой родной город. Вернусь только к началу учебного года, решила я, ведь дома и стены помогают. Тем более здесь я осталась из-за Ильи, а он теперь стал лишь неприятным эпизодом в моей жизни, который я очень постараюсь поскорее забыть.

Примерно через месяц без всяких тестов и врачей я поняла, что в положении. Во-первых, месячные, которые навещали меня всегда в срок, не начались, потом грудь набухла и увеличилась на полразмера, да и несвойственные мне предпочтения в еде подсказали.

Конечно же, я сделала тест, даже три, и все они, как один, вместе с анализами из женской консультации подтвердили – я стану мамой.

Девятнадцатилетней мамой-студенткой, которая ютится в общаге, живет на то, что посылают родители, и крохотную стипендию. Жесть.

– Беременность желанная? – стягивая перчатки после осмотра, задала мне гинеколог вопрос.

– Нет, – выдохнула я, – но рожать в любом случае буду.

– Ну и правильно, – сменив тон с прохладного на сочувственный, кивнула женщина. – Судя по ответу, я так понимаю, папаша дал деру? Ситуация стара как мир. Хотя подожди немного, может, он еще одумается.

– Вряд ли. Все сложно, – сползая с кресла, протянула я. – Как жить дальше, понятия не имею. Хоть руки на себя накладывай, но, опять же, нельзя. Малыш не виноват, что его мамаша не думала головой.

– Одевайся и присаживайся, – скомандовала врач. – Это тебе сейчас кажется, что мир рухнул и жизнь кончена. А вот ребенок появится, и ты поймешь, что жизнь-то, оказывается, только началась. Так что если хочешь родить здорового спокойного малыша, который спит по ночам, а не ор устраивает, не нервничай и не переживай.

«Не нервничай» сказать легко, да трудно осуществить. Когда каникулы закончились, в университет идти не хотела, извелась вся, боялась там Илью встретить. Позвонить он мне не мог – я сменила номер телефона, купив новую сим-карту, а вот подкараулить где-нибудь в холле после лекции – это вполне реально. От одной мысли, что придется отношения выяснять, коробило до тошноты, и я всячески пыталась избежать этого разговора. Один раз даже, заметив возле вуза похожего на Илью парня, в кусты сиганула, чуть ноги не переломала.

Но как после я узнала от наших с Ильей общих знакомых, я переживала напрасно – бывший жених решил продолжить образование за границей. Туда ему и дорога.

Чтобы мы с будущим малышом не голодали, перевелась на заочку и начала рекламировать себя как дизайнера интерьера: подала объявление на нескольких сайтах и стала вести свои странички во всех соцсетях.

На первых порах был полный голяк, но вода и камень точит. Упорствовала, руки не опускала, потому как другого выхода у меня не было. Сначала появился один клиент, затем второй, третий, а через какое-то время позвонил, я бы сказала, судьбоносный заказчик и спросил, смогу ли я не только сделать для него дизайн-проект, но и организовать ремонт квартиры под ключ. Хоть я и понятия не имела, где найти бригаду, как закупить материалы, где заказать мебель, но твердо ответила «да».

С тех пор пошло и поехало – в основном ремонтом под ключ и занималась. Не скажу, что шиковала, но на жизнь вполне хватало, даже на будущее получалось откладывать.

На восьмом месяце, когда превратилась в бочку на худых ножках, меня забеспокоила совесть. Каким бы козлом Кирилл ни был, но через несколько недель он станет отцом, а он об этом не знает.

Набрала его имя, фамилию и отчество в поисковике мировой паутины, сразу всплыл сайт их семейной компании. Позвонила в приемную, там меня переключили на личного помощника Кирилла. Поздоровалась так же вежливо с девушкой, как и она со мной, представилась и сообщила, что у меня к ее начальнику крайне важный разговор. На что после нескольких секунд ожидания получила ответ, вернее, убедительное требование никогда больше не пытаться связаться с Кириллом.

Было противно и оскорбительно, крайне гадливо – да, это чувство я испытала, но зато бремя ответственности с себя сняла. Я честно хотела рассказать о ребенке, но Кирилл даже побрезговал сам трубку поднять, отшил меня через секретаря. Но зато на этом точка, моя совесть чиста.

Глава 11

Спустя шесть лет

Порадовавшись, что нашлось свободное место, я припарковалась и побежала со всех ног. На часах почти семь, наверняка Вадик опять остался один, после того как остальных детей из детского сада родители забрали. Каждый раз поражаюсь: вроде бы основная часть страны работает до шести вечера, а ребятишки из группы уже к пяти испаряются, ну максимум к шести.

– Черт, – запыхавшись, ругнулась я.

Который день все та же картина: на детской площадке на лавочке сидит воспитательница, а в песочнице в гордом одиночестве – мой Вадик играет с машинкой. Это еще хорошо, что Елена Борисовна на меня косо не смотрит. Если бы не я, она бы уже дома, сидя перед телевизором на диване, сериал смотрела бы и чай с плюшкой пила. Надо бы отблагодарить ее за понимание. В прошлый раз ей вроде было приятно получить сертификат в косметический магазин, надо подарить ей еще один такой же.

– Мама! – обрадованно крикнул сыночек, когда заметил меня и, прихватив с лавочки рюкзак с курткой, рванул в мою сторону. – Мы же сегодня пойдем в парк? Помнишь, ты обещала?

– Если обещала, значит, пойдем обязательно, – целуя по очереди сладкие щеки, говорю я. – Мама всегда слово держит, – чмокнула три раза в макушку и крепко обняла его. Не задавить бы, но так соскучилась, что прямо бы затискала, зацеловала, заласкала, залюбила.

В парк мы добрались, естественно, через магазин, накупили всякой всячины: жвачку, вкусную воду – это Вадя так называет воду со вкусом клубники, яйцо с сюрпризом, пять штук слаймов (у меня от них скоро глаз начнет дергаться – такое ощущение, что все дети мира на них помешались). А еще переводки, наклейки и, конечно же, новую игрушечную машину.

– Ж-ж-ж, – на асфальтированном тротуаре правой рукой сын разогнал новый автомобиль и лихо подрезал другой, тот, что держал в левой. А я вынула из сумки телефон, так как он зазвонил.

– Привет, Инга, – ответила я.

– Привет! Есть срочный разговор, надо встретиться прямо сейчас. Ты можешь в офис подъехать? – привычно быстро затараторила девушка, которая в данный момент была моим партнером по бизнесу. Три года назад мы с ней основали фирму, которая нам обеим приносила хороший стабильней доход.

– Нет, подъехать не могу, мы с сыном в парке. Если срочно, то сама подъезжай, чувствую, мы с новой машинкой здесь надолго.

– Сам ты курица с гранатой в зубах! – неожиданно Инга начала вопить в трубку.

Издалека в трубке послышался автомобильный гудок – видимо, сейчас Инга была за рулем и ругалась с другим водителем.

– Вы же в том парке, который возле вашего дома? – она вновь переключилась на меня.

– Ага.

– Тогда еду к вам.

– Как у тебя сын-то подрос! Скоро в школу пойдет, в этом году, да? – примерно через сорок минут услышала я голос Инги, а сама она смотрела на совершенно незнакомого мне мальчика.

– Это не Вадик, мой сын тот, что в красной кепке устраивает авторалли, – отозвалась я и обратилась к сыночку: – Вадя, похоже, новая машинка у нас до утра не доживет, сломается, да?

– Не знаю, мамочка, но дверца уже отвалилась, – виновато пробормотал сын и с детской непосредственностью озорно улыбнулся: – Но я не виноват. Ты же сама говорила, что в этом магазине все игрушки плохие, быстро ломаются.

– Представляешь, мой Олег в какую-то глухомань собрался на заработок, – сообщила Инга, подсаживаясь ко мне.

– Сочувствую, ты вроде как на него много надежд возлагала.

– Пока что для сочувствия повода нет, он меня с собой позвал, и я решила поехать. Что скажешь?

– Скажу, что я бы на твоем месте вслед за любимым на край света не побежала. Мужики – народ ненадежный. Сегодня одно говорят, завтра – другое, послезавтра – третье, и уже не тебе.

– Да я все это знаю, но он меня замуж позвал. Мне тридцать пять, когда в следующий раз позовут – неизвестно, если вообще позовут. Думаю, надо рискнуть. Ведь не попробуешь – не узнаешь. Так ведь?

– Тебе видней. Только если уже собралась в дорогу, зачем меня спрашиваешь? – поинтересовалась я, отлично понимая, почему Инга примчалась. Ей мое благословение до лампочки, она приехала наше совместное дело делить.

– Выкупишь у меня мою долю в фирме?

Этих слов от бизнес-партнера я ждала как манны небесной, но виду не показала, что обрадовалась, ведь впереди нам предстоит обсудить цену. А наше сотрудничество уже год как изжило себя. Если на первых порах оно способствовало подъему нашего бизнеса, то теперь лишь мешало его расширять. Мы превратились в двух хозяек, толкущихся на одной кухне. И даже то, что мы разделили клиентов и каждая из нас вела свой заказ независимо от другой, не помогало.

– Сколько ты хочешь? – улыбаясь и глядя исключительно на сына, спросила я.

Инга озвучила сумму. Я рассмеялась и высказала свое мнение:

– Твоя доля в фирме столько не стоит, и даже если к ней мою часть присоединить, все равно эта цена не реальна.

– А ты сколько предлагаешь?

У девушки сейчас такое лицо, словно она собралась от волнения грохнуться в обморок.

– Тридцать процентов от суммы, которую ты запросила.

– Грабеж, если честно, – сквозь зубы процедила Инга, – давай хотя бы семьдесят пять.

– Нет.

– Ну, Алиса, мне же понадобятся подъемные, мы с тобой так хорошо вместе работали, можно сказать, стали подругами.

– Вот именно по этой причине и жду от тебя скидки, – парировала я.

– Так, все, стоп! – Инга замаячила у себя перед лицом руками, словно дым разгоняла. – Ты же еще не знаешь, что на днях я очень, очень, ну очень жирный заказ отхватила. Договор с организацией, то есть с юридическим лицом, ну типа мы у них в здании ремонтные работы проводим, на самом же деле глобально ремонтируем дом генерального. Там такие хоромы, скажу я тебе, плюс территорию надо облагородить. Работы минимум на полгода хватит. Директор у них – мужик лет шестидесяти, плюс-минус пять лет. Но знаешь, такой живчик, видно, в молодости был просто отпад. Постоянно щиплет меня за попу, шутит похабно, часто с матом, но главное – не жадный и не особо вредный. Ну как, после таких новостей накинешь к предложению еще хоть что-то?

– Накину, – выдохнула я, – десять процентов и то сначала расчудесный договор посмотрю.

Как это ни странно, но Инга, говоря о новом заказе, ничего не приукрасила. Более того, я бы даже сказала, что она приуменьшила его выгоды. Ведь после выполнения прибыль от него с лихвой должна окупить все мои расходы по приобретению доли партнера.

Несколько дней ушло на переоформление документов, внесение изменений в устав фирмы, также Инга передала мне все свои текущие заказы, а сегодня я с утра поехала посмотреть на уже мой жирный, как Инга выражалась, заказ.

Забила в навигаторе адрес, включила музыку, от предвкушения успеха тихонечко мурлычу под нос любимую мелодию. Жизнь налаживается. Такими темпами скоро ипотеку закрою.

Глава 12

Когда навигатор привел к коттеджному поселку элит-класса и я притормозила возле шлагбаума с табличкой «Въезд строго по пропускам», желание петь резко отпало. И не потому, что у меня не было пропуска, о нем-то как раз моя ответственная помощница заблаговременно позаботилась, дело в том, что местность оказалась до боли знакомой.

Не стала расстраиваться заранее, потому что не была уверена на все сто процентов, но все-таки показалось, что именно через этот пост охраны шесть лет назад мы проезжали с Ильей, когда он вез меня знакомить со своей родней.

Ничего предъявлять не пришлось, стрела шлагбаума взмыла ввысь. Видимо, охранник сверил мой номер машины со списком дозволенных и пропустил меня.

Через сто метров я уже не сомневалась – поселок тот же, но нервничать все равно рано, здесь несколько десятков домов. Вероятность, что мой жирный заказ поступил от ненавистной семейки, ничтожно мала.

Мала же?

Прямо, налево, затем поворот… Все, можно считать, что отделалась легким испугом, по этой дороге определенно проезжаю впервые.

«Пункт назначения находится справа», – через некоторое время сообщил навигатор.

Нажав педаль тормоза, поворачиваю голову в нужную сторону, щурюсь, всматриваюсь и выдыхаю со стоном:

– Сука, ну как так-то?!

Да, забор другой, и, по-моему, ворота сменили, но все, что находится за ними, я определенно узнала.

Дышу глубоко, но воздуха все равно катастрофически мало, мне то жарко, то холодно, то хочется с истерикой рассмеяться, то тянет навзрыд порыдать, неизменно одно – трясет, как при ознобе.

Резко задержала дыхание, выпрямилась, прикрыла глаза и сама себе приказала: «А ну, взяла себя в руки и быстро в чувства пришла!»

Шесть лет прошло, столько воды утекло, не факт, что семейство Ильи и Кирилла до сих пор домом владеет. Вполне могли и продать. Это, кстати, очень похоже на правду – они продали, и новый владелец решил сделать ремонт.

Дабы убедиться в своем предположении, через телефон вошла в электронную почту, открыла письмо Инги, к которому она прикрепила скан договора, открыла файл и ищу, кто, собственно, со второй стороны контракт подписал. Обычно же подписывает генеральный директор. Если там нет фамилии Берман, можно смело выпрыгивать из салона на улицу и, задрав голову вверх, кричать небесам «спасибо!».

Чуда не произошло, договор ничего не выявил. Подписывал его не директор, а глава юридического отдела по доверенности. Полезла в Интернет, название-то фирмы у меня есть, забила его в поисковик, зашла на официальный сайт компании и поняла, что судьба последнее время меня баловала, холила, лелеяла, по голове гладила, а теперь решила свинью подложить.

– Ну здравствуйте, господа Берманы, – пробормотала я, глядя на дом. – Шесть лет с вами не виделись, лично я бы с вами, с гадами, еще двести лет не пересекалась бы. Но нет, дернул же вас черт затеять ремонт, и чего не сиделось в старых стенах?

Склонив голову, пальцами усердно массирую виски, ищу выход из ситуации.

Отказаться от выполнения заказа – не вариант. Бригада уже приступила к работе, материалы заказаны на весомую сумму, аванс нам перечислен, да и когда у Инги выкупала ее долю, очень рассчитывала на доход от договора. С другой стороны, несколько месяцев находиться вблизи Берманов – это бередить старые раны, а еще неизвестно, как они к моему присутствию отнесутся, скорее всего, погонят в три шеи. Хотя, если они сами откажутся сотрудничать со мной, выйду из положения пусть и с потерями, но с минимальными, ведь тогда им придется заплатить мне неустойку.

Эх, развернуться бы сейчас, ударить по газам и уехать, но это лишь отложит проблему, но никак ее не решит. А у меня есть выверенное временем правило: чтобы лишний раз не нервничать и не переживать, решение неприятных вопросов никогда не оставлять на потом, а то они стоят над душой и не дают расслабиться.

Подъехав к воротам, посигналила. Тут процедура идентификации прошла по всем правилам: вышел охранник, попросил документы, в салон заглянул на предмет пассажиров и лишь после меня запустил.

Близко к дому не поехала, припарковалась рядом с автомобилем Максима (это один из наших трех бригадиров, отличный парень, толковый и свое дело знает). Сижу. Вроде бы надо выходить, но рука отказывается тянуться к ручке и дверь открывать.

– Алиса, ну наконец-то приехала, – из приоткрытого окна послышался голос Максима. Команда у нас с Ингой в фирме вся подобралась примерно одного возраста, поэтому, общались мы между собой исключительно на «ты» и насчет отчества не заморачивались. – Тут шпаклевку доставили, лично я такую херню не заказывал, но поставщик уверяет, что все верно. Посмотри накладные, разве мы это… Алис, ты чего бледная такая? – резко сменил тему Макс, когда на меня глянул. – Случилось что-то?

Отрицательно мотнув головой, вышла наконец из машины и принялась изучать документы, которыми минуту назад возмущенно тряс парень.

Вглядываюсь в номенклатуру, но перед глазами все плывет, цифры и буквы сливаются.

– Не беспокойся, разберусь. Если поставщик напортачил, заменит, – пообещала я и попросила: – Ты мне сейчас лучше о клиенте расскажи, чтобы понимала, с кем дело имею.

Макс пожал плечами:

– Мужик как мужик, в возрасте, весь бодрячком, при бабках, естественно. Ну что еще сказать? Ты же знаешь, после того как отремонтировал балкон чуваку, который возомнил себя Нео из «Матрицы», меня вообще больше никакими закидонами не удивить.

– В возрасте, значит. Хорошо. А как насчет родни, жена там, дети?

– Жены вроде бы не видел. Хотя приезжает тут иногда одна цаца, с мальцом и хряком в компании. Но они к нам не лезут, мы к ним тоже, кто такие – черт разберет.