Жестокая любовь

Наталья Соболевская

Жестокая любовь

Глава 1

Кирилл

– Кир, что-то ты подозрительно спокойный. Твоему брату недавно стукнуло всего двадцать один, а он уже тащит в дом не просто одноразовую девицу, а невесту. Думал, ты будешь рвать и метать, а ты ему мальчишник устраиваешь. Неужели не против, что Ильюха женится, как ты в прошлый раз выразился, на «подзаборной»? – развел демагогию Андрей, когда я ему позвонил, вместо того чтобы просто ответить, приедет он к нам или нет.

– А с чего мне быть против? Конечно пускай женится. Лет через пять-шесть, и на девушке нашего круга. А с этой малолетней шалавой я за выходные разберусь. Как миленькая ускачет обратно в свою конуру и об Илье думать забудет. И твоя помощь мне не помешает. Так ты приедешь или как?

– Не обессудь, Кир, но «или как». Мне совсем не по кайфу наблюдать за тем, как ты проглатываешь бедную девочку, перевариваешь и отплевываешь… куда ты там сказал – в конуру?

– Да и хрен с тобой! Девочку он пожалел. Без тебя справлюсь.

– Кто бы сомневался, что справишься.

Алиса

Машина с откидным верхом – это, конечно, крайне эффектно, на нас с Ильей каждый третий таращится, но, если ты девушка и у тебя длинные волосы, твоей прическе – хана. В прямом смысле. Час в ванной с утюжком простояла, а теперь на голове – потрепанный веник. Это я еще молчу про слой пыли, пропитавший мое лицо, и не упоминаю о несчастном летучем насекомом неизвестной породы, которое я проглотила. Хотя тут я сама виновата, меньше надо рот открывать, но опять же, ничего не могу с собой поделать. Особенность у меня такая, когда я счастлива, – болтаю без остановки.

А сейчас я не просто счастлива, а чувствую себя на седьмом небе. Сама себе завидую. И причиной тому – мой парень Илья. Он умный, добрый, веселый, красивый, щедрый, заботливый и, самое главное, влюблен в меня так же сильно, как и я в него. Через месяц мы поженимся, через три года ляльку родим. Да, с ребенком придется подождать, ведь мы оба – еще студенты. Через пять лет крепко встанем на ноги и построим огромный дом, через семь лет у нас намечено второе прибавление в семействе… В общем, ждет нас с Ильей будущее, как в сказках: они жили долго и счастливо и умерли в один день!

– Алиса, ты какая-то неправильная невеста. Обычно девушки переживают перед знакомством с семьей жениха, волосы на голове рвут, а у тебя такое лицо, как будто ты обнаружила, что последнее выложенное в соцсеть фото набрало за одну ночь миллион лайков, – звонко шлепнув меня по голой коленке, с улыбкой от уха до уха заявил Илья.

– А-а-а, вот, значит, как, – прищурившись, протянула я с такой многозначительной интонацией, словно выведала страшный секрет. – То есть все девушки, которых ты до меня в дом водил, чтобы представить их как будущую жену, по дороге грызли ногти и от страха тряслись? Понятно. Не оправдала, значит, я ожидания, так сказать, не вписалась в общую статистику. Ну-ну…

– Да никого я не водил. Ты первая, – возразил Илья, несколько раз оборачиваясь на меня.

– Тогда откуда знаешь, что мне положено волосы на голове рвать?

– Как откуда? Знакомые парни или друзья рассказывали, как их девушки нервничали. Наверное.

Я закатила глаза.

– Все твои друзья от слова «женитьба» бледнеют и убегают с выпученными глазами, а те, кто послабей, мотая головой, повторяют, как в бреду: «Нет-нет, только не это», – и в обморок падают.

– Ладно, я об этом по фильмам сужу. Так устроит? Часто же показывают эпизод, как девчонка, сидя с подружками у себя в комнате, мучится, решая, что бы ей поприличнее и поскромнее надеть, чтобы родителям жениха понравиться.

– Поскромнее и поприличнее, говоришь? – пробормотала я, призадумалась и оглядела себя. Майка со смайликом на груди, короткие шорты и кроссы, которые мой папа назвал бы «говнодавами». Нет, у меня, конечно, с собой в сумке есть и другая одежда, но родным Ильи придется впервые увидеть меня именно такой. – Черт побери, ну зачем ты мне это сказал? Теперь, как правильная невеста, буду переживать. Посмотри на меня: где я и где элегантность? Твои меня точно забракуют.

– Не «твои», а «твой». Отец в отъезде. Нас ждет только Кирилл.

– О-о-о, тогда я спокойна, – махнула рукой. – Одного твоего брата я уж как-нибудь очарую. Не проблема. Можно расслабиться.

По тяжелому вздоху Ильи понимаю, что расслабляться мне как раз и не стоит.

– Лисенок, если бы куда-нибудь укатил Кир, а ехали мы знакомиться только с отцом, вот тогда да, был бы полный порядок. Папик, конечно, тебя бы шокировал тем, что в первую очередь, прежде чем поздороваться, вслух оценил бы размер груди, следом похвалил бы попку. Он у меня своеобразный – что в голове, то и на языке, причем с языка у него слетают преимущественно маты. Твои бы ушки точно свернулись, но в целом он адекватный, с ним бы ты нашла контакт. С Киром нет. Сразу предупреждаю: даже не старайся понравиться, не получится. И дело, малыш, не в тебе, – заметив мою кислую мину, поспешил успокоить Илья, – то есть я имею в виду не твой характер, внешность или как ты одета…

– Дело в деньгах? – догадалась я. – Вернее, в отсутствии у меня оных, да?

– Да. Поэтому не рассчитывай на теплый прием. В лучшем случае он тебя удостоит холодным игнором, в худшем – заведет беседу, что ты для меня неподходящая пара. А еще я совсем не удивлюсь, если он попытается тебя подкупить и предложит круглую сумму за разрыв отношений.

– Ё-пересете, а почему я об этом слышу только сейчас? – с глазами, полезшими мне на лоб, выпалила я. – Разворачиваемся и едем обратно. Меня жизнь к такому не готовила. Чего улыбаешься? Поворачивай, говорю!

– Не трусь, Лисенок, прорвемся. Я для себя все решил, ты для себя все решила. Что Кир может? Да ничего. Порычит, потрясет бабками, но все равно же обломится.

Глава 2

Худо-бедно, но Илье удалось уговорить меня не менять планы и не возвращаться домой. Тревога из-за предстоящего знакомства, конечно, осталась, но, в самом деле, если крепко держать оборону, то Кириллу ничего не останется, как смириться с нашей свадьбой.

Дабы у брата Ильи не было лишнего повода в чем-либо меня упрекнуть, попросила остановиться, убежала в кустики и переоделась в ту единственную вещь, которая не помялась в сумке. К счастью, ею оказалось незамысловатое бежевое платье ниже колен, облегающее фигуру, а еще сменила кроссовки на открытые туфли.

Когда Илья с пульта открыл раздвижные ворота, чтобы заехать на территорию дома, у меня в буквальном смысле отвалилась челюсть, и чтобы она закрылась обратно, пришлось давить на подбородок.

Конечно же, я догадывалась, что мой жених из обеспеченной семьи, но чтобы настолько – даже не предполагала. Илья часто меня куда-нибудь приглашал, легко расплачивался по немалому счету, на его одежде всегда красовался известный дорогой бренд, телефоны он менял, как только выходила новинка. О машине и вовсе молчу, страшно представить, сколько эта спортивная красавица стоит. Но Илья никогда не кичился своим материальным положением, запросто мог купить парочку хот-догов по дороге к университету и, сидя на лавочке, вместе со мной их схомячить. И уж тем более никогда не хвастался и не глумился над теми, кто водит отечественный автопром и покупает одежду по скидкам, как, например, это делаю я.

Поведение жениха, видимо, и ввело меня в заблуждение. Я думала, что его семье принадлежит успешная, при этом не очень крупная фирма, но, судя по представшему передо мной дому, вернее, по нескольким домам на огороженной трехметровым забором территории, тут попахивает не фирмой, а целой империей или холдингом – я не особо разбираюсь в этих вопросах. Теперь мне стали более понятны мотивы Кирилла, ему действительно есть что охранять. Только насчет меня зря он переживает – плевать я хотела на их деньги. Даже если бы у Ильи ветер в карманах гулял, любила бы его точно так же, как и сейчас.

– У вас очень красивый дом, – сказала я, когда дар речи ко мне вернулся, – и очень большой. Наверное, по площади его можно сравнить с пятиэтажкой, в которой мы жили с родителями.

– Кир нас уже ждет. – Вместо того чтобы отреагировать на мою шутку, Илья кивнул на мужскую фигуру, которая виднелась где-то вдалеке.

Вроде бы я и не из робкого десятка, но после рассказа Ильи, чем ближе мы подходили к Кириллу, тем сильней у меня тряслись поджилки. Во все глаза всматриваюсь, чтобы будущего родственника-монстра разглядеть, и с удивлением отмечаю, что Кирилл гораздо моложе, чем я себе его представляла. Лет двадцати шести или семи, но точно не старше.

Высокий, примерно одного роста с Ильей. Телосложение отличное, спортивное, опять же, как и у брата. Волосы, правда, темнее, лицо обрамляет модная нынче борода, нос прямой, аккуратный, я бы даже сказала, аристократический, губы пухлые, красиво очерченные, выпирающий кадык на шее (а как же мужчине без выразительного кадыка?), цвет глаз пока не разберу. Одет? А одет он, как и положено богатому человеку, дорого, стильно и, надо сказать, со вкусом. Так, что еще? А, ну да, взгляд. Взгляд у нас надменный, холодный, уверенный и направлен он, кажется, на меня. Все, теперь и пальцы подрагивают, и чувствую, как подмышки резко решили вспотеть.

Так, Слутская, а ну, взяла себя в руки, не показывай хищнику свой страх, а то ведь сожрет.

Илья паркуется, глушит машину, и я с паникой понимаю, что вот уже сейчас придется выходить. Лишь бы кожа от нервного напряжения пятнами не покрылась, со мной такое бывает, редко, но все же бывает.

Жених достает из багажника мою сумку, подходит к дверце и открывает ее, помогая мне выйти:

– Лисенок, я рядом, не бойся.

Охотно вкладываю ладонь в руку Илье и иду за ним следом, правда, взгляд опустила, как будто сильно опасаюсь упасть.

– Вы опоздали, – вместо приветствия, спокойно и ровно произносит приятный мужской голос с легкой хрипотцой.

– Кир, только в твоей личной вселенной задержка на три минуты является опозданием, – весело хмыкнул Илья и, крепче сжав мою руку, слегка подтолкнул меня бедром. – Лисенок, знакомься, эта сварливая, вечно брюзжащая и до противного пунктуальная бабулька и есть мой брат Кирилл.

Продолжать и дальше таращиться на туфли больше невозможно. Вынужденно поднимаю голову и вопреки ожиданиям встречаюсь не с холодными глазами монстра, а с серо-голубым изучающим взглядом вполне себе человека.

Ну что можно сказать о Кирилле при совсем близком рассмотрении его? Хорош и даже больше, чем хорош. Если мой Илья красив как бог, то его старший брат, хоть и проигрывает во внешних данных, зато берет реванш своей какой-то нереальной харизмой, изюминкой и внутренним стержнем. К гадалке не надо ходить, чтобы понять – Кир считает, что он как минимум пуп земли, а его уверенный вид, подача себя и окутывающая аура царственной персоны убеждают окружающих, что это действительно так и есть.

Не одна я занималась оцениванием, брат жениха не спеша тоже просканировал меня с головы до ног. Начал с лица, задержавшись взглядом на моих губах. Далее взгляд спустился вниз, к груди, и хоть Кирилл вслух мою грудь не прокомментировал, как, по словам Ильи, поступил бы их папа, но ее размер явно для себя отметил. Потом взгляд прошелся по фигуре, зацепился за бедра, скользнул по ногам и вновь вернулся к моим глазам.

– Добрый день, Алиса, рад знакомству.

В воздухе опять прозвучали хрипловатые нотки, и мне протянули ладонь для рукопожатия.

– Добрый, и мне приятно познакомиться с вами. – К своему удивлению, фразу произношу четко, без нервного дрожания в голосе и жму теплую сухую ладонь. Кожа, правда, на руке у Кира немного грубая, но приятных тактильных ощущений этот факт, как ни странно, не портит, наоборот, сразу понимаешь, что здороваешься с уверенным мужчиной.

– Может, перейдем на неформальное «ты»? – предлагает мне Кирилл и, естественно, я соглашаюсь:

– Да, конечно.

– Отлично, договорились. Пройдем в дом.

Фу-у! Я выдохнула и пошла вверх по ступеням. Ну не знаю. Рано еще, конечно, судить, но, по-моему, Илья зря наговаривает на брата. Высокомерный – есть такое, но это пока терпимо. С порога меня гадостями не забросали, сквозь зубы со мной не говорили, в ворота пальцем не тыкали, чтобы на все четыре стороны выметалась. Наоборот, поприветствовали, внутрь пройти пригласили и даже один раз почти улыбнулись.

Нет, все-таки надо бы попробовать подружиться с Кириллом, вдруг получится, вот Илья удивится!

– Тебе вверх и направо, – показывая рукой направление, говорит мне Кирилл, как будто в выделенную для меня спальню я пойду без провожатого.

– Ошибаешься, Кир, Лисенку вверх и налево, – обгоняя брата, бросает Илья и мне подмигивает.

– Ты сменил комнату? Не знал, – доносится нам в спины, когда мы уже забираемся на второй этаж по широкой витой лестнице.

– Нет, не сменил. Лисенок пожелала поселиться от меня отдельно, поэтому и налево, – не оборачиваясь на брата, поясняет Илья, и позади слышится: «Х-хм»…

Это самое «х-хм» ничего не означает, кроме как усмешку. Мол, ну-ну, решила покрасоваться и порядочную из себя изобразить.

Обернулась, можно сказать, случайно, на автомате. Ну не люблю я, когда у меня за спиной кто-то вот так хмыкает, а Кирилл смотрит на меня открыто, вполне себе дружелюбно, лицо сарказма не выражает.

Улыбнулась и пошла дальше.

Наверное, мне показалось, потому как не надо приписывать другим мысли, которых те не выразили словами.

Глава 3

Кирилл

– Ну и что это такое было?

Одновременно с вопросом Ильи слышу за спиной его шаги.

– Если хочешь получить адекватный ответ, конкретизируй вопрос, – отвечаю я, продолжая наблюдать из окна за тем, как на улице порыв ветра, непонятно откуда налетевший в такую солнечную погоду, низко нагибает к земле молодое неокрепшее деревце.

– Ты был, на удивление, вежлив с Алисой. Почему так?

– Я всегда вежлив с людьми, – произнес я практически правду.

– Это только с твоей точки зрения так. А по-моему, ты с чужими невыносим. Да и со своими, кстати, та же история. А тут ты явно через себя переступил. Что-то задумал? Вот только не надо сказки рассказывать, что Лисенок понравилась тебе.

– Неужели ты действительно допускаешь мысль, что твой Лисенок кому-то из мужчин может не понравиться? – Я развернулся к брату лицом. – Уверяю, ни у кого и единого шанса не будет пройти мимо, если она потрясет перед ним грудью и повиляет попой. Разница лишь в том, что умный попользуется и бросит, а вот дурак решит жениться.

– У тебя все кругом дураки. Я люблю ее, поэтому и женюсь.

– Не сомневаюсь, что любишь. Ты у нас вообще парень любвеобильный. Постоянно в кого-нибудь влюбляешься, бывает даже, что на дню по два раза. В одном клубе влюбляешься в блондинку, затем едешь в другой клуб, а там уже великая любовь к брюнетке. И так триста шестьдесят пять раз в году. Разве не так?

– С Алисой все по-другому. Она особенная.

Я не сдержался и рассмеялся. Судя по лицу, Ильюха действительно верит в те глупости, что твердит.

– Ее особенность лишь в том, что ты задержался с ней дольше, чем с другими. Аж целых два месяца – несусветный рекорд! И ничего против твоей свадьбы я не задумал. – Вот теперь я принялся врать, дабы усыпить бдительность брата. – Надеюсь, что ты сам ее отменишь, когда органу в штанах надоест одно и то же, ведь он у тебя – фанат разнообразия. В крайнем случае получишь урок, что не стоит жениться на ком попало, когда при разводе твой милый нежный Лисенок превратится в жадную тварь и попросит огромные отступные в качестве компенсации за моральный ущерб. Единственное, что посоветую, ребенка не заводи, а то будешь служить Алисе дойной коровой до конца своих дней.

– Зачем ты так говоришь, если ее совсем не знаешь?! – дернулся со сжатыми кулаками на меня брат, но дать мне в челюсть, защищая Алису, так и не посмел, потому что отлично помнит, в чью пользу заканчиваются все наши с ним драки.

– А чего ты так кипятишься, разве я ее хоть чем-то обидел? Наоборот, в данной ситуации она-то как раз в моих глазах выглядит гораздо умнее тебя. Ей всего девятнадцать, а она уже нашла дебила, который может ей обеспечить безбедное будущее, – рявкнул я.

– Нет, она просто нашла человека, которого полюбила.

Сука, опять Илья про эту любовь. Сам бы ему сейчас с удовольствием пару раз в челюсть втащил, да боюсь, не поможет.

– Алиса бы и меня охотно полюбила, и нашего отца в его шестьдесят приголубила бы, да что там, она бы нам всем троим одновременно все, что угодно, позволила бы с собой сделать, если бы после поимела ту же выгоду, что и от брака с тобой.

– Меня от тебя тошнит, – брезгливо произнес брат.

– Аналогично. Терпеть не могу слабоумных, они меня бесят, – не остался я в долгу.

Илья бросает на меня испепеляющий взгляд и уходит, но, сделав пару шагов, разворачивается и, тыча в меня пальцем, цедит сквозь зубы:

– Кир, знаешь, в чем твоя проблема? Ты меришь людей по себе. Алиса и корысть – это две несовместимые вещи. Но тебя же не переубедить, верно? В общем, думай что хочешь, только не мешай.

Алиса

Еще задолго до своего поступления в университет на дизайнера я увлекалась тем, что, как только оказывалась в необычном, уникальном помещении, в уме прикидывала, как бы я его переделала.

Вот и сейчас отведенная мне ну просто нереального размера спальня вызвала во мне профессиональный интерес. Бегом разложив вещи, я уселась посередине комнаты по-турецки и усердно мысленно начала делать здесь ремонт: подбирать цвета, ткани, мебель, освещение…

– Ой! – От неожиданного стука в дверь я вздрогнула, но быстро поднялась на ноги, поправила одежду и, прокашлявшись, отозвалась:

– Да, войдите!

Блин, а может, мне надо было самой подойти к двери и открыть?

Хотя поздно уже гадать, надеюсь, все правильно сделала, а то этих богатых не поймешь.

– Добрый день! – В комнату вошла женщина средних лет в униформе: в черном платье и белом фартуке. Обычно в моих любимых сериалах так одета прислуга в хозяйских домах. – Мне велено вам передать, что вас ожидают в малой гостиной.

Я кивнула:

– Простите, а можно уточнить, кем именно велено?

– Господином Берманом. – Женщина произнесла это таким тоном, как будто я ляпнула несусветную глупость.

– А-а, понятно, – опять зачем-то кивнула я, хотя на самом деле затруднялась припомнить, кто такой этот господин Берман.

Лишь когда женщина ушла, я стукнула себя по лбу и рассмеялась. Берман – это же фамилия Ильи, вот я дурында, это ведь он меня ждет!

Подскочив к зеркалу, проверила, как выгляжу, мазнула по губам блеском, пару раз прошлась расческой по волосам и пошла на встречу к любимому.

Спустившись по лестнице, оказалась там, где мы с Ильей расстались с Кириллом, и огляделась по сторонам.

Так, а где у них тут, интересно, гостиная, да еще и малая?

– Не знаете, куда идти, Алиса?

Да что это за напасть? С чего вдруг я начала на каждом шагу вздрагивать?

– Не знаю, – обернулась я на голос Кирилла. – Вы… вернее, ты не подскажешь мне, где малая гостиная?

– Без проблем, даже провожу.

А вот это лишнее, конечно, ну да ладно. Все равно ведь возражать не стану, а то еще разобидится. Ага, и заплачет.

Глава 4

Мало того что Кирилл вызвался меня провожать, так он еще, подойдя ко мне, демонстративно выставил согнутый локоть, жестом призывая взять его под руку.

Взяла. А что делать? Не шарахаться же от него, будто я дикошарая.

– Алиса, комфортно ли ты устроилась, тебя все устраивает? – после пары шагов поинтересовался Кирилл.

Либо он одаренный актер, либо его действительно заботит, удобно ли мне.

– Если бы ты видел, в каких шикарных четырехместных апартаментах в общаге я сейчас живу, где удобства – на этаже, три душа на пятьдесят восемь девчонок, а порой, чтобы сходить в туалет, надо отстоять километровую очередь, уверяю, вопрос о том, комфортно ли мне в вашем доме, не был бы задан, – весело отозвалась я.

Кирилл, притормозив, внимательно на меня посмотрел.

– Что, – не выдержав пристального взгляда, спросила я, – удивлен, что люди в таких условиях живут? Так для студентов это обычное дело.

– Даже те, кто ни разу не заходил в общагу, о студенческом быте в ней наслышаны. Любопытно другое. Обычно все хотят казаться лучше, чем они есть, а ты в открытую рассказываешь об очередях в туалет.

Судя по тому, с каким огромным интересом разглядывает меня Кирилл, я действительно его удивила.

– Мне просто кажется, что корчить из себя черт-те кого и завышать о себе мнение – дело заведомо проигрышное. Рано или поздно человек поймет, чем ты дышишь и кем на самом деле являешься, а так как он ожидал совершенно иного, то, скорее всего, в тебе разочаруется. Гораздо выгодней оставаться собой.

– Занятная позиция. – Кирилл вновь возобновил движение. – Сложно сказать, насколько она действительно выгодная, но то, что честная, – это точно.

Мне всегда почему-то казалось, что гостиная, пусть даже малая, должна быть где-то рядом с главным входом, чтобы сразу туда провожать гостей, а мы с Кириллом все шли и шли, и наш путь казался бесконечным.

Интересно, приглашая меня неведомо куда, Илья не подумал, что я могу заблудиться и не найти нужную комнату?

Неожиданно меня осенила догадка. Возможно, а скорее всего, это так и есть, спуститься меня просил вовсе не Илья, ведь в данный момент господ Берманов в доме двое.

– Алиса, ты сейчас на меня так странно посмотрела. Хотела что-то сказать или спросить? – поинтересовался Кирилл, когда я бросила на него вопросительный взгляд.

– Вообще-то да. Это ты за мной женщину посылал?

– Да. А что, она разве не сказала, кто тебя ждет?

– Сказала, – выдохнула я. – Только я все напутала и подумала, что это Илья.

– А теперь, когда ты в курсе, ты же не против со мной немного посидеть, поболтать.

«Против, конечно, и еще как! Вдруг ты начнешь мне угрожать или попытаешься денег всучить за разрыв отношений с Ильей, да и подозрительно как-то, что эта малая гостиная так далеко. Надеюсь, ты меня туда ведешь не с целью придушить без свидетелей».

– А о чем ты хочешь поболтать и почему без Ильи?

– Хотел о тебе поподробнее расспросить. А если тебя что-то о нашей семье интересует, могу рассказать. А без Ильи потому, что брат привык в любом моем слове или поступке видеть подвох. Но, судя по тому, как ты расстроилась, что я тебя пригласил, обо всех особенностях моего характера ты предупреждена, – Кирилл невесело усмехнулся.

– Я не против пообщаться с тобой наедине, – просто согласилась я, не вдаваясь в подробности наших личных разговоров с женихом. К тому же, похоже, до пункта назначения мы добрались, поскольку Берман открыл передо мной какую-то дверь и сделал приглашающий жест.

О-о-о, а кто-то основательно подготовился к разговору. На низком столике возле дивана стояло ведерко с бутылкой шампанского, два бокала, фруктовая, сырная и мясная тарелки. Негромко играла классическая мелодия, но я не определила, откуда именно она шла. Плотные шторы были задернуты наглухо, и, если бы не подсветка несколькими неяркими лампами, в комнате царил бы полумрак. В общем, создана атмосфера уютного вечера, хотя за окном солнечный день в самом разгаре.

– Не рановато ли для шампанского в час дня? – глянув на часы, я вопросительно посмотрела на своего спутника, и тот, пожав плечами, ответил:

– Я не так часто позволяю себе отдыхать, даже в выходные, а у тебя недавно начались каникулы. Нам ничего не мешает отметить знакомство шампанским, даже если для этого время не совсем подходящее. – Кирилл вынул из ведерка бутылку, обернул ее полотенцем и наполнил один из бокалов. – Ну так как, ты составишь мне компанию? – Он протянул мне фужер.

– Почему бы и нет, – улыбнулась я.

Взяв бокал с шампанским, я присела на диван. Если у Кирилла в планах подпоить меня и выведать обо мне что-нибудь этакое компрометирующее, то у меня для него две плохие новости: чтобы я опьянела, одной бутылки точно не хватит, и компромат он на меня не соберет, потому как его попросту нет.

Кирилл, наполнив и свой бокал, тоже устроился на диване, причем настолько близко, что одна из его широко расставленных ног касалась моего колена.

– За нас, – предложил Кирилл тост, звонко стукнул своим бокалом о мой и, пригубив, наклонился ко мне, отчего наш контакт стал еще теснее.

Может, конечно, мне мерещится, но на меня смотрят так пристально и так плотоядно, словно собираются соблазнять.

– За нас, – повторила я тост и, в отличие от своего соседа, для храбрости (мало ли что, вдруг отбиваться придется, чтобы, не стесняясь, как следует дать отпор, а точнее, зарядить оплеуху) выпила половину шампанского.

– Ты же не местная? Расскажи, откуда ты, как тебе столица, не тянет ли домой? – дал мне Кирилл направление, пододвигая ко мне сырную тарелку, видимо, чтобы я закусила,