Когда дьявол любит

– Вот оно, значит, как, – выплюнул со злостью Сергей и выпрямился. – Я с ним поговорю. Завтра же. Он прекратит эти свои разговоры.

Мельком, чтобы надолго не отвлекаться от дороги, взглянула на мужа и тут же почувствовала себя виноватой. Сергей взволнован, раздражён и, судя по виду, уже мысленно трясёт Дёмина за грудки, а завтра, скорее всего, воплотит эту фантазию в жизнь. А Дёмин – не просто какой-то приятель или знакомый, он его деловой партнёр, их офисы находятся по соседству, на одном этаже.

Может, надо было и дальше молчать? Не так уж часто мы с Владом пересекаемся. К тому же со временем он мог изменить своё мнение обо мне и успокоиться.

– Серёжа, мне кажется, ты слишком близко к сердцу воспринял мои слова. Влад был неправ и невежлив со мной, но не настолько всё плохо, – дала я задний ход. – Ты с ним поговори, но только чтобы между вами ссоры не вышло.

– Тут обещать ничего не могу. Если бы я с ним сейчас разговаривал, одной ссорой бы не ограничился. А ведь в самом начале, до того, как заметил между вами нездоровое напряжение, я думал, что Влад заинтересовался тобой, даже ревновать к нему начал.

– Ну ты даёшь! – от изумления я непроизвольно дёрнула руль, но, услышав гневный сигнал другого водителя, вовремя выправила машину. – И что тебя натолкнуло на такую… прости, но нелепость?

– Да много чего, – заметил Сергей, и судя по его слегка обиженному тону, он свои подозрения не считает нелепыми, ни тогда, ни теперь. – Когда я вас познакомил, он с тебя глаз не сводил. Я потом специально наблюдал, на протяжении всего ужина, он не смотрел на тебя от силы минуту. Знаешь почему? Потому что я к нему подошёл и собой закрыл обзор на тебя. С того времени Влад часто спрашивал о тебе, а когда я сам упоминал, всегда поддерживал разговор. А ведь Дёмин не выносит разговоры о личном. Даже на отдыхе мы обсуждаем только дела, в крайнем случае, ещё политику или спорт.

– Ну такие себе доказательства, – усомнилась я и привела свои аргументы. – Он на меня не смотрел, а таращился. Я сразу ему не понравилась, потому что, по его мнению, не ровня тебе. Может, хотел смутить или показать своё отношение – кто знает… А то, что он не против обо мне поговорить, так, наверное, надеется услышать какой-нибудь компромат.

– Духота, – расстегнув верхнюю пуговицу пальто, Сергей убавил мощность обогрева салона до минимума. – У Дёмина в последнее время вкус на женщин резко изменился. Он всегда любил разнообразие. Каких у него только не было… И рыженькие, и брюнетки, кудрявые и с короткой стрижкой, худенькие и с формами… А теперь одни блондинки пошли, на тебя, между прочим, похожие. Видела, с кем он сегодня пришёл? Глядя на девушку, не было ощущения, будто смотришь в зеркало?

– Если честно, мне уже надоело обсуждать Дёмина, но намёк ясен. И на этот раз я даже с тобой соглашусь. Да, он выбирает девушек, похожих на меня, чтобы представлять меня на их месте и срывать злость. Жалко девчонок… Натерпелись, бедняжки. Но если серьёзно, то две или даже три блондинки подряд – это ещё не показатель. Вполне возможно, что после них начнётся период… ну, не знаю, шатенок.

– То есть, по-твоему, у Влада к тебе нет и не было чувств?

– Почему нет? Есть и были. Отрицательные.

Глава 3

Сергей уже принял душ и забрался в постель, я же только собираюсь пойти в ванную. Мы всегда моемся именно в этом порядке, потому что ему, чтобы освежиться, нужно десять минут, а мне, разумеется, значительно больше.

Сергей, удобно подложив под спину подушки, открыл книгу. Прочитать страницу другую – его ежедневный ритуал перед сном. Мне очень нравится наблюдать за ним в этот момент, потому что он надевает очки, а они ему безумно идут, ещё у него лицо становится спокойным, умиротворённым.

– Захочешь спать, не жди меня, – присела на кровать рядом с мужем и нежно прижалась губами к его губам на тот случай, если он и правда уснёт и поцеловать его на ночь уже не получится. – Но я постараюсь быстро.

– Ты всегда так говоришь, – улыбнулся Сергей, ласково поглаживая мою спину. – И каждый раз я жду тебя по часу, а то и по полтора. Ты мне потом, когда-нибудь шепнёшь на ухо по секрету, что всё-таки там так долго делаешь? – муж игриво и заговорщицки подмигнул.

– На этот раз я сдержу слово, – пообещала я со смехом, прежде чем встать.

Зайдя в ванную, я включила приложение с таймером, поставила время на двадцать минут и положила телефон на полку, чтобы видеть экран. Сегодня Серёже не придётся меня долго ждать, я лягу к нему в постель, пусть с бальзамом на волосах и вся в пене, но вовремя.

Эксперимент с таймером удался. Я закончила через двадцать минут, секунда в секунду. Значит, статья в интернете не обманула: «Если отслеживать время и ограничивать себя в нём, то не потратишь его впустую».

Какого же было моё разочарование, когда я вышла из ванной намного раньше обычного и увидела, что Сергей впервые уснул, не дождавшись меня.

Подкравшись на цыпочках, я осторожно сняла с него очки, потом забрала из рук книгу и погасила свет в лампе на тумбочке. Так же тихо и осторожно забралась в постель под одеяло, хотя в глубине души и надеялась, что Сергей проснётся.

Ничего поделать с собой не могу, обожаю засыпать в его объятиях. Правда, через несколько минут становится жарко, и я отползаю, но прежде мне необходимо почувствовать тепло его рук, близость, и то ощущение защиты и безопасности, которое он дарит.

Теперь у меня нет проблем с засыпанием, они испарились сами по себе после замужества без всяких лекарств и походов к психологу. Но сегодня сон отказывался приходить, причина наверняка в том, что я не получила свою привычную дозу нежности.

Прокручивая в голове яркие события дня, другими словами, вспоминая наглую физиономию Дёмина, я вдруг поняла, что Сергей спит на спине и не храпит. А он всегда, пусть тихо, но посапывает на спине. Мне даже приходится переворачивать его набок. Не потому, что он мешает, а чтобы ему самому было лучше.

Леденящий душу ужас сковал меня по рукам и ногам. Я не то что обернуться и проверить мужа, я даже моргнуть не могла. По вискам будто изнутри кто-то стучит, в ушах электрический гул, а сердце даже не бьётся, оно от испуга дрожит… Никогда прежде я не испытывала настолько сильного страха. Даже когда ночью в мою комнату ввалилась компания маминых пьяных дружков, и то меньше боялась.

– Серёжа… – не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я смогла позвать мужа, но после этого оцепенение отпустило.

Упираясь коленями в матрац, пристально всматривалась в лицо мужа, кажется, будто бы всё в порядке, он не выглядит бледным, просто мирно спящий человек. С другой стороны, как можно оценить цвет лица в темноте?

Склонилась ниже и прислушиваюсь, есть ли дыхание? Вроде бы есть. Для уверенности положила ладонь ему на грудь. Да, пусть едва уловимо, но поднимается и опускается.

Шумно выдохнула, почувствовав облегчение. Зажатые мышцы разом расслабились, из-за чего теперь ощущаю во всём теле слабость и дрожь.

Ну и дурында же я, устроила себе паническую атаку на ровном месте. От страха меня даже бросило в жар, вся взмокла, грудь со спиной влажные, рубашка липнет к коже, и холодно.

По-хорошему надо бы прогуляться до ванной, ополоснуть лицо, а может и сменить рубашку, но вместо этого я, рискуя разбудить мужа, прилегла к нему под бок и, закинув руку на грудь, обняла.

– Ку-ку, я у тебя, – шепнула я, поцеловала его в щёку, и тут все мои волнения вновь подняли голову.

Щека Сергея была неестественно холодной. Возможно, мне это показалось из-за моей разгорячённой кожи, но я тут на кровати устроила целую возню, а он ни разу не пошевелился, не потянулся, вообще никак не отреагировал.

– Серёжа, – позвала я и несколько раз толкнула его в бок.

Реакции ноль.

– Серёжа, проснись, – потребовала я голосом в полную силу, но, не получив ответа, резко села, быстро включила лампу и принялась его трясти. – Серёжа!

Что я только не делала: трясла за плечи, громко кричала и даже щипала. Ничего не помогало. Сергей не просыпался.

«Скорую! Нужно немедленно вызвать скорую!»

Чтобы взять телефон, спрыгнула с кровати, но суетилась и ударила ногу, не обращая внимание на боль, трясущимися руками набрала номер.

Заявку у меня приняли, но оператор, услышав, что мы живём в коттеджном посёлке за чертой города, сразу предупредила: они постараются приехать как можно скорее, но время ожидания может быть увеличено. И, судя по её тону, существенно.

Поговорив с женщиной, которой, в силу профессии и характера работы, было не то что плевать, но всё равно на моего мужа, я поняла, надо брать ситуацию в свои руки, и позвонила Марку.

Кратко ему всё рассказав, попросила организовать более быстрый приезд скорой помощи, возможно, нанять частную бригаду, если такие вообще существуют, и договориться, чтобы мужа доставили в хорошую клинику и его взял опытный, проверенный врач.

– Полин, я для дяди готов разбиться в лепёшку, но у меня вообще нет ни одного знакомого в сфере здравоохранения. Даже не представляю, к кому можно было бы обратиться.

От горечи и отчаяния чуть не завыла. Ведь я так рассчитывала на Марка. Он сверх меры общительный, у него толпы знакомых, и он в отличие от меня с рождения принадлежит верхушке общества, где все обеспеченные, влиятельные и со связями.

– Марк, а у тебя есть телефон Дёмина? – спросила я.

Вот кто точно сможет помочь. Влад – это не легкомысленный Марк, я уверена, у этого собранного и хладнокровного человека есть связи абсолютно везде.

– Да, но… – неуверенно ответил Марк.

– Скинь мне его, – потребовала я.

– Полина, я не знаю…

– Марк, немедленно скинь мне чёртов номер, – уже рявкнула я.

Понимаю, раздавать чужие номера не принято, но сейчас не тот случай, чтобы даже задумываться о таких пустяках.

– Ладно-ладно, сейчас, – пообещал Марк, отключился, и ровно через секунду мне пришло от него сообщение.

Уже дозваниваясь до Дёмина и слушая длинные гудки, я подумала, что, возможно, стоило сначала попросить Марка позвонить Владу, вдруг он не отвечает на незнакомые номера.

– Да, – всё же ответил Дёмин немного заспанным голосом.

– Влад, это Полина, – представилась я, но, решив, что с его любовью к женскому полу он может знать сотню Полин, добавила. – Сабитова. Жена Сергея.

– Что случилось? – на этот раз вопрос прозвучал бодро.

Я снова в подробностях описала ситуацию Дёмину и попросила о том же, о чём просила Марка.

– Я всё сделаю и тебе позвоню, – торопливо пообещал он и скинул вызов.

Слова Влада прозвучали как самая прекрасная музыка, а его готовность помочь и уверенность в успехе вселили надежду, которая сейчас была мне нужна больше, чем возможность дышать.

Уже через несколько минут Дёмин перезвонил.

– Полина, бригада медиков скоро будет. Твоя задача – позвонить на пост охраны посёлка и обеспечить им беспрепятственный въезд. Потребуй от охранников не ждать, когда подъедет машина, пусть открывают сейчас. Если ты хотя бы заподозришь, что они поступят по-своему, скидывай их номер мне. Далее, открой ваши ворота и входную дверь. Медиков ничто не должно задерживать. На вопросы врачей отвечай чётко, без эмоций, сама вопросы им не задавай – не отвлекай.

– Да, конечно, всё сделаю, – кивала я, хоть Дёмин и не мог этого видеть.

– Полина, – обратился он ко мне, но на этот раз не сухим деловым тоном, а тихим человеческим голосом. – Ты проверяла, он ещё дышит?

– Да.

– Хорошо. – Я не услышала, но почувствовала, как он с облегчением выдохнул. – Если что, сразу звони.

Не знаю, как Дёмину это удалось, но медики действительно приехали очень быстро, провели в доме совсем немного времени и увезли Сергея, всё ещё без сознания, в больницу.

Конечно, я поехала следом за скорой. Как добралась до больницы и не расхлесталась, не знаю. Всю дорогу плакала, и из-за слёз почти ничего не видела. Возле больницы нас уже ждал Дёмин, и судя по количеству медицинского персонала, который нас с ним встречал, он успел поднять на ноги всю больницу.

Сергея увезли на каталке, я рвалась следом, но дальше распашных дверей меня не пустили. Зато одна из медсестёр накинула Дёмину на плечи халат, и он через эти двери прошёл беспрепятственно.

Помещение, где только что было так многолюдно и шумно, вдруг опустело. Теперь слышался лишь электрический треск потолочных светильников и редкие хлопки дверей где-то в глубине здания.

Я не знала, что делать и у кого спросить о состоянии мужа. Мой опыт посещения медицинских учреждений ограничивался плановыми визитами в поликлинику.

Присела на стул в самом углу и решила, ждать здесь. Рано или поздно кто-нибудь из персонала появится и подскажет, как быть.

– Нечего тут сидеть! – воскликнула женщина, открыв и высунувшись из оконца в стене. – Здесь и без вас негде развернуться.

– А куда мне идти? – подскочив на ноги, спросила я. – Моего мужа привезли к вам минут десять назад, мне надо знать, что с ним.

Женщина раздражённо закатила глаза и, прежде чем захлопнуть окно, быстро ответила:

– Выйдите на улицу, обойдите здание с правой стороны, найдёте вход с вывеской «отделение №5». Там и ждите, с лавками, с кофейными автоматами, с туалетом.

На первом этаже отделения № 5 действительно было просторнее и даже находились немногочисленные сонные посетители, но медицинского персонала опять не наблюдалось. Подёргав каждую дверь и убедившись, что они заперты, не стала стучать: прошло слишком мало времени, чтобы требовать новостей.

Не успела присесть, как с улицы буквально ввалился запыхавшийся и встревоженный Марк, а заметив меня, слишком громко для подобного места, спросил на весь холл.

– Ну как он? Что говорят врачи?

Я лишь беспомощно развела руками, и мы решили подождать ещё хотя бы двадцать минут, а потом позвонить Дёмину, если он не появится раньше.

– А она здесь откуда? – тихо прошипела я, увидев, как в холл вошла бывшая жена Сергея и нетвёрдой походкой двинулась к нам, спотыкаясь об длинное вечернее платье, выглядывающее из-под шубки.

Да, я возмущена, но не потому, что Марго приехала, они с Сергеем не чужие друг другу, у неё есть полное право беспокоиться за него и здесь находиться, но она ведь упитая в хлам. Ей бы сначала проспаться, выпить кофе, привести себя в порядок, а потом приезжать.

– Она здесь из-за меня, – признался Марк. – Мне стало стыдно, ты просила договориться о скорой и больнице, а я не помог. Вспомнил, что Марго врач, и позвонил ей. Правда, она тоже не знала, к кому обратиться, сколько лет уже не работает, но зато вон… приехала.

– Марк, помоги ей дойти, а то завалится. И будет у больницы ещё один пациент, – потребовала я, чуть ли не выталкивая парня со стула.

Я бы и сама помогла, мне несложно, но неизвестно, как Марго отреагирует, она дама непредсказуемая, с характером, вдобавок сейчас в неадекватном состоянии, а Марка она любит и всегда ему рада.

– Спасибо, дорогой, – пропела Марго, когда Марк усадил её на лавочку напротив, а сам вернулся на прежнее место рядом со мной. – У Сергея давно сердце шалило. Я знала, что когда-нибудь наступит момент, когда я вот так буду сидеть и ждать новостей, пока он борется за жизнь… – Марго окинула холл мутным взглядом, достала из сумочки фляжку и отхлебнула.

– Понимаю, вы переживаете, но вам не стоит больше пить. Плохо же будет, – как можно мягче посоветовала я, но женщина лишь махнула рукой.

– Да брось ты. Мне плохо никогда не бывает. А вот тебя жаль. Сергей позаботился и обо мне, и о Марке. Ему…, – Марго с улыбкой кивнула на племянника, – по завещанию достанется большая часть наследства, мне – остатки. А ты, Полина, если Сергей не выкарабкается, станешь бедной вдовой очень богатого человека. Ладно хоть салон у тебя есть, худо-бедно прокормит. Что-то, но успела урвать.

Урвать?!

От заслуженной трёпки Марго спас Дёмин, вовремя появился, и моё внимание тут же переключилось на него. К сожалению, ничего нового он не сказал. Всё это время он договаривался насчёт отдельной палаты и сиделок, а о состоянии Сергея знал не больше нашего.

Теперь мы ждали новостей вчетвером. Дёмин даже при таких обстоятельствах не отказывал себе в удовольствии и почти беспрестанно прожигал меня взглядом. Единственное, его присутствие сдерживало Марго от новых высказываний. При нём она благоразумно помалкивала и в сторонке от всех прикладывалась к фляжке.

– Доктор, подождите, пожалуйста! – заметив, как из одной из дверей вышел мужчина в белом халате, я подбежала к нему. – Вы можете что-нибудь сказать о пациенте Сабитове Сергее Александровиче? Его привезли на скорой два часа назад, и мы до сих пор ничего не знаем.

– Сабитов? – задумался врач. – А, да, Сабитов. Вы родственница? Внучка?

– Даже не дочка, – зло бросил Дёмин, а Марго и вовсе прыснула смехом.

– Я жена, – уверенно произнесла я, не обращая внимания на неуместные реакции за спиной.

Доктор строго посмотрел мне за плечо, потом сочувственно на меня, и в этот момент я поняла: ничего хорошего он не скажет.

– К сожалению, ваш муж скончался несколько минут назад.

Глава 4

Слова врача оглушили и свалились на меня неподъёмной каменной глыбой. Душу обожгло огненной лавой, от нестерпимой боли я согнулась и, кажется, закричала, после начала стремительно подать и меня затянуло в тёмный непроглядный туннель…

Очнулась от тошнотворного запаха медикаментов, а когда приоткрыла веки, глаза не слепил яркий свет больничного холла, я лежала на чём-то жёстком в тёмной крохотной комнатушке. Рука безвольно свисала, и кто-то водил чем-то мокрым по локтевому сгибу. Затем руку согнули, и незнакомый мужской голос произнёс:

– Седативное стабилизирует состояние, но это временная мера. В таких случаях лучшее лекарство – это поддержка близких. Сейчас ей нужно домой, выговориться и хотя бы немного поспать.

Мужчина в халате поднялся, а его стул рядом со мной занял кто-то другой. Не врач, одежда тёмная.

– Ты как? – спросил Марк.

– Сдохнуть хочу, – ответила я, как есть.

– Сейчас так только кажется, но будет легче. Обещаю. Время лечит, даже такое горе.

– Я не хочу лечения. Я хочу проснуться. Хочу, чтобы Серёжа был жив, – застонала я, сворачиваясь в комок и подвывая. – Марк, ты его видел? Вдруг, врачи ошиблись? Может, умер кто-то другой? Серёжа не мог умереть. Не мог!

– Тшш, – Марк успокаивающе гладил меня по спине и тоже плакал. – Полина, я бы всё отдал, чтобы врачи ошиблись, но это не так. Сергея больше нет. И нам придётся как-то теперь жить без него.

От бессилия я дёргала ногами, колотила кулаками по кушетке, то умоляя бога вернуть мужа, то проклиная всех и вся. Потом, видимо, подействовало лекарство, и хоть оно даже на крошечную долю не заглушило боль, внешне я успокоилась, просто сидела и, глядя в одну точку, качалась из стороны в сторону.

– Полина, ты же приехала на машине, а я как раз на такси, давай сяду за руль и отвезу тебя домой? – предложил Марк.

Пожала плечами. Пусть делает что хочет, мне всё равно.

– Тебе нельзя за руль, – громыхнул голос Дёмина, и его высокая фигура выплыла из темноты коридора. – Я видел, сколько ты выпил вечером, как минимум до обеда ты не водитель. Я сам Полину отвезу.

– И что? Ночь же. Дороги пустые, – возразил Марк, поднявшись на ноги. – Если повезёшь ты, придётся бросить здесь либо твою тачку, либо Полины.

– Разберусь как-нибудь уж с машинами, – заявил Влад и небрежно бросил моё пальто на кушетку. – Одевайся.

Мне было плевать: кто, куда и на чём меня повезёт. Лишь бы там, где окажусь, никого не было. Не могу никого выносить. Мой мир рухнул, Серёжи нет и ничего больше нет, а они живут дальше, спорят, кто сколько выпил, бросать или не бросать машину… Да гори оно всё синим пламенем…

Я попыталась одеться, хоть и не понимала зачем. Я видела свои руки, но будто со стороны, они мне не принадлежали. Они брали пальто, потом отпускали, и так по кругу.

В конце концов, пальто на меня надел Марк, он же вывел из процедурной и повёл к выходу. Я спотыкалась, тёрлась плечом о стену и каждые два метра норовила растелиться на полу.

– Кажется, слишком большую дозу успокоительного вкололи, – проворчал Марк, в очередной раз удерживая меня от падения.

– С такой скоростью мы к выходу до утра не дойдём, – позади рявкнул Дёмин.

В следующую секунду я потеряла даже ту зыбкую опору под ногами, какую имела, и взлетела вверх.

– Поставь, – простонала я, сообразив, что Влад подхватил меня на руки и понёс.

– Даже не сомневайся, поставлю, как только донесу до машины, – прорычал в ответ Дёмин и, подбросив меня вверх, перехватил поудобнее.

Как ни странно, но в руках Влада я почувствовала некое облегчение. Через несколько шагов я невольно обняла шею мужчины и положила голову на его грудь.

Доктор знал, о чём говорит, утверждая, что в горе нет лучшего лекарства, чем человеческое тепло. Пусть даже это тепло исходит от ненавистного человека, и дарит он его, сам того не осознавая, всё равно помогает.

Дёмин сгрузил меня с рук на сиденье, конечно же, своего автомобиля. И если совсем недавно мне было безразлично, чью машину здесь оставят, то сейчас нет. В ближайшие дни вплоть до похорон я обязана взять себя в руки. Серёжа был самым лучшим человеком на свете, и мой долг – достойно его проводить, а для этого мне понадобятся колёса.

– Подожди, – Дёмин только хотел захлопнуть дверцу, как Марк, придержав её, не позволил. – Давай я возьму ключи от тачки Полины и всё-таки поеду за вами. Ты её отвезёшь и бросишь одну. А я могу остаться с ней на всю ночь, – заявил Марк, а после тихо добавил, но я всё же услышала. – Ты посмотри на неё, она не в себе, кто-то должен приглядеть, чтобы ничего с собой не сделала.

– Марк, от тебя разит за несколько метров. Вызывай такси и поезжай домой отсыпаться, – отрезал Влад, захлопнул дверь, обогнул машину и сел за руль, оставив недовольного Марка мёрзнуть на улице.

До посёлка мы доехали в полной тишине и относительно быстро. Я была уверена, что Дёмин высадит меня на дороге у дома, но он заехал на территорию. Полагаю, распахнутые ворота сыграли свою роль. Когда я мчалась за скорой помощью, у меня не возникло и мысли, достать пульт и закрыть их.

Впрочем, как и погасить в доме свет. Он горит в окнах первого этажа и наверху в нашей спальне. От этого, кажется, вот сейчас переступлю порог, и из кухни выйдет Сергей в своём любимом домашнем костюме и с чашкой чая.

Но нет, он не вышел. И уже никогда не выйдет. Теперь я увижу его таким домашним и уютным только в воспоминаниях.

Скинув ботинки с пальто, прямым ходом направилась к лестнице, но задержалась у тумбочки, чтобы взять с собой в спальню рамку с фотографией мужа. Краем глаза заметила фигуру Дёмина у двери и обернулась.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, после чего я поднялась наверх, так и не поблагодарив его за то, что подвёз. Ему моё «спасибо», как лысому фен, без надобности. Лучшим подарком для него бы стали сбывшиеся опасения Марка. Он бы торжествовал, если бы после его ухода я легла в ванну и вскрыла себе вены.

Но я не вскрою, я не подведу и не разочарую Серёжу. Пусть его рядом нет, но уверена, он теперь приглядывает за мной. Я буду жить и буду жить так, чтобы у него был повод мной гордиться.

Погасив в спальне свет, прямо в одежде забралась на кровать и в обнимку с фотографией мужа рыдала. Иногда усталость вкупе с лекарством брали своё, и я дремала, но совсем недолго, потом вздрагивала и просыпалась. Мечтала, чтобы мне приснился Сергей, но снов я не видела ни хороших, ни плохих.

Ровно в восемь утра я провела мысленную черту. Всё, ночь прошла, и время, когда я могла тонуть в горе и позволить себе быть слабой, закончилось. Я встала и, преодолевая себя, приняла душ, уложила волосы и даже накрасилась. Впереди меня ждёт долгий и трудный день организации похорон и поминального обеда.

Надевая перед зеркалом чёрные брюки и такого же цвета рубашку, я увидела в окне свою припаркованную во дворе машину.

– Марк, – выдохнула я с благодарностью.

Как раз в этот момент внизу что-то брякнуло. Решив, что это Марк воспользовался своим запасным комплектом ключей и приехал проведать меня, поспешила на первый этаж.

– Марк, это ты? – крикнула я, спускаясь по лестнице, и только потом мне пришло в голову, что ключи от дома у Марка, допустим, есть, но откуда у него ключи от моей машины?

– Нет, это всего лишь я, – со злой ухмылкой ответил мне Дёмин, когда заглянула в гостиную.

Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и угощался кофе.

– Ты пригнал мою машину? – спросила я, и он кивнул.

– Пришлось. Вчера я сказал Марку, что разберусь с машинами, а я всегда выполняю свои обещания. Тебя только машина интересует?

– Почему же, не только. Ты пригнал мне машину, большое спасибо, выполнил и не нарушил свой внутренний кодекс. После этого почему сразу не уехал?