Заказ на любовь

Когда я была маленькой я, как и все девочки пяти-семи лет, любила сказки со счастливым концом. В них принц, пройдя через много трудностей и испытаний, наконец находит свою принцессу и увозит ее в свой замок, и затем они играют пышную свадьбу. И помню, что я всегда плакала, если кто-то из героев страдал от неразделенной любви или вовсе умирал в конце. Да-да, как ни странно, но даже в детских книжках существовали подобные сказки. Например, сказка про девушку с хвостом рыбы вместо ног, которую моряки зовут русалкой. Среди моряков даже есть поговорка: Русалка с гребнем – к ясному солнцу, с раковиной – к шторму. Ну так вот, эта бедняжка пожертвовала своим голосом, чтобы оказаться рядом с принцем, который был покорен голосом незнакомки, спасшей его от шторма. В результате этот негодяй женится на женщине, которая с пеной у рта доказывала, что это именно она спасла принца в тот злосчастный день. Ведьма же, что забрала у русалочки голос сделала еще лучше. Каждый шаг по земле для девушки был подобен ходьбе по лезвию ножа. И если принц не поцелует ее, то она обратится в морскую пену. Когда об этом узнали сестры русалочки, которой оставалось жить лишь до восхода солнца, они отдали свои роскошные волосы той самой ведьме, чтобы получить волшебный кинжал, чтобы девушка убила принца. В тот самый миг, когда кровь подлеца коснулась бы ее ног, появился бы хвост, и русалка смогла спастись. Но эта дурочка настолько любила принца, что выбросила кинжал в море и обратилась морской пеной. И, как это обычно и случается, только тогда принц понял, кого потерял. Конечно же, в детстве я очень много плакала и никак не могла понять, почему же принц не женился на русалочке.

А, повзрослев, стала задавать куда больше вопросов. Конечно, это прекрасная, драматичная любовь, но… Во-первых, принц искал незнакомку исключительно по голосу, а когда перед ним появилась немая незнакомка, которая буквально возникла на берегу моря, он моментально заявил: Не она. Во-вторых, он слишком легко поверил какой-то левой девице, которая в жизни не держала ничего тяжелее иглы для вышиваний. Разве у принца не должно было возникнуть вопроса: как принцесса соседней страны смогла вытащить здорового мужика из эпицентра шторма, да еще и во всех этих многослойных юбках и корсете? Вы вообще когда-нибудь пытались плавать в корсете? Да в них даже есть и дышать нормально не получается, не то что совершать какие-то силовые упражнения. В-третьих, русалочка постоянно находилась рядом с принцем, помогала ему, утешала, как могла и ни разу не просила ничего для себя – просто прообраз идеальной женщины, да еще и молчит, даже возразить ничего не смеет. И после того, как он женился, оставил девушку рядом с собой? В качестве кого? В качестве запасного варианта? Это уже свинство и по отношению к русалочке, и по отношению к новоиспеченной супруге. Какая бы женщина стала терпеть присутствие красивой, пусть и немой женщины, рядом со своим мужем? В-четвертых, русалка слишком быстро приняла факт того, что принц женится на самозванке. Даже если она не умела писать, могла бы выразиться как-то иначе… Картиночки там, пантомима, в конце концов, ничто не мешало ей схватить принца за руку и привести к берегу моря и крепко, со всей страстью поцеловать, авось проникся бы. В общем, девушка сделала все, чтобы не выйти за него замуж и спокойно умереть. Представляю, как были ошарашены ее сестры, которые пожертвовали своей неземной красотой ради нее. Я бы на них месте после такого корабль потопила.

Подобные рассуждение стали первым шагом к работе свахой. Богиня любви не обделила никого, но нужно было время, чтобы найти ту самую идеальную половинку. Ну, или же, вмешательство жрицы любви, которая могла ускорить процесс. Я не терпела грустных концовок, поэтому делала все возможное и невозможное, чтобы люди, обращавшиеся ко мне за помощью, были счастливы. Никакой неразделенной любви, никаких скрытых мотивов и замыслов, никаких интрижек на стороне. Каждый сам кузнец своего счастья, а я же лишь указываю человеку на это счастье. Но счастье нужно заслужить, иначе исход таких отношений будет весьма и весьма печальным.

Усмехнулась своим собственным мыслям и не без удовольствия потянулась. Дворцовая стража встретила меня подозрительными взглядами и даже на пропуск глядели, как на врага народа. Ну, по крайней мере, ребята работают в меру своих возможностей, даже чуть больше. С таким надзором не стоило опасаться удара в спину или тайного заговора. Тем не менее пропустили меня без малейших вопросов. Видимо печать главного мага была достаточно весомой причиной. Довольная собой, я сделала несколько шагов во двор, пока не услышала позади себя, неуверенный оклик:

– Госпожа сваха! Госпожа сваха!

Удивленно остановилась и стала озираться по сторонам, в поисках другой свахи. Но нет, во дворе, да и во всей округе таковой не наблюдалось. Поэтому улыбнувшись смущенному молодому солдату, вежливо поинтересовалась:

– Да? Чем могу помочь?

Молоденький, на вид как раз закончил военную службу. Может годиков двадцать один-двадцать три. И, судя по лихорадочному румянцу на щеках, холост. Не в силах выдержать мой оценивающий взгляд, парнишка смутился ещё больше и, сжав в руках древко алебарды, быстро выпалил:

– Когда у вас найдется время, не могли бы вы помочь найти мне невесту? Пожалуйста… – последнее слово он буквально прошептал себе под нос, но глаза не опустил.

Подумав немного, вытащила из кармана платья свой походный блокнот и, перелистнув несколько страниц, деловито уточнила:

– Имя, возраст, титул, род занятий?

– Эрик! – не веря своему счастью, воскликнул он. Но быстро взяв себя в руки, молодецки щелкнул каблуками и, выпрямившись по стойке смирно, отрапортовал: – Эрик Фриц, двадцать четыре года, баронет, старший лейтенант Черной гвардии.

Едва не присвистнула от удивления. При звании в таком молодом возрасте? Думаю, это будет проще, чем отобрать канарейку у кошки. Записав пару внешних данных молодого человека, сделала пометку на полях.

– Я возьмусь за ваш заказ, сэр Фриц. Но, сами понимаете, бесплатный сыр только в мышеловке, – улыбнувшись, протянула ему свою визитку, где были расписаны подробные расценки.

Удивленно приняв карточку, парень пробежал глазами по тексту и облегченно выдохнул. Я удовлетворенно кивнула, вот и чудно, с ценой договоримся.

– Спасибо вам! – отдав честь, Фриц просиял в улыбке.

– Буду ждать через месяц в своей конторе с полным списком о качествах и достоинствах своей будущей супруги, – кивнув на прощание, поспешила во дворец, стараясь улыбаться не слишком явно. Ах, молодежь…

Уж не знаю почему, но Амия тщательно избавляла меня от своего главного дара… Да, были мужчины в моей жизни, были и симпатии, но ни разу не было даже и намека на влюбленность. С некоторыми было интересно и приятно проводить время, некоторые быстро наскучивали и забывались, уходя из моей жизни также быстро, как и появились. Пару раз с легкой руки отца едва не стала невестой одного из наших богатых соседей. К счастью, семейство до того боялось магов и всего, что с ними связано, что хватило одного лишь рассказа о дядюшке с материка, чтобы пошли на попятный, отказавшись от невесты с сомнительными родственниками. Затем была ещё одна несостоявшаяся помолвка, но в этот раз взашей их гнал уже отец. Будущего жениха не остановил тот факт, что в доме находимся не только мы одни, но ещё и родители, и что тянуть загребущие ручки туда, куда не положено молодым людям до свадьбы, не следует. Уезжал незадачливый ухажер с расцарапанным лицом и опухшим глазом. Вскоре я уехала учиться, и разговоры о замужестве пришлось отложить на неопределенный срок, чему была несказанно рада. Ну, а потом произошло то, что, собственно, и произошло – у меня пробудился дар, и стало совсем не до женихов.

Перескочив тот нежный возраст, когда хотелось надеть подвенечное платье и идти к алтарю с букетом красивых цветов, стала задумываться о том, что, устраивая судьбы другим, рискую никогда не обрести свою собственную. Довольствуясь тем, что делаю, решила отдаться тем порокам, о которых запрещала думать себе до совершеннолетия. Кстати, как ни странно, но большинству своих ухажеров сама же и нашла жен. Те потом очень долго щебетали о том, что мужья поцелованы самой жрицей любви, а значит счастье будет в семье. И к сожалению, это создало мне немало проблем… Пришлось опровергать все слухи прилюдно и очень-очень громко, а то образовывалось слишком много желающих залезть в мою постель. А я девушка, между прочим, очень занятая, имею право устать.

Только представьте себе картину: возвращаюсь я после трехдневной поездки, вся пыльная, грязная, голодная, с отбитой филейной частью, ибо по пути колесо кареты благополучно слетело, а до ближайшего поселка, где можно его заметить, два часа езды… Ну так вот, возвращаюсь в дом с единственной мыслью – принять ванну с ароматическими маслами, выпить чай с мелиссой и нырнуть в теплую постель – а в квартире обнаруживается полуголый, молодой человек, краснеющий, аки девица на выданье. Моя реакция? В любой бы другой ситуации, непременно испугалась, поздний вечер всё-таки был, но тогда я настолько устала, что просто свалилась в ближайшее кресло, не чувствуя ног и того, что пониже поясницы. А Оскар, принесший мои вещи из кареты, отреагировал более бурно: сорвал сушеную крапиву, из которой я обычно делала себе целебные маски для лица, и давай гонять незадачливого фаворита по всей конторе. Бедолага до того испугался кучера с его медвежьей комплекцией, что сиганул в окно, помяв мне куст чайной розы, привезенной с южных островов. Пришлось из этой же крапивы делать отвар и обрабатывать ему раны. Выяснилось, что у молодого человека за несколько дней до свадьбы резко ухудшились отношения с его невестой: девушка раздражалась по поводу и без, требовала то звезд с небес, то новую кочергу (видимо для жениха), в общем, всё ей было не в радость. Вот этот гений любви и решил, что выходом будет наведаться в дом к жрице Амии. В общем, романтик из него оказался так себе. А у девушки то просто в канун свадьбы лунные дни начались, вот и отрывалась на женихе, как могла. К счастью, ситуация разрешилась миром, родители девушки истерику закатывать не явились, горе-жених слезно вымаливал прощение, за что и получил несильный подзатыльник. А девушке я пучок всё той же крапивы передала, для профилактики.

Оказавшись в своих новых покоях, от души зевнула, развалившись прямо поверх заправленной кровати. Красота-то какая! Конечно, я жила не бедно и могла себе позволить некую роскошь, но о таких покоях могла лишь скромно мечтать. Запах свежего постельного белья расслаблял. Лучи заходящего солнышка с такой теплотой грели кожу, что глаза стали слипаться сами собой, став внезапно тяжелыми, будто на каждую ресничку повесили по маленькой гирьке. Прежде чем окончательно провалиться в мир сновидений, успела прошептать с юношества заученную фразу:

– На новом месте приснись жених невесте.

Глупость, конечно, никакого жениха не увидела, но сам по себе сон был настолько приятным, что я запросто смогла бы воспроизвести его запах: сосновый лес, янтарная смола и тлеющие угли, а ещё чувство безграничной свободы, которую не променяла бы ни на какие золотые клетки.

Утро наступило внезапно, а для меня ещё и неожиданно. Проснувшись от тихого, но настойчивого стука, никак не могла понять, кого принесло в такую рань. Сонно хлопая глазами, хрипло отозвалась:

– Войдите!

Грациозно сползти с кровати не удалось. Едва успела оправить складки вчерашнего платья и пригладить спутанные каштановые локоны, как дверь отворилась. Появившийся на пороге дворецкий Вернон, громко, официально возвестил:

– Госпожа Рэгл, по приказу Его королевского Высочества принца Доминика III Эрраи, вы приглашены на бал-маскарад, который состоится через две недели в королевском дворце! – щелкнул пальцами, и в комнату просеменила горничная, держа в руках серебряный поднос с черным, украшенным золотым орнаментом, конвертом.

Сломав гербовую печать и вытащив красивую плотную карточку, пробежала глазами по ровным строчкам. Выудив точную дату и время бала и, хмыкнув, весело произнесла:

– Раскинем карты, господа! Нас ждет прекрасная игра!

Глава 5

Подготовка к празднованию дня рождения Его Высочества Доминика и его скорой коронации шла полным ходом. И не только во дворце, но и у меня. Пришлось попотеть, изведя бумагу и чернила лишь для того, чтобы написать слезные письма. Извинения за то, что в ближайшее время не смогу исполнять свои обязанности свахи из-за более знатного и важного человека, от которого зависит будущее всего королевства. К счастью в аристократических кругах я была достаточно известна, а знать не настолько глупа, понимали, кто этот таинственный заказчик «Д.Э.». Поэтому проблем не возникло, а внесенные залоги никто отбирать не спешил. Так же пришлось спешно завершать дела, которые уже были начаты. Хоть это и стоило мне парочки бессонных ночей в храме Амии.

Кстати, о моей любимой богине... После общения с ней я поняла две вещи: во-первых, боги – существа азартные, готовые пойти на любую шалость, точно маленькие дети, а во-вторых, весьма упрямые, раз не могут упростить жизнь не только простым смертным, но и своим жрицам. Уж как я не уговаривала Амию показать мне будущую королеву... В общем, хихикая, богиня любви решила повернуться ко мне спиной, вкинув в мысленный образ портреты шести кандидаток. Пасьянс тоже не дал результатов, по всему выходило, что Его Высочество будет счастлив с любой из невест. Но я точно знала — так не должно было быть. Да, порой бывало, что возникала связь с несколькими людьми, но всё равно какая-то да оказывалась крепче. К счастью, в нашем королевстве полигамные браки были запрещены, да и гаремы, как в некоторых южных странах, не приветствовались, иначе бы для свах настали тяжелые времена. А значит этот королевский брак испытание не только для меня, но и для кронпринца. Ведь должно же быть что-то от чего король Дрогбар так обеспокоен тем, чтобы наследник женился именно по любви.

Не так давно, лет семьдесят тому назад, дед нынешнего правителя упразднил закон, в котором говорилось о том, что аристократы обязаны жениться только на равных себя по статусу и положению. Звучало примерно так: «Хотите заключать политические браки? Пожалуйста, воля ваша, но не удивляйтесь, если наши сыновья начнут бегать за артистками и певичками, а дочери убегать из-под венца к конюхам». Молодежи новые порядки приглянусь, а вот поколению старой закалки – увы. Однако столь резкие перемены плохо сказались на знати, которое кичилось своим происхождением, едва удалось подавить революцию оппозиционеров. Поэтому, скрипя зубами, покойный дед короля под натиском революционеров был вынужден внести поправку, в которой говорилось, что правитель обязан заключить взаимовыгодный политический союз, если он несет процветание Аллендора. Вне зависимости от собственных симпатий.

Сейчас же общество стало более свободное, нормы морали снизили свои планки, но все равно находились рьяные сторонники браков, ради выгоды. К сожалению, моя семья была из последних. По крайней мере, ровно до того момента, как раскрылся мой дар. Точнее, я больше сама не желала иметь дело с теми для кого брак – это, в первую очередь, выгода ради выгоды. Матушка смирилась с моей жизненной позицией, отец же всё еще шипел, делая всё, чтобы пересилить свою графскую гордость и принять перемены. И всё-таки, с каждым годом молодежь становилась всё более романтичная, всем хотелось любви до гроба, а значит нам – жрицам любви – работы лишь прибавлялось.

Однако наш король видимо решил вспомнить об упраздненном законе и, под предлогом выбора наиболее достойной королевы, дать сыну шанс самому выбрать свою судьбу. Я же становлюсь, своего рода, катализатором, повлекшим за собой тот или иной выбор. Повезло, что возможные невесты оказались в числе знати. Не представляю, чтобы сделал со мной придворный маг, озвучь я версию, что возможная королева будет из простого народа. Ну, полагаю, Амия, будучи богиней своенравной, но отнюдь не глупой, подделала именно этот вариант событий. Все выбранные девушки представительницы почтенных и уважаемых семей, не обделенные ни знаниями, ни привлекательностью. К тому же, некоторые из них в будущем унаследуют свой род, как, например, принцесса Мэрайя, которой суждено стать королевой своей страны, а значит какой-никакой база управления людьми у них имеется, ведь король и королева разделяют свои обязанности поровну.

Я не застала предыдущую королеву (да благословят небеса её душу!), но маменька отзывалась о ней, как о женщине чуткой, способной к состраданию и безумно любившей своих детей. Насколько мне довелось слышать, Его Величество Дрогбар Эрраи и Её Величество Беллатриса Эрраи были знакомы с детства и этот брак был неизбежным. Любви между ними так и не возникло, но была сильная привязанность, уважение и дружба. Несчастная женщина прожила в браке всего восемь лет, покинув этот мир едва успев родить второго принца.

Из отправленных писем я узнала, что граф Реймс также был приглашен во дворец. Хотя, догадаться было не трудно, об этом еще недвусмысленно намекнул маг. Поэтому оставалось только познакомить Виктора и Повету в самой непринужденной обстановке. Кстати,Рэндалла после той случайной встречи в поместье графа я больше не видела. Видимо господин маг настолько был занят королевскими делами, что на все мои безуспешные попытки найти его, дабы обговорить кандидаток в невесты, слышала лишь один ответ: «Ой, а он вот только-только вышел». Ну-ну, не по-людски это кидать даму, тем более сваху на отборе в огромном дворце. Тем более Его Величество сам поручил нам работать рука об руку, учитывая, что господин Алиот был ответственен за надлежащий прием. А обращаться к августейшим особам было не комильфо. Что ж, поскольку меня самым наглым образом бросили, а посвящать в хитросплетения дворцовых интриг явно не собирались, придется разбираться самой. К счастью, не впервые. А жгучее желание навесить на мага любовную лихорадку посильнее решила приберечь на потом, авось, действительно понадобится его помощь.

– Вроде всё, – вздохнула я, смахивая со лба каштановую прядь волос, и бодро зашагала к карете. Из вещей взяла лишь самое необходимое: мешочек с деньгами, дабы приобрести у королевской портнихи пару-тройку лишних платьев. Раз уж выпал шанс попасть к ней вне очереди, то непременно нужно им воспользоваться. Шкатулку с украшениями и парочку дамских вещей для красоты и ухода уложила в походную сумку. Много ли мне надо? Две колоды карт по разным карманам, да яркий цыганский платок на бедрах – извечные мои атрибуты.

Довольно усмехнувшись, занесла ключ соседке – бабуле Лиз, живущей напротив моего дома. Почтительная пожилая дама не имела детей и семьи, и несмотря на статус старой девы была весьма энергична и приветлива, хоть и не без странностей. Женщина в упор отказывалась называть себя полным именем Элизабет и не терпела того же от других, упорно настаивая, чтобы её называли детским именем Лиз. Довольно часто я заходила к ней на чай, чтобы послушать байки из её молодости (довольно-таки насыщенной, надо признать). А меня в ответ баловали домашней выпечкой, причем настолько вкусной, что боялась, как бы платье не треснуло по швам. Что ни говори, а бабуле Лиз явно было скучно, а я скрашивала её времяпровождение, как умела. Впрочем, остальные соседи тоже не отставали: то наш плотник калитку покрасит, то ребятня ей цветов нарвет, то торговки с рынка принесут зарубежных специй... В общем, престарелая госпожа пользовалась популярностью и уважением: молодежь за их жизнь не попрекала, более взрослому поколению раздавала ненавязчивые советы, а детей баловала сладостями.

Что ж, начинается моя недолгая, но насыщенная жизнь в качестве королевской свахи...

Тем временем во дворце.

Несколько роскошных карет остановились перед воротами дворца. Охранники из «Черной гвардии» переглянулись между собой и сделали несколько шагов вперед, лошади недовольно зафыркали, стуча копытом по плитке. Кучер сперва одной, затем второй синхронно протянули пригласительные конверты, терпеливо ожидая, когда стражи порядка убедятся в подлинности королевской печати на приглашениях. В отличие от кучеров, пассажиры были не настроены столь дружелюбно. Бархатная шторка дернулась, и в окно выглянула привлекательная девушка с черными, как воронье крыло волосами, собранными в сложную прическу, и такими же темными глазами. Алые губы недовольно скривились, а острый взгляд зацепился за окно соседней кареты. Сценарий повторился: шелковые занавески, скрывающие пассажиров от солнца, отодвинулись, и выглянувшая в окно сногсшибательная блондинка лучезарно улыбнулась, чем повергла брюнетку в тихое бешенство. Разноцветные глаза красавицы нашли черный враждующий взгляд и из них на секунду пропало всё наигранное дружелюбие. Хорошенькое личико превратилось в какую-то хищную, пугающую маску, но стоило одному из стражей подойти, моментально преобразовалось, став очаровательно прекрасным.

– Добро пожаловать в королевство Алендор, благородные леди! – по-молодецки щелкнув каблуками, стражники выпрямились по стойке смирно. – Трогай!

Свистнули поводья, лошади зацокали по дороге, а ворота церемониально распахнулись, пропуская первых кандидаток. Девушки в последний раз бросили друг на друга испепеляющий взгляд и, синхронно фыркнув, отвернулись, задернув шторы.

Какой ужас, – мрачно подумал всадник, следующий на безопасном расстоянии от карет с гостями. Серая в яблоко лошадь согласно фыркнула. Пыльный плащ скрывал добрую половину лица, поэтому никто не мог видеть, как скривились его губы.

– Стоять! Кто таков? Предъявите документы! – едва успев закрыть главные ворота, стража резво развернулась к ещё одному гостю. Изучающие взгляды прошлись от капюшона до выцветших носков кожаных сапог. Было вынесено вполне справедливое заключение: не очередная претендентка на роль невесты кронпринца.

Одернув свою кобылку, которой приглянулись симпатичные золотые кисточки на кителе одного из стражников, всадник приподнялся в седле. Заметив вдалеке знакомую фигуру, с облегчением выдохнул и, сложив руки у рта, что есть мочи завопил:

– Мама!

Мужчины отпрянули, едва не контуженые этой внезапной звуковой атакой, а вот Эмилия Эдельф, несшая в руке корзину, вздрогнула, испуганно озираясь. Увидев за воротами всадника на серой кобыле, размахивающего руками, женщина сперва прищурилась, затем в недоумении округлила глаза и, подцепив подол платья, быстрым шагом направилась к воротам. Статус экономки не позволял переходить на бег, но судя по идеально ровной спине и судорожно сжатым губам, уж очень хотелось ей поскорее оказаться возле нерадивого чада.

Стража почтительно отперла маленькую калитку, которую использовали слуги, чтобы покидать территорию дворца, выпуская женщину наружу. Всадник уже спешился и повинно опустил голову, ожидая своего приговора.

– Где ты была? Я уже четыре дня тебя жду! – прошипела леди Эмилия, сдергивая капюшон. Волосы, которые были закручены в пучок, рассыпались по плечам, поражая своим огненно-рыжим цветом.

– Прости, матушка, – девушка состроила самое жалобное выражение, на которое была способна, и даже в серо-зеленых глазах заблестели слезы.

Если экономке и хотелось выругаться, то она сдержалась. Схватив дочь за плечи, повертела во все стороны, пытаясь выяснить наличие каких-либо повреждений, девушка мужественно терпела, пока её крутили, словно юлу. Наконец, убедившись, что дитятко здорово и вполне себе живо, мадам Эдельф провела по копне рыжих волос, приглаживая, и порывисто обняла, пачкаясь в дорожной пыли.

– Хорошо, что леди Карина ещё не прибыла, – вздохнула она, доставая носовой платок и вытирая со щек дочери грязь. – Тебе нужно привести себя в порядок. Госпожа сваха прибудет сегодня, как завершит свои дела.

– Мадам Эмилия, дико извиняюсь, – смущенно прокашлявшись, стражник украдкой взглянул сперва на девушку, а затем на её матушку. – Как записать вашу... хм, эту молодую леди?

Лучезарно улыбнувшись, рыжеволосая всадница протянула руку для рукопожатия.

– Грейс Эдельф. Назначена камеристкой госпожи Карины Рэгл.

– Простите, но кем назначена? – удивленно уставившись на хрупкое запястье девушки, мужчина осторожно пожал её пальчики. Запоздало смекнув, что правила приличия требуют целовать руки дам, даже если они одеты в потрепанный плащ и штаны для верховой езды.

В этот раз слово взяла экономка. Тяжело вздохнув, женщина порылась в складках платья, выудив оттуда весьма потрепанное письмо.

– Господином королевским магом, – к сожалению, документ оказался подлинным, и стражникам пришлось пропустить девушку вместе с её кобылой. Та всё-таки успела оттяпать кисточку и теперь радостно жевала под негромкий смех Грейс.

– А я и не знал, что у мадам есть дочь, – осторожно заметил тот, что помоложе.

Второй стражник лишь задумчиво почесал подбородок с отросшей щетиной. Он служил во дворце дольше, но стыдно было признавать, что девочку с копной рыжих волос он не помнил. Зато на ум пришел шустрый, шкодливый пацаненок, служивший помощником лесника. Мотнув головой, стражник поудобнее перехватил пику, выпрямившись по стойке смирно.