Заказ на любовь

Лорд Алиот скептически изогнул брови, а я почувствовала, как то приятное впечатление, что я создала о себе, стремительно рушится. Я полагал, что вы умней, – так и читалось в его взгляде. А мне вдруг стало так обидно… Нет, не за себя, а за принца. Ведь, по сути, получается, что выбор супруги по любви – это лишь фарс, устроенный для публики, и, в конце концов, наследник всё равно женится на той, на которая наиболее выгодна королевству. Не удивлена, что этот мужчина столь спокойно предложил использовать любовные чары, которые, кстати говоря, на территории нашего Алендора находятся под запретом. Даже я, находясь под покровительством богини, не смогу подарить приворот, оставшись при этом безнаказанной.

– То есть, по-вашему, Его Высочество не может влюбиться не в высокородную леди? – хоть на губах и играла добродушная улыбка, глаза заледенели. – Разве это уже не противоречит воле наследного принца?

– Боже упаси! Что у вас за мысли такие? – скривился маг, откидываясь на спинку кресла. Для пущего эффекта не хватает, чтобы ноги на стол закинул, но, видимо, правила этикета при разговоре с дамой всё же сдерживают его. – Надеюсь, вы сейчас не пытаетесь сказать, что я злоупотребляю своей властью?

Мне пришлось приложить просто невероятные усилия для того, чтобы не отвести взгляда от этих пугающих, колдовских глаз.

– Да как я могу? Пойти против вас, означает пойти против Алендора и красного древа!

Красное древо – не что иное, как герб королевской семьи, изображающий на золотом фоне черный рассеченный ствол дерева с яркими алыми цветами вместо листьев. Никто не знает, что за древо символизирует королевский род, но выглядит одновременно завораживающе и внушительно.

И пока Рэндалл, буквально посеревший из-за столь ехидного ответа, не успел ничего сказать, я быстро поспешила добавить:

– Лорд Алиот, вы не верите в любовь, раз столь категорично придерживаетесь политических взглядов? – невольно или скорей уж по привычке начала крутить кольцо на указательном пальце.

– Я верю лишь в здравый смысл и свои собственные суждения, – холодно отчеканил он. – Любовь построена на выгоде и уважении, и я считаю, что этого вполне достаточно.

– Однако, Его Величество считает несколько иначе, – осторожно заметила я, начиная потихоньку злиться. Видимо, кого-то в свое время богиня Амия обошла стороной, причем по весьма широкой дуге.

Закинув ногу на ногу, маг вперил в меня испытующий взгляд, словно пытаясь понять, что у меня на уме. Улыбнувшись настолько широко, насколько это было возможно, я ответила не менее вызывающим взглядом, а браслет богини любви на руке недовольно сверкнул в свете свечей.

– Королевской семье никогда не везло в любви. Все прежние браки были совершены исключительно из-за материальной или социальной выгоды. А если чувства и вспыхивали, то они были мимолетны и, порой, безответны. И я не думаю, что в этот раз что-то изменится лишь благодаря вмешательству жрицы.

– Такое чувство, будто вы принимаете неудачи в любовных делах на свой счет, – не отказала в себе в удовольствии подшутить над ним. Однако, если я уже была на грани, то конкретно этого мужчину оказалось не так-то просто вывести из себя.

– Такое чувство, что вам приходилось сталкиваться лишь с безнадежными романтиками, – хоть его голос и звучал язвительно, я отчетливо уловила нотки усталости. Видимо разговоры на подобную тему изрядно наскучили магу.

Решительно проигнорировав его последнюю реплику, весело произнесла, возвращаясь к первоисточнику:

– Итак, у вас уже имеются кандидатки на роль будущей королевы?

В ответ, мужчина молча извлек из ящика письменного стола аккуратную стопку портретов и протянул ее мне. Едва удержавшись от того, чтобы не присвистнуть, осторожно убрала ленту, стягивающую картины, и с любопытством раскрыла их веером в обеих руках. Десятка четыре писаных красавиц, не меньше, и уверена, что не только из Алендора, но из соседних государств и провинций. Лучшие из лучших, если не по уму, то по красоте. А как по-другому? Вы когда-нибудь видели страшную аристократку? Родители задолго до зачатия нанимают священников, чтобы те своё благословение чаду подарили. Бедные храмовники вынуждены работать сверхурочно, чтобы потом не понабежали разъяренные родители с претензиями, почему у их дитяток нос кривой.

– Сколько девушек должно прибыть на отбор? – взглянув на мага поверх этой красоты, вопросительно приподняла брови, при этом стараясь, чтобы не было видно лукавой улыбки, расцветшей на губах.

– Шесть, – если Алиот и заметил что-то, то не придал этому огромного значения. А зря. – С бОльшим числом возникло бы слишком много мороки, поэтому вы здесь, чтобы… – осекшись, мужчина удивленно вскинул брови. – Что вы делаете?

Оставив этот вопрос без ответа, я без зазрения совести принялась раскладывать портреты на столе, рисунком вниз, правда для этого мне пришлось подняться с кресла и занять большую часть стола. Мурлыча себе под нос незатейливый мотив, стала методично перемешивать портреты между собой, как это делают профессиональные шулеры на рынках, дуря наивных людей фокусом с исчезнувшим камнем. Но к радости Его Величества и его сына, я не шулер, а профессиональная сваха. А свахи очень не любят, когда лезут в их работу по созданию любовного благоустройства.

– Госпожа Рэгл? – маг медленно поднялся, и в этот раз я отчетливо ощутила недовольство, исходящее от него. Это был всего лишь крохотный червячок раздражения, который в скором времени обещал перерасти в тихое бешенство.

– Я, господин маг, выбираю невесту наследному принцу, – стараясь придать голосу как можно больше удивления и недоумения, с удовольствием рассмотрела результат своих трудов.

– Столь варварским способом? Боюсь вас расстроить, но с подобными махинациями справится и пятилетний ребенок, – скептически оглядев стол, Рэндалл приблизился ко мне, и из-за этого мне пришлось отодвинуться. Несмотря на холод в голосе, я ни на секунду не забывала, что он маг, а магов лучше не доводить до белого каления.

Буквально проглотив ту колкость, которую кинул в меня мужчина, я откинула на спину волосы и, выпрямившись во весь рост, повернулась к нему лицом.

– Лорд Алиот, я разве учу вас колдовать? – и не дожидаясь, пока он ответит мне очередным сарказмом, поспешила добавить: – Вот и вы не мешайте мне… – задумчиво приложив руку ко лбу, всё силилась подобрать подходящее слово. И ведь нашла. – Сватовствовать. Я всего лишь скромная жрица любви, которая несет в этот мир волю богини Амии. И никто не вправе ставить эту волю под сомнение, – сама того не желая, но последняя фраза получилась несколько угрожающей, отчего на лице мужчины вздулись желваки.

Прикрыв глаза и вытянув руку с браслетом вперед, азартно досчитала до шести. Один счет – один портрет. Усмехнувшись, веером раскрыла картины и стараясь придать взгляду как можно больше невинности, повернула веер к побледневшему от гнева магу, чтобы он мог лицезреть выбранных мною претенденток. Учитывая смуглость его кожи, выглядело весьма забавно.

– Думаю, что эти девушки подходят просто идеально.

Рэндалл медленно выдохнул через нос, мне даже показалось, что из ноздрей пошел пар, точно у разъяренного дракона из легенд. Молча выхватил у меня портреты, пробежал по ним взглядом, пока я, довольная собой, складывала оставшиеся картины в аккуратную стопочку.

– Неплохой выбор, – нехотя признал он спустя несколько минут созерцания, хоть и было видно, что слова дались ему с огромным трудом. – Но нужно будет подготовить еще одну комнату для невесты.

– Почему? – вполне искренне удивилась я, и даже быстро пересчитала выбранные портреты, сетуя на плохое зрение и неумение считать до шести.

Кажется, эта картина весьма позабавила мага. По крайней мере, он усмехнулся и, выудив из общего количества одну из картин, охотно пояснил:

– У принцессы Мэрайи Тессел, которую вы выбрали, есть младшая сестра. Будет весьма невежливо пригласить одну сестру и не дать шанса другой.

Это заявление настолько сильно озадачило меня, что пришлось заново учиться говорить, а не изображать выброшенного на берег карпа.

– В таком случае, почему вы не включили её в ряды претенденток? – проворчала, отодвигая в сторону стопку уже ненужных портретов.

– А какова была бы вероятность того, что вы выберете портреты обеих сестер? – и, заметив, что я открыла рот для дальнейшего вопроса, поспешил ответить: – На самом же деле, у леди Аниты нет портрета, а обе сестры настолько не похожи друг на друга, что трудно признать в них родственниц. Поэтому, даже если взглянули бы на них прежде, чем начать это представление, – кивнув на стопку портретов, которые я вновь аккуратненько перевязывала лентой, маг чуть приподнял уголки губ, выдавая улыбку, – навряд ли выбрали обеих. Поэтому Его Величество и я пришли к выводу, что если выберете леди Мэрайю, то леди Аните также будет выслано приглашение.

Не стала его расстраивать и переубеждать в том, что не признать в двух девушках сестер было затруднительно. Однако, на душе всё-таки остался неприятный осадок того, что одна из участниц выбрана не мной. Впрочем, господин маг, я очень рада, что пришлось поиграть на ваших нервах. И если вам мои действия показались нелогичными и необдуманным, то спешу вас разочаровать – я сразу знала, какие портреты нужно вытаскивать. Должно быть он не заметил, сосредоточившись на самом действии, но каждый раз, как раскладывала ту или иную картину, аметист в моем браслете слегка искрился. Вот только на двух из них камень буквально засиял, и я порадовалась тому, что ношу подарок богини камнем вниз, и он не так слепит глаза. Ну, а память у меня была с детства хорошая. Мысленно вознеся хвалу Амие и поблагодарив её за помощь, с любопытством поинтересовалась:

– Неужели у других невест нет сестер или лишь принцесса удостоилась такой чести? И Вы же понимаете, что Её Высочество Аниту я не выбирала, так что и оценивать как кандидатку не смогу и не стану.

Рэндалл, продолжая разглядывать портреты, качнул головой и, казалось, полностью отдался своей работе:

– Конечно есть, но Его Высочеству вряд ли понравится идея вступления в брак с несовершеннолетним ребенком. А ваш выбор кандидатов – это всего лишь формальность, так что работать вам придется в любом случае. Поверьте, проблем с этими милыми леди хватит с лихвой.

Скрыв свое напряжение за мягкой улыбкой, припомнила случай, когда одному молодому мужчине действительно было предначертано вступить в брак с девочкой десяти лет. Естественно, такой брак, согласно законам королевства и условиям храма Белой Голубки не может быть принят обществом и богами, и непременно нужно было дождаться совершеннолетия девочки. В Алендоре, как и во многих других королевствах, совершеннолетие у девочек наступает в восемнадцать лет, а у мальчиков в шестнадцатилетнем возрасте, когда они начинают нести военную службу. Помню, что тот случай был из ряда вон выходящим, и родители девочки пытались обвинить меня в некомпетентности и шарлатанстве, да и не сказать, чтобы жених оказался доволен таким раскладом, учитывая их разницу в семнадцать лет. Лишь поход в храм Амии убедил их в том, что это единственный союз, который примет богиня. Скрипя зубами, обе стороны согласились, и жених, как истинный лорд, дождался ее совершеннолетия. Один из тех забавных случаев, когда мужчина буквально вырастил себе идеальную супругу, которая его обожала, боготворила и, разумеется, любила. А на те, заработанные тяжким трудом, деньги я с удовольствием приобрела для себя небольшую усадьбу за городом, где могла отдохнуть от столичной суеты и спокойно принимать заказы из провинции. Нет, иметь свою контору, конечно, хорошо, там уже всё благоустроено, и каждая собака знает, кому она принадлежит. Но, согласитесь, гораздо приятнее после удачного сватовства пригласить к себе в домик только что поженившихся клиентов и устроить на берегу кристально-чистого озера небольшой пикник, дабы окончательно насладиться триумфом.

– Что ж, господин маг, могу ли я в таком случае как-то познакомиться поближе с невестами? – заправив за ушко, выбившуюся из прически, прядь каштановых волос, кивнула на портреты выбранных кандидаток.

– Разумеется, я распоряжусь, чтобы все данные о невестах немедленно были переданы вам. Будьте так любезны, изучите их хорошенько на досуге.

Не знаю, что меня возмутило больше, его тон, которым это было сказано или же то, как лорд скептически и недоверчиво отнесся к моему выбору и профессии в целом. Не знаю, но бесили оба этих фактора. Так и хотелось сказать: Вы снова пытаетесь учить меня, как нужно работать?, – еле сдержалась, боясь, что голос, так и будет пропитан ядом. Вместо этого, взяв себя в руки, благодарно склонила голову.

– Благодарю за ваше великодушие и подробное разъяснение моих обязанностей, – совсем без колкости удержаться не удалось, но зато удалось приукрасить её чарующей улыбкой. Браслеты на руках издали успокаивающий перезвон, словно говоря: Держи себя в руках, Рина, да я и сама понимала, что нет смысла злиться на мужчину, который, кажется, ни разу в своей жизни не предавался мечтам о долго и счастливо.

– Леди Карина, – устало потерев переносицу, маг тяжело вздохнул, – понимаю, что у нас совершенно разные понимания о жизни и о любви, в том числе, но, к сожалению, какое-то время нам предстоит работать вместе, поэтому прошу впредь воздержаться от столь резких проявлений неприязни. По крайней мере, на публике.

– Сердечно благодарю за разрешение, – улыбка вышла настолько широкой, что свело челюсть, однако, все ради соблюдения приличий. Даже если ты ходишь по очень тонкому слою льда, а слова «к сожалению» очень сильно режут слух.

Лорд Алиот закатил глаза, но больше никак не выразил свое неудовольствие. Пойдя к двери, выглянул наружу и, найдя взглядом одного из стражников, произнес:

– Найдите Вернона и экономку и приведите их сюда.

Низко поклонившись, стражник удалился. Подперев ладонью щеку, задумчиво принялась тарабанить пальцами по столешнице, не обращая внимания на то, как маг начинает раздражаться.

– Когда начинается отбор?

– Когда соберутся все невесты, а это где-то через две недели.

Кивнула не столько ему, сколько самой себе, кое-что просчитывая в уме. Две недели… Думаю, что должно хватить для того, чтобы уладить некоторые вопросы по работе.

– Я ведь могу отлучиться из дворца на какое-то время? – уточнила с подозрением, хотя нисколько бы не удивилась, если бы господин маг заявил, что я тут под арестом до момента коронации наследника престола.

Кажется, подобным вопросом я поставила мужчину в весьма неудобное положение, раз он на секунду растерял всю свою надменность. Впрочем, не могла отказать себе в удовольствии мысленно позлорадствовать.

– Само собой, я распоряжусь, чтобы секретарь заполнил соответствующие бумаги, также Вы получите пропуск, позволяющий свободно входить и выходить из дворца. Просто предоставите пропуск охране, и Вас без проблем выпустят. Однако, если соберетесь куда-то дольше, чем на два дня, то нужно будет обратиться всё к тому же секретарю и получить письменное разрешение с печатью на время отсутствия.

– Сейчас мне тоже нужно брать разрешение?

– Вы куда-то собираетесь на столь долгое время? – не без любопытства поинтересовался маг, скрестив на груди руки.

– Нужно закончить кое-какие дела до начала отбора, – охотно пояснила я, сдунув с лица надоедливую прядь волос. Как же раздражает, постоянно выбивается из прически. Может отрезать уже? – К сожалению, я девушка занятая и постоянно нарасхват. У меня полным-полно клиентов, которые не брезгуют принимать помощь в своих личных отношениях и охотно принимают любые условия, – снова не удержалась от того, чтобы не поддеть его.

В дверь коротко постучали, и на пороге возник тот самый пожилой дворецкий, что уже провожал меня сюда и высокая стройная дама лет сорока, одетая в строгое темно-коричневое платье с белоснежным кружевным воротничком. Даже если бы маг не сказал, признать в женщине экономку не составило бы труда.

– Вернон, будь любезен, предоставить леди Рэгл всю доступную информацию по этим очаровательным леди и занеси в ее покои, – приняв портреты и любезно поклонившись, дворецкий пошел исполнять приказ, завуалированный под просьбу. – Леди, позвольте представить вам главную экономку Эмилию Эдельф.

Сделав книксен, женщина почтительно произнесла:

– Рада знакомству, госпожа Рэгл. Позвольте показать вам ваши покои?

Нерешительно кивнула и, бросив косой взгляд на застывшего мага, пошла следом за женщиной. Но возле двери остановилась и, с улыбкой обернувшись к лорду Алиоту, спросила:

– Скажите, господин маг, вы так ненавидите женщин или ненавидите чувства, что они вызывают?

Честно говоря, я вообще не думала, что он ответит на подобный вопрос, но мужчина меня несказанно удивил.

– Я люблю женщин в том понимании, в каком их должен любить мужчина, и испытываю соответствующие эмоции. Но ни одна из них не способна на большее.

– Хотите сказать, что ещё ни одна женщина не выдержала ваш сарказм? – хихикнула я, прикрыв ладошкой рот. Недалеко ахнула экономка, переводя недоуменный взгляд с меня на мага и обратно.

– Могу утешить только тем, что вы первая, кому я показал свой сарказм, – фраза действительно прозвучала несколько саркастично, если не брать в расчет внезапную улыбку, озарившую лицо мужчины. А я даже подумала, что лорд Алиот выглядит очень даже притягательно, когда улыбается. – Давать женщинам, что они хотят, разве это не то что должен делать мужчина, вступая в отношения?

– Что ж, весьма признательна вам за откровенность, – усмехнувшись, бросила на него холодный взгляд. – Но на славе и богатстве любви не построить. Страсть – возможно, но не любовь.

– Судя по вашим словам, любить жрице богини Амии не дано, – кажется, мои слова его лишь позабавили.

Улыбнувшись краешком губ, склонила голову к плечу, одарив его лукавым взглядом.

– Я полюблю, когда придет время. Возможно, даже вопреки всему. Но почему Его Высочество должен брать в расчет лишь политическую выгоду, когда можно полюбить? Вопреки всеобщему мнению и вопреки своей же власти? Видите ли, лорд Алиот, страсть тоже нужно чем-то подпитывать, ведь красота, молодость, сила и власть – вещи весьма хрупкие и недолговечные.

И не дожидаясь того, что маг ответит, поспешила последовать за экономкой.

– Госпожа Рэгл, позвольте заметить… – осторожно заметила женщина, стоило нам отойти подальше от кабинета. Подняв на Эмилию Эдельф вопросительный взгляд, кивнула, позволив ей продолжить. – Лорд Алиот не тот, с кем стоит вступать в открытый конфликт.

Легкомысленно пожав плечами, смахнула с лица каштановую прядь.

– Благодарю вас за беспокойство, но в данный момент единственный, о ком вам стоит беспокоиться – это о самом господине маге. С таким черствым и бессердечным отношением к светлым людским чувствам, он в скором времени превратится в старый, никому не нужный сухарь.

– Я знаю лорда уже давно и, честно сказать, удивлена, что вы не нашли общего языка. Господин маг прежде никогда не позволял себе так разговаривать с женщиной, – вздохнула она, останавливаясь. – Мы пришли, госпожа, это Изумрудная комната, Его Величество лично распорядился, чтобы вам, как свахе, предоставили покои, равные покоям кандидаток. Если комната вас не удовлетворяет или чего-то не будет доставать для вашего удобства, то непременно сообщите мне. К вашему следующему приезду мы обязательно исправим упущение.

Я, девушка, конечно, не привередливая, могу и на травке, и в карете поспать, и сама о себе позаботиться, но… Такой красоты даже в моем родном доме не было! Изумрудная комната действительно оправдывала свое название: это был именно тот оттенок изумрудного, который не резал глаза и приятно успокаивал, стоило только очутиться здесь. На фоне белоснежных стен, изумрудные огромная кровать с балдахином, ковер, шторы и два кресла с едва заметными серебряными узорами – выглядели ярко и броско, а на белом туалетном столике с зеркалом были вырезаны изящные листья папоротника. Ещё одна дверь вела в просторную купальню, а оттуда был выход в гардеробную, которая была настолько большой, что понадобилось бы на протяжении нескольких месяцев закупаться во всех модных салонах каждый день, чтобы заполнить всё свободное пространство.

Как завороженная, подошла к кровати, проведя ладонью по мягкому шелку покрывала, пальцами коснулась серебряных кисточек на тяжелом балдахине. Обняв одну из многочисленных подушек, я уткнулась в нее носом, вдыхая аромат чистой выглаженной ткани.

– Комната чудесная, – искренне улыбнулась я, повернувшись к застывшей в дверях экономке, о которой во всей этой красоте успела позабыть.

– Прошу прощения, леди, – вздрогнула, когда позади женщины возникла высокая, мрачная фигура дворецкого. – Я принес вам досье кандидаток отбора.

– Благодарю, – склонив голову в дружелюбном кивке, приняла аккуратную стопку бумаг. – В таком случае, я удаляюсь на какое-то время. Где могу найти секретаря?

Секретарь оказался довольно-таки симпатичным молодым человеком, который, определенно, знал свою работу. Маг, пока я рассматривала покои, уже успел заказать для меня соответствующие бумаги: пропуск был оформлен, заявление на долговременную отлучку конкретно расписано, а мне всё рассказано, и еще я получила весьма приятную улыбку. Удивительно, как такой юный мальчик может занимать столь сложный государственный пост. Ну, должно быть, талантливые люди талантливы во всем. Времени запоминать дворцовые коридоры не было, поэтому я ограничилась помощью все того же Вернона, который воспринял мою просьбу о сопровождении с неподдельной радостью. Когда со счастливой улыбкой демонстрировала разрешение на выезд, стражники глядели на меня с куда большим интересом, нежели, когда я прибыла сюда. Попрощавшись с дворецким, я, наконец-то, с облегчением выдохнула.

Прикрыв глаза рукой, судорожно начала размышлять о дальнейших планах на. Перво-наперво мне нужно было разобраться с нынешними клиентами. Просматривая с утра письма, наткнулась на весьма интересное послание от графа Реймса. Что странно, ведь последние несколько лет этот молодой человек не появлялся на светских приемах, а никто из знати не упоминал о нем в приватных беседах, да и о самом графстве как-то помалкивали. Хотя, года четыре назад прошел некий слушок о том, что граф был серьезно ранен во время трехлетней войны и после этого был прикован к кровати неизвестным недугом. Однако, этот слух прошел столь же быстро, как и появился, что еще более странно. И вот теперь, лорд Реймс зовет к себе сваху… Зачем? Вопрос, конечно, хороший, учитывая, что моя работа заключается лишь в одном. Но почему так внезапно? Сомневаюсь, что граф страдает от нехватки женского внимание, хотя, если слух о нездоровье был правдой, то можно предположить, что его внешность несколько подпортилась. Подложив под голову маленькую подушечку, прокрутила в голове утреннее письмо графа.

Уважаемая леди Карина, надеюсь, что Вы находитесь в добром здравии, и подобная работа не вызывает у Вас никаких неудобств.

Буду краток. Я наслышан о Вас, как о профессионале своего дела, а потому хочу обратиться к Вам с предложением работы. Тем не менее есть несколько нюансов, о которых Вам непременно следует знать. Хоть письмо и неконфиденциально, рассказать о всех подробностях могу лишь при личной встрече. Помимо всего прочего, последует дополнительная щедрая плата за хранение и получение информации.

С нетерпением ожидаю Вас в поместье Реймсов в удобное для Вас время.

P.S. Ответного письма не требуется. Приезжайте в любой время дня и ночи.

Граф Виктор Реймс.

Написано в весьма вежливой форме, граф проявил заинтересованность в моем благополучии – значит ожидал, что и я проявлю интерес к его делу. Почерк беглый и размашистый – значит дело срочное. В строчках упоминается дополнительная плата – скорее всего дело чрезвычайно занятное. Ну и последнее – интрига, которая присутствует фактически в каждом предложении. А то, что приезжайте в любое время дня и ночи – красиво завуалированный клич: Давайте как можно скорее!. Весьма любопытно и, полагаю, будет непросто. Но, чем труднее, тем интересней, такова уж людская натура.

Дорога в контору оказалась будто раза в два короче, чем дорога во дворец. К моему собственному неудовольствию, до поместья Реймсов добираться почти всю ночь, а значит придется ждать до утра, о чем я и сообщила своему кучеру. Заранее сложив небольшой багаж, в который уместилось несколько сменных платьев и ночная рубашка, аккуратно положила письмо графа на столик, чтобы точно не забыть, и, взобравшись на кровать, принялась перелистывать выданное мне досье на участниц отбора.

Информация о претендентках на роль спутницы жизни кронпринца, которую мне любезно предоставил маг, оказалась пусть и полезной, но чересчур однообразной. Девушки все были красивы, все из влиятельных и богатых семей, примерно одного возраста. Правда, несколько кандидаток явно выделялись на фоне своих, так называемых, соперниц. Во-первых, леди Камелия Альконт весьма богата, хоть её семья и не имеет никаких громких титулов. Отец девушки всего лишь младший лорд, и то это скорее должность, чем звание, да и передается оно исключительно старшему сыну, коих у лорда Альконта не было. Однако, являясь главой крупнейшей купеческой гильдии по поставкам восточных тканей и имея свое производство кожи, отец Камелии преуспел в финансовом благосостоянии, сделав свою дочь едва ли не самой завидной невестой Алендора. Поскольку добыча и обработка первоклассной кожи по сей день является процессом долгим, трудоемким и весьма затратным, ее ценность на рынке лишь растёт. Во-вторых, Корделия ван Блер – дючесса семейства ван Блеров. По данным тайных исследований, которые провел королевский двор о положении будущих невест, дом Блеров находится на грани разорения, хоть этот факт и скрыт от высшей аристократии. Уж не знаю, в чем причина, но полагаю, что эта девушка будет делать все, чтобы стать женой наследного принца.