НОВЫЙ МИР. Сезон 1. Часть 5. Пять кулонов. Том 1

Никаких аварийных сигналов.

Никакой попытки выйти на связь.

— Сканирование? — спросил Александр.

Елена проверила данные.

— Восемь биологических сигнатур.

Даниил резко повернулся.

— Восемь?

— Да.

— Живы?

— По базовым показателям — да.

— Девятый?

— Не обнаружен.

Александр посмотрел на фотографию.

Девять.

Восемь.

Снова.

— А объект?

Елена вывела подповерхностную схему.

На глубине семисот метров горела одна точка.

Голубая.

— Активен.

Даниил подошёл ближе.

— Раньше такого уровня не было.

АТЛАС сообщил:

«ПОЛУЧЕН НОВЫЙ СИГНАЛ».

— От кого?

«НЕ УСТАНОВЛЕНО».

— Содержание?

На главном экране появилась строка.

«Я НЕ ПРОШУ ВАС РЕШАТЬ ЗА МЕНЯ».

Пауза.

Следующая:

«Я ПРОШУ ВАС ПОМОЧЬ МНЕ ПОНЯТЬ, ГДЕ ЗАКАНЧИВАЮСЬ Я».

В кабине стало тихо.

Елена первой посмотрела на Александра.

— Это уже совсем другой вопрос.

Он кивнул.

Потому что теперь речь шла не о древнем артефакте.

Не о пяти свидетельствах.

Не о забытом механизме Первой цивилизации.

Где-то под поверхностью Талии находился субъект.

Возможно, человек.

Возможно, уже не только человек.

И он не просил принять за него решение.

Он пытался понять, существует ли ещё граница между ним и чем-то другим.

Корабль начал сближение со станцией.

Александр смотрел на голубую точку глубоко под поверхностью.

И впервые подумал, что след древних может оказаться опасен не потому, что древние оставили после себя слишком много силы.

А потому, что они оставили вопросы, которые каждый новый разум должен был задавать заново.

И ни одно свидетельство не могло ответить вместо него.

На глубине семисот метров лунный камень вспыхнул.

Две пересекающиеся линии на его обратной стороне стали ярче.

Но никакого имени рядом с ними не появилось.

Ни Александра.

Ни неизвестного исследователя.

Ничьего.

Потому что свидетельство Понимания не искало владельца.

Оно фиксировало предел.

И в тот момент, когда корабль вошёл в зону станции, в древней конструкции появилась новая строка:

«ПЕРВОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ АКТИВНО».

Четыре остальных углубления оставались пустыми.

Где находились другие свидетельства, никто на Талии не знал.

Но далеко от станции произошли четыре почти незаметных события.

Аметист изменил внутреннюю структуру света.

Лабрадорит на мгновение отразил вариант будущего, которого не было ни в одном активном прогнозе.

В прозрачном кварце появилась новая серебряная линия — и оборвалась, не соединившись с остальными.

Обсидиан исчез из доступного наблюдению пространства на одну тысячную секунды.

Не пробуждение.

Не зов.

Не поиск избранных.

Проверка.

Пять древних ограничений снова оказались нужны.

И самым тревожным было не то, что они активировались.

А то, что никто пока не знал, чьё право они должны были ограничить на этот раз.

Глава 2. Пять имён

Талия-7 появилась впереди слишком тихо.

Александр заметил это сразу.

Обычно после перехода оставалось хотя бы мгновение, когда тело ещё помнило движение: едва заметное давление в груди, изменение тона двигателей, короткая задержка между тем, что видели глаза, и тем, что принимал мозг.

На этот раз не было ничего.

Ещё секунду назад за обзорным экраном находилась другая звёздная система.

Потом появилась Талия-7.

Словно расстояние между двумя точками просто перестало иметь значение.

Даниил оторвался от планшета.

— Это нормально?

— Нет, — ответил Александр.

— Прекрасно.

Елена посмотрела на Даниила.

— Ты хотел честный ответ.

— Я начинаю сомневаться, что это была хорошая идея.

— Поздно.

Даниил снова опустил взгляд.

Последний час он изучал одни и те же данные.

Елена терпела несколько минут.

Потом спросила:

— Ты можешь перестать смотреть на один файл?

— Могу.

— Но не перестанешь?

— Пока нет.

— Почему?

— Ищу закономерность.

— Ты ищешь её почти час.

— Значит, она хорошо спряталась.

Александр посмотрел на Елену.

— Он мне нравится.

Даниил поднял голову.

— Кто?

— Ты.

— Почему?

— Напоминаешь меня в молодости.

Даниил задумался.

— Это комплимент?

— Пока не решил.

Елена тихо рассмеялась.

— Теперь понимаю, почему о вас столько рассказывают, — сказал Даниил.

— И что именно рассказывают?

— Что вы невыносимы.

— Правда.

— Хорошо, что хотя бы здесь легенды не врут.

Напряжение исчезло всего на несколько секунд.

Потом корабль дрогнул.

Не сильно.

Но достаточно, чтобы Даниил перестал улыбаться.

— Что это было?

Александр проверил приборы.

Все показатели оставались нормальными.

— Ничего.

Елена повернулась.

— Ты уверен?

— Нет.

— Тогда почему сказал «ничего»?

— Хотел проверить, получится ли.

— И?

— Плохо получилось.

Даниил переводил взгляд с одного на другого.

— Вы всегда так разговариваете?

— Нет, — ответили Александр и Елена одновременно.

Даниил усмехнулся.

— Конечно.

Корабль дрогнул снова.

На этот раз погас свет.

Полностью.

Исчезли панели.

Аварийные полосы.

Проекционные экраны.

Даже звёзды за обзорным стеклом словно исчезли.

Три человека остались в абсолютной темноте.

— Вот это уже точно не нормально, — произнёс Даниил.

Александр хотел ответить.

Не успел.

Что-то возникло на границе сознания.

Не голос.

Не мысль.

Скорее структура.

Пять точек.

Первая — светлая, почти голубая.

Вторая — глубокая фиолетовая.

Третья — почти чёрная, но внутри неё вспыхивали синий и зелёный.

Четвёртая — прозрачная.

Пятая — настолько тёмная, что не отражала никакого света.

Пять точек располагались вокруг пустого центра.

Между ними возникли линии.

Но теперь Александр заметил главное.

Они не соединялись в центре.

Каждая линия останавливалась раньше.

Пять направлений.

И пустота между ними.

Потом появились силуэты.

Не лица.

Не конкретные люди.

Просто пять отдельных субъектов.

Один находился среди множества чужих голосов.

Другой — внутри памяти, которой было слишком много.

Третий стоял перед расходящимися вариантами будущего.

Четвёртый существовал в форме, которую Александр не смог определить как биологическую или искусственную.

Пятый находился там, где само понятие пространства становилось условным.

И вместе с образом возникло слово:

«ИМЕНА».

Аварийное освещение включилось.

Александр резко открыл глаза.

— Что случилось? — спросила Елена.

Он посмотрел на Даниила.

— Покажи конструкцию.

— Сейчас?

— Сейчас.

Даниил вывел фотографию на центральный экран.

Подземный зал.

Круглая металлическая платформа.

Пять углублений.

В одном — лунный камень.

Четыре оставались пустыми.

Александр приблизился.

— Символы.

Даниил увеличил нижнюю часть конструкции.

Пять знаков.

Две пересекающиеся линии.

Круг и полумесяц.

Три кольца.

Разрыв.

Точка внутри круга.

— Пять свидетельств, — сказала Елена.

Даниил посмотрел на неё.

— Вы уверены, что предметов действительно пять?

— Конструкция предполагает пять физических носителей, — ответил Александр.

— Это не значит, что предполагается пять человек.

Александр кивнул.

— Согласен.

Даниил явно не ожидал.

— Просто согласен?

— Что?

— Без «но»?

— Могу добавить, если тебе станет спокойнее.

— Не нужно.

Елена приблизила изображение.

Между символами шли почти невидимые линии.

Даниил нахмурился.

— Этого я раньше не видел.

— Что?

Он увеличил ещё сильнее.

Линии действительно существовали.

Все пять направлялись к центру.

И все обрывались перед одной и той же маленькой пустой областью.

— Почему не соединяются? — спросил Даниил.

Александр вспомнил Пролог, которого сам никогда не видел, но смысл которого уже знали из найденных архивов Первой цивилизации.

— Потому что так и задумано.

— Очень убедительно.

— Центрального владельца у пяти функций быть не должно.

Даниил посмотрел на схему ещё раз.

— То есть это не устройство?

— Устройство.

— Но специально недостроенное?

Елена ответила:

— Скорее специально незавершимое.

Даниил некоторое время молчал.

— Мне совершенно не нравится разница между этими словами.

— А она важная, — сказал Александр.

Талия-7 становилась всё ближе.

Станция выглядела целой.

Именно это тревожило сильнее всего.

Никаких разрушений.

Пробоин.

Следов аварии.

Внешние модули вращались штатно.

Энергия подавалась.

Стыковочный узел был активен.

Внутри, согласно последнему сканированию, оставались восемь биологических сигнатур.

Но никто не отвечал.

Даниил смотрел на станцию.

— Я оставил здесь девять человек.

Александр услышал перемену в его голосе.

До этого Даниил говорил о Талии как исследователь.

Теперь говорил человек, который оставил здесь друзей.

Елена тихо сказала:

— Найдём тех, кого можем найти.

Даниил посмотрел на неё.

— Вы ведь не знаете, что они живы.

— Не знаю.

— Тогда почему говорите?

— Потому что обещать результат — ложь. А обещать искать — можно.

Он несколько секунд смотрел на неё.

Потом кивнул.

Корабль пристыковался.

Шлюз Талии-7 открылся раньше, чем их система передала идентификацию.

Даниил остановился.

— Так не должно быть.

— Автоматический аварийный доступ? — спросила Елена.

— Отключён. Здесь режим исследовательского карантина. Система обязана запросить идентификатор.

Александр посмотрел в открывшийся коридор.

— Значит, либо систему изменили, либо кто-то решил нас впустить.

— Кто?

— Не знаю.

Даниил вздохнул.

— Я уже начинаю привыкать.

Они вошли.

Воздух был пригоден для дыхания.

Температура — нормальная.

Жизнеобеспечение работало.

На стенах горели приглушённые полосы резервного освещения.

Даниил посмотрел на датчик.

— Восемь биологических сигнатур всё ещё есть.

Александр остановился.

— Где?

Даниил нахмурился.

— Не могу определить.

— Почему?

— Система видит жизненные процессы, но не координаты.

— Так бывает?

— Нет.

Елена посмотрела на него.

— Осторожнее.

Даниил понял.

— Раньше я не видел такого режима.

— Лучше.

Они прошли дальше.

На полу лежала чашка.

Рядом — планшет.

Александр поднял его.

На экране сохранилась недописанная фраза:

«ЕСЛИ ВЫ ЭТО ЧИТАЕТЕ, ЗНАЧИТ...»

И всё.

— Когда создан файл?

Даниил проверил.

— Девятнадцать часов назад.

— Автор?

Пауза.

— Нет данных.

— Такое возможно?

— Здесь каждый файл имеет автора.

— Имел, — сказал Александр.

Даниил посмотрел на него.

— Не нравится мне ваше уточнение.

— Мне тоже.

Двери лабораторий стояли открытыми.

Оборудование продолжало работать.

В одной комнате осталась недопитая чашка.

В другой — незавершённая модель минерала.

В медицинском отсеке на спинке кресла висела куртка.

Никто не собирался исчезать.

Люди словно были вырезаны из обычного дня.

— Александр.

Елена остановилась возле стены.

На ней висела групповая фотография.

Девять человек.

Даниил подошёл.

— Это мы.

— Назови всех, — сказал Александр.

Даниил нахмурился.

— Зачем?

— Просто назови.

Он начал слева.

— Маркус Хельд. Ирина Вей. Томас Рейнер. Лин Сато. Оскар Ден...

Продолжил.

Остановился у второго справа.

Молчание затянулось.

— Дальше, — сказал Александр.

— Я знаю его.

— Имя?

Даниил нахмурился.

— Подожди.

Елена подошла ближе.

— Не пытайся угадать. Вспоминай то, что есть.

— Он работал со мной.

— Сколько?

— Почти два года.

— Специализация?

— Подповерхностные структуры... нет.

Он зажмурился.

— Или пространственная геометрия.

— Ты не уверен?

— Нет.

— Что ещё?

— Кофе.

Елена посмотрела на Александра.

— Это он уже помнил.

Даниил продолжил:

— Он терпеть не мог автоматическую сортировку образцов. Постоянно перенастраивал систему вручную. Один раз сломал анализатор и три часа доказывал, что виноват анализатор.

Александр спросил:

— Семья?

Даниил замолчал.

— Не знаю.

— Родной мир?

— Не знаю.

— Имя?

Даниил открыл глаза.

В его лице больше не было скепсиса.

Только страх.

— Не могу.

Александр открыл список персонала станции.

Восемь человек.

Даниил выхватил планшет.

Проверил смены.

Медицинские карты.

Допуски.

Посадочные журналы.

Финансовые записи.

Систему питания.

Везде восемь.

— Нет.

Он листал быстрее.

— Нет, этого не может быть.

Александр сказал:

— Мы не знаем, чего именно здесь нет.

— Его нет.

— В доступных данных.

— Он два года работал со мной!

— А фотография это подтверждает.

— Тогда базу изменили.

— Возможно.

— Ты опять.

— Потому что это пока гипотеза.

Даниил посмотрел на него.

— А что ещё может быть?

— Изменена база. Изменено восприятие. Нарушена связь между памятью и идентификатором. Фотография не отражает историю так, как мы думаем. Сам человек был частью системы, которую мы не понимаем.

— Это должно успокаивать?

— Нет.

Елена всё ещё смотрела на фотографию.

Потом прикоснулась ладонью к стене.

Закрыла глаза.

— Здесь что-то есть.

Александр повернулся.

— Что?

— Не знаю.

— Память?

— Нет.

Она нахмурилась.

— Скорее след связи.

— Станции?

— Не называй это памятью станции.

— Почему?

— Потому что мы слишком быстро начинаем давать знакомые имена тому, чего не понимаем.

Александр кивнул.

— Согласен.

Елена продолжала держать ладонь на металле.

— Но здесь действительно сохранился след его присутствия.

Даниил замер.

— Ты можешь его увидеть?

— Нет.

— Услышать?

— Нет.

— Тогда что именно?

Она открыла глаза.

— Представь комнату, из которой вынесли стол.

— Хорошо.

— Ты можешь не знать, какой он был. Но по пустому месту на полу понимаешь, что что-то стояло там очень долго.

Даниил посмотрел на фотографию.

— Значит, его удалили?

— Я этого не говорила.

Свет погас.

Мгновенно.

Даниил вытащил оружие.

— Стоять.

Александр ничего не сказал.

Из темноты впереди донёсся звук.

Шаг.

Ещё один.

Даниил направил оружие в коридор.

— Назовитесь.

Ответа не было.

Ещё один шаг.

Александр поднял руку.

— Не стреляй.

— Там кто-то есть.

— Возможно.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— Тогда что ты слышишь?

Александр прислушался.

Теперь стало понятно.

Это были не шаги.

Звук воспроизводился системой.

Слишком ровный интервал.

Слишком одинаковая сила.

— Это запись.

— Чья?

— Не знаю.

Шаги прекратились.

И в сознании Александра возникла фраза.

Не голос.

Смысл.

«ПЯТЬ ИМЁН».

На стене впереди включился экран.

Белая поверхность.

Первая строка:

АЛЕКСАНДР ВОРОНЦОВ

Даниил медленно повернулся к нему.

— Это становится личным.

Появилась вторая строка:

ЕЛЕНА

Без фамилии.

Елена это заметила.

— Почему только имя?

Александр не ответил.

Третья строка:

МИРА ЛОРЕН

Даниил резко приблизился.

— Мира?

— Знаешь её?

— Да.

— Откуда?

— Мы работали вместе несколько лет назад.

— Специализация?

— Вероятностные модели. Системы, где наблюдение меняет структуру доступного будущего.

Елена посмотрела на имя.

— А сейчас?

— Исследовательский сектор Эриды. По крайней мере, была там несколько месяцев назад.

Появилась четвёртая строка:

ЭЛИС

Даниил посмотрел на Александра.

— Тот самый?

— Да.

— Искусственный субъект?

— Да.

— Созданный Элиан?

— Да.

— И вы собирались рассказать мне об этом когда?

— В корабле.

— Мы уже были в корабле.

— Было много другого.

Даниил покачал головой.

Пятая строка появилась медленнее.

КАЭЛЬ

Никто не заговорил.

— Знаете? — спросил Даниил.

Елена покачала головой.

— Нет.

Александр тоже.

— Нет.

Даниил повернулся к экрану.

— Кто такой Каэль?

Текст исчез.

Вместо него появились пять символов.

Рядом с каждым именем — один.

Александр — две пересекающиеся линии.

Елена — круг и полумесяц.

Мира — три кольца.

ЭЛИС — разрыв.

Каэль — точка внутри круга.

Александр почувствовал, как внутри поднимается сопротивление.

— Нет.

Даниил посмотрел на него.

— Что?

— Это не назначение.

Елена поняла первой.

— Потому что свидетельства не выбирают владельцев.

— Да.

На экране появилась новая строка.

«СООТВЕТСТВИЕ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ПРАВОМ».

Александр замолчал.

Даниил перечитал.

— Оно тебя услышало?

— Не уверен.

Появилось продолжение:

«ИМЯ УКАЗЫВАЕТ НА ТЕКУЩУЮ ТОЧКУ ПРОТИВОРЕЧИЯ».

Елена подошла ближе.

— Значит, не «Александр — Понимание».

— Похоже, нет.

— А?

Александр посмотрел на своё имя.

Две пересекающиеся линии.

— Сейчас противоречие Понимания каким-то образом связано со мной.

— Каким?

— Не знаю.

Даниил вздохнул.

— Уже почти успокаивает.

Елена указала на своё имя.

— Тогда Память связана со мной.

— В данный момент, — уточнил Александр.

— Правильно.

Мира — Видение.

ЭЛИС — Право выбрать иначе.

Каэль — Существование.

Но никакой древний механизм не объявлял их избранными.

Не назначал судьбу.

Не вручал функцию.

Пять свидетельств фиксировали пять точек напряжения.

Субъектов, рядом с которыми древнее ограничение могло понадобиться снова.

— Почему Каэль? — спросил Даниил.

Экран ответил:

«СУБЪЕКТ НЕ ЛОКАЛИЗОВАН».

— Жив?

Пауза.

«ВОПРОС НЕ ИМЕЕТ ДОСТАТОЧНО ОПРЕДЕЛЁННОГО ОТВЕТА».

Даниил медленно посмотрел на Александра.

— Очень полезно.

— Мне начинает нравиться стиль.

Елена спросила:

— Каэль существует?

Ответ:

«ДА».

Следующая строка:

«ФОРМА СУЩЕСТВОВАНИЯ НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ВАШЕЙ ТЕКУЩЕЙ КЛАССИФИКАЦИИ».

Даниил убрал оружие.

— Прекрасно.

Под именами появилась надпись:

ПЯТЬ ПРОТИВОРЕЧИЙ.

Не пять выборов.

Не пять избранных.

Пять мест, где прежняя логика могла снова превратить возможность в право.

Александр посмотрел на экран.

— Почему сейчас?

Ответа не было.

— Почему эти пятеро?

Новая строка:

«ПОТОМУ ЧТО СВИДЕТЕЛЬСТВА АКТИВНЫ».

— Это ничего не объясняет.

«СОГЛАСНО».

Даниил уставился на экран.

— Оно сейчас признало, что плохо объяснило?

Елена улыбнулась.

— Похоже.

— Мне нравится эта древняя система больше, чем большинство современных.

Экран снова изменился.

Появилась карта.

Пять отметок.

Первая — Талия-7.

Вторая — Нира.

Третья — Эрида.

Четвёртая не имела фиксированных координат.

Пятая отсутствовала на обычной пространственной карте совсем.

— Нира, — сказала Елена.

Рядом с точкой появился символ Памяти.

— Значит, аметист там.

— Вероятно.

— А Мира на Эриде?

Рядом с третьей координатой появился лабрадорит.

Даниил приблизил изображение.

— Четвёртая точка движется.

— ЭЛИС, — сказал Александр.

— Где он сейчас?

— Его положение нельзя описывать как положение обычного корабля или тела.

Даниил посмотрел на него.

— Конечно.

— А пятая? — спросила Елена.

Даниил анализировал данные.

— Это не отсутствие координат.

— Тогда что?

— Система пытается задать положение, используя параметры, которых нет в нашей пространственной модели.

Александр посмотрел на имя.

КАЭЛЬ.

— Он не «нигде».

— Тогда?

— Где-то, для чего у нас пока нет слова.

Елена заметила новую строку первой.

«НЕ СОБИРАЙТЕ ПЯТЬ В ОДНОМ».

Никто не заговорил.

Потом:

«НЕ ПЕРЕДАВАЙТЕ СВИДЕТЕЛЬСТВО ПО ТРЕБОВАНИЮ».

Ещё:

«НЕ СЧИТАЙТЕ СООТВЕТСТВИЕ НАЗНАЧЕНИЕМ».

И последняя:

«НЕ ИЩИТЕ ЦЕНТР».

Александр почувствовал странное облегчение.

По крайней мере, древняя система не просила их повторить ошибку.

Даниил прочитал инструкции.

— Значит, мы не должны собирать пять кулонов.

— Вместе — нет.

— Но должны найти остальные?

Александр посмотрел на карту.

— Сначала понять, почему активировались ограничения.

— Это может потребовать найти свидетельства.

— Возможно.

Даниил поморщился.

— Я всё-таки продолжаю ненавидеть это слово.

Елена улыбнулась.

— Имеешь право.

На экране возникла ещё одна строка:

«ПОНИМАНИЕ АКТИВНО».

Лунный камень.

Талия-7.

— Значит, начинаем здесь, — сказал Александр.

Даниил повернулся к коридору.

— Внизу.

— Да.

Они пошли к лифту.

Но на полпути Александр остановился.

Что-то изменилось.

Не на экране.

Внутри восприятия.

Присутствие.

То, которое он почувствовал ещё утром.

Теперь к нему добавилось другое.

Первое было направленным.

Словно кто-то пытался вступить в контакт.

Второе — гораздо шире.

Спокойнее.

Оно не толкало.

Не звало.

Не просило.

Просто наблюдало.

Александр закрыл глаза.

— Что? — спросила Елена.

— Здесь не один источник.

— Два?

— Как минимум.

Даниил остановился.

— Ты это слышишь?

— Нет.

— Тогда как определяешь?

Александр попытался подобрать слова.

— Первый пытается быть понятым.

— А второй?

Он открыл глаза.

— Пытается понять.

Елена замерла.

Это различие она узнала сразу.

— ЭОН?

Александр не ответил.

Потому что не знал.

И потому что после всего пережитого имя древнего субъекта не должно было автоматически становиться объяснением каждого неизвестного наблюдателя.

— Не будем называть его, пока не подтвердим.

— Согласна.

Даниил посмотрел на них.

— А можно мне начать с того, кто вообще такой ЭОН?

Александр нажал вызов лифта.

— Очень старый разум.

— Насколько старый?

— Намного.

— Опасный?

Александр задумался.

— Способный.

— Это не ответ.

— Самый точный из тех, что у меня есть.

Лифт открылся.

Они вошли.

Семьсот метров вниз.

Первые сто прошли спокойно.

На ста двадцати трёх метрах связь с внешней сетью исчезла.

На двухстах перестали работать навигационные маяки.

На трёхстах Даниил сказал:

— Это невозможно.

Александр посмотрел на него.

— Что теперь?

Даниил показал глубину.

— Мы проехали триста метров.

— Да.

— Но датчик высоты показывает, что поверхность станции всё ещё в двадцати метрах над нами.

Елена нахмурилась.

— Пространство растягивается?

— Или шкала больше ничего не означает.

Александр посмотрел на закрытые двери.

— Продолжаем?

Елена ответила первой:

— Пока можем вернуться.

Даниил проверил.