Путь изгоя. Том 1: Испытание тёмной бури

— Высокая стадия «Закалки Тела», — пробормотал он. — Поглядим, что тебе найдётся, малыш.

Старик придвинул короб с дощечками и принялся их перебирать. Названия он читал нарочито громко, каждый раз поглядывая на мальчика.

— Уборка в зверинце.

Рик представил клетки, грязь, помёт и зверей, которые вряд ли станут спокойно сидеть, пока он за ними убирает. Нос сам собой сморщился.

— Нет, не подойдёт, — решил Пан Фу и отложил дощечку. — Чистка уборных.

Мальчик вскинул на него округлившиеся глаза.

Старик прикрыл рот дощечкой, но Рик успел заметить улыбку.

— Тоже нет. А вот ещё… Помощник в женской купальне.

Рик замер. Ему сразу вспомнилась история о Линь Сяо и старейшине Лу. Щёки запылали.

Пан Фу повертел дощечку в пальцах и хмыкнул:

— Как это сюда попало? Разумеется, нет.

Рик с облегчением выдохнул.

Пан Фу перебирал деревянные плашки ещё около десяти минут. Рик следил за его движениями, чувствуя, как нарастает тревога: после шуточек старика казалось, что в ящике вообще не окажется ни одной подходящей миссии. Наконец старец извлёк три дощечки и разложил их перед юнцом на столе.

— Внимай и запоминай. Павильон предлагает ученикам на выбор три поручения. Ты волен взять одно, два или все сразу. Но по каждому нужно отчитаться вовремя. Задержка или провал сурово караются. За это с тебя спишут накопленные баллы. Если же их не хватит, получишь наказание. Тебе всё ясно?

Рик вспомнил наказ Линь Сяо: не браться за задачу, которая ему не по плечу. Он стёр со лба выступившую испарину и кивнул.

— Ясно, старейшина Пан.

Старик подробнее разъяснил новичку механизм списания баллов и виды возможных кар. От услышанного по спине Рика пробежал холодок, хотя в комнате стояла духота. Вскоре наставление подошло к концу. Управляющий удовлетворённо взглянул на перепуганного ученика.

— Внимательно изучи все доступные поручения и прими решение.

Рик потянулся к первой плашке. После слов старейшины пальцы всё ещё дрожали. Он поднял её и прочёл выжженные на дереве строки:

«Пещера Серого Камня. Задача: добыть десять мотков паутины чёрного паука. Уровень сложности: низкий. Время на выполнение: трое суток. Вознаграждение: тридцать баллов за моток. Минимально допустимый результат: пять мотков».

Мальчик вернул дощечку на стол и взял следующую:

«Руины Дворца Падающих Лепестков. Задача: уничтожить беспокойного духа. Уровень сложности: средний. Время на выполнение: пять суток. Вознаграждение: триста баллов».

Последняя пластина оказалась чуть тяжелее:

«Терраса Упавшего Грома. Задача: добыть десять осколков громовой руды. Уровень сложности: средне-высокий. Время на выполнение: десять суток. Вознаграждение: тысяча баллов».

Взвесив все за и против, мальчик остановил свой выбор на третьей дощечке. Он прямо посмотрел на старика:

— Я беру эту.

Тот не спеша провёл пальцами по бороде:

— Мальчик, это задание не такое простое, как тебе кажется. Тысяча баллов — огромный соблазн для ученика. Сама громовая руда — пустяки, но место кишит магическими зверями второго и третьего рангов. Ты точно уверен? — переспросил старейшина.

Рик на секунду задумался. Против первого и второго рангов у него есть верный меч, с ними он справится. А если попадётся третий… Что ж, тогда придётся уносить ноги.

Дело было даже не в тысяче баллов. Рик просто хотел проверить собственные силы и удивить ушастого старшего брата. Сражаться на арене прямо сейчас ему не хотелось, да и соперников он толком не знал. Оставался лишь один вариант: взять задачу потруднее и испытать себя на прочность.

Мальчик решительно отодвинул две оставшиеся таблички, сжав в пальцах третью:

— Да, я беру её.

Пан Фу приподнял брови. Он ещё раз посмотрел на дощечку, которую Рик так и не выпустил из рук. Прежняя усмешка сошла с лица старика. Он помолчал, затем вздохнул и кивнул:

— Что ж, решать тебе. — Пан Фу убрал отвергнутые миссии обратно в короб. — Давай свой ученический жетон.

Рик достал предмет из пространственной сумки. Старейшина принял его, взял плашку из рук мальца и прижал дощечку к значку. Дерево на мгновение слабо вспыхнуло, передавая духовную информацию о миссии прямо в массив медальона, после чего Пан Фу вернул вещь владельцу.

Старик посмотрел в удивлённые глаза мальчика и беззлобно усмехнулся. Рик понимал, что знает о духовном мире слишком мало — ведь он только недавно ступил на этот путь. Старейшина небрежно махнул рукой:

— Всё, ступай.

Мальчик, отвесив уважительный поклон, развернулся к выходу. Проходя мимо, он заметил стоявших неподалёку подростков — Шэнь Ло и Юнь Хао. Оба глянули на него, и Рик понял: они слышали разговор от начала до конца.

Он вышел за ворота павильона. Приятели переглянулись, подошли к старейшине и взяли групповую миссию в тех же краях, куда вскоре должен был отправиться мальчик.

Уже на выходе из Павильона Заданий Шэнь Ло выдавил кривую ухмылку:

— «Терраса Упавшего Грома» … Чертовски опасное место. Самоуверенному мелкому засранцу стоит быть поосторожнее, если он не хочет там сдохнуть.

До хижины Линь Сяо Рик добрался за десять минут. Войдя, он прошёл в комнату, сел на кровать, скрестив ноги, и погрузился в медитацию, чтобы восстановить силы до пика. Но из головы всё не выходил колючий взгляд Шэнь Ло. Этот парень ему определённо не нравился.

Через несколько часов мальчик открыл глаза и довольно улыбнулся: духовная энергия снова бурлила в жилах. Ждать больше не стоило. Он достал нефритовый жетон и внимательно изучил записанный в нём маршрут. До Террасы Упавшего Грома — около двух дней пути.

Сердце забилось чаще. Впервые ему предстояло самостоятельно выйти за пределы родной секты. Что ждёт его там, в огромном и опасном духовном мире, Рик не знал, но юное упрямство не давало передумать.

Перед дорогой Рик решил в последний раз проверить, всё ли взял. Сняв с пояса сумку-хранилище, он вытряхнул её содержимое на кровать.

Первым мальчик поднял короткий меч «Клинок Тёмного Порыва». Бережно провёл пальцем по рукояти:

— С тобой я там точно выживу, приятель.

Отложив оружие, Рик перебрал остальные вещи: два чистых комплекта формы, запасные штаны, две пары сменного белья и два нефритовых флакона. В одном хранились пилюли для закалки тела, во втором — для закалки крови.

На флаконы он наткнулся утром, когда убирался в хижине Линь Сяо. Рик никогда не принимал таких пилюль и не знал, как они подействуют, но смог прочесть названия на этикетках.

«Старший брат ведь не будет против, если я одолжу их на время?» — подумал мальчик, чувствуя лёгкий укол совести, и уложил припасы обратно.

Чуть погодя он распределил вещи. В пространственное кольцо, активировавшееся от одной мысли, Рик убрал короткий меч, пилюли, запасные штаны и смену белья. Всё остальное добро осталось в поясной сумке.

Мальчик поймал себя на том, что до сих пор так и не заглянул внутрь этого кольца — подарка, который ещё в пещере вручил ему учитель, тот самый «старый пердун». Рик решил изучить загадочное содержимое уже в дороге, на первом же привале.

Наконец приготовления были завершены. Накинув лямку походной сумки, мальчик решительно вышел из хижины и направился к главным воротам внешнего круга секты.

Глава 19. Госпожа Мэй

Полдня минуло с тех пор, как Линь Сяо покинул секту «Тёмная Буря». Он гнал сквозь лес без передышки. После прорыва на начальную стадию «Сбора Истока» ноги сами несли вперёд, и подросток то и дело срывался на бег. Солнце рябило сквозь листву, ветер трепал волосы и приятно щекотал волчьи уши. Линь Сяо довольно щурился.

Но стоило вспомнить Рика, как улыбка померкла. У порога хижины мелкий шмыгал носом и так вцепился в его рукав, что Линь Сяо пришлось осторожно высвобождать ткань из пальцев. Они только вчера стали назваными братьями, а сегодня он оставил мальчишку одного. Уйти было необходимо, но на душе от этого не становилось легче.

«Вернусь — извинюсь, — пообещал себе Линь Сяо. — И привезу подарок. Такой, чтобы мелкий наконец улыбнулся».

Вскоре что-то заставило его сбавить шаг. Подросток замер среди деревьев, навострив уши. Вокруг шелестела листва, высоко в кронах перекликались птицы. Чужих шагов или рычания он не слышал, но звериное чутьё не давало нестись дальше, как ни в чём не бывало.

Линь Сяо прищурился, вглядываясь в лес. Впереди его что-то ждало. Опасность или удача — он пока не мог понять.

Линь Сяо выбрал дерево с крепкими ветвями, направил поток ветра в ноги и оттолкнулся. Прыжок вынес его к нижней ветке. Подросток подтянулся, забрался под самую крону и двинулся дальше по верхушкам, ловко перескакивая с ветви на ветвь.

Примерно через пятьсот шагов лес расступился. Линь Сяо замер на широкой ветке у края поляны и посмотрел вниз.

По траве металась сороконожка длиной почти в десять шагов. Её тёмно-зелёный панцирь состоял из крупных щитков, под которыми мелькали ряды коротких желтоватых ног. Над жвалами возвышалась зубчатая корона из золотистого хитина. Один щиток на боку треснул; с его края на землю падали тёмные капли.

Тварь окружали четверо культиваторов. На них были пыльные дорожные халаты тёмно-бурого цвета, перехваченные красными поясами. Рукава закатаны до локтей, на кожаных наручах чернели подпалины. Знаков какой-либо секты Линь Сяо не заметил. Неподалёку лежало ещё несколько человек — их тела обуглились. Из всей группы в живых оставались только эти четверо.

Один из бойцов сложил пальцы в печать. От ближайшего мёртвого тела к его руке потянулась тонкая багровая нить. Трое остальных повторили движение, и такие же нити легли на панцирь сороконожки, мешая ей вырваться.

Линь Сяо прижал уши к голове. Он не знал этих людей, но рисунок печати узнал — когда-то видел его в библиотечном свитке о порочных техниках. Приём вытягивал остатки духовной силы из мёртвых и был запрещён. Подросток укрылся глубже в листве и продолжил наблюдать.

Линь Сяо ещё раз взглянул на золотистую корону. Перед ним был магический зверь высокого ранга, способный понимать происходящее. Но сороконожка не пыталась вырваться из окружения. Всякий раз, когда кто-то из культиваторов заходил справа, она разворачивалась и преграждала ему путь. «Что ты там защищаешь?» — подумал подросток, всматриваясь в траву за её спиной. С ветки он ничего не разглядел.

Багровые нити туго оплели панцирь. Один из нападавших сложил новую печать и рванул руками на себя. Сороконожка вскинула голову, раздвинула жвала, и из них вырвалось облако зелёного яда. Трава под ним почернела. Культиватор отшатнулся, а его товарищ выставил ладони вперёд: нити, тянувшиеся от мёртвых тел, сплелись перед ними в алую завесу. Яд прожёг её насквозь, но люди успели отбежать.

Линь Сяо покрепче ухватился за ветку. Пока туман не рассеялся, он видел лишь вспышки багровых печатей и длинную тень зверя. Затем по тёмно-зелёным щиткам пробежало свечение. Сороконожка свернулась в плотное кольцо и покатилась вперёд. Острые ноги рассекли натянутые нити. Один из бойцов не успел отскочить — панцирь подбросил его в воздух, и он рухнул на землю.

Культиватор поднялся, пошатываясь, но вместо того, чтобы отступить, направил силу в ладонь. Из багровых нитей сложилось длинное остриё. Мужчина метнул его прямо в треснувший щиток на боку зверя.

Зубцы короны вспыхнули золотом. Разряд ударил раньше, чем остриё достигло цели. Культиватора отбросило на землю; одежда вспыхнула, и он больше не поднялся.

Линь Сяо невольно прижал уши к голове. Теперь он понял, отчего обуглились тела на поляне. Внизу оставалось трое нападавших. Кровавые печати вновь загорелись на их руках, но сороконожка, даже освободившись от нитей, не ушла в лес. Она развернулась к ним, по-прежнему закрывая собой тот же участок поляны.

Линь Сяо сильнее прижался к стволу. Каждый из троих культиваторов внизу обладал силой, на порядок превосходящей и его собственную, и мощь раненого зверя. Как бы он ни сопротивлялся, исход схватки предрешён. Поэтому он замер, выжидая. Если эти четверо измотают друг друга, сокровище само упадёт ему в руки.

Внезапно в голове раздался голос — взволнованный, надтреснутый, похожий на скрежет металла.

— Эй, ты малец! На дереве! Помоги мне одолеть этих трёх уродов, и я отдам тебе сокровище.

Линь Сяо вздрогнул. Значит, раненый зверь использует мыслепередачу и хорошо его чует.

Подросток стиснул зубы. Эти трое сильнее его. Если он спустится, то, скорее всего, просто умрёт.

— Тебе нужно лишь ударить в слабое место формации. Я покажу куда, — не унимался голос. — Я не могу долго ждать. Ещё немного, и эта добыча достанется им.

Влезать в чужие дела не хотелось. Он мог сбежать прямо сейчас, но не был уверен, что его не заметили тёмные культиваторы. Просто сейчас они заняты магическим зверем. Позже они догонят его и уберут как свидетеля их чёрных дел. А здесь у него есть шанс избавиться от них.

Старик-культиватор что-то прокричал и бросил на землю несколько тёмных кристаллов. Магический зверь заревел, развернулся и ударил хвостом по земле. Подросток понял: это сигнал. Он стиснул зубы и прыгнул с дерева.

Троица его совсем не ожидала. Линь Сяо ловко выхватил с пояса два клинка и полоснул по горлу самого младшего. Тот захрипел, начал оседать на землю, цепляясь за рану. Ушастый приземлился как раз в брешь формации и ударил клинками. Строй рухнул. Зверь ударил следом, выстрелив из короны по тёмным.

Мощный разряд испепелил старика. Он даже не успел защититься. На выжженной земле остались лишь сапоги и тускло блеснувшее кольцо. Последний культиватор кинулся бежать, но сороконожка настигла его и растоптала. По спине Линь Сяо пробежал холодок. Он крепче сжал клинки и уже собирался прыгнуть обратно на дерево, когда зверь развернулся к нему.

Подросток замер.

Раздался хлопок. Огромный магический зверь исчез, а на его месте стояла высокая женщина в тёмно-зелёном платье. Тёмные волосы спадали ей на плечи, светлые глаза напоминали горный хрусталь. На голове корона. Она была такой красивой и держалась так уверенно, что Линь Сяо невольно подумал о принцессе.

Потом его взгляд опустился ниже, к пышной груди. Ушастый поспешно поднял глаза. Сердце пропустило удар. Лоб мгновенно покрылся испариной, по спине поползла липкая струйка. Только что он боялся, что зверь убьёт его, а теперь не знал, куда смотреть.

Женщина заметила его смущение. Она шагнула ближе, склонилась, и подростка окутал чудесный аромат. От него у Линь Сяо запылали уши. Он ещё крепче стиснул рукояти клинков.

В носу засвербело. Линь Сяо присел и, оттолкнувшись от земли, отпрыгнул от женщины на пять шагов. Он шумно выдохнул, сглотнул вязкую слюну и сбивчиво выпалил:

— Тётенька, вы же обещали мне сокровище за помощь?

Женщина улыбалась. Но, услышав его слова, нахмурилась:

— Какая я тебе тётенька? Мне нет и пяти тысяч лет.

Уши подростка встали торчком. «Чёрт, да она же старуха», — пронеслось у него в голове.

Раздался свист. Линь Сяо вскрикнул и схватился за затылок.

— Ты мелкий негодник. Даже не пытайся думать обо мне плохо. Я вижу все твои мысли.

Подросток, сгорая от смущения, тут же отвел взгляд от ее пышных форм.

— Типичный тарвен, хоть и полукровка хитрый и дерзкий. Давно я никого из вашего народа не встречала.

От ее слов его хвост сам собой заметался из стороны в сторону. Он смущенно почесал лоб.

— Тогда как мне вас называть?

— Зови меня госпожой Мэй. В твоих мыслях я вижу тучу вопросов. Но сейчас не время и не место для ответов, малыш. Их вещи можешь оставить себе. — Она кивнула на мёртвых. — А тела я уничтожу.

Из ее ладоней вырвались молнии, обратив трупы темных в пыль. Затем она протянула ему небольшой куб.

— Эта вещь принадлежала твоим сородичам. Возможно, ответы ты найдешь в ней.

Подросток взял куб. Он хотел спросить, знала ли она других тарвенов и могла ли что-нибудь рассказать о его родителях. Но госпожа Мэй уже растворялась в воздухе.

— Подождите! — вырвалось у него.

Ответа не последовало. Линь Сяо остался один посреди поляны с кубом в руке. Она знала его народ, а он даже не успел спросить, где искать других соплеменников.

Он перевёл взгляд туда, где госпожа Мэй охраняла сокровище. Там ничего не было, кроме белого платка.

Линь Сяо подошел, поднял его. Аромат ударил по носу с такой силой, что перед глазами поплыло. Он поспешно спрятал ткань в пространственное кольцо.

Собрав вещи темных, Линь Сяо продолжил путь, ощущая, как его уши снова запылали, а щеки порозовели.

Бег понемногу привёл Линь Сяо в чувство. Ветер остудил лицо и волчьи уши. Спустя пару часов подросток остановился на прогалине, собрал сухих веток и развёл костёр.

Он сел у огня и достал из своего кольца добычу тёмных культиваторов. Семь колец легли перед ним в ряд. Линь Сяо взял первое, коснулся его духовной силой — и без труда заглянул внутрь. Метка прежнего владельца исчезла. На остальных её тоже не было.

Госпожа Мэй постаралась, — догадался он и мысленно поблагодарил её.

Тут же перед глазами возникли её пышные формы. Линь Сяо почувствовал, как снова теплеют уши, и хлопнул себя ладонями по щекам.

— Хватит.

Он принялся по очереди доставать вещи из колец. Вскоре рядом с костром лежали пять книг с техниками, отдельная книга по формациям, десять баночек пилюль и пять видов оружия. Потом появились золотые слитки — целых сто. Духовные камни среднего уровня хранились в мешках; всего их оказалось сорок тысяч.

Линь Сяо уставился на добычу. Ещё утром он выбегал из секты почти налегке, а теперь перед ним лежало целое состояние.

Он раскрыл одну из книг и узнал багровую печать, которой культиваторы опутали сороконожку. Книгу по формациям подросток тоже пролистал, но быстро захлопнул. Пользоваться их приёмами ему не хотелось. А принимать неизвестные пилюли — тем более.

Линь Сяо высыпал пилюли в костёр, следом отправил туда все шесть книг. Дождался, пока страницы займутся огнём, и распределил остальную добычу по нескольким кольцам. Их он оставил себе, а пустые убрал на хранение.

Подросток ещё раз прикинул, сколько у него теперь золота и духовных камней, и невольно ухмыльнулся. Пожалуй, богатством он уже мог поспорить с некоторыми старейшинами «Тёмной Бури».

Живот громко заурчал. Линь Сяо прижал к нему ладонь и только сейчас вспомнил, что с утра маковой росинки во рту не было. Он убрал последние вещи в хранилище кольца, поднялся и отправился на поиски ужина.

В лесу он заметил небольшого кабанчика, рывшего землю под корнями старого вяза. Линь Сяо обошёл его с подветренной стороны. Вернулся к костру с добычей он примерно через полчаса. По дороге нарвал знакомых душистых трав и растёр их между пальцами. Запах показался ему восхитительным ещё до того, как он добрался до мяса.

Подросток быстро освежевал тушку, насадил на толстую ветку и пристроил над углями. Вскоре жир зашипел и начал капать в костёр. Линь Сяо медленно поворачивал импровизированный вертел, следя, чтобы мясо не подгорело. Живот снова требовательно заурчал. Подросток сглотнул, смущённо вытер рукавом слюну с подбородка.

— Да готовься ты уже, — буркнул он кабанчику.

Наконец бока подрумянились. Линь Сяо срезал с тушки заднюю ногу, густо посыпал её растёртыми травами и откусил. Обожгло — он замахал ладонью перед ртом, но проглотил и тут же откусил ещё.

Подросток прикрыл глаза. Снаружи мясо покрылось хрустящей корочкой, а внутри осталось сочным. Теперь можно было поесть по-настоящему.

С мясом было покончено. Линь Сяо сыто вздохнул, швырнул последнюю кость в кусты и громко, совершенно не стесняясь ночного леса, рыгнул. Звук получился таким утробным, что в ветвях над головой испуганно встрепенулась птица.

Ушастый ухмыльнулся, вытер жирные пальцы о мягкую траву и ослабил пояс. Чувствуя, как по телу разливается благодатное тепло, он уставился на тлеющие угли и устало прикрыл глаза.

Блаженство продлилось недолго. Уже через пять минут его нарушил настойчивый зов природы. Лениво потянувшись и со стоном разминая затёкшие кости, Линь Сяо поднялся с земли и зашагал прочь от костра. Углубившись в густые заросли, быстро сбросил лишний груз и вернулся в лагерь. Теперь на его лице блуждала улыбка абсолютного, окончательного облегчения.

Устроившись для медитации, Линь Сяо начал собирать духовную энергию Неба и Земли. В этот раз первозданная сила не блуждала хаотично по меридианам, а послушно стягивалась в точку чуть ниже пупка.

Подросток невольно улыбнулся. Раньше из-за старой травмы он никак не мог сформировать этот энергетический очаг. С виду новый даньтянь казался крошечным, но Линь Сяо чувствовал: внутри скрывается колоссальный объем. Теперь, даже если ему раздробят руку или ногу, цикл циркуляции не прервется — он сможет использовать энергию для боевых техник напрямую из этого центра, минуя поврежденные каналы.

Продолжая бережно копить энергию, Линь Сяо вдруг вспомнил о мелком. Готового даньтяня у Рика пока и не могло быть, ведь он ещё не достиг стадии «Сбора Истока». Но он проверял его меридианы, не почувствовал даже слабого отклика там, где должен был сформироваться будущий очаг.

«А что, если кто-то нарочно разрушил это место? — промелькнула пугающая мысль. — Разрушил так искусно, что даже следов не оставил?»

Мальчишка лишь недавно стал его названым младшим братом и новой семьёй. Если догадка верна, Рику грозит куда большая опасность, чем кажется.

С виду — обычный ребёнок, но чем дольше Линь Сяо его узнавал, тем загадочнее тот становился. Подросток до сих пор не понимал, как всего одна капля крови мелкого во время обряда исцелила его старую травму и открыла путь к долгожданному прорыву.