Без стыда

– Эм… Нет, – неожиданно для себя соврала я. – Может, мы им просто понравились.

– Видимо, сильно понравились, раз на нашем столе появилась бутылка Dom Perignon.

Я поерзала на стуле, ощущая на себе пристальный взгляд Натаниэля. Щеки вспыхнули, и я потянулась за бокалом шампанского, чтобы охладиться.

– Предлагаю после ужина переместиться куда-нибудь потанцевать, – вернулась к разговору Эффи.

– Не знаю, Эфф. Велика вероятность встретить Алекса.

– Кстати, о нем. Ты так ничего мне и не рассказала.

– Потому что нечего рассказывать. Он звонил вчера, пытался выяснить отношения, но я решила, что уже сыта по горло, и предложила разойтись.

– Неужели решилась?! – Подруга буквально подпрыгнула на стуле.

– Да. Далось нелегко, но быть с ним еще сложнее. Хватит с нас обоих этих недоотношений. Сплошные скандалы.

– О да, я была зрителем этого шоу на протяжении трех лет. И могу с уверенность сказать, что рядом с ним ты угасала.

– Вот именно. Я забыла, каково это: жить свою жизнь. А в свете последних событий, мне придется уделять много времени работе. Алекс взбесился бы.

– Естественно. – Эфф отхлебнула из бокала. – Он же редкостный эгоистичный придурок.

– Лучше и не скажешь, – усмехнулась я. – Алексу всегда был важен только он. Он и его карьера. Да, в начале отношений все было здорово, мы классно тусовались по самым крутым местам Чикаго, знакомились с известными людьми, но я уже не та, что в двадцать. Я повзрослела. И теперь у меня другие желания. Другие цели и приоритеты. Я не хочу быть чьей-то тенью. Мне нужен человек, который будет уважать меня и мои желания.

– Хорошо, что ты это понимаешь, подруга.

– Я поняла это давно. Просто не могла поставить финальную точку. Все-таки три года отношений… И я ведь была влюблена.

– И закрывала глаза на все, что он творил… – Эфф сделала еще глоток.

– Он называл это «издержками профессии». – Поддерживая подругу, я тоже отпила из фужера.

– Вот как, – хмыкает она. – Значит, так теперь обзывают процесс, когда мужик сует свой хер в чужие зоны бикини?

– Эфф.

– Что «Эфф»? Разве я не права? Разве твой Алекс не трахал моделей после совместных съемок? А что насчет той групповушки с тремя блондинками с обложек ELLE? До сих пор поражаюсь, как ты смогла это простить. А когда он с другом трахал одну на двоих новенькую модель из Кореи?! Вводил в курс дела, ага. Отлично ввел он в нее только свой хер. Мудак.

– Хватит, Эфф.

Странно, но сердце даже не екнуло. События, из-за которых когда-то я пролила немало слез, больше не причиняли боли. Наверное, мне уже давно стало плевать на Алекса, но я просто не хотела это признавать.

– А еще…

– Эффи, эй, притормози. – Я выставила вперед руку, стараясь угомонить подругу. Ее понесло. – Уже неважно. Не хочу рыться в прошлом. Не хочу вспоминать. Все кончено. Я прозрела. И, по-моему, у нас сегодня радостный повод для встречи. Давай не будем забывать об этом.

– Да, ты права. Алехандро Мак Кейн, гандон недоделанный, не заслуживает ни секунды нашего внимания. И идет к черту! Пусть у него член отвалится от сеульского сифилиса.

– Эффи!

Я засмеялась и непроизвольно взглянула в сторону Нэйта. Их компания уже закончила ужин и вставала из-за стола. Направляясь к выходу, мужчины один за другим прошли мимо нашего столика. Нэйт шел последним и, оказавшись за моей спиной, немного замедлил шаг.

– Приятного вечера, дамы.

Низкий голос отозвался внутри меня ощутимой вибрацией. Я резко повернулась в его сторону и замерла, вглядываясь в голубые глаза – причину моих вспотевших ладоней.

– Благодарим за шампанское, – кокетливо ответила Эффи.

Подруга уже успела просканировать Натаниэля, и теперь соблазнительно улыбалась красавцу в строгом темно-сером костюме. Вот только Нэйт не смотрел на нее. Его взгляд был прикован ко мне.

– Наслаждайтесь. – Нэйт обаятельно улыбнулся, а его щеку украсила соблазнительная ямочка.

Уходя, Натаниэль будто невзначай тронул мое плечо рукой. Кожа моментально вспыхнула. По телу хлынула дрожь. Низ живота схватил спазм. Странная реакция организма на этого мужчину сбивала с толку и пугала. Я ни на кого раньше не реагировала подобным образом. Никогда. Даже на Алекса. В Нэйте явно было что-то особенное и необычное, что заставляло меня робеть и желать его прикосновений. Он источал власть, уверенность и сексуальность. Вытеснял всех остальных из поля зрения. Занимал все пространство. Охватывал и меня. Притягивал как магнитом.

Я едва сдержалась, чтобы не посмотреть ему вслед, а вот Эффи себе в этом не отказала.

– Какой роскошный мужчина… – протянула она и запила свои слова шампанским.

– Эффи, не пялься, – одернула я.

– И какой щедрый…

– Эфф!

– Ой, ну что? Он все равно уже не видит. А я могу еще немного полюбоваться им… Сзади, – Эффи захихикала. – Боже… Какая задница… Ты только посмотри на этот крепкий орех. Я бы все отдала, чтобы он дал себя ущипнуть.

– Прекрати.

– Хотя бы разочек… Один маленький щипок. Или укус… – мечтательно затянула Эфф.

– Ты собралась кусать незнакомого мужчину за зад? Ты в хлам, подруга. Пора нам закругляться.

– Подумаешь, – фыркнула она. – Будто ты ни разу не кусала красавчика за зад.

– Представь себе, не кусала.

– А этого бы укусила? – хитро прищурилась она. – Признавайся. Как бы ты это сделала, а?

– Все. В тебе заговорила вторая бутылка шампанского. Едем домой.

– Нет, я хочу продолжения веселья! – запротестовала Эффи, пошатываясь на стуле.

– Пойдем. Танцы оставим на потом, а сейчас я поймаю тебе такси, мой крепкий орешек.

Эффи с трудом поддалась на уговоры, и через пятнадцать минут я уже прощалась с подругой, усаживая ее в машину. Сама же решила прогуляться пешком. Настроение было отличное, от алкоголя голова приятно кружилась, и я не торопясь направилась в сторону дома.

Я вспомнила прикосновение Нэйта, и мелкая дрожь снова усыпала кожу. Такой мимолетный и незначительный жест, но до безумия приятный. Я провела руками по плечам, будто ощутила дуновение прохладного ветра. И стоило только погрузиться в свои мысли, как возле меня остановился черный «Майбах». Задняя дверь распахнулась.

– Садись, подвезу. – Из салона выглянул Нэйт и кивнул в сторону соседнего кресла.

– Следишь за мной? – прищурилась я.

– Ни в коем случае.

– Ты вышел из ресторана минут двадцать назад. И хочешь сказать, что все это время ждал меня?

– Нет. У меня были здесь кое-какие дела.

– Ах да, как же я не догадалась. Например, посталкерить за мной, да?

– Садись в машину, Тея, – более сурово произнес он. – Незачем таким красивым девушкам разгуливать по улицам в одиночестве в столь позднее время.

– Я владею боевыми искусствами, – зачем-то лгу я.

– Серьезно? Если я выйду из машины, уложишь меня с апперкота?

– Что такое апперкот? – шепчу я.

– Вот именно. Садись в машину.

Я не стала перечить и уселась к нему на заднее сиденье. Нэйт кивнул водителю, и тот тронулся.

– Угол… – Я хотела назвать свой адрес, но Нэйт прервал меня:

– Он знает, куда ехать. – Я вопросительно уставилась на него. – У меня все хорошо с памятью, красавица. Я помню, где ты живешь.

Я смутилась, но Натаниэль не обратил внимания.

– Как провела вечер?

– Хорошо. Правда подруга переживает, что из-за летней стажировки мы будем видеться реже, поэтому пытается максимально распланировать нашу совместную неделю.

– Забыл тебе сказать… Ты потрясающе выглядишь, Тея. – Нэйт сканировал меня взглядом и будто не слушал то, что я ему до этого рассказывала.

– Спасибо, мне приятно слышать…

Я не могла оторвать от него глаз. Клянусь, я даже перестала моргать, чтобы не упустить ни одного изменения в выражении его лица. Внешность этого мужчины невероятно привлекала. Мимика завораживала. Манера речи и тембр голоса гипнотизировали. Он мне нравился. Даже больше, чем хотелось бы. И щекотливое чувство внизу живота только подтверждало этот факт. Даже при мимолетном зрительном контакте мои щеки полыхали. В мрачном салоне «Майбаха» этого не было заметно, но казалось, что Нэйт ощущал жар, исходящий от меня.

– Мы на месте, мистер Фостер, – напряжение прервал водитель, и я с облегчением выдохнула.

– Спасибо, что подвез.

– Не в первый и не в последний раз. Доброй ночи, красавица.

– До свидания.

Я одарила его милой улыбкой и выскочила из машины. И хоть Чикаго накрывало июньской жарой, мое тело горело куда сильнее.

***

В квартиру я буквально влетела, улыбаясь, как умалишенная. Сбросив туфли и опустив ноги на пол, я прикрыла глаза от приятной прохлады и размякла возле стены.

Чертовы бабочки в животе. Оказывается, о них не лгали. Но этого ощущения нужно остерегаться. Я слышала, что нужно бежать от мужчины, который вызывает подобный эффект. Но как бежать, когда ноги ватные? Как бежать, когда внутри все парит и рвется наружу с пугающей силой?

Да, я боялась того, что творилось внутри меня за столь короткий период времени, но мне хотелось еще и еще. Притяжения. Влечения. Больше. Сильнее. Я не знала, как это работало, но я бы обрадовалась, если бы сегодня Нэйт вытащил из кармана пиджака гребаные стяжки и воспользовался ими. Скорее всего, я бы даже не пискнула.

Я прильнула спиной к стене и хотела расслабиться, но внезапный шорох из соседней комнаты заставил меня резко прийти в себя. Я насторожилась и прислушалась. Какие-то глухие звуки доносились из гостиной.

Я замерла, затаив дыхание. В квартире явно кто-то был. На носочках подкравшись к дверному проему гостиной, я быстрым движением включила свет и ахнула. Возле барной стойки, разделяющей зону гостиной и кухни, облокотившись, стоял Алекс.

– Какого черта ты здесь делаешь?! – возмутилась я.

– Забыла, что у меня есть ключ? – Он медленно повернулся ко мне лицом.

В руках Алекса – стакан виски. На барной стойке красовалась почти пустая бутылка Jack Daniel's, что не предвещало ничего хорошего.

– Алекс, пожалуйста, верни ключ, – сглотнув, попросила я. – И больше не приходи сюда вот так.

– А как приходить? С оркестром и фейерверками?

– Никак не приходи. Зачем вообще явился?

– Так мы ведь, кажется, не договорили.

Меня переполняла злость, но нужно было держать себя в руках – скандал с Алексом в состоянии крепкого алкогольного опьянения мог привести к чему угодно. Я мысленно посчитала до пяти и спокойно произнесла:

– Прости, но мне больше нечего тебе сказать.

Алекс одним глотком осушил стакан до дна и громко стукнул дном по столешнице. Теперь, пошатываясь, он надвигался на меня. Я непроизвольно отступила назад на пару шагов.

– Моя милая девочка, – его жесткий тон был пропитан нотками фальшивой ласки, – с чего ты взяла, что сможешь так просто уйти от меня? – Мерзкий смешок вырвался из его уст.

Наигранный смех Алекса раздражал. Я еле держалась, сжимая ладони в кулаки.

– Почему ты решила, что вправе бросать меня? Меня! Да кто ты, мать твою, такая, Тея Уилсон? Ты никто. Усекла? Ты моя гребаная шлюха, которую я трахаю, когда пожелаю. Когда мне впадлу искать других. И ты будешь раздвигать для меня ноги, пока мне не надоест, ясно?! – Алекс наступал все ближе. В глазах разрасталась ярость. – Ты дешевка, – раздраженно выплюнул он. – И должна радоваться, что я вообще обратил на тебя внимание. – Он загонял меня в угол и упивался моим страхом. – Так, где твоя благодарность, детка? – Слова звучали приторно мерзко. – Где уважение? Ты должна воду пить, в которой я мыл ноги.

Обнажив оскал, Алекс резко рванул в мою сторону. Я рефлекторно попятилась, но уперлась спиной в стену. Он схватил меня над локтем и сжал с такой силой, что я стиснула зубы от боли.

– Алекс, ты пьян, – дрожал мой голос.

Из последних сил я старалась не кричать и сохранять спокойствие, чтобы не усугубить ситуацию, но внутри тряслась от страха.

– Давай поймаем тебе такси, ладно? Я спущусь с тобой на улицу. А завтра встретимся и спокойно поговорим. Хорошо?

– Нет! Мы будем говорить здесь и сейчас!

Он схватил меня обеими руками и резко встряхнул, припечатывая спиной к стене.

– Ай! – взвизгнула я, ощутив столкновение каждым позвонком.

– Поняла меня, сука? Будет так, как я скажу! – Обезумевший взгляд скользнул по моему силуэту. Алекс хищно облизнулся. – И куда это ты так вырядилась? Где была? Отвечай! – Он грубо дернул меня за руку. Глаза мгновенно заслезились. – Трахалась с каким-то уродом?!

– Ты делаешь мне больно! – вскрикнула я, не в силах терпеть.

Алекс плотно сжал челюсти. Ноздри раздулись от частого дыхания. Его рука взмахнула перед лицом, и я крепко зажмурилась, сильнее вжимаясь в стену, но удара не последовало. Вместо этого Алекс плотно впился пальцами мне в горло и нахально попытался протолкнуть свой мерзкий язык мне в рот. Резкий запах виски ударил в лицо. Я уворачивалась, мотая головой, и как только смогла высвободить руки, толкнула Алекса в грудь. Он пошатнулся, но не отпрянул.

– Прекрати! – взвыла я, вытирая подбородок от его слюны, но Алекс даже не думал отступать.

– Ты принадлежишь мне, – зашипел он сквозь зубы. – Ты моя. – Его нос уткнулся мне в шею. – Ну же, девочка моя, я знаю, ты все равно любишь меня. Я никуда тебя не отпущу.

Алекс жадно вцепился пальцами в мои бедра и вдавил меня в стену своим телом. Он схватился за подол платья и грубо задрал его вверх. Алекс до боли сжал мои обнаженные ягодицы и толкнулся пахом мне между ног.

– Не смей меня трогать! – закричала я, размахивая руками. Мои удары приходились по лицу, шее и плечам, но это лишь разжигало в звере ярость.

Мои сопротивления казались бесполезными и слабыми. Они разбивались об Алекса, как волны о скалы. Он продолжал стоять. Продолжал меня лапать. Облизывать. Целовать. Его губы ненасытно впивались в мои плечи, шею, лицо. Зубы прикусывали кожу. Рот оставлял грязные засосы. А я могла лишь плакать и беспомощно скулить:

– Алекс, пожалуйста, хватит!

Грубым рывком он толкнул меня на диван и навалился сверху. Я оцепенела. Никогда не видела его таким. Ни разу в жизни он не брал меня силой. От шока мозг отказывался осознавать происходящее, а тело больше не находило сил сопротивляться. Оно смирилось с безысходностью, подстроилось под неминуемые муки. В какой-то момент я вовсе перестала двигаться. Только слезы продолжали безудержно литься по щекам, прожигая кожу.

Я не верила, что это делает он – тот, в кого я была искренне влюблена и кому доверяла.

– Алекс, умоляю… – прошептала я, уже осознавая, что озлобленная жажда полностью поглотила его. – Я не хочу…

– Расслабься, детка. Нам всегда было хорошо. Я всего лишь хочу напомнить, от чего ты решила отказаться.

– Пожалуйста… Не надо, – это были последние попытки протеста, обреченного на провал.

– Заткнись и получай удовольствие, – рявкнул он, резко проталкиваясь в меня.

Невыразимое чувство отвращения разлилось по телу раскатистой волной.

Мне не было «хорошо». И никогда уже с ним не будет.

Мне не было больно. Но было мерзко. Отвратно. Тошнотворно.

Именно в этот момент я поняла, что буду ненавидеть его до конца своей жизни.

Он продолжал жестко двигаться, а я еще сильнее зажмуривала глаза, сдерживая рвотные позывы. Хотелось просто отключиться и ничего не чувствовать.

Я не осознавала, сколько времени это продолжалось, пока из его рта не вырвался финальный животный рык. Алекс кончил и уткнулся потным лбом в мое плечо. Омерзительная дрожь усыпала тело, подгоняя к горлу очередной рвотный ком.

– Прости, что я так быстро, девочка моя. Ты сегодня невероятно сексуальна.

Не верилось, что это произошло со мной. Я лежала и думала, как в одно мгновение все может измениться. Все, что я знала о нем, теперь казалось вымыслом. Все хорошее стер один поступок. Это был уже не Алекс, а какое-то дикое животное. В эту ночь в моих глазах родился монстр.

Я чувствовала себя грязной. Хотелось скорее отмыться от запаха его туалетной воды и пота. Содрать с кожи жгучие, небрежные прикосновения и мерзкие поцелуи, превратившие тело в холст из постыдных отметин.

Из последних сил я выскользнула из-под влажной груды мышц и на трясущихся ногах поплелась в ванную. Алекс тоже встал с дивана, натянул джинсы и направился к выходу.

– Позвоню тебе завтра, детка.

Его реплика осталась проигнорированной. Но как только хлопнула дверь, новый поток слез застелил опухшие глаза.

Я набрала ванну и погрузилась под воду с головой. Понемногу стало легчать. Когда вынырнула, начала усердно отмывать себя. Судорожными движениями, морщась от боли, я оттирала его касания, от которых раньше готова была сойти с ума. Только бы больше не чувствовать его руки на своем теле, его губы на своих губах. Я крепко зажмурилась, прогоняя отрывки сегодняшнего ужаса.

«Ты должна воду пить, в которой я мыл ноги».

«Ты принадлежишь мне».

«Заткнись и получай удовольствие».

Не было сил сдерживать отвращение – и меня вырвало прямо в умывальник.

Позже я укуталась в мягкий халат и улеглась в постель. Истерзанное тело ныло. Я устала.

Время шло, мысли растворялись, и недавнее происшествие начало затягиваться туманом. Хотелось просто провалиться в сон. Черный, долгий сон. Хотелось забыться.

Я взглянула на часы. Пять утра. Почти новый день, а я все еще бредила этой ночью. Казалось, она никогда не закончится.

Растерев остатки слез по лицу, я вздохнула и закрыла глаза.

Пожалуйста, просто отключиться. Просто уснуть.

Глава 3. Помню вечер откровений

Весь день я провела в постели, то просыпаясь, то снова погружаясь в сон. Тело ломило. Не хватало сил даже просто сходить в туалет. Я пребывала в состоянии полусна: толком не спала и не бодрствовала, только лежала и дышала.

Хорошо, что дышала.

К вечеру я предприняла попытку выбраться из-под одеяла, чтобы подзарядить телефон. Наверное, Эффи звонила уже сотню раз. Не хотелось заставлять подругу беспокоиться.

Пока айфон подпитывался энергией, я заварила кофе и уперлась бедром в кухонный шкаф, оглядывая квартиру. Гостиная до сих пор была пропитана кошмаром прошлой ночи. Грязная от следов виски барная стойка и пустой стакан, стоящий на ней, запустили фрагменты воспоминаний, как пленку на старом проекторе.

Мерзкий оскал Алекса. Его искаженное гневом лицо. Глоток. Удар стакана о стойку. Нападение. Крик.

«Ты моя гребаная шлюха, которую я трахаю, когда пожелаю. Когда мне впадлу искать других. И ты будешь раздвигать для меня ноги, пока мне не надоест, ясно?!»

Толчок к стене. Боль от удара. Жгучие отпечатки его рук. Слюна на подбородке. Амбре от алкоголя на моем лице…

– Нет!

Я замотала головой в попытке растворить жуткую картину. Выбросить ее из памяти. Забыть. Заблокировать. Я хотела верить, что мне привиделся кошмар, один из тех снов, что не сбудется, если не рассказывать о нем до обеда. Вот только я уже пережила самое страшное наяву.

Вынырнуть из воспоминаний заставил оживший телефон. Я встрепенулась. Уведомления о звонках Эффи обрушились на меня потоком новых сообщений во всех социальных сетях. Но волнение подруги было вполне обоснованным: я ведь буквально исчезла после того, как вчера усадила ее в такси. Еще до меня пытался дозвониться какой-то неизвестный абонент, но я не имела привычки перезванивать по незнакомым номерам. Тем более звонившим мог оказаться Алекс. Я не желала его слышать. Видеть. Знать. Хотелось, чтобы он забыл о моем существовании, увлекся другой и исчез навсегда.

Я сделала глоток кофе и перезвонила Эффи.

– Неужели! – с облегчением воскликнула подруга. – Ты жива! Я думала, тебя похитили! Или убили! Или похитили, изнасиловали, убили и изуродовали тело, а мне бы потом пришлось опознавать тебя в той жуткой комнате по волосам или ногтям!

– Эфф, спокойно. Без паники. Со мной все в порядке. Я дома. А ты смотришь слишком много тру-крайма3.

– Тру-крайм хотя бы расслабляет, а от тебя на голове появляются седые волосы!

– Прости, дорогая, – искренне извинилась я. – Голова болит. Проспала весь день.

– Похмелье?

– Нет. Я почти не пила. Кто-то ведь должен был тебя контролировать, – усмехнулась я.

– Тогда странно, – хмыкнула подруга. – А ты точно домой поехала? Может, ты что-то недоговариваешь и на самом деле тебя увез тот щедрый красавчик с аппетитной задницей?!

– Эфф, прекращай.

– Серьезно?! – взвизгнула она. – Боже! Умоляю, скажи, что в постели он так же божественен, как и внешне! Ну скажи! Он набросился на тебя, как голодный зверь, и овладел твоим податливым телом, словно герой горячего эротического романа?

– Эффи, меня всерьез волнует то, что ты читаешь и смотришь.

Но подругу уже понесло. Кажется, она даже не слушала меня.

– И он не давал тебе спать до утра. Брал тебя, пока вы оба не упали в обморок от истощения… А потом наутро ты проснулась от ощущения его языка между своих ног…

– Я сейчас положу трубку и навсегда тебя заблокирую, – пригрозила я, не желая даже представлять то, что озвучивала Эфф.

– Не нуди. Либо признавайся, что случилось, либо рассказывай подробности о ночи с красавчиком.

– Не было никакой ночи с красавчиком, – цокнула я и встрепенулась. Ночь была, но совсем не та, о которой стоило знать Эффи. Она слишком впечатлительная.

– Тогда выкладывай.

Я тяжело вздохнула и замолчала.

– А вот это уже мне не нравится, – встревожилась подруга. – Не люблю долгие паузы. Они меня пугают.

– Я и сама чертовски напугана… – призналась я.

– Мне приехать?

– Да. Не телефонный разговор. Не могу выдавить ни слова, и меня до сих пор трясет.

– Скоро буду.

***

В ожидании Эффи я прибралась в гостиной: протерла заляпанные алкоголем полы и мебель, отдраила чертов диван, испачканный отпечатками наших с Алексом тел, и упаковала в мусорный пакет декоративные подушки, впитавшие мои слезы. Отголоски прошлой ночи были стерты. Вот бы так же стереть следы и из памяти.

К восьми вечера во мне растворились три чашки кофе, но бодрости не прибавилось. Я шаталась из угла в угол, как привидение, не находя себе места. Везде ощущалось присутствие Алекса. Его стойкий запах не смогли перебить даже моющие средства. Он словно все еще был здесь. Пил, орал, брал то, что ему хотелось, то, что больше ему не принадлежало. Но я не смогла воспротивиться, не дала достойный отпор. Я просто оцепенела. А ведь все могло закончиться гораздо хуже.

Мог бы он меня избить, если бы я защищалась? Мог бы в порыве гнева… убить?

Из раздумий меня резко вывел телефонный звонок. На экране высветился незнакомый номер. Я боялась отвечать, но и жить в вечном страхе перед именем Алекса не желала. Если это он, я готова была все ему высказать. Я сильнее, чем он думал. Ему не удастся меня сломать. Ни физически, ни морально.

– Слушаю, – твердо ответила я.

– Я уже начал сомневаться, что записал номер правильно. – В динамике раздался хрипловатый голос. Я сразу узнала в нем Натаниэля и облегченно выдохнула. – А меня крайне редко посещают сомнения.

– Прости, – засуетилась я, почувствовав укол вины. – Телефон сел. Нашла его только вечером и…

– Привет, красавица. – Он спокойно прервал мои нелепые оправдания. – Рад наконец-то тебя слышать.

– Привет. – Я мягко улыбнулась, чувствуя, как постепенно начало расслабляться тело. – Я тоже рада.

– Правда? Просто мне показалось, что ты чем-то расстроена. Я ошибся?

Я не знала, что ответить. Он раскусил меня за пару секунд, за пару фраз уловил мое настроение, как будто знал и чувствовал меня уже долгое время.

– Все нормально, просто голова разболелась, – солгала я.

– Приболела?

– Вроде того. Но думаю, ничего серьезного. – Я оглядела свои руки, усыпанные синяками и ссадинами. – Завтра станет лучше, – проглатывая ком, продолжала врать.

Такие отметины не заживают за сутки. Завтра разводы на бледной коже приобретут более насыщенный фиолетовый оттенок, возможно, спадут отеки и покраснения, и только через пару дней проявится желтизна. Болеть уже не будет. Разве что в душе. Но это хотя бы можно скрыть.

– Тебе нужно больше спать, отдохнуть и набраться сил. – В тоне Нэйта не было приказа. Он звучал непривычно мягко.

– Этим и занимаюсь весь день. – Оглядев еще раз гостиную, мне захотелось снова прибраться, выветрить из квартиры тошнотворный запах Алекса и изгнать злого духа.

– Умница. Надеюсь, ты скоро поправишься.

– Буду стараться…

«Забыть», – последнее слово Нэйту было слышать необязательно, и я его проглотила, как и накатившую горечь.

– Обещай мне, – внезапно потребовал Натаниэль.

Я запнулась, но решила дать ему это незначительно обещание. Вскоре Нэйт попрощался, сославшись на спешку, и завершил вызов.