Париж, тигр и портрет

- Это самый приемлемый вид для Земли. На родине я смотрюсь еще ...мм... необычнее. При переходе вид подбирается сам, и я не могу его изменить. Это на случай, если ты захочешь попросить стать человеком.

- И в мыслях не было, - хмурюсь я, и пытаюсь представить, как ОНО могло бы выглядеть дома.

Получается очень страшно.

- Бррр... Ладно, не будем о плохом. Ты умеешь открывать вино?

- Могу только откусить, - почему-то облегченно выдыхает тигр, и мы смеемся.

- Ну и зачем нужна такая сила, если даже бутылку открыть не можешь? – печально вздохнула я и пошла на кухню за открывалкой.

Все приходится делать самой. Ну, всё, то есть – абсолютно.

Правда, судьба не дала совершить мне это важное и необходимое действо. Пока я вытаскивала открывалку в ящике среди сброшенных в одну кучу вилок, ножей и ложек, послышался шум у входной двери.

Потом какой-то треск, тяжелый плюх, и, наконец, дикий, нечеловеческий рык.

Испугавшись, что на мою беду появился еще один грабитель, я быстро схватила табуретку и поспешила на помощь к ставшему уже почти родным тигруу.

Но когда я увидела происходящее у входной двери, табуретка сама вывалилась из рук.

Входной двери не было. Вместо нее болтались вывернутые с мясом петли, а с тигром дрался, катаясь по полу, рыцарь в средневековой одежде.

Я протерла глаза и ущипнула себя за руку. Нет. Это определенно происходило наяву. Рыцарь, одетый, как положено, в латы поверх темно-синих одежд, не снимая забрала, еще что-то выкрикивал на непонятном языке, фонетически похожем на французский. Но я не понимала ни слова.

- А ну стоять! – на всякий случай крикнула я тоже на французском, и соперники замерли.

- Что здесь происходит? – с перепугу вырвалось на английском, но, кажется, народ понял.

Тигр снял огромную лапищу со спины рыцаря, и тот, с видом потрепанной игрушки, оторвался от хищника. Эрл же так и остался лежать в непринужденной позе, будто ему и дела ни до чего нет, только если полежать.

- Ты можешь говорить на родном языке, твое произношение слишком ужасное, - отряхиваясь, спасенный, между прочим, мною, рыцарь, даже не поглядел в мою сторону.

Я чуть не подавилась от обиды. Какое хамство и пренебрежение! Но сейчас не время ругаться на сей счет. А вот снесенная с корнем хозяйская дверь – довольно увесистый повод для беспокойства.

Стоило представить, во сколько евро может быть оценен ремонт, как мне сразу же становилось плохо.

У меня нет столько денег. Даже если продам свои золотые сережки, всё равно столько не выручу. А больше у меня ничего с собой ценного нет.

Ну, кроме портрета. Но его отдавать в антикварный явно рановато. Вдруг это станет причиной Армагеддона? Пока не выясню, что с ним не так, рисковать жизнями других людей не буду.

И у меня нет молотков, отверток и болтов, чтобы ее починить самостоятельно. Или для этого нужны молотки? Да я понятия не имею, как ее чинить и как вешать обратно!

- Даже не пытайтесь уйти, не вставив дверь! – вся эта невоспитанность сильно возмутила меня, так что я, по примеру мамы, встала «руки в боки», - И как вы посмели сломать дверь в чужое жилище?

Вместо ответа рыцарь фыркнул и сделал взмах рукой.

Я обалдела. Если бы не видела собственными глазами, что дверь снесли, ни за что не поверила, что ее можно так идеально восстановить.

- Еще один волшебник на мою голову, - срезюмировала я, и подняла с пола табурет, - Зачем тогда нужно было ломать? Открыть магией не пробовали?

- Торопился, - услышала лаконичный ответ.

Ну надо же! Какие мы торопыжки!

Да, пора с этими волшебниками что-то делать. Воспитывать, к примеру! Иначе моя жизнь превратится в невозможный хаос, и я никогда спокойно не встречу Новый год. Вон, осталось совсем мало времени.

Следует узнать, зачем притащился этот железный дровосек. Тоже за портретом охотится или я ему так приглянулась?

Я уселась на табуретке поудобнее. Положила ногу на ногу, и как можно строже спросила:

- Что вам надо? Вернее, угодно, мистер?

Рыцарь не ответил. Да он игнорирует меня!

Вот невежа.

Зато в упор глядит на тигра. Как будто только мнение Эрла имеет для него значение.

Тигр же подозрительно приоткрывал челюсть и издавал какие-то хрюкающие звуки. Они ведут беседу на тайном языке? В моей мансарде?!

- Да в чем же дело? – начала свирепеть я, - Эрл, если этот негодяй сейчас же не ответит, разрешаю разорвать его в клочья.

Разумеется, я блефовала. Вообще, я – человек мирный, незлобный. И всегда выступаю против насилия и принуждения. Правда, не в случае, когда тебе сносят арендованную за евро дверь.

А залетным рыцарям совсем необязательно это знать. Я подмигнула Эрлу, чтобы он поддержал меня, и тигр с угрожающим рычанием двинулся по направлению к рыцарю.

Рыцарь своим ответом удивил нас обоих.

- Наденьте на себя что-нибудь, не стойте голой, – словно бы сквозь силу выдавил он, все еще демонстративно не смотря на меня.

Я опешила во второй раз.

Да что он себе позволяет?!

Притащился, хамит. Еще и указания раздает!

Какой-то слабоумный, нарядившийся в карнавальный костюм.

Я своими голыми ногами оскорбляю его чувство прекрасного? Или еще один эстет свалился на мою голову? Мне что, по Парижу ходить только в вечернем платье?!

Как же я разозлилась! Нет, сегодня определенно неудачный день! Какая-то железяка притащилась ко мне в апартаменты, и вместо того, чтобы незаметно сбежать от опасного тигра, приказы дает. Косплейщик несчастный. Нашел повод вырядиться, чтобы девушек пугать!

Я развернулась, чтобы высказать ему всё, что думаю о его собственном костюме, как краем глаза увидела время на часах.

- Новый Год через полчаса! А я время теряю. Вот же... И салат не приготовила, и вино не открыла. Блин!

Плюнув на этих особей мужского пола, лишь отвлекающих меня от важного события, я приказала Эрлу следить за рыцарем, а сама забегала со скоростью торпеды.

Так. Огурчики, помидорчики, перчик, фета. Или не фета, но очень похожий на нее французский сыр. Так. Быстро порезать. Масло... Где масло?!

Сегодня день разочарований, не иначе.

Теряя на ходу тапочки, я выбежала в гостиную.

- Елки-палки, забыла купить масло!

И даже послать в магазин некого. Один – тигр, другой – странный тип в костюме. Ну, никакой поддержки от мужиков.

Взвыв раненым зверем, бросилась к джинсам. Сейчас быстренько оденусь, сгоняю в супермаркет, куплю масло. Пусть даже оливковое. Не важно. Главное, чтобы было. Даже рюкзак брать не буду. Вон сколько охранников, толпа прямо. Портрет никто не украдет. От насильников я и сама отобьюсь – настроение у меня ну очень боевое.

- Что вы делаете?! - остановил меня на середине второй штанины окрик рыцаря.

Не понимая, в чем дело, на всякий случай медленно обернулась.

- Одеваюсь. От вас же толку мало.

- Что?!

Он снял шлем и еще раз внимательно вгляделся в меня.

Красавец. Длинные кудрявые волосы по плечи. Жгучий брюнет. И такие тонкие черты лица, прямо вылитый Орландо Блум. И все бы было в нем прекрасно и волнительно для моего женского истосковавшегося по любви сердца, если бы не выражение лица.

Такой удивленный вид, будто лягушку увидел. Или обезьянку. Даже как-то обидно стало.

- Если бы вы соблаговолили сойти вниз за маслом, я бы осталась дома.

Но в лице рыцаря совсем не было понимания. Он озадаченно рассматривал мою скромную фигуру и чему-то удивлялся.

- Зачем вам масло? Вы в опасности!

- Еще один, - безнадежно вздохнула я.

Плюнув на масло, сняла джинсы, натянула обратно шорты под немигающим взглядом рыцаря и вернулась на кухню дорезать овощи.

Ладно, фиг с ним, с рецептом, у меня итак все получается неправильно. Неправильный салат, неправильная компания, неправильный Новый Год.

Но рыцарь почему-то поплелся за мной на кухню.

- Вам нужно срочно уйти отсюда. Ваша аура слишком фонит, чтобы долго оставаться незамеченной. Даже охранник не сможет долго гасить ее.

- Послушайте, милейший, - нож в руке добавляет смелости и, как я считаю, харизмы, - я собираюсь встретить Новый год здесь, под этой крышей, с этим блин видом из форточки. И мне пофигу, что у вас там фонит.

- Не у меня, а у вас! – и столько значения во взгляде, что даже как-то становится интересно.

Обязательно поинтересуюсь этим в следующем году.

- Резать умеете? Квадратиком? Тогда огурцы на вас. Быстрее. Мне еще к wi-fi подключаться и канал ловить. Хочу послушать напутствие президента. Вдруг, что полезное услышу.

Этот псевдо рыцарь так забавно посмотрел на доску, что я даже умилилась. Неужели все мамочка за него делает? Ну, лет двадцать мальчику с виду есть. Это только по росту он выше меня на пол головы, а вот по мозгам... И где вся показная решительность перед доской с огурцами? Сдулась?

Поколебавшись то ли для приличия, то ли и вправду от глубокой неопытности, рыцарь все-таки ответил:

- Хорошо. Встретим, кого вы там собрались встретить. Если он не опасный. А после этого сразу уйдем.

Я заворожено смотрела, как он несмело берет кухонный нож и медленно-медленно отрезает квадратик.

Настоящий квадратик. Ровненький.

- Уйдем после Нового Года. И не с вами, - на всякий случай уточняю я, нарезая помидор, но не выдерживаю издевательства на доске по соседству, - Не нужно вырезать прямо квадратный квадратик. Можно примерно квадратик. А то мы до Пасхи не управимся.

- Неквадратный квадратик? – зависает рыцарь, и мне приходится отнимать нож, чтобы визуально продемонстрировать.

- Не слишком ли ты вежлива к врагу? – вплывает на кухню величавый Эрл и подозрительно рассматривает рыцаря.

Тот почему-то бледнеет, смущается, будто и не ломился несколько минут назад к нам.

- Я не враг. Я пришел помочь, - нервно выкрикивает кудрявая жертва тигровой харизмы и одновременно засаживает себе нож в палец.

- Да знаю я, знаю. Просто мясца захотелось, - невозмутимо отвечает Эрл.

И тут я поступила не как самая радужная хозяйка. Меня разобрал смех. Понимаю, что человеку нужна помощь, и у него вообще-то кровь из пальца хлыщет, но не могу. Усталость дала о себе знать.

Ржу, не могу. Это же надо, при нарезке огурцов, так пораниться! Он что, реально никогда себе пищу не резал? Глупости какие.

Эрл сделал мне кокетливые глазки и, широко зевнув, направился обратно в гостиную.

С трудом сдерживаю истерию, закрывая рот рукой.

- Простите. Сейчас.

Сбегала в ванную и достала ватный диск с йодом. Аккуратно взяла жертву за руку и предупредила:

- Будет жечь.

Нет, ну везет мне на сумасшедших. Так выть из-за йода? Да не смешите мои тапочки.

- А самому залечить не судьба? Вы же волшебник. Почему стоните? Первая колотая рана в жизни?

- Больно. И я не лекарь.

- Зачем тогда кинулись на Эрла? А если бы он вас погрыз?

- Когда вы вошли, я как раз взял над ним верх, - с достоинством произнес «рыцарь» и со всей силы подул на ранку.

- Да не идет же кровь, - я внимательно осмотрела руку,- Режьте дальше.

- Уж лучше вы. Давайте я посуду перенесу, - он махнул рукой на выставленные нарезки.

- Ладно, берите. Только аккуратно. Уроните, вы – труп.

Он кивнул и понес закуски.

А я озаботилась еще больше. У меня всего одна бутылка вина. Хм. Нужно поставить два бокала. Навряд ли тигр пьет вино. Не то, чтобы я хотела напиться до беспамятства, и мне было жалко алкоголя, но как нормальная хозяйка, я должна нормально накормить, напоить и...

Осталось десять минут!

Кое-как дорезав салат, я вихрем долетела до столика и быстрее схватила мобильник. К счастью, к wi-fi подключилась сразу, и канал онлайн, предварительно поставленный в закладки, четко показывал картинку. Господин Президент вот-вот начнет говорить.

- А что это вы делаете?... – попытался влезть с вопросом рыцарь, но я отмахнулась.

- Цыц. Убью. Откройте вино, - пригрозила я балде и всучила в руки штопор.

Уж открыть-то он сможет! Должна же быть от него какая-нибудь польза.

Открыл. Пролив половину на стол, попав мне на шорты и тигру на хвост. Пришлось переодеться обратно в джинсы.

Ненавидя его всей душой, я пропустила почти все поздравление Президента, и только бой курантов спас рыцаря от немедленного разделывания на месте.

- Ура! С Новым годом!!! – закричала я тгромко, как это делалось в моей семье.

Мы радуемся, смеемся, поздравляем друг друга. И, конечно, чокаемся бокалами.

- С Новым годом!

- Так это не человек?

- Нет! – широко улыбалась я, - Урра!

Рыцарь глядел на меня во все глаза, а Эрл нагло сцапал колбасу с тарелки и увлеченно ее жевал.

В их глазах не было отклика или хоть какого-нибудь понимания. Как два манекена, они выражали ноль радости и скорее поражались моим действиям, нежели разделяли их. А я в свою очередь махнула на них рукой и еще раз завопила:

- С Новым Годом!! Ура!!! Пусть сбудутся наши мечты! – и в знак серьезности произнесенных слов опустошила бокал.

Глава 4

- Я вот что думаю: если вы испортили мне новогоднюю ночь, ее нужно отработать!

После второго бокала вина мне захотелось высказаться.

- И поэтому... предлагаю поиграть в дурака.

- В кого?! – в очередной раз обалдел рыцарь.

Мне даже стало его жаль. После первого и последнего же бокала его так развезло, что он признался: ему всего восемнадцать. Когда я это услышала, долго хохотала, за что была удостоена очередного изумленного взгляда со смесью обиды.

Вот и теперь. Не иначе, как обиделся мальчик.

- Это игра такая. Сейчас научу. Картишки у меня всегда с собой, - я полезла в чемодан, но тут же остановилась на полпути.

- Но ведь я ехала одна, и не собиралась ни с кем знакомиться. Почему же я их взяла?!

Рыцарь пожал плечами, а Эрл усмехнулся.

- И вообще, интереснее играть по парам. Вот если бы нас было четверо...

Не успела я закончить предложение, как входная дверь с треском отлетела, и перед нами появился еще один рыцарь. Его фигура была громадной, и для меня осталось загадкой, как он смог протиснуться в относительно небольшую дверку мансарды.

Мы втроем молча уставились на него.

В этот раз перед нами стоял рыцарь без шлема, одетый только в латы. Его кудрявые рыжие волосы почти достигали плеч, и вся фигура больше походила на изображение викинга, нежели на обычного французского рыцаря с гравюры.

События этого дня, перенесенное нападение и встреча с говорящим тигром – все это, наверное, исчерпало лимит моего страха, потому что я с картами наперевес двинулась на незнакомца.

- А мы как раз вас ждали. Нам не хватает четвертого.

- Лада, - строго окрикнул меня тигр, но я даже не обернулась.

- Проходите, садитесь. Будете вино? У нас и закуска осталась. Не стесняйтесь, будьте как дома, - я широким хозяйским жестом обвела мансарду, и пошла к столу.

Налила себе бокал и пригубила. Нет, ну надо же – устроили проходной двор. Звала я их, что ли? Вместо того, чтобы тихо-мирно смотреть новогоднее выступление артистов, развлекаю непонятно кого.

Рыцарь тем временем развернул голубую тряпку, висящую у него на согнутом локте, и кинул нашему юноше.

- Ты забыл свой плащ.

- О, да вы знакомы! - с сарказмом констатировала я и сделала еще глоток, - Значит, драки не будет. Отлично. Кто с кем в паре?

Новый рыцарь повернулся ко мне с надменным видом.

- Из-за нее ты сбежал? Всегда знал, что у тебя дурной вкус.

- Брат!

Мы вздрогнули. Ну, не знаю, как насчет тигра, а я уж точно. Разве могут братья так отличаться друг от друга?

- Ты не понял. Она... Миледи, расскажите! – он с такой мольбой посмотрел на меня, что сердце дрогнуло.

- О чем?

- О том, как вы стали хозяйкой портрета!

Я не успела даже открыть рот, как парень резко вскочил, прикрепил плащ к правому плечу и рухнул передо мной на колени.

Пол дрогнул. Соседи снизу, скорее всего, тоже.

- Миледи, позвольте служить вам вечно! Мои расчеты оказались верны, и именно в этом измерении и хранился заветный портрет. Поэтому, Жак Дюнуа к вашим услугам.

Все это начинало нервировать. И, видимо, не меня одну.

- Жак, не стоит присягать в верности, если ты не видел портрет.

- С чего ты решил, что я не видел? – резко вскочил Жак и с вызовом посмотрел на брата.

- Не думаю, что ты настолько хорош.

- Много думаете, - тигр оказался очень близко, и старший рыцарь вздрогнул. Да, на вид ему было не больше двадцати пяти, - И куда только ваша матушка смотрит?

- Мессир, простите, не признал вас, - теперь наступила очередь старшего брата склонять колено.

Причем он сильно дернул за плащ младшего, и тот тоже встал на колени перед тигром.

- Ведь раньше я слышал только ваш голос, - еще почтительнее прибавил рыжий.

- Так. А теперь объясните мне, что за комедия тут происходит?

Я налила себе еще бокал и залпом выпила его.

Хорошее вино, освежает.

- Эврар де Борн, встань с колен. И подними своего брата. Жак Дюнуа, вставай.

- Пфф. Сколько пафоса! – сказала я, но на мои слова снова никто не обратил внимания.

Эврар и Жак с благоговением смотрели на тигра, как будто он был новым мессией, а тигр тем временем представлял монумент выпендрежности самому себе.

- Я рад, что ваша семья на страже, и не теряет бдительности...

- А теперь поподробнее. Еще раз! - я села на подлокотник диванчика, чем ввергла в ужас обоих братьев, - меня не интересует, почему у вас разные фамилии, у нас и не такое бывает. Даже у матерей и детей встречаются разные фамилии...

Кажется, вино развязало мне язык, потому что стало как-то весело и забавно от всей случившейся чертовщины. Да, определенно эти двое – очередные защитники портрета. Вроде бы, даже на моей стороне. Отбирать не собираются, меня ни в чем не обвиняют.

Так чего волноваться? С ними в Париже я буду в безопасности.

Правда, передвигаться по городу в таком окружении не очень удобно. Ну так, ничего, потерплю. Буду командовать охранниками, и чувствовать себя важной леди.

Но прежде всего, нужно во всем разобраться.

- Итак. Портрет. Почему вы его охраняете? И почему вы охраняете его не здесь, в Париже, а в... Откуда вы, кстати? Что-то я не видела вас рядом с портретом.

- Из XII века, - ответил за них тигр, и я подавилась вином.

- Откуда?

- Они давно умерли, - подтвердил мои опасения Эрл, - поэтому не могут находиться в этом времени долго. А вот в своем могут.

- А там они не умрут? – решила все-таки уточнить я.

- Там они живут по кругу.

- А?...

- Но не помнят об этом. Это если обычные рыцари. Они замерли в своем измерении, как в клетке. Перед тобой же находятся благороднейшие из благороднейших. Они посвящены в великую тайну Вселенной, и овладели пространственными переходами, специально, чтобы отслеживать перемещении картины и при необходимости перенестись к ней.

- И все равно я не понимаю, - я искоса посмотрела на этих недопризраков и вздохнула, - а почему они выглядят, будто живые? Почему не призраки?

- По сути, они ими являются. Материальными призраками. Но овладение разными тайнами, как они это называют – волшебством, позволяет существовать, мыслить, развиваться.

- А что с картиной? – безумно обрадованная тем, что сейчас смогу прикоснуться к многовековой тайне, искоса взглянула на рюкзак.

Он так и лежал на полу у дивана, где я его оставила после возвращения из магазина.

- А что с ней? – хором спросили братья.

- Да нет, в порядке она, в порядке, - успокоила их, - Мне интересно, почему вы с ней носитесь.

Эврар прокашлялся:

- По нашим данным, в мир может войти необыкновенное зло, и, чтобы этого не произошло, мы должны охранять портрет. Это – наша миссия. Мы долго готовились, обучались магии и тренировались. Мессир основал наш орден много веков назад, и знание передавалось через поколения. Мессир отвечал на наши обращения и оповещал нас, если была потребность в помощи.

- То есть это ты их сюда позвал? – обернулась к кошаку, - У меня голова кругом.

- Мы сами пришли. Звезды подсказали, в каком времени искать...

Надо же, какие общительные звезды. А мне только погоду подсказывают, да и то – нечасто.

- То есть вы действительно будете моими рыцарями?

- Мы за вас умрем, миледи, - сказал Жак.

И в глазах такая тревога, что я даже рассмеялась. Переживают, миленькие.

Особенно этот юноша... Он – кажется искренним и благородным, на такого можно положиться. Он сдержит свое слово и, судя по накаченной фигуре, вправду сможет защитить от опасности.

- Мне стоит начать волноваться? – повернулась к Эрлу, - Если у меня такая охрана, значит, всё не просто так?...

- В прошлый раз ... Ай, ладно. Много будешь знать, скоро состаришься, - проворчал Эрл, - Вот протрезвеешь...

В пику ему, я налила себе еще бокал и залпом выпила его. Удивительно, как легко идет настоящее французское вино! Но после очередного бокала меня вдруг охватило смутное подозрение...

- Разве вино не должно было кончиться? Здесь всего одна бутылка. Мы должны были давно прикончить ее. Вернее, не вы, а я…

Жак виновато улыбнулся.

- Просто подумал, что вам захочется еще немного. Вот я и … - он в смущении развел руками.

Я опешила: какая предупредительность! И как ненавязчиво. Не то, что некоторые, полосатые.

- Настоящий джентльмен! – я подняла бокал и в раз опустошила.

- Кто? – удивленно переспросил юноша.

Кажется, хватит ему на сегодня удивляться.

- Они до туда не дошли, - ответил почему-то Эрл.

А меня очень некстати разобрал смех. Я не поняла комментарий Эрла, зато подумала о том, в какой странной компании оказалась. Ну, действительно же! Сидим на чердаке во Франции, в Новый год и ведем та-акой странный разговор! Кстати. А вправду ли мы все тут сидим?

А может быть, я сижу одна? И мне всё это мерещится?

Дабы проверить, так сказать, эмпирическим путем, я отставила бокал в сторону, сделала пару шагов и упала на тигра.

- Кисик! Живой! – дергать за шерстинки тигра оказалось очень весело, а еще он забавно кривил морду.

- Ути-пути, какой пушистый. Ой, ты моя прелесть!

Тигр вовремя отодвинулся, иначе я чмокнула бы его в лоб, как своего Маркизика. Да... Маркиз остался дома, в Москве, и в этот момент я очень по нему скучала.

- Ты что творишь, пьянь?! – рыкнул тигр, и я вмиг почти протрезвела.

- Кто пьянь, я? Да как ты смеешь! Разлегся на моей мансарде, ест мою колбасу, еще и возмущается! – руки в боки, - Да я, может, проверяла, не приснились ли вы мне.

- И как? – морда тигра с огромными зубами оказалась слишком близко, - Проверила? Тогда слезай с меня!

- Да кто тут еще разлегся, - обижено проворчала я, но с тигра все-таки слезла, - коврик полосатый.

- Миледи, - Жак что-то захотел спросить, но обозленная донельзя неприветливым тигром, я уже неслась в атаку.

- Я не миледи. У нас аристократов нет. Просто Лада. Лада и всё. Это мое имя.

- Ла-да, - мечтательно протянул юноша и у него загорелись глаза.

Я чуть не подавилась. Терпеть не могу излишне романтизированных парней. Надумают себе сами невесть чего, а потом по стеночке свой предмет любви обходят. Обползают. Знаю уже, проходили. Сама умудрилась влюбиться на первом курсе в такого объекта. Он по стеночке вокруг меня другой, а я из жалости, иначе и не назовешь, вокруг него. Он так и не признался в чувствах за три года учебы, а я потом в оставшиеся два, только его и вспоминала. Потому что самый красивый мальчик с нашего бабского факультета. И такая любовь у нас могла бы быть!