Париж, тигр и портрет

И он позволил преступнику украсть фотоаппарат. Навряд ли они в сговоре – напали бы вместе.

Он ждал меня потому, что ему нужна была я.

Я – Лада Менялова. Собственной персоной.

Черт, и как идти обратно домой?

Мне стало жутко. Руки задрожали, и я вновь побежала, на этот раз в направлении супермаркета.

…Сколько всего вкусного продается на Новый год! Католическое Рождество уже прошло, и в магазине устроили распродажу рождественских кексов, тортиков и прочих сладостей.

Не то, чтобы я была сладкоежкой, но ведь хочется попробовать волшебные французские блюда! Я взяла два кексика – один привезу маме, другой оставлю себе на завтрак и направилась в отдел салатов.

Да, найти здесь оливье - было нереальной задачей, но я выбрала парочку похожих салатов, потом покидала в корзинку разных закусок, в том числе, традиционные рождественские колбаски. Кажется, вяленые. Но выглядели они вкусно.

Теперь осталось шампанское.

Винный отдел поражал обилием всего французского, необычно натурального, так, что я даже не стала искать название «шампанское», а взяла трехгодичное красное вино.

Наверное, оно будет вкусным.

Когда я дошла до кассы и вывалила всё это добро на ленту, оказалось, что я набрала кучу всего. Бережливость не позволила мне купить одну большую холщевую сумку. Я оглядела кассу и со вздохом взяла три маленьких бесплатных пакетика с ручками. Весьма тоненьких.

Попыталась в них все уместить. Но пока я пыхтела и утрамбовывала покупки, пакетики внезапно начали рваться прямо у меня в руках. То острый угол упаковки надрывает тоненькую стенку, то слишком много засунула, и дно не выдержало и разорвалось...

Да уж, слишком тонкие пакетики.

Кассирша нахмурилась и, судя по жесту, предложила купить пакет. Я почувствовала себя очень неловко, да еще позабыла все французские слова от смущения. Вместо ответа начала быстрее собирать покупки, всовывая их снова неправильно.

От излишней спешки все пошло еще хуже.

Покупатели в очереди недовольно поглядывали на меня, кассирша что-то ворчала себе под нос, и я, забыв про предосторожность, раскрыла рюкзак.

Это, конечно, можно было назвать бредом, но на несколько секунд мне показалось, что из под тряпочки, укрывавшей картину, просачивался свет. Да, это определенно был свет - как будто из темноты, из нутра рюкзака кто-то светил фонариком.

Залюбовавшись светом, я не сразу подняла голову и посмотрела вокруг. А посмотреть было, на что!

Мир как будто замер и изменился.

Скучающий господин, стоявший сразу за мной в очереди, почему-то глядел мне в глаза со вселенской злостью. А его наполовину раскрывшийся рот пугал удлинившимися острыми зубами. Как старый покосившийся забор, торчали они в разные стороны и создавали ужасное впечатление.

Я сделала шаг назад, по инерции схватила рюкзак.

Вокруг будто замерло время. Двинулась я и это чудовище.

Громко заорала. Бросив все, что не успела положить в пакеты, я схватила их и выбежала на улицу.

Снежный покров встретил меня тишиной и безмятежностью.

Убежать далеко не получилось. Через пару шагов от супермаркета, меня схватили. Дернули за рюкзак, рванули с такой силой, что я едва устояла на ногах. И зарычали в лицо.

Истошно заорала и в свою очередь дернула рюкзак на себя.

У стоявшего передо мной чудища удлинились волосы, а лицо напоминало собачью морду. Его глаза горели черным углем и совсем перестали походить на человеческие.

Снедаемая ужасом, я даже не пыталась вырваться, пассивно наблюдая, как он выдергивает из моих ослабших пальцев рюкзак и разрывает егок. Когти на лапах - с мои пальцы, блестят при свете фонаря, как железные ножи.

Страх подбирался к горлу, я орала уже не так истошно. Смотрела на это безобразие и без остановки читала «Отче наш».

Чудище остановилось на мгновение и подняло глаза. Мне стало еще страшнее, и, забыв продолжение молитвы, я молча уставилась на него.

Медленно взял он мою правую руку и осторожно поднес к морде. Красный камень блеснул в свете фонарей, как огненный цветок. И я вспомнила про обещанную помощь.

Мужчина обещал прийти, если позову. Только как же его звали? Амбрус? Нет. Амбез? Тоже вроде, нет.

Боже мой, ну как же его звали?

- Чертов Амбруаз, - прорычало чудище, и я от радости чуть не пожала ему лапу.

- Амбруаз, помогите. Пожалуйста, помогите, - вскричала я, понимая, что мужчина – единственный человек, способный мне помочь.

В то же время я попыталась незаметно высвободить руку из острых когтей чудовища.

Не получилось.

Чудище поняло, что совершило ошибку, и я могу спастись. Оно перехватило мою руку за локоть и крепко прижало к себе. Я оказалась очень близко. Так близко, что отчетливо видела ворсинки на морде, и от черных угольков глаз становилось жарко.

В этот миг что-то произошло. Я почувствовала лишь колебание воздуха, одно движение, а потом чудище отлетело в сторону. Как будто его отклеили и пнули.

Чудище и само, видимо, не ожидало столь резкого финта, потому что взбрыкнуло и как бык на Тореадора, понеслось на меня.

Моя обычная реакция – это ноль реакции, поэтому я сама очень удивилась, почувствовав, как отлетаю в сторону.

А потом я увидела его.

Черные волосы собраны в длинный хвост. Темная одежда выглядела старинной. Поверх рубашки накинуто что-то типа черного пальто, только с серебристой отделкой по краю.

Мне было видно, как Амбруаз приблизился, и из его горла вырвался рык. Как он сделал взмах рукой, и по воздуху прошла рябь. Как в замедленном кино я наблюдала, как он несколько раз быстро и, наверное, больно ударил чудище рукой. И потом, то осело на асфальт.

Чем же он бил? Кастетом? Ножом?

… Магией?

Я не заметила. Когда чудище отключилось, его человеческие черты вернулись на место. Когти втянулись, и теперь на асфальте лежал самый обыкновенный на вид мужчина.

Дрожащими руками я подтянула к себе то, что осталось от рюкзака и попыталась застегнуть его. Но это было невозможно: рюкзак был безвозвратно испорчен – когти прорвали ткань, и портрет вместе с моими вещами грозил вывалиться наружу.

- Почему вы не уехали домой?

Протянутая узкая ладонь с длинными пальцами. Я залюбовалась, глядя на это произведение искусства. Ни разу в жизни не видела у мужчины таких красивых рук. Даже сама форма дышала благородством и хорошей родословной.

Ладонь сделала приглашающий жест, и я очнулась. Протянула свою, и меня резко поставили на ноги. Я даже чуть не уронила рюкзак.

Совсем непочтительно. Поэтому недовольно буркнула:

- Как я могу уехать в Новый год? И вообще, у меня еще четыре дня оплачено.

- Вам мало неприятностей?

Я с недоумением посмотрела на мужчину.

- Вы про этого недопеса? Мне, наверное, померещилось. А сам мужчина - псих.

- А как же фотоаппарат? Или насильник?

- Так это был насильник... – мне резко захотелось присесть обратно на мостовую.

Ноги дрожали, и стало так страшно, что я почувствовала страстное желание забиться в какую-нибудь норку и не показывать оттуда носа.

- Езжайте сегодня. Через два часа вылет из Орли, успеете. Билет на ваше имя забронирован.

Возмущение хлынуло из меня водопадом, и я даже позабыла про все эти ужастики.

- Как это сегодня? И зачем купили билет, не согласовав со мной?! Так вот, почему вы спрашивали имя! Говорю вам: мой вылет четвертого января, и я совершенно точно не собираюсь вылетать раньше. С какой стати?! Я оплатила эти дни, у меня запланирована поездка в Версаль, почему я должна делать, как вы говорите?!

- А вас ничего не настораживает?

Он обвел рукой вокруг. Я не обратила внимания.

- Если будете пугать или преследовать, забирайте портрет и дело с концом. Мне он не нужен.

- Поэтому особенно важно, чтобы он оставался у вас, - ответил Амбруаз, и меня поразило отсутствие логики в его словах.

- Никуда не поеду, - насупилась я.

Понятно, сейчас будет уговаривать и пугать, но я тоже бываю упрямой. Если мне портят поездку, о которой я мечтала всю жизнь, что ж, покажу характер.

- Лада, еще раз взгляните. Вы ничего необычного не замечаете?

Я неохотно оглянулась. Потом еще раз и еще...

- Что это?

- Я остановил время, чтобы справиться со второй ипостасью, но мне трудно удерживать его долго. Теперь понимаете, насколько все серьезно?

Мои мысли побежали в хаотичном порядке. Вторая ипостась? Он остановил время? Разве это возможно?!

Что за ерунда? Может, я сплю и мне снится кошмар? Да, наверное, я заснула, разглядывая портрет. И сама не заметила. Вот мне и снится вся эта чертовщина.

- Ущипните меня.

- Лада, понимаю, вы перепугались...

- Да ущипните меня скорее! Вам что, жалко?

Амбруаз вздохнул и пребольно сжал мою кисть.

- Ай. Блин, вот же не везет.

- Лада, все с точностью, да наоборот. Но вам нужно уехать.

Скрипя зубами, я пытаюсь поверить в то, что вижу: замершие посреди тротуара в неестественных позах люди. Машины, остановившиеся на ходу. Автобус, застрявший на повороте…Да его по инерции должно уже утянуть на землю – так сильно он накренился!

Но не утянуло.

А значит, происходит и вправду что-то магическое. Волшебное!

Мне приходится смириться. Я, Лада Менялова, самая обычная девушка, попала в сказочный переплет.

Во всех смыслах.

Но… даже с учетом всего вышеперечисленного, я, правда, не хочу так быстро уезжать. Да что я видела-то? Совсем граммулечку, совсем чуточку, совсем немножечко!

- А вы не можете побыть со мной эти четыре дня? Ну, хотя бы, три? Если для вас важно, чтобы я оставалась живой.

- Как вы можете такое говорить... – возмутился Амбруаз.

По его нахмуренным бровям и сжатым плотно губам, можно было догадаться, что мужчина обижен.

- Простите. Но, раз мне нужна охрана, может, вы не сочтете за наглость, и… станете ею?.

- Я не могу появляться здесь надолго, - мужчина сделал шаг назад и задумался. Он коснулся черного камня в серебристой оправе на руке и пару раз покрутил его, - Но я знаю, кто может помочь.

Поднес к губам и подул на него.

- Какого всемогущего?! – раздался чужой голос.

Я подпрыгнула от неожиданности и в панике огляделась. Кто это говорит?

Вокруг стояли всё также неподвижно люди, машины и вообще, отсутствовало какое-либо движение. Но ведь я собственными ушами слышала чей-то возмущенный голос!

- Эрл, тебе нужно прийти, - невозмутимо сказал Амбруаз прямо в кольцо.

- С фига ли?

Мужчина поморщился.

- Ты должен мне услугу. Считай, предоставляется возможность ее вернуть. Нужно три дня охранять девушку.

- Я тебе что, бюро добрых услуг?!

- В твоих интересах. У нее портрет.

Вытаращившись, я смотрела на кольцо. Это что ж, там внутри спрятан передатчик? Это как рация, да? Такая маленькая, удобная. Получается, два в одном: и украшение стильное, и мобильник.

- А как вы набрали его номер? – не сдержала я свое любопытство, - ведь кнопочек нет. И как оно работает? От батареек? Они же должны быть маленькими...

- А знаешь, мне нравится голос, - на той стороне связи кто-то невидимый повеселел, - Так и быть. Сделаю тебе услугу. Развлекусь. Только мы в расчете.

- В расчете, расчете, - пробормотал Амбруаз, и крутанул камешек кольца.

- Ах вот оно как... – я завороженно уставилась на свою красный камень, - у меня такое же кольцо?

Он кивнул.

- Поэтому вы меня услышали? Он, получается, настроен только на одного человека? Но ведь невыгодно заводить подобную вещицу.

- Нужно мысленно сделать запрос, и если у собеседника есть похожее устройство, он услышит.

- Вот это да! Сила мысли?

Амбруаз опять кивнул. Он задумчиво разглядывал асфальт, и казалось, мыслями был далеко отсюда. Я даже почувствовала себя брошенной, и, пока он совсем не исчез, попробовала привлечь его внимание.

- А кто такой Эрл?

В этот момент сзади раздался рык. Амбруаз поднял глаза и одобрительно улыбнулся. Немея от страха, я медленно обернулась.

Прямо посреди заснеженной мостовой, между застывших машин и автобуса стоял тигр. Огромный, рыжий и полосатый.

Без клетки, укротителя или ограждения.

Я вскрикнула, в одну секунду сделала грандиозный прыжок и вцепилась в Амбруаза намертво. Между тем тигр рыкнул еще раз и медленно, с чувством собственного достоинства, стал приближаться к нам.

- Амбруаз, сделайте что-нибудь, он нас раздерет! Откуда здесь тигр? Почему?!!! Я не хочу умирать!

Если бы я могла, залезла бы Амбруазу на голову и оттуда бы смотрела на все это безобразие. Но Амбруаз обхватил меня за плечи и прижал к себе.

- Спокойно, Лада, спокойно. Не волнуйтесь, это – Эрл. Он пришел охранять вас. Только три дня.

- Что?

Тигр остановился в трех шагах от нас. Он элегантно сел, подтянув под себя хвост, и стал похож на огромного полосатого кошака.

Но ведь я – собачница! И кошек сроду не понимала!

- Я не хочу с ним быть. Я боюсь.

- Он – добрый. Не волнуйтесь. Это только воинственный вид. Да, Эрл? –с нажимом произнес Амбруаз.

- Я не могу разгуливать по городу с тигром! Я вообще боюсь оставаться с ним без вас. Не оставляйте меня! Пожалуйста!

Да, пусть я веду себя капризно как маленькая девочка, но ведь меня хотят оставить тигру на съедение! Да, точно! Он решил ему меня скормить. Нет Лады – нет проблем.

Что-то я не верю в благородство и охрану. Какая у него широкая морда, а какие клыки!

Боже, как же я его боюсь!

Я вцепилась в плащ Амбруаза, и повисла на нем как маленькая грушка.

- Лада. Он не ест людей.

- Как же. Посмотрите, какая пасть. Что еще он может есть? Рождественский кекс?!

- Если угостишь, съем, - раздался голос. Насмешливый такой.

Я вздрогнула еще раз и медленно воззрилась на тигра.

Еще немного, и я точно свалюсь без чувств. Это надо же, говорящий тигр!

- Он говорит? – осипшим голосом уточнила я.

Амбруаз ответить не успел. Тигр раскрыл пасть и оттуда донеслось:

- Да я вообще умнее тебя. Когда мне предлагали портрет, отказался! – а потом из открытой пасти тигра донеслось ржание.

Он еще оскорбляет?! Я вспыхнула спичкой и опять дернула Амбруаза за грудки.

- Тем более, я не могу доверять себя такому... Такому...

- Какому? – с легкой улыбкой уточнил мужчина.

- Придурку!

Да что скрывать, это издевательский смех меня разозлил. Умный он, видите ли. Ага. А мы тут простодушные дурочки собрались.

- Лада, успокойтесь. Вам нужна охрана, пока вы в Париже. Он сможет вас защитить. Зачем ругаться?

- И обзываться не надо, - протянул тигр, - а то я обижусь и разговаривать с тобой не буду.

- И не надо, - надулась я.

- Лада, у меня осталось меньше минуты. Решайте: либо летите домой сегодня, либо берете в охранники Эрла.

Я посмотрела на этого наглого кошака, потом вокруг, еще раз впечатлилась картиной застывшего города и со вздохом ответила:

- Ладно. Пусть охраняет. Только мне еще покупки в магазине забрать надо.

Амбруаз аккуратно отцепил мои руки от одежды. Я немножко сконфузилась, что все еще держусь за него. Неловко как-то. А, с другой стороны, не просто так я ему на грудь бросаюсь. А по объективным причинам – спастись. Да. Поэтому, приставанием не считается.

Убеждая себя, что все нормально, постаралась принять независимый вид, достойно отойти от мужчины на пару шагов и серьезно выслушать напутственные слова.

- Не открывайте рюкзак на улице, - предостерег Амбруаз, - носите с собой, но никому не показывайте. Пусть картина будет закрыта хоть чем-то. Хорошо?

- Да.

Я с недоумением рассматривала то, что осталось от рюкзака. Прикрыть картину – идея, конечно, хорошая. Только как мне сейчас нести все это домой?

- Держите, - Амбруаз сделал взмах рукой и на заснеженную мостовую из воздуха упал рюкзак. Новый.

Такой же, как у меня раньше был. Красотища!

- Спасибо!

С трудом подавила желание броситься на шею Амбруазу и расцеловать от признательности. Но лимит прикосновений к чужим мужчинам на сегодня был исчерпан. Так что я постояла, поулыбалась, всем своим видом источая восторг и благодарность.

Амбруаз, тем временем, играл в гляделки с тигром. Мысленно переговаривался? Очень похоже.

Впрочем, сеанс связи быстро закончился. И они вспомнили обо мне.

- Пора идти. Не ссорьтесь. Если что, зовите.

Прежде, чем я успела еще раз его поблагодарить за рюкзак, воздух пошел рябью, и мужчина растворился.

Зачарованная, я отказывалась верить своим глазам. Как можно провернуть такое? Я тоже хочу. От врагов убегать, от неприятных людей скрываться.

И тут в жизнь резко ворвались звуки. Я подпрыгнула от громкого гудка автобуса, чьего-то крика. По мостовой застучали тысячи каблуков, и все это так поразительно слушалось после абсолютной тишины... Мне даже показалось, что сейчас лопнут уши.

- Ну, что? Забираем покупки? – полосатая киса невозмутимо поднялась на лапы и направилась к дверям супермаркета.

- А тебя не сдадут в зоопарк? – засомневалась я.

Все-таки, ненормально это – тигр на заснеженных улицах Парижа.

- Да расслабься. Меня видишь только ты.

И столько сарказма в голосе, что мне захотелось стукнуться обо что-нибудь головой.

Ну, все, здравствуй глюк, мы приплыли!

Глава 3

Мерзкий. Усатый. Полосатый. Он доведет меня до ручки. Однозначно. Сколько мы с ним вместе – полтора часа? Поседею и умру сегодня в полночь!

Я разогревала лангустины, когда он заявился на кухню и сунул морду только что не в микроволновку.

- Разве это можно есть?

- Можно, - стараюсь не злиться и говорить спокойно.

- Ты сейчас шутишь?

Резко разворачиваюсь и для весомости аргументов беру в руки вилку.

- Между прочим, это – деликатес. И, между прочим, у меня дома это стоит очень дорого. Не мешай мне наслаждаться деликатесами на отдыхе.

- Так ты здесь отдыхаешь? А-аа. Понятно, - усатый красноречиво обвел взглядом обстановку и притворно вздохнул, - Бедная девушка. Отдыхает на чердаке. Ест каких-то червяков. Фу. На мясо совсем денег не осталось... А вот меньше по подозрительным местам шляться надо.

- Слушай, - пытаюсь сохранить остатки терпения, - У меня сегодня праздник. Я его хочу отметить его в хорошем настроении. Можешь не портить?

- А я что? Я ничего.

Кошак делает взмах хвостом и гордо покидает условно обозначенную кухню. Всего-то и есть – небольшая тюль, разделяющая пространство.

Поэтому я прекрасно слышу сопение, и это меня бесит.

Лангустины ему, видите ли, не подошли!

- Да я вообще кормить тебя не собираюсь. Призрак бесплотный! – кричу я, а после сразу жалею о своих словах.

Рассерженный тигр в замкнутом помещении – это тот еще абзац!

- Я пошутила.

Он подходит плавно, спокойно, будто вышел на прогулку, но через чур близко и обвивает меня хвостом.

- Здесь шучу только я. Уяснила?

И столько превосходства в голосе, что страх улетучивается на раз. Кого я испугалась? Кошака? Наглого самодовольного кошака? Пусть и гигантских размеров. Буду представлять на его месте соседского кота Мурзика. А что? Он тоже полосатый.

Ищу глазами сковородку. Народное средство, предписывается к применению.

Но на французской мансарде, к сожалению, есть только кастрюли. Эх, все неправильно происходит в моей жизни!

- А разве глюки могут шутить? – уже устало выдаю я и на всякий случай замахиваюсь вилкой.

Ну, да. Столько событий и переживаний на мою долю выпало. Устала! Мне бы тихо и благородно встретить Новый Год, покушать салатиков, креветки вот большие попробовать...

Подозрительный запах не сразу дошел до моих рецепторов.

- Не сгорят? – участливо спрашивает киса, и я кидаюсь к микроволновке.

Это не моя дешевая микроволновка - доходяга. Хозяйская микроволновка – зверь! Лангустины и вправду пережариваются и скукоживаются. Мне очень сильно хочется запульнуть их в голову одному не в меру наглому кисику, но сдерживаюсь. Ибо против страшных зубов я бессильна.

- Ну, за что мне это всё? Ну, почему я? – достаю салат и мясную нарезку.

Сыр нужно вытащить из упаковки и нарезать. Тянусь за ножом.

- Ныть вредно.

- Все шло так прекрасно. Даже креветки королевские купила. То есть лангустины… выглядят, как креветки, только с усиками. Так что, пусть будут креветками! - я махнула рукой и опустилась на табурет, - Французское вино вот, настоящее. Не какая-нибудь дрянь бодяжная. Всё вкусное, свежее. Я так хотела встретить Новый год в Париже. Прочувствовать этот момент…

- Это что, колбаски? – перебил меня заинтересовавшийся тигр.

Устало смотрю на любопытную морду.

- Тебе на один зуб.

- Угостишь?

- Вот еще, - фыркаю, - в условиях нашего договора нет пункта о кормежке. Ты охраняешь, я – позволяю себя охранять.

- И кто еще наглый? – он разворачивается и в один прыжок оказывается на диване в комнате.

Мда. Никак мне не привыкнуть, что этот хищник - разумное существо.

Красиво разложив все по разнокалиберным тарелкам, ищу приемлемый для вина бокал. То ли хозяева забили на это дело, то ли все предыдущие квартиранты были русскими и разбили бокалы, но кроме стопариков и кружек, других емкостей нет.

Стол получился праздничный. А все благодаря салфеткам и моему почти вернувшемуся настроению.

- Если для тебя это праздник, могла бы переодеться, - фыркает «защитник».

- Зачем? Мне итак хорошо.

Моя любимая футболка со смешной надписью, летние шорты по колено. Готовясь встретить Новый год на чердаке, я не собиралась облачаться в вечернее платье и укладывать волосы. Густой волной они рассыпались по плечам. Удобно, симпатично. Что еще надо?

- Чем же хорошо? Как пацанка.

- Слушай, тигр. Какое твое дело, в чем я собираюсь встречать Новый год? У вас, небось, и праздника-то такого нет. Откуда ты знаешь, что это не традиция?

- А что символизирует праздник?

- Конец старого, начало нового. Ну, так я думаю... - в первый раз в жизни я озадачилась.

Что-то из школьной программы устойчиво било в мозгу навязчивой мыслью про урожай. Но какой урожай в декабре? Вот то-то же...

- Если ты хочешь всю жизнь прожить в футболке и этих стремных шортах, конечно, встречай новую жизнь в этом, но я бы переоделся... – задумчиво произнес тигр.

- Да нет у меня платья! – уже в сердцах воскликнула я, - Не ношу я их.

И, вскочив с табуретки, понеслась проверять холодильник. Вдруг что забыла на стол поставить. Ах, точно. Сок. Как же без него. Виноградный.

- Не понимаю я тебя, - продолжал разглагольствовать тигр, - ехать в чужую страну одной, да еще на праздник – это же скучно.

- И ничего не скучно. Все было довольно весело, пока ты не появился. Вернее, нет. Пока не появилась эта леди с портрета. Кстати, ты не знаешь, кто она?

- Никто не знает... – длинный полосатый хвост начинал нервировать. Он все время колотился по обивке дивана, и норовил задеть низкий столик с угощением.

- Можешь хвост убрать? – не выдержала я.

- И куда же?

- Куда-нибудь.

- Не могу.

- Вредный.

- Противная.

- Наглый.

- Беспардонная.

- Сам такой. И вообще. Вот ты говоришь... У тебя, значит, работает речевой аппарат. И ты – животное. Получается, ты – маг? Оборотень?

Он захохотал. Нагло и насмешливо. Кровь прилила к моим щекам, и я вскочила.

- А ну отвечать!

В такие моменты у меня просыпается папин командный голос. Удивительно, но Эрл затыкается и только в изумлении таращится. И, что еще страннее, тут же отвечает.